# Шайтан

Сергей Абдалов

Что может произойти страшного, если по незнанию осквернить заброшенную могилу одержимого бесом человека? Его бес придёт за вами…

Компьютерный монстр шел напролом, разбрасывая препятствующих его продвижению солдат целыми взводами. Главный герой, вооруженный космическим пулеметом, засел в одном из окопов, смело поджидая, когда исполин подойдет ближе. Через мгновение по всему автомобилю раздался раздражающий треск выстрелов. Крик раненого монстра для главы семейства Рината стал последней каплей.


– Артур! Или играй в наушниках, или выруби свою дребедень! – крикнул мужчина, глядя в зеркало заднего вида. – Как можно два часа сидеть в одной позе, уставившись в одну точку?


– Ты вот тоже сидишь, – с недовольным лицом мальчик вставил в телефон наушники и, прежде чем вновь уйти в игровой мир, добавил: – Уже третий час рулишь. Новый наш дом точно в цивилизованном мире находится? Или мы в Нарнию отправляемся?


Женщина, сидящая рядом с мужем, расплылась в улыбке, но старалась не раздражать Рината, прикрыв рот рукой и отвернувшись к окну.


За окном пейзаж был так себе: заброшенные поля, заросшие молодыми деревцами; маленькое озерцо, зеленое от тины посередине. Потом промелькнули две деревни, после которых Ринат смог ехать не дольше десяти минут.


Теперь их внедорожник с огромным прицепом на хвосте отмерял последние километры до села Мраморного.


Там – Рината, Альбину и их десятилетнего сына Артура – ждал новый дом. Хотя зданию площадью около полутора сотен квадратных метров было уже больше трех десятилетий, для этой семьи жилье стало новым и долгожданным.


Прожив в «полуторке» более двенадцати лет, семья была безумно счастлива, получив предложение от государства поучаствовать в программе «Сельский учитель», предусматривающей предоставление жилья с обязательным переездом на постоянное проживание в село. Даже тот факт, что ранее здание успело сменить несколько назначений – от сельской почты до ветеринарной клиники – семью ничуть не смутил.


На подготовку к переезду ушло больше трех месяцев. Работы начались сразу после Нового года: параллельно наняли бригаду рабочих для проведения косметического ремонта помещений. Пользуясь услугами грузоперевозчиков, большинство вещей перевозили сами – машиной и даже поездом.


Теперь в прицепе, как выражался Ринат, находилось самое главное: квадроцикл, резиновая лодка и десятки килограммов рыболовных принадлежностей. Глава семейства знал: буквально в паре километров от их нового жилища находится озеро. Всего-то пара километров! Больше не придется трястись на ухабистой дороге с попутчиками-рыбаками почти два часа. Можно спокойно насладиться тихой утренней рыбалкой под назойливое жужжание комаров, потратив на дорогу лишь десять минут.


Изменения ожидались и Альбину с Артуром. Осенью обоим предстояло отправиться в местную сельскую школу. Десятилетний Артур впервые сел за школьную парту, а его мать Альбина заняла свое место перед классом – у доски с указкой рядом с огромной географической картой.


Это именно из-за неё семья вырвалась из города и теперь направляется на новое место жительства – в экологичный и тихий посёлок, без часов пик и прочих ситуаций, ведущих к ранней стадии сумасшествия.

Ехали действительно долго. За четыре часа было всего две остановки, и последние сто километров превратили пассажиров внедорожника в космонавтов, летевших к далёкой планете.

– Я хочу в туалет, – сообщил Артур, когда они выехали из очередного села и двигались мимо заброшенного поля.

– Надо сказать, я бы тоже не отказалась, – таинственно протянула Альбина, сморщив носик и приподняв бровь.

Ринат недовольно откашлялся, но через несколько минут всё-таки притормозил возле густых зарослей. Стена из сухих и высоких кустов наверняка могла укрыть от посторонних глаз маленькое преступление против природы.

– Пусть сначала мама пойдёт, – поставил машину на ручной тормоз и сказал Ринат, увеличивая сенсорный экран навигатора. Осталось чуть меньше часа до конца пути.

Удовлетворённый мальчик осторожно возвращался назад, шурша сухими ветками. Дотронуться до них оказалось невозможным: даже слегка сгибаясь под весом ребёнка, ветви тут же рассыпались хрупким пеплом прямо в руке.

Снова сжимая рукой тонкую веточку кустарника, Артур нечаянно сломал её, лишившись точки опоры. Пытаясь удержаться, мальчик потерял равновесие и упал вперёд, едва успев подставить ладони. Его лоб почти коснулся квадратного камня, похожего на небольшую могильную плиту.

На поверхности камня среди опавших листьев и мелких веточек виднелась едва различимая надпись на хорошо знакомом Артуру с детства языке. Ведь дома чаще говорили по-татарски, да и дедушка с бабушкой общались с внуком исключительно так.

Осторожно стерев пальцами вековую грязь, Артур ткнул пальцем в начало надписи и медленно прочитал вслух:

«В 1952 году, между двух деревень, чтобы сбить с толку духа его, мы здесь сами и убили Шайтана, после чего похоронили на этом месте, ибо другого имени у него не было и никогда уже не будет».


Дочитав, Артур уже хотел подняться с колен, как вдруг его пальцы зацепились за что-то острое и кривое. Смахнув с приподнявшегося над землёй бугорка слой мокрых листьев, мальчик вздрогнул.


Его ладонь наткнулась на торчащие из травы собачьи зубы, каким-то образом очутившиеся во рту человеческого черепа. Нижняя челюсть была широко раскрыта, и ребёнку почудилось, будто мёртвая голова сейчас укусит. Артур вскрикнул и, царапая выставленные перед собой ладони, выскочил на дорогу.


– Что случилось? Змея там?! – вдруг испуганно спросила подбежавшая к сыну Альбина. Ей почему-то казалось, что именно так кричат, лишь столкнувшись с гадюкой.


– Там голова… – захлёбываясь слезами, пролепетал Артур. – Там кто-то зарыт…


Недовольный гудок автомобиля возвестил, что Ринат начал нервничать. Возможно, это было оправданно: ясное до того момента голубое небо внезапно затянулось тучами. По земле скользнул неприятно холодный ветерок, словно лес сделал последний вздох.


– Иногда в лесу находят останки животных. А есть даже целое кладбище домашних питомцев. Это, наверное, оно и есть, – пытаясь успокоить сына, Альбина усадила мальчика в кресло и пристегнула ремни.


Когда все заняли места, Ринат вывез машину с обочины, проехавшись колесами по гравию, и резко прибавил скорость. Мальчик обернулся назад, туда, где оставались кусты. Среди чёрных и запылённых ветвей едва заметно мерцало белесое, исхудалое лицо с дикими горящими глазами.


***

Неприятным сюрпризом для Альбины и Рината стала культурная свалка вещей около дома. Внутри, несмотря на два выделенных рабочих дня, оказалась занесена лишь малая часть мебели и кухонной утвари.


У крыльца, накрытые брезентом, до сих пор стояли диваны, трюмо с зеркалом, разобранные шкафы со столами и книжные полки. Без изменений лежали и многочисленные коробки с посудой, аппаратурой и верхней одеждой.


Из дома вальяжно вышел коренастый мужчина, делая вид, будто не замечает подъехавшего автомобиля, – несколько минут он простоял на ступеньках крыльца, глядя на небо.


– И как это назвать? – демонстративно хлопнув дверью, Ринат подошёл к мужчине, оглядывая оставленные на дороге предметы обстановки.


– Зарплата задерживается, – лениво протянул тот, наконец взглянув на Рината. – Вы позавчера опять забыли перевести мне деньги, чтобы я рассчитался с рабочими. Они объявили забастовку.


– Как вы все мелкие! – зло блеснул глазами Ринат, выражая крайнее недовольство. – Немедленно звоните этим тунеядцам и заставьте работать хоть до утра, но вещи должны оказаться внутри!


– Хорошо, шеф. Только переведите сначала деньги. Сегодня ребят здесь точно не будет: у них другой оплаченный заказ объявился. Обещаю завтра утром пригнать всех сюда…


Вечером Ринат и Альбина сами затащили внутрь один диван и несколько коробок с посудой.


Помещение, конечно, не было абсолютно пустым: комнату для Артура оборудовали одной из первых примерно месяц назад. В доме также имелись телевизор с подключённым спутниковым телевидением, подведены были вода и газ. Первым делом все по очереди пошли в душ, смыть усталость после дороги.


Вечер настал быстро. Солнце опустилось за дома, и берёзы, растущие по другую сторону дороги, превратились в длинные корявые тени.


Наблюдая из окна своей новой комнаты, как краснеет небо, обещая завтрашний день жаркий, Артур сидел на подоконнике. Родители ещё долго гремели посудой – долго лилась вода из крана и бряцали друг о друга тарелки.