Рия Тюдор
Сумеречный принц

Глава 1. Князь Росслав нер Гартар

Плотный туман заглушал звуки, доносившиеся из питейного заведения. В нестройном хоре голосов он различал возгласы удивления и тихие проклятия вслед себе. Как то завелось, куда бы он ни шел, на него всегда обращали внимание. Каждый указывал пальцем, словно его не существовало вовсе. Даже в этой свободной империи, где рука об руку могли ходить представители самых разных рас, они изумлялись. На его родине в сторону господ не позволялось смотреть лишний раз. Слуги покорно опускали глаза, стоило подобным ему появиться в их поле зрения. Когда же видели конкретно его, Росслава нер Гартара, вовсе молились, но в тишине, за стенами собственных домов, люди называли князя дьяволом.

Очертания зданий скрылись за густым маревом, однако ничего не мешало ему неуклюже идти по блестящей мостовой. Мелкие капли били по лицу, дождь насквозь пропитал его одежду. Приезд в Эстердам стал рискованной затеей: сиэлийцу здесь были не рады, но сестра попросила узнать о своей дочери, недавно помолвленной с принцем. Монстры Преисподней добрались до Сумеречной империи, но это не страшило его, ведь убивали по неведомой причине только девушек – волнения родственницы были вполне обоснованы.

В ночи разнесся крик ворона, пролетавшего мимо. За забором одного из роскошных домов замерцало. Сотня темных искр слилась в тень, которую посреди мертвенно-тихого города мог разглядеть только он. Набирая невообразимую скорость, искры полетели в сторону князя. С замирающим сердцем он рассматривал тьму, коснувшуюся пальцев, но нечто вынудило сразу отпрянуть от странного явления. Раньше он не задумывался о смерти, однако сейчас неизвестные источники света показались ему опасными для жизни. Князь зябко поежился: черные блики заключили его в саркофаг замогильного холода. Если бы здесь присутствовал кто-либо живой, увидел бы он то, что видел Росслав? Он сомневался в этом. Мир для него делился на две реальности, и потому часто князь способен был видеть то, что скрывалось от взора тех, кто не обладал драгоценными глазами.

Мерцание уплотнилось и засияло черным светом, туман, сопровождавший всю его прогулку от таверны до места ночлега, сгустился. Вокруг сомкнулся аркан тьмы, искры, поднимаясь вверх, материализовались в высокого неизвестного в черном плаще. Из тьмы капюшона сверкнул холодный взгляд. Помощи ждать было неоткуда, князь понял, что нужно бежать. Казалось, его втянуло в один из жутких кошмарных снов: ноги двигались все медленнее и медленнее. Где-то рядом, ближе к парку, раздалось омерзительное шипение. Некто в черном скользнул за ним. Росслав вынул кинжал, но его разъела неведомая сила.

– Смерть есть начало бытия. Не волнуйся, я облегчу твои страдания, – бросил неизвестный негромко.

– Что вы хотите? – выкрикнул мужчина, убегая от тихо следующего за ним человека.

– Ты опасен.

Перед ним выплыло странное существо, напоминавшее обычного человека, но с непривычной анатомией для людей. Князь достал меч и со злостью попытался рассечь голову, вероятно, слуги того, кто в капюшоне. До безобразия уродливое, оно вытянуло шею вбок, раскрыв чернозубую пасть.

– Кто вы такие?! – закричал князь, на самом деле больше взывавший о помощи хоть к кому-либо живому, но улицы были мертвенно пусты.

– Убить. – Безразлично приказал некто монстру.

Острые когти вонзились в грудь князя и с громким хрустом повернулись вправо, разламывая ребра. Росслав заорал. Неизвестный не без удовольствия вдохнул запах надвигающейся смерти.

Капюшон скользнул на плечи незнакомца, в последние секунды перед смертью демонстрируя сиэлийскому князю убийцу.

– Ты?! – распухшим языком сказал он и издал последний вздох, прежде чем пасть замертво.

Глава 2. Стаури

– Адепты третьего курса факультета боевой магии военного отделения, отдайте честь полковнику Даруму! – громко проговорил я, стоя на влажном песке тренировочного полигона. Тучи тёмного утреннего неба сгустились над нашей скудной компанией.

– Адепт Стаури, – безэмоционально начал куратор. Его монотонный, скучный голос с хрипотцой, возникшей из-за постоянного ора на подчинённых, пропитанный огромным количеством сигарет, выкуриваемых в день, прозвучал удручающе. – Честь только пьяная девка в кустах отдаёт, а вы – воины, выполняете воинское приветствие.

Все ясно, у нашего куратора не очень хорошее настроение, сейчас его эмоциональное состояние приравнивалось к песку под ногами: такое же сырое, холодное, прилипавшее к ногам, не давая делать свободные шаги, и мерзкое. Неделю назад он орал из-за «выполнения» воинского приветствия, аргументируя тем, что выполняется обычно черновая работа, поэтому нужно отдавать честь. Задолбал мудак старый, которому вместо кураторства на пенсию пора. Третий курс сморщился от надвигавшейся перспективы заброса в Змеиный утёс.

– Адепты третьего курса факультета боевой магии военного отделения, выполните воинское приветствие для полковника Дарума, – ещё громче провозгласил я, не меняя выражения лица и искоса наблюдая за ним. Пошутить мне тоже хотелось.

– Адепт Стаури, – снова начал старик, выдержав драматическую паузу. Группа застыла в ожидании. Дарум продолжил спокойно: – вы для меня не звезду достаете, выполните нормальное воинское приветствие.

– Вас понял, полковник.

– У вас третья попытка, Стаури.

– Адепты третьего курса факультета боевой магии военного отделения, выполните воинское приветствие полковнику Даруму.

Повисла тишина, группа замерла в ожидании реакции от «виновника».

– Стаури, они у вас все такие тормозы? – выдал лорд, глядя на молчавшую до этой, брошенной как бы невзначай реплики группу. Все как один в этот момент приложили кулак к груди, приветствуя куратора:

– Душу – себе, жизнь – смерти, сердце – возлюбленным, честь – никому!

– Отставить, Стаури.

Я уже мысленно совершал пробежку в Змеином утесе от надвигавшихся ко мне диких василисков.

– Как считаете, ваша группа поприветствовала меня как положено?

– Да, полковник, – мой ответ был абсолютно спокойным. В любом случае ни один из вариантов его не устроил бы. Хрыч хочет посмеяться, поэтому причина найдется. Перспектива пробежки ещё ближе, и эти придурки наконец это осознали.

– Молодцы, – куратор показал большой палец правой руки, подмигнув нам, – поэтому в качестве награды вы отправляетесь в Излом!

В рядах пронёсся дружный стон. Да, последней нашей локацией был Змеиный утёс, про Изломы мы и позабыли.

– Отставить! – рыкнул на звуки, издаваемые толпой. – Все дружно идём в Излом, адепт Лир, открывайте.

Вперед выступил Даллан. Представитель одной из трех древних рас, сниксов, устало, немного болезненным взглядом осмотрел толпу, взмахнул рукой, начертив в воздухе руны, открыл темную субстанцию, именуемую изломным порталом.

– Прошу, – шутливо пригласил Даллан, сделав книксен наподобие дам высшего света.

Куратор улыбнулся – сыну императорского советника он прощал некоторые вольности, впрочем, как и мне. Прозвучал последний приказ, который должен был подытожить тренировку:

– Шагом марш в Излом!

***

– Эсса, ставь защиту, – кричу я дракере. – Эсса, твою мать! – она прикрывает голову руками и усиленно начинает качать головой, – Эсса!

Я перепрыгиваю через одного ратха, убираю меч, хватаю кинжал и вонзаю в голову одной из тварей. Дальше уже дело техники: перекидываю однокурсницу через плечо, снова призываю меч, валяющийся на прожженной, гибнущей траве, и выбегаю из омута ратхов, параллельно следя за тем, есть ли оставшиеся раненые, окруженные, и понимая, что есть.

– Блядь!

Рядом появляется Райан, бросаю ему в руки девушку и бегу спасать остальных. Краем глаза наблюдаю за действиями Даллана, защищающего самых младших в группе. Райан, перенявший мою ношу, начинает кромсать тварей одной рукой. Остальные пользуются разными орудиями: кинжалы, мечи, стилеты – все идет в ход, летит из стороны в сторону.

– Хакаффа, кидай нож Тео, он безоружен.

Знаю, что вампир своим сверхчувствительным слухом уловит. Не ошибся, он услышал, и древний, испещрённый рунами кинжал взлетает над нашими головами и оказывается в руках Тео. Тот сразу соображает, в чем дело и начинает свой танец смерти, приглашая на очередное па этих тварей и по-хозяйски забирая жизнь у каждого, кто пришёл на этот «бал». Боевые маги в деле, никто не использует магию, что парадоксально. Маг без магии равнозначно убийце без жертвы.

Наступает период относительного затишья. Ратхи умнее, чем кажутся, начинают отступать, но мы, наученные тем, что эти твари никогда не сдаются, догадываемся: нас хотят брать поодиночке. Однако тварям неизвестно, как быстро наиграется Дарум, и появится возможность свалить отсюда в нормальный мир.

– Раненые есть? – вопрос скорее риторический, я уже успел их всех просмотреть и сделать выводы. Довольно неплохо, в этот раз обошлось даже без переломов.

– Нет, – прозвучало вялое со всех сторон.

Адепты военного отделения устало лежали на пожухлой траве, освещенной блеклым солнцем, придающим итак кажущейся больной растительности самый убогий вид. Пока есть возможность отдохнуть от ратхов, они отдохнут. Расслабляться не стоит, Излом – место, где безобидная трава может оказаться ядовитой, но, сколько им об этом не напоминай, они все равно будут петь свою песню: «Стаури, ты параноик, расслабься». В случае, когда дело доходит до сохранения их жизней, случаются казусы, как у Эссы сегодня.

– Шиентар, что это было? – в безмолвии, которое наступило из-за отсутствия сил для разговоров, произнес я, желая узнать, почему же дракера так растерялась.

– Просто испугалась, – надула губки смуглая представительница расы драконов.

Я иронично приподнял бровь. Эсса Шиентар и испугалась? Эта дракера в прошлый раз голыми руками рвала ратхов, а сейчас говорит, что испугалась? Эта дракера, которая без чьей-либо помощи выбралась из плена горных кутов (особой разновидности нечисти), а потом еще уничтожила все племя, сейчас испугалась?

– Эсса, – словно патока растянул ее имя.

Шиентар сложила указательные пальцы домиком и сильнее надула и без того пухлые губы. Её тёмная кудрявая голова, будто парившая над гибким тонким телом, поникла, а смуглая кожа на щеках порозовела.

– Шиентар, не раздражай меня и говори все как есть, – мне уже начинал надоедать этот цирк.

Она нехотя привстала, потянулась так, что некоторые из группы в полуживом состоянии приподняли головы. Могла бы сейчас без этого обойтись. Уверен, будь эти лежащие на земле ратхи живы, точно загляделись бы на неё, правда, воспринимая как еду, но это тоже о многом говорит.

– Да мужик ей нужен, – выпалила недовольная дракара из своего сымпровизированного травяного настила. Шиентар бросила на ту раздраженный, даже злой взгляд, но общее состояние дракеры, выглядевшей, как иссушенный вампир, показало всем, что вступать в схватку с северной драконессой, у нее нет сил.

Эти отношения были естественными для обеих. Ненависть, злоба, обоюдная нетерпимость и остальное, что свойственно двум враждующим видам горных драконов: дракары – северные, дракеры – южные. М-да, ящерицы с драконьим ростом нам сейчас как раз для полного счастья не хватало.

У чешуйчатых есть период инициации, во время этого адекватность отходит на второй план, вместо нее появляется эмоциональная нестабильность, желание продолжить потомство и остаться в человеческом обличье. Это разновидность проверки: лягут с кем-либо, с крыльями придется попрощаться.

– Хорошо, достану для тебя освобождение от занятий.

Нежную, яркую, словно цветок лунной сцезии, Эссу будто подменили, плохое состояние улетучилось, вместо него пришли общий боевой дух и желание растерзать добычу. Она вытащила из ножен стилет, демонстративно поиграла с ним и собралась в сторону леса.

– Эсса, стоять, – равнодушно произнес я, но ей было этого достаточно: она знает, что произойдет, если не послушается. – Всем подъем, хватит дрыхнуть.

Группа нехотя поднялась, взяла свои орудия и приготовилась.

– Даллан и Райан, встаете в конце, Белиал с Ренатой по бокам, вынюхиваете ратхов, Кансер, Лилиан, Тай и Кир, защищаете Белиала и Ренату, Эсса и Чхелла, – дракера и дракара недовольно насупились, – осматриваете местность на ловушки, остальные встаете в центр, ведунами будут Малина и Алис.

Дриада запретного леса и светлый эльф кивнули, так выработалось, что те, кто чувствовал природу, лучше всего могли делать это даже в условиях немагических.

– Эй, а почему она вдруг такой активной стала? – шепотом спросил Хака у меня.

Не успел ответить, как это потрудилась сделать Чхелла.

– Подъем эмоционального и физического состояний. Это будто адреналин, сначала все очень хорошо, ты полон энергии, а потом…

– Потом наступает упадок, – заключил я. – Эй, Эсса, меняешься местами с Хакаффой. Хакаффа, будешь искать ловушки, Эсса, в строй.

Цветок будто потерял свое очарование, став ядовитым: крупный рот сжался, волосы встали дыбом, глаза заискрились пламенем.

– Стаури, ты действительно считаешь, что я настолько ослабла? – визгливо поинтересовалась она. – Думаешь, не смогу отыскать ловушки?!

Повисла тишина, ратхи могут напасть в любой момент, нельзя терять бдительность, а незрелая ящерица мне тут драмы устраивает.

– Да, Эсса, именно так и считаю, – холодно сообщил я. – Еще вопросы?

Она громко прорычала бессмысленный поток слов, но, все же помрачнев, выполнила приказ.

– Вот и молодчина.

Даллан не успокоился:

– Чхелла, а у тебя почему шиата¹ нет?

– Северные дети созревают позднее южных, Даллан, – ответил я за Чхеллу. – Встань в строй.

Сегодня присутствовали только две группы из всего военного подразделения факультета боевых магов, остальным посчастливилось не попасться на глаза разъяренному куратору.

Лесная чаща приветствует нас недружелюбным молчанием, из каждого угла может вылезть ратх или какая-нибудь другая дрянь, я замыкаю строй, следя за тем, чтобы не произошло никаких казусов.

– Душу Джахарда! – воскликнул Хакаффа, завидя надвигающуюся на нас толпу тварей самых разных рас.

– Ох, ты ж Морт, – лаконично выразился Райан.

– Шкура толстая, вытаскивайте клинки. Быстро!

Все поняли, что я имел в виду. Все, кроме Эссы. Она сонным взглядом осмотрела надвигавшуюся на нас бурю разновидовых тварей и просто прислонилась к дереву: она прислонилась к живоплотной сосне!

– Блядь, – решил окончить песню вульгарной лексики самым примитивным словом. – Эсса!

Дракера испуганно смотрела на прилипшую к рукам сосну, буквально поглощавшую ее. Вот же идиотка.

Начинается бойня. Помогая Эссе выйти из деревянных кандалов сосны, убиваю подбегающих к ней тварей, при этом в любую свободную секунду срубаю ветки этого долбанного дерева. Я забываю о мече, в ход идут руки, разрываю твёрдую плоть сосны, из которой льётся огромное количество жидкости – соснового сока. Под громкое «фу-у-у» девушки хватаю её поперёк туловища и кидаю подальше от тварей и деревьев. Внезапно перед нами открывается портал.

– В портал, быстро! – даже не кричу, но этого достаточно. – Даллан и Райан, остаётесь на защите.

Твари уже собрались нырять в воронку, чего мы им не позволили, убивая посмевших всунуться в ту сторону мира.

– Видар, помогай Эссе.

Оборотень за подмышки хватает ящерку и самым что ни на есть грубым образом, свойственным его внешнему виду, бросает ту в воронку. Туда же следует и вся часть группы.

– Дал, Рай, последняя партия и ныряете.

Осталось немного, просто нельзя пускать жителей Излома в наш мир, надо задержать их здесь. Сникс и оборотень выполняют приказ и погружаются в бездну пространственного разрыва, остаюсь только я. Давай же, последнее существо, другие ещё не оклемались, не поняли, что перед их глазами исчезла целая группа боевых магов. Мечом пробиваю пасть одного из монстров и ухожу в тень, портал закрывается.

Глава 3. Стаури

– Молодцы! – не без гордости отметил куратор. – Можете ведь, когда хотите!

Мы синхронно закатили глаза.

– Так, Стаури, расстановка сил хорошая, защита превосходная, командование тоже плюс, но, – все замолчали, ожидая обращения полковника, – какого гимблара² ты на защиту один бросился? Тебе что сказано? Всю команду заставить работать.

– Разрешите обратиться? – не выдержал я.

– Разрешаю, – махнул куратор.

– Наша команда так и сделала, оставлять троих последних в Изломе было бы бессмысленно с моей стороны и повлекло бы за собой жертвы.

– Кстати! – воодушевлённо вдруг воскликнул капитан. – Сколько ратхов было погублено?

– Сто пятьдесят ратхов, тридцать семь инганов и семьдесят четыре бизара, – перечислил сухо.

– Полковник, разрешите обратиться?

Под кивок военного Хакаффа выступил вперед и не без гордости сообщил:

– Еще и пять башгаров!

– Ты, придурок, – прошептал Райан.

В данном случае я согласился с оборотнем. Хакаффа идиот.

– Как?! – в бешенстве закричал Дарум. – Они в черную книгу исчезновения видов занесены, вы знаете, что натворили?

Будь моя воля, сжег бы всех, но куратор всегда славился трепетным отношением к инфернальным существам, поэтому башгаров он берег, как собственных домашних животинок.

– Вашу же мать! Вы мне половину расы уничтожили, идиоты! Пять башгаров! Да их всего десять-то было, кто… кто поубивал, кто-о-о? Стаури, отвечайте немедленно!

– Полковник Дарум, в хаосе мы не заметили «живодера», – с усмешкой проговорил я.

– Вы и боевого товарища не заметите, значит, да? В суматохе. Стаури и вся ваша группа дебилов, вы у меня целый месяц нужники мыть будете, жить в военный лагерь отправитесь, столовая тоже под вашей опекой, ясно? Будете подавать еду, убирать.

– В столовой самообслуживание, – заметил я, – военный лагерь запрещен из-за нашествия гулей в столице.

– Так значит? Хорошо, все марш в главное здание учебного корпуса. Быстро.

– Но, – хотела было воскликнуть Эсса.

– Адептка Шиентар, проблемы? Итак, из-за Адептки Шиентар будете убирать ещё и жилой корпус общежития боевых магов.

– Блядь, – не сдержался кто-то.

– Две сотни раз будете отжиматься за мат, адепт Немиан. А теперь все в строй и за адептом Стаури в главный учебный корпус.

Группа громко вздохнула.

– Внимание всех адептов Императорского Сумеречного университета!

В холле воцарилась тишина, голос нашего куратора начал доноситься со всех корпусов.

– Посещающие столовую главного учебного корпуса, с сегодняшнего дня и до следующего месяца можете спокойно делать заказы адептам третьего курса военного отделения, они выполнят любой ваш гастрономический каприз. Все боевые маги ваши подавальщики до конца месяца!

– Все? – одновременно воскликнули несколько проходящих мимо сокурсников, Дарум пакостно улыбнулся.

– Кадма и Оливия, вас что-то не устраивает? Или вы не хотите поработать на благо общества?

Две темные эльфийки сразу поникли и мотнули головами.

–Так чего медлить? Быстро в общий строй встали! – рявкнул невозмутимый полковник. – Теперь, дети мои, можете умыться и отправиться на занятия. Когда настанет время обеда, чтоб весь факультет был в строю, будете у меня еще убивать редких созданий.

***

– Дарум белены объелся! – возмущенно воскликнул Даллан. – Нам заняться больше нечем или что?

– Даллан, расслабься, – лениво откинулся на стул, положив руки за голову. – Думаешь, кто-то рискнет?

– Некроманты те еще засранцы.

Хмыкнул, мне все равно, они не смогут заставить боевых магов прислуживать им, в этом уверен точно. Но вот другое… Необходимо поговорить с Дарумом тет-а-тет.

– Кстати, – заговорщически протянул Дал, – как там Люс?

– Закрой рот, – прикрыл глаза, скрывая раздражение и злобу. Только не она.

– Да ладно-о-о, я все видел, вы договорились с ней? Церемония когда прошла? Отец решил отмалчиваться, ты тоже немногословен.

– Не твое дело.

– Эх, а я думал, мы друзья.

Даллану явно нужно пройти курсы актерского мастерства хотя бы в ближайшем театре.

– Не раздражай. И так надоело, о ней только и расспросы в последнее время. Иди и узнай, если так интересно, учится-то она здесь.

– А как ты вообще разрешил ей учиться? Что у вас там произошло?

Промолчал, не желая отвечать на данный вопрос. Люси… даже это имя вызывает волну раздражения, что говорить об остальном. Жалкое, ничтожное человеческое отродье, навязанное отцом, от которого нет возможности избавиться. Многие назовут безумием с моей стороны устраивать девчонку на факультет международных отношений, но так легче держать ее подальше от отца. Две недели назад университет начал обучение, поэтому инфантильное лицо гусыни периодически мелькало в поле зрения.

– Вы видели первокурсников-дипломатов? – вопрос от Хакаффы выцепил из размышлений.

– Заткнись вообще! – раздраженно отмахнулся Макс. – Из-за твоего честолюбия нам нужники мыть и за остальными прибирать.

– Да ладно, я не подумал ведь.

– Построения пропускать не надо, придурок, – Даллан рядом со мной не сдержался.

– Ну да ладно вам, давайте я выпивку оплачу-у-у, – заныл вампир.

Многие смягчились и даже заулыбались. Полагаю, парень обанкротится на спаивании одногруппников.

– А так, видели дипломатов?!

– Видел, – хмыкнул оборотень Райан, наблюдавший за унылым осенним пейзажем. Скосил взгляд на нас.

– А что там? Красавчики есть? – вмешалась еще одна из виновниц нашего месячного рабства Эсса.

– Скорее красавицы, – Хакаффа буквально облизнулся. – Такой отбор-р-р, это надо видеть. Даже фея есть.

– Фея?! – раздалось голосов десять, но наш угол выдержал безразличие.

Связанные с дворцом знали, что фея является важным звеном в налаживании отношений между империей и царством, не тронет ее никто.

– Даже не мечтайте, – Макс сразу расставил все точки. – Малышка нужна, обидите, головы не сыщете.

Некоторые с надеждой посмотрели на главного представителя дворцовой среды обитания – меня. Кивнул в подтверждение слов Макса, из-за чего плечи многих расстроенно опустились.

– Ладно, пофиг на нее, там еще красотки есть, такая химера появилась, вы бы видели!

Я застыл, Даллан рассмеялся, Макс сразу понял, в чем дело и тоже хмыкнул, лишь Райану удалось сохранить крайне незаинтересованный вид.

– Что за фигню ты несешь, Хака? – вмешалась Эсса. – Какая химера еще?

–Да я просто назвал, человек по сути, но просто таких красивых человечинок не видел вообще никогда. Это просто отвал всего, чего можно и нельзя, я как увидел, дар речи потерял.

– И думаешь уломать ее?

– Конечно, ты же знаешь людей.

– Что не так с людьми?! – грозно поинтересовался Одам, являвшийся представителем как раз данной расы.

Хакаффа напрягся и в пораженческом жесте выставил руки вперед, не желая сейчас спорить с одним из лучших боевиков.

– Не. Имею в виду такая милая и слабенькая, прям хочется вы…

– Довольно, – оборвал я зарвавшегося вампиреныша.

У этого отвратительного существа, названного моей невестой, есть одно достоинство, по мнению большинства, красота. Именно из-за этого ее прозвали, как женщин вымершей расы. Хотя она не в моем вкусе, слишком смазливая морда, предпочитаю иных и уж тем более не сучку людского происхождения.

– Да в смысле?! Она тоже кто-то высокопоставленный, и ее трогать тоже нельзя?

Макс ехидно посмотрел, ожидая дальнейшей реакции, защищать ее не хотелось, но репутацию придется поддерживать.

– Именно.

– Стаури, вечно ты кайф обламываешь, а к кому мне подкатить теперь? Свежей крови хочется, а ты включил монаха.

– К нужникам подкатывай, которые чистить будешь. Кстати, это оставляю только на тебя, смотрю, энергию девать некуда.

– Но, Ал!

– Без истерик, Хака, ты сам втянул весь курс в это дерьмо, возьми на себя ответственность хотя бы разобраться с самой неприятной частью.

– Ладно, понял, – он понуро опустил голову, но жалеть в данный момент его никто не собирался.

Профессор Каллаган сегодня был особенно нуден, из-за чего в голову начинали лезть не самые приятные мысли.

– Ты ведь осознаешь, что политические заложники не возвращаются к себе? Особенно живыми.

Она, расширив глаза, с ужасом посмотрела на меня. В ее голове, вероятно, так и вертелся вопрос: «За что меня хотят убить?», что и подтвердил примитивный ответ:

– Я не знала.

– Теперь знай. Если я очень захочу, найду способ избавиться от твоей жалкой душонки, да так, что тебя выдадут замуж за какого-нибудь старикашку, выказав неуважение твоей семье, а впоследствии, когда родятся дети, отправят в монастырь на человеческих землях. Но прежде всего муженек хорошенько с тобой наиграется. Нравится перспектива?

Она промолчала, опустив голову. Хотела учиться и быть свободной, девочка? Нет, у меня на тебя другие планы.

– Я не хочу, – дрожащими губами произнесла она. Пришлось наклониться к ней, сидящей на скамье.

– Мы помолвлены, так ведь?

Она затравленно кивнула.

– Будешь прислуживать мне, защищу тебя от них. Никто не посмеет тронуть тебя без моего разрешения, не говоря о твоем убийстве, – заправил ее светлую прядь за ухо. – И еще, ты ведь хочешь учиться? – итак огромные глаза распахнулись в удивлении. – Ты будешь, но взамен я требую полного подчинения с твоей стороны, Люс.

Ради этого ненавистного взгляда, обращенного ко мне, можно было бы даже повернуть время вспять и снова произнести все.

– Ты не любишь людей, а сейчас пытаешься договориться со мной? Зачем тебе я?

Умеет даже задавать правильные вопросы. Да только ничтожество, подобное ей, больше ни на что не способно.

– О нет, я не пытаюсь, я делаю это. У тебя есть выход, но, – я подло ухмыльнулся, – не боишься «случайно» споткнуться, например, или еще лучше – утонуть в реке?

– Это мерзко! – закричала она и резко встала, испугавшись меня, способного просто так распрощаться с ее жалкой душонкой. – Ай! – еще сильнее вскрикнула, когда я схватил ее за кисть раненой руки и сильно сжал.

Мерзкое создание издает слишком писклявые звуки, раздражает. Она все еще продолжает смотреть на меня, ее губы дрожат в предплачевных судорогах. Хорошая реакция, так тебе и нужно вести себя передо мной, неспособной даже сдвинуться с места от страха.

– Сядь, мразь. Думала, я не узнаю, что ты следишь за мной?

Она замерла.

– Думаешь, будешь служить императору, тебя оставят в покое? Как бы ни так, – придвинулся к ней, но все же подумал, что место не самое лучшее.

– Б-б-больно, отпусти, – простонала она. – Мне больно, пожалуйста, не надо.

Еще сильнее сжал тонкое запястье, из забинтованной раны потекла кровь. Она зарыдала, причитая о том, что ей больно.

– Я ничего плохого не сделала, мне приказали!

Остановился, когда девчушка уже перешла в стадию истерики.

– Приказали что? – ухмыльнулся, вот и вывел тебя на чистую воду, отец. Твою личную сучку тоже. Ты назначил это мерзотное создание следить за мной, как же примитивно.

Приоткрыл глаза, свинке отчасти удалось меня разжалобить, ведь остановился я в тот день только на этой ране.

– Какая пара следующая? – спросил Макс, зевая из-за впустую потраченных двух часов жизни. Каллаган действительно был скучен, даже вспомнил ненавистное белобрысое существо.

– Драконий язык. Я к Даруму

Вампир кивнул и вальяжной походкой направился в сторону следующей аудитории.

Глава 4. Стаури

– Отправляешь в Излом? – спросил у куратора. – Неужели все настолько плохо?

– Знал, что догадаешься, – мрачно проговорил он.

– Это очевидно. Давно в полотне мироздания появились дыры изломов? И насколько их много?

– Месяц назад, пока просят не поднимать панику.

– Все в стиле отца. Боевики еще не в курсе. В остальных университетах тоже так?

Он кивнул.

– Долго держать это в тайне не получится, будто проблем с гулями нам было мало.

– Таков приказ Службы безопасности, – он дернул плечами.

Этот орган в империи мало кто любил. Боялись.

– Отчет мне на стол, Дарум.

– Но…

– Я снова при деле, если сомневаешься.

– Понял, ваше высочество, – уважительно кинул он. Как бы он ни рядился в тогу при остальных, наедине он становился не моим куратором, а подчиненным.

На лестнице, по пути в аудиторию драконьего, поджидал неприятный «сюрприз». Девчушка, неловко общавшаяся с собственными одногруппниками, сейчас, на удивление, выглядела радостной. При виде меня малышка сразу изменилась в лице, вид снова стал забитым и испуганным. Ухмыльнулся, незаметно заставляя остаться здесь.

– Вы идите, я догоню, кажется, тетрадь забыла, – она нервно прикусила губу.

– Хочешь, пойду с тобой? – произнесла светлая эльфийка из высших.

А Люси молодец, смогла с кем-то сдружиться, не все так безнадежно, как я предполагал.

– Нет-нет, вы опоздаете. Я быстренько.

– Ладно, – подружка явно не поверила словам «женушки», а когда взгляд упал на меня, видимо, что-то сообразила и кивнула.

– Ну, привет, – почему-то захотелось улыбнуться.

Она не низкая девушка, по человеческим меркам даже высокая, но с высоты моего роста и со ступени, которая эту разницу лишь увеличивала, выглядела совсем маленькой. Проход от перил я загородил рукой. Никуда ты не пройдешь, девочка моя. Она невольно попятилась назад, как же жалко это выглядит. Ее страх ощутим даже на физическом уровне.

– Ну и? Почему молчим?

Она абсолютно не контролирует собственные эмоции. Что говорить об эмоциях, ей даже неподвластно собственное тело. Очевидно, что она во власти ужаса, настолько сильно сжалась и затеребила край собственной кофты.

– Не понял, ты в себя поверила?

– Все отлично, – ее обычно звонкий голос сейчас сменился на тихий, в котором можно было отчетливо различить зарождающиеся нотки лирического сопрано. Боишься, малышка, и правильно делаешь.

– Да что ты? Я могу сделать так, что всё будет не отлично, хочешь?

Мотнула головой. Какое же все-таки жалкое существо, как и все люди. Почему она досталась мне? Взгляд упал на открытую шею со следами от засосов. Воспоминания снова одолели сознание:

– Тебе придется играть по моим правилам, если хочешь выжить, – улыбнулся я, расстегивая ей пуговицы белой рубашки.

Побороть брезгливость и поставить пару отметин, заставим их поверить в страстную любовь. Она даже не взглянула на меня, сразу отвернув голову и дав мне возможность губами прикоснуться к шее, оставляя синие гематомы на светлой коже. Моя ж ты послушная. Спускаюсь ниже, приоткрывая грудь, но малышка оказывается смелее.

– Я все равно не ношу декольте, нет смысла спускаться ниже, – угрюмо кидает она, не осмеливаясь смотреть на меня.

Хмыкаю и отступаю, еще подумает, что процесс мне приятен.

Выцепив мой взгляд, изучавший намеренно открытые кровоподтеки, она краснеет и стыдливо просит:

– Алекс, можно мне пройти? – в глаза смотреть не осмеливается.

– Что-то узнала о фее?

– Я не хочу этим заниматься, это подло, Алекс!

Издевательски потрепал ее по щеке.

– Хочешь жить – умей вертеться, девочка моя.

– Это так плохо, – прошептала она дрожащим голосом, смахивая подступившие слезы.

Ох уж Джахард³, сейчас этой влажности мне как раз не хватало.

– Плохо – шпионить за мной, прислуживая моему папаше, а все остальное ты делаешь для того, чтобы выжить. Завтра выходной, поэтому сегодня будем ночевать в особняке.

– Алекс, а можно мне остаться в общежитии?

Рука прямо уже дергается хорошенько ударить ее за тупые вопросы. Наклонился близко к инфантильному лицу и улыбнулся.

– Я спрашивал, хочешь ты или нет? Поставил перед фактом. У нас дела, заодно поможешь мне отчеты заполнить. Теперь иди на пару, ты опоздала.

Надо бы и об этих придурках подумать. Тратить время на ненужную дребедень, типа обслуживания остальных – тупо, а значит, создам качественные иллюзии для ребят, исключая Хакаффу, он заслужил. За все годы обучения Даруму не удалось распознать ни одну из моих иллюзий, все получится. С этой проблемой вопрос решен.

Второе, на днях был убит сиэлийский князь с рудиментом драгоценных глаз, Люси пока не знает о смерти дяди, в ближайшее время и не узнает. Ей не нужна эта информация, особенно подробности: мужчина был найден с пустыми глазницами, а его тело было разорвано и местами съедено.

Третье, по какой-то причине начали открываться порталы Излома, а Служба безопасности обнаруживает в столице гулей. Мы все еще не понимали, как такие твари родом из подземелий пустыни Артсахат, не выносившие солнечного света, оказались на территории империи?

Работы дохрена.

***

День пролетел незаметно, больше эксцессов не наблюдалось, об иллюзиях не стал предупреждать, сделаю завтра. Свадьба через месяц, но даже думать об этом не хочется, меня от Люси тошнит.

Сиэлия – древнее царство, оставшееся свободным только из-за Люси, которую было решено взять в политические заложники. Да-да, знаком я с ней с ее детства, но в том возрасте я еще испытывал жалость к маленькому и одинокому существу, оставшемуся одному в чужом месте и без поддержки семьи.

Она умеет вызывать эмоции даже у меня, не признающего человеческую расу. Отчасти благодаря моей протекции, к ней не приставали и старались не насмехаться, несмотря на унизительное положение. Но она посчитала нужным служить отцу. Мелкая шлюшка нашла способ выжить.

– Закончила, – она подбежала к нам с Далланом, поджидавшим ее у ворот университетского городка.

Я в это время был занят чтением одного из отчетов, представленных Дарумом.

– Лю, как дела? – Даллан взбодрился, хотя видел ее относительно недавно.

– Здравствуйте, лорд Лир, – ее неуверенный взгляд стал заметен даже боковым зрением.

Даллан широко улыбнулся и обхватил ее лицо, заставляя состроить гримасу. Она от неожиданности даже приподнялась на носочки, не способная противостоять сыну императорского советника.

– Л-л-лорд, вы…

– А ты хорошеешь прямо на глазах, Люси!

Она неловко оттолкнула его и, поморщившись, потерла щеки. Даллан взял ее за плечи, но прежде заправил ей за ухо прядь, выбившуюся из нетугой косы.

– Лорд, мне не… – наконец решилась попросить она.

– Руку убери, – мрачно произнёс я, не отвлекаясь от чтения.

Даллан понял сразу и вытянул руки в пораженческом жесте.

– Прости, малютка, увлекся.

Она отошла от него на пару шагов. Я как раз закончил читать. Дела плохи, ладно, разберусь уже в особняке.

– Даллан, руки при себе научись держать, – раздражение прямо ударило в голову. И этот меня решил взбесить.

– Да понял я, понял. Больше даже пальцем твою малышку не трону.

– Правильно сделаешь. Коутен, тебе в общежитие надо? – уже обратился к ней.

– Да, мне бы пару книг взять.

– Люси, они дома в библиотеке есть, не тупи.

– Ну, одежду сменную тогда.

Все. Выморозила.

– Лю-си, в особняке комната, в комнате шкаф, а в шкафу, ну-ка, угадай, что?

Прикусила губу и стыдливо промолчала.

– Мне ничего не надо.

Потрепал ее по светлой макушке.

– Умница, правильный ответ.

– Как мило, прямо собачка, – ехидно произнес Даллан.

Я бы обозначил другим словом, но сейчас лень выражаться. Смотрю на ее больную руку и, закатывая глаза, выхватываю сумку. Она сначала растерялась, поэтому произнесла примитивное «я сама».

– Все поехали, – буду сейчас я обращать внимание на это «я сама», с каких пор она решила, что к ее мнению прислушиваются?

Глава 5. Коутен

Не люблю оставаться с ним наедине. Особенно сейчас, когда вынуждена рассказывать ему о всех ситуациях, связанных с феей. Сумеречная империя активно налаживала отношения с Облачным царством. Мне мерзко. Так ведь неправильно поступать.

– Садись сюда, вот образец, по нему заполняй. Печать ставь красную, это для Службы безопасности. Для дворца не трогай. Ясно?

Он не любил повторяться, но в этот раз я все поняла сразу, поэтому только кивнула, быстрее приступая к работе. Еще своего домашнего задания много, его даже за выходные не успеть всего выполнить, а тут отчеты.

Нет, я неблагодарная. Я выполню все, каких бы усилий ни стоило.

– Даллан, что там с гулями? – он садится на бордовый диван и потирает виски.

Даллан Лир являлся сыном советника императора, темный лорд по происхождению. Представитель одной из трех Вечных рас, пришедших в наш мир во времена Исхода, времени, когда сумеречный бог ворвался и уничтожил предыдущего бога смерти Морта. Вместе с ним пришла и армия Вечных, состоявшая из демонов, сниксов и берсерков. Именно к расе сниксов относился парень, и как все Вечные имел вторую ипостась, превращаясь в жуткого монстра. Внешностью сниксы напоминали вампиров, но глаза у них были черные, словно дно самой глубокой впадины.

Даллан Лир считался идеальным представителем своего вида: высокий рост, худощавость, прозрачная кожа, просвечивавшая узорчатые линии вен, агатовые волосы и эти глаза, напоминавшие омут.

– Стража поймала еще одну пару, теперь вот противоядие ищут. Те, которых мы эксплуатировали, лучше в утиль.

В дверь из черного дуба постучались. Когда Алекс дал разрешение, в роскошный кабинет вошла служанка. Оба парня замолчали в тот момент, когда та приступила к сервировке стола чашками чая, бутербродами и сладостями. Кажется, мы здесь надолго. Вошедший за ней мужчина принес бутылку вина и два бокала в придачу.

– Лорд, для леди бокал нужен?

– Она не будет пить, – сразу отрезал принц. – Больше не беспокойте нас.

– Да, лорд, – он поклонился и ушел, прихватив с собой еще и крайне любопытную служанку.

– Сегодня остаешься или к себе? – этот вопрос был адресован Даллану.

– Не, сегодня к себе, у отца снова период запоя может начаться, нужно проконтролировать.

– А в итоге контролирую его я, – не без раздражения процедил Алекс.

– Ну, уж извините, не я его адъютант.

Я тихо хмыкнула, но меня, к счастью, оставили без внимания. Ни для кого не секрет, что императорский советник, несмотря на все свои таланты и заслуги перед империей, раз в год стабильно уходил в запой. Обычно начиналось все с середины осени и продолжалось неопределенное время. Сыну вытаскивать отца из объятий алкогольной дремы надоело, оставили это дело на его адъютанта, роль которого третий год исполнял Алекс.

Парни, позабыв о бытовых делах, приступили к обсуждению рабочих вопросов. Я решила не отвлекаться и уткнулась в собственный лист. Это походит на транс. Выполнение монотонной работы затягивает, доводит движения до механических. В таких случаях главное, чтобы не «замылился» глаз, иначе можно допустить много ошибок. Последний лист из ста пятидесяти стоил титанических усилий, на руке от напряжения начали высвечиваться вены. Алекс, пересевший в кресло, тоже заполнял бумаги. Даллана к первому часу ночи здесь уже не было, хотя ему уйти – один момент. Наверное, прекрасно уметь ставить порталы и оказываться, где ни пожелаешь.

Закончила! От радости просто стукнула голову об стол еще и руками накрыла. Устала.

– И почему ты не поела? – спросил он, попивая вино из бокала.

Я смутилась, они там беседовали со сниксом, стало неудобно подходить.

– Когда-нибудь наступит день, ты начнешь быстрее отвечать на мои вопросы.

– Я не хотела.

Если назову эту глупую причину, начнет еще больше оскорблять. Не хочу слышать грязь лишний раз.

– Да ты что? – как всегда, его голос был полон иронии. – Боишься поправиться, м?

– Я просто не хочу. Вот, я закончила. Можно мне пойти?

Не хочу разговаривать с ним лишний раз. Просто не хочу. Напряжение словно током ударило между столом, где я работала, сидя на его же рабочем кресле, и креслом для гостей рядом с диваном, где, как раз восседал он. И, судя по всему, свою работу он также завершил и, не сводя с меня взгляда, допивал свой напиток.

– Ты не боишься, что я тебя изнасилую?

Вопрос словно разбил меня на осколки. Мне всегда казалось, что я противна ему, он сам так говорил, но в последние годы он постоянно шлепает по неположенным местам, щиплет, а когда оставляет ужасные отметины, я прихожу к выводу, что если не по желанию, то делает он это просто для того, чтобы мне было плохо.

Руки часто выдают меня, когда я нервничаю. Они начинают дрожать, а вместо хорошей речи начинаю заикаться. Мне страшно, я не могу ничего придумать, ведь все произнесенное мной его раздражает. Опускаю голову, дабы скрыть дурацкие слезы слабости.

– Другого «ответа» от тебя не ожидалось. Вопрос номер два, – в этот момент он встает и приближается ко мне, – у тебя был секс с моим отцом?

Ужаснувшись, я прикусываю губу. Оправдываться нет смысла, он все равно не поверит.

– Нет, – вопреки всему, отвечаю шепотом.

Он нависает надо мной, положив бокал на стол.

– Думаешь, поверю?

Ну вот, я же сказала.

– Держи, – протягивает золотой клевер.

В это момент захотелось разрыдаться от этого жеста, потому что он угрожал, что никогда не вернет его. Четырехлистный клевер золотого цвета – герб царской семьи Сиэлии. Но это оказалось не все – он наклонился к виску и прошептал:

– Постарайся быть все такой же послушной девочкой, и твоя жизнь станет легче, – губы коснулись щеки. От страха прикусила собственную губу. – Боишься меня?

Молчу. Он хватает за шею. Поглаживает большим пальцем место, где пролегает сонная артерия.

– Ответь.

– Думаю, ответ очевиден, – нет смысла скрывать, мой страх находится на поверхности, он им упивается.

– Хоть не стала врать.

Не решилась посмотреть в глаза, одно лишнее слово или движение и все.

– Можешь идти. Уже поздно заниматься, ложись лучше спать. Твоя комната рядом с моей, возьми то, что нужно и топай спать ко мне.

– Почему я не могу спать одна?

До нынешнего времени я спала сама, что сейчас на него нашло? Новый вид запугивания ищет?

– Скажем так, произошло много нехороших событий, поэтому сейчас если хочешь выжить, делай все, как я говорю.

Он всегда разговаривал со мной назидательным тоном, словно я ребенок.

– А какой тебе смысл беречь мою жизнь? – вдруг стало интересно, почему он решил меня «уберечь». Не верю ни одному слову.

– Я обещал тебе свою протекцию, вот и наслаждайся, принимая все ее нюансы. Лиза, – негромко произносит он, в комнату спустя минуту входит служанка, – накорми ее и после сопроводи до покоев.

– Да, ваше высочество. Принести вам утяжелители?

– Давай.

Лиза накрыла мне в столовой, которая по своей изысканности могла бы посоревноваться с одним из лучших ресторанов столицы. Два больших арочных окна, не зашторенных в данный момент и позволявших любоваться бледным полумесяцем, были украшены ажурной каменной вырезкой.

Есть хотелось, но с другой стороны, аппетита не было. Выпила немного чая и поела клубники. Думала сегодня еще что-то поделать, но усталость дала о себе знать, отчеты вымотали окончательно. Потерла лицо руками, утомилась.

Прохладная вода помогла снять напряжение, накопленное за весь день. Несмотря на роскошную ванну на резных ножках, предпочтение отдала душевой. Уткнулась в стекло лбом и прикрыла глаза. Рука заныла, повязку придется менять. Нельзя злить Его темнейшество, не представить информацию о его же сыне – дать ему повод сорваться. Отец не может приструнить собственного сына, а он играет по своим правилам, напрочь игнорируя приказы отца. Да и сын эту рану лишь разбередил, когда узнал о моей недошпионской деятельности. Как же! Будто я хочу этим заниматься. У меня нет выхода, никакого, я слишком сильно хочу жить.

Лиза принесла милую пижаму, верх которой был отделан оборкой и ажурными манжетами, а низ выглядел довольно просто. Мне нравятся пижамы, в них удобнее спать, чем в ночных рубашках. Взяла расческу и принялась наводить порядок на голове. Не люблю этот процесс, он слишком долгий и нудный. Волосы прилично отросли, уже до бедер, не отпускала мысль состричь их, может, тогда меня начнут воспринимать серьезнее? О чем это я? Разозлилась на себя, дернув очередную зацепившуюся прядь. Меня длина устраивала, я не должна менять что-то из-за общественного мнения. Пусть не смотрят, если не нравится.

Наверное, прошел час, пока я расправилась с волосами, если не расчешу влажными, потом спутаются, будет сложно. Осталось последнее.

– Лиза, – тихо позвала бедную служанку, которой не давали спать даже во втором часу ночи, – принесите, пожалуйста, аптечку.

– До сих пор не спишь? – поинтересовался ради приличия вернувшийся с пробежки парень, снимая утяжелители. Светлая рубашка прилипла к потному телу, высвечивая его мощные контуры. Он не стал церемониться и снял ее, оголяя голый татуированный торс с четко очерченными кубиками пресса. Как же стыдно, не сразу сообразила, что нужно отвернуться, но все же сделала это спустя несколько секунд.

– Сейчас лягу, – не решилась смотреть на него.

Ситуацию немного разрядила постучавшая Лиза. После разрешения она вошла, положила коробку на стол и, пожелав кошмарного сна, ретировалась.

– И что это? – прервал он тишину.

– Это для меня, – не смотрю до сих пор, осторожным шагом подходя к аптечке и забирая все необходимое.

– Подожди. Дай три минуты, я в душ, а потом разберемся.

Не поняла, о чем он, какие еще разборки? Начала развязывать бинт, морщась от боли, так как влажным, он прилип к ране. Неприятное ощущение.

– Сказал же подождать, – раздраженно шикнул он. – Дай сюда. И вообще сядь на кровать для начала.

– Я сама могу, – не хочу принимать от него никакой помощи.

– Рот закрой.

Молча даю ему руку на растерзание. Упустим момент, когда состояние раны ухудшилось из-за него. Он выбросил бинт, достал что-то для обеззараживания и начал аккуратно проводить по больному месту. Я поморщилась, щиплет сильно.

– Больно? – голос у него странный сейчас.

– Нет, – солгала, до сих пор стараясь не смотреть на него. После душа он решил надеть простые штаны из черного шелка, не потрудившись прикрыть верх.

– Посмотри на меня, – приказал, закончив с рукой. Не решилась этого сделать. Чувствую касание его пальцев на волосах. – Лю-си, – ощущение дыхания на шее, – ты действительно смущена или делаешь вид?

Мою голову резко повернули, заставляя заглянуть в леденящую душу поверхность этих глаз.

– Все же вернемся к тому вопросу. Что ты предпримешь для того, чтобы я не отымел тебя прямо здесь?

– Хватит! – воскликнула, когда, обхватив талию, заставил податься к нему. Дыхание стало громким и частым, а он не унимался. Его рука проскользнула под тонкую ткань рубашки и приподняла ее. Алекс ладонью накрыл ребра, слегка надавливая на косточки пальцами. Не выдержав, психанула, начав отбиваться. Не хочу! Не хочу! Он лишь грубо вжал меня в кровать.

– Тш-ш, не кричи, мне лень накладывать полог тишины.

– Не надо! – завертела головой. Он схватил за щеки, фиксируя.

– Насчет моего вопроса, боишься или нет?

Его выражение лица надменное, злобное, высокомерное.

– Боюсь, – просипела я. – Очень боюсь. Я не знаю, что могу сделать, чтобы этого не произошло, ведь я и так уже служу тебе.

– Мне неинтересно выслушивать твои излияния. Это утомляет, – он наклонился ближе, еще ближе. Вот его губы уже почти касаются моих, когда лицо озаряет улыбка. Улыбка садиста, издевающегося над своей жертвой. – Ладно, спи. Я на диван, – Алекс просто выхватывает подушку, лежащую рядом и уходит в сторону дивана.

Очень громко выдохнула и откинула руки в стороны, расфокусировано глядя в потолок. Что это было?

Глава 6. Коутен

– Коутен, подними свою жопу. Хватит дрыхнуть.

Накрываю голову подушкой, его голос мешает спать. Сегодня же выходной.

– Коутен!

Вскакиваю от резкого шлепка чем-то очень неприятным по месту ниже спины. Алекс в белой рубашке и черных узких штанах возвышается надо мной, в руках держа…

– Н-е-е-е-т, – громко начинаю ныть и закрываю лицо. – У меня же рука болит.

Забыла об этих глупых тренировках, которые, скорее, напоминали экзекуцию и в которых главной мишенью становилась я. Его высочество держал в руках острую рапиру.

– Это я с тренировки вернулся, а ты вставай, мы сегодня в Службу безопасности. К тому же императрица настаивает на примерке платья. Так что быстро. У тебя десять минут. Лиза!

Чем ближе день свадьбы, тем хуже мое состояние. Может, что-то случится раньше и всего этого не произойдет? Хорошо, ничего не изменится, и мы будем с Алексом в тех же отношениях, что и сейчас. В идеале, чтобы он забыл о моем существовании.

– Леди, позвольте, – начала служанка.

– Я сама разденусь.

Сначала зашла в ванную, чтобы надеть другой комплект белья, и только потом вышла к девушке.

– Леди, – она смутилась, – вам придется снять верх.

– Зачем? Почему нельзя дать мне другое платье, которое не требует открытой спины и рук?

– Ваше высочество, вам придется надеть это, – девушка осталась непреклонна.

Промолчала и взяла голубой тонкий атлас. Модистка, видимо, посчитала, что сверху платье недостаточно открыть, поэтому сделала еще длинный разрез от середины бедра. Верхнюю часть белья меня заставили снять, поэтому ткань облепила грудь, выделяя то, что мне не хотелось бы выделять. Лиза спокойно затянула платье на талии и свела лямки ближе к спине, подчеркнутой треугольным вырезом. Спустя минуту она подала туфли светло-розового цвета, с лентами, которые должны завязываться на щиколотке.

– Прекрасно выглядите, ваше высочество! – наверное, Лиза измывалась. – Чтобы вы желали видеть на голове?

– Не затягивайте, пожалуйста, сильно волосы, потом голова будет болеть.

–Леди, а что вы думаете насчет жгутов по бокам?

– Это как?

– Вот, – она взяла две передние пряди, прокрутила их подобно жгутам и закрепила сзади. Похожие прически обычно делала моя одногруппница Танариэль и принцессы. Красиво.

– Мне нравится, – улыбнулась я в благодарность Лизе. – Спасибо.

– Я рада, что вам понравилось, леди.

Потом девушка решила нанести легкий макияж и сделать эффект покусанных губ, приводя меня в ужас. Украшения решили не брать, это уже стало моей блажью, остановились на маленьких топазовых гвоздиках.

Аккуратно спускаюсь по лестнице, касаясь задней части, немного побаливающей от удара. Высокий каблук не особо дает возможности маневрировать разными шагами, но кованые перила помогают держать равновесие.

– Лиза, умничка, смогла сделать из нее что-то вразумительное, – слова принадлежали Алексу, поджидавшему меня на улице.

Я как всегда промолчала, не зная, что ответить.

– Лорд, я лишь подчеркнула врожденную крас…

– Можешь идти, – прервали ее.

Погода сегодня прохладная, а легкое платье согреванию не способствовало. Надо было взять что-то из верхней одежды. Он равнодушно прошелся взглядом по мне, остановившись на… Это из-за холода так!

Обняла себя руками, прикрывая грудь. Хочется провалиться сквозь землю, а что они хотели, дав мне такое платье? Хоть карета не заставила себя ждать. Чувствовала себя некомфортно из-за слишком откровенного наряда, поэтому сидела в скованной позе, еще вечно поправляя раскрывающийся разрез.

– Тебе неудобно?

При равномерном стуке копыт его голос ощущался чужим. Вопрос риторический, он знал об отличиях нашей моды от сумеречной. Да, я не была в родном доме много лет, но вкусы свои не поменяла. Хотелось промолчать снова.

– Считаю до одного.

– Удобно, – врать ему стало привычкой.

Знаю, он скажет что-то вроде «смирись» и снова уставится в окно.

– Да? Тогда открой ногу раз удобно и перестань прикрывать грудь, – усмехнулся, прямо глядя на меня. – Ну же, я жду. Вот даже засосов не видно почти, так что не будешь краснеть, как в остальное время.

Сцепила зубы, исполняя его приказ. Отвратительное ощущение – чувствовать себя слабой и беспомощной. Даже убей он меня прямо сейчас, никто ничего ему не скажет, в идеале еще и помогут тело спрятать.

– Как у тебя дела с эльфийским?

– Все хорошо, профессор Фламберт сказала, что у меня способности к нему.

– Это неудивительно. Языки тебе даются легче всего остального.

Хвалить он тоже не умеет, как и признавать мои плюсы.

– Направление выбрала уже?

– Нет, только с третьего курса, но, наверное, останусь на эльфийском.

– Не планируй так далеко, – хмыкнул демон, – у тебя не настолько стабильная жизнь.

Прикусила губу, принимая его правоту.

– Друзей нашла?

– Да.

Какое же неловкое у нас общение.

– Много?

– Ну, некоторые косо поглядывают, но есть те, кто общается.

– «Косо поглядывают»? Это как, из-за синяков?

Отвернулась, не хочу уже сотый раз повторять то, что мне стыдно появляться перед остальными с этими отметинами и выслушивать оскорбления от некоторых.

– Люсия.

– Да, из-за них.

– Больше не оставлю, думаю, отец в этот аспект нашей совместной жизни поверил.

С надеждой посмотрела на него, не особо доверяя его словам. Правда?

– Спасибо.

***

Университет находился почти в центре Эстердама. Учитывая то, насколько город был огромным, место действительно считалось элитным. Имение Алекса расположилось за городом, поскольку свой городской дом он не особо любил, предпочитая жить подальше от отца.

Дворец из светло-серого камня наполняли статуи разных существ, больше всех из которых было горгулий. Витражи с изображениями исторических сцен ловили блики солнца и отсвечивали их в тронном зале и в некоторых коридорах. Высокие шпили пронзали облака.

– От меня не отходи, – произнес Алекс, помогая выбраться из кареты. Его рука легла на талию, а кожей даже почувствовала касание пальцев на обнаженной спине.

– Алекс! – принцесса в медовом платье с рюшами на рукавах и глубоким вырезом на груди выбежала навстречу. Алекс лишь теснее прижал меня к себе, слегка проводя ногтем по спине.

– Привет, Адрианна, – кивнул старшей принцессе.

Адрианна Стаури – любимая дочь его величества. Невероятно красивая помесь эльфийки и демона. Но, честно говоря, от демонов в ней были только голубые глаза Стаури. В остальном она напоминала скорее чистокровную эльфийку: светлые волосы длиной ниже бедер всегда бывали собраны в замысловатую прическу из большого количества кос, а характерные для расы нежные черты лица искажались только в случаях, когда на лицо падала тень презрительности.

– Люси, давай я тебя заберу.

Я боюсь ее. Ей всегда нравился Алекс, поэтому она часто портила жизнь мне.

– Не заберешь. Она со мной, – отрезал Алекс, и в этот раз я ему оказалась благодарна. Во дворце жила только одна принцесса, с которой я дружила, но сейчас она, наверное, снова под прикрытием убежала в город.

– Но ты же к императору.

От упоминания о нем я вздрогнула, что почувствовал и сам «жених».

– Она. Со. Мной. Где отец?

– У себя в кабинете, – угрюмо процедила она и странно посмотрела на меня.

– Кошмарных, Адс.

Мелкая дрожь пробежала по всему телу, стоило только приблизиться к знакомому кабинету. Алекс поменял положение, взяв меня за руку и слегка ее сжав.

– Не бойся. Все будет хорошо.

Не рискнула поднять голову и посмотреть. Даже раненая рука заныла, предчувствуя назревающий ужас. Я не ошиблась.

За дубовым столом на обсидиановых резных ножках восседал сам император. Он лениво положил смуглые руки с черными когтями на золотые ручки в форме горгульих голов. Взгляд голубых глаз обратился на сына в первую очередь. Так похожи и не похожи одновременно. Император смуглый и крупный, и глаза у него насыщенно-голубые, Алекс же светлокожий и высокий, а глаза его напоминали замерзшее озеро. И, честно говоря, все равно взгляд Алекса более пугающий, чем у императора. Эти глаза лишены какого-то намека на человечность. В императоре угадывался демон, те же черные когти, например, но Алекса с Адрианной это обошло стороной.

– Как всегда, ты даже не склонишь головы, – глубокий голос пронизывал до костей. – Наглый мальчишка, до сих пор не понимаю, зачем сохранил тебе жизнь, – император был очень серьезен.

– Может, ты понимаешь, кто из всех твоих детей самый толковый, – Алекс скривил губы в снисходительной усмешке.

Наверное, прекрасно быть бесстрашным, обладать такой силой, которая может превзойти даже силу самого известного демона империи.

– Думаешь?

Алекс, игнорируя его слова, усадил меня на кресло рядом с книжным шкафом, сам между тем сел прямо на место для гостей, аккурат перед императором. Эта наглость привела в ужас, сейчас его величество разозлится и все, но тот повел себя абсолютно спокойно. Когда мы оставались наедине, он был более жестким.

– Подружился с ней? – насмешливо указал на меня.

– Спасибо за подарок, – Алекс тоже в ударе, а я вся дрожу. Если сейчас Алексу придет в голову, он оставит меня ему и уйдет.

– Какое забитое дитя.

– Знаю, особенно рука у нее побаливает. Приходится лечить. Дуэли что ли назначать тем, кто ее трогает? – он с вызовом посмотрел на отца.

Подняла голову от испуга. Он сейчас заступился за меня?

– Хорошее решение, но несчастные случаи, увы, тоже случаются.

– Несчастных случаев конкретно с Люсией больше не произойдет.

– Ты разобрался с гулями?

– С ними боги в Артсахате пять тысячелетий не могли разобраться, а ты хочешь, чтобы я сделал это за пару месяцев? Твои ребята не справились, да? – с издёвкой хмыкнул парень.

– Алекс, хватит паясничать.

– Ты отстранил меня от дела, – резко рыкнул Алекс, – загрузив ненужной бумажной работой, а теперь требуешь найти источник распространения гулей? Ты и о порталах знаешь, но никак не додумаешься их связать?

– Не смей со мной разговаривать так, тем более при человеческом отродье! – гаркнул император.

– Это моя жена. Жена, навязанная тобой, так что считай, что она это я. Изломы открыты, а вместо того, чтобы предупредить магов, ты решил это скрыть? Может, сначала поставишь меня в известность?

Как-то жутко. Из курса истории я знала, что Изломом является грань миров, охраняющая их от слияния друг с другом. Обычно порталы в них могут открывать Вечные, и то не все: низшим и неизменным демонам это неподвластно, из Высших – мужчины, женщины не могут также, поскольку утратили способность к трансформации во времена Исхода⁴, подпитав внешние грани и закрыв их. К чему могут привести последствия открытых Изломов?

– Хорошо, – устало сдался правитель. – Гули появились полгода назад и почему-то только в столице. В начале был вариант, что дело в Изломах, но нет. Проблема с Изломами началась недавно, проблема с гулями – раньше.

– Еще не выяснили, как эти уродцы выжили при дневном свете? – задал логичный вопрос Алекс, я тоже сразу об этом подумала. Эти существа обитали в подземельях пустыни Артсахат, они погибали при солнце. Так странно.

– Мы сами не можем понять. Ощущение, будто на них какие-то щиты. Князь, возможно, что-то знал, раз с ним поступили так, что ни один некромант не может теперь его допросить.

Я взглянула на напрягшегося вдруг Алекса. Чего это он?

– Син, Люсиа вит интэ, – вдруг произнес Алекс на неизвестном языке, но разговор, кажется, шел обо мне.

– Ксах, их сангани, – ухмыльнулся император.

Повисло заметное напряжение. Да о чем это они? Может, собственное имя мне послышалось?

– Мы друг друга поняли, – холодно произнес Алекс.

– Разберешься с гулями?

– Оставляешь на меня грязную работу? – но, невзирая на саркастичный настрой, Алекс все равно серьезно кивнул.

– И еще, что ты знаешь о группе «Тень»?

– Что?

– Ладно, ничего. Орудуют тут в последнее время, напрягают. Не знаю, какие цели преследуют, но поймать не можем.

– Отец, давай без этого. У меня еще гули.

Не успел император ответить, как диалог прервал стук в дверь кабинета.

– Входи, Гюнтер.

Я привстала, делая книксен, когда с обрамлением позолотой двери открылись, приглашая в комнату советника его величества. Высокий мужчина среднего возраста неслышной тенью вступил в мрачное помещение. Его бархатный черный костюм почти сливался с волосами цвета смоли, а тяжелые свинцовые глаза сузились при виде нас.

– Мрачных дней, ваше высочество, – отец Даллана поприветствовал Алекса кивком, аккуратно коснулся губами тыльной стороны моей ладони. – Кошмарного дня, принцесса.

– Сумрака побольше, лорд Лир.

– Алекс, ты так отдалился от меня, – лорд Лир улыбнулся, отчего на уголках глаз появились морщины. – Не знал, что адъютанты так поступают с генералами.

– Лорд Лир, не все адъютанты просто вытаскивают собственных генералов из запоя. Ладно, приятно было пообщаться, мы уходим.

Он встал, предлагая мне руку, и увел из кабинета правителя. Когда двери захлопнулись, я выдохнула, не скрывая облегчения.

– Не так страшно на деле, м? Пойдем есть.

Глава 7. Адрианн Стаури

Мужчины взглядом провожали уходящую пару. Один – величественно сидя на кресле, другой – стоя, погруженный в собственные мысли.

– Думаешь, справится? – прервал советник затянувшуюся тишину.

– Он, конечно, мерзавец, но ответственный. У него хорошая логика и огромная сила, это дело как раз для него, – император знал о вспыльчивости и жестокости Алекса, но и не признавать холодный рассудок и силу сына он не мог. Алекс работал даже тогда, когда Адрианн его отстранил, по правде говоря, этот парень всегда был заядлым трудоголиком.

– Я не раз говорил тебе, что из всех твоих детей только побочные на тебя и похожи, – не без иронии подметил лорд Лир, скосив взгляд на императора.

– Пошел ты, – обошелся его величество без формальностей.

– Вы даже говорите одинаково, – хмыкнул советник. – Чья же кровь в нем сильнее, твоя или матери? Ты ведь мне о ней не рассказывал, кроме того, что известно. Больше двадцати лет прошло, Ади, а ты все молчишь, как так?

– Гюнтер, зачем приходил?

– А, точно, у нас заседание через пятнадцать минут. Поспеши.

Глава 8. Воспоминание

– Темных, – он уселся рядом и с интересом посмотрел на меня.

Я держала в руках книгу по грамматике имперского языка. У меня все еще имелись проблемы, надо повторять, мне наняли гувернанток, но самостоятельное изучение никто не отменял.

Второй принц страшный и мрачный. А в глаза заглянешь, жизни никакой нет. Втянула голову в плечи, с напряжением глядя на него. И где мои сопровождающие? Они же обычно рядом бывали, кроме встреч с императором, а сейчас исчезли. Алекс Стаури пугал, всегда просто смотрел, изучал, как добычу какую-то. И взгляд такой презрительный, словно брезговал.

– Здравствуйте, – бормотнула, сжимая краешек книги.

К приветствиям их никак не привыкну, кошмарных, ужасающих, мрачных желают друг другу. Темные же.

– Вы, наверное, здесь гуляете, я пойду, – сказала неуверенно, натянуто улыбнувшись и привстав.

Он усмехнулся, обнажая белоснежные зубы и небольшие, но острые клыки. Будто раздумывал, что будет со мной делать и каким пыткам подвергать.

– Попытаешься уйти, переломаю тебе ноги.

Больной совсем? Криво ухмыльнулся. Но рисковать не стану, сажусь обратно.

– Извините.

– За что извиняешься, если угрожал тебе я?

«На всякий случай, в целях безопасности», – мелькнула быстрая мысль. И не спросишь ведь, что ему надо-то.

– Да, вы правы, вам нужно извиниться, – не подумав сказала и только после осознала.

От испуга прижала ладони ко рту, широко раскрывая глаза. Ну зачем? Но реакции гнева или злости не последовало, наоборот, он улыбнулся.

– Свирепая, – меня легко потрепали по голове. – Расслабься, интересно стало, о ком столько слухов во дворце бродит, а тут лишь напуганная гусыня.

Нахмурилась, почему я гусыня? Видимо, что-то прочитал на моем лице, решил ответить:

– Шея длинная, вот и гусыня.

И зачем так называть? Кому понравится сравнение с гусем, я же из-за таких глаз не называю его отмороженным. Промолчала, но недовольство он уловил и хмыкнул.

– Бесит, да? – подается ближе и прихватывает кончик высокого хвостика, в который собрали мои волосы. – Какая белоснежная. Итак, как дела у принцесски во дворце?

Лгать не хотелось, поэтому я последовала привычной модели поведения. Как говорят у нас в Сиэлии: «Молчание – лучшая музыка в мире». Промолчала я снова.

– Ты не очень многословна, – раздражение парню едва удалось скрыть, причем получилось это не очень, я все равно заметила. – Плохо, правильно понимаю?

Исподлобья взглянула на него, а что мне, собственно, ответить? Я всего неделю во дворце, а меня уже начали шантажировать, накормили пирожным, содержавшим зелье молчания, а также успели напоить разного вида зельями правды. Весело, еще и комната похожа на логово упыря.

– Тебя чем-то напоили, – подозрительно прищурился он.

– Действие от зелий уже прошло, ваше высочество, – сдержанно ответила я. Не буду же жаловаться на его сестер? Не буду.

– Вот же стервы, – удивили меня и выражением, и неприкрытым возмущением. – Так, для начала, как тебя звать-то?

Я привстала, поправила сиэлийский национальный сарафан, вызывавший у придворных смешки, сделала книксен и постаралась представиться гордо:

– Люсия тер Коутен, ваше высочество.

– Люси, значит, – сократили мое имя. – Тебе подливают зелья, у моих сестер дебильное чувство юмора. Скоро из Нольтерры приедет еще одна, познакомитесь, скажу ей контролировать тебя. Совсем из ума выжила? Сдохнешь раньше, если продолжишь вести себя, как тряпка.

От удивления я опустилась на скамью, растерянно рассматривая его.

– У тебя магия на нуле?

– Да, а что?

– И зачем ты понадобилась отцу? Да и ваши территории, они даже не для темных, – принц закатил глаза. – Не пей ничего, ясно?! И не бери ничего из рук Агаты, Адрианне все надоест скоро, а младшая бесконтрольная. Да, как у всех Стаури, у нее есть иммунитет к ядам, у тебя его нет, она может ошибиться в нужной дозе и, заигравшись, угробить тебя. Теперь понимаю, почему во дворце устроили тотализатор по твоей выживаемости, самая большая ставка – полгода.

– Что?! – воскликнула я, хватаясь за сердце.

– Да-да, гусик, ты еще малявка – раз, ты человеческая малявка – два, ты без магии – три. На любого другого мне, признаюсь, было бы глубоко на… – он запнулся, посмотрел и нехотя поправил: – наплевать, но тебя, откровенно говоря, жалко, да и Айтине подружка нужна, будете держаться вместе.

– Айтина?

– Та, которая сейчас в Нольтерре.

– А-а-а, – протянула, все еще обдумывая мысли о ставках на мою жизнь. Что за бессердечные существа здесь живут?

– Не «а-а-а», а «впредь я не буду пить всю эту дрянь, которую мне наливают, ваше высочество», – исправил он.

– Я же не знала! Вчера только узнала, леди Далиан подсказала, простите.

– Эй, без жертвенности и без лишних извинений, гусыня, – он беззлобно улыбнулся и щелкнул меня по лбу. – Здесь так не принято. Тин научит тебя, но продержись до ее приезда. Вот одна из причин моей нелюбви к человечкам, – проворчал лорд Стаури. – Старайся не высовываться лишний раз из комнаты.

Я поморщилась. Моя комната – место, где, напротив, лишний раз даже бывать мне не хотелось. Естественно, жаловаться я никому не собиралась, не убьют, и то хорошо, а так, хотя бы родители в безопасности и царство наше.

– Спасибо, – произнесла, рассматривая рунную вязь на манжетах своей кофты. Кажется, о спокойной жизни стоит забыть.

– Отработаешь, – ехидно ответил Алекс Стаури.

Глава 9. Коутен

– Закатного дня, ваше высочество и леди.

Невысокий, как и все представители данной расы, нимф отвесил едва заметный поклон. Лазурного цвета пиджак, являвшийся частью униформы, слегка натянулся при этом движении.

– Вечернего сумрака, господин Эммерик, – ответил Алекс, величественно кивнув.

– Безлунных ночей, господин Эммерик, – с вежливостью произнесла я.

Он приподнял губы в улыбке, поправляя синее жабо. Платиновые волосы, аккуратно уложенные в тугой хвост, оголяли острые, даже острее, чем у эльфов, уши.

– Какой кабинет предпочтете? – он обратил водянистый взгляд на Алекса.

– Какие свободны?

– Для вас освободим любой, – видно, нимфу не хотелось прогонять посетителей с насиженных мест, и я понимала его. Это некрасиво и невежливо, кем бы там ни были Стаури.

– Какие. Свободны, – от такой интонации демона мне стало не по себе, но хоть здесь не стал проявлять эгоистичные замашки, прогоняя гостей.

– Прошу прощения, ваше высочество, – нимф прозрачными когтями незаметно подцепил кружевной манжет. Нервничал.

На Алекса посмотришь, сразу паника начинается от этого выражения лица. А лицо у него, между прочим, являлось помесью эльфийской и демонической сущностей. Вроде и черты лица напоминали народы леса, но нежности в них не было, здесь доминировало наследие Стаури. Выразительные скулы на благородном лице и общий снисходительный взгляд лишь выражали его презрение ко всему окружающему. Особенно профиль лица с ровным носом, который идеальнее многих женских, в том числе и моего. Волосы у него, в отличие от преобладающей части населения, короткие, он не любил заплетать их в длинные косы и собирать в хвосты, а цвет их такой же обсидиановый, как трон императора.

– Сейчас свободны «Золотая клетка» и «Птичий зал».

– «Птичий зал» сойдет.

– Пожалуйста, пройдемте со мной, ваше высочество и леди.

– Коутен, – добавил «жених».

Чтобы добраться до птичьего кабинета, нам пришлось подняться по лестнице, украшенной роскошными эльфийскими балясинами агатового цвета, в лиственные узоры которых внедрены небольшие полудрагоценные камни. На один из столбов водружен ониксовый лебедь, распустивший свои крылья и будто бы приглашавший в одно из помещений. А сам зал оказался невероятным: стены были расписаны изображениями птиц разных видов в естественной среде их обитания.

– Красиво, – пробормотала я, неспособная оторвать взгляд от искусной росписи. Алекс молча повел к столу и помог сесть. Неудобное платье, усталость, недосып забылись при этом виде. Даже люстра изображала ветвь, обвитую фениксом. Действительно, птичий зал.

– Мне как всегда, леди пока думает, – обратился парень к солидному мужчине.

– Да, ваше высочество, я к вашим услугам.

– Подойдите через пять минут, – кивнул Стаури.

Я нормально не ужинала, а позавтракать не успела, поэтому сейчас хотела поесть хоть чего-нибудь. Но так сложно читать под этим изучающим взглядом. Быстро сделала выбор в пользу блинчиков с фруктами.

– А под каким соусом? – аккуратно осведомился официант, не успела ответить, за меня все решили:

– Принесите все. И чай для леди.

– Будет сделано, ваше высочество, – он удалился выполнять заказ.

Возникло неловкое молчание, впрочем, как и всегда. Меня все устраивало, наоборот, молилась, чтобы он не заговорил со мной. Лучше полюбоваться окружающей красотой.

– Ты похудела, – прервал приятную для меня тишину. – Ешь больше.

– Я учту, – нет, не учту, но, если не соглашусь, наедет.

Аппетита не было в последний год из-за всей этой суматохи и поведения императора.

– Не лги, что я тебе говорил об этом? Что там с Ирис?

Алекс надавил на больную мозоль. Мне не хотелось использовать живое существо для достижения целей, а уж тем более шпионить за феей. Пытаться выведать у нее о царстве, попробовать сдружиться. Именно этого от меня требовали.

– Ирис не обсуждает политику со мной, мы всего несколько недель знакомы.

– Ты бесполезная, все же стоило оставить тебя гнить во дворце.

Прикусила губу, сдерживая судороги.

– И перестань вести себя, как шлюшенция.

Подняла глаза в удивлении.

– Хватит кусать губы, это пошло, – пояснили все же.

– Дышать тоже перестану, это невежливо, – тихо ответила я.

Рывок, и стул вместе со мной оказался слишком близко к нему, даже охнуть не успела. Договорилась.

– Значит, химера?

– Что? – не понимаю его. Вроде с имперским языком у меня все хорошо, даже акцента почти не осталось, но будто на разных языках разговариваем.

– Тебя так называют, предполагаешь почему?

Нахмурилась, конечно, оскорбляют, что еще имперцы могут делать по отношению к человеческой расе?

– Твоя самооценка оставляет желать лучшего, – прикасается к шее и покрывает легким поцелуем.

Что?! Я из обычной человечинки, которая, между прочим, по словам Алекса, «для Вечных была едой до времен Исхода» превратилась в мировую красавицу?

Вечные хоть и являются пришлыми в наш мир, но заняли здесь главное место в общей иерархии рас. И это их больше остальных заставляло выказывать презрение к людям. Демоны, сниксы и берсерки – самые опасные и хищные, сохранившие животное начало даже после стольких эпох эволюции. И, конечно, до времен Исхода – времени, когда они пришли сюда, в их мире было нормальным лакомиться нами. Хорошо, хоть сейчас такого нет, но в Сумеречной империи самым малочисленным считалось человеческое население, в отличие от антипода Рассветной, преобладавшей частью которой являлись люди.

– Ты чего? – щеки опалило румянцем, он никогда так не делал. Не считаю те случаи, когда оставлялись отметины для того, чтобы позлить отца и показать, что я на его стороне.

– Проверял, настолько ли это противно или просто барьер в голове.

Да, конечно, меня же можно использовать в качестве инструмента для проверки.

– Ты действительно красивая, жаль, что мерзкая человечинка.

– Я рада, что я «мерзкая человечинка».

Все в репертуаре Стаури, сделал комплимент и оскорбил одновременно.

– Ты же не будешь обижаться на правду? – его бровь поползла вверх.

– Это неправда.

– И что здесь «неправдивого»?

Но я решила раньше сменить тему, чтобы не отвечать на этот вопрос. Тем более, у меня просьба, которую было немного страшно даже озвучивать.

– Алекс, я хотела кое о чем попросить. Могу ли я… у нас группа хочет сходить вместе куда-нибудь, и…

– Нет, – отрезал он, даже не дослушав.

– Но я же ничего не делаю плохого, там и Ирис будет. Пожалуйста, я вернусь вовремя.

– Нет. Я уже сказал.

– Алекс, в этом нет ничего плохого, просто хочу с группой пообщаться. Там все наши будут.

– Достаточно.

– Ты всегда общаешься в той манере, которая удобна тебе. Почему нельзя проявить хоть немного эмпатии? Вот почему?

Иногда нервы сдавали. Когда с тобой вечно общаются односоставными предложениями, становится сложным оставаться спокойной. У меня во дворце почти не было друзей, исключая Тин и Арана, но со вторым мне строго-настрого запретил общаться Алекс. Как запретил, просто поставил перед фактом. Слезы потекли по щекам. В кабинет вошел официант, а я, не выдержав, ушла в уборную. Всхлипнула, утирая глупые следы собственной слабости. Видимо, еду разложили, потому что за дверью послышался голос:

– Люси, выйди, у меня еще дела в Службе безопасности.

Ненавистно посмотрела на свое отражение и, вымыв руки, отвернулась. Завтрак проходил молча, я ела блинчики, выбрав из четырнадцати разных соусов только шоколад. Он молча жевал омлет с брокколи и сладким перцем, все так неловко, что хотелось быстрее закончить.

***

Служба безопасности, построенная на Большом драконьем проспекте, выглядела, как гранитный фасад, украшенный решетками, растительным орнаментом и скульптурами морских сирен. Угловая часть, прикрытая стеклянной башней, в противовес изображала крылатых валькирий. Одна из дев держала щит, а другая – меч, между ними стояла стеклянная эльфийка с весами, символизировавшими равновесие. По вечерам скульптура освещалась багровым цветом, выглядело очень загадочно. Казалось, что здесь только три этажа, но на самом деле здание глубоко уходило в подземелье.

– Сайэфилия, иди ко мне, – произнес Алекс, стоя в середине пустующей приемной.

Из двери, не ведущей в его кабинет, высунулась рыжая макушка. Я сама вытянулась, рассматривая небольшую кладовую, наполненную папками с надписями «Личное дело».

– Да, ваше высочество? – серьезно произнесла она.

– Красота моя, – весело хмыкнул он. Даже странно такие эмоции видеть на лице, – присмотри за малышкой.

Она улыбнулась, тоже оценила иронию, по которой так называемая «малышка» была выше нее самой.

– Малышка?

– По сути, взрослая, по факту, моя невеста. Следи хорошо, дай там книги почитать или что еще попросит. Люсия тер Коутен, коротко леди Коутен.

– Приняла, ваше высочество, – она продемонстрировала изящный книксен и кивнула. – Мрачных, леди Коутен. Вы можете меня называть просто Сайэфилия.

– Приятно познакомиться, леди Сайэфилия, – улыбнулась я ей, также сделав книксен.

– Так, Саф, что у меня сейчас?

– Совещание через семь минут, лорд Лир уже там, лорд Эднетт также вернулся с задания, лорд Ханрикс вместе с лордом Лиром.

На этом Алекс решил покинуть нас.

– Леди, вам удобнее в кабинете его высочества или здесь? – светло-желтые раскосые глаза, напоминавшие лисьи, смотрели пытливо, с толикой любопытства и ожидания.

– Я бы хотела здесь, – ответила, оглядев небольшую комнату с диванчиками для посетителей, тяжелым столом и стеклянными шкафами на всех стенах.

– Хорошо, я закончу с одним делом и выполню поручение его высочества, – она вытащила из ящичка стола сборник эльфийских сказок и вручила мне. – Полагаю, вам будет интересно.

Как странно, откуда она знала о моей любви к сказкам, тем более к эльфийским? И откуда эта книга здесь взялась? Отвлекать секретаря не стала, тем более леди, потеряв всякий интерес, достала из шкафа очень толстую папку, которую, мне казалось, такая хрупкая девушка не смогла бы никак удержать. Но она спокойно подошла к заваленному бумагами столу и положила талмуд прямо на них. С насупленными бровями открыла его, а потом, ткнув пальцем в какую-то строчку, начала полушепотом читать и, что меня удивило, преподнесла руку с браслетом, отчего кристалл на нем засветился. Браслет, записывающий информацию? Впервые такое вижу. Леди Сайэфилия с серьезным видом закрыла папку и положила обратно в шкаф, впоследствии активировав заклинание защиты.

Повернувшись ко мне после всех этих действий, она точно лисьим прищуром уловила взгляд на своей руке. Я смутилась, ну ведь прекрасная же вещь, как такой открыто не восхищаться?

– Леди Коутен, вас что-то удивило? – осторожно поинтересовалась она.

– Вы переписали всю информацию из страницы в браслет?

Она кивнула и собралась ответить, но ее перебил шум, доносившийся со стороны коридора.

– Сайэфилия, что за прекрасный запах?

В помещение ворвался темноволосый высокий мужчина, в расе которого я угадала высшего демона.

– А что это за снежок?

Секретарь не успела отреагировать, а он продолжил засыпать вопросами.

– Саи, откуда сие прекрасное человеческое существо?

Моя ладонь оказалась в его цепких когтистых руках. Попыталась отодвинуться, но тот схватил за кисть.

– Лорд Карвер, – это прекрасное человеческое существо с прекрасным ароматом – леди одного очень уважаемого лорда. Не советую лишний раз трогать, – девушка посмотрела на него с вызовом.

– Отпустите, пожалуйста, мне неприятно, – решила подать голос я.

– Кому принадлежит это безобидное создание?

Меня просто проигнорировали, будто неживое существо перед ним.

– Я никому не принадлежу, – постаралась вырвать руку.

– Лорд Карвер, хватит, – Сайэфилия вмиг преобразилась.

– Не могу, – он прикрыл глаза. – Она невероятно пахнет, не представляешь. Дай имя лорда, Сай.

– Отпустите! – выкрикнула я.

– Алекс Стаури, – секретарь серьезно посмотрела на демона. – Учитывая ваше нахождение в приемной его кабинета, могли бы догадаться.

Имя Алекса подействовало, как серебро на оборотня. Он отшатнулся и рассыпался в извинениях.

– Прошу простить, леди.

– Коутен, – с неприязнью помогла леди.

– Коутен, – подобострастно добавил демон.

– Лорд Карвер, вы ведь понимаете, что его высочеству обязательно будет доложено о случившемся? Чистокровные люди находятся под охраной короны.

– Да, искренне прошу принять мои извинения.

Не хотелось не то, что принимать извинений от него, но даже находиться в одном помещении.

– Просто уйдите, – отвернулась, игнорируя его оправдания.

– Леди, Коутен, простите за произошедшее. Сейчас я закончу и отведу вас на примерку платья.

Странно, она не знала моего имени, но знала о примерке платья, кажется, у них с Алексом существовал способ общения.

– А можно мне здесь посидеть?

Не хочу идти к императрице и к принцессе.

– Я тихо, даже мешать не буду.

– Хорошо, леди Коутен, надеюсь, его темнейшество не будет сильно ругать, – в улыбке Сайэфилии появилось что-то материнское. Смешная, но непробиваемую серьезность она вернула себе сразу. Быстрым кивком ответила на мою благодарность и уткнулась в записи, позволяя мне продолжить свое дело, хотя настроение уже было испорчено.

Глава 10. Стаури

– Итак, кто что выяснил с убийством сиэлийского князя? – генерал прищурился, направляя свой взгляд на меня. По факту, я не должен был здесь присутствовать, но сейчас чувство эйфории заставило улыбнуться.

– Драгоценные глаза, – многозначительно начал вампир Макс, – рудимент, дающий владельцу видеть суть происходящего. Вероятно, князь увидел что-то, что не позволило оставить его в живых.

– Это очевидно, лорд Эднетт, что-то посущественнее имеется?

– А вы думаете, из расчлененки можно что-то вытащить? – не удержался Райан, скучно рассматривая начальника.

– Лорд Ханрикс, чувствую, заповедник давно не обновлялся. Отправитесь в Приграничье и привезете десяток хороших умертвий.

Райан насупился, понимая, что не стоило лишний раз язвить.

– Убийство князя, вероятно, имеет политическое подспорье. Сиэлия может выдвинуть претензии и пойти войной, – вставил кто-то, над чем я посмеялся про себя.

Это жалкое человеческое государство не рискнет идти против могущественной империи, даже намеренное убийство монаршей особы не может сподвигнуть их на подобное. Генерал буквально прочитал мои мысли, отвергнув это предположение.

– На данный момент невеста лорда Стаури гарант того, что Сиэлия будет контролировать границы человеческих земель. Во всем остальном они слабы. Единственным уникумом был князь. Ваше высочество, насколько мне известно, у принцессы отсутствует магия?

Сдержанно кивнул, ожидая дальнейшего хода мыслей начальника.

– Так же, как у большей части царской семьи.

– Что вы хотите этим сказать? – сухо поинтересовался я.

Генералу не понравился мой тон, он сразу решил продолжить:

– Сиэлия не станет предъявлять претензии.

– Драгоценные глаза помогают видеть не только сущность всего живого, но и выходят на метафизический уровень, – это уже я. Генерал сощурил свои и так узкие глаза. – Князь видел не просто что-то, а конкретно какую-то тварину из другого мира. Если мы найдем его глаза, ответ окажется на поверхности.

– У вашей невесты есть подобный дар? – начальник соседнего отдела, контрразведка.

– Отсутствует. Обычные карие глаза, – откинулся на спинку стула.

– Я бы сказал, отдаленно напоминают некоторые камни.

Посмотрел на Даллана с намерением придушить. Лучше бы закрыл свой рот, необязательно было распространяться об этом. Да, глаза Люси при отблеске солнца действительно походили на драгоценность.

– Это какие?

– Гелиодор, может быть, – легкомысленно ответил сникс.

– Или янтарь, – добавил я. Ее глаза всегда напоминали подаренный солнцем камень.

– Вот, – Даллан указал на меня. – Значит, мне не показалось. Какой камень был у князя?

– Голубой гиацинт, – сразу ответил Макс.

– Это разве не цветок? – усомнился Даллан.

– Это и камень, – раздраженно процедил я. – Даллан, глаза моей невесты ты успел рассмотреть, а вот князя с явно выраженным рудиментом, о котором знали все, почему-то забыл.

– Принцесса может быть в опасности, – заключил начальник.

– Я знаю, она под моей защитой.

– И вы не сказали об этом? – рыкнул он.

– А должен был? Это моя невеста, она со мной, ее глаза никак не влияют на расследование. И напомнить вам, что мою команду до определенных пор вообще отстранили от дела?

Я не особо-то горел желанием спать с этой человечинкой в одной комнате. Но все возможные покушения на ее душонку и жизнь заранее проанализированы, пришлось даже пожертвовать своей кроватью.

– Да, пожалуй, вы правы, – генерал немного растерялся.

Сейчас у нас имелись две основные проблемы: гули и убийство князя. Побочной являлась проблема с открытыми Изломами. Гули, по нашему расследованию, появились полгода назад просто из ниоткуда. Поскольку убивали только девушек, мы все списывали на маньяка, никто не мог поверить в то, что пустынные чудовища оказались в центре Сумеречной империи. Монстры обитали в подземельях пустыни Артсахат, расположенной ближе к Рассветной империи. К Сумеречной прилегала лишь Долина мертвых, но там они не выжили бы. По легенде, именно в долине находился доступ в государство Снерседея, основанное богом смерти Джахардом, поэтому твари туда не могли попасть. А значит, их как-то перенесли сюда искусственно. Вопрос в другом, как они выжили?

На останках князя были следы от ослиных копыт, именно это становилось главным фактом доказательства совершения убийства гулями. Его глаза… для чего они потребовались? Гиацинт – камень, помогающий видеть истину. Таким был его дар, неспроста эти глаза выкорчевали и забрали.

– Что будем делать? – мрачно произнес Даллан, обхватив лицо ладонями. Хоть сникс и старался выглядеть спокойным, эмоции выдавали черные когти, выросшие вдвое. Вторая ипостась так и просачивалась через это умиротворение.

– Боюсь ваш молодняк снова к работе пускать, – генералу явно не импонировала данная идея, ведь наша четверка, состоящая из представителей лучших семей империи, часто действовала, нарушая любые установленные правила.

– Наш, как вы выразились «молодняк», первый, кто догадался, что убийства совершаются гулями. Наш «молодняк» одним из первых обнаружил следы гулей на теле погибшего князя, – промурлыкал Райан, но смеяться над такой манерой общения никто не собирался. Все привыкли.

– Вы ведь получили официальное разрешение от императора? – я пристально посмотрел на генерала.

Вопрос риторический, дело за нами. Демон, не сводя с нас взгляда, раздраженно поправил рукав черного сюртука из плотной ткани.

– Документация. Она мне нужна.

– Хорошо, ваше высочество, – будь слово кинжалом, оно смогло бы сейчас порубить этой интонацией. – На этом совещание объявляю оконченным.

***

На первый взгляд похожее на человека, но очень изуродованного, закованное в кучу серебряных цепей, оно подняло свои изорванные веки и посмотрело прямо на меня. Точнее, посмотрело бы, глаз у него уже давно не было, но существо отлично помнило те пытки, которым подверглось, а в частности того, кто подверг его этим пыткам. Макс вызвался пойти со мной в глубины Службы безопасности – самые нижние уровни, доступ к которым был не у всех работников. Пыточные – места, где жестоко изощрялись над наиболее отъявленными преступниками.

– Стаури, – голос будто шел из недр его горла. – Стаури, – он попробовал протянуть культяпки, оставшиеся от некогда удлиненных конечностей, отрезанных от тела настолько близко, насколько позволил нож, но цепи не дали провернуть трюк. – С-с-таури, – так обычно говорили сумасшедшие.

– Он тебя узнал, – произнес Макс. – Как?

Макс был раздражен, но сохранял спокойствие, скрестив бледные руки на груди. Я ближе подошел к железным прутьям решетки и равнодушно посмотрел на существо.

– Запах, Макс, он запомнил его.

Вердикт для уродца, после такого оно не выживет. Точнее, оно не выживет ни в любом из своих исходов, но сейчас все однозначно.

– Я чувствую тебя, как бы ты не лишил меня глаз, – лицо, испещренное шрамами, ослепила омерзительная улыбка острых, словно копья, но гнилых зубов. – Присутствие темного наследия, Стаури. Здесь ты.

Опустил взгляд на ослиные копыта. Гули умели менять внешность, но одно всегда оставалось при любой трансформации – ослиные копыта. Все же эти существа были прокляты богами, а не созданы ими, такой симбиоз всего уродливого, что существовало в мире, олицетворяли только они.

– И как с этими справиться? – Макс не сдержал гнева. – Они бы сожрали все население, если бы не боялись света.

– Так и будет, – зашепелявило оно. – Скоро, совсем скоро, мы приобретем силу и уничтожим вас-с-с.

– Ты сдохнешь скорее, обойдись без пафосных речей, – не выдержал я.

Гуль это произносил на протяжении всего периода собственного заточения, уже поднадоело, честно говоря. Приказал стражнику открыть камеру и вошел в нее.

– Ал, ты что задумал? – Макс буквально влетел ко мне за решетку.

– Единственный, кому неподвластен наш яд, – гуль высунул обрубок языка. – Каковы на вкус демоны, Стаури? Почему же яд не подействовал на тебя, а, Стаури? Почему? – его речь наполнилась искренней горечью. – Может, ты не полностью демон, а?

Гуль ерничал, это единственное, что ему оставалось, он отлично понимал, что жить ему осталось совсем немного. Мы слишком долго на нем изучали слабости всех представителей данной расы.

– Ал, о чем он? Выйди оттуда уже, один укус, и ты гуль.

– Он не станет гулем, да, Стаури? – гуль слышал только мой запах, поэтому поворачивал голову ко мне.

– Макс, он ничего не сделает.

Расслабленно улыбнулся. Только нескольким было известно одно: в прошлом году на моем предплечье появилась еще одна татуировка. Очень надежная, как и все, сделанная из обсидиановых чернил, способных убить любого другого демона. Но суть не в этом, предназначение у нее было иное – скрыть шрам от укуса гуля. Я подозревал о странностях собственного организма еще после того, как не погиб от обсидианового меча, но гуль стал новым открытием. Любой, укушенный гулем, становился монстром спустя двадцать дней после заражения. Но моя кровь будто бы оттолкнула яд, оставив в подарок лишь шрам. И этот уродец почувствовал что-то.

– Стаури, – заныл он. – Стаури, насколько ты вкусно пропах этим ароматом. Напоминает того обладателя глаз, но более тонкий. Хочу-у-у.

Сохранить самообладание помогла только выдержка, натренированная годами. Он почувствовал ее просто потому, что попробовал князя. Макс внезапно схватил за руку, когтями вцепившись в предплечье.

– Ал, он о ней?

Взбешенно посмотрел на друга.

– Это женщина, – его лицо стало блаженным, – вкусная женщина. Ты весь пропах ею.

– Как ты оказался в городе? – старался не обращать внимания на эти излияния и в очередной раз попробовал выведать информацию. Дело в том, что гуль отмалчивался даже во время того, как я отрезал ему части тела, но сейчас, есть вероятность, что запах Люси смог бы разговорить его.

– Город? Ах да, назови мне ее имя, Стаури, и я расскажу тебе все. Не могу надышаться, это так приятно, подойди ближе, Стаури.

– Сейчас без члена останешься, тварь.

– Ты все равно убьешь меня, я чувствую дыхание смерти, смысл скрывать, одно имя, Стаури, и я расскажу.

– Ал, тебе не кажется, что нападающие в городе и этот странным образом отличаются?

Повернулся к вампиру, принимая во внимание его логику. А ведь Макс прав, они разные. В Артсахате они были не такими наглыми и были менее разумными, а пойманный нами – другой. Он был схвачен недалеко от одной из помоек, в которой валялась часть тела погибшего князя.

– Нам дали вход в Эстердам, некто, открывающий входы. Я не трогал гиацинта, только полакомился его останками. Искал эти глазки, вкусные, но их забрали. Я голоден, Стаури, та женщина утолит мой голод. Дай хотя бы вдохнуть ее, просто приведи, наслажусь, даже трогать не буду.

– Некто, открывающий входы, – вслух проговорил я, игнорируя мольбы зверя. – Значит, есть кто-то, кто пропустил вас сюда?

– Да, Стаури, нас пропустили, но я неспособен выживать при свете, – он скривился. – Те сильнее нас и умнее.

Этот гуль что-то среднее между обоими видами? Как такое возможно?

– Убей меня, Стаури, мне уже давно больно, но дай насладиться твоей ароматной девочкой. Гиацинт был вкусным, она вкуснее, дай, дай.

– Дальше от него толку не будет. Убиваем? – Макса уже начала нервировать вся эта одержимость зверя.

– Думаю, убить, образцы его крови есть, во всем остальном он бесполезен.

– Давай, а то у Люси головная боль сейчас начнется.

Все же врезать другу нужно будет для профилактики, какого гхарна он решил назвать ее имя?!

– Лю-си, – гуль попробовал это имя на вкус. – «Светящаяся», это даже звучит вкусно. А глаза? Глаза? Она драгоценность? – он снова провел по редким зубам всем тем, что осталось от его языка.

– Еще какая. Отправляйся в ад уже, – бросил Макс.

– Хо-ро-шо, – уголки глаз монстра озарились зубчатыми морщинами.

– Прощай, Ифрит, – начал призывать огонь, с него информации достаточно. Гуль уже давно не жилец.

– Встретимся в аду, Стаури, – он снова безумно оскалился.

– Вута, – произнес я, его тело начало покрываться волдырями.

Макс вышел из помещения. Жадные языки демонского пламени нагло хватали каждый участок тела, не брезгуя ни одной частью. Стражник отвернулся, не выдержав омерзительности всей картины. В огненном аду с отчаянным визгом, напоминавшим поросячий, погибал Ифрит, пожираемый кровавым пламенем.

Видеть этого не особо хотелось, но мне придется дождаться момента, когда все догорит, и только тогда я возьму прах и перенесу в подземелья пустыни.

Артсахат их породил, он и заберет.

Глава 11. Стаури

– Что дальше на сегодня?

– Я к себе, нужно внимательно изучить показания свидетелей и пару моментов, заодно и отмоюсь.

– Тогда я поеду в дом госпожи Бланш, она видела силуэты, похожие на монстров.

Макс, знаю точно, терпеть не мог подземелья. Покинувший свой клан несколько лет назад, за последние годы он стал намного серьезнее, чем тот взбалмошный вампиреныш, с которым я был знаком с самого детства. В отличие от Даллана и Райана, не очень приятный опыт научил его гуманности, но только по отношению к одной конкретной девушке, ставшей его слабостью. Девушка оказалась из крепких орешков, поэтому жизнь у парня ныне нелегка.

– В заповедник один не ходи, сейчас туда только некромантам разрешено.

Хорошо, что напомнил, этот бы побежал. Суть в том, что та таинственная незнакомка по совместительству некромантка, пойди она искать очередной «материал» для своих исследований в Темный лес полный умертвий, он бы отправился за ней.

– Если там будет Гас, я пойду, невзирая на запрет, – Макс выдавил из себя улыбку, обнажая ряд белых зубов, украшенных острыми клыками.

– Гас там нет. Она еще не вернулась с задания.

– С какого это задания?! – от былого спокойствия и умиротворенности не осталось и следа. Клан Эднетт – один из древних кланов империи, вот теперь мне доводилось видеть разъяренность его представителя.

– Попросила избавить ее от назойливого вампира, вот и отправил в Меглинесс.

– Ты с ума сошел? – прошипел он. – Почему ты не посоветовался со мной?

– Макс, Гас – большая девочка, сама разберется, на кого ей работать и где.

– Только не говори, что ты спал с ней, – вампир сощурился. – Я убью тебя, Ал, если это так.

Закатываю глаза, удивляясь еще одному эмоциональному всплеску кровососа.

– Макс, у меня одна человечинка есть, ты свою еще хочешь отдать?

– Она не человек! – рыкнул он.

– О да, она вампир, ты прав. Вечно я забываю об этом.

– Обойдись без своего сарказма.

– Ладно. Иди работать. Твою Гасулю я не трону, она тебя любит. Наверное.

– Пошел ты.

Приемная собственного кабинета встретила Сайэфилией, как всегда пашущей за десятерых, и гусыней, подложенной отцом, которая что-то читала и параллельно делала записи в небольшом блокноте: словарь новых слов составляла.

– Уже закончили, ваше высочество?

Увидев влажные волосы, она только собралась задать вопрос, но я сразу ей подмигнул, чтобы не проговорилась. Сай лукаво улыбнулась и кивнула, умничка, все поняла, сейчас не будет о пыточных расспрашивать. Я всегда принимал быстрый душ после них.

Взглянул на Люсию, ссутулившуюся и вечно поправлявшую этот многострадальный разрез платья, могла бы за годы жизни в Сумеречной уже привыкнуть к нынешней моде. Лиза, конечно, неосознанно поизмывалась над ней. Принцесса подняла глаза и рассеяно поприветствовала. И почему сидит здесь, а не в кабинете?

– Показания свидетелей. Их должны принести скоро, сразу ко мне,

Секретарь бодро кивнула.

– Люс, в кабинет, – указал ей взглядом уйти.

Она, прижав книгу к груди, неуклюже встала и поспешила удалиться.

– Что-то случилось? – обеспокоенно привстала Саи.

– Дело у нас. Так что в ближайшее время буду по уши занят.

– Куда еще больше, ваше высочество. Значит, показания свидетелей по убийству.

– Т-ш-ш, она не должна знать, – кивнул в сторону двери. – По крайней мере, не сейчас.

– И еще, лорд, – она смутилась нетипично для себя, – заходил лорд Карвер.

– И?

Саи на мое ожидание лишь пожевала губу от напряжения.

– Ваша невеста. Он к ней приставал.

– Что?! – новость заставила меня прийти в смятение. Он охренел?

– Отстал только тогда, когда сказала, что она ваша леди. Я пыталась уладить конфликт по-хорошему без упоминания вашего имени, но он настаивал.

– В клане Карвер порядок? Да, раз он нашел время приставать к чужим женщинам. Саи, умничка моя, выбери размер премии, я подпишу.

Секретаря новость обрадовала.

– Карвер не захочет в ближайшее время сюда прийти, поступим умнее.

Обычный ноготь трансформируется в черный титановый коготь, которым я и разрезал ладонь, вызывая отца по магии крови:

«Чего хотел?», – раздался прямо в голове скучающий голос.

«Ты давно мечтал отобрать янтарный карьер у клана Карвер, я прав?».

«Ну, допустим, но эти не отдадут его».

«Не против, если подарю его тебе?».

«С чего бы такие щедрые подарки? Понял, что любовью к отцу можно добиться большего?».

«Даже не думай. Подарок к вечеру будет готов».

«И что мне нужно делать?».

«Верно мыслишь, папуля, – саркастично начал я. – Сделай так, чтобы этот демоненок по официальной причине явился ко мне в кабинет».

«Всего-то?».

«Маленькие инвестиции в большое дело».

Прерываю связь, заживляя рану.

– Ваше высочество, могу я быть посвященной в ваш план?

Что мне нравилось в секретаре – ее неуемное любопытство.

– Девочка моя, смотри, Карвер приставал к Люс, когда меня не было, так?

Она согласно кивнула.

– Кроме тебя свидетелей не было, твое слово никто не воспринял бы всерьез из-за статуса семьи этого идиота. Тогда предприми я меры, меня снова могли бы отстранить от дела, понимаешь? А тут мы скажем, что Карвер посмел приставать к ней при мне, что является прямым оскорблением. Ментальный анализ в случае чего подтвердится твоими воспоминаниями, ведь время преступления он не показывает, а я свои могу менять.

– Ваше высочество, гениально!

– Не совсем, но отец давно хотел янтарный карьер. Думаешь, хорошая плата?

– Я бы ему яйца отрезала бы еще, – решительно выдала секретарь.

– Не, это слишком топорно, нужно убивать с максимальной пользой, Саи. С ма-кси-маль-ной. И только потом, когда выдоишь хоть что-то, делай угодное душе, – потрепал ее по рыжей макушке. – Иди работать, не забудь о показаниях, как принесут, быстро ко мне. И моим придуркам тоже скажи не беспокоить.

– Вы про трех лордов?

– Именно.

– Будет сделано! – она широко улыбнулась и снова вернулась к своим бумагам.

Спустя час лиса все же принесла мне показания свидетелей. Ничего нового или интересного там, конечно, не было. Все одно и то же, просто описание внешнего вида монстров. А то я не знаю. При подробном «изучении» анатомии одного в пыточных, разобрался во всех особенностях строения их тел. И какие цели может преследовать «некто»?

Глаза.

Ифрит сам не понял, что оговорился, дав подсказку. Глаза забрали. Для чего могут потребоваться глаза? Очевидно, князя расчленили для того, чтобы не смогли допросить некроманты, но глаза…

Единственное – обряд. Они хотят провести какой-то обряд?

Поднял глаза на племянницу убитого князя, ведущую себя тише воды. Из кресла, на котором она сидела, раздавался лишь звук скрипа карандаша о лист бумаги.

– Саи, – позвал девушку, – принеси кофе. Люси, тебе чего?

– А? – она рассеянно подняла голову.

– Пить что будешь?

Саи, между тем, нетерпеливо затопала ногой, стоя у входа.

– Чай.

– Какой, ваше высочество? – девушка обратилась к принцессе.

– На ваш выбор.

Насколько же забитое существо. Отец, кого ты мне подсунул. Шутка богов, не иначе. Ну, хоть весело было смущать. Краснеющих от вида голого торса девушек я не видел. Возможно, смущение было лишь показным, направленным на придание себе элемента непорочности. Очередная манипуляция миловидностью или реалии характера?

– Сделаю! – Саи, словно легкий ветер, выметалась из кабинета.

– Скоро сюда придет тот мужчина, пристававший к тебе, – спокойно начал я неприятный для нее разговор. – Вытерпишь его присутствие?

Она буквально сжалась от неприкрытого отвращения. Видно, что ей не хотелось даже находиться в одном городе с ним, не говоря о помещении, но так надо. Ей и со мной не хотелось, но завещано терпеть, пусть терпит. Это их сиэлийский Триумвират такое пропагандировал, у нас подобной дребеденью не занимались, поэтому и терпеть ей.

– Позволь мне уйти.

– Не позволю. Займись собственными делами и да, прими более эротическую позу, так, чтобы сразу привлекло его внимание.

– Что?

– Сядь в эротическую позу и оставь этот многострадальный разрез на платье открытым. Ты совсем тупая или что?

– Хорошо, – она опустила голову и скромно положила руки на колени, обнажив ногу вплоть до бедра.

Так дело не пойдет.

– Встань, – поднялась. – И ко мне.

Люси сначала застыла, но сдалась и медленными шагами начала подбираться. Остановилась напротив стола, поэтому подошел уже сам и откинул назад тяжелые белоснежные волосы, которыми она спрятала контуры груди.

– Выпрямись, – слегка ударил по спине. – Вот так, умничка. А теперь слушай меня внимательно, Люси. Ты должна сидеть так, чтобы сразу обратить его внимание на себя, поняла?

– Зачем это делать? – ее голос сейчас отличался особой угрюмостью и безнадежностью.

– Эмоции. Только они. Нужен всплеск. Раз его привлекла ты, то сейчас сведешь с ума.

– Ты заставляешь заниматься меня неприятными вещами.

– И что? – сжимаю худое плечо. – Девочка моя, боишься?

– Мне просто нужно будет сидеть? – намек на физическую силу всегда помогал соображать быстрее.

– Просто сиди. С остальным я разберусь. Не люблю, когда трогают мои вещи.

– Я не твоя вещь, – прошептала она, пытаясь убрать мою руку. – Не называй меня, пожалуйста, так.

– У тебя никто не спрашивал, когда отдавали мне. Просто молчишь и выполняешь приказы. От вещей лишнего ума не нужно, лишних вопросов тоже. Свободна. Иди изучай свой эльфийский.

– Ваше высочество, к вам посетитель, – Саи принесла напитки и параллельно неприятную новость, добавив: – лорд Карвер.

Присел на собственный стол, не желая даже удостаивать его должным приемом. В кабинет вошел бледный неизменный. В общей сложности существовало три типа демонов: высшие, неизменные, низшие. Высшие внешним видом походили, как бы это скорбно ни звучало, на людей, низшие больше напоминали чудовищ, неизменные вобрали в себя оба типа, они смахивали на человека, но с рогами, а также острыми клыками, украшавшими их рот. Карвер был таким, неизменным. Расчет оказался верным, он сразу обратил внимание на мою занозу, но увидев насмешливый взгляд с моей стороны, занервничал.

– Нравится, Карвер? – испил из чашки кофе, принесенный Саи. – Нравится, – протянул я.

Достаточно мимолетного голодного взгляда, чтобы понять, насколько она ему нравится.

– Прошу простить, ваше высочество, – он опустил глаза в пол.

– Думаешь, прощу? Интересно, Нэд, у тебя жена любимая есть, а ты так на чужих женщин смотришь. Сколько у тебя любовниц? Давай посчитаем. Ах да, три постоянные и больше сотни интрижек на стороне. Если твоя жена еще не догадалась об этом, ты умеешь хорошо скрывать, хотя есть сомнения по этому поводу, ведь мою девочку ты чуть насильно не взял в моей же приёмной.

– Откуда вы знаете о любовницах? – его глаза выпучились, смешно стало наблюдать за этим.

– Я знаю все, думал скрыть что-то?

– Я ошибся, ваше высочество, – губы мужчины задрожали.

– Ошибся, Нэд, еще как. Джена, Рени и Линда – так зовут твоих любовниц? Хорошенькие, наверное, симпатичные. Жалко такие лица портить, но, уверен, твоя жена отблагодарит меня за это.

Люси сидела, забыв об эльфийском и ошарашенно глядя на меня.

– Ваше высочество, пожалуйста, не делайте.

– Закрой рот и слушай меня, – я сменил ехидный тон, с которым разговаривал до этого момента, на серьезный. – Нэдэус Карвер, ты очень сильно накосячил. Очень. Я уверен, ты считаешь меня щенком, недооцениваешь? Забыл, кто я и что могу с тобой сделать?!

– Нет, ваше высочество, – обреченно ответил он.

– Так какого гхарна ты посмел трогать ее? В моей же приемной причем. Я не Аран Карвер. Это старший принц тебя, возможно, простил бы. Это «возможно», Карвер, но здесь случай другой. Однако сегодня я добрый. Сколько акций у твоей жены? – не дожидаясь ответа, произношу сам: – Шестьдесят процентов от общего капитала вашей семьи, я прав? Богатая жена у тебя. Сорок процентов из них твои, и сколько составляют акции янтарного карьера?

– Двадцать процентов, ваше высочество.

– Как думаешь, это достаточная плата за приставания к моей невесте?

– Нет, ваше высочество, – он задрожал.

Слава впереди меня шла, кто-то получил слухи из пыточных?

– Но я добрый сегодня, – повторил я и улыбнулся. – Карьер отдашь и еще принесешь извинения ей, – указал на Люси. – Люсия, что ты хочешь получить в качестве извинений?

– Ничего.

– Скажи.

– Честно, ничего.

– Десять тысяч золотых на ее счет, Карвер. Сегодня. Документы янтарного карьера мне.

– Ваше высочество, это очень много, – визгливо начал он, но под моим взглядом, не сулящим ему ничего хорошего, не рискнул продолжить.

– Закрой рот и исполняй приказ. Радуйся, что не дуэль, Карвер, ты бы сдох так, что даже Мир духов не принял бы тебя в свои объятия. Свободен. Сегодня документы и деньги. И принеси устные извинения.

Он поджал тонкие бледные губы.

– Прошу прощения в очередной раз, леди Коутен. Я был не прав.

– Свободен.

Мужчина ушел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

– Ты как? – поинтересовался у принцессы.

– Зачем ты потребовал еще и деньги?

– Конкретно для тебя, пусть будут. На твой счет закину. Купи себе, что хочешь. Хотя ты можешь всегда попросить, и я тебе куплю.

– Но ты и так отобрал янтарный карьер.

– Люси, закрой рот и молча прими деньги.

– Зачем нужна была игра с моим «раздеванием»? – она перевела тему. Топорно это сделала, не умеет изящно.

– Жена Карвера – та еще сука, но любит справедливость. В случае отсутствия эмоций у него, не зафиксированных мной, все щепки полетели бы в твою сторону. Сделали бы виноватой тебя, как третье лицо, а императору пришлось бы поддержать. Учитывая то, насколько он тебя «любит», – посмотрел на забинтованную руку, – все очевидно.

– В случае учинения скандала леди Карвер, она могла бы обвинить меня в том, что я распутница, а потом доложить его величеству?

– Правильно, а так извлекли из этого двойную пользу. Потом еще сошлю его куда подальше, чтобы не докучал лишний раз. Из-за таких и случаются политические конфликты, представь, если бы там была женщина из государств, в которых даже смотреть нельзя на леди, знаешь, в какой скандал обратилось бы?

Она кивнула с какой-то грустью.

– Вот так вот. Ладно, занимайся дальше своими делами. Помощь нужна?

– Нет, я сама.

– Хорошо. Тогда я за работу.

Глава 12. Коутен

Мне нужно в общежитие, срочно нужно, до завтра я не успею. Я дура, просто дура, как могла оставить их в комнате, не закинув хотя бы парочку в сумку? Откуда мне знать, что Алекс решит забрать к себе, до этого вообще даже смотреть в мою сторону брезговал, а после помолвки будто с цепи сорвался.

– Алекс, можем заехать ко мне в общежитие вечером? – во дворце просто запасов не осталось.

– Зачем? – он недовольно поднял глаза на отвлекшую от работы его «человечинку».

Я не могу ему рассказать, нельзя, иначе точно умру. Смогу один день потерпеть. Приступ должен быть несильным.

– Просто конспекты оставила в комнате, очень нужно.

– Я сейчас отправлю посыльного.

– Я не помню, в какой тетради нужные записи.

На его руках сильнее начали выделяться синие вены.

– Он принесет все.

– Нет, не нужно оставь.

– Ты что-то скрываешь, – прищурился, будто бы вклиниваясь в мою ауру, но мы оба знали, что это будет болезненно для меня.

– Я знал, что император сдастся, – раздался за дверью голос Даллана. – Видел рожу генерала?

– Мрачных, лорд Лир и лорд Ханрикс.

– И тебе ужасающих, Саи, что да как? Этот работяга до сих пор батрачит?

– Его высочество изучает показания свидетелей.

– Ладно, мы к нему. Нальешь кофейку?

– Конечно, лорд Лир, – прощебетала девушка Даллану. – Секунду.

– Ваше высочество! – рыжеватая макушка леди Сайэфилии показалась в дверях. – К вам посетители.

– Эти лентяи?

– Лорд Лир и лорд Ханрикс здесь. Ага.

– Ладно, впускай, может, что нового принесли.

– А мы уже здесь, – они слегка подтолкнули девушку и с вальяжным видом вошли в помещение. – Привет малышка, – подмигнул Даллан.

– Здравствуйте, лорд Лир и лорд Ханрикс, – не хотела вставать в этом платье, поэтому только кивнула.

– И зачем пришли? – не очень вежливо поинтересовался Алекс.

– Идем пить? – промурлыкал лорд Ханрикс.

И когда я говорю «промурлыкал», вовсе не шучу. Райан Ханрикс – оборотень, второй ипостасью которого являлся кто-то из семейства кошачьих. Точно не знаю, и мы были не в тех отношениях, чтобы спросить его. Насколько известно, те, кто однажды подтрунивал над особенностями его артикуляции, потом долго лечились. После этого шутить и остальным сразу расхотелось.

– Сейчас день, Рай, какое «пить»?

– Леди Коутен, вы прекрасно выглядите, – глаза Даллана любопытством прошлись по мне.

– Даллан, на меня, – прошла буквально секунда, но она показалась настолько затянувшейся, что голос Алекса заставил вздрогнуть.

– Что? – искренне возмутился сникс. – Я же просто смотрю!

– На меня смотри, – насмешливо кинул демон.

– Ты как собака на сене. Сам не пользуешься, а другим даже полюбоваться не даешь!

Стало понятно. Как же стыдно. Дурацкое платье! Щеки опалил жгучий румянец.

– Она так мило краснеет, – проурчал Райан. – Алекс, как ты до сих пор не соблазнился?

– Вы зачем пришли? Взгляды оба обратили на меня для начала.

– Ладно-ладно, сдаюсь, – Даллан уселся на кресло, находившееся рядом со столом Алекса, а вот лорд-оборотень на диван, где сидела я. Увидев блокнот, отложенный мной из-за их прихода, он прочитал написанное и произнес:

– В третьем ошибка. Здесь прошедшее время, ставь неправильную форму глагола, окончание «эль».

Ничего себе! Он сразу заметил и исправил? У меня действительно проблема с прошедшим временем. Эльфийский дается немного труднее, чем остальные языки, но он настолько прекрасен, что хочется вывести его на разговорный уровень.

– В пятом, наоборот, идет от первого лица, ставишь еще и местоимение «ля».

– Забыл, что ты шаришь в языке остроухих, Райан, – кинул, между тем, свою мысль Даллан.

– Спасибо, – неловко пробормотала я и протянула руку, чтобы забрать блокнот и исправить, но он не спешил отдавать. – Можно?

– Ко-неч-но, – расслабленно вымолвил он и вернул вещь. – Тебе можно все.

– Спасибо.

– Райан, ты зачем пришел?

– Похожа на химеру, действительно. Возьми и ее пить с нами, хочу на рожу Хакаффы посмотреть, когда увидит нашего старосту с девушкой, которую он сам хочет.

– Коутен не пьет, – отрезал он. – Вы решили отвлечь меня от работы, чтобы прийти и обсудить мою жену?

– Уже жена? – Райан подался вперед к Алексу

– Невеста, – исправился он. – Зачем пришли?

– Пить тебя зовем, группа соберется, а ты вечно в делах, ну идем, – заныл Даллан.

– Люси.

– Бери с собой, кстати, что у нее с рукой?

Как сникс отсюда смог заметить ее? Райан взял мою руку без согласия и осмотрел.

– Действительно, – бросил оборотень, – и ты не вылечил до сих пор? Издеваешься над ней?

– На Коутен не действует магия.

– Это как вообще? – лорд Лир сразу подбежал и начал рассматривать многострадальную руку.

– Вот так. Пропускает сквозь себя обычную, ментальная причиняет боль.

– Звучит странно, а я не знал. Ее с детства знаю, а о таком сейчас только слышу, – Даллан недоверчиво поднял черные глаза, обрамленные пушистыми ресницами, на меня. – В тебе много сюрпризов, да?

Резко отдергиваю руку.

– Райан, чем она пахнет?

Вот тут даже я удивилась странности вопроса, а парни, тем более. Оборотень прикрыл глаза и втянул воздух.

– Легкий флер розового мускуса, – и посмотрел непонятно на Алекса.

– Нет, Райан, ты не понял, – Стаури серьезнее, чем обычно, – не то, чем ее надушили, а истинный запах. Ее запах.

– Ты сегодня странный, – Даллан обратно уселся в кресло. – Что-то не так с малюткой?

– Так тяжело, мне нужно слегка дотронуться до нее, – мягко улыбнулся Райан, касаясь кончиков моих волос.

Сделала вид, что не заметила.

– Без этого не вариант? – Алекс закатил глаза.

– Леди Сайэфилия, – тихо сказала я, – она тоже оборотень.

– У нее не тот уровень обоняния, она не уловит запах сущности. Ладно, Рай, одну секунду. Не увлекайся.

– Алекс, зачем лорду Ханриксу запах моей сущности?

– Подожди секунду, расскажу. Райан.

Оборотень улыбнулся, взял меня за кисть и коснулся губами. Попыталась отдернуть, но казалось, она в стальных тисках.

– Не могу, Ал, нужно место, где кожа потоньше, шейка, например.

– Райан, без фокусов, определяй по кисти.

– Алекс, серьезно, запах сущности в двух случаях определяется: первый – найти самое тонкое место на коже, а второй, за второй ты меня убьешь.

– Что происходит? – не выдержала я. – Алекс, в чем дело?

– Мне нужен запах твоей сущности. Ладно, Райан, позволишь лишнего, заплатишь сполна.

– Хо-ро-шо, – странным образом протянул тот.

Приблизился ко мне и, схватив за затылок, уткнулся в шею. Что? Хочу оттолкнуть его.

– Не шевелись! – прошипел оборотень.

Теплое дыхание, явно ощутимое на шее, неприятно. Кожей почувствовала касание его губ.

– Хватит! – я вздрагиваю.

– Райан, – голос Алекса.

– Вкусно-о-о, – наконец, он оторвался. – Какой вкусный запах, Алекс.

Райан Ханрикс посмотрел уже иначе, мне лишь захотелось отмыться.

– Что за запах? – даже лорд Лир заинтересовался.

– Такой тонкий и изящный. Зимний лес, свежий, а потом перебивается запахом сиэлийских цветов. Вкусный запах, Алекс. Зачем интересовался?

– Гуль, он услышал его на мне. Насколько сильно развито их обоняние, если сущность он уловил по почти неуловимому флеру, в то время как тебе пришлось явно постараться. Отсядь от нее.

Оборотень с насмешливым видом развел руками и пересел на соседнее кресло.

– Это Ифрит почувствовал ее? – Райан вмиг посерьезнел.

Алекс кивнул.

– М-да, засранцы, даже при свете дня не дохнут.

– Давайте сегодня не думать об этом и пойдем пить? – легкомысленно бросил Даллан.

– Сейчас день, – равнодушно заметил Алекс, – и ты не пьешь.

Даллан щерится и, наконец, выдает истинные мотивы:

– Ну, мы сейчас начнем, до вечера покутим, вечером уже к дамам.

– Ты серьезно? – Алекс указал на меня. – Я, между прочим, почти женат.

– Да ладно, там такая милашка будет, в прошлый раз разрешила продолбить себя во все ще…

– Райан! – громко остановил Алекс.

– Прости, забыл, что ты здесь, – Ханрикс подмигнул мне кошачьим глазом с вертикальным зрачком. Непонимающе нахмурилась.

– Берешь ее пить? – Даллану не терпелось споить меня, кажется.

– Я подумаю.

– А можно мне в университет, когда пойдешь гулять? – с надеждой спросила я, ожидая согласия от него.

– Что ты пристала к университету? Вопрос жизни и смерти?

Рубиновое солнце ярко просвечивало сквозь большое окно с темной рамой. Источник света иногда затмевался крылом пролетавшего мимо дракона или ящера, что в первые годы жизни в империи приводило меня в неописуемый восторг. Нижние этажи предпочитали занимать вампиры, сниксы, темные эльфы – расы, представители которых не любили греться в лучах солнца, верхние доставались более нейтральным существам. Ах да, мне вопрос задали, как же ответить?

– Конспекты, там конспекты, по которым коллоквиум, – приходится врать, просто приходится. Если он узнает, сразу начнет выяснять отношения с императором, а это значит, мне несдобровать.

– Ну, так отправь посыльного и все, – Даллан спокойно приподнял бровь, не понимая, по какой причине я устроила проблему из-за такой, казалось бы, мелочи.

Прикрыла лицо ладонями.

– Коутен, колись, что у тебя? – насмешливость сменилась серьезным прищуром острых глаз.

– Я же говорю, конспекты.

– Она врет.

Не контролируя испуг, повернулась к Райану, уже по-новому изучавшему меня. Алекс заинтересованно подался вперед, будто бы призывая этим движением к ответу.

– Длинноножка лжет, причем очень неграмотно.

Я уже выдала себя.

– Она с утра так, юлит, пытается попасть к себе в комнату. Люси, давай, раскрывай карты. Бить тебя никто не будет.

Стало смешно, только смех горький. Занервничала, представляя, что сейчас произойдет. Кашель настиг в самый неподходящий момент, но не просто кашель. Прикрыла рот рукой, ожидая конца приступа. Стоило ему пройти, как на ладони начал красоваться багровый след. Сжимаю в кулак и прячу его за спиной.

– А вот это уже интересно, – сникс склонил голову вбок, как это делали недовольные птички, которым отказали в корме.

– Мне же не одному показалось? – оборотень откинулся назад, ожидая, по его мнению, интересного разговора.

– Я в уборную, – быстро вышла из кабинета, оставляя мужчин в недоумении.

Леди Сайэфилия подпрыгнула от испуга, но на вопрос о местоположении женской комнаты ответила сразу. Стоило покинуть приемную, как меня резко взяли за грудки и спиной припечатали к стене.

– Покажи, – прищур серо-голубых глаз, недовольно осмотревших меня. Их обладатель выглядел разгневанным. Он грубо разжал ладонь и застыл. – Откуда кровь?

Не могу рассказать ему, просто не могу. С мрачным видом отворачиваю голову.

– Я тебя сейчас ударю просто-напросто.

Продолжаю молчать.

– Люси! – слышу слишком близко. – Говори.

– Не спрашивай меня, пожалуйста. Я хочу смыть следы, – не успеваю договорить, он хватает за волосы и притягивает к себе.

– Давно это у тебя?

Не отстанет ведь.

– С самого детства. Тебя это устраивает?

– Почему молчала?

Он не спрашивал, к тому же император запретил докладывать ему об этой болезни. Алекс дернул за волосы, заставляя смотреть ему прямо в лицо.

– Откуда это у тебя? – и, кажется, именно в данный момент к нему пришло осознание. – Ты рвалась в общежитие по этой причине? Там лекарства?

Понуро кивнула.

– Так, для начала смоем это, – указал на нераскрытую ладонь. – Идем, я тебя отведу.

Невзирая на правила приличия, вошел со мной в уборную и даже помог смыть кровь. Поблагодарила всех высших существ за отсутствие дам, было бы стыдно.

– Ты мне все теперь выложишь, Коутен, абсолютно все. Почему не сказала раньше?

– Чтобы ты еще на это надавил? – улыбка выдалась вымученной.

Я не мазохистка, не желаю и не желала терпеть от него дополнительную порцию унижений. И пресс со стороны императора был определяющим фактором в выборе, сделанном мной.

– Думала, что я начну шантажировать тебя болезнью? Хотя…– он запнулся, осознав, что поступил бы именно так.

Алекс небрежно протер пальцем слезы на моих щеках. Знаю, он не любил, когда «разводили сырость».

– Сейчас отправлю посыльного за твоими лекарствами. Где конкретно они находятся?

– Но там же закрыто.

– «Фосгаильте» – прекрасное заклинание. Откроет все.

– В тумбочке рядом с кроватью, с правой стороны. Банка тетрадями прикрыта.

– Хитрозадая, – хмыкнул Алекс, меняясь в лице. Понимание пришло к нему не сразу. – Тебя шантажировали этим, – не вопрос, утверждение. Теперь, наверное, расскажет императору обо всем. Пусть делает, что хочет. Это моя глупость, за которую я отвечу сполна.

– Если тебя шантажировали здоровьем, значит, лекарства трудно достать?

– Кивнула.

– Они поставляются царством?

– Снова ответила кивком.

– Кто изготавливает их в Сиэлии?

– Триумвират, – прошептала я, из-за чего у него заиграли желваки. Поток нецензурной брани полился из уст. Алекс понял, просто так их создать или даже достать невозможно.

– Он говорил, что не даст тебе их, если не станешь следить за мной?

– Это очевидно, – обтекаемо произнесла я.

– Идем обратно.

***

– Эх, вот если красиво, в таком виде – просто прекрасно. Алекс, что тебя конкретно сдерживает? То, что она человечинка? Хочешь, мне отдай, я не брезглив.

Оборотень осмотрел меня с ног до головы и усмехнулся.

– Засунь себе в задницу эти шутки, Райан, – Алекс взял за руку и усадил на место главы кабинета, на свое.

– Да ладно тебе, такая милаха, вот Хакаффа тоже подтвердил вчера. Дал, а ты что думаешь?

– Солидарен с тобой, Рай, но этого бесеныша раздражать не хочу, он же и так нервный. Ты видел, что он с Ифритом сделал?

– Это тот гуль?

– Угу.

– Завалитесь. Райан, повторяться не буду, шути над своими щелками, мою оставь в покое.

– Извини, Люси, – сдался мужчина.

Спокойно выдохнула, надеюсь, этих шуток больше не будет по отношению ко мне.

– А малышка расскажет, что с ней? – полюбопытствовал сникс.

Алекс оперся на дверь, готовый вникнуть в мой рассказ.

– Информация никуда не ускользнет, здесь звукозащита, парням доверять можно. Не бойся.

Эти слова стали дополнительной порцией успокоения.

– Я болею с самого рождения. Принимаю пилюли, которые изготавливает и освящает Триумвират, без них начинаются приступы. В детстве пару раз забыла, чуть не умерла, до сегодняшнего дня не забывала.

– А что за болезнь-то? – с интересом спросил Даллан.

– Названия нет, да и неясен ее источник. Просто такая болезнь и все. В последние годы стало хуже, до этого все было относительно хорошо. Кровь, конечно, постоянно шла, но в последние годы ее стало больше. Всегда ношу бумажные салфетки, сегодня даже их не смогла взять из-за платья.

Они синхронно посмотрели на это дурацкое одеяние.

– А известен состав лекарств? – Райан стал серьезным, снимая с себя маску пошлого подростка, не прошедшего пубертатный период. – Не понимаю, зачем так усложнять, если можно было создать здесь?

Отрицательно мотнула головой, грустно улыбнувшись при этом.

– Триумвират тщательно скрывает свои панацеи, и рецептура очень сложная, почти невозможно выявить состав.

– На какой отрезок времени рассчитана одна банка? – Алекс, как всегда, слишком серьезен.

– Два месяца, а потом при личной встрече император выдает дальше.

– Ты с самого приезда во дворец так выживала?

Нетипичная эмоция для «жениха» – удивление. Пришлось кивнуть.

– Пиздец! – с какой-то ненавистью заключил Даллан.

– Полный пиздец, – поддержал его Райан.

– Солидарен с вами, – кивнул Алекс. – Коутен, пилюли четко рассчитаны на каждый день или есть пара лишних?

– Я принимаю их не ежедневно, а раз в два дня. Да, там всегда несколько лишних на крайние случаи.

– Ты сможешь дать их мне?

Странный он, что хоть задумал? Нахмурилась, очередная интрига? Придумывает новый яд?

– Хочу изучить, не верю я в безвозмездную деятельность ваших религиозных представителей. Она же безвозмездна?

– Да, они говорят, что это проклятие.

– Что за бред? Эти людские боголюбы совсем офигели, любое проклятие можно выявить. – Райан очень некрасиво сейчас повел себя, выражаясь о вере моего народа.

– Они не «офигели», – сухо исправила я.

Оба парня засмеялись, только Алекс находился в глубокой задумчивости.

– Ты у себя растение носишь на шее, – поддержал Даллан. Сжала зубы. – Почему люди так любят подобную ересь? С магами такое пореже. Боги существуют, но зачем поклоняться им?

– У них другой принцип мышления, понимаешь? Триумвират – это святое, а магия от нечистого.

– Это как? – удивился Даллан.

– Ну, типа посмотри на Алекса и поймешь все, – хохотнул Райан.

Честно, из-за шутки и мне стало немного смешно, у нас нечистый действительно изображался демоном.

– Все же, давайте завершим тему с вероисповеданием. Вы некорректно высказываетесь о Сиэлии.

Они приторно улыбнулись, с каким-то издевательством принимая не то мою просьбу, не то требование.

– Пить вечером. Сначала Карвер должен заскочить. Кстати, ты почему на примерку не пошла? Сказал же Саи отвести, – вмешался Алекс в общий разговор.

– Это я попросила ее оставить меня здесь. Можно обойтись без примерки? Модистка знает размеры.

Не хотелось видеться с леди Адрианной, императрицей, фрейлинами и всеми остальными. Свита правительницы часто высказывалась нелестно о Сиэлии, о нашем «изнеженном мягкими звуками» языке, о культуре. Старалась не обращать внимания на их речи, в детстве было сложно, из-за чего по ночам случались истерики, но сейчас нет, сейчас я абстрагировалась.

– Ладно, плевать, будешь ходить в балахоне тогда.

Мне все равно на то, как будет выглядеть свадебное платье, а уж тем более все равно, как оно будет смотреться на мне. Все равно это династический брак, и никакой искренности здесь нет.

– Скоро прибудет посыльный, выпьешь пилюли. Даже интересно, что в них намешано. Со мной идешь к этим раздолбаям?

Не очень стремлюсь идти к толпе пьяных боевых магов-старшекурсников. Но все же если не сделаю этого, домой он меня не отправит, сошлет во дворец. Нет, лучше маги. Возьму книгу и устроюсь где-нибудь в сторонке, шум мне никогда не мешал.

– Пойду, – надеюсь, не спросил ради приличия, и сейчас не скажет «пойдешь во дворец», но он просто кивнул.

– Но ты это, платье ей переодень. Одно дело, дворцовая мода, другое, стойло боевиков. А то ее на пороге глазами изнасилуют, – добавил Райан.

Алекс по-новому меня изучил и позволил себе ядовитую усмешку.

– Сделаешь иллюзии для дежурств Дарума? – спросил Даллан, из-за вопроса которого парни приступили к активному обсуждению непонятных формул и магических сплетений.

Глава 13. Коутен

– Дал, открой портал к воротам дворца.

Лорд Лир взмахнул пальцами, раскрывая бездонную субстанцию. Понимаю, почему не получилось конкретно в сам дворец, там стояла защита от внешних проявлений магии. Даже внутри хромало качество заклинаний, покушение устроить было практически невозможно. Кроме представителей династии Стаури и приближенных императора, ни у кого не имелся доступ для порталов, однако молодое поколение, кроме Арана, считалось юным и не умело пока что ставить их.

Сегодня Алекс работал меньше, видимо, из-за выходного дня. Я попросила леди Сайэфилию одолжить книгу на определенный срок, но она странным образом посмотрела на меня и по-хулигански улыбнулась, сказав, что книга и так принадлежит мне. Когда попыталась разузнать, она отмахнулась работой, активно призывая Алекса забрать меня, что он, естественно, сделал.

От счастья захлопала в ладоши, войдя в единственное место дворца, где всегда можно было почувствовать себя в безопасности – мою комнату. Темные сумеречные интерьеры оставались только за ее порогом, ведь она всегда была олицетворением всего светлого и уютного. Я предполагаю, кто в момент моего пребывания обустроил ее, без этого островка жизнь стала бы гораздо мрачнее. Нежно-розовые стены становились почти белыми при ярком падающем свете от большого окна, а светло-коричневый паркет не доставал извечной темной палитрой всех оттенков черного цвета, излюбленного большинством жителей империи. Забылся даже лорд Карвер, увиденный недавно, вручивший лично мне чек на десять тысяч золотых, а Алексу – документы Янтарного карьера.

Увидев этот, по мнению многих, детский интерьер, жених поморщился, сильнее подталкивая в помещение.

– Тебе сколько лет, Люси? Могла бы уже давно что-то поменять.

– Меня все устраивает.

– А ты можешь и улыбаться, оказывается, а не ходить с этой вечно грустной мордой.

– Я не хожу с вечно грустным лицом.

Одним быстрым движением хватает меня за талию и приподнимает, относя в сторону напольного зеркала, обрамленного золотой рамой с лиственным узором.

– Отпусти! – визжу я, пытаясь выбраться из стальных тисков. Он не такой сильный на вид, но сейчас просто все органы вывернет.

– Не брыкайся! – грубо ставит прямо перед зеркалом.

Стоя сзади, буквально надавливая высоким ростом, прихватывает за шею, заставив посмотреть на собственное отражение. Большим пальцем касаясь моих пересушенных губ, Алекс позволяет себе улыбку.

– Грустно выглядишь, согласись?

И голову опустить не могу, парень крепко держит ее, заставляя видеть себя.

– Зачем ты это делаешь?

– Считаешь себя некрасивой?

– Какая тебе разница? – обессиленно шепчу, не понимая, чего он добивается.

– Ответь, да или нет?

– Не знаю.

Никогда не считала себя красивой, и никогда не начну считать, но если он мне еще раз напомнит о том, что я недостаточно хороша для темных леди, просто укреплюсь в мысли о его садизме.

– На комплименты напрашиваешься или что? – хватка ослабла, позволяя повернуться к нему с недоуменным выражением на лице. Какие еще комплименты?

Ладонью проскользнув по щеке, демон перешел к волосам.

– Дура. Необъективная дура. Вот и все.

Даже шаг назад сделать не в состоянии, настолько он сильно схватил.

– Целоваться умеешь или до этого обходилась без поцелуев? – его улыбка сейчас не выглядела, словно у маньяка со стажем, скорее здесь присутствовал намек на доброе. Нет, он имитировал, как и все аристократы дворца, холодный, жестокий и злой.

– Отпусти.

– У нас свадьба меньше, чем через месяц, знаешь, что подобное за собой предполагает?

– Да, – я знала всегда, но время неумолимо быстро шло вперед.

Не хочу этого, просто не хочу. Алекс ведь брезглив, он не станет, уверена. Это единственная надежда на «спасение». Участь всех замужних, которой я боюсь, а после помолвки так вообще начались панические припадки из-за мыслей об этом.

– У меня никогда не было человечинок, сделать тебя первой?

– Я не хочу, – руки задрожали, представляя, что он сделает со мной, когда наступит тот самый момент.

– Рот приоткрой, – наклоняется, почти припадая к губам.

– Что? – отшатнулась. Однако полностью сделать это мне не позволили, небрежно схватив за локоть.

– Открой рот.

И только сейчас дошло. Я видела подобные поцелуи, случайно заставала придворных в неположенных местах, но сейчас меня саму заставят?

– Нет. Не хочу! – делаю несколько шагов назад, упираясь в холодную поверхность зеркала. Но его это совсем не останавливает. Насильно вцепившись длинными пальцами в подбородок, он раздвигает зубы, заставляя открыть рот. Активно начинаю дергать головой, не желая принимать пытку такого вида, но его поступок меня удивил: просто положил в рот пилюлю.

– Держи, – с насмешкой подал стакан воды, стоявший на тумбе. Растерянно взяла и запила лекарство, все еще не отойдя от шока. – А ты о чем подумала? – с иронией задал он вопрос.

– Ни о чем, – потупила взор, густо покраснев из-за недоразумения.

– Какие пошлые мысли лезут в твою светленькую голову, да? – он засмеялся, хорошенько так подтрунив надо мной своими неоднозначными выражениями. – Теперь тест на эрудицию, кем были химеры?

Помню, он сказал, что кто-то так называет меня, но в расах я не сильна, блеснуть не получится. Честно призналась об отсутствии эрудиции.

– Химеры – это красивые женщины, которые уже давно вымерли. Они были опасны тем, что дублировали силу своего первого мужчины. Их подкладывали под богов, рождая новых богинь. А так как девушки были преданы собственному роду, то впоследствии использовали силу против этих же богов. Поэтому их быстро поубивали, чтобы не создавать всемогущих демиургов с идентичной силой. К чему я это все? Тебя сравнивают с этими женщинами, наикрасивейшими созданиями.

Что? Меня считают красивой? Это так странно, не понимаю. Это правда? Не сарказм? Как такое возможно? Взглянула на отражение, но ничего выдающегося не увидела. А считает ли так Алекс? Кажется, моя реакция ему все подсказала.

– Твоя самооценка отвратительна.

А как ей быть нормальной? Родители нас в строгости воспитывали, без лишней ласки. В Сиэлии вообще в этом плане все иначе, чем здесь, но я не жалуюсь. Они любили нас, просто вот такой менталитет. В Сумеречной тех, кого называла близкими, по пальцам можно было посчитать. Но все же вспомнила. Тин ведь часто говорила, что я милая. Принцесса не врала? Тин подруга, она ради вежливости могла сказать. Агата гадости несла, портя одежду и поливая ушатом грязи. Адрианна, бывало, не удостаивала чести даже просто поприветствовать. Кроме Айтины, две другие принцессы действительно ненавидели и ненавидят. Но я всегда считала себя объективной и объективно оценивала свои внешние данные, и то, что он сейчас произнес, поставило меня в тупик.

– Обсудим твою болезнь. Что будет, если не примешь лекарства?

– Я умру, – логично же, странные он вопросы задает. Очень странные.

– Издеваешься? – недовольно поднял брови, все еще находясь на неприлично близком расстоянии. А с платьем ощущение вовсе, что без него, не способствовало защите. – Расскажи все, Люсиль⁵. Что конкретно было в твоих приступах?

Словно невзначай начал играть с лямкой платья, аккуратно касаясь шелковых бретелей, будто развязывая их. Я все рассказала, что еще нужно? Вдохнула поглубже, чтобы связно постараться выложить это, как бы ни походило на бред.

– Когда наступают приступы, возникает ощущение, что тело начинают резать изнутри. Это очень больно, кровь идет изо рта, как произошло сегодня, а еще из носа; если приступ усиливается, образуются ранки, которые потом долго заживают.

– Что за хрень? О таком я никогда не слышал. Как понимать «ранки»?

– Они такие, знаешь, как бы сделанные лезвием. Неэстетично выглядят, – улыбнулась не очень красиво. Звучит неприятно, очевидно, потому Алекс поморщился. – Когда я была маленькой, жила еще в Сиэлии, меня повели в музей пыток, знаешь о таких?

– Конечно, нет. Откуда мне знать о пытках? – искренне удивился парень, нахмурив брови.

– Там была «Железная дева», она выглядит как металлический шкаф, а внутренняя сторона усажена гвоздями. У меня всегда ассоциации с ней, будто сотни игл впиваются изнутри. Вот такая болезнь.

– Впервые слышу о подобных симптомах. Какая ты проблемная, и что мне теперь с тобой делать?

Не дождавшись ответа, серьезно продолжил:

– Я постараюсь выявить состав. Чувствую, Райан прав, Триумвират тебя нае…хм, обманул.

Триумвират не мог соврать, я уверена. Лучше верить им, столько лет поддерживавшим во мне жизнь, а не тому, кто желает моей смерти.

– Почему ты не разрешил мне идти с моей группой, но сегодня берешь к своим?

– В данном случае я смогу контролировать тебя полностью.

Да, Тиран. Но это участь всех политических заложников, я должна быть благодарна хотя бы за то, что он дал мне возможность учиться. И я действительно благодарна.

***

Я думала, что маги будут пить где-то в пределах платинового квартала, ведь даже статусы близких друзей Алекса говорили сами за себя, но, когда довелось увидеть жутковатое заведение из серого камня на окраине города, стереотипность моего мышления упала в самые глубины ада. Ресторан, это если громко называть, сомнений о своей низкой репутации или ее отсутствии не вызывал совсем.

Тролли, стоявшие у входа, весело болтали и курили. Теперь понятно, почему он не поехал на своем любимом Лавкрафте или не взял карету из дома, а вызвал извозчика с экипажем попроще.

– Мне страшно, – прошептала я, сильнее запахиваясь в воротник пальто. Что это за место такое?

Тяжелая рука легла на плечи, заставив их слегка опуститься.

– Не боись, – улыбнулся он и с вальяжным видом двинулся вперед, заставив меня подстроиться под его шаг.

Чем ближе подходили к месту встречи, тем сильнее укреплялась в мысли об ошибочности принятого ранее решения приехать сюда.

– С-с-стаури, ты? – увидев парня, расслабленно направлявшегося к компании, тролли задрожали и отступили.

– Кто ж еще? Не ожидал, Ленартгаб? – Алекс позволил себе язвительную ухмылку.

Двое других ушли в тень, не желая вступать в диалог. Зеленая кожа будто ещё больше позеленела. Из-за страха? В тени тускло освещенного входа в заведение сверкнули желтые глаза, отчего неосознанно прижалась к локтю Алекса. Из-за этого действия он странно посмотрел на меня и поднял обратно взгляд на двух других монстров.

– Вы бессмертными стали? Глаза в пол отведите.

– Прости, Алекс. Они случайно, – тролль сощурился, окатив своих друзей злобным взором.

– Мои уже здесь?

– Да, отдельное помещение сняли. Там вампир все оплачивает, за что-то провинился, кажись.

Подхватив за локоть, Алекс уволок меня в нужном направлении. Судя по количеству извергаемой ругани, здесь сток боевых магов самых разных возрастов. Встретили нас темные коридоры с тяжелыми дверями, из которых доносились веселая музыка с аккомпанементом голосов и ярко выраженный запах алкоголя. Девушка в платье, выглядевшем неприличнее моего утреннего, плавной походкой сопроводила нас к одной из дверей.

Адепты третьего курса в полном соцветии. Их даже в университете стороной обходили, а сейчас я шла прямо в «логово». Алекса заметили первым, к счастью, может и не обратят внимания на меня.

– О-о-о, его высочество с нами! Белиал, ты проспорил, – засмеялся красноглазый вампир моего роста. – Двадцать серебряников гони.

– Хака, это тебе все равно не поможет покрыть счет, – с легкой ленцой в голосе ответил Райан.

– Ал, это что та Белоснежка? – он привстал, пристально вглядываясь красноватыми глазами. – Ты охренел? Это та химера, когда успел? Я только вчера о ней рассказал, присматривая себе, а ты втихую, это нечестно!

– Вау, – вклинилась смуглая девушка с кудряшками.

– Привет, малютка, заходи! – крикнул сын советника, помахав дистрофичной кистью. – А то Райану тут ощущений не хватает.

– Нет, ну Алекс, староста ты или нет, но так нельзя! Я же хотел ее.

– Хакаффа, завались уже! – рявкнул Райан. Нетипично для него, в такой момент даже мурлыкающий акцент исчезал. Жуткий, не хотела бы оказаться в списке его врагов.

– Ну, садитесь уже. Давно мы с вами вот так не выбирались, – толпа взревела и весело хохоча, чокнулась бокалами и стаканами.

– Это та с факультета дипломатов? – уточнила девушка, чем-то напоминавшая лорда-оборотня. Те же светлые волосы, зеленые сфинксовые глаза, те же пухлые губы и черты лица. Красивая.

– Знакомь нас, староста, – засмеялся еще какой-то юноша и сразу обратился ко мне: – Белоснежка, тебя как звать-то? Откуда ты такая хорошенькая взялась? Явно не имперская, да и в Рассветной я таких не встречал.

– Зовут Люсия, приставать даже не рискуем, парни, это вас касается, Кадма, тебя тоже, – Алекс подмигнул одной темной эльфийке. – Лишний раз смотреть не советую также.

– Злой ты, Ал, как черт из Сиреневого моря злой. Заказал тебе как обычно, дополнительно еще роксы. Пьянствовать, так до победного, выходные ж все равно. Люсия, а вас чем угостить? Видите того парня, – высокий, грозный, как скала парень указал на вампира, которого тут называли Хакой, – он угощает. Наслаждайтесь.

– Она не пьет. Поесть и сока.

Я не против предложенного Алексом, спустя столько времени парню стало понятно, почему никогда не пила. Алкоголь и пилюли несовместимы. И не хотелось мне.

– Попробуй, – накладывает мне салат с овощами под каким-то белым соусом, – тебе понравится. Сок какой?

– Яблочный.

Алекс привстал и налил в пустой бокал любимый сок. Случайно посмотрела на кисть руки, выглядываемую из длинного рукава. Он любил татуировки, у него их несколько. Терновник, прокалывавший обвитую вокруг своих шипов змею, появился недавно.

Я родом из Сиэлии, царства, в котором знания о мистических свойствах растений возводились в абсолют. И как любого представителя царской династии, меня с детства учил друид. В магии друидов терновник являлся основным компонентом, ведь из него они делали магические жезлы и посохи. Мне он никогда не нравился, острое, жестокое растение, символизирующее вражду. Не для меня.

Не люблю насилие ни в одном из его проявлений. А вот со змеей интересно, такая жестокая на первый взгляд тварь у нас изображалась в праздник Дня матери. У Алекса не было матери, у Айтины тоже, у них они разные, но уж больно одинаковыми оказались судьбы. Два бастарда, два явных доказательства измен императора жене.

– На что смотришь?

Передернула плечами, выйдя из задумчивости.

– Ничего, – опустила глаза на тарелку, в которой каким-то образом оказались еще закуски. Когда успел столько наложить?

– Ты отощала. Мужчины не собаки, на кости не бросаются.

Алекс сам дал мотивацию не есть вообще.

– А я не против, – подмигнул Райан. – Есть во мне что-то собачье.

Улыбнулась. Особенно смешно выговаривание этой фразы с кошачьим произношением. Веселый оборотень.

– Кстати, где Макс? Соскучилась, – томным голосом произнесла девушка, похожая на Райана.

– Николь, он на тебя все равно не посмотрит, прояви самоуважение, – шикнул он же.

– До сих пор бегает за той некроманткой? Как же ее звали? Гас? Деревенщина та, смешная.

– Не бегает, а встречается, Белиал. Не деревенщина, а из деревни, – холодно поправил Даллан зарвавшегося однокурсника.

А я, услышав знакомое имя, решила узнать о ней получше, ведь вживую мы не успели нормально поговорить.

– Вы про Гаси?

– Да, знакомы? – заинтересовался оборотень.

– Моя соседка по комнате, – вспомнила некромантку.

Миловидная, невысокая девушка с бледной кожей, чем-то напоминающая вампира. Но, как она сама сказала, являющаяся чистокровным человеком. Последнее обрадовало больше всего, ведь в столице люди почти не жили. К сожалению, она после практики отправилась в какую-то важную командировку по работе, но надеюсь, мы сможем найти общий язык по возвращении.

– Люсия, называй нас по именам, – внезапно проговорил лорд Лир, к которому я никогда не обращалась по имени.

– Согласен, – поддержал лорд Ханрикс. – Как никак, давно знакомы, а ты «выкаешь».

– Хорошо, – искренне улыбнулась.

Думала, будет резко негативная атмосфера, но все так мирно, даже душа запела.

– Прямо слезы умиления, – едко выразился Алекс. – Тошнит.

– Тебе бы поменьше токсичности, глядишь, нервы успокоил бы, – колко раздалось сзади.

– Макс, а мы думали, ты не придешь, – Николь привстала и кинулась обнимать невысокого лорда Эднетта.

Его присутствие вызвало ажиотаж, многие встрепенулись и принялись преподносить тому вина.

– Как же я мог пропустить подобное? – он уселся рядом с Алексом и легонько щелкнул демона по носу. – Ты чего такой нервный?

– А ты догадайся, – Алекс мрачно повернулся к вампиру. – Сегодня перед Ифритом рот закрыть не мог, я не забыл.

– Ну, прости, не хотел, оно само вырвалось, все равно гуль мертв, Люси ничего не грозит. О, мрачных, ты выросла, такой маленькой тебя помню.

Парень приподнял трость с азуритовым набалдашником, демонстрируя, какого роста я была в момент последней нашей встречи.

– Здравствуйте, лорд Эднетт, – сказала вежливо.

– Макс, называй так. Наи, мне как всегда.

Парень щелкнул когтистыми пальцами, приглашая девушку, отвечавшую за подачу еды. Наи, как назвал ее вампир, была наряжена в темный топ со шнуровкой, который не особо-то и держал грудь внушительных размеров, а облегающие штаны из кожи подчеркивали идеальные контуры бедер.

– А что он пьет всегда? – шепотом спросила у Алекса, интересно стало.

– «Кровавую Анну», – улыбнулся сам Макс.

Не учла одного момента, у вампиров идеальный слух.

– Кстати, о крови, что с рукой?

– Даже не думай, – Алекс в глубокой задумчивости касался пальцами ножки бокала.

– Какого ты мнения обо мне? Я без согласия доноров не пью.

– А что в составе «Кровавой Анны»? – решила сгладить ситуацию, чтобы ненароком не начать конфликт.

– Главный компонент – кровь.

Как только лорд произнес это, меня охватила легкая судорога. Сразу представила, откуда они берут «компонент» для обычного напитка.

– Так, прежде чем портиться в лице, у нас есть поставщики! И мы не выпиваем насильно, а очень хорошо платим. У нас донор с самой плохой кровью лучше среднестатистического купца зарабатывает.

– Правда? – с надеждой посмотрела на Алекса, ожидая подтверждения правдивости данных слов. Он отреагировал лишь кивком, все еще думая о чем-то другом.

– Ребят, – с нотками загадочности на чешуйчатом лице начал один из низших демонов. Даже его хвост, покрытый маленькими шипами, активно забарабанил по полу, упиваясь предвкушением перед предстоящим, – играем?

– А во что? – осторожно поинтересовалась одна из девушек-гостей.

Тут таких десять, небоевых магов, просто приглашенных, как и я. Мы чувствовали себя неувереннее остальных. Единственное, одна девушка привлекала к себе внимание большого количества парней, и именно она задала вопрос. Ответили ей почти все.

– Двенадцать. Правила просты: двенадцать раундов, по очереди говорим «я никогда не…», озвучивая любую ситуацию. В пассивной форме утверждение тоже принимается. Те, с кем происходило это, выпивают. Ведущий так же может выбрать действие. Во время первых двенадцати раундов вставать нельзя. Пьют все, без исключения, кто не хочет, уходит. Наи, ты знаешь, что принести.

– Вы в прошлый раз до пятнадцати раундов играли, нам один из залов снова отстраивать пришлось, – возмутилась девушка.

– Наи, красотка, мы сегодня будем сдержаннее, – подмигнул низший демон.

Я встала и собралась уйти, понимая, что не смогу принять условий игры и не желая в первую очередь.

– Дай угадаю, ты «не такая»? – сказал мужчина, похожий на человека невероятно притягательной наружности. Под взглядом фиалковых глаз застыла.

Пара девушек покинули помещение, не попрощавшись.

– Сядь, – приказал Алекс. От его тона резко присела. – Она не будет играть, но никуда не уйдет. Претензии?

– Алекс, это нечестно. Исключений мы почти не делаем. Пусть поиграет, – какой ужасный, будто мечтает подставить.

– Ишет, мы сделаем исключение ради нее. Ей нельзя пить, – вклинился Даллан, уверенно глядя на того, кто больше всех возмутился.

– Именно, – поддержал Макс.

– Ишет, тут без вариантов, ты проиграл, – усмехнулся Райан.

Все они друзья Алекса и так заступаются в случае чего. Возможно, Алексу и не понадобилась бы их поддержка, но это так мило.

– Ладно-ладно. Пусть посмотрит, не хотел, чтобы кто-то видел наши кривляния трезвым, – он приторно улыбнулся.

В помещение вошли несколько официантов с подносами, полными алкогольных напитков. Тот вампир, оплачивающий сегодняшнее гуляние, точно разорится.

– Эсса, начни.

Смуглая девушка в ярком оранжевом платье, положив ногу на ногу смущенно улыбнулась. Интересная несочетаемость действий.

– Меня никогда не принимали за шлюху.

Подняла половина девушек и несколько парней. Какие странные игры.

– Я никогда не убивал, – продолжил парень.

Подняли все. Где это я? Мне становится жутко. Скосила взгляд на Алекса, опустошившего один из принесенных бокалов.

Чем дальше шла игра, тем более абсурдными становились вопросы. Молча пила свой сок, боясь вставить слово.

– Ал, ты ни разу не прикоснулся к своей девушке и сидишь в отдалении. Девочка тебе противна? – тот самый мужчина с фиалковыми глазами, кажется, его назвали Ишет.

– Не лезь, – холодно произнес Алекс.

– Я выбираю действие. Целуй ее, – фиалковые глаза одного встретились с серо-голубыми другого.

Алекс выдавил из себя улыбку. Это вызов от Ишета, и этим мимическим жестом жених его принял. Самое неприятное, что объектом стала я. Все прошло в долю секунды. Демон притянул ладонью мою голову и спокойно чмокнул в губы.

– Условие выполнено. Дальше.

Поцелуй был настолько быстрым, что на него как-то не обратила внимания, и то хорошо, что обошлось без эксцессов.

– Ты невыносим, – заскрежетал зубами Ишет. Его светлые клыки впились в кожу губы, слегка прокусив. Да кто же он?

Они продолжили играть, некоторые выбирали действия, подразумевающие поцелуи или что-то в этом роде. Но вот последний вопрос чуть не свалил меня со стулом вместе.

– Я никогда не занимался сексом втроем.

Выпили почти все, кроме Макса, меня и двух девушек. А я думала, Макс – ловелас, ведь о нем здесь многие так отзывались.

– У меня втроем не было, – грустно начал он, но выдержав паузу, испортил мои ожидания: – Вчетвером было.

Щеки горят от нахлынувшего чувства стыда. Нет, уже не могу оставаться, хочу уйти.

– Первый раунд окончен! – восклицает Райан. – Наи, давай следующую партию. Делаем перерыв и дальше.

Не нравится здесь, до болезненного становится душно. Откладываю салфетку, которой вытирала губы, и, стараясь не привлекать внимания, покидаю пределы помещения. Эта ярмарка сумасшествия могла свести с ума любого неподготовленного.

– Куда пошла? – он встал прямо передо мной, не давая пройти.

Опустила голову, как делала всегда в его присутствии.

– Я не могу там оставаться. Не хочу, хочу домой. Не имею права просить у тебя, но, пожалуйста, давай уйдем?

Нервно тяну рукав белого кашемирового свитера.

– А у тебя есть дом?

Очень некрасиво с его стороны так говорить. Бить в самое больное место могут только подобные ему. Алекс прав, нет ни дома, ни семьи, ни магии, ни даже чести.

– Пожалуйста, – какая разница, раз чести нет, можно и опуститься до таких жалких просьб.

Рука оказывается на талии, притягивая к себе. Слишком близкое расстояние к мужскому телу, недопустимо близкое.

«Снова глупая игра», – сразу очертилась в голове мысль, но оказавшаяся ошибочной, он слегка коснулся языком моих губ. Вздрагиваю.

– Не ломайся.

Странное ощущение, когда ты не контролируешь собственное тело, сейчас чужой язык проскользнул в рот и начал играть с моим. Странный поцелуй, глубокий поцелуй, пьяный поцелуй. Никогда не целовалась до этого, а сейчас напугана. Как такое возможно? Они всегда так целуются? Если это «прелести» взрослой жизни, я не готова, просто не готова. Активно завертела головой, не желая продолжать такой вид экзекуции. Он на сопротивления ответил грубым толчком к стене. Обхватив голову, продолжил целовать настырнее, прижимаясь всем телом.

– Не надо! – пытаюсь отбиться свободными руками, но это не помогает. Не хочу! Почему он не может услышать слово «нет»?

Процесс прекратить удалось словами, сказанными им когда-то прямо мне в лицо:

– «Ты мне противна», – так ведь ты любил повторять, Алекс?

Произнесенная фраза словно вернула в трезвое состояние. Он молча отступил, а я с остервенением начала вытирать губы.

– Алекс, – прозвенел знакомый голос, – теряешь хватку. С каких пор позволяешь девчонке отказывать тебе?

Не обратив внимания на слова расслабленно стоящего Ишета, он провел пальцем по моим губам, а потом, глядя на свидетеля произошедшего, медленно слизал кровь. Он их прокусил, вот отчего так щиплет, боги, куда вы меня отправили?

– Иногда хватку нужно ослабить, чтобы дать возможность гиенам показать себя. Тебе так нравится наблюдать за подобным? Неужели натура инкуба выскальзывает?

– Натура инкуба кричит, что она не так уж и противна тебе. Гордыня не позволяет признать?

– Наличие принципов. Мы уходим.

– Принципы? Посмотри на нее. Она уже олицетворяет их отсутствие, знаешь, скольким с ней хотелось бы? А ты как бы нет?

– И ты в том числе? – задал ответный вопрос Алекс.

Почему я олицетворяю отсутствие принципов?

– Свои желания я не люблю скрывать, на этот раз сделал это только из-за уважения к тебе. Я не люблю лицемерие, а ты его сплошное проявление. Не пытаются целовать тех, кто не нравится, на таких даже не смотрят. Разберись в своих чувствах, Стаури, а эту девочку зря привел, даже наши шутки для нее омерзительны, а испытание – подавно. Не понимаю, что вас связывает, но точно не симпатия с ее стороны.

Непонятный диалог, инкуб разговаривал загадками. Секунду, инкуб?! Кто же это были? Демоны, точно демоны. Демоны сладострастия, они могли видеть истинные чувства и желания, и этот демон…Не понимаю.

«Не так противна тебе», – он сказал это обо мне.

Инкуб ошибся, точно. Расовая терпимость в империи породила полукровок, чистокровных людей почти не осталось, если только в горах или на границах, а корона всегда славилась своей, мягко говоря, нелюбовью к таким, как я. За тысячелетия правления ни один из династии Стаури не сковывал себя узами брака с человеком, Алекс первопроходец поневоле. С какой-то жестокостью в действиях, он потянул меня к выходу.

– Но пальто!

Демон проигнорировал слова. Лучше не лезть, он сейчас очень злой, это пальто на голову наденет мне, если стану настаивать. По воле Алекса мы пришли не в его покои, а в мои. Они у него были втрое больше и, самое главное, имели дополнительное место сна в виде дивана. С теплотой взглянула на кровать, застеленную пыльно-розовым покрывалом из шелка. На самом деле под ним стелилось мягкое пуховое одеяло, которым я укрывалась, а это так, для красоты. Мягкая же игрушка в виде белого зайца размером с руку все еще покоилась на прежнем месте, между подушек. Надо забрать ее в общежитие, плохо спится, если не обнимаю что-то.

Да, день сегодня выдался непонятный, ничего из домашнего задания не успела выполнить, но стресс получила и вывод главный сделала: никогда с боевыми магами больше не пойду пить.

– Алекс, а ты первый в ванную или я? – хотелось спать, невзирая на произошедшее.

– Топай уже, – уселся на кресло и откинул голову.

Рада, что первая. Быстро закончу, к его приходу уже засну. Что-то подсказывает, что спать в кресле он откажется.

– Спасибо, я быстро, – забежала в гардеробную, доставая длинную ночную рубашку, и пошла умываться.

Прическу с утра не меняла, оставив те «жгуты», сделанные Лизой, сейчас избавилась от них, распуская две завившиеся пряди. Смешно выглядят, как у барашка. Особенно тщательно мыла губы, нервно оттирая следы поцелуя, и чистила зубы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Шиат (драконий язык) – «возлюбленный/ая». Наименование драконами своих пар.

Вернуться

2

Гъимб'лар (орочий язык) – «содержание пищеварительной системы». Куратор произносит «гимблар», упрощая сложное для его артикуляции слово.

Вернуться

3

Джахард – бог смерти у сумеречных.

Вернуться

4

Исход – прорыв, произошедший много тысячелетий назад, когда в мир вступил бог смерти Джахард вместе с армией, состоящей из трех рас.

Вернуться

5

Люсиль – игра слов. Отсылка на имя Люсия – «светящаяся», в древне-имперском есть аналог данного слова – Люсиль – «светоч».

Вернуться