# Обратная сторона Вселенной: Галейма. Дети Галеймы

Марьяна Чурсанова

Могла ли Рия представить, что захват лаборатории станет последним воспоминанием о Земле? Очнувшись через десятки лет после затянувшегося криосна, девушка оказывается в компании представителей внеземной цивилизации.

Страшная правда, ставшая реальностью: планеты Земля больше нет. Несмотря на это, главная героиня сохраняет надежду найти выживших людей. Она сделает всё, чтобы отыскать земные корабли, которые успели покинуть планету до полного уничтожения Земли.

Однако поиски могут зайти в тупик, даже не успев начаться, когда странный старик, пришедший ей в видении, отмечает её знаками мифической планеты Галейма и в ней начинает пробуждаться разрушающая сила древних, незаметно подчиняющая её волю.

Сможет ли Рия противостоять призыву Галеймы? Найдёт ли она выживших или потеряет себя в этом новом мире? Какие тайны раскроет вселенная, где все также остаются неизменными понятия: вражда, дружба и истинная любовь.

БУДЕТ ПЛАТНОЙ!

## Глава 1

Минут пять я разглядывала потолок и не могла понять, почему он сделан из металла. Вроде бы такая мелочь, потолок и металл, подумаешь, и что? Но почему-то это не давало мне покоя. Резкая боль в голове заставила отвлечься от моих странных размышлений. Периодически я вздрагивала и шипела от пульсирующих спазмов. К тому же, подступала тошнота, и мне приходилось замирать, стараясь не дышать, пока не отпускало.

В очередной раз тяжело вздохнув, я закрыла глаза и потёрла переносицу, стараясь прийти в себя. Постепенно мысли начали проясняться. Это вселяло надежду, что сотрясения мозга нет. Я точно помнила, что не ударялась головой. Или всё же ударялась?

Так… Соберись, родная! Необходимо понять, в чём дело, и разобраться, где я нахожусь. Я попыталась встать, и только сейчас поняла, что не чувствую ног! Совсем! Не могу даже пошевелить ими… Меня охватила паника, дыхание участилось, а сердце, казалось, готово выпрыгнуть из груди.

Собравшись с силами, я приподнялась на локтях и осмотрелась. Лёгкий стон сорвался с губ. Слава Богу, ноги были на месте. Но почему я их не чувствую?.. Ещё раз окинув обстановку, я прикрыла глаза.

– Пожалуйста, пусть это всего лишь игра моего воображения! – молила я, закусив губу.

Сознание отказывалось принимать тот факт, что я оказалась в криокапсуле. Во вскрытой криокапсуле! Мои мысли заметались, сменяя друг друга.

Я легла обратно и пролежала так ещё пару минут, пытаясь прийти в себя. Постепенно ко мне вернулась способность концентрироваться. Значит, все мои симптомы – заторможенность, спутанность сознания и потеря чувствительности в конечностях – были похожи на последствия выхода из криосна. Согласно протоколу, лаборанты уже давно должны были помочь мне выйти из этого состояния. Но никто не спешил на помощь. Вокруг не было ни души.

– Э… Эй… – хрипло произнесла я, обращаясь в пустоту.

Я повернула голову влево и заметила внутреннюю панель на бортике капсулы. Как ни странно, я прекрасно помнила её кодировку, и мои пальцы сами собой набрали нужную комбинацию.Есть второй вариант, но он исключительно на экстренный случай, то есть – на мой. Заключается он в принципе «помоги себе сам».

Створка панели быстро отъехала, и на её поверхности появился огромный шприц с прозрачной жидкостью. У меня не возникло никаких вопросов: я без колебаний отщёлкнула предохранитель, вводя раствор в бедро. Затем я отложила шприц в сторону – больше он мне не понадобится.

Постепенно к моим ногам начала возвращаться чувствительность, они наполнились теплом. Вскоре я уже могла пошевелить пальцами и ощущала прохладу помещения своей голой кожей. Почему голой? Потому что я была в одном нижнем белье – стандартной форме для погружения в криосон: чёрные шорты и лиф спортивного типа.

И тут меня осенило: меня же силой поместили в эту капсулу! Закрыв глаза, я попыталась вспомнить, как оказалась здесь. И где это «здесь»?

Мне хотелось встать и поскорее осмотреть всё вокруг, но всё, на что я была способна в тот момент – это с трудом сесть в капсуле, цепляясь за её бортики. Как же тяжело!

Моя капсула находилась в небольшом помещении, обшивка которого была полностью выполнена из металла. Стены и пол отсвечивали серебристо-матовым блеском, а потолок был украшен встроенными лампами, расположенными у основания массивной двери. Никаких окон я не обнаружила.

Это было удивительно, ведь в нашей лаборатории всё сделано из белого пластика. Именно поэтому, открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь.

Новый спазм боли заставил меня зажмуриться. Вместе с этой болью нахлынули воспоминания: меня силой погрузил в сон…

Макс! Этот обезумевший псих…

Его последние слова эхом отдавались в мыслях: «Мы скоро встретимся». Боже упаси!

Однако меня терзали сомнения. Возможно, убийца переместил меня в другой бункер? Не мог же он и в самом деле отправить меня на корабль после погружения в капсулу? Я тут же возразила себе: нет, эти корабли были предназначены для правительства Земли, а не для обычных людей, хотя мы и занимались разработкой таких капсул…

Додумать эту мысль я не успела. В этот момент дверь плавно отъехала в сторону, и в проёме застыл… или застыло… Мой мозг отказывался воспринимать информацию об этом существе. Оно внимательно смотрело на меня, а я – на него. Внешне оно напоминало человека, но это было не так.

И когда наши взгляды встретились, я от испуга рванула из капсулы, чтобы спрятаться за ней, но неудачно грохнулась на пол. Когда я попыталась встать, не рассчитала силы, и меня сильно затошнило. Мне пришлось свернуться калачиком, сдерживая позывы к рвоте.

– Может, мне показалось?

Когда спазм отпустил, я осторожно выглянула из укрытия, чтобы рассмотреть незнакомца. Пыталась запомнить как можно больше деталей, но тут же отпрянула.

– Нет, не показалось!

Я больно закусила губу, пытаясь понять, куда же меня занесло, прокручивая всё, что успела запомнить. Его тело напоминало человеческое, но без волос – только гребни на голове. Чешуйки на коже переливались голубым.

Он был одет в синий комбинезон с эмблемой в виде звезды, окружённой полумесяцем, на груди слева. На ногах – обычные армейские берцы. Вполне себе земные.

Выглянув ещё раз, заметила, что он нажал что-то на рукаве, и он странным рокочущим звуком кому-то сообщил о ситуации.

Он быстро преодолел расстояние от двери, а я схватила первое, что попалось под руку, – использованный шприц из капсулы.

Подмогу зовёт. Только гостей мне не хватало!

Живой не дамся!

Незнакомец обогнул капсулу, где я сидела, и потянулся ко мне своей чешуйчатой рукой, что-то рокоча на странном языке.

Я испугалась ещё больше и попыталась ударить незнакомца шприцем. Он издал неестественный рык, от которого всё перевернулось внутри. Игла сломалась, даже не коснувшись его рукава, но повредила сенсор на панели управления. На мгновение он замер, глядя на треснувшую панель, и я, вскочив на ноги, обогнула капсулу с другой стороны и метнулась к выходу, выскочив в коридор.

Коридор плавно изгибался в обе стороны, и определить, где выход, было невозможно! С обеих сторон не было ни опознавательных знаков, ни стрелок. Только тусклые лампы освещали металлические стены и пол.

Позади я услышала рокот и бросилась направо. Завернув за угол, наткнулась на дверь в конце коридора. Я заметалась, нащупывая трясущимися пальцами хоть что-то.

– Так, и как же ты открываешься?

Я заметила сбоку панель доступа и, подскочив к ней, попыталась её открыть. Но ни сканирование лица, ни отпечаток ладони не сработали. Я в ярости ударила по сенсору кулаком. Экран треснул, осколки впились в пальцы, и кровь медленно потекла по руке.

Внезапно загорелся зелёный сигнал, и дверь распахнулась. Передо мной возник ещё один незнакомец.

– Плохо дело!

Человек это или нет, определить было невозможно, он был полностью облачён в какую-то броню вкупе с защитным экраном.

Всё, что успела осознать, что он выше меня на голову и огромен в плечах. А этот бронированный, завидев меня, издал вообще жуткий рык из-под шлема, так что я попятилась спиной обратно приговаривая:

– Тихо, тихо, место …

Он рванул на меня тараном, я же помчалась от него в противоположную сторону. Но преследователь в мгновенье прыгнул на стену, нарушая все законы физики, оттолкнулся от неё и всей своей массой обрушился на меня, сбив с ног. Мы покатились по коридору. Я застонала от боли, но быстро встала на колени и попыталась отползти.

Но это оказалось моим последним сопротивлением.Однако этот тип не собирался сдаваться. Он схватил меня за щиколотку и потянул к себе. Свободной ногой я пнула его по шлему, со словами: «Получай, гад!»

Он в мгновенье подмяло меня под себя, отчего я чуть не задохнулась от боли под его тяжестью, когда вся его броня впилась мне в спину.

– Ты ещё пожалеешь об этом! Ай!

И хоть сейчас я уже боялась шевельнуться, незнакомец прижал рукой мою голову к полу, окончательно подавляя любое сопротивление.

Рядом со мной он свободной рукой опустил свой шлем, который я всё же смогла сбить ногой, но рассмотреть его было невозможно. Внезапно я почувствовала лёгкое прикосновение к затылку, которое перешло на ухо и лицо, вызывая мурашки по телу. Этот тип, что – нюхал меня сейчас?

– Твою же мать! – вырвалось у меня.

Он услышал и ответил мне шёпотом с самыми яркими нотками ненависти сквозь зубы, прямо в ухо, так что его горячее дыхание обожгло щеку.

– Кархэ низ никрэхт.

Рядом с нами послышались шаги и напротив моего лица остановились те самые берцы первого незнакомца. Краем глаза я взглянула вверх и убедилась, что это тот, первый.

Он же, не обращая на моё положение никакого внимания, присел на корточки и о чём-то переговорил с моим обидчиком, который всё сильнее вдавливал меня в пол. После переговоров первый достал мезопистолет, очень похожий на такой же, как в моей лаборатории.

Мои мысли быстро вернулись к происходящему. Первый тип решительно отодвинул её волосы с шеи.Я вздрогнула и почувствовала холодные чешуйки его кожи на своей.

– Стойте! Не надо! Я согласна на добровольное сотрудничество!

Что-то мягкое проткнуло мне кожу, и по венам разлилось неизвестное вещество.

В этот момент боец отпустил меня, а я почувствовала лёгкость по всему телу… Началось головокружение… Тело опять становилось ватным. Меня подняли с пола и понесли по коридору. Глаза закрылись под тяжестью век… щекой я ощутила холод брони и впала в забвение.

## Глава 2

…Я же говорила, что он классный. Этот Белояр. – Викки склонилась над планшетом и без умолку болтала о последних событиях этого дня.

Я выглянула из-за капсулы и с ухмылкой посмотрела на подругу. Стройная, миниатюрная девушка восточной внешности весело хохотнула, показывая фото того самого молодого человека, которым она заинтересовалась. На фото мелькнула голограмма, но рассмотреть толком я её не успела, Викки опять отвернула экран к себе.

– Забудь, эта комиссия уже всё, что хотела, увидела. И сегодня вечером отчаливает на большую землю. В том числе и он. – Я произнесла это мягким тоном, стараясь не особо расстраивать подругу.

Она отвлеклась от своего развлечения и задумчиво окинула взглядом помещение с выстроенными в ряд криокапсулами.

– Как думаешь, запуск состоится? Они одобрят?

Я пожала плечами. Проект уже был на самой последней стадии. И хотелось бы как можно быстрее завершить этот пятилетний этап жизни на космодроме. Оставалось дождаться прибытия астронавтов, которые бы отправились покорять просторы космоса. Старт первых кораблей должен состояться уже на следующей неделе. Мне особенно было неспокойно – я, как ведущий инженер, делала последние осмотры капсул. Всё должно пройти без запинки. Ведь столько было затрачено сил, тестов, столько опытов…

– Ты завершила свою адаптацию журнала? Успеешь к запуску?

– Да, давно уже. Последний штрих, так сказать. Интегрировала с системой. Вот, смотри. – Викки протянула планшет, и я с интересом заглянула в него. На экране замелькали разные значения, и я бегло пролистывала данные.

– Использовала свои любимые алгоритмы шифрования?

– Ага. Без них никуда. Для тебя это шарада, а для чужого – непреодолимый тупик.

М-да, такие шарады кому угодно голову сломают, даже я не с первого раза могу взломать её шифры.

– В каждую капсулу вмонтирован блок, который теперь будет дублировать всё с журнала корабля. Весь путь, маршрут, стоянки, сбои… И мы будем получать это, считай, в режиме реального времени. Ясно, что это растянется на десятилетия, но всё же.

Я с сомнением взглянула на неё.

– А зачем этот блок было программировать в каждую капсулу? Лишняя трата энергии корабля.

Викки посмотрела на меня исподлобья и медленно протянула:

– Во-первых, это было в техническом задании от руководства. А во-вторых… ну вдруг что-то случится…

– Что? Инопланетяне растащат капсулы по разным уголкам космоса?

Подруга скорчила недовольную моську.

– Фу такой быть. Это гарантия того, что мы будем знать обо всём, что будет происходить с командой. Каждый корабль будет дублировать маршрут своих товарищей. Один корабль выйдет из строя, об этом будет известно трём остальным.

– Но при этом кораблям надо держаться рядом? Как они…

Договорить я не успела. Со стороны входа раздался оглушительный грохот, от которого кровь застыла в жилах.

– Что это? – Викки испуганно взглянула на меня, вцепившись в рукав моей одежды.

– Что-то взорвалось. Идём…

Холод металла пробирал до костей. Я машинально попыталась поджать ноги и обнять себя руками, но что-то помешало. Тихо вздохнув, я приоткрыла глаза и посмотрела на руки.


***

На моих запястьях были железные браслеты. Они были соединены между собой, словно намагничены. Отлично, наручников мне ещё и не хватало. Но спасибо, что я ещё жива после ваших уколов. Воспоминания вихрем закружились в голове.

Викки… Лаборатория… Где же моя подруга? Да и где я?

Я откинула голову и осмотрелась. Помещение напоминало кабину пилотов, одну из тех, в которых мы с ребятами неоднократно проводили тренировочные полёты на тестовых аппаратах, выясняя, кто лучше. Хотя в жизни нам так и не довелось летать на настоящих транспортниках, даже до соседних баз.

В двух креслах перед панелью управления сидели спиной ко мне, по-видимому, мои новые знакомые. За большими спинками их было не разглядеть, видны были только ноги и слышались тихие разговоры на незнакомом языке.

Но моё внимание привлекло то, что было за иллюминатором кабины пилотов.

Чернота.

Огромная, безмятежная и глубинная, с тысячами вкраплений безмолвных звёзд.

Из груди вырвался немой стон ужаса.

– Это… это космос?!

Рядом со мной послышался шорох, и я спешно открыла глаза. Надо мной склонился один из захватчиков, и я машинально отпрянула и вжалась спиной в стену.Я зажмурилась и ущипнула себя, в попытках отгородится от увиденного. Этого просто быть не может… ведь ещё вчера я была на Земле. Вчера ли? И что же такого могло произойти, что я оказалась среди звёзд на незнакомом корабле? И главное – с кем? Кто они вообще такие?

Он смотрел проницательным взглядом своих чёрных глаз, изучая меня с ног до головы. Это был взгляд любопытства на диковину, будто меня выставили как экспонат в музее. Но я не растерялась и тоже принялась рассматривать его в ответ. Перед мной оказался второй представитель внеземной расы, который вжимал недавно меня в пол и чуть ли все кости не переломал своим весом. Сейчас он был без шлема. Его вполне можно было бы принять за человека. У него были идеальные черты лица с высокими скулами и чёткой линией подбородка, и лишь кожа выдавала его инопланетное происхождение. Гладкая, словно бархатная, отливала необычным сине-зелёным оттенком, а взъерошенные волосы и вовсе были неестественного белого цвета.

Тот, что остался в кресле, что-то сказал на своём языке второму, и он, согласно кивнув, встал и вышел из кабины. Я выдохнула и ещё раз посмотрела на первого пилота. Чешуйчатый внезапно и совершенно по-человечески помахал мне рукой.

– Он… Поздоровался со мной?

В это же время вернулся второй с каким-то свёртком в руках и протянул мне. Я молча взяла то, что мне дали. Буду разбираться по ходу дела.

И в этот момент незнакомец перехватил моё запястье, заставляя разжать ладонь, и рассматривая запёкшуюся кровь на моей руке от прошлой попытки разбить сенсорную панель.

Я попыталась выдернуть руку, но его рука лишь сильнее сжалась на её запястье. Мне оставалось только наблюдать за его действиями.

Он достал из небольшого нагрудного кармана маленький тюбик. И аккуратным движением он прыснул незнакомое средство мне на рану.

– Что это?

Я ожидала, что будет щипать или жечь. Но почувствовала только приятный холод. Рана на костяшках пальцев начала буквально затягиваться на глазах.

– Удивительно.

Он поспешил отпустить её и выпрямился. И хоть всё происходящее жутко смущало меня, я всё же сказала ему:

– Спасибо!

Он внимательно посмотрел на меня. Сложно было понять, о чём он думает в этот момент. Но сейчас посмотрел так, словно его интерес угас и вернулся в кресло пилота.

Я развернула свёрток и в руках же у меня оказался комбинезон, аналогичный тому, что был на первом пилоте. Отлично, мой вид в одном белье нашему нервному беловолосому товарищу пришёлся не по вкусу. Штаны я натянула быстро, а вот с рукавами дело оказалось сложнее.

– Эм… извините, – я попыталась привлечь внимание пилотов, протягивая руки в наручниках, – я не могу надеть дальше из-за них.

Они переглянулись. Беловолосый явно выругался, но что-то деактивировал у себя на руке, и наручники сами отстегнулись. Такую же аналогичную панель управления я заметила и у первого пилота. Похоже на сенсорные планшеты. Но долго рассматривать не удалось – как только я натянула рукава, магниты одним мощным рывком соединились. Я тут же встретилась взглядом с этими чёрными нахальными глазами, после чего он отвернулся, довольный, к панели управления и сделал вид, что меня не существует.

Комбинезон оказался огромным, пришлось подогнуть штанины и рукава. Не исключено, что прежде он принадлежал ему же, наверное, именно поэтому так отдал его мне, практически от сердца оторвал.

Больше на меня внимания не обращали, предоставив самой себе. Но деваться было некуда, поэтому я смирно устроилась удобнее на полу и начала рассматривать всё вокруг подробнее. Только совершенно ничего интересного не обнаружила. Кабина пилотов не отличалась ничем от привычных мне, кроме, наверное, техники, которая была более продвинута. Пилотов из-за кресел было не видно, ноги я уже рассмотрела досконально, а их переговоры между собой ничего мне не давали.

Но вот за пределами корабля я увидела небольшую точку, которая увеличивалась по мере нашего приближения. И чем ближе мы подлетали, тем отчётливее становилось понятно, что это межгалактическая станция. Огромная станция. Настолько огромная, что в итоге заполнила всю видимость. Масштабность этого строения поражала. И ведь посреди космоса! Могли ли все умы нашей планеты представить такое? К ней подлетали и отстыковывались корабли разных видов и размеров. Даже думать не хочу, кто может на них летать… И только один вопрос крутился у меня в голове: куда же меня, чёрт побери, занесло?

Несмотря на то что земляне активно осваивали космос, до такого нам явно было ещё далеко…

Пилоты направили корабль в шлюзовой отсек. Я смотрела во все глаза, когда мы влетали внутрь этого сооружения, понимая, что сбежать теперь вряд ли получится.

Пару манёвров – и корабль пристыковался к свободному шлюзу. Пилоты переговорили с кем-то по своим сенсорам на рукавах, отключили питание у панели управления, встали с кресел и направились ко мне. Я машинально отшатнулась, но на мои действия никто не обратил внимания. Беловолосый одним рывком поднял меня с пола и толкнул вперёд. Немного поплутав по коридорам, мы дошли до двери шлюза. Мои пилоты переглянулись и открыли их, а у меня аж дух перехватило от увиденного.

Станция оказалась настолько огромной, что сошла бы вполне за небольшую планету. Множество кораблей прилетало и улетало. Сотни, а может быть и тысячи разнообразных существ двигались во всём этом потоке, создавая свой собственный социум. В отдалении виднелись строения, похожие на обычные небоскрёбы, вокруг них виднелись монорельсы, по которым проносились скоростные поезда и рядом с которыми пролетали машины в своих транспортных потоках.

Второй шёл рядом и, не обращая на нас внимания, набирал что-то на сенсоре рукова.Что-то мне уже расхотелось выходить, и я попятилась назад, упёршись в грудь беловолосого. Он выругался сквозь зубы и, видя мою нерешительность, взял меня под локоть и потащил за собой.

Мы спустились с трапа и направились в глубь этого живого потока существ. Меня безжалостно тащили за собой, я старалась не отставать, но босиком это выходило не очень быстро. Все же мы находились буквально на вокзале, и какая бы здесь ни была высшая цивилизация, мусор и грязь после них были такие же, как везде.

Как бы тут заразу не подцепить своими голыми пятками.

Пока мы шли, я смотрела по сторонам, пытаясь найти среди этих существ кого-то с Земли. Но никого…

Пока крутила голову по сторонам, не заметила, как пилоты остановились, и больно врезалась носом в спину беловолосого. Он медленно развернулся, испепеляя меня взглядом, и неожиданно наступил мне на ногу. Случайно или нет, сказать было сложно, но от боли я взвыла и пнула его другой ногой.

Этот нервный тип посмотрел на меня так, будто я его главный враг во вселенной, но ботинок свой догадался убрать. Взглянул на мои голые ноги и недолго думая закинул меня лёгким движением к себе на плечо, отчего перехватило дыхание, и броня больно врезалась в живот.

– Эй, отпусти! – возмущённо заорала я, колотя его руками по броне и дёргая ногами, но он просто зажал мне их рукой и спокойно отправился дальше.

Я подняла голову и встретилась взглядом со вторым пилотом – это что, усмешка на его лице? И что самое главное, никто никак не отреагировал на такое самоуправство.

Опустив голову от безысходности, я повисла мёртвым грузом. Энергия мне ещё пригодится, надо просто понять, где я и как можно сбежать отсюда, найти связь с Землёй и ждать подмогу. Делов то. Раз плюнуть.

Пока я продумывала план побега, меня занесли в помещение, где похититель бесцеремонно сбросил меня с плеча на пол.

– Вот же сволочь! – пробубнила я, потирая живот и вставая на ноги. Поравнявшись с ним, только сейчас поняла, что он выше меня на голову, крупнее меня до жути, и это всё же обтягивающая броня такая или там правда гора мышц? В голове прокрутилось наше первое знакомство, и я задумалась. Как он смог так ловко прыгать по стенам с такой комплекцией?

Тут же краем глаза покосилась на вставшего рядом второго пилота. Он был более мелкий по сравнению со своим напарником, но всё же выше меня.

Мы оказались в какой-то лаборатории. Посреди комнаты стояло два кресла друг напротив друга с каким-то огромным механизмом над головой, вокруг него столы с какими-то приборами.

Больше рассмотреть ничего не успела, так как в дверь вошла делегация неизвестных мне лиц. Возглавлял их высокий гуманоид, довольно статного вида, явно мужского пола, и, судя по всему, в возрасте. Взгляд у него был строгий, лицо обрамлено бородой и усами, тёмные волосы собраны в тугую косу, кожа – жёлтая, а уши заострённые. Одет был в форму, похожую на военную. Это можно было понять по всевозможным нашивкам на плечах и груди и аналогичной эмблеме со звёздами, как у меня на комбинезоне. Остальная группа делегации представляла собой сборную солянку из всевозможных внеземных видов. Они были так разнообразны, что дух перехватило, когда я их разглядывала. Их объединяла только форма: белые туники с нашивками и тёмно-синие штаны, заправленные в сапоги.

Пилоты отсалютовали главному, если это можно так назвать. Беловолосый начал докладывать что-то главному, а остальная группа изучала какие-то данные на сенсоре у второго пилота. Они периодически поглядывали на меня. Я, потирая пятки о пятки, рассматривала в ответ их. Всё же холодно стоять вот так босиком на металлическом полу.

Как-то неожиданно беловолосый стал общаться на повышенных тонах с главным, на что тот так рявкнул в ответ, что я даже вздрогнула. Суровый мужчина. Не знаю, из-за чего у них там сыр-бор произошёл, но пилот так злобно повернулся ко мне, будто хотел встряхнуть за какую-то гадость. Я же молча стояла под его тяжёлым взглядом, но, похоже, это его ещё больше подбесило. Он рыкнул и отошёл в сторону. Походил туда-себя, перепсиховал, а потом резко направился ко мне. Я испугалась и попятилась – это явно не к добру. Он же, не церемонясь, схватил меня опять за локоть и подтащил к этим типам в белом.

– Э-э-э, товарищи! Погодите, давайте поговорим, мы же все цивилизованные люди…

А они уже время зря не теряли и оперативно начали готовить какие-то инструменты. Ой, нет, нет, мне того хватило с полна. Я начала вырываться и упираться в пол, но белобрысый, не сильно напрягаясь, схватил сзади меня за второй локоть и прижал спиной к себе, зажимая руки так, что у меня точно останутся синяки.

Дальше всё было как в страшном сне – один из них вколол мне что-то, и я начала впадать в какое-то ограниченное состояние, вроде и видела всё, но сопротивляться не могла… Помню, что рядом со мной всё время разговаривали. Я сидела в кресле, с привязанными руками и ногами. Напротив, сидел в таком же кресле беловолосый. Ему что-то вводили в затылок. Я почувствовала резкую боль у себя со спины, и в одно мгновенье увидела жизнь… Но чужую… Его жизнь… Она быстро мелькала перед глазами, так быстро, что сфокусировать взгляд на чём-то одном не удавалось… В какой-то момент я увидела себя… Я сидела в кресле с привязанными руками и ногами… К затылку был прикреплён некий механизм и провода… А я сама смотрю на себя глазами этого типа… И смотрю таким непроницаемым взглядом полностью чёрных глаз… От ужаса я закричала – и одновременно закричала я, которая была в кресле…


## Глава 3

Мы с Викки рванули в коридор, но остановились, не дойдя пары метров. В помещение по очереди стали входить вооружённые люди. Я испуганно переглянулась с подругой, и мы медленно подняли руки, когда на нас навели несколько стволов. В проёме возник мужчина. Он неторопливо двинулся к нам, снимая маску.

Я внимательно присмотрелась и, к своему ужасу, узнала в нём бывшего начальника станции – Макса. У меня были только плохие воспоминания о нём. Преследование, попытки вступить со мной в неформальные отношения силой… Поэтому, увидев его сейчас, по моему телу прошла мелкая дрожь. Страх вновь облепил своими лапками каждую клетку тела.

– Рия? Ну кто бы мог подумать… – Он протянул ко мне руку и поправил выбившуюся прядь волос за ухо. Я поспешила отодвинуться от его прикосновения.

– Какого чёрта здесь творится?

– Я тоже рад тебя видеть. – Макс проигнорировал мой выпад и продолжил. – А теперь начнём. Господа…

Он обратился к вооружённым людям. Те начали заводить в бункер с криокапсулами испуганных людей.

В проёме я успела заметить нескольких людей из делегации, но понять их статус – заключённые или нападавшие, не успела.

Нас разделили с Викки и подтолкнули обратно в помещение. Когда меня отвели к одной из капсул, Макс подошёл ко мне.

– Пришло время платить по счетам. Раздевайся.

– Зачем? – Я на секунду даже растерялась от такого требования.

Макс вскинул брови. Он терпеть не мог, когда его просьбы не выполнялись с первого раза.

– Лишь только потому, что ты мне нравишься, я повторю ещё раз и советую послушать меня. Раздевайся и устраивайся поудобнее.

Я нервно оглянулась. У каждой капсулы происходила аналогичная ситуация. Люди раздевались до нижнего белья и располагались в специальном ложе для будущего криосна.

Мне пришлось медленно начать снимать с себя одежду, украдкой поглядывая на остальных. Викки отвели к другой капсуле, но её пока заставили помогать с активацией анабиоза.

– Это какой-то кошмар! Кто все эти люди?

– Рия, дорогая моя… Если ты не поторопишься, я пристрелю твою подружку.

– Не.Смей.Называть.Меня.Так. – От такого обращения я еле сдержалась, чтобы не спровоцировать его ещё больше.

– Ты же знаешь, что так должно быть. Дорогая моя.

Я обернулась в поиске Викки, но тут же в сгибе локтя ощутила неприятный укол, который моментально мне сделал Макс.

– Зачем? – Раствор моментально проникал в мои вены, заставляя погрузиться в сон.

Макс подхватил моё обмякшее тело и аккуратно положил в ложе.

Борясь со сном, я медленно заговорила:

– Макс, ты совершаешь ошибку. Мы все поплатимся за неё!

Он лишь ухмыльнулся.

– Единственной ошибкой было не сделать этого раньше.

– Ты погубишь нас всех.

– Обсудим это через несколько лет. Ты даже представить не можешь, что нас всех ждёт впереди…

Веки стали тяжёлыми, и сил ответить у меня уже не было. Мозг погружался в глубокий сон, и лишь обрывки разговоров долетали до моего слуха. Жёсткая рука прикоснулась к моей щеке, и она ощутила горячее дыхание Макса рядом с ухом.

– Жду не дождусь, когда мы встретимся вновь. И тогда ты уже от меня не сбежишь…

***

Я подпрыгнула в кровати вся в холодном поту. Несколько секунд ошарашено осматривалась, пытаясь понять, что происходит, и где я нахожусь. Моя комната, как обычно, была погружена в ночные сумерки, и с первого взгляда ничего подозрительного здесь не происходило.

Надо же такому присниться… космос… криокапсулы… Эти Нелюди… И этот мой жуткий взгляд совершенно чёрных глаз. Крик до сих пор стоял в ушах. А что там мне вкололи в затылок? Такая боль нестерпимая была… Машинально дотронулась пальцами до шеи и резко отдёрнула руку. Продышав несколько минут и успокоившись, улеглась опять на подушки и натянула повыше одеяло.

Быстро вскочила с кровати и побежала в ванную, запрокидывая свои длинные волосы на плечо.

В отражении всё как обычно: загорелая, подтянутая фигура, светлые волосы. Только испуганные зелёные глаза выдавали моё волнение. Я покружилась перед зеркалом, пытаясь увидеть затылок.– Свет! – отдала я привычную команду, после чего перед зеркалом уже увидела себя.

– Что за… – пробормотала себе под нос. Там определённо был какой-то бугорок. Он прощупывался под пальцами и отдавал лёгкой болью. Но более подробно разглядеть не получалось.

Надеюсь, Викки мне поможет понять, что там. Я быстро направилась к выходу, особо не заморачиваясь, что нахожусь в одном нижнем белье. Мы с ней жили в общежитии лаборатории, которая была разделена на мужскую и женскую часть, а наши комнаты и вовсе находились напротив, так что мы с Викки часто вот так бегали из одной комнаты в другую, не особо церемонясь над внешним видом.

Я приложила ладонь к сенсору, и дверь плавно открылась, а я вышла в коридор, быстрым шагом направляясь к подруге. На полпути замерла, понимая, что передо мной нет комнаты Викки. Точнее, не так… дверь-то была, но другая. Как и всё остальное вокруг меня.

Паника накрыла меня с новой силой… Но как? Почему? Ведь моя комната и есть… моя? Или – не моя? Я приложила ладонь к затылку, который стал неприятно ныть, и решила ретироваться в комнату.

Повернувшись, замерла от испуга, увидев того самого беловолосого. Он что-то рассматривал на своём сенсоре, облокотившись спиной о стену, и не обращал внимания на меня.

– Очнулась? – строго спросил он, взглянув мне прямо в глаза.

Не знаю, что в этот момент отразилось у меня на лице, но я молча кивнула. Он поднял с пола какой-то пакет и вручил мне. А до меня, наконец, начало доходить происходящее. Всё, что я приняла за сон, оказалось правдой. И это ужасало.

– Оденься! – кивнул он на свёрток, зажатый в моих руках. – Времени у тебя мало. Если не выйдешь, я сам за тобой зайду. Поняла?

Я оглядела себя нервно сглотнув.

– А где одежда, что дали раньше? И кто меня раздел?

Но он буквально испепелил меня взглядом. Я молча, бочком протиснулась в комнату и выдохнула, закрыв за собой дверь. Неужели я даже дышать забыла от страха? И теперь я понимаю его? Каждое слово этого напыщенного индюка? Как такое возможно?

Надо успокоиться и разобраться во всём. Я махнула рукой, чтобы набрать воздуха, и подошла к кровати. Будем решать проблемы по порядку.

Вытряхнув содержимое пакета на одеяло, я принялась рассматривать то, что мне предстояло надеть. Какой-то специфичный комбинезон серого цвета с белыми вставками, лёгкая куртка и сапоги без каблуков. Ни носков, ни нормального нижнего белья. Хотя откуда бы у них оказались внезапно такие вещи? Быстро натянув на себя всё это, подошла к зеркалу.

На удивление всё мне село впрок, даже обувь и то оказалась моего размера. Комбез был из неизвестного мне тягучего материала, но смотрелся на фигуре обворожительно. Я мечтательно вздохнула – все парни лаборатории попадали бы штабелями, увидев меня сейчас. Образ дополнила куртка. На всей одежде была эмблема, аналогичная той, которую я видела на формах пилотов. Но тут же меня накрыла апатия от воспоминаний пробуждения, хотелось надеяться, что хоть кто-то выжил ещё.

Меня, конечно, смущал ещё один момент… Волосы прямо блестели от чистоты, но, если учесть пробуждение от криосна, такого быть не должно. Я даже думать не хочу, кто приводил их в порядок.

Выглянув из ванны, посмотрела на входную дверь. Никто не ломится, и я решила быстро осмотреться. Я подошла к душевой и осмотрела панель управления.

Так. Посмотрим. Нажму вот эту и эту… Вода брызнула из душа и устремилась куда-то в местный водосток.

– Обалдеть. Это же самая настоящая вода!

Зачерпнув немного в ладонь, я понюхала жидкость и тронула кончиком языка. Явно техническая. Походу циркулирует здесь. Выключив душ, отряхнула ладонь и осмотрела остальное.

Зеркало, раковина. Какое-то подобие мыла, зубной щётки нет.

– Надо бы раздобыть у кого-то. Или узнать, как они здесь чистят зубы.

В другом конце помещения был туалет. Забавно будет, если там окажется слив в чёрную дыру. Меня эта мысль так повеселила, что я буквально засмеялась себе под нос, и пошла дальше осматриваться, но в дверь настойчиво и громко постучались. Потом досмотрю. Я спешно вышла в коридор.

Пилот уже говорил с кем-то по своему сенсору, отвернувшись, но, услышав, что дверь открылась, отключил его и поворачиваясь резюмировал:

– Долго собираешься.

И замер. Только взгляд быстро и оценивающе пробежался по мне сверху вниз и обратно.

– Что-то не так? – я оглядела себя ещё раз.

– Ничего. За мной, – оттаял он от состояния истукана и пошёл прямо по коридору.

Я молча последовала за пилотом. Ага, так смотрел, а теперь ничего.

Создалось впечатление, что его обязали нянчиться со мной, шёл весь такой недовольный, быстрым шагом, что приходилось торопиться за ним. А в голове крутились тысячи вопросов: «Как я его понимаю? Что они сделали со мной? Кто это вообще такие?».

В этот раз он был без брони, в простых штанах и футболке, с теми самыми эмблемами в виде звёзд. Значит, это знак их команды. Я присмотрелась краем глаза – м-да, всё же это оказалась настоящая гора мускулов, хотя в его движениях прослеживалась некая грация. В сравнении с ним я была крошечной и хрупкой.

Одновременно я пыталась рассмотреть то, что было вокруг меня. Мы шли по коридору с ответвлениями, стены с полом здесь из сплошного металла, а справа и слева – двери в комнаты. Скорее всего, это жилой отсек.

По пути нам никто не встретился, неясно было, какое сейчас время суток, возможно, глубокая ночь, и все спят, а может, и наоборот – день, и всё на работах.

Мы остановились у большой двери в конце коридора, и беловолосый прикоснулся к сенсору.

– Куда мы идём? – не выдержала я молчания.

– Моя задача – проводить тебя. А не развлекать разговорами. Болтовню оставь при себе. – отозвался он.

Подумаешь тоже. Пф-ф-ф. Больно надо. И чего он так взъелся на меня?

Я молча последовала за бойцом. Он шёл недовольный, быстрым шагом, так что мне приходилось торопиться за ним. Но я всё же не выдержала гнетущего молчания и спросила:

– Так куда мы идём?

Он нехотя, с некой долей высокомерия, смерил её взглядом. Но всё же, глубоко вздохнув, ответил:

– Скоро сама узнаёшь.

Он явно не в духе. Возможно, в другой раз поговорю с ним. Непонятно только, что его раздражает – сама я или в целом ситуация.

Пройдя несколько поворотов, мы остановились у большой двери в конце коридора, и боец прикоснулся к сенсору.

– Я понимаю, что это может глупо прозвучать, но мы действительно в космосе?

В ответ пилот рыкнул, отчего я вздрогнула.

– А где же ещё нам быть? – сквозь зубы спросил он.

Перед нами открылись двери и пилот, не церемонясь, подтолкнул меня вперед.

Слава Богу, это оказался всего лишь лифт, который через пару секунд пришёл в движение. Я больше не стала задавать вопросы этому типу, всё равно от него ничего не добиться.

Лифт быстро привёз нас до места, и мы вышли на новую площадку. Я огляделась. Это определённо был мостик… Корабля? Тут-то и находился основной состав служащих, сидевших за мониторами, которых не было видно в жилых отсеках.

На меня все выворачивали головы, я же смотрела прямо за стекло мостика. Значит, мы уже не на межгалактической станции, а на каком-то корабле, и куда-то летим, судя по вибрации этого корабля и пролетающим мимо звёздам. Возможно ли, что эти гуманоиды будут столь любезны и вернут меня на Землю? Интересно, кто здесь заведует этой кухней? В центре зала была большая трёхмерная голограмма карты с множеством планет и звёзд. Хотелось бы рассмотреть подробно, но меня опять подпихнули в спину, указывая идти дальше.

Мы спустились по небольшой лестнице в начало мостика, и пилот подвёл меня к самому центральному креслу. В нём оказался тот самый статный бородатый мужчина, которого я видела накануне. Так это он главный здесь?

Увидев нас, он встал, а мой провожатый замер по струнке смирно, пока главный не махнул рукой, мол, вольно, всем расслабиться. Точно важная шишка, капитан, а может, и сам адмирал. Хотя судя по виду их формы, это военнослужащие, а не обычный грузовой корабль.

– Приветствую вас, лери, на борту «Сергуни», как ваше самочувствие после ингрустации? – командир подошёл ко мне и довольно улыбнулся.

– Эм-м… Спасибо. Только я не Лери, меня зовут Рия, – аккуратно начала я, поглядывая на собеседника и по сторонам.

Видимо, сказанное жутко повеселило его, что он зашёлся в гортанном смехе, вызывая мурашки у всего персонала вокруг.

– Рия, очень рад нашему знакомству. Не каждый день можно встретить живого представителя Земли…

– Как-то жутко это прозвучало.

– А лери – это обращение на всеобщем к девушкам.

– Всеобщий язык? И что означает ин… ингру… чего-то там? Простите, я половину ваших слов не поняла от слова совсем.

Мужчина ещё шире улыбнулся, видимо, его позабавило её незнание их «всеобщего».

– Рия, позвольте по порядку, начнём с приветствия, а далее я отвечу на все ваши вопросы. Я рейнарг корабля «Сергуни», в переводе с рейловского – это корабль «Быстрый». Моё имя – Игнархэд Разлик, но для вас можно просто Игнархэд, – и он поклонился, довольно посмотрев на меня.

Я, конечно, опешила, половины слов просто не поняла, но постаралась взять себя в руки. Вот он-то мне точно сейчас всё объяснит.

– Очень приятно познакомиться, – выдавила я из себя вежливое приветствие, но только один вопрос меня волновал больше всего, – скажите, пожалуйста, где мы сейчас находимся? Точнее, я имею в виду, как далеко мы от Земли?

Рейнарг перекинулся взглядами с пилотом, вздохнул и пригласил жестом пройти за ним.

– Пойдёмте в мой кабинет, Рия. Я вам всё подробно расскажу.

Дверь в его кабинет была по правую руку, куда мы втроём и отправились. Кабинет оказался просторным, на стенах красовались разные карты, посередине был большой стол для переговоров на нескольких персон, а чуть далее, за стеклянной перегородкой, уже отдельный стол рейнарга с двумя креслами, туда мы и направились. Я устроилась в кресле, Игнархэд за своим столом, а боец остался позади, изображая из себя телохранителя.

– Рия… – глава вздохнул, очевидно, не зная с чего начать. – Что последнее вы помните?

Я призадумалась. Сейчас голова уже лучше соображала.

– Я помню, как на нашу лабораторию напали, и меня погрузили в сон.

– А вы помните, кто на вас напал и зачем? – поинтересовался командир, внимательно глядя на меня.

Конечно, я помнила, ктоэто был. Но мне совсем не хотелось о Максе рассказывать. Не сейчас. Надо ещё понять, где я оказалась. И от этого отталкиваться, решив, какую информацию можно выдавать, а какую и лучше похоронить со мной.

– Был там один тип, как его зовут – не помню… после криосна требуется время, чтобы в голове воцарился порядок… – соврала я и даже не покраснела.

Я глянула на командира, он переглянулся с пилотом, и стало понятно, что явно что-то не так, и что они умалчивают о каких-то вещах.

– Слушайте, а почему вы так интересуетесь, что я помню? Где я, собственно, нахожусь? Как мне вернуться на Землю?..

Рейнарг ещё раз глянул на этого типа и сказал:

– Мне очень жаль, но вернуться туда вы не сможете…

– Почему? – опешила я.

– Земли нет уже много лет…

## Глава 4

Я нервно посмотрела на моих собеседников, но на их лицах ничего нового не отразилось.

– К сожалению, нет, – ответил мне Игнархэд. – До сих пор достоверно неизвестно, что произошло на самом деле. Однажды просто перестали поступать сигналы с Земли. Прекратились – и всё.– Мне кажется, я ещё плохо понимаю ваш язык. Вы, может быть, хотели сказать, что Земля где-то очень далеко?

Я нахмурилась, но внимательно продолжила слушать командира, задавая уточняющие вопросы.

– О каких сигналах речь?

– Калай, включи, пожалуйста, последние кадры Земли и взаимодействия между вселенными.

Я посмотрела на моего провожающего. Так вот как его зовут. Калай…

– Готово.

Боец включил всё необходимое, и командир продолжил:

– Начнём чуть издалека, чтобы было понятно, что к чему. Каждая галактика обязуется войти в межгалактический Совет.

– Совет – это что-то похожее на главное управление над всеми видами рас? – уточнила я.

– Верно. Но имеются и такие, кто по тем или иным причинам не вошли в Совет.

– Такие как наша?

– Именно. Это значит, что практически никакая активность ваших планет не отслеживалась Советом. Вы последовательно развивались по собственному пути.

– Это хорошо или плохо?

– Смотря как посмотреть. Землянам в целом было всё равно. А вот техногенное развитие у вас значительно отставало от нашего.

Я нахмурилась, окинув взглядом помещение. И, похоже, сильно отстали, судя даже по тому, что мы сейчас на огромном космическом корабле летим неизвестно куда.

– Нет, вы, конечно, нагнали многое сами, но при Совете это развитие случилось бы на много лет раньше.

– И что же дальше?

Командир кивнул на панель.

– Периодически всё же были разовые наблюдения за планетой. Анализ этих сигналов показывал, что никакой угрозы не было. А сейчас Земля частично разрушена, и всё, что осталось от неё, полностью непригодно для любой формы жизни.

Я подробно изучала все изображения. Некогда прекрасная планета теперь была блёклой и безжизненной. Часть земной коры осколками разметалась по бывшей орбите. Я почувствовала, как внутри сердце сжалось в комок отчаянья. Мне безумно захотелось открыть окно и вдохнуть глоток свежего воздуха. Но это было невозможно. Я отказывалась верить в происходящее.

– Какая основная версия гибели Земли? По мнению вашего Совета?

– Официально были озвучены разные теории этой трагедии, одна из которых – сокрушительное оружие массового поражения. Но…

На секунду командир замолчал. Я подняла на него глаза и всё поняла и без слов.

– Но правды мы не узнаем никогда?

– Верно.

– Что насчёт выживших?

Рейнарг кивнул Калаю. Тот оторвался от стены и ответил:

– Других не обнаружено. Ты первая из землян, кого удалось найти.

– Это вообще возможно? Точнее, нет… Секунду, соберусь с мыслями. Каким образом мне удалось выжить? Мои последние воспоминания ну совсем никак не связаны с космосом. Как я очутилась здесь?

– А это крайне интересный момент. В последние недели жизни вашей планеты всё же были зафиксированы всплески активности. И вот что точно удалось установить перед тем, как планета погибла.

Я подалась вперёд, слушая командира.

– Как минимум три корабля стартовали с планеты накануне гибели.

Я встрепенулась на этом моменте. Три корабля с землянами! Значит, я не одна! Хотя мы готовили капсулы для четырёх кораблей… Но главное, что хоть кто-то смог вылететь!

– Но, несмотря на наши технологии, отыскать их много лет не удавалось. Будто их специально скрыли от всего мира. Головорезы и наёмники даже сейчас, по прошествии стольких лет, продолжают поиск кораблей. И видимо, не зря: на днях мы получили сигнал бедствия с неопознанного судна. Он дрейфовал в галактике Анархийцев.

Игнархэд активировал экран на своём сенсоре и вывел данные на монитор, подвешенный к стене, показывая изображения корабля.

Я встала с кресла и подошла ближе к экрану, слегка прищурившись.

– Да, это один из наших кораблей – «Гагарин», сильно потрёпанный, но узнаваемый… Подождите. Что-то не сходится. Резерв корабля вряд ли выдержал бы такую нагрузку. Всё же криосон всей команды не должен был длиться так долго.

– Мы эту версию тоже подробно прорабатываем. Если посмотреть на «начинку» судна, то можно увидеть, что он был модифицирован технологиями, отличными от земных.

Моя левая бровь медленно поползла вверх.

– Ко всему прочему, это было сделано до вылета в космос. Как видно на изображениях, ресурс корабля был увеличен по максимуму. Также удалось узнать, что на нём были установлены стелс технологии.

– Что это?..

– То, что мешало всем остальным видеть его. – Калай оказался рядом со мной, указывая на места корабля, где, предположительно установили эти технологии.

– Типа маскировки?

– Да. Это опять же неземные технологии. – согласно кивнул командир.

– А два других корабля? Известно хоть что-то о них?

– Это одна из наших задач – найти их. И я очень надеюсь, вы поможете нам.

– Я? Но как? Да и где тогда все остальные земляне с моего «Гагарина»? Вы говорите, что я одна…

– Ох, это же внутри «Гагарина».Командир переключил на видео с камеры брони одного из разведчиков.

На видео бойцы дошли до криокапсул. От увиденного её сердце в очередной раз сжалось от боли.

У них здесь есть хотя бы корвалол? Что-то мне совсем дурно.

Разведчики обходили одну за одной капсулу, но картина была одинакова. Жизнеобеспечение было отключено. Внутри разбитых камер находились мумифицированные тела. В целых – неразложившиеся лишь по причине того, что внутри сохранилось специальное химическое вещество.

Один из разведчиков подошёл к единственной капсуле, где все системы были активны. Сама же камера была исписана какими-то иероглифами. А внутри лежала я.

И только сейчас к ней пришло осознание, что это всё по-настоящему. Слёзы накатились на глаза, но я сдержалась и только глубоко вздохнула.

Командир, видя моё состояние, продолжил:

– Добавлю, что кто-то специально отключил всех. Весь резерв был направлен только на вас. Это и помогло вам жить столь долго. А дальше резерв стал иссякать, и сработала автоматика, которая и подала сигнал бедствия. Устранить неисправность было некому.

– Вся команда погибла. Группа Калая не нашла ни одного живого члена экипажа.

– Это… так странно. – я проглотила ком в горле, едва сдерживая эмоции.

– Просто безумие какое-то. Кому понадобилось это делать? В голове не укладывается… А где сейчас сам корабль и капсула? Я хочу взглянуть на них, – на самом деле мне жизненно необходимо было добраться до капсулы, ведь там могла быть зацепка. Но пока эту информацию я не стала озвучивать. Рано.

– Это сейчас невозможно. Корабль отправили в Совет на осмотр и анализ.

– А я тогда почему тут?

– Вы здесь для адаптации. Как помните, в начале разговора я упомянул ингрустацию. Так вот, сейчас это применяется крайне редко, так как побочные эффекты непредсказуемы, но все же мы решили попробовать. Чтобы вы могли понимать всеобщий и говорить на нём, происходит объединение с кем-то, чей физиологический и генетический состав максимально сходен с вашим. Это помогает более… – призадумался он над словом. – Более стабильно пройти адаптацию. Ваши организмы обмениваются информацией, и вы начинаете понимать всеобщий. Мы объединили вас с представителем Ромушей –  Калаем, – рейнарг кивнул на пилота.

Я машинально потёрла шею, так вот что они сделали…

– А это объединение, – призадумалась я, – нам же необязательно всё время быть рядом? – боковым зрением я увидела, как этот недовольный сверлит во мне дыры взглядом. Ну и пусть, надо сразу ограничить личное пространство.

– Конечно, перемещайтесь где угодно. Если что-то ощутите несвойственное вам, то сообщите нашему доктору Ларгаззи, с ним вы ещё не знакомы, но обязательно загляните на второй ярус.

У рейнарга раздался сигнал на сенсоре, и он поспешил откланяться.

– Приношу свои извинения, но мне пора на мостик. Калай, проводи Рию к доктору.

Я встала с кресла и поспешила за пилотом, так как он, видимо, и не особо ждал меня.


Передвигался боец так быстро, что мне пришлось ускориться. Калай, или как его там, вообще не беспокоился, где я там плетусь. В этот раз мы шли исключительно по коридорам, в обход лифта, что-либо разглядеть в таком темпе было просто невозможно. – Калай, погоди, – я догнала его и осторожно дотронулась до его плеча. Его реакция была молниеносной. Он развернулся и прижал меня к стене так, что внутри всё сжалось от страха. – Не смей. Прикасаться. Ко мне. – прорычал он сквозь зубы. – Хоть нас и объединили, держись от меня подальше. Поняла? Честно, это было страшно, но не могла же я позволить себя запугать? Хотя у него это действительно получилось.

– Отпусти меня! – потребовала я. – Тоже мне, нашёлся, будет указывать.

Что-то промелькнуло в его взгляде и заставило её сердце биться чаще. Его рука медленно переместилась с плеча к моему лицу. Я не стала отворачиваться. Он дотронулся до меня, проведя пальцами по скулам и спускаясь к губам. Я замерла, боясь как-либо пошевелиться, позволяя ему изучать моё лицо.

– Так похожа на нас, и такая другая…

Резкий спазм головной боли заставил его отпустить меня из своей крепкой хватки. Я моргнула пару раз и внезапно увидела саму себя. Глаза мои в этот момент были чёрными, как смоль. Я ощущала себя так, словно я была самим Калаем. Ещё секунда – и очередная волна резкой боли выбила меня из странного видения.

Я осела на пол, а Калай схватился за голову. Пока пыталась отдышаться, ко мне пришла страшная мысль.

Наши сознания теперь не просто объединены, они почти единое целое?

Калай тоже пытался осознать, что произошло, но в итоге резко поднял меня с пола и потащил за собой.


В медотсек мы влетели пулей. Всё, что я успела разглядеть, это то, что комната была просторной и светлой. Много неизвестного мне оборудования и инопланетный персонал. Но мы промчались мимо, видимо, направляясь сразу в кабинет местного доктора. Калай тащил меня за собой всю дорогу и, войдя в кабинет, практически зашвырнул меня вперёд. – Ларгаззи, я привёл её! – сквозь зубы проговорил он. – Дальше сам с ней разбирайся. И также быстро умчался. Наконец-то. Я выдохнула и осмотрелась. Доктор, сидевший за столом, что-то изучая, приветствовал меня кивком головы. – Рия, привет. Дай мне немного времени, я допишу наблюдения. Забыл представиться: Ларгаззи или можешь называть, как все, Док, – и он углубился в свой сенсор. Отлично, с ним мы точно поладим. Выглядел он странно, в целом, как и всё здесь. Кожа его была серо-жёлтого цвета, вся пупырчатая, а сам он напоминал жабу, нос на лице отсутствовал, а рот был большим. Но, видимо, я уже ничему не удивляюсь при виде нового члена экипажа, хотя до сих пор это кажется всё каким-то сном. Я прошлась по кабинету, осмотрела обстановку. Здесь было очень мило и уютно. Покашливанием док отвлек меня от изучения его кабинета. Ларгаззи уже встал из-за стола  и подошел ко мне в плотную. – Давай я посмотрю шею, проверю, как идёт заживление, – сказал он. Я откинула волосы назад, а Док с сенсором стал что-то изучать, временами прощупывая мою шею и спрашивая об ощущениях. После детального осмотра он отпустил меня. Теперь мы могли поговорить. – В целом рана заживает неплохо, – начал он. – Нам, конечно, нужно получить ещё много информации о людях. Но надеюсь, мы быстро это с тобой сделаем. Скажи, как твоё соединение с Калаем проходит? Чувствуешь что-то необычное? – Док внимательно посмотрел на меня и приготовил сенсор для записей. – Ну… – начала я, – может, это покажется странным, но мне кажется, что я иногда вижу его глазами… – Та-ак, очень интересно… И когда это проявляется? – пробормотал Док над сенсором. – Первый раз это случилось, когда нас соединяли, мне так больно было, что я закричала и увидела себя со стороны… А второй раз вот сейчас – перед медотсеком.

– А-а-а, тогда это объясняет, почему он так яростно тебя приволок сюда, – заулыбался Док и, заметив мой вопрошающий взгляд, попытался объяснить, – видишь ли, Калай сам по себе очень спокойный боец. Он провёл много битв и операций. Он элита в подразделении и вторая рука рейнарга на корабле. Когда тебя надо было подключать к кому-то, то по структуре организмов вы ближе всего подошли. После того как он и Рейко, его напарник, привезли тебя, он уже был на взводе.

Рейко. Так вот как звали второго пилота…

– И он категорически был против вашего соединения. – продолжил Ларгаззи. – Но приказы не обсуждаются. И теперь, видимо, в моменты его эмоциональных всплесков ты видишь его глазами. Такое наблюдается у единиц, и в нашей практике встречалось крайне редко. Надо поговорить с ним и понять, что стало причиной его нервозности. Ничего же не произошло на корабле, когда они нашли тебя? – Док внимательно взглянул на меня.

– Я…

Договорить я не успела, в помещение вошёл ещё один боец. Лица его не было видно, в руках он держал большой короб, мешавший обзору.

– Хей, Док. Я принёс, что ты просил.

– А, Гоззо, заходи. Ставь туда коробку.

– Принято.

Как только он освободился от ноши, наши взгляды встретились, и он подмигнул мне, отчего я удивлённо моргнула.

Я быстро окинула его взглядом: он был в такой же форме, как и у всех здесь. И это был ещё один представитель внеземной расы. Сколько же здесь их собралось?

Мило, очень мило, правда. Когти и клыки. «Приятно» встретить такого одной посреди коридора… Я поспешно отвела взгляд, повернувшись к Доку.Его отличительными чертами были красные взъерошенные волосы, когтистые лапы и хвост. Да-да, самый настоящий хвост болтался за ним, и я не сразу поверила своим глазам. Парень был такой же крупный, как и всё здесь – они на допинге, что ли? Лицо его рассекал шрам, придавая ему угрожающий вид. Он заметил, как я неприлично пялюсь на него, и улыбнулся мне своими клыками.

– Пока закончим на сегодня. Понаблюдай за своим состоянием, отметим завтра, как ты себя чувствуешь.

– Хорошо, я пойду тогда. – я оптимистично развернулась на выход, и тут же обернулась обратно. – Только… как мне дойти до своей комнаты? Я совсем путь не запомнила.

Ларгаззи порылся в ящике стола и достал какое-то устройство, притягивая его мне.

– Вот, держи коммуникатор. Он поможет тебе быстро ориентироваться.

Это оказался личный сенсор, такой же, как у всех здесь. Док помог мне прикрепить его на рукав левой руки, и объяснил кратко, как пользоваться. А потом обратился к затихшему бойцу:

– Гоззо, сможешь проводить нашу гостью?

– Конечно. – тот довольно кивнул мне.

Я с надеждой посмотрела на коммуникатор. Уверена, что и без его помощи бы прекрасно нашла путь. Но я отметила про себя, что в отличие от Калая, Гоззо был расслаблен и спокойно готов поговорить со мной. Поэтому я последовала к выходу за ним. Как только мы оказались в коридоре, он первый завязал разговор.

– Как видишь, слухи верны.– Тут слухи ходят по всему кораблю, что с нами летит земная девушка. я не поверил, решил лично проверить, – продолжил меж тем мой новый знакомый. Я лишь хмыкнула.

– Расскажи, как это, очнуться в неизвестном месте?

– Ну… Сложно. Многое непонятно ещё.

– Да, неприятно, но поправимо. Здесь многие учили всеобщий, он не для всех родной язык. Даже я. И как видишь, неплохо говорю.

– А так и не скажешь. Может, конечно, я ещё плохо улавливаю отличия в акцентах, но у тебя его точно нет.

– Годы тренировок.

На минуту мы замолчали, пока он приложил свой отпечаток к очередной двери коридора.

– А чем ты занимаешься здесь? – мой интерес был чисто научный.

– Я, как и всё здесь, военный. Но большей частью отвечаю за работу двигателя нашего корабля и оружейных систем.

Ого, это тот самый сотрудник, от которого в случае ЧП зависит жизнь всех на этом корабле.

Мы завернули несколько раз по коридору и вышли к жилому отсеку.

– Ну вот. Дошли.

– Спасибо! Я бы здесь плутала вечность.

– Моя комната вторая слева. Вон там, да. Приходи поболтать, когда будет скучно. Раскинем пару партий на картах.

– Забавно, мы тоже в карты любили играть по вечерам.

– Да? Ну тогда я, наконец, встретил достойного соперника.

– Не исключено.

– Если в комнате меня не будет, то ищи меня в машинном отделении.

– Ещё бы знать где это.

Он кивнул на мой коммуникатор и уточнил.

– Можно?

Я согласно протянула, и Гоззо одной рукой взял меня за запястье, а левой быстро что-то стал набирать на сенсоре.

Оказавшись достаточно близко к нему, я принялась рассматривать его с неподдельным интересом.

Меня окутало знакомым до боли запахом свежести, цитрусов и мяты.

Удивительно!

Гоззо как-то резко поднял голову, что мы столкнулись лбами.

– Ой, прости.

– Это ты прости. Ты просто такая хрупкая в сравнении с нами, что ещё трудно привыкнуть. Я отметил тебе путь. И мне пора идти.

– Спасибо ещё раз.

Такой забавный, в отличие от Калая.

Ну что же. Начнём обживаться.


Пару дней я потратила на изучение корабля, перезнакомилась частично с персоналом, в основном это были помощники Ларгаззи. Массового скопления внеземных представителей пока избегала. Калая, Рейко или Гоззо она в эти дни не видела. Обходилась сухпайками из каюты, которые каждый день обновлялись из ячейки в стене. Некоторые пайки вообще есть было невозможно, но я нашла парочку вполне съедобных и сытных. Долго, конечно, на них не протяну, но пока я не хотела куда-либо выходить, даже за едой.

Так же, кроме этой комнаты, я нашла ещё один укромный уголок на корабле, куда никто не захаживал. Я принесла туда покрывало и подушку и, устроившись поудобнее, наблюдала за звёздами и училась читать…По вечерам пролистывала журналы, которые нашла здесь в комнате, в попытках понять, что из себя представляет инопланетное сообщество. Устроившись удобнее на кровати, я тренировалась читать. Иероглифы быстро преобразовывались в буквы, и текст становился ясным для понимания. Может, и хорошо, что с этим Калаем объединили. Вряд ли я бы так быстро выучила этот язык.

Резкий спазм заставил меня вздрогнуть, схватившись за голову. Журнал с грохотом упал на пол, но я уже ничего не слышала вокруг.

…Надо мной пролетел огромный корабль, а горячий воздух обжигал мою кожу. Я задрала голову и посмотрела на опознавательные знаки, но обшивка корабля была пустой.

Здесь дышать нечем, пекло!

Рядом со мной раздалось несколько взрывов, и я неожиданно для себя ловко запрыгнула за огромный валун. Половина звуков была словно приглушённая, я потрясла головой, но это не помогло.

Оглушило так сильно!

Обернувшись, я увидела Рейко, который был без сознания. Рядом с ним лежал какой-то необычный камень, исписанный разными знаками.

Рейко! Боже! Ты живой?

Я хотела было дотронуться до него, но её тело не слушалось.

О нет! Я в сознании Калая!

Как-либо помочь им было невозможно. Калай взглянул на сенсор. На экране были лишь помехи. Я не выдержала, и проговорила в слух:

– Что-то глушит сигнал? Да? А рация? Рацию попробуй!

– Рации тоже не отвечают. – ответил Калай сам себе.

Так он слышит меня?

Рядом разорвало снаряд, откидывая Калая куда-то в сторону…

…Я открыла глаза и ещё какое-то время держалась за уши. Осмотрелась – я всё также находилась на корабле, в своём укромном уголке у окна… Это что сейчас было? Калай? Я увидела это при его эмоциональном всплеске? Сорвавшись с места, я побежала на мостик, параллельно связываясь с рейнаргом по сенсору… Ох, пожалею я ещё об этом, и не скажет мне этот пилот спасибо…

## Глава 5

Прошло уже несколько часов, прежде чем к кораблю пристыковался «Разведчик». Это был манёвренный небольшой летательный аппарат, который спокойно мог перевозить до пяти членов экипажа. Как мне объяснил потом Ларгаззи, таких машин было три на этом корабле, и они использовались как в разведках, так и спасательных операциях.

На удивление моё видение оказалось правдой и я не сошла с ума, что уже не могло не радовать. Рейко и Калай действительно оказались практически захвачены на вражеской территории, выполняя какое-то важное задание, и не могли связаться с кораблём. Что-то заглушало их сигнал. И возможно, если не моё вмешательство, то они погибли бы.

Мы с Доком спустились в шлюзовой отсек и остановились на смотровой площадке, наблюдая, что происходило внизу. Здесь же уже ожидали прибытие спасательного «Разведчика» медики и сам рейнарг. Я немного напряглась. Воздух выровнялся в стыковочном отсеке, и медперсонал направился туда. Двери открылись, и мы увидели, как выводят раненного Рейко. Мысленно я возрадовалась, что он жив, да ещё и идёт своими ногами. За ними следом шёл Калай, без чьей-либо помощи, хотя было видно, что он ранен. Забавно, тёмная, ближе к чёрному, кровь стекала ручейком у него с руки, но он будто и не замечал этого ранения. К нему тоже поспешили медики, но он лишь отмахнулся от них, как от назойливых мух, и пошёл прямо к рейнаргу.

– Рия, я тоже пойду к ним, – Док быстро спустился по ступеням к бойцам.

Когда они поравнялись, я заметила, что Калай незаметно им кивнул, и они пошли вперёд него на борт «Разведчика». Интересно, и что же там такое важное, раз они даже не поинтересовались состоянием бойцов и просто прошли мимо, а ведь те могли и погибнуть. Ради чего?

Я явно ощутила на себе чужой взгляд и посмотрела вниз. По телу тут же побежали мурашки. Калай смотрел на меня, внимательно, зло. Как правило, я всегда стойко переносила на Земле такие взгляды, но здесь решила ретироваться.

Кто знает, что у него в голове. Я поспешила покинуть площадку и, немного поплутав по коридорам, вернулась в свою комнату.

Скинув с себя обувь, плюхнулась на кровать и зарылась лицом в одеяле. Как же трудно здесь быть, вокруг всё чужое, сбежать некуда, один космос, да ко всему и по душам то не с кем поговорить. Так можно было бы уже давно излить душу Викки, но…одно огромное НО. Я даже время здесь с трудом различаю, живу по их времени подъем – отбой, но явно это не мои биочасы. Вот и сейчас по идее была глубокая ночь, я практически всех из кровати повыдёргивала. И этот взгляд Калая. Почему он меня так… ненавидит? По-другому не могу это обозначить. И можно ли ненавидеть ТАК просто за то, что ты есть? Я же не напрашивалась к ним сюда на корабль. Как-то стало совсем грустно.

Со стоном вылезла из-под одеяла, скинула быстро одежду, взяла полотенце и пошла смывать с себя весь этот дурацкий «день-ночь». Под душем просто закрыла лицо руками и позволила воде стекать по моему телу. Если опустить всё, то очень, конечно, интересно, что же там было на этом «Разведчике»… В видении я видела какую-то каменную добычу. Артефакт? Просто булыжник? Какой-то особенный минерал? Как бы мне разузнать подробнее. Эх уж, это моё земное любопытство.

Я выключила воду, укуталась в полотенце, а волосы отжала и положила на плечо. Выйдя из душевой, замерла на месте. Ко мне спиной стоял Калай и держал мою куртку в руках, то ли рассматривал, то ли нюхал. У меня в комнате, чёрт побери! Закрывать двери? Не, не слышала. Я замялась и решила спрятаться обратно, но в этот момент Калай развернулся. Видимо, и он не ожидал моего появления так скоро, и замер с моей курткой в руках.

– Эмм. Калай, а как ты сюда вошёл? – поинтересовалась я, крепко придерживая полотенце, которое могло предательски упасть.

Дверь закрылась за ним, и я поспешила её заблокировать. И только тогда выдохнула, прислонившись лбом о холодный металл. Да, здесь мне будет очень тяжело.– Дверь открыта была – коротко ответил он, и я не упустила его быстрый взгляд сверху вниз и назад, – закрывай в следующий раз, ведь мог зайти кто-то другой. Ооо, вот это забота, а кто здесь ещё такой беспардонный кроме него? – А ты сам, чего здесь делаешь? – поинтересовалась я. – Я пришёл сказать тебе, что если ещё раз влезешь в мою голову, тебя уже не найдут здесь, – былая злость вернулась, он отшвырнул куртку и быстро приблизился ко мне, резко взяв меня за плечи, что я даже не успела попятиться от него. Я старалась держаться стойко, но, честно говоря, хотелось спрятаться куда подальше. Он внимательно смотрел мне в глаза, я смотрела на него. – Ты либо бесстрашная, либо глупая, – констатировал он и прошептал мне на ухо, – я предупреждаю тебя ещё раз, влезешь в мою голову и конец тебе… Он вдохнул мой запах, отпустил меня и направился к двери. Вот мне бы промолчать, но с губ сорвалось: – Не надо благодарностей за спасение… Он услышал, но не остановился, и только кулаки его сжались крепко.

Всю ночь я спала отвратительно. Снился мне почему-то Белояр, которого я видела-то всего пару раз на Земле. Он шептал одними губами, но я отчётливо понимала его:

– Не верь всему, что здесь говорят…

– Белояр! Погоди! Где ты? Где вы с Викки?

Его расплывшаяся фигура вытянулась в Гоззо. Гоззо посмотрел на меня прямым тяжёлым взглядом, от которого стало жутко. Но фигура вновь размылась, и вот он уже стал Калаем.

Меня неожиданно перекинуло в то самое место их операции, когда они с Рейко попали в засаду…

– Эй, Рейко! Ты как? Ты слышишь меня?

Но он не обращал на меня внимания, пряча к себе в рюкзак тот самый камень.

– Рейко, что это? Рейко?

Я подошла ближе, рассматривая находку. Как только я приблизилась к камню, вокруг него образовалось голубое сияние, мне послышались странные голоса, но я уже не могла отвести взгляд от камня. Он меня завораживал… Он меня звал…

## Глава 6

Я подпрыгнула в кровати из-за пищащего коммуникатора. Не раскрывая глаз, вырубила его и вернулась обратно в горизонтальное положение. И приснится же такое! Состояние было хуже, чем у выжатого лимона, будто и вовсе не отдыхала. Протерев глаза, она попыталась прийти в себя и прокручивала в голове всё, что запомнила за ночь. Интересно, это действительно был мой сон, или это дурацкая связь с Калаем? Я покосилась на дверь. Вроде никто не ломится меня убивать, значит, всё же просто сон. А этот несносный прибор опять запищал. Краем глаза взглянула на него, вызывал Ларгаззи.

– Да, док, чего случилось? – сонным голосом пробормотала я.

– Рия, ты спишь, что ли, так долго? Уже дневная вахта идёт вовсю. Это особенность людей? – с интересом его лицо вытянулось в экране, – но расскажешь потом, а сейчас вставай и подойди срочно ко мне.

И отключился без каких-либо подробностей. Что за срочность? Но дважды мне повторять не надо было.

Я вскочила, оперативно оделась, схватила куртку и вышла из комнаты в коридор. А напротив меня тоже открылась дверь. Отлично, теперь познакомлюсь наконец с соседом. Но как только я увидела, что вышел из неё Калай собственной персоной, встала как вкопанная. Не может быть, что моя комната напротив его. То есть теперь, похоже, что может. Ведь я ни разу не видела, чтобы кто-то выходил оттуда.

– Хотя да, вы правы, я посмотрю, может получится понять, что это и зачем. – машинально положила руку на сам камень и меня откинуло к стене, после чего я грохнулась на пол.Он всегда уже был в коридоре, и я думала, что Калай просто приходит за мной. Вот и как нам не пересекаться с ним, если мы даже живём напротив друг друга. Я молча натянула куртку и демонстративно отправилась к лифту, он направился за мной. Также, не проронив ни слова, вошли и вышли на одном и том же секторе, где находился медотсек. Неужели и он к Доку направляется? Я ускорилась вперёд него, он же не шибко как-то шевелился и поплёлся позади. Ну и отлично. Зайдя в кабинет Ларгаззи, удивилась, увидя там Рейко и рейнарга. Они удобно устроились в креслах в ожидании нас. – Привет всем, – сказала я, улыбаясь всем, и плюхнулась на свободное место. Игнархэд поприветствовал кивком головы, а Рейко игриво подмигнул, и тем самым вызвал у меня очередную улыбку. В это время Калай шумно отодвинул кресло и сел в противоположной стороне стола. Следом за нами вошёл Ларгаззи с железным ящиком в руках. Он водрузил его на стол и всех поприветствовал. – Итак, – начал он, – кратко введу Рию в курс дела – и обратился ко мне. – Как ты помнишь, на твоей капсуле были странные символы, и мы не знаем, что они означают. Мы начали проводить исследования, и один наш достоверный источник сообщил нам, что очень похожие символы были на планете Иргис, куда и отправились Калай с Рейко. – Док глянул на них, – и без твоей помощи, как ты знаешь, их бы убили… – Но мы живы, – вставил Калай. – Да, да, но всё же заслуга Рии здесь очевидна. – вставил Ларгаззи – Это точно, – сказал Рейко – иначе бы меня уже поедали эфирные карки. – Продолжайте, доктор. – перебил их рейнарг. Док издал звук, похожий на кашель, и продолжил. – Итак, парни нашли происхождение этих символов, – и его руки опустились на ящик. Он отщёлкнул замки и повернул его к нам, показывая содержимое. Я вытянула шею. В ящике на мягкой подстилке лежал тот самый камень прямоугольной формы, который я видела в видении. В этот момент обратила внимание, что все взгляды обращены не к содержимому сундука, а ко мне. Как будто ждали, что сейчас объясню им систему мироздания. – Док, и что этот камень даёт нам? Какую информацию? – решила я переложить внимание с себя. Калай хмыкнул, рейнарг с Рейко выдохнули, а Док замялся. – Хмм, мы сами не знаем, – начал он, – мы проверили его на всём оборудовании, что у нас есть, но это обычный камень минеральных пород, с содержанием микроэлементов, свойственным большинству камней. А выграненные иероглифы нам всё так же не расшифровать. – он вздохнул. – И мы подумали, что если бы ты увидела сама, то, возможно, помогла бы нам с расшифровкой – продолжил рейнарг, а Док подпихнул ящик ко мне. – Слушайте, если вы не смогли, то я-то уж точно… – даже странно, что они меня об этом просят. И вот из-за него чуть не погибли бойцы? Какой-то камень? – Я же говорил, это глупая идея, – пробубнил Калай. А вот сейчас неприятно было, и меня это так прям разозлило, что подвинула ящик к себе и сказала.


Открыв глаза, я совсем не поняла, что произошло. Вокруг меня колыхалась на ветру высокая трава, а под руками я ощутила влажную землю. Поднявшись, я огляделась и увидела невероятную картину: словно я оказалась на Земле в далёком прошлом, когда ещё не было небоскрёбов и урбанизации, только девственная природа.

Вдалеке виднелись строения, похожие на небольшую деревню, там же суетились жители. Разглядеть их было сложно, слишком далеко. Справа был уже непроглядный лес, кроны деревьев были высокие и густые. Повернув налево, я прищурилась и подняла руку к лицу, пряча глаза от солнца. А вдали раскинулось море, красивое, голубое и прекрасное своей красотой. Лёгкий бриз трепал мои волосы, а солёный аромат прибоя наполнял лёгкие. Это было более чем странно.

Всмотревшись, на утёсе увидела очертания человека, и он явно махал рукой, подзывая меня. Я оглянулась ещё раз вокруг. Да, точно меня зовёт, больше желающих нет. Опустив руку от лица, направилась к краю утёса, навстречу незнакомцу. По коже пробежали мурашки.Мозг отчётливо давал команды, что это иллюзия. На Земле моря и океаны давно загрязнены, леса вырублены, а берега завалены мусором. Очередное видение Калая? Но нет, это не похоже.

Добравшись наконец к краю утёса, я подошла к незнакомцу и разглядела его подробно. Внешне он ничем не отличался от человека. Старик, с меня ростом и выбритой головой, был одет в рясы тёмного цвета, которые шелестели на ветру моря. Но, несмотря на его приветливую улыбку, взглянув в глаза, увидела лишь тьму. Ещё мгновенье и тьма перешла в голубое сияние, которое видела в своём сне. По спине пробежал холод. – Добро пожаловать домой, дитя – произнёс он мелодичным голосом. – Домой? – переспросила я, – но это не мой дом. Что это за место и кто вы? – У меня много имён, называй меня Ведуном. А это – он развёл руками, показывая на всё окружающее нас – дом для потерянных детей Галеймы. И ты одна из них. – Галейма? – непонимающе переспросила его. – Что это значит? – Всему своё время, дитя. Сейчас у нас мало времени, твой первый переход без проводника в такие места не будет долгим. Ты всё вспомнишь со временем, и тогда предназначение найдёт тебя. А сейчас дай свою руку, Галейма ждёт. – Погодите, какой проводник? Какие места? Зачем вам моя рука?

В это же мгновенье как будто что-то заставило меня это сделать, и я беспрекословно протянула ладонь, а он протянул свою ко мне, но как только его рука прикоснулась к моей коже, вспышка света ударила в глаза и я зажмурилась.


## Глава 7

– …Я читал про Землян, что им надо делать искусственное дыхание, как у расы Ларки, – услышала я голос Рейко, – так что пока мы ждём Дока, я предлагаю начинать. Ещё не хватало убить её. – И кто сможет это сделать? – уточнил где-то в отдалении обеспокоенный голос рейнарга. Рейко что-то попытался сказать, как его перебили. – Я сделаю, – раздался уже рядом со мной голос Калая, – у меня всё же десятый ранг по оказанию первой помощи… Это что, они меня спасают так? Ой, нет, я воздержусь от такой перспективы. Как только ладонь пилота прикоснулась к моему лицу, я резко распахнула глаза, встретившись с его удивлённым взглядом. В этот момент вбежал запыхавшийся Док с каким-то лекарством и отпихнул от меня Калая. – Рия, Рия, ты как? – начал чуть ли не трясти меня Док. – Ты в порядке? – влез к нам рейнарг. – Да-а-а, – протянула я и села, затылок жутко болел, наверное, шишка будет. – А что произошло? – Произошло то, что уж точно никто не ожидал, – начал пояснять Ларгаззи, – как только ты прикоснулась к камню, тебя отбросило через всю комнату. Вот как есть. Посмотри – где мы, а где – камень. Твой пульс замедлился настолько, что его с трудом можно было почувствовать. И как бы это странно ни звучало, твои зрачки – кроме того, что на свет не реагировали – ещё отсвечивали голубым сиянием. Сейчас этого уже нет. Я даже не нашлась что сказать. Пролетела знатно, отшибла себе всю спину и голову. Док подставил мне руку и помог подняться на ноги. – Нам обязательно надо поговорить с тобой о первой помощи людям. – Конечно, поговорим. Но не сейчас. Жутко болит голова, можно я пойду к себе? Ларгаззи быстро меня просканировал и кивнул, мол, жить буду. – Рия, пока ты не ушла, – начал командир, – ты достаточно долго не приходила в себя. Возможно, в этом состоянии ты что-то видела? Ого, как проницательно. – Нет, ничего не помню, – не задумываясь, ответила я. Ну, что уж тут поделаешь, я пока не доверяла им и не понимала, с кем имею дело. А вот Калай аж передёрнулся, будто понял, что я соврала. – Я пойду? Все закивали, а рейнарг добавил: – Конечно, только как отдохнёшь, к Доку загляни обязательно. Он ещё раз осмотрит тебя. Я натянула улыбку и поплелась к лифту. Но не успела зайти, как за мной в кабину влетел Калай. – Я провожу тебя, – ответил он на мой взгляд. Обалдеть, только его мне ещё и не хватало. – Да не стоит себя утруждать, – ответила я сквозь зубы, но лифт уже нёс нас в жилые отсеки, и мою реплику пилот пропустил мимо ушей. Лифт доставил нас на наш сектор, и я оперативно направилась к себе. Калай, не торопясь, двинулся за мной. В коридоре, как назло, опять никого не было. Дойдя до двери и открыв её, пилот неожиданно отодвинул меня в сторону и вошёл внутрь. Я даже опешила от такой наглости и зашла за ним. – Твоя комната напротив, если ты забыл… Он обернулся и подошёл ко мне вплотную, я попятилась от него. – Ты чего? – терпеть не могу, когда он так делает. Свою руку он положил на дверь, около моего лица. Наклонился ко мне очень близко и быстро вдохнул мой запах, зацепив губами щеку. Я стояла ошарашенная, прижатая к двери, и только хотела возмутиться, как он начал говорить. – Слышу незнакомый солёный запах воды и свежий запах зелени. – Калай открыл глаза и посмотрел на меня внимательно. – И запах старика. Не человека. Незнакомый запах. Ты соврала рейнаргу, – закончил он, глядя мне в глаза. – Ты о чём? – невозмутимость вернулась ко мне, и я попыталась отпихнуть наглеца от себя, упёршись руками в его грудь. Но, конечно, сдвинуть такую махину было просто нереально. – Отойди от меня, ты нарушаешь моё личное пространство… – но не успела я закончить, как Калай перехватил мои руки и сжал их. Не больно, но как знак его силы. – После соединения со мной нет у тебя теперь личного пространства. Мы – как единое целое. Я твоё пространство, запомни это, – он отпустил руки и отошёл. Я тоже быстро отползла от двери, чтобы выгнать Калая отсюда. – Дверь там, – указала на неё пальцем. Он, не спеша, вышел и на пороге добавил: – Не ври рейнаргу. Я, может, и не вижу того, что видишь ты, но запах никогда не обманешь. И ушёл. Дверь плавно закрылась за ним, а я опять выдохнула. Надо же, какой мерзкий тип. – … Нет у тебя твоего личного пространства… – передразнила я его, направляясь к кровати – … Я твоё пространство… Да не дай боже… Плюхнувшись на кровать, закрыла глаза. Голова всё ещё жутко болела. Надо выяснить, что это за Галейма. Кто это Ведун? И какого черта здесь творится?—

Похоже, я задремала. Проснулась оттого, что рука жутко затекла и потеряла чувствительность. Усевшись в кровати, я стала её растирать и заметила на ладони какой-то рисунок, очень напомнивший мне иероглифы с камня.

Это же то самое место, до которого дотронулся тот старик.

– Идём, конечно, это будет интересно.Чернила или грязь? В ванной мои попытки стереть этот знак не увенчались успехом. Как бы я ни тёрла свою ладонь, эти иероглифы не собирались исчезать и уже напоминали татуировку, которой у меня никогда не было. – Что за… – не успела я возмутиться, как коммуникатор запиликал. Дотянувшись мокрыми руками до него, я приняла вызов. На экране появилась обеспокоенное лицо Ларгаззи. – Док? – Рия, ну ты как? Ушла и пропала. – Ой, прости, я задремала. А в целом мне намного лучше, – действительно, голова прошла, спина и шея уже не болели, хотя пару синяков я точно заработала. Но вот этот знак… Сказать о нём? – Ну и отлично. Всё равно посмотрю потом на твои показатели. Знаешь ли, такое не каждый день видишь. – Это точно, – согласилась я с ним, сжав руку. Не буду торопиться. – Ты на ужин идёшь? – Ужин? – переспросила я. – Да, он самый. Хватит питаться сухпайками, вылазь уже из своей каюты. Надо вливаться в коллектив. О, да. Может, здесь все такие, как Калай, тогда я воздержусь. Но Док прав. Надо многое выяснить и начать полноценно осваиваться в новом обществе. – Ну что? – переспросил меня Ларгаззи. – Идём! – Отлично. Тогда приходи на четвёртый сектор, там встретимся. Док отключился, а я пошла собираться. На четвёртом отсеке меня уже ждал Ларгаззи, приветливо подзывая рукой. – Ну, как ты? Голова не болит? Руки, ноги? – он быстро меня просканировал и убедился, что со мной всё в порядке. – Да всё отлично, Док, – отмахнулась я от него. – Идём есть? У меня тут пару вопросов возникло, – заговорщически подмигнула я ему. Он хохотнул.

Все, кто был в столовой, были мне не знакомы, но, проходя мимо, приветствовали меня.Наше появление не осталось незамеченным. Я могу поспорить, что замерли все, даже перестав греметь посудой. Док понял, что мы привлекли много лишнего внимания, и быстренько утащил меня в сторону. Я уселась за столик, а Ларгаззи помчался за едой. В это время я бегло осмотрела помещение. Много столов и стульев говорило о большом количестве возможного народа, что могло бы сообщать, соответственно, о масштабах корабля. В целом это логично, так как я до сих пор хожу в некоторые места по навигатору, как по музею.

Сколько рас… Мы люди, выходит, столько всего упустили, развиваясь по собственному пути.

И скрылся за углом. Ну что ж, подумала я, взглянув на свою ладонь. Странный символ никуда не делся. Ответа я не услышала и, похоже, придётся разобраться в этом самой.И да, это тоже были одни мужчины. Мои подозрения оправдались. Это исключительно мужской экипаж. Я так отвлеклась, что не заметила, как Док приблизился и плюхнул поднос на стол. Забит он был под завязку. Но, конечно, это трудно было назвать едой, всё странной субстанции и цвета. – Я не знал, что ты будешь, и принёс всего понемногу, – довольный, он уселся напротив меня. – А это точно съедобно? – потыкала я вилкой одну из желейных субстанций. – Ну это всё съедобно, но для разных видов. Для землян пока ничего нет в меню, так что попробуй всё. Всяко это лучше твоих пайков. На них ты загнёшься быстрее, чем думаешь, – Он радостно придвинул ко мне поднос. Почему-то мне подумалось, что Ларгаззи проводит на мне эксперимент. Но делать нечего, есть хотелось, и я начала с самых специфичных по виду продуктов. Попробовав пару блюд, я уже была зеленоватой и меня немного подташнивало. Док же записывал все мои реакции, при этом уплетая еду, от которой мне хотелось упасть в обморок. Очередное блюдо я пробовала уже с зажатым носом и зажмурив глаза. Оно напоминало мне лапшу, только зелёного цвета. На удивление эта лапша не оказалась противной и даже скажу больше – она мне понравилась. Наконец, что-то почти человеческое по вкусу. – Тебе нравится это? – Док скептически глянул на меня. – Угу, – пробубнила я. – Это есть можно. – Попробуй тогда и это, – он подпихнул ко мне ещё тарелку. Попробовав второе блюдо, я поняла, что оно тоже вполне съедобно и подойдёт практически как мясо к моей инопланетной лапше. – Во! – подняла я большой палец вверх. – Этим я и буду питаться. Это для кого сделано? – глянула я на него. – Для Ромушей, таких, как Калай, – спокойно сказал Док, продолжая записывать данные в коммуникатор. Я чуть не подавилась. – Я предполагал, что твои вкусы будут, как у него. К сожалению, такое объединение всегда непредсказуемо. Не исключено, что ещё переймёшь какие-нибудь его характерные черты. – А то, что он так негативно ко мне относится? Эта агрессия? Я могу начать бушевать, как он? – Не исключено. Так что обязательно, как заметишь что-то странное, говори мне, – подбодрил меня Док. – Очень оптимистично, – улыбнулась я, – на самом деле у меня есть пара других вопросов. – Например? – Например, почему я не вижу здесь ни одной представительницы прекрасного пола? – Кого? – переспросил он, внимательно глядя на меня – Ну, где все девушки, женщины? – я вилкой помахала в сторону выворачивающих голову парней. – А-а-а, понял! – Док заулыбался. – Забавное у вас выражение про прекрасный пол, я даже не сразу понял. Это военный корабль. Согласно конвенции вселенского симпозиума, на военных кораблях присутствуют исключительно или мужские или женские особи, смежный состав летит только на научных крейсерах, где в основном персонал состоит из учёных. Исключения составляют пассажирские судна. – И почему такое разделение? Смахивает на ущемление прав и дискриминацию. На Земле уже давно были смежные составы, – уточнила я. – Нет, Рия, это неущемление. Таков закон, чтобы военные сохраняли свежий разум и не начинали крутить романы. Некоторые расы очень импульсивны в этих вопросах. Уже был прецедент на одном из смежных флотов, когда отношения встали в первую очередь перед воинским долгом, – пояснил мне Док. – Но тогда и меня здесь быть не должно, – резюмировала я доедая. Вкусная, конечно, была эта еда, можно даже и добавки попросить. Наконец-то я наелась, а то на самом деле пайки надоели до жути. – Ты права, – он согласно кивнул, – но есть нюансы. – Какие же? – удивилась я. – Ну, начнём, с того, что ты не входишь в состав флота. Банально, да, но это лазейка. Ты человек, а к людям эта конвенция не относится. Ко всему мы пошли на риск, соединив вас с Калаем. И все же мы наблюдаем за тобой, твоими данными, психологическими изменениями. Такой шанс выпадает очень редко, когда есть возможность изучить исчезнувшую расу… – Это скорее печально. – Прости, Рия, – вздохнул Док, – найдём мы ещё твоих соплеменников, – он ободряюще похлопал меня по плечу и улыбнулся, ну, если это так можно назвать, и если это не было оскалом. – Ладно, Док. Пойдём ставить на мне опыты дальше, – улыбнулась я ему в ответ. Мы встали из-за стола, и я вспомнила, что ещё хотела спросить. – Док, а кто такие дети Галеймы? Ларгаззи будто замер на минуту и внимательно посмотрел на меня. Оглянулся, проверяя, не услышал ли кто нас, и, взяв меня под локоть, повёл из столовой. Пройдя немного по коридору, мы завернули в закуток, где никого не было. Он отпустил руку и внимательно посмотрел на меня. – Рия, скажи мне, где ты это услышала про Галейму? Мне не хотелось говорить про старика и пришлось на ходу придумывать хоть что-нибудь, чтобы соврать правдоподобно. – Сложно сказать, после этого соединения у меня бывают какие-то всплески видений в голове. – Интересно, возможно… Но лучше не забивай себе голову всякой ерундой. Не успел он договорить, как его коммуникатор запищал. Он быстро глянул на него. – Извини, Рия, надо бежать, рейнарг вызывает, – и он направился к лифту. – Заходи завтра в лабораторию, поговорим.

## Глава 8

Я устроилась в своём уже излюбленном месте, откуда открывался безумно красивый вид на космос, и приступила к поискам информации.

Начала я с местного интернета. Да, даже в таком продвинутом мире много интересного можно было почерпнуть из общедоступных источников. Здесь также не скупились на всевозможные рекламы и спам, так что мой прежний мир в этом деле можно было спокойно ставить вровень с межгалактическим уровнем всякого мусора. С этим нас можно было бы даже поздравить.

Первое, что я выискала – это судьба Земли. На всех изображениях была планета, превратившаяся в безжизненный кусок камня. Если верить многолетним сводкам, то произошёл выброс энергии неизвестного происхождения, погубивший планету и всех её жителей.

Большинство учёных склоняется к теории применения оружия массового уничтожения, как и говорил Игнархэд, но даже если предположить, что это правда, то это какое-то ну о-очень мощное орудие должно было быть. Сейчас, взглянув на планету, я начала сомневаться. Нас окружало столько внеземных рас, где гарантия, что это не они же и уничтожили Землю? Но, к моему великому сожалению, правды я тут вряд ли найду. Всё же столько лет прошло… Одна надежда – найти другие корабли землян. А для этого мне надо как-то добраться до капсул. Как это сделать, я ещё не придумала. Здесь будем действовать по принципу решения проблемы по мере её поступления.

Больше ничего интересного не вычитав про Землю, я стала искать данные о Галейме. Но если про первую планету была хоть какая-то информация, то про вторую – в несколько раз меньше. Создалось впечатление, что её специально удалили большей частью. Из того, что я нашла, были исключительно общие данные.

Существовала Галейма много тысячелетий назад и исчезла бесследно задолго даже до того, как зародилась жизнь на Земле. Описание жителей этой планеты сводилось на нет всеми поисковиками. Нигде не сохранилось подробных записей. Никаких описаний, не то что флоры и фауны, а уж тем более – детей Галеймы – я не нашла. М-да, это будет сложнее, чем казалось вначале.

Закрыв окна с данными, я молча уставилась на медленно пролетающие звёзды. Коммуникатор пиликнул и отвлёк от хаотичных мыслей, сообщив о начале второй вахты. Эти напоминания были специально установлены мной, чтобы ориентироваться и начать жить по местному времени корабля. И начало этой вахты означало, что было за полночь. Я собралась и не спеша направилась к себе.

До моей комнаты уже было рукой подать, оставалось только вывернуть из-за угла, как в это время дверь Калая открылась. Я резко остановилась и быстро спряталась обратно за угол, стараясь не дышать, и зажмурилась. Из каюты вышли, сам пилот, и, судя по звукам – ещё кто-то. Чуть осмелев, я выглянула. Всё равно в эту сторону они не должны смотреть, лифт находился в противоположной части коридора. У дверей стояли Калай и Рейко, они были полностью в боевой броне и набирали что-то в коммуникаторах, негромко переговариваясь. Опять, похоже, на какую-то миссию летят.

Я отвлеклась и не увидела, как Калай поднял голову и вдохнул воздух. Господи, забыла, что он каким-то диким образом ощущает меня, с этим его специфичным нюхом. Затихнув как мышка, я старалась не дышать и прислушалась.

– Ты чего? – услышала я голос Рейко.

– Чувствую её, – хмуро ответил Калай.

– Так у вас комнаты напротив, она ходит по этому коридору, поэтому ты её слышишь, – резюмировал Рейко в своём дружелюбном тоне.

– Возможно, но, мне кажется, будто она прямо сейчас рядом, не у себя, а где-то здесь.

Я уже начала молиться. Хоть бы пилот с помощником не пошли сюда…

– Может быть, причина в том, что ты не можешь справиться и выбросить её из головы?

– Да, она засела намертво, будто корни пустила. Это необычно, я такого не ожидал, – ответил Калай со злостью в голосе. – Ладно, идём, рейнарг ждёт.

Раздались тяжёлые шаги в сторону лифта. Как только двери закрылись, я мигом промчалась до своей комнаты и пулей влетела в неё. Проверив, что всё закрыто, присела на кровать и задумалась. Это что значит, про корни в голове? Это он настолько не может меня терпеть из-за какого-то там его специфического нюха и объединения? И так было неприятно, а теперь стало уже жутко. Захотелось помыться с кучей шампуней и гелей для душа. Хотя это точно мне не требовалось. Но такие заявления сильно били по моей самооценке.

Куда, интересно, парни отправились посреди ночи? Добывать очередной чудо-камень? Хотя какая разница, они же военные.

Я легла на спину и зарылась руками в волосы. Надо просто абстрагироваться от всего происходящего… с этой мыслью глаза сами стали закрываться, и Морфей стал брать своё…


Сквозь сон прорвался дикий вой сирены, и я вскочила, ошарашенно крутя головой и не понимая, что происходит. Глянув на часы, поняла, что прошло не более двух часов, как задремала. Коммуникатор мой надрывно визжал, я схватила его и включила связь. На экране появился незнакомый мне парень. Он кратко сообщил, чтобы я срочно явилась на мостик. Быстро натянув обувь, я выскочила в коридор. Сирена продолжала выть, коридор подсвечивали красные лампы, и по нему носились члены экипажа, поспешно застёгивая броню. Это что, военное положение? Тогда нельзя заставлять себя ждать.

На мостик я уже практически вбежала, но там было явно не до меня. За основным стеклом я увидела ещё один огромный корабль, вокруг него носились наши истребители, пытаясь отбить атаку. Интересно, кто на нас напал?

Рядом с рейнаргом уже находились Док, Калай и Рейко. Наш главный отдавал приказы, не особо сейчас отвлекаясь на кого-либо вроде меня. Зато Калай заметил сразу и подошёл.

– Чего так долго? – спросил он и, особо не церемонясь, потащил за руку к месту их совещания. Его кожа обжигала. Горячая, властная и требовательная. Метка болезненно ответила на этот жар.

– Ты знаешь, кто это? – ткнул боец на корабль за окном.

– Нет, – коротко ответила я.

– Тогда почему они требуют выдать тебя? Как они узнали, что ты здесь? Ты с кем-то общалась? – набросился на меня Калай.

Я только внимательно посмотрела на него – он вообще нормальный, или как?

В это время один из военных обратился к Рейнаргу.

– Они готовы говорить. Запрашивают вывести их на экран, чтобы убедиться, что землянка тут.

– Выводи! – ответил Игнархэд, в его голосе была неожиданная для меня серьёзность и жёсткость. – Посмотрим, кто это такой наглый решился напасть на межгалактический флот.

Прямо на стекле появилось изображение с помехами, но через секунду оно стало чётким.

Я практически потеряла дар речи, в принципе, как и всё. На нас смотрел, ухмыляясь, человек. Живее всех живёхоньких.

– Рия, привет, – он произнёс это на общем языке и ухмыльнулся. – Давно не виделись.


Господи, ну почему из всех оставшихся землян передо мной предстал именно он! Мужчина, изрядно потрепавший мне нервы в прошлом, и каким-то необычайным образом выживший после гибели Земли. Макс – собственной персоной. Правда, он всё же отличался от того, каким я его запомнила, наверное, на всю свою жизнь. Сейчас на меня смотрел зрелый мужчина с огрубевшими чертами лица и проседью в чёрных как смоль волосах. Будто ему уже не тридцать, как было, а все сорок. Возможно ли такое?

– Макс? – без каких-либо церемоний начала я. – Какого чёрта ты выжил?

Весь экипаж покосился в мою сторону, включая командира.

– Милая, я тоже по тебе соскучился, – с сарказмом ответил он. – Я, правда, рад, что ты жива. Итак, кто у вас здесь главный? – землянин быстро пробежался взглядом по всем.

– Рейнарг Разлик, чем обязан? – вступил в разговор наш глава.

– Кэп, – без особых церемоний начал Макс, – нехорошо забирать чужое. Девчонка – моя, и давай договоримся. Ты мне её отдаёшь, и мы улетаем. Спокойно, без лишней шумихи, и вы дальше живете в своём инопланетном мире без нас, то есть – без людей.

– Если отказываемся? – уточнил Игнархэд.

– Да всё просто, я с вас шкуры живьём снимать буду. Надеюсь, понятно объяснил?

– Макс, ты совсем, что ли? – не выдержала я и влезла в их переговоры. Если их так, конечно, можно было назвать.

– Душа моя, – неожиданно он обратился ко мне исключительно на русском. Я не знаю, как он это сделал, но будто что-то в голове щёлкнуло и, судя по выражениям лиц членов экипажа, Макса действительно никто сейчас не понял. – Ты ещё многого не знаешь и не понимаешь. Жаль, что эти инопланетные твари нашли тебя раньше сородичей.

– Постой… – зацепилась я за его фразу и неожиданно для себя заговорила с ним на родном языке. – Людей много выжило?

Он лишь хмыкнул.

– Достаточно для тебя. Рия, ты пойми одно, я нужен тебе. Даже если не сейчас, ты поймёшь это позже. Только я могу помочь понять и принять всё то, что будет твориться с тобой.

– Ты о чём? Что-то я сомневаюсь, что ты из лучших побуждений будешь это делать. Я же знаю тебя, Макс. Везде свои цели и выгоды.

– Всё верно, – опять ухмылка, – ты права… Правильно понимаю, что ты не настроена на переход? Это даже интереснее. Подожду, когда сама приползёшь ко мне.

– Даже не надейся на это! – моя кровь уже начинала закипать от ненависти.

– Ну что же, хочешь, чтобы тебя силой брали? Всё как раньше, не изменяешь своим привычкам? Мне это нравится, значит, повоюем. – и он отключился.

Все уставились на меня.

– Он будет атаковать, – мрачно сказала я рейнаргу

– Ты не согласилась на его условия? – вопросительно посмотрел он на меня. – Но это и к лучшему. Приготовиться к атаке, усилить щиты. Истребители, атакуйте по команде…

Рейнарг продолжал раздавать приказы, а я поспешила уйти с мостика. Больше я ничем не могла ему помочь, если это можно было назвать помощью. Когда я почти дошла до лифта, меня догнал Калай.

– Погоди, Рия! – окликнул он.

Ещё его не хватало, с его нотациями. Но я остановилась и молча повернулась к нему.

– Тебе надо успокоиться, – начал он, подходя вплотную, – ты душишь меня своей ненавистью к этому типу.

– Интересно, и как это? – встретила я его суровым взглядом и сложила руки под грудью, показывая всем своим видом недовольство.

Он же навис надо мной как скала. И это ещё больше меня разозлило. Но боец неожиданно обхватил мою голову руками и прикоснулся своим лбом к моему. Я опешила и в какое-то мгновенье оказалась опять на берегу моря. Ветер нашёптывал в разных тональностях: Проводник?.. Проводник!..

Необычный отголосок повторялся, но в ту же секунду я резко выдохнула и оказалась опять на корабле, а Калай всё меня держал. Он открыл глаза и отпустил меня. На удивление мой гнев и ненависть испарились, и я чувствовала спокойствие и умиротворение.

– Что это сейчас было? – вопросительно глянула я на него.

– Твои эмоции очень резонируют, – сказал он спокойным тоном, – и именно так успокаиваются представители нашей расы. Это также возможно для объединённых, таких, как мы с тобой.

– Это так странно, – удивилась я и чуть отодвинулась от него.

– Приготовится всем к гиперскачку! Преследуем цель!– объявили по громкой связи.

И в этот момент гравитация пропала, а я взлетела над полом, ошарашенно смотря на Калая, как он парит вместе со мной. В своей броне-то.

– Держись за что-нибудь! – крикнул он, и его голос затерялся в нарастающем гуле корабля. Калай зацепился за рычаг на стене и схватил меня за рукав куртки. Потом я услышала резкий свист, раздался грохот, и мы повалились на пол под силой новой гравитации. Ну, как на пол, я упала прямиком на Калая, так как он дёрнул меня в полёте на себя. Медленно подняла голову и встретилась с ним взглядом. Думала, он, как обычно, психовать начнёт, а тут нет, лежит и смотрит на меня.

– Извини, я не хотела вот так падать на тебя. Не ожидала, что гравитация такие шутки играть будет… – я быстро сползла с него и встала на ноги.

Он всё также молча поднялся со странным выражением лица, как будто морского ежа проглотил. У него пиликнул коммуникатор, и боец нехотя глянул на него.

– Вызывают, – обронил в своей строгой манере Калай, – второй землянин скрылся. Поговорим, когда у меня вахта закончится, расскажешь, кто это такой, и зачем ему ты понадобилась. Поняла?

Короткий кивок головы, после чего боец пошёл обратно на мостик.

Я же совсем растерялась – он так странно себя ведёт. То ненавидит, то проявил несвойственную заботу. Ничего не понимаю. Я отправилась к себе, чтобы обдумать всё это хорошенько.

## Глава 9

Прошло уже несколько часов, как мы сделали гиперскачок. Я всеми силами пыталась уснуть до окончания второй вахты, натянув на нос одеяло, но сон шёл мимо, а мысли всё ещё крутились в голове.

Итак. Макс жив. Живее некуда.

Но он постарел, а это говорит лишь о том, что проснулся он значительно раньше меня. Насколько раньше? Лет на десять? И как же он скрывался всё это время, раз уж мировое общество не в курсе того, что люди живы, и продолжает рыскать в поисках наших кораблей. А по факту, как минимум уже два найдены. Здесь ведь точно без посторонней помощи не обошлось. Кто же такой влиятельный и всемогущий? Когда Макс обзавёлся собственным кораблём? Да ещё и таким мощным, что запросто полез на межгалактический военный флот. И Макс знает всеобщий. Значит, его тоже с кем-то объединили? Или, может, он такой молодец, что за столько лет выучил язык сам? А ещё каким-то образом он смог заговорить на русском. Хоть и я тоже в тот момент смогла, сейчас же снова ничего не получалось. Как так вышло? Я выдохнула. Вопросов больше, чем ответов. В комнату постучались. Посмотрев на дверь, я удивилась, кто это мог быть так поздно? Стук повторился. Накинув на себя одеяло, я выпрыгнула из кровати, чуть не грохнулась, зацепившись ногой за простынь, и кое-как проковыляла к выходу. Дверь отъехала, и в проёме маячил мой товарищ по объединению. Помяни же всуе. – Калай? Тебе чего? – я немного смущена была его внешним видом. Похоже, с вахты он освободился раньше и сейчас по-домашнему, в шортах и футболке, вырисовался у моей двери с чем-то в руках. Аж сердце ёкнуло, всё же, несмотря на его поведение, этот белобрысый гад был очень симпатичным. – Поговорить, – он протиснулся в комнату, отодвигая меня в сторонку, по-хозяйски поставил какую-то бутыль и стаканы, которые принёс с собой, на стол, а потом уселся перед кроватью, облокотившись на спинку стула. Кивнул мне, чтобы садилась напротив. Ну и наглость. Он же, видя моё возмущённое пыхтение у дверей, спокойно разлил напиток и протянул мне стакан. – Что это? – подозрительно отозвалась я. – Держи. Не бойся, не кусаюсь! Ну, после такого заявления, конечно, не страшно… С опаской я подошла к Калаю, одной рукой удерживая спасительное одеяло, другой взяла стакан. Уселась на кровать и принюхалась к жидкости. – Пей спокойно, это напиток Ромушей. Док говорил, что ты нормально употребляешь нашу еду, – отпил он из своего стакана, показывая, что это не отрава. – А вы с Доком обсуждали меня? – спросила я в лоб, и Калай поперхнулся, но быстро нашёлся что ответить. – Нет, просто он докладывает о своих наблюдениях, ведь непонятно, как это всё влияет на тебя. – Алкогольный? – я кивнула на напиток. – Да, – не стал скрывать Калай. Не то чтобы я была заядлым любителем выпить, но именно в этот момент мне показалось, что Калай зашёл вовремя, настолько я была поражена сегодняшними событиями. Я отпила глоток и даже удивилась, как приятно разошлось по телу тепло. – Так о чём ты хотел поговорить? – напомнила я Калаю, что он не просто так тут сидит. – Макс. Кто он? Как он выжил? Почему вы общались на вашем языке? И главное – о чём? – А, Макс… – как-то совсем мне не хотелось вспоминать его. Но всё правильно, это нужно сделать, а ведь Калай хотел поговорить о случившемся ещё там, на мостике. – Макс был руководителем охраны нашей лаборатории. Довольно агрессивный. В один день он пришёл со своими людьми и убил многих сотрудников. Ко всему прочему, они начали процесс активации капсул. Кого они погружали, я не знаю. Не знаю, зачем меня запихали туда силой. Макс угрожал убить мою подругу, и выбора у меня не было. Вот так я и оказалась здесь. Произошло всё быстро и спонтанно. Я до сих пор не понимаю, зачем это было сделано. Это если кратко. Сейчас же вижу, что он стал значительно старше. Ему наверняка кто-то помог, кто-то извне. Калай внимательно меня выслушал, потягивая напиток и делая свои выводы, и только в конце уточнил: – И как он относится к тебе? – Ну… – помялась я, стоит ли ему знать о том, как Макс мне прохода не давал. Не думаю. Он по-своему оценил моё молчание и продолжил: – Ты знаешь, он ведь даже в голосе изменился, когда увидел тебя. Будто ждал этой встречи. Калай прямо в точку попал – как же всё очевидно, что даже представитель внеземной цивилизации за километр разглядел ситуацию. – Самое ужасное, что теперь он не отступится от своей цели. А он решил вернуть меня. Об этом мы и говорили на нашем языке, – вздохнула я. – А мы можем вычислить, на чьём корабле он летает? – Да уже справились. Корабль не зарегистрирован. Это бывший крейсер союза, потерявший связь порядка тринадцати световых лет назад. Предполагалось, что его захватили и уничтожили пираты, – Калай включил коммуникатор и вывел новостные сводки прошлых лет в голограмму, показывающие крейсер во всех подробностях. – А что он там делал? Ну, по делу или просто мимо пролетал? Могли ли они найти землян и пробудить их из криосна? – Вряд ли, – качнул головой боец, – на нём были торговцы, перевозили груз. Они не будут рисковать своим товаром. Сообщат в необходимые ведомства, но не более. А в итоге – ни корабля, ни торговцев. – Тогда остаётся третья сторона, о которой мы не знаем, – я зевнула, всё же сон брал своё, и призадумалась. …Возможно, я уже знаю кто это? – А что ты можешь сказать о Галейме? – поинтересовалась я. Калай резко поставил стакан на стол и пересел ко мне на кровать. – Ты чего? – я попыталась отодвинуться от него подальше. – Мне нужно осмотреть тебя, снимай одеяло, – сказал он спокойным голосом. – Да сейчас, больше тебе ничего не надо? – Ты же не просто так спросила про Галейму? – Почему ты так решил? – Ты человек, никогда не знавший нашей истории, и вдруг спрашиваешь про тех, кто чуть не уничтожил в своё время весь мир. Ты думаешь, я поверю в совпадение? У всех, кто жил когда-то на этой планете, есть особое отличие. – Какое? – с опаской поинтересовалась я. – У всех, кого удавалось ликвидировать, – сделал он акцент на последнем слове, – появлялись несвойственные их расам отметки. Поэтому будь добра, снимай одеяло. И если это не то, о чём я думаю, то продолжим дальше мило беседовать. Господи, они ещё кого-то уже успели уничтожить. Стало жутко, я вся похолодела, представив, что меня могут убить из-за какой-то отметины. – Да я же просто уточнила. Знаешь, это наше объединение, иногда что-то всплывает в голове… – попыталась я отмазаться той же историей, что говорила Ларгаззи. Но то ли я неубедительно это сказала, то ли стушевала под напором Калая, он мне не поверил. Быстрым движением он схватил меня в охапку, повалил на кровать и стянул одеяло. Хорошо, хоть в нижнем белье легла спать, а то бы вообще стыдоба была. – Эй, отстань от меня! – начала я вырываться и царапать этого гада, но он не слушал, вначале он крутанул меня на живот и осмотрел спину и ноги, а потом перевернул и осмотрел живот. Хоть я и старательно руку пыталась отворачивать от него, но он схватил её и посмотрел на ладонь. – Как давно это у тебя? – тряс он мою несчастную руку. Я вообще перестала что-либо понимать, и то ли хмель пошёл в голову, то ли я просто разозлилась. – Отстань от меня, псих! – я свободной рукой стала его колотить, пытаясь сбросить с себя. Но это было практически нереально – сдвинуть такую тушу. Он схватил меня за вторую руку и прижал к кровати, подавляя любое сопротивление. – Как давно у тебя отметина? – спросил он через рычание. – Когда вы мне впихнули тот камень в переговорной, после этого и началось. Я честно не знаю, что это. Отпусти меня, мне больно, – начала я давить на жалость. – А откуда узнала о Галейме? – рыкнул он. – Видение было, мне старик сказал, что я какое-то дитя, – пояснила я, надеясь, что раз уж всё рассказала, то Калай отпустит меня. Но нет, он продолжал держать. Ещё раз я попыталась вырваться, но тут ладонь начало жечь, и знак засветился синим. – Что за?.. Ещё мгновенье – и мы повалились на землю. Бегло осмотрелась, но нас окружала только высокая трава. – Вот бли-и-ин! – вырвалось у меня. – Где мы? – осмотрелся по сторонам Калай, продолжая держать меня. – А ну, слазь с меня! – рявкнула я. Он отпустил, поднялся, и меня одним рывком поставил на землю, продолжая озираться.

– Доволен? – не удержалась я от колкости, отряхиваясь от земли и травы. – Добро пожаловать на Галейму.


Он покосился на меня, будто у меня диагноз сумасшедшей, и его осталось только заверить печатью. Потом ещё раз окинул взглядом местность. В этом странном месте уже был вечер, солнце, в моём понимании, село за горизонт, и сумерки вступали в полную силу. – Это всё ненастоящее, – ответила я на его вопрошающий взгляд, – не знаю как, но это всё у меня в голове. – Знаешь, почему детей Галеймы уничтожали без особых разбирательств? Потому что их ненастоящее, находящееся в их головах, оказывалось губительным для всех. Это начало конца. Вопрос времени… – Я смотрю, ты много чего знаешь. Не просветишь? – Как выберемся отсюда… Кто это впереди? – кивнул Калай в сторону. Я посмотрела в указанном направлении. К нам двигались какие-то существа. Присмотревшись, убедилась, что это были размытые тёмные тени, достаточно высокие и передвигавшиеся рывками, с длинными руками… безликие… и только белые глаза выделялись на их телах. Во мне моментально зародился страх. – Такого не было в прошлый раз. Не к добру это, надо как-то выбираться… – посмотрела с испугом я на бойца. Но больше ничего не успела добавить. Рядом со мной и пилотом возникли эти существа. Одно из них встало между нами, сдерживая Калая, а второй приблизилось ко мне вплотную и положило руки мне на голову. Что самое ужасное, я не могла сопротивляться, просто застыла на месте, пока это существо копалось в моих мыслях. …Она нашла истинного проводника… ...Уничтожить его?.. …Пока нет, рано…Жуткая боль пронзила всё моё тело, и нас выкинуло из видения так же быстро, как мы попали в него. Я схватилась за голову, пытаясь продышаться. Калай пришёл в себя, осторожно приблизился ко мне и, ничего не говоря, поднял на руки. Сил сопротивляться не было, и я просто доверилась ему, закрыв глаза. Утром я проснулась от того, что было жарко и тесно. Открыла глаза и осмотрелась. На мне по-хозяйски лежала чья-то рука. Слышно было только мирное сопение в ухо. Комната была чужая, выполненная в строгой военной манере.

Вчерашние события всплыли у меня в голове, и я покрылась мелкой испариной. Зажмурила глаза и взмолилась. Пожалуйста, пожалуйста, только бы это не Калай меня сейчас прижимал к себе. Очень медленно и аккуратно я сняла его руку с себя, высвобождаясь из горячих объятий, встала и посмотрела на мою грелку. Калай. Ну как же так?

Закусила губу от расстройства и на цыпочках пошла к двери. Приложила руку к сенсору, он предательски пиликнул и подсветился красным. Да чтоб тебя! – Ты куда? – сонно спросил пилот, а я вздрогнула от его вопроса. – К себе… Он ловко подскочил с кровати, подошёл и встал достаточно близко ко мне. – Собирайся, я за тобой зайду скоро, пойдём к рейнаргу. Мне хотелось отойти подальше, но Калай сам открыл мне дверь, и я пулей вылетела в коридор и тут же столкнулась носом с Рейко. – Пр-и-и-и-ивет? – протянул он, удивлённо глядя на меня. – Я чего-то не понял? – Даже не спрашивай, – ответила я ему и направилась к себе. Позорище какое. Быстро приняла душ и переоделась. Вышла в коридор – меня уже ждали бойцы. Рейко эта ситуация, видимо, очень забавляла, и он еле сдерживал улыбку. Но Калай был непробиваем, он взглядом показал мне идти вперёд. Мы довольно быстро добрались до переговорной Дока. Там уже нас ожидали Ларгаззи и Игнархэд. После приветствия все расселись за столом, при этом Рейко и Калай устроились по бокам от меня. – Итак, что у вас произошло? – спросил рейнарг. Калай пододвинулся ко мне и взял мою руку, демонстрируя её всем. – Вот, – показал он на иероглиф. Я сидела молча и не сопротивлялась, так как даже не понимала, что они так уставились на этот знак. – М-да, – отозвался рейнарг. – Очень интересно, – добавил Док. – Жутко, – вставил Рейко. Повисло молчание. Все задумались. Что происходило сейчас в их головах, было трудно оценить. – Так, – начал рейнарг, обращаясь ко мне, – как ты сейчас чувствуешь себя? – Как обычно, нормально – сказала я. – А когда у тебя это появилось? – уточнил Док. – После того как мне дали тот камень, и я отключилась. – Ага! – воскликнул Ларгаззи. – Так и знал. – Она дитя Галеймы, – как факт вставил Калай. Они переглянулись и начали шумно обсуждать между собой – стоит или нет мне говорить, чем это всё грозит, стоит ли меня изолировать, как меня контролировать. В какой-то момент стало даже обидно, что меня непонятно почему хотят сделать пленником. – Слушайте, – начала я, и они все повернулись ко мне. – Вам не кажется, что надо объяснить, почему вы хотите запереть меня на сто замков? Вы же, выходит, не лучше Макса. Я ничего плохого не сделала, я не понимаю, откуда этот знак и почему он в принципе появился. Я не знаю, что это за Галейма, и я пыталась у вас узнать, но получается, лучше было молчать. При этом этот псих Калай берёт меня в оборот, как будто я вселенская угроза и сообщает о ликвидации этих «детей». А я, вообще-то, хочу, чтобы вы мне помогли разобраться, что к чему! Они все притихли. И только Калай вставил: – Я не псих. – И ещё, Док, – добавила я, – отсоедини меня от него. Я лучше ничего понимать не буду, чем вот так. – Пффф, – фыркнул тот. Рейко хрюкнул рядом. Док было хотел что-то сказать, но командир начал раньше его. – Рия, извини нас, ты права. Давай с самого начала. И он начал рассказывать, что к чему. Разговор получился долгим, из всего сказанного я поняла следующее. Галейма существовала очень давно. Была хорошо развита, в отличие от всех других рас. Кроме того, на этой планете были развиты не только техногенные ресурсы, её жители обладали ментальными способностями. Они захватывали другие планеты, выкачивали из них все возможные ресурсы, убивали и брали в рабство жителей. Как известно из всяких легенд и поверий, что дошли до этих времён, раса эта в итоге разрушила саму себя. Причин этому нет, но всё обрастало слухами, одни говорили, что эти существа попросту погрязли в войнах за ресурсы и власть, другие говорили, что неудачный эксперимент в техногенной сфере уничтожил планету. Что было правдой, сказать нельзя. Все следы этой планеты пропали, как и её жители. Но после исчезновения планеты стали появляться «дети» Галеймы. Это были обычные жители разных планет и рас, они начинали странно себя вести, покрывались разными символами. У них появлялись необузданные силы, и они начинали сеять хаос и разрушения. В последний раз четыре таких существ уничтожили несколько планет. Убить их не могли, они как бронёй обросли, ни одно орудие не брало. Но в один момент они исчезли – так же, как и их предки. Что произошло и почему – никто не мог сказать. – Поэтому Рия, если это действительно так, и ты – «дитя», то мы ставим под удар многие планеты. Ты должна знать, что пока ты летишь с нами, мы за тебя в ответе. Далее я вынужден сообщить обо всём в межгалактический Совет Федераций, и уже они будут решать, что делать. А также нам надо понять, кто ещё, кроме тебя, мог начать активацию Галеймы, – вздохнул рейнарг. – Но погодите, неужели нет какого-то другого выхода? – я просто не верила в это всё. – Как-то слишком всё однобоко. Может, нам надо поднять архивы, ведь что-то тогда этих существ остановило. Почему они исчезли? И почему спустя столько веков всё начинается заново. Я ко всему в космосе болталась во сне, и если бы меня не нашли, то и этого всего могло не быть… Я призадумалась, откинулась на спинку стула. – Мне надо поговорить с Ведуном, – выдала я в итоге. – С кем? – переспросил Док. – Это он мне сказал про Галейму, но как с ним связаться, я не знаю. Калай покосился на меня, вспоминая ночное видение. – А что, если мы тебе найдём такой же камень, как привезли в прошлый раз? – вставил Док. – Может, это поможет?

– Попробовать стоит, – добавил Калай. Командир согласно кивнул. – Тогда решено. Вот это мы, – отметил он на галактической карте планету, – а вот здесь, по последней информации, были найдены отголоски Галеймы. Лететь недалеко. Ваше мнение. – рейнарг внимательно оглядел каждого.

– Надо отправляться, это может быть наш шанс разобраться в этом деле, – ответил Рейко. Все остальные кивнули соглашаясь. – Хорошо, тогда летим туда. Рия, приготовься, будем там через несколько часов, спустишься на планету с ними, – добавил рейнарг. – Здорово! – обрадовалась я. Наконец-то хоть какая-то настоящая поверхность будет. Не всё один космос. – Калай, подготовь её, и да, ты всё также за ней просматриваешь. – Не-е-ет, – сникла я. Калай хмыкнул. – А ты думала, что просто так от меня избавишься? Я взглянула на него. Он – на меня своими наглыми чёрными глазами. М-да. И мне придётся с ним уживаться. А лучше всё же его избегать. Только по делу общаться. Чем меньше вижу его, тем лучше. Надо ещё понять, что говорили эти существа про истинного проводника. – Мы закончили? – поинтересовалась я у окружающих. – Да, расходитесь. Займитесь делами и подготовкой, – отдал команду рейнарг, и мы встали со своих мест. – Калай, Рейко, через полчаса зайдите на мостик, – добавил он. – Да рейнарг, – отозвались они и направились к дверям. Я их пропустила вперёд, пусть топают себе, главное, чтобы меня сейчас не трогали. Рейко сказал, что ему срочно надо в транспортный отсек, и умчался в том направлении. Калаю же, видимо, никуда не надо было в эти полчаса, и он поравнялся со мной, так мы и дошли до лифта. – Ты так и будешь теперь тенью ходить за мной? – спросила я у него, когда мы зашли внутрь. – Тебе что-то не нравится? – съязвил он.

Я хмыкнула, но больше приставать к нему не стала. Он довёл меня до комнаты, проследил, чтобы я зашла. Я же картинно закрыла перед ним дверь. Больше к себе его впускать я не была намерена.

## Глава 10

Челнок пару раз хорошенько тряхануло, что мне пришлось вцепиться в поручень. Посмотрев на безразличные лица своих сопровождающих, я завистливо прикусила губу. Как они могут так спокойно лететь в этом миксере?

В шаттле я видела Рейко, он помогал с пилотированием. Гоззо что-то настраивал во внутренностях шаттла, открыв панель сбоку. С нами полетели ещё несколько бойцов неизвестных мне рас. Было очень интересно их рассматривать, но очередная тряска отвлекла меня.

Калай вышел из кабины пилотов и начал вводный инструктаж. Рассказав обычные вещи из разряда «Будьте аккуратны и никуда не лезьте», он окинул взглядом меня.

– Рия, тебе мы приготовили броню. Один из нас поможет тебе надеть её и объяснит, как пользоваться на случай чрезвычайной ситуации. – он обратился к бойцам ещё раз. – Добровольцы?

Все как-то подозрительно стали рассматривать пол и стены, что Калай недовольно сложил руки на груди.

– Что, нет добровольцев? Ладно, я покажу вам мастер-класс.

Гоззо отвлёкся от своих настроек и хмыкнул:

– На тему «Как одеть земную девушку, и не пострадать?».

Юморист, блин.

Все засмеялись, но встретив суровый взгляд Калая, тут же замолчали, занявшись проверкой вооружения.

– Ладно. Подойди ко мне. – он выудил приготовленную броню из металлического ящика.

Я встала рядом с ним, и Калай постепенно начиная с ног, начал надевать на меня броню.

– Ногу давай… Теперь другую…

Чуть не потеряв равновесие, я вцепилась ему в плечи, низко наклонившись к нему.

– Прости… Чуть не упала.

– Я бы тебя поймал. – как само собой разумеющуюся обронил Калай, заставляя меня краснеть. – Теперь спина.

Я выпрямилась и молча повернулась. Его пальцы быстро пробегались по моему телу, защёлкивая все необходимые замки.

– Броня вроде и лёгкая, но в то же время дубовая. Это какой-то сплав? Что за металл? – я с интересом рассматривала себя, прощупывая пластины.

– Повернись. И руки давай. Вот так… – Калай будто проигнорировал мой вопрос, а потом всё же добавил. – Это Титанум.

– Титанум? Удивительно, у нас на Земле его тоже добывали. Только использовали в крупной промышленности.

– И что создавали?

– Космические корабли, например. «Гагарин» как раз из такого.

– Всё, готово.

– Сморится классно!

Я повернулась к нему, и он прощупал что-то у меня в области брони на шее.

– А теперь послушай внимательно. На планете нормальный состав воздуха для тебя, поэтому на этот счёт не беспокойся. Но всё же используй маску, чтобы никакие местные бактерии не попали в твой организм. Для активации нажимаешь вот сюда.

Он перехватил мою руку, прикладывая к нужному месту активации. Когда мои пальцы нащупали кнопку, я поспешила нажать на неё.

Макса активировалась и плотно прилегла к лицу. В какой-то момент мне показалось, что нечем дышать, но успокоив минутную панику, я вдохнула полной грудью.

– Вот здесь рация, нажимаешь сюда и можно говорить. Вот тут фонарь, а здесь можно активировать маячок, если потеряешься.

– А я могу потеряться?

– Нет, но постарайся всё же этого не допустить. Всё поняла?

– Да.

– Тогда вперёд. Расчётное время прибытия на планету Лайз в 20:13 по земному времени.

Даже не верится!


На мой коммуникатор пришло сообщение от Дока с информацией о планете. Я поспешила его открыть и внимательно послушала голограмму Ларгаззи:

– «Высылаю на всякий случай. Чтобы ты имела представление, куда вы летите. Думаю, пригодится. И будь осторожна».

Спасибо, Ларгаззи! Как раз будет чем заняться до прилёта. Надо отвлечься, пока ужас происходящего целиком не захватил меня. Вон, уже руки трясутся. Сжав кулаки, я осторожно осмотрелась. Нет, бойцы даже не смотрели в мою сторону. Хорошо, никто не заметил мой страх.

Так, и что там прислал Док?

Я вчиталась в текст. Данные гласили, что планета давно покинута. Колонии переселенцев на этой земле не уживались. Слишком скудные были жизненные ресурсы. Ни воды нормальной, ни еды. Транспортники ходили редко, вызывая дефицит необходимых вещей. Добыча тяжёлых металлов была опасна и зачастую заканчивалась обвалами шахт из-за сильной сейсмической активности.

Я призадумалась. Я бы тоже не смогла жить, где постоянно трясёт всю землю.

Отдёрнув свои мысли, продолжила:

На поверхности часто происходили резкие перепады погоды. От палящего солнца до пагубных ураганов такой силы, что все энергосберегающие станции гибли под штормовым ветром. Обычно, всегда за песчаной бурей шло похолодание. Температура достигала критично низких показателей. Ко всему в округе хозяйничали хищники, утаскивая работников в бескрайнюю пустыню.

Очень надеюсь, что я с ними не столкнусь. Не хочется быть съеденной где-то на просторах чужой территории.

Восстановление оборудования било по финансам колоний, и лидеры признали эту планету неподходящей для жизни. И их инвестиций.

Совершенно верно. Работа в убыток никому не нужна.

Но в то же время на ней были обнаружены руины, которые успели изучить космические археологи. Из достоверных источников следовало, что эти останки характеризовались периодом Галеймы.

Просмотрев оставшуюся часть, больше ничего интересного я не нашла.

Шаттл тряхануло, и все покачнулись, удерживаясь за поручни. Ещё один небольшой толчок и машина остановилась.

Фу-ф… Приземлились. Я выдохнула, а внутри всё сжималось от страха и интереса. Главное, что мы все целые, не шлёпнулись на землю, не разбились, не сгорели в атмосфере, нас никто с пола не будет соскребать… Уже хорошее начало.

Бойцы сразу оживились в ожидании информации от Калая – лидера этой экспедиции.

Да, не зря Ларгаззи тогда говорил, что он правая рука командира…

Калай отдал простой приказ:

– Построиться.

Я встала за остальными и на всякий случай уточнила у рядом сто́ящего Рейко, который вернулся от пилотов шаттла:

– А оружие мне дадут?

– Пока – нет. Оно всё настроено на биометрию бойца. – он показал на пару сенсорных кнопок. – Ты при всём желании не смогла бы воспользоваться им.

– Жаль. Как-то с ним спокойнее, что ли.

– Но тебе и не надо. Ты же с нами. Волнуешься?

– Есть немного.

Рейко ободряюще похлопал меня по плечу.

– Держись любого из нас, и всё будет хорошо.

– Да, спасибо! – головой понимаю, что он прав, а внутри аж колом всё встало от избытка эмоций.

Он встал рядом.Калай отдавал команды, и всё беспрекословно его слушали. Было решено, что бойцы, которых я теперь узнала, как зовут, Локо и Янро идут впереди, Калай, Бриен и Рейко прикрывают их, а Гоззо оставили в няньках со мной.

Гоззо двинулся за остальными, а я пошла за красноволосым бойцом.

– Рия, – поприветствовал клыкастый.

– Гоззо, – так же учтиво ответила я, а сама краем глаза пыталась рассмотреть, куда делся его хвост под бронёй.

– От меня никуда не отходи. Планета хоть и покинутая, но на ней вполне могут быть хищники.

Вот всякого зверья мне и не хватало, но виду, что испугалась, я не подала. Ещё чего, незачем им всем знать, что мне может быть страшно.

– Поняла.


Когда разошлись створки челнока, я даже рот открыла от удивления. Вся планета напоминала одну сплошную пустыню с горами вдалеке и с одинокими вкраплениями небольших, но ярких оазисов.

Ребята оперативно высыпались на землю, осматривая территорию и держа оружие наготове.Мы приземлились аккурат у самой кромки заброшенных руин, расположенных посреди пустынных песков, перед одним из этих оазисов. Я ожидала увидеть один песок вокруг, потрескавшуюся землю от засухи, но никак не зелень, от которой исходил пленительный аромат свежести.

Янро был крупным бойцом, он больше напоминал мне человека, только серый цвет кожи и неестественные отметки на теле указывали на принадлежность к другой расе. Он достал из небольшого кармана на ремне маленьких круглых дронов. Все выжидательно обступили спинами его и девушку вокруг, пока он возился с коммуникатором, активируя роботов.

Я тихо спросила рядом стоящего ко мне спиной Гоззо.

– Что он делает?

– Это искатели. Дроны. Они сейчас просканируют территорию, нарисуют нам карту, и мы сможем двигаться дальше.

– Удобно.

– Готово. Данные уже у вас. – Янро закончил настройки и расправил ладонь, с которой быстро разлетелись роботы в разные стороны.

Калай кивнул, и группа пошла вперёд, проверяя каждый поворот. Идущий впереди Локо, напоминавшей мне большую ящерицу с яркой чешуёй, продолжая осматриваться и тихо спросил командира отряда:

– Что именно мы ищем там?

– Если я тебе скажу, тебе очень это не понравится. – Калай не отвлекаясь, продолжал идти вперёд.

– Командир, а точнее? – молчавший до этого Бриен, невысокого роста с тёмно-синим оттенком кожи, и глазами чёрными как смоль, осторожно спросил.

Рейко с Гоззо переглянулись. Им то известно было, куда их отправили, а остальных в курс дела не вводили.

– Мы ищем артефакт. Древний.

– Как он выглядит? – почти одновременно спросили бойцы.

– Что-то типа камня. С иероглифами. – Калай старался говорить обтекаемо, не хватало ещё паники среди команды.

Все замолчали, всматриваясь в окружение. Каждый из бойцов продолжал двигаться вперёд, выполняя свою задачу и недоумённо разглядывая множество камней, сохранившихся в руинах.

На каждом втором были знаки.

– И как мы поймём, какой из них нужен нам? Этот или тот? – Янро поднял один из камней.

– Я очень надеюсь, что Рия нам поможет в поисках.

Я немного растерялась под взглядами бойцов. Вот же гад, стрелки перевёл.

– Пока сама не знаю, как смогу помочь, – честно ответила я,– но это связано с Галеймой. Камень или артефакт. Всё, что покажется странным.

– Галейма? – эхом отозвался Локо и внимательно посмотрел на меня. Бойцы заметно напряглись, но вида не подали, не отвлекаясь от своих обязанностей.

– Я предупреждал, что вам это не понравится, – кратко сказал Калай, – задача ясна?

Бойцы продолжили идти вперёд, понимая, что командир им ничего больше не скажет. По крайней мере, сейчас. Они переговорят потом, на корабле и в спокойной обстановке, как обычно, делали, возвращаясь с трудных заданий.

– Идём к руинам, путь чист, – отозвался Янро, заканчивая сканировать округу.

Мы двинулись вперёд, через заросли оазиса. Шли молча, за мной по пятам следовал Гоззо, прикрывая со спины. Я разглядывала растения и размышляла, есть ли здесь на самом деле хищники.

Пока мы пробирались через эту дикую природу, меня не покидало стойкое ощущение, что за нами наблюдают. Возможно, и не только мне так казалось, бойцы тоже были в напряжении, хотя, может, это у них профессиональное.оне, я повторила за ними.

Дойдя до руин, мы нашли вход. Он достаточно сильно зарос, но главное, что не был закрыт. Мы вошли в длинный каменный коридор, бойцы включили фонари на броне, я повторила за ними.

Внутри неё что-то неприятно защемило. Я оперлась одной рукой о пыльную и местами влажную стену, переводя дыхание. Рука со знаком начала зудеть, вызывая безумное желание снять перчатку брони.

– Что с тобой? – Гоззо наклонился, всматриваясь в моё лицо.

– Странное чувство, аж перехватило всё внутри.

Бойцы затормозили и обернулись на неё.

– Ты почувствовала артефакт? – Рейко поспешил уточнить, подойдя ближе.

Я выдохнула и собралась с силами.

– Да, там что-то впереди точно есть. И чем ближе, тем сильнее знак горит.

– Очень хорошо, значит, надолго здесь не задержимся. – Калай дал знак всем дальше идти.

– Дальше идти сможешь? – Гоззо уточнил у меня, беспокойно поглядывая.

– Да, всё нормально уже.

Пройдя вглубь, через некоторое время вышли в огромный зал круглой формы. Посреди него стоял невысокий постамент. На стенах в некоторых местах были гравировки на каменных фресках, но большей частью всё уже было разрушено и осыпано. Даже невооружённым глазом видно, что этому месту куча древних лет. Подойдя ближе к постаменту, мы стали его рассматривать. – Это то, что ищем? – подал голос Янро. – Сложно сказать, – пожала я плечами.

На самом постаменте были выгравированы геометрические фигуры, он был в половину моего роста. Присев на корточки, я осмотрела его у основания. Смахнул песок с камня, почувствовала, как под моими пальцами начали мерцать невидимые иероглифы.

Я смотрела на это мерцание заворожено, а потом начала ощущать морской воздух, голоса моих товарищей постепенно исчезали, а из песка начала пробиваться зелень. Резко мою руку отдёрнул и крепко зажал Калай. Я посмотрела на него туманным взглядом. Он покачал головой, словно прося меня не сейчас впадать в транс. Мир вокруг уже пришёл в норму, я оглянулась, но песок был песком, голоса звучали громко, и обжигающий воздух планеты опять развевал мои волосы.

– Мы нашли что нам надо, грузим камень и на корабль, – отдал он приказ и отвёл меня к Гоззо.

Я молча встала рядом с бойцом, наблюдая, как остальные собрались у основания и начали обсуждать, как этот камень откапывать и тащить до челнока. Очень опасно сейчас было. Если Калай не отдёрнул руку, провалилась бы туда. И ладонь перестала зудеть…

– Ты в порядке? – спросил Гоззо, положив руку мне на плечо, отчего я вздрогнула.

–Ой, прости. Задумалась. Да, всё отлично. – вежливо ответила ему.

– Точно?

– Да, да.

Камень с грохотом упал на пол.

– Вот же! – Янро ругнулся на незнакомом мне языке.

– Даже не раскололся. – Бриен удивлённо присвистнул.

– Давайте, поднимаем всё вместе. – Калай приготовился, прикидывая силы. – Гоззо, подсоби нам.

– Да, иду. – и обернувшись, строго посмотрел на меня. – С места не двигайся, я быстро вернусь.

– Хорошо.

Боец добежал до своих товарищей и стал помогать в нелёгком занятии.

…иди сюда…

Я моргнула и не поняла, мне послышалось что-то?

…ждём тебя… иди к нам…

Галейма? Я посмотрела на бойцов, все заняты делом, как будто ничего не слышат. Похоже, теперь я точно сошла с ума.

…сюда…

Обернувшись, пробежала взглядом вдоль стен, у одного края был небольшой проход. Звук шёл будто оттуда? Посмотрела на Гоззо. Он был занят. Не спеша, я подошла к проходу.

…ждём тебя …иди к нам…

Голоса зазывали настойчиво, что у меня уже начала раскалываться голова. Да что с этим местом не так? Я посветила фонариком в проём. Достаточно большой проход, конца не видно. Эх, любопытство кого только не сгубило.

Только я вошла в нишу, как Гоззо окликнул меня.

– Далеко собралась? – он подошёл ко мне.

– Гоззо, нам надо посмотреть, что там, – помялась я, – меня что-то зовёт туда.

– Голоса, что ли, слышишь? – усмехнулся он, но оружие продолжал держать наготове.

– Да, звучит как дичь. Я понимаю. Но, может, это связано как-то с Галеймой? – пожав плечами, я повернулась к нему.

– Сомневаюсь. Артефакт мы уже нашли.

– Давай просто убедимся, что там ничего нет? Пожалуйста!

Гоззо раздражённо цокнул языком и, окликнув бойцов, что-то показал им знаками. Калай кивнул и больше на них внимания не обращал.

– Идём. У нас не более десяти минут на прогулку, – скомандовал клыкастый и вышел вперёд меня.

Я быстро посеменила за ним. Некоторое временя мы шли молча, я смотрела под ноги, чтобы не навернуться на камни, а Гоззо будто и не замечал их вовсе. Голоса затихли. В какой-то момент боец резко остановился, и я врезалась в него.

– Ой, – потёрла я лоб и выглянула из-за его плеча.

Мы вышли к узкому проходу на поверхность. Только уже на окраине оазиса, с другой стороны. Впереди были только горячие пески.

– И? – глянул Гоззо на меня. – Ничего интересного.

…вперёд… иди к нам…

Я всмотрелась вдаль. Действительно, ничего интересного. Хотя что-то блеснуло на ближайшем холме.

– Вон, смотри, там что-то есть, – указала я в ту сторону, где заметила блеск, – проверим?

Он посмотрел в прицел оружия, оценив обстановку, и кивнул.

– Не уверен, что это отличная идея, – пробубнил он себе под нос, но мы всё же вышли из тени руин и направились к холму.

Продвигаться в броне было тяжело, ноги проваливались в песок по щиколотке. Хорошо, что расстояние было небольшим, и мы минут за пять уже достигли холма.

– Рия, будь внимательна, – сказал мой охранник, притормаживая меня на подъёме.

Я кивнула, и мы продолжили взбираться на холм, пока я не уткнулась пальцами в броне во что-то жёсткое и звонкое. Гоззо переглянулся со мной. Я смахнула часть песка, и моему взору предстал кусок металлической конструкции.

– Что это? – взглянула я на бойца.

Он провёл рукой по металлу.

– Видимо, это и отсвечивало, это корабль, небольшой, но всё же корабль. Погребённый под песком.

…ты рядом… найди…

Голоса становились все навязчивее – и я сморщилась от боли. Возможно, это ещё что-то, связанное с Галеймой? Я скатилась вниз и обошла холм, Гоззо быстро двинулся за мной. К нашему удивлению, сбоку оказался открытый шлюз, большей частью уже занесённый.

– Рия, опасно заходить в чужие шаттлы, – остановил меня Гоззо, – мы и так уже задержались.

– Давай так, мы быстро осматриваемся, и если я ничего не нахожу, то уходим.

Он серьёзно посмотрел на меня.

– Ну, пожалуйста! – добавила я и улыбнулась ему. На Земле это срабатывало, надеюсь, и тут получится.

– Ладно, – дёрнул он плечом, – только не отходи от меня, – и он направился к входу. Ему это всё точно не нравилось и было неясно, как он согласился вообще отойти от группы.

Я внутренне ликовала, но постепенно приходил страх.

Двинувшись вслед за бойцом, я осматривала стены корабля, пытаясь найти источник звука и голосов в моей голове, но пока ничего интересного. Голоса прекратились. И как же теперь ориентироваться?

Шаттл был небольшим и напоминал тот, в котором я очнулась. Здесь тоже места было немного. Добравшись до кабины пилотов, мы с Гоззо осмотрелись. Все приборы были разбиты или вырваны с проводами.

Неожиданно меня что-то отшвырнуло к стене. Я ударилась головой об какие-то висящие баллоны и свалилась мешком на пол. Подняв голову, я увидела, как Гоззо борется с жуткими существами. Похожи они были на гуманоидов, покрыты кожей с шипами, у них были вытянутые головы, длинные руки… Гоззо пару раз выстрелил, но существа прыжками переместились на потолок…

Что было дальше, я уже не успела увидеть, так как меня дёрнули за волосы, схватив за горло. Передо мной оказалась одна из этих тварей. Жуткие острые зубы, отсутствие носа, маленькие глаза.

…ты нашла нас… та, что отмечена…

Безмолвно прошептала тварь и ещё больше сжала горло, подняв меня над полом.

В глазах начало темнеть. Я сопротивлялась, как могла, пыталась дотянуться до твари руками, чтобы расцарапать её лицо, но безуспешно, тварь была выше, и руки её были значительно длиннее. Воздух покидал меня, я начала задыхаться, и темнота всё больше поглощала…


Жуткий гул стоял в голове. Среди этого хаоса слышались отголоски и чаще всего проскакивала фраза: мы свободны… Открыла глаза и осмотрелась. По полу задувал ветер, метя песок по всему кораблю. Тварей нет, как не было. Как можно быстрее я вскочила и подползла к Гоззо. Признаков жизни он не подавал. В области живота зияла огромная рана, из которой вытекала алая кровь, броня была разодрана в хлам. Я нагнулась и попыталась проверить пульс, но или он был в другом месте, или его просто не было. Оглядевшись, я взяла с пола осколок и поднесла ко рту бойца. Стекло покрылось испариной. У меня задрожали руки от надежды, что Гоззо выживет.

– Группа высадки, приём. Калай, приём, Гоззо ранен, – попыталась я связаться с челноком или кораблём, но на волне лишь были помехи.

– Гоззо, только не умирай, я сейчас вернусь с подмогой. Я выскочила пулей из шаттла, но меня практически снесло штормовым ветром с ног. Песок стоял колом в этом воздушном потоке, закрывая всю видимость и забиваясь мне в волосы. Активировала шлем и выдохнула. Песок хоть и попал, но всё же сквозь стекло можно было хоть что-то разглядеть. Но какое же было моё удивление, когда я увидела через стену пыли огни от удаляющего челнока. Нашего челнока!

– О-о-о, нет, нет, нет. Не может быть, чтобы нас бросили…

## Глава 11

Как только осознание происходящего захватило мой разум, ноги превратились в вату, а руки затрясло мелкой дрожью. Стало действительно страшно, что нас оставили на безлюдной, как мы считали, планете, на которой ко всему сейчас разыгралась нешуточная буря. Сколько времени мы здесь проведём? Есть ли тут хотя бы вода, которой не отравишься? Теперь понятно, почему колонии не выживали в таких условиях. Горячий ветер не затихал ни на минуту, и я поспешила обратно к бойцу, размазывая предательские слёзы по лицу.

Они же не могли нас оставить? Вот так просто? Забыть двух членов экипажа…

Или всё же могли?

Вернувшись к бойцу, я активировала обратно маску и села рядом с ним. Стряхнув песок с его лица, подозрительно осмотрела рану, на которую уже налипли мелкие частички.

Плохо дело.

Закашлявшись от пыли, пробившийся даже через фильтр, я обернулась и посмотрела на коридор в заброшенном шаттле.

– Гоззо, оставаться близко к поверхности нельзя, уже часа через полтора здесь всё накроет бурей. Будем отсиживаться там, в глубине. – я говорила больше сама с собой, успокаивая себя, не ожидая какой-либо реакции с его стороны.

Поднявшись, я обошла бойца и, встав у изголовья, кое-как пропихнула свои руки под его подмышки.

– Так, дружок. На раз, два… Ы-ы-ы…

Потянув на себя, я скривила лицо от напряжения, пытаясь сдвинуть его с мёртвой точки.

Мои ноги скользили по песку, теряя опору. Потянув ещё несколько безуспешных раз, я опустила Гоззо. Смахнув пару капель со лба, я выпрямила спину.

– Не так я представляла себе эту поездку…

Ладно. Я слишком слабая для такого. Если сила не работает, надо брать умом.

Может, что на корабле мне поможет? Спустившись, я осмотрелась. Кашель всё сильнее давал о себе знать. Маска совсем не помогает…

Деактивировав её, я на секунду закрыла лицо ладонями. Слёзы продолжали предательски стекать по моим щекам, но я тяжело вздохнула и взяла себя в руки.

Не раскисай. Ищем дальше. Мне надо что-то крупное и твёрдое, на чём я втащу Гоззо сюда.

Заметив в коридоре отвалившуюся наполовину панель обшивки, я быстро подошла к ней. Подёргав пару раз, я со злостью пнула ногой по металлу, выворачивая в другую сторону. После нескольких толчков панель с грохотом повалилась на пол. Кое-как перехватив её, я потащила свою ношу на вверх к входу шаттла и доволокла её до бойца. Разместив сбоку от него, я обошла парня с другой стороны и начала толкать Гоззо перекатом, закидывая на импровизированные носилки.

– Давай, давай. Ещё чуть-чуть.

Как только он целиком оказался на панели, я выдохнула. Теперь дело за малым.

Подцепив свободный край, я сдёрнула отяжелевшую в несколько раз ношу с места и потащила импровизированные носилки за собой. Скос на входе шаттла позволил осторожно спустить бойца вниз. Внутри, отдохнув две минуты, я оттащила носилки подальше от входа, куда уже прилично занесло песка, вглубь шаттла.

Кашель давил мне на грудь всё сильнее.

Фу-ф… Сил не осталось… Тяжело дышать. Кислорода не хватает…

Возможно, нас всё же ищут, но из-за бури им не пробиться к нам …возможно… остаётся только ждать… Закрыв на секунду глаза, я провалилась в небытие.


– Рия, очнись…

– Тебе надо помочь ему. Иначе он умрёт…

– Очнись!

Очередной приступ кашля заставил меня прийти в себя. Чёрт, сколько я была в отключке?

Из-за бури стало темно и мрачно в нашем убежище. Посмотрев на коммуникатор, я с удивлением отметила, что прошло минут десять, как мы спустились вглубь шаттла.

– Гоззо, надеюсь, ты ещё не покинул меня.

Быстро сев перед бойцом, я потрогала его лоб и, посветив фонариком, проверила зрачки на реакцию.

Холодный весь, реакция слабая, но есть. Жив, дышит. Заметив какое-то мельтешение перед собой, я подняла глаза и машинально отпрянула. От того, кто сидел перед о мной на корточках, моё сердце ушло в пятки.

– Не пугайся так, это всего лишь я. – тот самый парень с Земли смотрел на меня с интересом.

– Белояр? – я даже растерялась.

– Хотелось бы, но нет. Боюсь, что я всего лишь образ в твоей голове.

Я-ясно. У меня начались галлюцинации из-за нехватки кислорода во время бури.

– Ты? Почему? Почему именно ты видишься мне? А не Викки, Калай, Рейко? Макс, на худой конец… Да кто угодно, кроме тебя. Мы знакомы-то были всего пару часов от силы…

– Возможно потому, что мы связаны больше, чем ты думаешь?

– Мы связаны? О чём ты говоришь?

– Ни о чём. Как я говорил, я всего лишь образ…

– Что за бред? Если это так, то и быть тебя не должно здесь. Проверим?

– Проверим.

Я дотянулась до него, пытаясь дотронуться, но моя рука провалилась, превращая его в песочную пыль.

– Понятно. Всё же галлюцинации…

Сняв перчатки брони с рук, я наклонилась над бойцом. Вот так мы попали… Ладно, давай посмотрим, что можно сделать.

Дрожащими руками я начала отстёгивать его броню, чтобы освободить доступ к ранам. Перемазанные чужой кровью пальцы то и дело предательски соскальзывали с замков.

– Ты сначала здесь расстегни. Так быстрее снимешь. – Белояр со знанием дела начал раздавать советы.

Я от неожиданности отшатнулась опять, зацепив рукой какой-то мусор, создав кучу шума и подняв столб пыли.

– Боже!

Белояр сидел уже с другой стороны Гоззо и осматривал его рану.

– Да чтоб тебя! Убирайся! Тебя нет. Ты не существуешь. Это всё игры сознания.

– Почаще себе это повторяй. Вдруг так и окажется. А пока не отвлекайся. Продолжай. Он же может не выжить. Надо ещё здесь и здесь открыть замки. Тебе надо ещё привести его как-то в чувство.

– Какого… – я на секунду замолчала, переваривая происходящее. – Хорошо… Допустим, ты игра моего воображения. Хочешь мне помочь? И ты знаешь, что делать?

– Знаю.

– И подскажешь?

– Да.

– Отлично. И что, по-твоему, надо делать дальше?

– Ему нужна диагностика. Активируй на своём коммуникаторе медицинский режим.

Покосившись на него, я поспешно нашла необходимую функцию и включила анализ. Если Белояр моё воображение, то откуда он может это знать? Я точно этого не знала!

– Сканировать состояние.

Небольшие лучи зелёного цвета пробежались по телу бойца, замирая и вздрагивая на ранах, и выдали оценку.

– Внутренние и внешние повреждения… Так. Дальше… Повреждены органы брюшной полости… Срочно в медкапсулу… где же я её возьму-то. Шанс выживания без медпомощи 32%… Это 32% из 100?

Внутри всё сжалось, и я посмотрела в сторону Белояра, ища хоть какую-то моральную поддержку. Но именно в этот момент он опять пожелал раствориться.

– Так, попробуем, как делал Ларгаззи.

Активировав голосовую функцию, я поспешила задать интересующий вопрос.

– Как оказать первую помощь при ране брюшной полости для любой расы?

И добавила:

– В боевых условиях.

Из коммуникатора раздался приятный голос, вещающий варианты первой помощи.

«Первым делом необходимо освободить рабочую поверхность для дальнейшей обработки. Далее произведите дезинфекцию раны раствором «Гамма», он промаркирован красным цветом. Если в ране находятся инородные тела, осторожно извлеките их. Остановить кровь необходимо раствором «Сигма», он промаркирован синим цветом. Закрыть рану необходимо инструментом с маркировкой белого цвета…».

Внимательно выслушав всё, я принялась за дело.

– Первым делом всё снимаешь. Песка много в броне. Это всё будет влить на раны. – Белояр уже оказался позади меня, наклоняясь ко мне через плечо.

– Я знаю. Не говори мне под руку.

Отложив броню в сторону, я расстегнула куртку.

– Вытащи руку из формы. Мешает.

Встретившись с Белояром взглядами, я осторожно начала стягивать рукав. Пробежав пальцами по ключице, я ловким движением освободила раненую руку и аккуратно опустила её на пол, давая доступ к ране на животе. Грудь Гоззо тяжело вздымалась под моей ладонью, а тело покрылось нездоровой испариной.

– Теперь останови кровотечение…

Я согласно кивнула и отцепила от своего пояса небольшой кейс с медикаментами. Открыв его, пересмотрела содержимое и согласно информации с коммуникатора, начала вводить препараты. Выбрав красный раствор и быстро вскрыв небольшую ампулу, дрожащими руками вылила её содержимое прямо в раны. Это должно было продезинфицировать ткани. Подготовив раствор с синей маркировкой, я ввела укол, который должен был остановить кровь и снять боль.

Странные растворы. Я надеюсь, они действительно помогают.

И теперь самое жуткое.

Взяв небольшой предмет, напоминающий миниатюрный пистолет, я по очереди аккуратно зажимала края ран и с помощью инструмента будто «заваривала» их лазером.

– Вот так технологии… Я молодец. Надо будет пройти курс у Ларгаззи с их ноу-хау. Белояр, видел? Всё получилось.

Но его опять след простыл.

– Я говорю с песком… Ладно, надо закончить.

Будущие шрамы заклеила неким подобием пластыря и ещё раз запросила сканирование.

– … шанс выживания 38%…

– А было 32%… Значит, получилось.

Прикрыв его курткой, я выдохнула и устало облокотилась об стену. Здесь пока больше ничем не помогу, будем надеяться, что инопланетный организм начнёт справляться сам.

Теперь хоть не одна помирать буду. Надо найти помощь. А как? Сколько времени мы тут проведём? Есть ли здесь хотя бы вода, которой не отравишься? Хотя какая вода в пустыне. Про еду я молчу. До оазиса надо дойти, но по такой буре это невозможно. Теперь понятно, почему колонии не выживали в таких условиях… Почему я вечно во что-то вляпываюсь?

Мысли хаосом бродили в моей голове, особо не застревая ни на чём.

Я порылась ещё раз в аптечке. Валерьянки нет, а жаль. Хотя здесь уже нужно что покрепче. Я бы выпила настойки. Или коньячка… Вот такого хорошего… С выдержкой… И шашлычок с маринованным лучком… М-м-м…

Так, стоп! А где оружие Гоззо? Точно помню, что рядом с ним ничего не было. Эти твари забрали? Хотя чем это помогло бы им? Там же биометрия… А вдруг они знают что-то, что поможет им обойти эту настройку? И это пугает. Не хотелось бы попасть под пули бешеных тварей.

Чёрт, надо что-то найти для защиты.

Недолго думая, порывшись в мусоре, я выгребла большую железяку, отчасти чем-то похожу на мачете. Тупой и тяжёлый, но хоть что-то. В случае опасности буду лупасить что есть силы.

Обойдя шаттл по кругу, я прикинула, как твари могли пролезть ко мне.

Дверь мне не закрыть, весь механизм вырван с корнем, и только торчат одни провода. В принципе, как и всё здесь, всё сломано. Надеюсь, буря остановит их. Проверила опять рацию. Вновь и вновь я пыталась связаться с командой, но безуспешно, одни помехи.

Нет, здесь нет сигнала, здесь тоже.

Вспомнила про маячок и активировала у себя, как научили ранее. Подумала ещё секунду и заодно включила маячок на броне Гоззо, а потом опять уселась у стены, прижимая к себе железяку.

Ветер продолжал завывать с немереной силой, да так, что песок просачивался во все щели, заваливая ещё больше проход.

От нечего делать она стала считать песчинки в надежде, что их быстро найдут – так же быстро, как песок заполняет пространство…


***

– Аккуратно, это ценная находка, сгружайте вот сюда. Калай, ты чего? – Док посмотрел на командира отряда – тот отвлёкся на удаляющихся к лифту Гоззо и Рию и знаком отозвал его в сторонку.

В шлюзовом отсеке под чутким руководством Ларгаззи бойцы выгружали камень с челнока, чтобы в дальнейшем перевести его в лабораторию.

Боец не хотел признавать, что с самой первой минуты, как он увидел девушку в капсуле, проснулись все чувства, которые у Ромушей характеризуют, что он встретился со своей парой. И как бы ему ни хотелось, чтобы Рия была с ним, он отчётливо понимал, что выбор будет за девушкой. Нельзя ждать от другой расы таких же эмоций.Он знал, что боец не переносит красноволосого парня с их самого первого знакомства, но сейчас было нечто другое в его взгляде. – Док, тебе не кажется, что Рия и Гоззо странно себя ведут? – спросил он в лоб. – Странно в каком смысле? – Может это бред… но после того как они прошлись по руинам, теперь налюбоваться не могут друг другом. – Ты ревнуешь? – ошарашенно спросил Ларгаззи. – Нет! – резко отозвался Калай, а внутри всё кричало «Да!». Но Док понял всё сразу: – Калай, я же думал, что ты к ней относишься совсем иначе! Когда началось? До или после объединения? Боец готов был испепелить взглядом Дока, но лишь коротко ответил: – До. – А она? – допытывался Ларгаззи. – Как видишь, с Гоззо ушла куда-то. – сквозь зубы сказал Калай. – Ой, беда, беда… Но не отчаивайся, тебе, может, показалось сейчас. Мне, кстати, она нужна для обследования, выяснить, как перенесла высадку на планету. Заодно и почву прощупаю. Передашь ей? – Если найду. – отмахнулся Калай и пошёл к выходу, где уже ждали ребята с камнем. – А ты почувствуй её, как обычно. – донеслось вслед от Дока. Что странно, он её сейчас не чувствовал, но не мог объяснить сам себе, в чём причина. Боец помог загрузить камень в лифт. – Мы дальше сами, – махнули остальные, после чего Калай с Рейко направились в жилые отсеки на отдых. Прошло уже несколько часов, но Рия к себе не приходила, и Калай уже достаточно сильно нервничал. Не выдержав, он направился к Доку, узнать, не приходила ли девушка к нему. Выйдя из комнаты, боец направился по коридорам в обход лифта. Дойдя до сектора с медотсеком, он затормозил на повороте, услышав краем уха приглушённый смех девушки. Не спеша, Калай обогнул угол и всмотрелся в тёмный коридор. Его взору предстала Рия, целующаяся с Гоззо, тот же прижал её к стене и нашёптывал что-то, отчего она улыбалась и ещё крепче сжимала руки у него на шее.

У Калая передёрнулось всё в груди. Всегда привыкший себя держать в контроле, он потерял самообладание от увиденного. Медленно он развернулся и направился обратно к себе.


*** Я зажмурилась и схватилась рукой за грудь, пытаясь хоть как-то облегчить возникшую из ниоткуда сильнейшую боль. Открыв глаза, увидела перед собой дичайшую картину, что я обнимаю и целую Гоззо, в одном из отсеков корабля… – Эй, ты в порядке? – услышала я рядом его голос, благодаря которому вернулась в реальность. Проморгавшись, огляделась и поняла, что нахожусь всё в том же заброшенном шаттле, а Гоззо смотрел на меня удивлённо. Слава богу, очнулся. – Всё хорошо? – переспросил он. – Да, – я отложила железяку и подползла к нему, – это я тебя должна спросить, как ты. – Жить буду. – Оптимистично, – просканировав его, я посмотрела на результаты. 31% выживания, против прошлых 38. Показатели падают. Помирать собрался, а делает вид здорового. Не выйдет, мы не умрём здесь! – Я так понимаю, нас не ищут, раз мы ещё здесь? – спросил он. – Похоже на то. Мне не связаться с кораблём, идут одни помехи, маячки я включила. Челнок улетел без нас. Точнее с нами, но не нами… Кто-то очень похожий на тебя и меня сейчас там, – я ткнула пальцем вверх. – Это были метаморфы, – он заёрзал и попытался приподняться, – поможешь мне сесть? – Конечно. Кое-как придерживая его под мышки, я усадила бойца у стены. – Нормально так? – Нормально. – отозвался он, морщась и держась за рану. – Что это за метаморфы? – Раса такая была раньше. – Была? – Они как паразиты – убивают своих жертв, зазывая своей телепатией и принимая их облик… Я внимательно слушала бойца, не перебивая, но теперь поняла, как глупо попалась на призыв. – Планета, на которой они обитали, погибла ещё во времена войны с Галеймой. А остатки их малочисленного народа разбросало по космосу… – Гоззо, морщась, передохнул пару секунд и продолжил: – Они не настолько умны, чтобы уйти в подполье. Да и не все расы готовы были мириться с захватом образов, поэтому численность метаморфов стремительно уменьшалась. Их попросту истребляли. В итоге уже как пару лет о них ничего не было слышно. А они, оказывается, засели тут… Я поникла. – Прости Гоззо, это я нас втащила сюда, а теперь мы сидим в этой консервной банке и неизвестно когда выберемся. – В чём? – переспросил он. Я только хмыкнула. – Отдыхай пока. Нам надо дождаться, когда буря пройдет, и попробовать ещё раз связаться с нашими. Он молча кивнул и прикрыл глаза.


Похоже, я сама задремала в этой бесконечной монотонности. Не знаю, сколько прошло времени, но песок, наконец, перестал метаться по полу. Гоззо же не отдыхал, а что-то сосредоточенно изучал в своём коммуникаторе. – Связь появилась? – уточнила я. – Нет, и знаешь, что странно? – начал он издалека. – Что? – я пересела к нему ближе. – Буря не должна была мешать сигналу. – посмотрел он на меня внимательно. – И что это значит? – Нам поставили глушилку. И судя по коммуникатору глушит сигнал она вот здесь. – он ткнул пальцем на голографической карте, показывая на руины. – Так это специально, чтобы мы не связались с кораблём? И мы зря тут сидим? – я начала понимать происходящее. – Если мы сейчас уберём эту глушилку, то нам удастся связаться с нашими? – Да, но только если они не отлетели очень далеко. У нас же штатные рации, и мы без всемирной сети не сможем до них достучаться. Но если они ещё в пределах орбиты, то да. Шанс есть. – Тогда я пойду прямо сейчас, время дорого, – поднялась я с места, – мне просто надо её убрать? И как я пойму, что это именно она? – Ты точно её не пропустишь. А убрать можешь любым способом. Сломай, выруби. Главное, чтобы она не работала, – уже через силу говорил Гоззо. Похоже, что это ему уже давалось с трудом. – Тогда я пошла. Развернувшись, двинулась к выходу. – Рия! – окликнул Гоззо. – Будь осторожна. Напало на нас три особи. На корабле же только две. Внутри всё съёжилось. Я молча развернулась и пошла к выходу, держа мою острую железяку наготове. Мне было страшно, что уж скрывать. Я не вояка, драться не умею, убивать – тем более. Но вот выжить хотелось, да и вытащить Гоззо с этой планеты – тоже. Выйдя из шаттла, я молча пошла по песку в сторону руин.

Практически на цыпочках я пробиралась по коридору в направлении центрального зала. Внутри всё напряглось, и от страха я ещё крепче сжала рукоятку моего импровизированного мачете. Поглядывая по сторонам, добралась, наконец, до выхода в зал, откуда мы забрали камень с иероглифами. Ещё в проёме увидела глушилку, никак не вписывающуюся в интерьер. Она стояла как раз в самом центре, и до этого её точно не было здесь. Глушилка больше походила на круглую сферу, только всё содержимое проводов и плат было доступно взору. Кустарным способом делали.

– Эта тварь здесь. И тебе её не победить. – Белояр появился из ниоткуда, буквально дыша мне в затылок, отчего я вздрогнула и чуть не выронила железяку из руки.

Я едва сдержалась, чтобы не выругаться, прижав костяшки пальцев к моим губам.

– Твои предложения какие? – тихо уточнила я.

– Ты сама знаешь, но ещё не осознала. Галейма тебе поможет…

С этими словами он рассыпался на песчинки. Мне определённо нужен хороший врач, кто сможет объяснить эти галлюцинации.

Помявшись несколько минут и осмотревшись – нет ли поблизости подозрительных чужих, я всё же решилась выйти. Выдохнув, я двинулась к центру. Меня не покидало ощущение, что всё это как-то слишком просто. Сильный толчок в спину откинул меня вперёд и я, потеряв равновесие, грохнулась на пол, железка выпало из рук. Чёрт!

Моментально перевернулась и увидела, как надо мной нависла ухмыляющаяся тварь. Быстрым движением она схватила с пола моё же мачете и, не раздумывая, замахнулась, чтобы вспороть мне живот. Только судьбе известно, как успела извернуться. Тварь зарычала, промахнувшись, когтями дёрнула меня за броню на ноге и, вырвав кусок, всадила железяку в мягкую кожу, лопнувшую под силой удара.

Я взвыла от адской боли, всё тело отдало раскалённым огнём, из глаз хлынули слёзы, а дыхание перехватило. Лезвие торчало чётко из бедра почти на всю длину, будто прошло насквозь. Тварь прыгнула на меня сверху и схватила за горло, пытаясь задушить. Я хотела вырваться, но руки не дотягивались до её морды. Воздуха катастрофически не хватало, и я как рыба начала заглатывать последние его крупицы.

В голову врезались слова Белояра, и что-то поменялось внутри меня. Глаза заволокло чёрным, и неестественная сила захлестнула всё внутри меня, давая шанс на спасение.

В этот момент я дотянулась до рукоятки в ноге, боль сразу же новой волной накатила и на этом адреналине я выдернула нож из бедра и всадила прямо в бок этой твари. Она взвыла и отпустила моё горло, и я жадно начала хватать воздух. Ещё одним ударом лезвия я махнула по горлу. Брызги чёрной крови попали на лицо и руки, а тварь бессильно рухнула прямо на меня.

Спихнув тело с себя, я продышалась и попыталась встать. Нога горела огнём и не слушалась меня. Кровь уже расползлась большой лужей. Что же это за броня, раз какой-то нож смог так её разрубить? Меня начало тошнить. Неестественная сила быстро покидала моё тело. Я перевернулась на здоровую ногу и, подтягиваясь на руках, доползла до глушилки. Времени это заняло много, любое движение отдавалось нестерпимой болью. За мной тянулся кровавый след, и на лбу появилась испарина. Каждую секунду мозг пытался отключиться, но я упорно ползла вперёд.

Когда глушилка оказалась рядом, силы у меня закончились. Думать, как её отключить, я не могла. Со всей дури пихнула железку в эту конструкцию и провернула его. Всё заискрилось, послышался небольшой хлопок, и из глушилки повалил дым. Отпустив рукоятку, я перевернулась на спину. Глаза закрылись сами…


***


Калай не понимал, что с ним происходит, и чтобы хоть как-то отвлечься, залез под холодный душ. Он стоял там до тех пор, пока не посинели губы. Как бы ему хотелось ни о чём не думать, но мысли так и возвращали его к Рии. Зубы предательски начали стучать, это заставило его вылезти в тепло. Калай натянул шорты на мокрое тело, по привычке сразу надел коммуникатор и вышел в комнату, оставляя за собой мокрые следы.

В дверь настойчиво постучались. Боец на секунду замер и направился встречать незваного гостя. Створка отъехала в сторону, и на пороге показалась та самая девушка, которая не давала ему покоя.

– Оу, ты только из душа? – спросила Рия, без всякого стеснения изучая тело бойца и стекающие по нему капли воды.

Калай весь напрягся, что-то всё-таки изменилось. То она сторонится его и при встрече в коридоре готова развернуться и сбежать, то сейчас вот рассматривает нагло. И её запах. Его просто не было. И если Калай вначале пытался найти хоть какое-то оправдание этому, то сейчас убедился, что запах попросту исчез.

– Я войду? – не дожидаясь приглашения, Рия протиснулась между бойцом и дверью.

– Тебе чего? – отозвался он.

– Я хотела поговорить, – начала она улыбаясь.

– О чём?

– О нас, конечно, – ухмыльнулась девушка, – ты сам всё прекрасно знаешь. Я же видела, как ты в челноке смотрел на меня.

– Думаешь, я поведусь на твои земные речи?

– Я видел тебя с Гоззо и не понимаю, что ты теперь забыла у меня.

– Так ты ревнуешь? Так даже проще…

– Не понимаю, о чём ты, – Калай напрягся от того, как быстро его раскусили. Неужели так заметно?

Она, не дожидаясь его ответа, быстро приблизилась и поцеловала его прямо в губы, заставив его замереть от неожиданности. Поцелуй был требовательным, властным, не терпящим отказа. Калай попытался остановить её, слегка отстранившись.

– Не стоит…

Рия посмотрела на него с вызовом и опустилась чуть ниже, оставляя влажную дорожку на подбородке и подбираясь к шее бойца. Туда, где у ромушей была одна из самых чувствительных зон. Пальцы девушки приятно ласкали его кожу, распаренную после душа, а губы добрались до нужного места.

– Тебе же нравится так?

Не так он представлял этот момент.

– Откуда…

Он хотел спросить, откуда она знает, что прикосновение к одной из точек на шее приводит его в экстаз, но едва переводил дыхание от её прикосновений.

Промурлыкав, она добавила:

– Ты такой сильный, прекрасное тело. И оно мне очень нужно…

Рия настойчиво пробежала пальчиками по его животу, повторяя линии мышц.

Несмотря на то что сейчас происходило в его голове, Калай не хотел убирать её руку. Он готов был свернуть голову Гоззо за то, что видел в коридоре, но с ним разберётся потом.

А сейчас боец притянул девушку к себе. Прихватив её за волосы, она податливо выгнулась, запрокинув голову, позволяя накрыть её губы своими.

В этот момент что-то больно сжалось в его груди, заставляя застонать, стиснув зубы. Девушка приняла этот стон, как за согласие, лаская его ещё больше. А его мысли были уже далеко. Перед глазами промчался вихрь эмоций. Чужих. Её.

Обрывки, скорее как воспоминания, чем что-то полноценное, как было впервые при их объединении, раздираемое безумной болью:

Холод сковывает тело. Какой-то разбитый коридор корабля, а рядом Гоззо, вид которого оставляет желать лучшего. Страх. Который разрушает изнутри. И что-то мелькает быстрое и ловкое. Не разобрать, что за существо. Когти дерут броню, как будто это не титанум, а бумага, а отчаянье на грани безумства.

И адская боль, заглатываемая тьмой…

От осознания увиденного Калай готов был закричать от бешенства! Внутри всё оборвалось. Почему они не отправили сигнал бедствия?

И кто ЭТОперед ним вместо землянки?

Коммуникатор на его руке засигналил, разряжая напряжённую обстановку. Девушка недовольно отстранилась от Калая, который с трудом переводил дыхание, приходя в себя от увиденного.

– Ответь, я подожду. Иначе он только мешать будет.

Калай быстро пробежался взглядом по комнате, оценивая, как быстро доберётся до своих тайников с оружием.

– Конечно. И я тебе покажу свои лучшие приёмы.

– Жду с нетерпением.

Боец с огромной выдержкой активировал наушник и принял вызов командира. Оттуда раздался шорох и встревоженный голос.

– Калай, срочно на мостик, у нас чрезвычайная ситуация…

– Кто это? – мурлыча, проговорила Рия.

Рейнарг услышал её голос, и очень медленно спросил:

– Ты с Рией сейчас?

– Да, – коротко ответил Калай, чувствуя напряжение в голосе старшего.

– Она не слышит?

– Нет.

– Нам сейчас поступило два сигнала с Лайза. Два. Сигнала. Бедствия. – Выделил он это своей интонацией. – Один прислал Гоззо, второй – Рия. Так что рядом с тобой – не она.

– Я уже знаю.

– Хорошо. Мы ищем сейчас на корабле Гоззо или кого-то, кто здесь вместо него. Ты справишься? Я уже отправляю к тебе подмогу.

– Принято, отбой, – отключившись, он покосился на девушку.

Картина начала проясняться. Их с Гоззо странное поведение, вдруг возникшая из ниоткуда связь, и самое главное – то, что Калай не чувствовал запаха Рии.

А сейчас настоящие Рия и Гоззо застряли на той планете, и только лишь потому, что корабль не ушёл с орбиты, их сигнал был пойман.

Внутри него что-то взорвалось. Он отшвырнул псевдо-Рию от себя.

– Ты кто на самом деле?

Она злобно усмехнулась.

– Быстро же ты догадался, – ответила она и кинулась вперёд, принимая свой истинный облик.

– Метаморф!

Он отшвырнул псевдоземлянку от себя, но та зацепила когтями его плечо, оставляя глубокую рану, и ловко отпрыгнула в сторону.

…Отдай своё тело!..

Боец, превозмогая боль, метнулся к столу и присел, вытаскивая парализующий бластер из-под стола. Выдернув оружие, Калай сделал точный выстрел в метаморфа, попав в ногу. Существо затряслось в судорогах и упало плашмя на пол, сбивая стул и всё, что было на столе. В этот момент в комнату влетели ещё пару боевиков и подстрелили её. Тело рухнуло на пол. – Спасибо, парни, – махнул он им, – но я бы справился сам. Парни одобрительно загудели, мол, мы знаем, но приказ рейнарга. – Собирайся, Калай, – подошёл к нему Локо, пока остальные грузили тело. – Полетим через пять минут спасать ребят.

Боец кивнул, и быстро надев на себя форму, вышел за остальными. С ранами разберётся позже.


В челноке уже сидел Док и несколько ребят из зачистки. Все расселись по местам, и корабли вылетели в пункт назначения. Ларгаззи указал на место рядом с ним и открыл небольшой чемоданчик, наполненный медицинскими препаратами.

– Садись, я сейчас осмотрю твои раны. Но как вернёмся, буду ждать у себя. Раны от метаморфа могут быть смертельно опасными. Не хватало ещё подцепить какую-то заразу.

– Я знаю. Делай пока что надо, а там разберёмся.

Калай медленно стащил свою форму, уже пропитавшуюся кровью из раны. Метаморф хорошо прошёлся по нему. Но бойцу не привыкать, он и не такие повреждения получал.

Пока Ларгаззи начал обработку, Калай обратился к команде:

– Бриен, что слышно с планеты?

– Мы пытаемся с ними связаться, но пока без результатов. Активны только маяки.

– Они передвигаются?

– Нет. В том-то и дело, что нет. Обездвижены.

– Это не есть хорошо. – отозвался Янро.

– И они находятся в разных местах. – продолжил Бриен

– Это не то, что нехорошо, это просто хреново. – Локо согласно кивнул, поддерживая Янро.

– Следом за нами спускается второй шаттл, они заберут Гоззо. – Бриен продолжал докладывать. – Наша задача – забрать землянку.

– Принято.

Ларгаззи закончил с обработкой раны и добродушно похлопал его по здоровому плечу:

– Готово. Постарайся сейчас сильно не напрягаться. Раны закрыл, обезболивающего хватит на операцию по спасению. А дальше не затягивай.

Калай натянул обратно форму, разминая руку.

– Знаю, спасибо. Надеюсь, они не сильно пострадали.

Ларгаззи убрал всё в чемоданчик, выдохнул и начал изучать что-то на коммуникаторе. Калай облокотился затылком об стену шаттла. Какой же он дурак. Он их придушит собственными руками.


На планете первый отряд быстро рассредоточился и выдвинулся к маячку девушки. Путь уже был известен, поэтому они быстро повторили свой первоначальный маршрут. Когда вошли в центральный зал, их глазам предстал ужасающий вид. Всё было в чёрной крови метаморфа, тело которого лежало неподвижно в отдалении. От него же тянулся кроваво-красный след девушки. Рия лежала без движения рядом с чем-то, похожим на глушилку, с торчащей из этой штуки железным стержнем. Калай поспешил вперёд к девушке, Док едва поспевал за ним. Но, подойдя и взглянув на её неподвижное тело, Калай замер на секунду. Ларгаззи поспешил опуститься рядом с ней. – Помоги мне перевернуть её. Ага, вот так. И пока не мешай. Калай осторожно перевернул её, положив голову девушки к себе на колени и убирая налипшие волосы с её лба. – Жива. Просто без сознания. – боец внимательно изучал лицо девушки. Розовый цвет её губ сменился на нездорово бледный. Всё лицо было испачкано кровью двух рас. Он многое видел в своей жизни, но сейчас, при виде такой хрупкой девушки, противостоявшей врагу в одиночку, его одолевали противоречивые чувства. Калай тихо обратился к Доку: – Может быть, ей кто-то помог? Или что-то? Она же не могла убить его в одиночку? Ларгаззи пока сканировал её тело, уделяя особое внимание повреждениям на ноге, покосился на него. – Глубокая рана. Не зря всё же метаморфов опасались все разумные существа. Посмотри на броню. Здесь уж хоть какой сплав, против их когтей ничего не поможет… – Понимаю твоё беспокойство. – Док согласно кивнул. – Только пока не до этого. По-хорошему её надо в медкапсулу и срочно. Но есть риск недотянуть. Док спешно разложил свою аптечку и, подумав секунду, достал лекарство. – Должно помочь остановить кровотечение. Хотя я не знаю, как отреагирует её организм. – Какие риски? – Мы или добьём её сейчас, или поможем. – Выбора нет, делай что можешь. Док кивнул и быстро сделал всё необходимое. Закрыв рану, отстранился. – У неё здесь проходит вена, но её не зацепили. Ещё бы немного, и всё. Калай сглотнул от ужаса. И только сейчас почувствовал, что девушку начала колотить мелкая дрожь. – Что-то не так. Ларгаззи ещё раз просканировал, и его глаза округлились ещё больше. – Калай, поднимай её, срочно в шаттл, и на корабль в медкапсулу. Температура тела поднимается неестественно быстро. Если там не сможем выходить, значит, ничем уже не поможем. Боец спешно поднял девушку на руки и направился к выходу. Остальные бойцы потянулись следом, кидая последние взгляды на труп метаморфа. – Это что, она убила эту тварь? – поразился Локо. – Посмотри, какие раны. Что за оружие может нанести их? Янро подозрительно окинул взглядом ещё раз поле боя и спешно пошёл за остальными:

– Не знаю, Локо… И даже знать не хочу.


## Глава 12

Сознание вернулось быстро и болезненно. Бедро раздирала тупая боль, распространявшаяся отголоском по всему телу, отчего в пробуждения мне захотелось взвыть, но я лишь стиснула сильнее зубы. Свет пробивался сквозь веки, и я медленно открыла глаза, пытаясь понять, как далеко от меня эта тварь. Одним взглядом пробежалась по окружающей меня обстановке, и лишь через минуту ко мне пришло понимание, где нахожусь. Неужели нас спасли? Приподнявшись на локтях, убедилась, что я в медотсеке на «Быстром». Меня разместили на лечебной койке, в окружении разнообразных систем и датчиков, сейчас частично подключённых ко мне. Остальные кровати были свободны, кроме стоявшей рядом. На ней благополучно спал Гоззо. Даже скорее дрых, а не спал, похрапывая и прижимая к себе подушку. Но в отличие от меня, облачённой в какую-то больничную пижаму, он был при форме корабля, да и вообще не выглядел раненым. Весь свеженький такой. Интересно, это я так долго была в отключке, или он так быстро вылечился из-за особенностей своей расы? Не спеша и поглядывая в его сторону, я аккуратно сняла с себя все провода и тихо уселась на край кровати. От этого простого движения боль в ноге отозвалась с новой силой, и я машинально накрыла бедро, сжав кожу в надежде, что это облегчит страдания. Продышав секунду, я отодвинула пластырь и посмотрела на рану. На ноге теперь красовался огромный, но всё ещё воспалённый шрам. Чтобы я раз ещё спустилась на какую-либо планету. Никогда. Хорошо хоть ногу мне спасли, а не отрезали к чертям. Закусив губу, я встала на пол и осмотрелась в поисках одежды, так как ходить в этом пижамном безобразии было невозможно. Но рядом ничего не оказалось, поэтому я решила будить бывшего раненого. – Эй, – тихонько окликнула я его, пытаясь не нарушить тишину медотсека. – Гоззо? Никакой реакции. Медленно прихрамывая, я подошла к нему. Эти три шага дались мне тяжело, но, думаю, расхожусь. Остановилась напротив Гоззо и присмотрелась внимательно. А вдруг это не он, а этот метаморф? Хотя нет, зачем спасать меня и потом оставлять одну, если здесь бродит двойник. – Гоззо? – я подёргала его за рукав, он пошевелился и только через секунду окончательно проснулся. Непонимающе посмотрел на меня и улыбнулся. – Рия? Очнулась? Я кивнула в ответ. – Все с ума сходят, Рия. Ждут, когда ты придёшь в себя. – А долго я провалялась тут? – Несколько дней, это точно, – он потянулся во весь свой рост и уселся на кровати. – А ты чего такой бодрый? Будто и не был на грани? – села я рядом с ним, снимая напряжение мышц в ноге. – Меня подлечили в медкапсуле, там регенерация происходит в несколько раз быстрее. Тебя, кстати, тоже, но ты почему-то только сейчас очнулась. Ларгаззи уже не знал, как тебя привести в сознание. Ты, кстати, молодец, справиться с той тварью не каждый сможет. Да уж, в кошмарах теперь это будет сниться. – А двое на корабле? – Убиты. Одного метаморфа убили в комнате Калая. Очень уж им приглянулось тело нашего командира. А второго нашли в машинном отсеке, он успел убить двух техников и воплотиться в них, его долго искали. Пришлось за ним побегать. – Жутковато. – И не говори. Мне только одно неясно. Как ты смогла убить одного из них? Вспомнив, как всё внутри поглотила Галейма, она осторожно улыбнулась, стараясь на лице выдать искреннее удивление. – Я? Сама… не понимаю, как так вышло… Звук коммуникатора Гоззо спас её от нелепых объяснений. Боец недовольно выдохнул. Ему явно не хотелось уходить отсюда. – Ладно, я на вахту, скоро Док подойдёт, – Гоззо спрыгнул с кровати и неожиданно ловко и одновременно ловко подхватил меня на руки и отнёс обратно к кровати. – Да я и сама могла бы… – Мне несложно. Лучше, чтобы ты была там, где должна. Иначе Ларгаззи меня больше не пустит к тебе. И я правда рад, что ты очнулась, – добавил он. – И я рада, что ты живой, но теперь можешь отпускать меня, – подрыгала я здоровой ногой. Позади нас хлопнула дверь, да так, что я успела только выглянуть из-за плеча бойца на вошедших. Ларгаззи удивлённо хлопал глазами, а Калай стоял мрачнее тучи. – Гоззо, ты про вахту не забыл? – уточнил сквозь зубы боец, покосившись на нас. Гоззо молча усадил меня на кровать и направился к выходу. – Калай, – коротко он ответил на приветствие и удалился из медотсека. Ого, мне показалось или это была капелька ревности? Несмотря на эту странную сцену, Док подошёл ко мне, а Калай, сложив руки на груди, остался у двери и стал изображать вышибалу. Ну, в самом деле, чего он так нахохлился? – Рийка, рассказывай, ты как? – Док начал сканирование и осмотр раны. – Уже видела, как я тебе ногу подлатал? – Да вообще супер, – согласилась я, – у нас обычно швы накладывают, заживает потом месяцами, а тут уже затянулось. Фантастика! Ларгаззи хмыкнул, явно довольный, потом быстро обработал какой-то мазью рану и закрыл её. – Ну что же, всё идёт по плану, не так, как хотелось бы быстро, но в целом твой организм хорошо воспринял наши методики. Ко всему, – добавил довольный Док, – пока ты была без сознания, я взял твою кровь на исследования. Напишу потом научную работу. Это будет прорыв! – Да, конечно, исследуй сколько надо, – согласилась я, кто знает, как потом это может пригодиться. – Держи мазь, она обезболивает. Вот пользуйся, когда будет совсем тяжко, – он вручил мне небольшой тюбик без надписей, – если закончится, говори. У нас этой мази на целый флот закуплено. – А что с камнем? Его же привезли? Не забыли там? – Доставили, конечно, ждали, только когда ты придёшь в себя. Нам же надо понять, как всё это связано с Галеймой. – Я доложу рейнаргу, что ты очнулась. Завтра и соберёмся, посмотрим на него, – наконец заговорил Калай и развернулся на выход. Помялся секунду и повернулся снова ко мне сказав: – Ты молодец, не растерялась. После чего вышел из медотсека. – Чего он такой? – уточнила я у Дока, но тот лишь пожал плечами. – А в комнату можно идти? – Нежелательно, я рекомендовал бы ещё полежать здесь, под присмотром, так сказать. – Док, а где мне одежду и обувь взять? – Твою старую утилизовали. А новую должен был Калай занести, забыл, что ли? Я хмуро зыркнула на него, а он решил быстро смыться вслед за бойцом. – Док, погоди. Я хочу в комнату, как мне идти сейчас? – Ой, рейнарг вызывает. Пока Рия, – и он убежал. В прямом смысле.

– Да у тебя же даже коммуникатор не пищал! – крикнула я ему вслед, но моя реплика осталась без ответа. Вот подстава же. Не очень-то приятно разгуливать в какой-то пижаме, которая едва до колен доходит. И тем более, опять босиком. Ведь специально Калай не принёс, чтобы не смылась куда-нибудь и опять во что-нибудь не вляпалась.

Не знаю, сколько времени я так провалялась, но здесь мне точно уже делать нечего. Не спеша, я встала и направилась к выходу. Похоже, сейчас ночное время, было мало народу, но те парни, что встречались мне, приветливо кивали и здоровались. Мне же оставалось принимать невозмутимый вид – с гордо поднятой головой и зажатым в руках мазью, я, прихрамывая, топала босиком по отсекам. – Эгей! Рия! – раздался довольный вопль позади меня, когда я уже почти добралась до своей каюты. Я обернулась – в начале коридора стояли Рейко и Калай. Закон подлости работает в полную силу. Рейко, не особо церемонясь, чуть ли не подлетел ко мне и начал зажимать в объятиях. – Ох, ты наш маленький боец! – довольно тискал он меня. – Эй, Рейко. Полегче, ты меня раздавишь! – засмеялась я, но всё же приятно, что тебя так рады видеть. – Как твоя рана? – спросил он, но тут влез Калай. – Ты чего ходишь в этом мешке по коридорам? – Что одели, в том и хожу, – парировала я. Он хотел было что-то съязвить в ответ, но лишь добавил: – Твоя новая одежда у тебя на кровати. Рейко, идём, работа не ждёт. – Спасибо, Калай, – ответила я. Но всё же такая холодность в его голосе меня удивила. Ведь я помнила ту боль, когда он увидел нас с Гоззо. Точнее – думал, что увидел. И в медотсеке – опять повторилось. Мне показалось на мгновенье, что Калай что-то испытывает ко мне. А теперь вот так. Это путает только. Но может, и к лучшему, не время сейчас разбираться с возможными интрижками. – Рия, попозже увидимся, заходи в столовку на эээ… завтрак уже, – сказал Рейко, и на этом мы разошлись. Я посмотрела им вслед. Странно же всё. Добравшись, наконец, до комнаты, я нашла на кровати небольшую коробку. Даже не хочу знать, как её занесли ко мне, когда двери были закрыты. В ней было два комбинезона, куртка, сапоги и… нижнее бельё. Мой размер. И откуда они берут девчачьи вещи на военном корабле, полным мужчин? Повертев всё это в руках, я пошла в душ. Обязательно надо узнать у Дока, откуда одежда. Быстро умывшись, я легла отдыхать. Мазь действительно помогала, и боль уже почти не ощущалась. Следующий день прошёл спокойно, без лишних приключений. Я полдня провалялась, никуда не выходила и спасалась только сухпайками. Ближе к вечеру мы с Доком уже сидели у рейнарга в кабинете и ждали, когда парни притащат нашу находку. Её никто не трогал без меня. С Ларгаззи мы мило общались и обсуждали второстепенные вопросы, в основном касающиеся здоровья людей. Заодно я выяснила, что форма для девушек вполне настоящая и её держат на каждом флоте на случай, если кого-то вот так приютят на корабле. Это происходит крайне редко, но регламент есть регламент. Потом Док рассказал, как ловили одного из метаморфов. Я задумалась. – Рия, ты в порядке? – спросил Ларгаззи, внимательно глядя на меня. И тут я вспомнила про ту странность: мне показалось, когда Калай в первый раз схватил меня и обнюхал, он что-то сказал тогда… – Док, а что значит «карх нис никрехт»? Или что-то типа того, не помню дословно, – посмотрела я на него, а он встрепенулся. – Ты, наверное, слышала так: кархэ низ никрэхт? Хмм, это Калай сказал? Очень интересно… На ромушском дословно это значит – от тебя пахнет… – Пахнет? – я вопрошающе глянула на Дока и еле сдержала позыв понюхать подмышки. – Видишь ли, у ромушей очень странный выбор союзников среди своих. А именно – по запаху. Они разделяют всех на три типа. На тех, кто для них никак не пахнет, и они не слышат их. То есть, конечно, у существ есть запахи, но они их практически не воспринимают. Это, считай, все мы, другие расы. А среди самих ромушей – ещё два типа. Кто пахнет отвратительно – то есть враги, они никогда не будут ни семьёй, ни союзниками. И есть те, кто пахнет прекрасно, это друзья и члены семьи. – Интересно, и как же пахну я? – съязвила я. Док сложил руки на груди и откинулся в кресле, отвлекаясь от своих записей. – А как ты сама думаешь? – Я? В это время нас отвлекли вошедшие бойцы, они притащили огромный камень и водрузили его на пол. Командир вошёл следом за ними, я его ещё и не видела с прошлого раза. – Рия, как самочувствие? – поинтересовался он, пока Рейко и Калай усаживались. – Всё отлично! – сложила я пальцы в знак ОК и улыбнулась. Краем глаза заметила, как сидевшие рядом пытаются повторить незаметно этот жест. М-да, хорошо хоть они не знают ничего про средний палец. – Это хорошо. Я поражён, что в такой сложной ситуации ты справилась лучше любого бойца. Честно, не ожидал. Его реплике я только улыбнулась. Да что уж, мы, земляне, такие, практически из любой ситуации выходим с лёгкостью. – Ну что же, приступим. Времени у нас мало. Мы через три дня прибываем на станцию межгалактического Совета… Вокруг все притихли и напряглись. Ничего хорошего это не предвещало. – К сожалению, я не знаю, что они решат по поводу тебя, Рия. Ты очень ценная, и совет требует привезти тебя. Несмотря на то что нам разрешили исследовать тебя и твоё объединение с Калаем, сейчас, узнав о Галейме, пришло новое распоряжение сверху – вернуть тебя. И мы на этот приказ никак не можем повлиять. – А что они могут решить? Какие есть предположения или варианты? Заморозить, убить? – уточнила я с нервным смешком. – Они могут тебя оставить под наблюдением того же Совета, возможно, даже под арестом из-за Галеймы и твоих ви́дений, но лишь до выяснения всех обстоятельств, – ответил Док, грустно взглянув на меня. – И выбора у нас нет никакого? – я глянула на рейнарга и ребят. Калай сидел, молча глядя на стол и сжимая кулаки. Рейко что-то обдумывал. – Нет, Рия. В нашей иерархии слово Совета главнее всего, любое непослушание – это измена. Мы не можем пойти против них, извини, – ответил командир. Я вздохнула. Новости были неприятные. Похоже, выбора действительно не было, и я – так или иначе – везде заложник. Что здесь, на корабле, никуда не сбежишь, что там. Дома теперь у меня не было, и в целом, наверное, мне должно быть без разницы, где находиться, но мне не было всё равно. Я переживала. К этим ребятам за это время я хоть как-то привыкла, а там, скорее всего, из меня сделают подопытного кролика. И тогда ни поиска землян, ни раскрытия тайны с Галеймой… – Ладно, с плохой новостью закончили, теперь давайте к делу, – продолжил рейнарг, – пока у нас есть время, давайте выясним, что этот камень нам даст. Рия? – и он жестом пригласил меня к постаменту. Я сразу поняла, что от меня хотят. Опять найти контакт и увидеть что-то, что поможет нам разгадать загадки Галеймы. Я встала, и со мной встал Калай. – Я подстрахую, – уточнил он. Мы подошли к камню, и я уселась на пол – если и отлечу, так хоть не далеко и не больно. Калай сел лицом ко мне и протянул руки.

– Это обязательно? – спросила я, но он молча обхватил мою голову руками и прикоснулся лбом. Я же правой рукой дотронулась до камня.


Закрыв глаза, я вдохнула морской воздух… ветер начал играть с волосами и обдувать лицо… да, я вернулась сюда.

– Куда идём? – уточнил Калай, встав рядом со мной.

Я осмотрелась. На утёсе старика нет, безликих чудовищ тоже не видно. Но в этот раз недалеко от скалы виднелись дома.

– Идём туда, в ту деревню, – указала я Калаю.

– Что это такое? – переспросил он, удивлённо глядя на дома.

– Деревня – это небольшие поселения, – объяснила я, и мы пошли вперёд, пробираясь через заросли травы. – У людей они бывали довольно часто. У вас нет такого?

– Ну, не то чтобы нет, но совсем другой масштаб. И не деревни они называются, а базы.

– Никакой романтики, – подытожила я, продолжая идти, ладонью гладя травы. Да, однозначно флора здесь была похожа на земную. Та же трава, то же солнце, то же море. Я скучала по всему этому и сейчас наслаждалась моментом.

Мы достаточно быстро добрались до небольшого поселения. На удивление в нём кипела нормальная жизнь, ребятня бегала по дворам, женщины и мужчины были заняты разными делами, кто сидел на лавочке, кто в огороде копался, но это была самая настоящая жизнь. Существа эти внешне не отличались от людей, только одежда была странной. Лиц же я не могла разглядеть детально.

– Вот что-то совсем это на видение не похоже. Натурально как-то, – поделилась я своими мыслями с Калаем.

– Ты права, – согласился он, подняв с дороги веточку и покрутив её в пальцах.

Я направилась прямиком к одной из женщин, но здесь боец остановил меня, взяв за руку. Я недовольно посмотрела на него, но он указал мне в сторону. Переведя взгляд туда, я увидела того самого старика. Он сидел на окраине деревни у дома и что-то перебирал в руках.

– Пойдём, – сказал Калай и потащил меня за собой к Ведуну.

Выбраться из его стальной хватки мне не удалось, и всё, что я могла, это чуть ли не бежать, прихрамывая, за ним.

– Дитя… – заметил нас старик и встал с места, придерживаясь за стену, когда мы остановились напротив него.

– Здравствуйте, Ведун, – я кивнула ему в знак приветствия и выдернула руку у Калая.

– Молодец, что вернулась. Я смотрю, ты привела истинного проводника. Такая редкость, – промолвил он, изучая нас.

Мы с Калаем переглянулись.

– Мы хотим задать вопросы про Галейму, – начала я, – что это за безликие существа, которых я видела в другом видении? Почему Калай – проводник? Все говорят, что Галейма уничтожает всё, так ли это?

– Много вопросов, дитя. Но пока есть немного времени, я отвечу тебе, – кивнул старик и пошёл в сторону моря, к краю утёса – туда, где мы встретились впервые. Только не было никакой деревни в тот раз.

Мы с Калаем без лишних вопросов пошли за ним.

– Начну с самого начала, чтобы ты поняла суть. А в детальных вопросах придётся тебе разбираться самой. Наша планета и всё, что ты видишь вокруг – это и есть та самая Галейма, но это ты уже и так поняла. Это наша земля, это наш мир. Жители здесь мирные, жили мы небольшими поселениями, такими, как это. Такое уединение выбрано нами неспроста… Раса наша как лакомый кусок для сверхдержав. Мы могли запросто заставить кого-то служить нам, направлять потоки мыслей в настоящее действие. И, как видишь, в вашем мире есть порталы, чтобы попасть на ЭТУ сторону, причём спрятаны они в разнообразных предметах. Воспользоваться ими могут только дети Галеймы, а вот удержать связь – только проводники. Но всех проводников уничтожили, чтобы закрыть связь, а вот ты нашла его… Это редкость.

– А эти твари… они хотели убить Калая…

– Он – помеха, – он взглянул на нас внимательно и продолжил: – Ну, так вот. Жили мы в мире до тех пор, пока на нашу планету не прибыли Воцки, боевая раса с планеты Иргиз, и с их подачи нас превратили в рабов для захвата других рас. Мы стали ужасом для всех. Сами они находились в тени. Воцки проникали в наши головы, заставляя применять наши способности против других рас. Но произошло нечто, что объяснить, наверное, уже никто не сможет. После очередного набега на чужую планету, нам, наконец, смогли дать отпор. Нас заточили на обратной стороне вселенной. Мы проживаем свою жизнь в совершенно других временных рамках. Когда у вас проходят сутки, у нас – всего пара минут. Наверное, мы умерли, а наши души до сих пор мечутся между жизнью и смертью.

Мы остановились на краю утёса. Было хорошо слышно, как внизу волны разбивались об ска. Старик взглянул вдаль, потом на нас.

– Ты одна из нас. Не просто дитя Галеймы, ты просто такая же, как мы, – бросил он небрежно.

– Я? – глупо переспросила его, ничего не поняв.

– Ты должна будешь решить, с кем ты пройдёшь свой путь. Пойдёшь ли на стороне Воцки – или же сможешь бороться. Раз в сотню лет появляются четыре дитя Галеймы. Они несут хаос и разрушения, какова их цель – цель Воцки – неизвестно. Но всё же ты пришла к нам. Ты первая из всех, кто смог найти нас. В тех камнях содержатся переходы. Они могут быть активны только раз… – Ведун обернулся, резко вслушиваясь в ветер.

Я напряглась и тоже посмотрела туда, вслед за мной это сделал и Калай.

– Вам пора идти, – стал он торопить нас старик.

– Но мы почти ничего не узнали, – разочарованно ответила я.

– Ищи ответы и остальных детей. Идите, пока Воцки вас не поймали.

Я обернулась и увидела, что вдали стали появляться эти безликие твари. Жуткий ужас пронзил меня.

Твари заметили движение на утёсе и рванули в нашу сторону.

– Калай, уходим! – дёрнула я его за рукав, но дальше всё стало происходить слишком быстро. В какое-то мгновение ноги перестали меня слушаться и, обернувшись к Калаю, я увидела, что с ним творится то же самое. Но в это мгновение Ведун выставил руки вперёд, и нас его силой оторвало от земли и скинуло с утёса. С диким криком мы полетели в пучину моря. Тупая боль обожгла мне лицо и тело. Вода моментально проникала в уши, нос и рот, ледяной холод пробрал до костей.

Ещё мгновение – и Калай тряс меня как грушу, а я кашляла, сплёвывая воду, которая успела всё же попасть мне в лёгкие.

– Рия, ты как? Нормально?

– Я… всё… я нормально… – отмахивалась я от него. Проморгавшись, осмотрелась. Передо мной сидел весь мокрый боец, волосы налипли на его лицо, одежда облепила тело. Мой вид явно оставлял желать лучшего. Вся одежда отяжелела, было мерзко и хотелось как можно быстрее всё мокрое снять. А рядом сидели Док, рейнарг и Рейко – и были они весьма и весьма озабочены и удивлены.

– Вам полотенце, может? – спросил Док, глядя на лужи.

## Глава 13

Тёплые струи воды стекали по лицу, пока я пыталась обдумать всё то, что сказал Ведун. После того как мы с Калаем очнулись в огромных лужах, стало понятно, что всё это совсем небезопасно, и видения – не просто мои мысли. Это был некий параллельный мир. Как там говорил Ведун? Они на обратной стороне Вселенной. Это как? Это где? Видимо, они действительно были очень сильные, раз уж смогли оставить за собой такие порталы.

Когда мы пришли в себя, Калай помог мне подняться, лишь тогда мы смогли рассказать обо всём, что видели. Игнархэд внимательно нас выслушал, ничего не прокомментировал, задал пару уточняющих вопросов и отправил нас по комнатам. Наверное, ушёл думать, что делать дальше с этой информацией. Ведь выходит, что все представления о Галейме были ошибочны, и истинная угроза была от некой расы Воцки, этих безликих существ. А жители Галеймы оказались просто идеальным инструментом в борьбе за власть.

У меня, конечно, осталось много вопросов, например, самый главный: как найти остальные порталы, которые откроют истину? И как понимать слова Ведуна про четырёх детей Галеймы? Не хотелось бы быть одной из тех, кто уничтожит всё живое. Это похоже на всадников апокалипсиса. Может, все же они реальны и однажды добрались до Земли, уничтожив её? И если предположить, что я одна из них, то кто остальные трое? Мог ли Макс быть одним из них? Ведь он как-то выжил. И он знает что-то про тех, кто нас выбрал. Кого он имел в виду? Воцки или Галейму? И вообще, кто ещё из землян выжил? Как нам найти третий корабль?

Сквозь шум воды я услышала пиликанье коммуникатора. Выглянув из душа и дотянувшись до него рукой, я посмотрела на экран.

– Да, Рейко, чего случилось? – включила я громкую связь.

– Рия, у нас сегодня вечеринка по поводу окончания краковского периода, собирайся быстрее, и к ночной вахте мы зайдём за тобой, – сказал быстро он. – Возражения не принимаются. Отбой. И хватит плескаться. Я всё слышу. Мало накупалась сегодня? – добавил он и заржал в коммуникатор. И лишь потом отключился.

Я покраснела и выключила воду.

Вечеринка? До ночной вахты оставалось всего пара часов. А начальство вообще в курсе? Ой, какая разница, хоть немного позитива в этом странном и диком для меня мире уж точно не помешает. Всё равно скоро сдадут меня Совету, и будет мне не до веселья. Я быстро вылезла из душа и пошла собираться. Жаль, косметики нет. Хотя и без неё всё было неплохо.


Мы шли по тёмным коридорам корабля. Свет здесь совсем был тусклым, но, может, это было так задумано? Впереди шли Бриен, Локо и Гоззо, потом Янро и мы с Рейко. Калая не было видно, и я немного расслабилась. Таким же составом они вежливо чуть ли не ввалились в мою каюту, забирая меня. А сейчас уже минут пять мы топали по кораблю, обходя все лифты. В этом же потоке шли другие парни. Мне было очень интересно посмотреть на их вечеринку. Она такая же, как у нас? Или нет? Как-то даже не верится, что на корабле такое делают.

Мы добрались до какого-то отсека и вошли в помещение средней величины. Я даже остановилась от увиденного. Это действительно напоминало какой-то «закрытый» клуб. Достаточно громкая музыка била по ушам, в отдалении виднелась барная стойка, за ней орудовал наш повар, разливая напитки. Большинство парней рассаживались группами на диваны, стоявшие вдоль стен, и болтали между собой, смеялись, пили и в целом беззаботно проводили время. Очень знакомо – совсем как у нас, на Земле. За некоторыми столиками играли во что-то, похожее на карты.

Меня в спину стал подпихивать Рейко, чтобы я освободила проход другим, потом он потащил меня к стойке. Бармена нашего звали Зейн и, заметив нас, он приветливо кивнул. Сам он был больше меня раза в четыре по комплекции, и в обычный день был местным поваром в столовой.

– Что будешь, малышка? – спросил он у меня, и я растерялась. Я даже понятия не имею, что у них здесь в ассортименте.

– Я так подозреваю, что пива нет? – улыбнулась я. Всё же приятный он, всегда пытается мне добавку дать. Откармливает.

– Нет, Рия, я даже не представляю, что это. Но я знаю, что тебе понравится, – он выставил передо мной стакан и быстрыми движениями налил в него подозрительную жидкость, а потом жестом предложил мне выпить.

Рейко тоже попросил себе выпивку и выжидающе глянул на меня.

Я подозрительно подняла стакан и отпила. На вкус как обычный апельсиновый сок. Я даже удивилась. Выпила остаток залпом. У них здесь, наверное, алкогольного-то и нельзя.

– Да, ты был прав, Зейн, хорошая вещь, – улыбнулась я ему и заметила, с каким любопытством на меня все смотрели. – Вы чего?

– Рия, ты сейчас выпила залпом один из сильных алкогольных напитков, подходящий всем расам, – вставил Рейко, – девушки у нас не могут так пить. Этот напиток обжигает горло, и после него можно впасть в эйфорию, поэтому его пьют неспеша.

– Эйфория, говоришь? Нальёшь ещё? – пододвинула я стакан Зейну. Он только хмыкнул и быстро повторил. – Это то, чего мне давно не хватало, с самого пробуждения.

Рейко скептически посмотрел на меня, но останавливать не стал.

К стойке подошли Локо и Гоззо и кивнули Зейну.

– Как вы, ребят? Калая не видели? – спросил Локо у нас, пережёвывая что-то на ходу.

– Скоро придёт, – ответил Рейко.

Мне показалось, или Гоззо скривился?

– Слушайте, ребят, а это можно вот так на службе выпивать и закатывать вечеринки? – спросила я у них. – На нас враги не нападут?

Они переглянулись и расхохотались.

– Конечно, можно, мы же не всем составом здесь, а только те, кто в прошлый период отбывали на вахте. Поэтому нам сейчас можно отдохнуть, наша безопасность под контролем, – улыбнулся мне Гоззо, – не переживай. Расскажи, лучше, как отдыхали земляне?

Я призадумалась. В студенческие годы мы гуляли так, что вспоминать страшно. Такое им точно рано говорить. А вот в последние годы в лаборатории нашим любимым развлечением во время вечеринки было играть в морской бой.

– Ну, кроме танцев и выпивки, мы играли в одну игру, – с улыбкой сказала я.

– Какую? – с интересом спросил Зейн, остальные прислушались.

– Так, нам надо поделится на две команды. Нарисовать на бумаге поле боя и корабли, и будем по очереди выискивать корабли друг друга и топить. А в зависимости от того, ранен корабль или убит, подбитая сторона выпивает определённое количество стопок, – я заметила, что все внимательно смотрят на меня, и даже будто громкая музыка притихла, – но бумаги у нас нет, – подытожила я.

Пару секунд молчания. Обдумывали.

Тут с места встал Янро и спросил:

– А давай коммуникатором воспользуемся? Нарисуй что надо, а мы голограмму спроецируем.

– Да, это подойдёт, – согласилась я.

– Я в команде Рии, – вставил Гоззо.

– А я против её команды, – как гром среди чистого неба, прозвучал позади голос Калая.

Я обернулась, но ничего не сказала. Выглядел он хорошо, явно привёл себя в порядок после нашего прыжка в море. Внутри как-то всё перевернулось, ещё не хватало мне рассматривать его.

Остальные ребята начали делиться на команды. Когда мы с Янро подготовили поля и нарисовали корабли, началось самое интересное. Вначале все осторожно прощупывали почву в игре, а потом начались первые проигрыши. Первые рюмки и стаканы – и повышался градус веселья. Когда наши корабли подбивали, я даже рада была, что появляется повод выпить. Всё же это напряжение от Калая очень сильно ощущалось несмотря на расстояние между нами, в итоге я уже не знала, куда деться. Но в целом он, как мне показалось, не обращал на меня внимания.

В итоге всем так понравилось, что одной игрой мы не ограничились. Массовое веселье переросло в большую пьянку. Зейн только и успевал разливать, а мы выпивать. Под конец была уничтожена куча флагманских кораблей, и выпито море алкоголя. В какой момент пришла та самая эйфория, обещанная Рейко, я не уловила. Конец вечера помню смутно. Пришёл рейнарг, это точно. И разогнал нас всех спать.


Голова раскалывалась до ужаса. Я поднялась кое-как с кровати и села на край. Глаза было не разлепить. Просидев так с минут пять, обдумывая, бунтует мой желудок или нет, я попыталась вспомнить окончание вечера. Помню, что смеялась много, ребята рассказывали какие-то смешные истории, мы играли. А потом точно видела Игнахэрда.

Он что-то строго говорил про дисциплину и подобающий вид. А я, кажется, говорила, что согласна – нельзя пить на службе. Но хорошо хоть хватило ума не ляпнуть что-то в момент его грозной речи. Блин, не хватало ещё стать главной нарушительницей правил этого корабля. Уж явно теперь Кэп по головке меня не погладит.

В итоге смутно помню, как мы все стали расходится.

Открыв глаза, я осмотрела себя. Не помню, чтобы передавалась, но сейчас я сидела в футболке явно не моего размера, которая была неплохим заменителем пижамы. И чего раньше я не догадалась выпросить такую.

В дверь постучались. Божечки, кого там ещё принесло.

Я тяжело поднялась и подошла к двери. Сил хватило только приложить руку к сенсору.

Открыв её, встретилась взглядом с Калаем. Меня будто током дёрнуло, и от меня не укрылось, как его взгляд пробежался по мне.

– Калай?

Он протянул мне стакан с какой-то жидкостью.

– Пей, это поможет прийти в себя после вчерашнего, – с сарказмом сказал он.

Почему-то я даже не поставила его слова под сомнения и залпом осушила стакан.

– Спасибо.

– Сбор через полчаса в столовой, – вставил он, глядя на мой помятый вид.

– А по поводу чего сбор? – уточнила я.

– Рейнарг собирает, – без объяснений добавил Калай, развернулся и пошёл к себе.

– Калай, постой, – остановила я его, и он нехотя глянул через плечо. – А ты не помнишь, как мы вернулись вчера?

Но он зыркнул на меня так, что я пожалела, что спросила. И ответ его убил меня.

– Помню. Футболку себе оставь, – и на этом ушёл к себе в комнату.

Это что же, его футболка сейчас на мне? Ой, мамочки.

## Глава 14

В столовую я вошла, когда уже почти все были в сборе. Столы были сдвинуты, и все, кто был в комнате, встали в строевые ряды. Все чуть ли не хором сказали мне:

– Рия, привет!

– И вам, ребята, привет, – смущённо поздоровалась я.

С задних рядов мне помахал Гоззо, и я двинулась к нему.

– Привет, здесь становись в ряд, – указал он. – Потом поговорим, времени нет сейчас.

Дожили. Я, как полноценный член экпижа в строевом ряду, буду получать за нарушение устава.

Молча встала, куда он показал. Оглядев ряды бойцов, я поняла, что здесь стоят только те, кто вчера напился вместе со мной. Из тех, кого я знала, здесь были помятые Локо и Бриен. Янро с Зейном стояли впереди, и Калай и Рейко – в самых первых рядах. Я их даже не заметила, как вошла. Ох, что-то ничего хорошего это не предвещает.

Игнархэд вначале злобно окинул всех взглядом, задержав пару раз своё внимание на мне.Ждали мы недолго – вошёл командир, и все встали по струнке смирно. Хорошо, что я на задних рядах и не отсвечиваю.

Потом начал отчитывать, выхаживая по столовой – что так много пить нельзя, что отдых предназначен не для этого… И так долго и муторно, что у меня начала болеть голова, и большая часть его слов прошла мимо.

Напиток Калая, конечно, привёл меня в норму, но не смог убрать все симптомы похмелья. Сейчас бы рассольчику. Интересно, а аналог солёных огурцов здесь есть? Так, о чём я думаю. Соберись, слушай внимательно. Здесь и твоя доля вины есть.

Я опять сконцентрировалась на словах рейнарга. Он уже начал озвучивать наказания. Услышала, как раз, как дошли до наших рядов. Гоззо впаяли две смены ночных дежурств.

– Рия, – начал он так строго, что я вся сжалась. Жутко не люблю попадать под раздачу. – За нарушение дисциплины устава флота назначаю тебе уборку склада на третьем отсеке и помощь Зейну на кухне…

При слове «склад» все как-то напряглись, кто-то выдохнул и вдохнул, шумно втянув воздух носом, кто-то кашлянул.

– Сделать надо всё до прилёта на станцию межгалактического Совета. Вопросы?

Ох, не сиделось же мне в своей комнате спокойно. И не поспоришь, вон здоровые бойцы и слова против не сказали, и я промолчу лучше. Теперь вкалывать надо. Ладно, два дня осталось до прилёта, справимся.

– А инвентарь для уборки, где взять? – просто спросила я.

– Янро покажет и проконтролирует, – ответил командир. – На этом свободны.

И рейнарг быстро покинул столовую. Вот же, ещё Янро не хватало за мной в няньках ходить. Ко мне подошёл Зейн.

– Рия, ты лучше с третьего отсека начинай, долго там провозишься, а у себя я и сам справлюсь, – ободряюще он сказал мне.

– Спасибо, – улыбнулась я и пошла к Янро. Чего уж тянуть.

– Ну что, пойдём за инвентарём, и покажешь фронт работ? – встала я около него.

Мне показалось, или в его взгляде промелькнула жалость? Он кивнул, и мы направились к лифту. Добрались до этого отсека быстро, Янро провёл меня по коридору и остановился у двери.

– Ты готова? – спросил он, я только повела плечами, делать-то всё равно нечего.

Открыв дверь, он вошёл, я – следом. Моему взору предстало большое помещение, напоминавшее склад или библиотеку. Рядами стояли стеллажи, и на их полках находились разнообразные вещи. И всё это добро было под толстым слоем пыли. Космической пыли. И я как-то неуверенно подумала, что вряд ли справлюсь за два дня. Вот поэтому все и косились на меня на сборе. Они прекрасно понимали, какой тут объём работы. Отсюда и жалость во взгляде Янро. Но мы-то не из робких. Глаза боятся, руки делают.

– И где инвентарь? – переспросила я у него.

– Вот в углу. Здесь же и одежда. Твоего размера, скорее всего, нет. Но здесь много конфиската, может, и найдётся чего.

– Я проверю через несколько часов.

После чего быстренько ушёл. Ладно, начнём. Я направилась к стенному шкафу с тряпками и комбинезонами.

Ах вот откуда у них есть женская одежда…

Найдя самый маленький размер и переодевшись, закатала штанины и рукава. Вёдер и тряпок здесь хватало. И это как-то странно, ведь я в будущем. Не могли, что ли, что-то придумать уже от пыли.

– Рия, ты где?Воду я притащила из туалета, который находился по соседству со складом. Перчатки выпросила у дока по коммуникатору, он сам прибежал, отдал, посмотрел, где я отбываю наказание, и убежал. Волосы я завязала поясом из другого костюма и приступила к уборке. Вначале всё вытащила с полок одного стеллажа, протёрла и принялась за следующий. И так – пока весь ряд не отчистила. Потеряв счёт времени и зарывшись в глубине склада, я не заметила, как к ней заглянул Гоззо.

– Гоззо? Иди сюда. Смотри, что я нашла!

Выбравшись из кучи коробов, заваленных всякой всячиной, я помахала бойцу.

– Что там? – он подошёл ко мне, заглядывая к ней за плечо. Я перебирала короб, с надписью «Конфискат 4323».

– Это какие-то археологические находки. Разбитые кувшины. Посуда. Похоже на глину, да. Побрякушки всякие… Представляешь! На Земле бы в обморок упали от таких находок. Это же такая ценность…

– Дай посмотреть поближе.

– Держи.

Пока он разглядывал исторические находки, разместившиеся у него на ладони, я спросила его:

– А ты чего пришёл?

– Думаю, дай хоть воды принесу. – он выудил термос с водой из под подмышки и протянул мне.

Я стащила перчатки и с благодарностью приняла её. Отпив пару глотков, довольно улыбнулась.

– Этого точно не хватало. Спасибо!

У Гоззо пиликну коммуникатор, – он быстро посмотрел на него.

– Так, мне пора.

Скинув все побрякушки в короб, направился к выходу.

– Командир бдит всех. Очень его позлило вчерашнее. Так что лучше не злить его. Увидимся.

Когда дверь закрылась за ним, я устало присела. Нога ныть начала. А мазь в комнате осталась.

Интересно, Гоззо пришёл только чтобы дать мне воды? Или что-то ещё хотел? Не… Нет-нет. Даже не надумывай.

Я отбросила все мысли и принялась складывать вещи на полку, погрузившись в работу. Их бы, конечно, как-то систематизировать. Похоже, это всё с разных планет, типа археологических находок. Некоторые были достаточно современными, всякие приборы, но большая часть, конечно, уже не работала или была разряжена. Да это же настоящий музей! Кладезь находок для ценителей. И чего они тут пылятся?

Вот так в раздумьях пролетело пару часов, и первый ряд был почти готов. Да уж, он был идеален в сравнении с оставшимися тремя. Тело уже начало ныть, желудок урчать, и, наверное, пришло время перекусить. Решила – сейчас доделаю ряд и схожу к Зейну поныть, до обеда ещё было время. Тут я наткнулась на странную железяку, частично напоминавшую браслет. А может, это нечто и было когда-то браслетом, пока время его не испортило, покрыв ржавчиной. Покрутив в руках, я одела его на запястье. Ну, ничего так, раньше, наверное, был красивый.

И как-то неожиданно он восстановился. Действительно, стал целым и начищенным. Так всё странно. Я подняла голову и не поверила своим глазам.


В комнате было холодно. В камине тлели едва тёплые угли. Я пошла к двери, прислушалась. Тихо. Осторожно открыв дверь, вышла в коридор. Похоже, я в каком-то большом доме. С одной стороны – двери в комнаты, а с другой – окна во двор.Находилась я в совсем другом месте, это был большой зал, с множеством книг, расположенных в стеллажах по периметру помещения. Посреди зала стоял стол, стул и недалеко большое зеркало. На столе были разбросаны какие-то бумаги, бусы, браслеты и прочая бижутерия, которая приятно поблёскивала от пламени свечей. Я посмотрела в зеркало и отшатнулась. Глаза светились голубым. Да я сама светилась как фонарь! Видимо, об этом Док и говорил. Жутковатый вид.

Недалеко в проходе послышался смех, я обернулась на звук, стараясь не дышать, и поспешила спрятаться за ближайший столб в помещении. В зал вошли двое мужчин, они тихо что-то обсуждали, что мне пришлось вслушиваться в каждое слово.

– Твой проект затягивается дольше, чем надо.

– Гээджи, я понимаю твоё беспокойство…

Внутри всё перевернулось. Голос до боли знакомый. Осторожно выглянув, я обомлела. Один из мужчин был мне незнаком. А вот второй… Белояр? Что за ерунда здесь твориться?

– Мне надо больше времени. Ты же знаешь, как сложно активировать силу у того, кто ни разу этого не делал. – в голосе Белояра проскочили жёсткие нотки.

Что он имеет в виду?

– Конечно, вам помогает метеорит… Но он мог бы послужить во славу Галеймы, а не прозябать в неизвестности. – продолжил мой старый знакомый, пока я с интересом рассматривала его.

– Друг мой, ты же знаешь, что с этой задачей ты должен справиться сам. – второй не уступал ему. В его ответах чувствовалась угроза. – Без нашей помощи. Или мы ошиблись?

– Нет… Нет, всё нормально. Я справлюсь. Мы активируем силу. Тем более остальные знают, что Галейма активировалась.

Что? Уже все нашлись? Слишком быстро, я ещё не то что одного не нашла, как говорил Ведун. Я даже толком не знаю, с чего начинать.

Так, а что это на шее у Белояра?

Я всмотрелась, и с ужасом поняла, что у него похожий знак на мой. Он и есть второй! Я первая. И ещё двое… И когда мы застряли с Гоззо на планете, я видела не глюки, а… второе дитя?

– Хорошо. Мы доверяем тебе. – мужчина развернулся и поспешил к выходу, но остановился у двери, и не оборачиваясь, обронил: – Вот тебе на подумать. В ближайшее время её переводят на территорию Совета. Там будет уже сложно её достать.

– Я поня…

Я подалась вперёд, но в этот момент меня будто выдернули из этой реальности.

– Я видела Белояра.– Рия, Рия, вернись! – тряс меня за плечи Калай, а рядом стоял Ларгаззи и что-то лихорадочно объяснял кому-то по коммуникатору. Я почему-то была на полу, и у меня жутко болела правая рука и вся правая часть лица. Кажется, я грохнулась на пол, пока мой мозг отправил меня в путешествие по второму миру. Ко мне подскочил док. – Рия, это же опасно, нельзя так рисковать! – причитал он, оглядывая и сканируя меня. – Сильно болит? Калай при этом отошёл в сторонку. Тут уже послышались шаги, и как вихрь влетели Рейко и рейнарг. Оба вначале столбом встали, глядя на вылизанную часть склада. – Ничего себе ты здесь порядок навела, – высказал Рейко мысли всех, подходя ближе. – На какой предмет ты среагировала? – спросил меня Кэп, но Калай уже протягивал ему браслет. – Вот это было у неё на руке. Рейнарг взял в руки, покрутил и отложил на полку. – Похоже на эпоху Лао. Рейко, подними архивы и узнай, на какой планете это было найдено, – начал отдавать распоряжения рейнарг, – ты сама как? Видела что-то новое?

– Кто это?

– Это… – я призадумалась. – Я думала, он землянин. Но нет. Он тоже с меткой Галеймы.

Рейко с Калаем переглянулись.

– И ещё кто-то там был. Тот, кто знает всё…

– Понятно. Не продолжай дальше. Позже поговорим. Ситуация принимает неприятный оборот. – коротко кивнул командир. – До приезда на станцию – отдыхай. Ты хорошо потрудилась тут.

Он кивнул всем и ушёл. За ним пошёл Рейко, Калай помог мне встать.

– Мне надо что-то холодное для лица, – выдала я, потрогав щеку – болело. Синяк, похоже, будет.

– У меня холодные бутылки в комнате есть, – вставил Калай, и Док его поддержал.

– Иди, Рия, как раз там и твоя каюта близко, отдохнёшь.

Я с подозрением посмотрела на них, но ничего не сказала. Ладно, возьму бутыль и пойду к себе.

Мы молча вышли, Док убежал в медотсек, а мы с Калаем поплелись к жилому.

– Ты как? – нарушил он молчание.

– Намного лучше, – ответила я.

– Ты покажешь, что видела? – спросил он прямо.

Я глянула на него, но Калай продолжал спокойно идти рядом, не выражая какой-либо эмоции или заинтересованности.

– Не уверена, что получится, слишком мало я там пробыла.

– Но мы попробуем? – и он покрутил в пальцах тот самый браслет.

– Думаешь, получится и второй раз?

– Кто знает? – пожал он плечами. – Ведь я же истинный проводник, по словам того старика.

Действительно, камни мы по второму разу и не пробовали использовать, а здесь такой шанс. Хоть Ведун и обозначил ограничение, но с Калаем и без камня получилось попасть туда. И, похоже, знаем об этом только мы с ним из всей команды.

Мы дошли до его комнаты, и первым делом он пошёл за холодом, а я уселась на кровать. Надеюсь, не запрет тут.

Калай принёс мне холодную банку, и я приложила её к лицу. Холод моментально остужал кожу, и боль начала сходить.

– У нас времени мало, мы с Рейко на вахты идём отрабатывать, – сообщил он мне и сел рядом. – Пробуем?

– Да, – я взяла у него браслет и надела его. Ничего не произошло. Калай аккуратно обхватил моё лицо и прикоснулся лбом. И почему в эти моменты у меня перехватывает дыхание и учащается пульс? Чувствует ли он нечто похожее?

– Ты не сосредоточена, – спокойно сказал он.

– Да… да… прости, – так же негромко ответила я и закрыла глаза.


Но не получалось мне не отвлекаться. Откуда-то подул сквозняк, и стало очень холодно, на нос будто снежинка опустилась и растаяла, после чего я распахнула глаза.

Холод пробирал до самой кожи, зубы сами по себе стали дрожать. Да здесь, наверное, уже мороз. Эта та же планета, что мы видели с Калаем ранее? – Калай? – тихо спросила я. Но его нет. Почему? Что пошло не так? Немного привыкнув к темноте, я поняла, что нахожусь в том самом дворе странного дома. Надо как-то попасть наверх, в ту комнату, где я оказалась первый раз. Я быстро дошла до первой попавшейся двери, из-под которой струился свет. Открыла её и вошла. Всё указывало на то, что попала я на кухню, где сидели три женщины, скорее всего, прислуга. Хозяева-то вряд ли будут рассиживаться здесь. И смотрели они прямо на меня. Я съёжилась и попыталась объясниться. – Извините, я без спроса… – начала было, но меня перебили не дослушав. – Лайра, а ты чего дверь не закрыла? Мороз, и ветер вон как задувает, что хлопает дверью, – сказала самая старшая и пошла мне навстречу. Я напряглась. Но она уже смотрела мимо меня, и я отошла в сторону. Закрыв дверь на засов, женщина, не спеша, вернулась за стол. Они пили что-то, похожее на чай. Мне бы сейчас тоже чаю. Но я быстро огляделась и увидела проход с каменной лестницей. Надеюсь, меня выведет в коридор. Я прошла всю кухню, обходя стол и стулья, и только на первую ступеньку встала, как услышала тихий разговор. – Ну, так что там с хозяином? – спросила одна из женщин. – Кена, страсти-то какие, – начала средняя, похоже, её как раз и звали Лайрой. – С каждым днём всё хуже, будто дух агонии в него вселился. Он при гостях-то этого не показывает. А вечером идёт в свой подвал, и такие жуткие звуки оттуда идут. И после этого поутру теряются гости, – с серьёзным видом сказала она, что уже мне страшно стало. – Ох ты, батюшки, – ответила ей та, что первой спросила. – Да, – продолжила Лайра, – а давеча грит – девушка-демон привиделась. Ждёт её теперь. Так. Погодите. Это про меня, что ли? – А откуда ты знаешь, ждёт иль нет? – вставила самая старшая. – Мне Петько сказал. А ему госпожа Алька. Мол, на прогулке увидал. – Ой, ну эта та ещё сплетница, – махнула рукой Кена. – Сплетница-то да, – вставила Лайра. – Да только её больше никто не видел после того дня. – От же оно как! – охнула старшая. В этот момент раздался звук колокольчика и женщины встрепенулись. – Ой, понесли быстрее ужин хозяину. Пока не прогневили. Они засуетились, накладывая еду и готовя поднос. Лайра взяла его, а Кена прихватила корзину со всякими булочками. Я же прижалась к стене и дала им пройти, сама направилась следом. Вышли мы как раз на открытый коридор, прошли мимо той двери, что была мне нужна. И что-то подсказывало мне идти за ними дальше. Женщины обогнули целое крыло и стали спускаться по каменной лестнице, освещённой факелами. Мы спустились в подвальную часть и вошли в комнату. Помещение было… странным. Я представляла, что тут будут орудия пыток, кровь по стенам и трупы, но нет. Всё было, как в той начальной комнате. Кровать, тумбочки, кресла у камина, в котором горел огонь, стол, на который водрузили еду. Куча тканей, гобелены на стенах. Пока я рассматривала всё, мои провожатые выложили свою ношу и, прозвенев в такой же колокольчик, быстро удалились, шурша юбками и прикрыв за собой дверь. Я отошла к двери и встала за ней, так что любой вошедший не сразу заметит меня. Ждала я недолго, минут через пять послышались шаги и в комнату ввалилась парочка, больно прихлопнув меня дверью. Я закусила губу, но не издала ни звука. Они же не заметили меня, продолжая весело хохотать. Это оказался Белояр собственной персоной. А рядом с ним была молодая особа в жутко неприличном наряде даже для меня, а я уж чего только не видела у нас на Земле. В какой-то момент взгляд парня изменился, и он одним движением руки, не прикасаясь к девушке, что-то сделал, и за секунду она обмякла на полу. – Надоела… – бросил он девушке. Но она никаких признаков жизни не подавала. Он обошёл её и сел ко мне спиной за стол, принимаясь за еду. При этом налил два бокала. – Рия, ты долго там будешь стоять? – спросил он, не поворачиваясь в мою сторону. А я вздрогнула. Он знал! Знал, что я здесь и знал, как меня зовут. Но откуда? Точнее… Как? Я, не спеша, отошла от стены и стала обходить его. – Садись, – указал он мне на место за столом напротив него. Тон его был жёстким. Это была не просьба. Это был самый настоящий приказ. – Как это возможно? – спросила я его, держась подальше. Он посмотрел на меня и лишь махнул пальцами, отчего моё тело перестало слушаться и поплелось за стол. Что за ужас? – Я сказал садиться. Впредь слушай, что я тебе говорю. Плюхнувшись на стул, он убрал пальцы, и я опять почувствовала своё тело. Мне стало страшно. И неясно, когда Калай вытащит.

– Я рад, что ты нашла меня. Рано или поздно мы должны были встретиться не только в твоей голове. Хотя согласен, на Земле было интересно познакомится с тобой ещё раз.

– Не понимаю…

– Я знаю тебя с того момента, как ты появилась на свет. Все дети Галеймы расписаны на века вперёд. Как и предсказывали наши провидцы, ты одна из самых сильных, и тебя как раз мы и ждали. – Ждали для чего? И в чём же моя сила? – удивилась я. Он взглянул на меня снисходительно, будто объяснял всё нерадивому ученику. – Ты только начала свой путь. Скоро мы встретимся по-настоящему, и я буду обучать тебя, – резюмировал он. А у меня аж похолодело внутри. Уж чего мне не хватало, так вот связываться с таким типом. А ведь он ещё понравился тогда Викки. Знала бы она, что здесь творится. Он встал и прошёлся по комнате. – И как же ты это сделаешь? Между нами – тысячелетия, а это – всего лишь воспоминание из браслета, – скептически я наблюдала за ним. Он медленно подошёл ко мне и опять незаметно дёрнул пальцами, и моё тело сковало камнем. Против воли я поднялась из-за стола и встала напротив Белояра, смотря ему прямо в глаза. – Ты боишься меня? – спросил он. – Нет, – соврала я. – Боишься. Почувствуй, наконец, свою силу и помни – я найду тебя. Я как столб продолжала стоять и смотреть на него, не могла даже пошевелиться. В этот момент он обхватил моё лицо руками и поцеловал. Это было просто лёгкое прикосновение его губ к моим, но то, что произошло дальше, было сложно объяснить. Моё дыхание перехватило, и внутрь будто начала вливаться чужая сила. Но она была тёмной, она заглатывала меня. Я не владела собой. Я чувствовала её мощь, которой хотелось управлять. Белояр отпустил меня, и всё изменилось. Меня выкинуло в какое-то новое пространство. Я была в космосе. Я и есть космос… Дышать было трудно, я хрипела, отталкивая от себя кого-то. Моё сознание не понимало, где находится. Вокруг всё было искажено, голова раскалывалась от боли, и звон стоял в ушах. В какой-то момент я очнулась. Всё прошло. Я смотрела на Калая, он – на меня. Меня трясло от того ужаса, той силы, что я ощутила. Калай притянул меня к себе. Он ничего не спрашивал. А я молча уткнулась ему в плечо. С ним было спокойно. Губы же мои до сих пор, как огнём жгло, хотя Белояр всего лишь дотронулся до них. Это было ужасно. И что значили его слова о том, что он найдёт меня? – Ты как? – спросил Калай. Его голос принёс успокоение. Я отпрянула от него и встала. Мне надо подумать о том, что я видела и что ощущала. – Нормально, – сказала я, – пойду к себе. И направилась к выходу, Калай тоже поднялся, явно, чтобы проводить меня. Я вышла в коридор, но он остановил меня, придержав за руку. – Рия, если хочешь поговорить, приходи, – сказал он серьёзно.

– Спасибо, Калай, – натянуто улыбнувшись ему, я отправилась к себе.

## Глава 15

К концу полёта к межгалактической станции совета, в последние сутки, я старалась никому на глаза не показываться. Тем более – Калаю. Я не знаю, что со мной происходило. Если в самом начале он меня пугал, и я его опасалась, теперь же смущалась при его виде. И всё это накладывалось поверх вселенской проблемы с Галеймой и этим типом Белояром. До сих пор мурашки бегут при воспоминании о нём. Эта сила… Как будто что-то проснулось во мне. И сидит так тихо-тихо, не выдавая своего присутствия. Возможно, не зря все так беспокоятся из-за этих детей? Ко всему этому ещё где-то скрывается Макс. Уж не знаю, что хуже…

Почти весь день я не выходила из комнаты. Ко мне явился Док с подносом еды, явно пытаясь разузнать подробности того, что было на складе. Эх, если бы он знал, что мы с Калаем втихаря можем переноситься в такие странные места, с ума бы сошёл от предвкушения нового исследования.

Вот и сейчас, уже за ужином, он сидел у меня и готовил морально к высадке.

– Рия, когда ты встретишься с Советом, не болтай ничего лишнего. Лучше вообще ничего не говори. Делай, что велят, тогда есть шанс, что тебя не будут рассматривать, как угрозу. И вообще, слушай того, кто будет тебя провожать, – наставлял он, сидя за столом, я же по-турецки устроилась на кровати в обнимку с подушкой.

– А они меня именно так и рассматривают? Как угрозу? – вяло спросила я.

– Да… то есть, нет… Хотя, может, и да.

В этот момент в дверь постучались, и мы переглянулись.

– Ждёшь гостей? – удивился он.

– Сейчас посмотрим, кто это, – вскочила я с кровати и подошла к сенсору. Прикоснувшись к нему, дверь открылась, и я встретилась взглядом с Калаем.

– Можно? – помялся он в проёме.

– Да, конечно, проходи, – я отошла я от двери и глянула удивлённо на нашего учёного.

– Калай, – кивнул ему Док.

– Ларгаззи, – ответил он.

– Рия, я тут вспомнил, важные дела у меня, побегу, – засобирался наш лечащий врач. А я сделала страшные глаза. Куда это он меня бросает наедине с Калаем! После переглядываний он всё же удалился. Предатель, ещё припомню ему, как бросать девушек в трудную минуту.

– Садись. Будешь чего? – жестом я предложила Калаю устраиваться поудобнее, но он покачал головой.

– Я быстро. Мы завтра вряд ли увидимся, а если и сможем, то не попрощаемся, – начал Калай, потирая рукой затылок. – Нам не дадут высаживаться вместе с тобой. Дали добро только одному члену экипажа сопровождать тебя.

– Только один? – я расстроилась. Мне хотелось видеть знакомые лица, пока меня не заперли неизвестно где. – И кто это?

– Пока не знаем, рейнарг решает.

– Это можешь быть ты? – теплилась у меня надежда.

– Нет, – покачал он головой.

– Ну, что же. Хорошо, что сказал.

– Поэтому я пришёл тебе кое-что подарить, – начал он доставать что-то из кармана куртки.

Подарок? От Калая?

– Вот, держи, – протянул он мне что-то миниатюрное в своей большой ладони, – это наш местный куб с музыкой, – пояснил он.

– Да? – взяла я подарок. Он кардинально отличался от наших земных. – А как им пользоваться?

– Давай, помогу. – Калай взял его аккуратно, заправил прядь волос мне за ухо и прикрепил этот плеер на ухо как серьгу. В этот момент я ощутила его дыхание на своём лице и, наверное, стала вся пунцовая.

Он отошёл и сделал какие-то манипуляции на коммуникаторе. И тут заиграла музыка. Я не знаю, как это работало, но музыка лилась в оба уха, с суперглубоким звуком. И всё это без наушников! И что самое, наверное, помпезное, играли Linkin park. Калай провёл рукой рядом с ухом, и музыка стала в несколько раз тише, так, что мы могли общаться.

– О боже! Но как? Откуда? Это же наша земная музыка! – восхищённо приплясывала я.

– Ну, пришлось свои ресурсы подключать, чтобы нашли все земные архивы, где была хоть какая-то музыка, – помялся Калай.

Я не выдержала и крепко его стиснула в объятиях. Это то, чего мне сейчас не хватало. Что-то домашнее и родное.

– Спасибо тебе большое! – пробормотала я ему в грудь.

Он осторожно, не сразу, но погладил меня по голове и отстранился.

– Ложись спать, завтра для всех тяжёлый день, – сказал он и ушёл.

А я, смущённая своим порывом, плюхнулась на кровать и стала прослушивать до боли знакомые треки.


И, правда, утро оказалось сумасшедшим. Все бегали и собирались к стыковке. Мы прилетели к станции Совета и стояли наготове в шлюзовом отсеке. Пожитков у меня не было, так что я забрала только плеер с коммуникатором. Одежду сказали не брать, всё там получу. Ага, робу тюремную выдадут.

Командир давал распоряжения, Рейко и Док чуть ли не рыдали с горя. Калай ходил, как загнанный волк, в клетке. А я просто ждала.

В провожающие вызвали Гоззо. Почему его? Может, потому, что нам удалось выжить вместе? Или он отличный дипломат? Он стоял при параде рядом со мной. Гоззо покидал корабль, и неизвестно было, навсегда или нет.

Но размышлять было некогда.

Стыковка произошла плавно, чуть накренив корабль. По их местным правилам, с боевого корабля мы могли сойти только вдвоём. Остальные не допускались – из-за риска безопасности.

Ну, раз так боятся, видимо, был прецедент.

– Пойдём, – сказал мне Гоззо и отправился к шлюзу.

Я вздохнула и нехотя пошла за ним. Никто другой даже не шевельнулся. Я обернулась и посмотрела на ребят. Все стояли по стойке смирно в ожидании команды, но всё же Рейко поднял большой палец в приветственном моём жесте. Я улыбнулась и пошла за Гоззо. Стыковочный шлюз был небольшим, и мы уже практически оказались на станции. У выхода нас ждала делегация в одинаковых мантиях. Расу их определить я не смогла, таких существ на корабле не было. Смотрели они безразличными взглядами. Выбритые на лысо, с татуировками на головах, которые замысловатыми фигурами и извилинами переходили на лица, они были спокойными и отрешёнными.

– Приветствуем вас, – отозвались они в унисон, когда мы подошли.

В это время шлюз закрылся.

– Следуйте за нами.

Мы переглянулись с Гоззо и двинулись по длинному коридору со стеклянными стенами, через которые видно было все корабли, которые приземлялись для стыковки. Я остановилась посмотреть. И вот наш корабль «Сергуни», он же «Быстрый», плавно отстыковался, пошёл на разворот и вылетел в гиперскачок. Мелькнул блик и корабль исчез.

Они всё же улетели. Они оставили меня тут. В жутком расстройстве я отошла от окна, и наша делегация проследовала дальше.


Нас проводили в гостевую комнату и вежливо попросили ожидать, когда Совет освободится. На этом наша делегация, откланявшись, удалилась, закрыв за собой дверь. И стоило ли нас такой толпой встречать?

Я осмотрелась, комната была светлой и просторной, из обстановки – диваны и стол, на дальней стене – большое окно, на ней же проецировались разные внеземные пейзажи. Гоззо, недолго думая, уселся на диван и жестом мне предложил сделать то же самое. – Садись, всё равно ждать долго. – Почему? – мне казалось, что Совет более заинтересован в моей персоне, но озвучивать эту мысль вслух не стала. Лишь уселась рядом с Гоззо, подогнув по привычке ногу под себя. – Это такая тактика. Показать, кто здесь главный, и что мы здесь названные посетители, – пояснил он кратко. – А ты откуда знаешь это? – вопросительно глянула я на него. – Ну… – он замялся. – Об этом все говорят. – И как долго ждать? Гоззо молча пожал плечами и занялся коммуникатором. Я тоже посмотрела в свой, может, поискать информацию в сети. Но на удивление, связь тут не ловила. – Гоззо, а тут нет сети? – поинтересовалась я, заглядывая ему под руку. – Нет. Для тебя нет, – он виновато пожал плечами, – так как ты, возможно, представляешь угрозу, Совет распорядился отключить твой коммуникатор. – Вот гадство, – возмутилась я, – а тебе чего не выключили? – Ну, я же не дитя Галеймы, – подмигнул он мне. – На самом деле всё гораздо проще. Потому что я действующий член экипажа «Сергуни», и здесь по приказу рейнарга. В мою задачу входит сопровождать тебя везде и докладывать на корабль всё, что будет с тобой происходить. – А со мной что-то будет? – спросила я, но он опять пожал плечами. – Посмотрим, никто пока не знает, как тебя будут проверять, ведь им никто ещё из Галеймы живым не попадался. Я нахмурилась. Из меня, похоже, сделают подопытного кролика. Гоззо заметил мою реакцию и неожиданно накрыл мою руку своей, крепко сжав её. – Ты не переживай, я не дам тебя в обиду, – он улыбнулся мне и отпустил, опять занявшись коммуникатором. А я смутилась такому жесту и убрала свою руку подальше от его руки. Он странно себя ведёт с того момента, как нас спасли. Вот сейчас что это было? Сиди теперь, ломай голову, как это понимать. Дружеский порыв? Но были ли мы друзьями? Сомневаюсь. – Гоззо, а как выбирал рейнарг, кого отправить со мной? – очень аккуратно спросила я и быстро добавила: – Ведь моему сопровождающему надо было бы покинуть корабль на неопределённое время. У вас был жребий? – Можно и так сказать, – ушёл он от ответа и продолжил что-то писать в коммуникаторе, больше не обращая на меня внимания. Я сжала руку, ещё ощущая на коже его прикосновение. Откинув эти мысли, встала с дивана и прошлась по периметру, осматривая каждый угол. Но тут меня остановил Гоззо. – Так и будешь метаться? – Так и будешь сидеть безмятежно, будто ничего не происходит? – съязвила я. Он посмотрел на меня внимательно. Изучал. А я напряглась, про его расу ведь ничего ещё не выяснила, а надо бы быть внимательнее. Может, они вспыльчивые. Опять же, спасение не в счёт, там была экстремальная ситуация. В этот момент дверь отворилась, и вошёл один из представителей нашей делегации. Он молча пригласил идти за ним. – Ну вот, не так и долго ждали, – пробубнила я, проходя мимо Гоззо. Он встал и пошёл за мной, а я затылком чувствовала его взгляд. Надо быть осторожнее с ним. Мы шли по большим коридорам, я осматривалась. В целом кто-то хорошо постарался и украсил холодные серые стены разнообразными рисунками всякой флоры и фауны. На полу же и вовсе было что-то типа ковровой дорожки зелёного цвета. И она на удивление была чистой. Не видно даже пылинок. Всё же, похоже, смогли что-то изобрести от пыли… Мы почти подошли к большой двери, но в этот момент Гоззо взял меня за руку и вышел вперёд. – Эй… – хотела было возмутиться я, дёрнувшись. Он же повернулся ко мне и прошептал на ухо: – Говорить с Советом буду я. Ты только слушай. Он стоял так близко, что я могла разглядеть его глаза. Оказывается, они у него с интересной формой зрачка. Я как-то опешила от такой близости и опустила ресницы. – Это для твоей же безопасности. Поняла? – уточнил он. – Да, – ответила я и выдернула руку из его хватки. Он не обратил на это внимания или сделал вид, что не заметил, и пошёл первый. За ним – я. Я понимала, что сейчас не тот момент, чтобы показывать свой характер, но очень уж хотелось возмутиться такому поведению. Ох, не знаю, как нам с ним сработаться. С Калаем и Рейко таких вот ситуаций не возникало. Даже когда Калай дотрагивался до меня, в его эмоциональных всплесках не было ощущения властности. А тут была. И меня это начало беспокоить. На планете я такого точно не наблюдала. На корабле – тоже. Но и пересекались мы редко. Я так переживала, как бы мне не столкнуться с Калаем, что никого вокруг и не замечала, а, видимо, стоило. Большая дверь распахнулась перед нами, и мы вошли в огромный зал с высокими потолками из стекла – было видно всё космическое пространство. Я охнула, глядя наверх. Это действительно было стоящее зрелище. Было видно часть этой станции, она оказалась огромной. Но чтобы совсем не показаться дикарём, я отвела взгляд и выглянула из-за плеча Гоззо. Мы встали в центре этой комнаты, а впереди, за большим полукруглым столом, сидели всего три сморщенных, похожих на старичков, неопределённой расы. Были они все в таких же местных мантиях и тихо переговаривались между собой, не обращая на нас никакого внимания. Гоззо тоже стоял молча. Принято у них, что ли, игнорировать друг друга. В этот момент ко мне подошли два охранника, стоявшие до этого у дверей, и заломили мне руки за спиной, так что я упала на колени. – Эй, что вы делаете? – возмутилась я, но никто будто и не заметил происходящего. А охранники продолжали выламывать мне руки, прижимая к полу. Ох, как больно было, почему Гоззо не вмешивается? Я подняла голову и посмотрела на его спину. Он даже не повернулся. Я не знаю, сколько меня так продержали, но, наконец, Гоззо начал говорить. – Всеуважаемый совет, я приветствую вас от имени флотилии и корабля Сергуни. Перед вами стоит ваш презренный слуга Гоззо де Лорэйн, из древнего рода представителей династии Загайнов… Ого, он, похоже, очень важная персона, древний род и все дела, раз так расшаркивается перед этими стариками. Презренный слуга. Скажет тоже. – А также выжившая землянка Риа Корнева… – продолжал он. Обалдеть, даже фамилию мою знает. Хотя он как провожающий, конечно, должен. Тем более Ларгаззи записывал мою биографию. – Единственное оставшееся в живых дитя Галеймы… – спокойно говорил меж тем Гоззо. – Но как вы видите, она не сопротивляется, поэтому вопрос с родством Галеймы под большим вопросом. – Есть у неё родство или нет, мы определим сами, – отозвался крайний слева старик. – Ваше право, – кивнул Гоззо и продолжил: – Мы всецело в вашей воле. Цену нахождения здесь принимаем, сообщите, что требуется от нас. Я взглянула на это деловое трио, они опять тихо перешёптывались. Гоззо молчал и ждал их решения. – Землянка будет подвержена исследованиям, которые подтвердят или опровергнут связь с Галеймой. От этого будет зависеть её дальнейшая судьба, – сказал один из стариков. – Гоззо дэ Лорэйн, – обратился к нему второй старик. – Вы оба послужите на благо Совета. Вам дадут доступ к капсулам землян. Разберитесь в их технологии и сообщите результаты. Даём вам три цикла. Если не справитесь, ты отправишься в изгнание на рудники Краббска. Землянка останется при Совете для дальнейшего служения. Служения чему, извините? Похоже, у них действительно огромная власть вот так распоряжаться судьбами живых существ. Но капсулы? Те самые криокапсулы? Мои? Это, наверное, одна из лучших новостей! С помощью них можно будет найти бортовые журналы. Мы специально создавали возможность резервных копий. И вот этот случай представился! О да, ради этого я послужу совету. Я ухмыльнулась и посмотрела вновь на Гоззо. Он-то мне как раз и поможет в этом деле. – Уводите их, – отозвался крайний старик. Мои руки моментально освободили, и я выпрямилась. В этот момент одним рывком Гоззо поставил меня на ноги, я даже опомниться не успела. – Ваше расписание будет отправлено на коммуникатор, – отозвался один из охранников, обращаясь к Гоззо, – с первым дозором вас будут ждать в лаборатории. Следуйте за мной. Вперёд пошёл мой сопровождающий, я опять молча поплелась позади. Коридорами нас довели до входной двери. Охранник дал Гоззо что-то, похожее на ключ-карту, и оставил нас. Я посмотрела ему вслед. Всё же странное поведение. Меня полностью игнорировал. – Рия, ты заходишь? – позвал меня Гоззо. Он успел уже открыть дверь и вошёл. – Это чья комната, твоя или моя? – спросила я его, заходя. – Это общая, – отозвался Гоззо, осматривая её. Я тоже огляделась, здесь было скромно, но жить можно. Небольшая комната с отдельной ванной, и в центре одна большая кровать. Одна – ключевое слово. – В каком смысле общая? – уточнила я у Гоззо, чтобы мы правильно поняли друг друга. – Общая как есть, – подошёл он ко мне. – Тут с гостями не любят церемониться, либо принимайте как есть, либо улетайте со станции. Вот их основная позиция. И нам придётся делить эту комнату. – Ты знал, что так будет? – нахмурилась я. – Догадывался, – отпираться он не стал. – Как кровать делить будем? Он подошёл к ней и прилёг, примеряясь. Я же осталась у двери. – Да она большая, места двоим вполне хватит, – выдал он, – я буду спать справа. М-да. Ситуация немного выводила из себя. Я Гоззо в этом ключе не доверяла, и спать рядом с ним точно не планировала. Да что уж, я и комнату с ним не думала делить. – Давай жребий кинем, кто спит на кровати, а кто на полу? – предложила я. – Зачем? – он приподнялся и взглянул на меня. – Гоззо, уж не знаю, как принято у твоей расы, а у землян так нельзя. Это неправильно для меня, – пояснила я ему так, как смогла. – Хорошо, тогда давай так – будем меняться ночами. Сегодня я на полу, завтра ты? – пошёл он на компромисс. В целом это будет честно. Можно было бы порассуждать на тему, что мог бы и всецело мне уступить кровать, как настоящий мужчина, но… Я согласно кивнула. – А теперь, когда мы решили такие сложности, не хочешь ли прогуляться до своего корабля и капсул? От такого предложения у меня глаза загорелись. – Конечно, идём! – я готова была прыгать от радости. Это то, что мне нужно. Это частичка Земли, которая так необходима.

Мы вышли из комнаты и направились в сторону шлюзов.

## Глава 16

Открыв рот от восхищения, я смотрела на наш корабль. И несмотря на то что спустя столько лет, он имел весьма обтёсанный вид, сохранился он отлично. На его боковине было крупно написано название «Гагарин». Да, этот корабль готовился очень долгое время, и даже дрожь пробежала по телу, стоило вспомнить, что меня отправили на нём, хотя рабочий персонал должен был лететь большей частью на «Восходе». Этот же корабль предназначался для основного экипажа с высоким уровнем знаний и навыков, тут же должны были находиться политики, дипломаты и другие пассажиры, у которых были власть или деньги. Но в этом случае деньги уже не решали ничего, и пошло всё не по плану.

Меня просто поражал масштаб этого корабля и особенно ангара, в который его поместили. Это было огромное помещение, в нём суетились рабочие и учёные со своей техникой. Все они исследовали наш корабль. Где-то уже оторвали обшивку, где-то испытывали на нашем металле разные виды сварки.

– Ну, как тебе? – отвлёк меня Гоззо.

Я взглянула на него радостно, мне кричать хотелось во весь голос.

– Гагарин великолепен! – отозвалась я. – А нас пустят к нему?

– Конечно, – ухмыльнулся он. – это цена нашего нахождения тут. Нам надо будет разобраться в его системах и помочь всё перевести с вашего языка. Ты сможешь? Насколько ты знаешь этот корабль? – покосился он на меня.

– А три цикла – это сколько?

– Месяц.

– Ну-у-у, – протянула я, – разберёмся как-нибудь, где наша не пропадала, – и я пошла вперёд к входу на сам корабль.

Хотя, естественно, я не знаю, как корабль технически устроен и как запускать двигатели, но Гоззо и совету знать это необязательно. Зато я неплохо разбираюсь в системах капсул, а они-то и дадут мне нужную информацию.

Нас никто не останавливал, хотя по периметру ходили охранники, явно непросто гуляя. Быстрым шагом мы преодолели расстояние до корабля, и вот я уже рядом с ним и трогаю обшивку руками. Да что уж, я готова была её расцеловать, как будто выбралась из пучин моря на землю.

Гоззо стоял рядом и не мешал мне проникаться моментом.

Я ещё минуту постояла и отошла.

– Теперь точно можем идти? – уточнил Гоззо с ухмылкой. Ничего не понимает.

– Да, пойдём.

Мы дошли до входа и направились на борт корабля. Внутри тоже суетились рабочие, изучая каждую каюту и отсек. На нас только поглядывали, но ничего не спрашивали и не мешали. Значит, нас действительно не ограничили в действиях. Прошагав по коридорам корабля, мы дошли до отсека с капсулами. Здесь уже не было всё так радужно. Всё то, что показывал капитан в самом начале, теперь предстало передо мной.

Капсулы были все отключены, кроме одной – моей. Я подёргала провода. Они не были повреждены, а это говорило лишь о том, что отключили их осознанно. Хоть тел уже и не было, и большей частью было всё отмыто, здесь сохранился дух смерти.

Я осмотрела несколько капсул. Везде одинаковая картина. Интересно, кто же это сделал.

И вот я дошла до своей капсулы. Она действительно была исписана какими-то символами. И она единственная была неповреждённая и чистая.

– Гоззо, а когда вернули эту капсулу? Ведь меня Калай и Рейко перевезли в ней на свой шаттл, – обернулась я к нему. Он внимательно наблюдал за моими действиями.

– Вернули почти сразу, когда на Быстром никто не смог разобраться. Уж не знаю, что у вас за технологии такие, – сказал он, приблизившись к ней.

– А ты тоже пытался? – посмотрела я на него.

Гоззо кивнул.

– Так что я буду твоим ассистентом, покажешь мне, что к чему?

– Это так странно, неужели в столь развитом мире не смогли сделать свои капсулы, зачем Совету надо разбираться в наших? – удивилась я, продолжая рассматривать её.

– Ну почему же, смогли. Но у нас они иные. А ваши технологии нам неведомы. Пока вас блокировали от внешнего мира, ваше развитие ушло куда дальше, чем предполагалось, поэтому знания землян очень ценны, – пояснил он и неожиданно щёлкнул меня по носу, – не зевай.

– Эй, ты чего, – возмутилась я, но он только улыбнулся в ответ и отвернулся к капсуле. Странный он какой-то.

Я тоже ещё раз посмотрела на неё и обошла с другой стороны. Присев на корточки, дотянулась пальцами до незаметной панели. Дверца должна была отодвигаться автоматически, но пока капсула была обесточена, придётся её открывать силой.

– Ого, а что это? Панель? Странно, что мы её не заметили, – пробубнил он у меня над ухом.

– Гоззо, есть какая отвёртка у тебя? Надо её подцепить, – как-то не услышав его ответ, я повернулась и почти уткнулась ему лицом в лицо и от этой неожиданности отпрянула, не удержала равновесие и упала.

– Вот блин…

– Ты чего? – спросил Гоззо, наблюдая за моими действиями.

– Это ты чего подходишь так близко, не пугай меня так, – проворчала я, – отвёртку принесёшь?

– Без понятия, что за отвёртка, – он осмотрелся и отошёл, потом быстро вернулся, – вот что нашёл. Подойдёт? – он протянул мне небольшое устройство, похожее на аналог шуруповёрта. Возможно, поможет, там как раз были плоские насадки. Я быстро села на колени и начала отковыривать панель.

– Рия, – позвал меня тихо Гоззо, – представители Совета идут сюда, прекращай ломать капсулу, если не хочешь, чтобы они увидели это.

Я покосилась на него. Откуда он это знает? Недолго думая, я спрятала местный шуруповёрт под днище, поднялась и встала рядом с Гоззо.

В этот момент на корабль действительно кто-то зашёл. Глухой гул обуви по металлу отдавался эхом по пустому кораблю. В проёме появился один из Совета с охранниками. Удивительно, как так Гоззо понял, что он сюда зашёл? Я присмотрелась, это был тот самый член Совета, который хотел нас сослать на какие-то рудники.

– О, как забавно вас встретить тут. Активно взялись за работу. Всем бы такое рвение, – он наигранно улыбался, обращаясь ко мне. Видимо, вне стен Совета можно и снизойти до нас, обычных смертных. – Меня зовут Денрих. Добро пожаловать, – протянул он мне руку.

Я переглянулась с Гоззо, но он никакой реакции не показал.

– Рия, – протянула я руку в ответ.

Рука его оказалось сухой и шершавой. В какой-то момент он сжал мою ладонь сильнее, чем надо, но вида я не подала, и он отпустил её.

– Ну что же, замечательно. Всю жизнь хотел познакомиться с землянами. Будем считать это моей маленькой слабостью.

Я внимательно его слушала, Гоззо стоял как вкопанный, два охранника тоже не подавали признаков жизни.

– Рия, я хочу вам показать кое-что. Давайте пройдёмся, – он предложил свой локоть в ожидании меня. Я ещё раз глянула на Гоззо, но он был будто в трансе. Денрих ждал меня, и я всё же взяла его за локоток, и мы не спеша направились к выходу. Напряжение было ужасным, но деваться было некуда.

И только мы вышли с моего корабля, как шлюзовой отсек превратился в каменистую пустыню. Мы были на какой-то планете, которая была покрыта потрескавшейся землёй и грудами камней.

Я глянула на Денриха, он улыбался. Зло так, что мурашки побежали по телу.

– Где мы? – спросила я у него.

– Это мой дом. Моя планета. Посмотри, какая она сейчас. Безжизненная, убитая, – он поднял руку и взмахнул ею, после чего всё исказилось и начало меняться. Стали вырастать деревья, трава, появились птицы в небе. Я с удивлением смотрела на все эти метаморфозы.

– А вот такой она была прежде, – отозвался Денрих.

– Прежде? – уточнила я и пожалела. В его глазах вспыхнула ярость.

– До того, пока Галейма не уничтожила планету, – образы сменились опять, но уже кровавым полем битвы, – я был совсем маленьким, когда это произошло. Пришли дети Галеймы и убили почти всех… – голос Денриха исчез на фоне криков и боли умирающих.

И я увидела их со спины. Четверо. Их было четверо, они шли и уничтожали всех на своём пути, от убитых и раненых к ним тянулись потоки энергии, будто души втягивались в них. Я же стояла как вкопанная, боясь пошевелиться. В этот момент один из всадников остановился, поднял голову к небу, будто принюхивался, и как в замедленной съёмке стал оборачиваться. Не узнать его было сложно, комок зажался у меня в груди. Из меня начала выходить такая же энергия, как из убитых, и потоком направилась к нему. А он стоял, смотрел на меня и ухмылялся, и только одними губами произнёс: «Скоро встретимся». Это был Белояр. И как только моя энергия притянулась к нему, в глазах потемнело, и я отключилась.

## Глава 17

Тысячи голосов погибших душ звучали эхом в моей голове, взывая к небесам с просьбой их упокоить и освободить от всей той боли, что принесла им Галейма. Они кричали, плакали и раздирали мой разум. Хотелось выть белугой вместе с ними, спасти их, освободить, но как это сделать, я не понимала. Рядом со мной отчётливо разобрала голос Калая и прислушалась. …Приди в себя… Ты справишься… Рия… Не выдавай себя Совету, иначе погибнешь…Почувствовала, как кто-то яростно трясёт меня за плечи. – Рия, Рия, очнись, – требовал Гоззо. В его голосе не было волнения, только холодная сталь непробиваемого бойца, умеющего скрывать свои эмоции. Пришлось открыть глаза и посмотреть на него. Как бы мне тяжело сейчас ни было, я прислушалась к голосу и сделала невозмутимое лицо, будто и не валялась беспомощно на полу. – Ой, не тряси меня так, – стала отпихивать Гоззо от себя. Но, несмотря на мой протест, он помог мне подняться. Денрих продолжал оставаться рядом и наблюдал свысока за моими действиями. Как только я выпрямилась, старик полез с расспросами. – Что ты видела? – Я видела вашу погибшую планету. Хотели меня так напугать? Не переживайте, у вас это получилось. Ко всему голова теперь болит. Цитрамона-то по-любому не держите, – даже не пытаясь упираться, ответила я, отряхивая штаны от вековой пыли и грязи из видения. А перед глазами до сих пор стояли эти четверо. Белояр… Не может же он и правда так жить долго? – И всё? – прищурил он глаза. – А что-то было ещё? – округлила я глаза, включила дурочку и непонимающе уставилась на советника. – Наша связь оборвалась в момент перехода из веков. Я полагаю, что в воспоминании ты осталась дольше, чем надо, – хмуро пояснил он, но, похоже, доказать это не хотел или не мог. Но взгляд его говорил красноречивее слов. По принципу – я знаю, что ты знаешь. А я всё равно молчала. – Идём, – отдал он приказ охране и направился к выходу из ангара. Только хотела выдохнуть, как Денрих добавил, даже не оборачиваясь, после чего пошёл к выходу: – Гоззо, её испытания начинаются сейчас. Отведи девушку в зал. Мы переглянулись с Гоззо в который раз. – Что это значит? Почему сейчас? – тихо спросила я. – Похоже, он что-то подозревает, – ответил он мне, пожав плечами. – Надо идти, ждать не будут. Силой приволокут тебя, и я не смогу помочь. – А как же капсула? – мне совсем не хотелось уходить отсюда, ведь это величайшая возможность получить многие ответы. – Уже завтра посмотрим. Пойдём, – и Гоззо двинулся вслед за советником. Я дотронулась до обшивки и тяжело вздохнула. Ладно. Завтра так завтра. Завтра… Но кто же знал, что это несчастное завтра наступит так нескоро. Только мысль о поиске других людей помогала мне выживать всю последнюю неделю, с тех пор как мы с Гоззо попали на станцию. Хотелось выть от адской боли, которую мне причиняли во время всех этих тестов и испытаний. Я проклинала тот день, когда вообще проснулась в этом новом, но диком и жестоком для меня мире. Самое ужасное, что я не понимала, что со мной делают. В первый день Гоззо привёл меня в зал, где нас уже ждали эти лабораторные изверги. Сам зал был самым обычным помещением медотсека, где стояли разные склянки, банки, суетились работники в «белых халатах» разных рас. Никто из них не посчитал даже необходимостью представиться или хоть как-то познакомиться. Все их действия заключались в указании места, куда мне встать, куда лечь… Они подключали множество приборов и не считали важным вообще говорить со мной. Больше всего их интересовал знак на руке и моя мозговая деятельность. Они вкалывали что-то в вены, особо не церемонясь это делать аккуратно, отчего мои руки покрылись жуткими синяками, расползавшимися по коже. Как только жидкость проникала в кровь, моё сердце начинало бешено стучать, и я погружалась в странные сны. Они не запоминались, только отрывки оставались в сознании, но какой-либо информации не несли. Но каждый такой сон пробуждал НЕЧТО во мне. В глубине просыпалась та сама сила, которую показал Белояр. Контролировать её было тяжело. Она эхом отливалась в знаке на руке, сдавая меня. Я сдерживалась как могла. А на самом деле хотелось одним движением руки поглотить их души. Это уже пугало. После того как меня приводили в чувство – долго допрашивали, пытаясь выяснить, что видела, что почувствовала, как отреагировала на определённые ситуации во снах. Только я прекрасно понимала: если говорить правду, долго не проживу. И вот после таких испытаний меня будто выворачивали наизнанку, забирая всю энергию. Из зала я выходила, опираясь об стену, не ощущая уже разницы между снами и реальностью. У входа всегда ждал Гоззо. Видя моё состояние, он подхватывал меня на руки, как тряпичную куклу, и уносил в комнату. Что происходило в комнате, помню смутно. Гоззо прямо в одежде сажал меня под душ и под прохладной водой пытался привести хоть в какое-то чувство. Я с ним даже не спорила. Когда мой взгляд становился более осознанным, он оставлял меня одну и ждал под дверью, пока я не сделаю все необходимые дела и не переоденусь в сухую одежду, выданную советом. Рубашка и штаны были песочного цвета, отчего моё лицо казалось ещё бледнее. В ночном бреду слышала, как он говорил с ребятами с «Сергуни». О чём-то он докладывал рейнаргу, часто советовался с Доком о моём состоянии. В какой-то раз слышала Калая, но, кроме того, что общались они на повышенных тонах, больше ничего не запомнилось. Утром Гоззо поднимал меня, пытался накормить, но после неуспешных попыток оставлял эту затею и отправлял опять в зал. Не знаю, как долго бы это продолжалось, но в последнюю ночь я очнулась – в прямом смысле этого слова. Ощущение было, словно я долго бродила в тумане, и вот, наконец, он растаял, и мой разум нашёл выход. Слабый свет от ночника не давал совсем увязнуть в темноте. Оказалось, что сидела я на полу в ногах у Гоззо и облокотившись об него спиной. Сам же он сидел у стены и крепко меня обхватывал руками, не давая шанса даже пошевелиться. Я попыталась разжать его руки, но безуспешно, он никак не реагировал. Повернув к нему голову, краем глаза увидела, что он не спит. Его глаза открыты и отсвечивают голубым. Смотрел он в одну точку, и его губы что-то быстро и беззвучно шептали. Стало очень жутко. Я попыталась раскачать и ослабить его захват, только всё безрезультатно. – Гоззо, – позвала я его, но он никак не среагировал. – Гоззо, отпусти меня. В этот момент я почувствовала, как он примкнул губами к моей шее, к тому месту, где нас объединили с Калаем. Мурашки побежали по всему телу, что я непроизвольно выгнулась от него и услышала только одно. – Спи… Он опять прикоснулся губами к моей шее, и тёплая чёрная жидкость обильно стала вытекать из его рта прямо на меня и стекать на пол. – Ой, ужас, что это такое? – в ужасе возопила я, смотря на чёрные лужи. Неожиданно руки Гоззо разомкнулись, моё тело онемело и упало, как камень на пол в эту жижу.

С ужасом вскочила… с кровати. Осмотрелась. Горел дневной свет, у стены не было никаких луж. Пощупав затылок, тоже ничего сверхъестественного не обнаружила. Гоззо в комнате не было. Что за ужас мне приснился? Как бы с этими тестами не тронуться головой. Но один факт оставался неоспоримым: я пришла в себя.


Первым делом я пошла в душ. Всё же купание под холодной водой без душистого мыла не делало меня чистой. Не знаю, сколько дней Гоззо протаскал меня, пока я прикидывалась бревном, но запах уже был ужасающий, под глазами синяки, волосы слиплись, да и в целом после этой жижи из сна хотелось поскорее умыться. И какая разница, что она всего лишь мне приснилась.

Оперативно приняв душ, я облачилась в новый тюремный костюм, благо их здесь выдали с запасом, и вышла в комнату, вытирая волосы. Тут как раз вернулся Гоззо. Мы встретились взглядами, и я непроизвольно дотронулась до затылка. Но он не заметил моего напряжения, и лишь радостно улыбнулся.

– Рия, привет. Здорово, что ты пришла в себя, как самочувствие? А то страшно на тебя смотреть было все эти дни.

– Я… хорошо вроде бы. А ты где был?

– Меня вызвали на допрос, – кратко пояснил он, зевая, отошёл к кровати и начал стягивать с себя футболку, оголяя свой рельефный торс.

Я округлила глаза.

– Что? – спросил он. – Я не спал уже сутки с этим допросом. Так что я жутко хочу отдохнуть, поговорим позже. И кровать моя в этот раз, – скинул обувь, он в одних штанах улёгся, зарывшись в одеяло и отвернувшись от меня.

Нет, так дело не пойдёт. Я только в себя пришла, неизвестно, сколько времени прошло, а он дрыхнуть вздумал. Обогнув кровать, уселась на корточки напротив парня и стала наглейшим образом сверлить его взглядом. Он же притворялся спящим и всячески делал вид, что меня нет.

– Так тебя долго не было? – не выдержала я.

Он высунул нос и глубоко вздохнул.

– Да, как привёл тебя с тестов, так и вызвали сразу к советникам.

– И ты вот только сейчас пришёл? В перерывах не заходил сюда?

– Рия, чего ты пристала? – красноречиво взглянул он. – Сюда кто-то приходил, пока меня не было?

Я качнула головой. Значит ли, что это был такой жуткий сон? Гоззо отпирается, и вполне логично. Но подтвердить его слова я не могу никак.

– А чего хотели от тебя на допросе?

– Пытались разузнать информацию. О тебе, твоём состоянии, о данных с корабля. Время-то идёт, а от тебя ничего не добиться по Галейме. Она всё не активируется, хотя предпосылки есть. Вот уже и за меня взялись.

Я напряглась. Ведь, правда, внутри что-то всеми силами сдерживает эту энергию и мощь. Боюсь даже представить, что будет, если они добьются своего, и это вырвется наружу. Как долго я ещё выдержу? Теряем время. Бежать надо с этой станции! Но как?

– Ты чего задумалась?

– Я? Ничего, – я покосилась на него. – Это ты чего? Дрыхнуть вздумал? У нас капсула с данными простаивает. Собирайся, пойдём.

– Не, сейчас же ночная вахта. Нам только завтра тебя вести в зал. Так что я спать, – накрылся он одеялом.

– Эй, вставай. Иначе опять меня заберут, и я овощем буду после их процедур, – начала я его распихивать и стягивать одеяло. Оно не поддавалось. Встала и потянула со всей своей силы на себя. В один миг я даже не поняла, как так получилось, но он схватил меня за запястья и одним рывком затащил на кровать, перекинул через себя – так, что я плюхнулась спиной на подушки, и оказался сверху. Я опешила, а он с наглой ухмылкой смотрел на меня, прижимая руки к кровати.

– Ты забавная, – сказал он, поправляя мои взъерошенные влажные волосы, я же рефлекторно отвернула голову, но он будто и не заметил, – столько энергии в тебе, неделю в чувство было не привести, а теперь рвёшься к капсулам.

– Да, и чем раньше мы пойдём, тем лучше. Но это будет зависеть от того, как быстро ты слезешь с меня, – со всей серьёзностью и без смеха ответила я, ведь наше неудобное положение ужасно смущало меня.

Он рывком спрыгнул с кровати и отправился одеваться, как будто ничего не произошло. Я тоже быстро вскочила и пошла к двери. Ещё чего ждать его! Но когда я вышла в коридор, меня остановили охранники.

– Без сопровождающего нельзя, – было сказано мне.

Я сложила руки на груди. Меня будто преступницу здесь держат, и что больше всего раздражало, без Гоззо я никуда не могу пойти. Сзади стукнула дверь, и он вышел.

– Идём? – дотронулся он до моего плеча. Вот уж точно говорят «вспомни… вот и оно».

– После вас, – официально пропустила его, раз он тут за старшего.


Мы молча добрались до корабля. Как и в первый раз, нам никто не мешал, и я сразу направилась к капсуле. Всё осталось на месте, и даже шуруповёрт никто не заметил, который я припрятала. Это радует.

– Так, Гоззо. Стой на шухере, – отдала я ему указания и уселась за моё детище отдирать панель с днища.

– На каком шухере? – переспросил он серьёзно, и я выглянула из-за капсулы, посмотреть на его лицо.

– Стой на шухере, значит – следи, чтобы никто не зашёл. Как кто пойдёт, говори: «Шухер»… – но подумав, я добавила: – Хотя просто скажи, что кто-то идёт, как в тот раз. Ладно? Не хочу, чтобы видели, что я делаю. Надеюсь, камер здесь нет…

– Камер точно нет, я проверил, – сказал Гоззо, подойдя к двери.

– Ну и отлично, – отозвалась я и занялась панелью.

Минут через десять я всё же смогла это сделать, и моему взору предстало то, что поможет разобраться с вопросами о земных кораблях. Ну, по крайней мере, надеюсь на это. Я аккуратно вытащила плату из пазов, и, расстегнув робу, запихала её к себе за пазуху. Благо она была небольшая и помещалась на ладонь, поэтому и спрятать было просто.

Гоззо уныло стоял, облокотившись о косяк дверного проёма, и караулил коридор. Я поднялась тихонько, подошла к нему и тоже выглянула.

– Всё спокойно? – уточнила я.

– Ага. Ты всё? Смогла сама или помочь чем?

– Я справилась. Мне нужен паяльник, провода и по мелочи инструменты. Типа плоскогубцев, отвёрток и так далее. Сможешь достать?

Он удивлённо на меня посмотрел.

– Из того, что ты сказала, я опять половины слов не понял. Но дай мне немного времени, я поищу всякие инструменты, – он отошёл от косяка, – тебе сюда это принести или в комнату?

– Пока в комнату. Только не попадайся никому. Меньше знают, крепче спят. А сейчас пойдём, здесь делать на данный момент больше нечего.

И мы двинулись с корабля. Я уже не планировала возвращаться к нему, и от этого стало грустно. Гоззо, конечно, этого не знал. Да и у меня-то дальнейшего плана не было, кроме как, подговорить Гоззо к побегу, когда я добуду данные.


– Смотри, что достал. Это подойдёт? – он водрузил перед мной целый ящик местного инвентаря. Я порылась, выуживая мне всё необходимое и выкладывая на стол.

– Ты электромонтажника, что ли, ограбил? – уточнила, крутя в руках нечто похожее на паяльник, но не стала дожидаться ответа. – Супер, правда. Спасибо!

– Да мелочи… – отмахнулся он и направился спать. Но я же неугомонная, вопрос жизни и смерти.

– Гоззо, – начала я издалека. – Если я тебе скажу, что мы можем найти третий корабль землян…

– Что? – его лицо надо было видеть.

– Да. Ты не ослышался. Но мне нужна твоя помощь. Нам надо устроить побег. Иначе наши знания нам ничем не помогут, если меня умучают тут до смерти, – я замолчала, ожидая его реакции.

Он сидел молча.

– Гоззо, ну что? – вопросительно посмотрела я на него. – Ты мне поможешь, или как?

– Правильно ли я понимаю, что помогая тебе, я могу потерять работу, меня посадят за измену совету и есть риск погибнуть? – он смотрел на меня с интересом, будто я несу какую-то чушь. – А план действий у тебя есть?

Я выдохнула. Он точно поможет мне.

– В общих чертах только, осталось продумать детали. Поможешь?

– Конечно, говори, что надо…


Всю ночь мы просидели, продумывая наш побег. И, несмотря на весь скептицизм Гоззо, было решено, что лучшее время для этого наступит через восемь дней, когда к Совету прибывают корабли торговцев. Как объяснил мне Гоззо, они летают по всем планетам и станциям для торговли разнообразными товарами, и, несмотря на закрытость Совета, их всегда здесь ждут – пополнить некоторые запасы продовольствия или для хозяйственных нужд.

План Совета составим, расписание караульных мы знали. Шаттлы и «разведчики» всегда были в отсеке прилёта. Планировалось, что мы затеряемся среди торговцев и смоемся на любом из кораблей. Потом предупредим «Быстрого», чтобы подобрали нас на просторах космоса. Раньше нельзя было бы, ведь, возможно, наши каналы прослушивал совет. И вариант, что «Сергуни» нас не подберёт или сдаст обратно, мною даже не рассматривался.

– Рия, я разделяю твоё рвение сбежать, но рейнарг нас может сдать, как беглых и опасных преступников. Он не будет подставлять всю команду из-за Галеймы. Весь флот в этом случае пойдёт против них, как пособников беглецов. Ты же понимаешь это? – пытался вразумить меня Гоззо.

– Я понимаю, но попробовать стоит. Это лучше, чем терять себя здесь. Будем честны перед собой. Нас убьют при первой активации Галеймы. Так какая разница, где погибать? А так мы хоть попытаемся.

Боец лишь вздыхал на мои аргументы.

В итоге, проговорив все детали и возможные риски до конца, мы, наконец, улеглись спать.


После того как я достала плату, и мы продумали план побега, дни потянулись мучительно долго. Особенно когда меня таскали в этот зал испытаний. Но после того ужасного сна с Гоззо больше ничего не происходило, разве что я отсыпалась у них и теряла драгоценное время на реанимацию платы. Не странно ли всё же? Такие перемены состояния. Тогда я еле сдерживала силу внутри, а сейчас её будто и не было… По моей просьбе Гоззо рисовал схему совета со всеми закоулками. Отнёсся он к этому скептически, но взялся за дело с энтузиазмом, всё равно здесь больше заняться было нечем, пока я дрыхла в зале. По окончании дня я изучала его пометки, расспрашивала о том, что мне было неясно, и переносила схему в коммуникатор. Вечерами я сидела в наушниках, слушая песни, и пыталась подключить плату к коммуникатору, периодически нецензурно выражаясь по-русски, отчего Гоззо косился на меня. Хорошо, что не понимает. И каждый раз, доставая плеер, я вспоминала Калая, и мне становилось грустно. Мысли тянули меня к нему и отвлекали от дел. Пару раз я слышала его, когда Гоззо общался с кораблём, докладывая обстановку. Но пообщаться с Калаем не удавалось, и во многом мешал в этом сам Гоззо, под разными предлогами, не давая мне его коммуникатор. И вот, в очередной раз аккуратно подводя дорожки проводов от коммуникатора к падам моей платы, я услышала, как Гоззо, уйдя в ванную, начал общаться с капитаном. Прислушалась, но ничего нового не услышала. Говорили про моё состояние, проявилось ли что-то от Галеймы, много ли меня мучат… О побеге, как и договорились, Гоззо промолчал. Я взглянула с грустью на отметину на ладони и продолжила работать с платой. Соединив всё и спаяв провода, я взяла коммуникатор в руки. Хоть бы получилось! Зажмурив глаза, мысленно взмолилась об удаче. Вернувшись обратно к прибору, я начала прощупывать на сенсоре систему, проверяя каждый файл, запрятанный в недрах платы. Вот сама основа, вот схемы капсул… я одновременно всё копировала и сохраняла в отдельном разделе. Всё равно, даже если из местных кто взломает, то не поймёт русский. Ну, кроме Макса, конечно, но всё же я надеялась, что мы с ним не встретимся больше. Продолжив смотреть, я, наконец, нашла бортовые журналы. То самое, что мы добавили в систему капсул на всякий случай ещё на Земле, и то, что сейчас так пригодится. Да! Ура, я нашла! Аж прыгать захотелось от волнения, но я сдержала эмоциональный порыв и продолжила смотреть дальше. Файл оказался закодирован. И это неудивительно. Ведь даже если кто и нашёл бы, то знать о журнале ничего не должны были. Кодировками занималась Викки, это был её конёк. Сделав пару попыток обхода, я поняла, что упираюсь в стену. Ну что же, придётся поковыряться основательно. Я скопировала все данные в коммуникатор. Плата мне уже была не нужна. Аккуратно отсоединив все провода, я спрятала её под столом и занялась данными. В этот момент вышел из душа Гоззо, и я засомневалась – говорить ли ему о том, что мне удалось отыскать. Но он так прытко подошёл ко мне, что только дурак не поймёт, что я уже куда-то дела плату и копаюсь в файлах. – Получилось? – заглянул он мне за плечо и охнул в восторге. – Получилось! Рассказывай, что это? – и он пододвинул свободный стул. Я немного опешила от такой реакции. Может, ему тоже не терпелось всё же улететь отсюда и найти корабль землян, а это был наш шанс. – Пока не радуйся раньше времени. Файлы закодированы. Но в любом случае мне надо ещё время. – Ладно, не буду мешать тогда.

Он встал и пошёл отдыхать, а я продолжила обдумывать обход к кодировке. До прибытия торговцев осталось четыре дня.

На тестах я, как обычно, уснула. Уж не знаю, чего совет добивался от меня, но понятно же, что это не работает. Но переубеждать их я не стала и спокойно заснула после бессонной ночи. Мне снилась защита на данных. Как-то сложно всё. Какую кодировку ты придумала в этот раз Викки? А может быть… Возможно, да… Надо попробовать, она всегда любила сложные алгоритмы. Я широко открыла глаза. Точно. Это её алгоритм, и я поняла, как его открыть! – Мы закончили? – спросила я громко. Как правило, в этот момент персонал сразу звал Гоззо, и тот провожал меня в комнату. Я продолжала лежать, ожидая, когда мне помогут вылезти. Не то, чтобы я не могла сама это сделать, но они упорно помогали мне в любом действии. Я оглянулась и никого не обнаружила. Прекрасно, и куда все смылись? Выбравшись и отключив от себя провода, я огляделась. Ни души. Хм. Может, это тест какой? Типа как я себя поведу? Да никак. Я собралась и вышла в коридор, пойду в комнату сама, раз такое дело. Не буду их будоражить лишними телодвижениями.

В коридорах на удивление тоже никого не было, и, пройдя несколько отсеков и сверившись с картой в коммуникаторе, я подняла глаза и увидела в начале очередного коридора вооружённых солдат в броне без опознавательных эмблем. Благо они не смотрели в мою сторону и были заняты каким-то работником, приставив ему пистолет к виску. Внутри всё похолодело.

## Глава 18

Неожиданно меня кто-то схватил, зажал рот рукой и оттащил за угол.

Это произошло за секунды, что я не успела даже среагировать.

– Тсс, это я, – прошептал мне на ухо Гоззо. Через минуту послышался выстрел, и по коридору, где я только стояла, прошли эти солдаты, не заметив нас в углублении. У них работали рации, и я отчётливо услышала их переговоры «…она в лаборатории…». И сказано это всё было на самом что ни есть русском языке. Страх пробежал по телу.

Мы с Гоззо стояли как вкопанные и не шевелились, пока солдаты не скрылись за дверью.

– Отпускаю руку, не кричи, – прошептал он, и я кивнула. Гоззо выпустил меня, и мы переглянулись. Выглянули в коридор. Было пусто, лишь виднелось бездыханное тело невинно пострадавшего работника.

– Они убили его? – прошептала я, глядя на тело. – Кто это был?

– Это похоже захват совета. Кто они, пока не знаю, и непонятно, на каком языке они говорят.

– Это земной язык, – пояснила я.

– Земной? – спросил Гоззо, удивлённо глядя на меня. – Макс?

Я пожала плечами.

– Больше некому. Но как они сюда попали, и где охрана совета?

– Если они тут, то нет уже никакой охраны, – резюмировал Гоззо. – Пойдём, надо выбираться отсюда.

– И как мы это сделаем?

– Надо лететь со станции, пока не поздно. Наш план побега нужно пересмотреть. Идём, надо добраться до отсека прибытия. Главное – вылететь отсюда, а там свяжемся с капитаном.

– Нам через коридоры лаборатории нельзя сейчас, – остановила я его, – они туда пошли, по рации слышала их разговор.

Он выдохнул и начал быстро искать что-то в коммуникаторе.

– Видно, не зря я здесь всё исползал по твоей просьбе. Хорошо, смотри, – показал он мне карту, – пойдём в обход через оружейную.

Я молча кивнула.

Небольшими перебежками мы добрались до неё. Сама оружейная была сквозным помещением, и внутри неё под замками с двух сторон были всевозможные орудия. Посреди коридора лежал очередной мёртвый охранник.

Гоззо подёргал замки от решётки, но они были закрыты, и тратить время на взлом не стоило. Он подошёл к мёртвому и снял с него винтовку, а мне вручил пистолет из его кобуры.

– Вот здесь, смотри, надо снять это и разблокировать ствол, поняла?

И Гоззо быстро показал, как пользоваться местным пистолетом. От наших отличались не сильно, разве что были без пуль, их заменяли какие-то энергетические сгустки, и не было предохранителей в нашем обычном понимании.

– Справишься?

Я кивнула, а внутри всё сжалось.

Мы двинулись дальше и неожиданно наткнулись на Денриха, он спешно шёл по коридору в своих мантиях и оглядывался.

Вначале мы дёрнулись и навели на него оружие, но он успел поднять пустые руки.

– Денрих? Вы что здесь делаете? Где ваша охрана? По уставу вы должны были покинуть совет ещё в момент начала захвата, – забросал его вопросами Гоззо.

– Я вас искал, – помялся он, – Совет оказался захвачен быстрее, чем сработал устав, и мне одному не выбраться.

– А в Датском королевстве-то не всё спокойно, – присвистнула я, – а как вы узнали, что мы ещё не захвачены или убиты?

– Так, иначе – они бы уже улетели.

– Ладно, – Гоззо тряхнул головой и обратился ко мне, – придётся его с собой брать, это всё же советник…

– Обузой не будет?

– Не буду, – ответил мне тот, на что я только кивнула, и мы двинулись дальше.

Через множество коридоров мы, наконец, достигли отсека прибытия. Завернули в него и спрятались сразу за погрузочными ящиками, оценивая обстановку. Зашли мы не с главного входа, поэтому и внимания не привлекли. Гоззо жестами показал на небольшой разведочный корабль, находившейся недалеко от нас, но тут же отвлёкся на голоса в центре. Мы присмотрелись. У большого стыковочного шлюза были солдаты в броне, и сам Макс вышагивал размеренными шагами мимо стоявших по линейке жителей совета. К ним были направлены стволы практически всех окруживших их солдат.

То, что это был Макс, не вызывало сомнений. Он снял шлем и держал его в руке. В другой был пистолет, которым он вальяжно размахивал.

– … не подтвердили факт её силы? – До нас долетели отголоски фразы. – То есть она, по-вашему, не Галейма? – допытывал он лаборанта.

– Нет, уважаемый, – дрожащим голосом отвечал испуганный учёный, – она никак себя не проявила за всё время…

Макс резко вздёрнул пистолет и выстрелил в голову отвечавшему, и тот упал замертво, а под ним тут же растеклась лужа крови. Послышались крики ужаса со стороны остальных захваченных.

Я с перепугу вцепилась в руку Гоззо. Он повернулся ко мне с Денрихом и жестами показал следовать за ним. Мы тихо обходили ящики и были вне поля зрения землян. Практически добрались до нашего спасительного корабля, как краем глаза я увидела, что по главному входу привели двух последних советников. Они шли и возмущались, что такого не потерпят, что все ответят по заслугам. Но их, конечно, не особо и слушали.

Мы подошли к трапу корабля и только хотели ступить на него, как нам в спину долетели очередные фразы.

– Вам нужна девчонка? – это был один из захваченных советников, я сразу его узнала по мерзкому голосу. – Вон же она, уходит у вас из-под носа.

– Рия! Стоять! – Рявкнул Макс, а я вздрогнула, после чего мы сорвались и бегом кинулись в корабль.


По нам стали стрелять, энергетические и обычные пули отлетали от металлических стен, а мы, пригнувшись как могли, забежали в шлюз. Гоззо яростно нажал кнопку закрытия и втягивания трапа.

– Не стрелять! – орал Макс как бешеный своим подчинённым.

Поток стрельбы затих, и я успела посмотреть на Макса. Он стоял и впивался взглядом в наш спасительный корабль.

– Догнать их…

Донеслось уже перед самым закрытием дверей, и когда створки захлопнулись, я будто из транса вышла и дёрнулась. Гоззо рванул в пилотную кабину, советник тяжело дышал и держался за стену.

– Денрих, вы как? – подошла я к нему и осмотрела. Ему прострелили ногу, и под мантией уже образовывалась лужица крови.

– Всё нормально, – выдавил он из себя.

– Да похоже, что не очень. Давайте руку, идём в кабину, там всяко аптечку найдём, – я взяла его руку и перекинула себе через плечо, придерживая, повела туда, где Гоззо уже включал консоль корабля.

– Мы сможем взлететь? – уточнила я у него, помогая сесть Денриху в кресло позади пилотов.

– Да, – отозвался он, продолжая нажимать всякие кнопки на сенсорных панелях. – Держись, сейчас потрясёт.

И я только успела вцепиться в другое кресло, как корабль резко рванул с места, и мы помчались по шлюзовому коридору. Ангарные двери, конечно же, были закрыты, но Гоззо просто тараном летел на них.

– Мы разобьёмся! – завизжала я, прячась за кресло. Резкий толчок – и меня откинуло к выходу. Корабль прорвался и вылетел в открытый космос, разнося всё в щепки.

Видимо, я так перепугалась, что моментально от всплеска эмоций услышала голос Калая.

«Рия, ты где? Что случилось? На каком ты корабле?»

О боже, Калай! Как я рада была его услышать! Но от его резкого вторжения в мою голову я на секунду потеряла ориентацию и ещё раз огляделась.

– Ты как? – окликнул меня наш новоиспечённый пилот и смерил моё распластавшееся тело на полу хмурым взглядом, выглядывая из-за кресла. – Я же сказал держаться.

– Ты видишь? – спросила я, обращаясь к Калаю.

– Что вижу? – переспросил Гоззо.

«Вижу, что случилось? Вижу Гоззо, и кого-то ещё во втором кресле…»

– Это один из советников, он ранен, нам ваша помощь нужна. На станцию Макс напал, он преследует нас, мы не справимся сами. Мы не так далеко отлетели от совета… – я продолжала пересказывать кратко, что произошло, стараясь опустить всё второстепенное.

– Денрих, кому она это говорит? – на меня снова покосился Гоззо, но советник лишь пожал плечами. Гоззо нажал пару кнопок, переключая на автопилот, и подошёл ко мне. Поднял с пола и посадил, облокотив об стену. Я же вроде и понимала всё, а ощущала себя, как кукла, продолжала пересказывать всё Калаю. Гоззо взял моё лицо в руки.

– Рия, ты слышишь меня? Что у тебя с глазами? Рия? – тряхнул он меня за плечи, и я проморгалась.

– Гоззо? – отодвинулась я от него и поняла, что он прервал связь с Калаем. – Калай, ты тут? – попыталась я достучаться ещё раз, но безуспешно, видимо, всплеск эмоций улёгся.

– Калай? Это ты с ним сейчас говорила? И часто у вас так?

Я ничего не ответила касательно этого. Меньше знает, крепче спит.

– Они погоню пустили, Макс сказал догнать нас, – проговорила я, вставая, – как далеко мы можем уйти?

– Погоня, говоришь? Вот это уже плохо, – сказал он. Снял с себя коммуникатор и дал мне в руки. – Свяжись с кораблём… только нормально. Я попробую отцепить хвост.

Но не успела я их набрать, как коммуникатор стал разрываться от вибрации. «Сергуни» уже сами нас вызывали.

Экран мигнул, и я увидела мостик «Быстрого», на нём уже были все, кроме персонала. Калай, Капитан, тут же вбежал Рейко, а за ним – Док.

– Рия, вы где? Что случилось? – начал рейнарг.

– Кэп, на межгалактический совет напали земляне во главе с Максом. Мы смогли сбежать на разведчике, но за нами, скорее всего, погоня. С нами советник Денрих, – я подошла к нему с коммуникатором, чтобы все друг друга видели. – И он ранен.

– Как далеко от вас погоня? – спросил капитан.

– Гоззо? – переспросила я парня.

– Со станции совета вылетел неопознанный корабль, похож на десантный фрегат, находится от нас пока в часе лета, мы смогли оторваться на старте, но, если их мощности выше наших, что, скорее всего, так и есть, нас быстро догонят.

Я посмотрела на экран, рейнарг протёр глаза руками.

– Вы поможете нам? – с надеждой спросила я.

– Рия, Гоззо… Мы в другом созвездии, при гиперпрыжке прибудем всё равно не раньше, чем через пару часов. Вам надо будет продержаться это время, – ответил он, а я повернула коммуникатор к пилоту. – Гоззо, сможешь увести корабль в слепую зону? На корабле есть орудия и маскировка разведчика?

– Орудия штатные, мы не сможем отбить, лишь царапнем броню корабля. Попробую найти слепую зону, но в ближайшем радиусе пока не вижу таких. Маскировку мы повредили, вылетая со станции, и она сейчас не работает, – отозвался Гоззо.

– Тогда не будем терять время, мы отключаемся, сейчас будем готовиться к прыжку, – экран погас, и я уставилась в пустой монитор.

Так, надо собраться с мыслями.

– Где здесь аптечка? – я стала рыться по ящикам.

– Посмотри слева, обычно у разведчиков там хранится разное оснащение, – сказал мне Гоззо, указав в другую сторону.

Я метнулась к другим ящикам и стала их перерывать.

– Нашла?

– Нашла, – вытащила я комплект первой помощи и подошла к Денриху. – Вы как? Бодрячком? – поинтересовалась я, он лишь кивнул. Бледноват что-то, да и лужа крови натекла приличная.

Быстро обработав рану, я вколола советнику кровоостанавливающее, после чего забинтовала повреждения.

– Жить будете, – резюмировала я, – может, успокоительного?

– Нет, Рия, я справлюсь, – ответил он и попытался даже натянуть улыбку на лицо.

– А вот мне бы не помешало…

Собрав обратно сумку с лекарствами и положив её на место, я уселась рядом с Гоззо в кресло второго пилота.

– Какие наши шансы уйти от погони? – повернулась я к нему, он был сосредоточен и всматривался то в космос, то на приборы.

– Хреновые шансы.

Очень позитивно. Но пока есть время, надо закончить с данными. Я достала коммуникатор и начала опять ломать систему, применяя алгоритм Викки.

Минут пятнадцать я подбирала её данные, вспоминая всё, что она рассказывала о своих кодировках. На корабле было тягостное молчание, но это как раз помогало мне не отвлекаться. В какой-то момент доступ был разрешён и на экран выскочили до этого закрытые файлы.

Моргнув пару раз и не веря своим глазам, я быстро начала перерывать их, ища информацию о третьем корабле.

В глаза ударил яркий синий свет, я невольно зажмурилась и подняла руку к глазам, пытаясь рассмотреть, что же так светит.

– У нас проблемы, – резюмировал Гоззо, щурясь и прикрывая глаза рукой.

– Что это за свет?

– Это гравитационный луч. Нас поймали на буксир. Скоро он притянет нас к фрегату, и им останется только вскрыть дверь.

– Сколько у нас времени?

– Минут пять, не более.

Я выпрыгнула из кресла и спряталась за ним, чтобы свет не мешал мне продолжать рыться в файлах. Я обязана найти данные, куда отправился ещё один земной корабль.

– Рия? – Гоззо подошёл ко мне с оружием наготове.

Но я не обратила на него внимания. Так… вот последние данные, вот день, когда нас захватили… корабль встряхнуло, и он замер, похоже, нас пристыковали…

Так… корабли вылетели по разным координатам, но зачем так делать? Вот значит корабль, где был Макс, вот один со мной – «Гагарин», и вот ещё два… стоп два?.. ещё два корабля? Не один? Благодаря нахлынувшим эмоциям ко мне в голову опять ворвался Калай.

– Калай, видишь? Их два! – коротко сказала я, чтобы не терять время. Всё, что надо, он увидит моими глазами.

Послышался шум, как от сварки по металлу, стал ощутим характерный едкий запах. Они уже вскрывали дверь.

«Вижу, – отозвался он, – покажи координаты, куда у них был выстроен маршрут?»

Я быстро пролистнула файл.

– Чего – два? – переспросил Гоззо.

– Два корабля землян ещё не найдены. Два, а не один, как мы думали, – ещё раз взглянув на них, я вернула блок Викки на место, чтобы никто не взломал.

Раздался хлопок – и в кабину влетела дымовая шашка, а я вскочила с пола. Гоззо зажал нос рукавом, Денрих отшатнулся в кресле – встать он всё равно не мог.

Непроизвольно вдохнула дым, и моё тело стало ватным, я грохнулась на пол, рядом со мной упал и Гоззо.

«Я найду тебя!» – последнее, что я услышала перед тем, как отключится.

## Глава 19

Звонкий удар по щеке, и возникшая боль привели меня в сознание, за этим последовал ещё удар по другой щеке. Я замычала и открыла глаза. Надо мной навис какой-то солдат с занесённой рукой, готовый ещё отвесить одну пощёчину. Под шлемом не было понятно, кто это. – Не надо… – выдавила я. Он хмыкнул и нанёс ещё один удар, отчего слёзы выступили у меня на глазах. Солдат снял шлем и, к моему ужасу, я увидела Макса. – Это за то, что постоянно пытаешься сбежать. Я попыталась отодвинуться, но он рывком меня поднял, перекинул через плечо и куда-то направился. В таком положении я попыталась осмотреться, но, кроме тёмного коридора, ничего не увидела. Ни Гоззо с Денрихом, ни каких-либо других солдат. – Где Гоззо и Советник? – громко спросила я. Макс же опять хмыкнул и сжал руку у меня на бедре, отчего захотелось скинуть его наглые пальцы. – Поверь, Рия, их положение куда лучше твоего. – Что это значит? Где мы, Макс? – Ты у меня в гостях. На моём корабле, – сделал он акцент на слове «моем». – Что тебе надо от меня? Чего ты пристал ко мне как банный лист? – прошипела я со злостью. – Ты сама знаешь. У нас остались незакрытые вопросы ещё с Земли. И, наконец, нам никто не помешает их решить. Я с ужасом вспомнила последние дни, проведённые в лабораториях правительства. Макс в тот период работал вместе с нами, он занимал пост начальника охраны. В принципе, к его работе вопросов не было, если бы не его жестокость. И ладно бы, мы никогда не пересекались, но в один момент он заметил меня. Среди всех научных исследователей, среди множества молодых девушек он решил остановить свой выбор именно на мне. И настолько Макс был навязчив, что чем больше я его избегала, тем становилось хуже. Однажды я пошла на свидание с парнем с лаборатории, так этот псих, когда узнал об этом, избил того бедолагу после смены. Это, конечно, перечеркнуло всё. Его уволили и отправили восвояси. Даже не стали вешать на него статью. А зря, надо было ему впаять по уголовке. Возможно, это был и для него переломный момент, ведь практически через неделю на лабораторию напали. И одним из главных карателей был именно он. Макс. И вот сейчас мы совершенно в чужом мире, нас окружает космос, инопланетные расы. И только одно у меня в голове не укладывается: как выжил Макс? Он донёс меня до очередной серой двери. Я услышала, как Макс набирает код на панели доступа, после чего он занёс меня в какую-то коморку без света и, особо не церемонясь, скинул на пол, как мешок картошки. Я охнула от боли, ударившись рукой о металлический пол. Он присел рядом со мной и дотронулся до щеки, куда ударил ранее, я же отпихнула его руку и отползла подальше, насколько позволяли размеры помещения. – Посиди тут пока, поумерь свой пыл. А то я смотрю, очень рада меня видеть. – Ты меня здесь запрёшь? – я быстро огляделась, пока тусклый свет из коридора хоть что-то давал рассмотреть. Это действительно была коморка, без окон и кровати, одни голые стены и пол. В углу виднелось нечто похожее на ведро. Прекрасно… Он встал и подошёл к двери. – Ты здесь будешь сидеть столько, сколько надо. Но, конечно, я лоялен к тебе, как всегда. – Что это значит? – Всё зависеть будет от тебя, от того, как быстро мы договоримся. Только ты и я. Он шутит? Договариваться с этим убийцей? – Пошёл к чёрту… – прошипела я. – Хорошо посидеть в одиночестве, – Макс отсалютовал мне пальцами и захлопнул дверь, и я оказалась в кромешной темноте. Я села, упёршись спиной в стену, и подтянула к себе колени. Моё лицо пылало и саднило от ударов. В тишине был отчётливо слышен звук двигателей корабля, который тихим гулом отзывался от стен. Адекватные мысли в голову не приходили, и я не представляла, что сейчас можно сделать. Сбежать с корабля нереально. Перебить всех злодеев? Я так не смогу. И сколько здесь этих гадов?

Перепроверив все карманы в своей тюремной робе Совета, я поняла, что ничего не осталось, ни коммуникатора, ни плеера. Несколько раз пыталась мысленно докричаться до Калая, но безуспешно. Интересно, что стало с Гоззо и Денрихом? Живы ли они ещё? Найдёт ли нас «Быстрый»?

Мысли были спутанными, меня расстраивало собственное бессилие, и я опустила голову на колени… Прошло много часов, может, даже сутки. Голод давал о себе знать так, что сводило желудок. Очень хотелось пить, отчего губы пересохли. Я старалась беречь силы и практически не двигалась. В комнатушке было холодно, и я пихала руки подмышки, чтобы хоть как-то себя согреть. И вот, наконец, у двери послышались шаги. Я встрепенулась, но с места не сдвинулась. Внизу двери открылась ниша, и с шумом кто-то пропихнул поднос с чем-то вонючим, отчего всю комнату заволокло тошнотворным запахом, после чего просвет закрыли, и комната опять погрузилась во тьму. Я подползла на коленях к подносу с его подозрительным содержимым, пытаясь не дышать. Уж не знаю, что больше подходило к ситуации, то, что решили накормить или – убить меня зловонием. К горлу подкатила тошнота, и я отползла подальше, так и не ощупав в темноте, что же было на подносе. Нет смысла таким травиться, а потом ещё с расстройством сидеть. Забившись в угол, я опять стала выжидать, прикрывая нос рукой. Всё равно, рано или поздно, но Макс придёт проверить, как я, сломалась или нет, готова на сделку, или ещё надо помучить меня. Время опять потянулось долго и мучительно. Возможно, я задремала, потому что не слышала, как открылась дверь, и кто-то присел напротив меня. Почувствовав прикосновение чужой руки, я открыла глаза и в тусклом свете, пробивавшемся из коридора, отшатнулась от того, кто был передо мной. На меня смотрел, ухмыляясь, Белояр.

– Вот мы и встретились.

– Тебя нет. Это всё в моей голове… Он потянулся ко мне рукой, и я зажмурилась от ужаса, упираясь в стену. Но больше он меня не трогал, и я приоткрыла веки. Передо мной никого не было. Я ошарашенно поморгала, приводя дыхание в порядок. Дверь была закрыта, и в комнате всё также царила темнота. Я выдохнула. Похоже, это был сон во сне. А может, из-за зловония у меня начались галлюцинации… У двери раздались шаги, уже самые что ни на есть реальные. В комнату вошли двое солдат. Особо не церемонясь, один из них пнул вонючий поднос, а второй подцепил меня за плечо и поднял на ноги. – Идём, – толкнул он меня вперёд. Меня взяли под руки и потащили по коридору на затёкших ногах. До этого я видела солдат под предводительством Макса исключительно в броне и шлемах, скрывающих лица. Теперь же я постаралась внимательно их разглядеть. Одеты они были в обычную форму боевого корабля – тёмные штаны, футболки и лёгкие куртки без каких-либо опознавательных эмблем. И это были не инопланетяне, это были самые настоящие люди. Значит ли это, что выживших на корабле с Максом было больше? Похоже на правду, и что ещё ужаснее, они были за него. Это были ЕГО люди, те самые, которые захватили лабораторию. – Эй, парни, куда вы меня тащите? – спросила я их на земном. – Куда надо, – отозвался тот, что справа. – Ты лучше помалкивай. В его словах была угроза, но в самом тоне было нечто, отчего я послушалась. Как будто ему меня было жаль. Или мне это показалось? Проведя по коридору, они подтолкнули меня к металлической двери. Открыв её, ввели меня в небольшое светлое помещение, напоминающее очередной медотсек, где посередине стояло кресло, а позади него – странный прибор с наконечником, напоминавшим жало. Долго разглядывать комнату мне не дали. Особо не церемонясь, посадили в кресло и быстрыми движениями заблокировали мои руки и ноги, одев кожаные наручники. Мне стало страшно, как-то нехорошо вот так сидеть пристёгнутой. А точнее, очень плохо. Тут же следом за нами вошёл седой мужчина средних лет. Он был в белом халате и напоминал обычных земных врачей. Первым делом он протёр руки каким-то средством и взял со стола одноразовые перчатки. Ох, не к добру. – Рия, – обратился он ко мне по земному. – Как ты себя чувствуешь? – Что? – не поняла я его. Тут, похоже, все меня знали. – Как ты себя чувствуешь после пробуждения из криосна? – встал он напротив. Я покосилась на него и на рядом стоявших солдат. – А это так важно? Зачем вы меня привязали? – Это важно, – миролюбиво ответил он и подал какой-то знак одному из охранников. Тот, особо не церемонясь, положил руку мне на голову и надавил, чтобы я её опустила. Я почувствовала, как врач дотронулся в своих перчатках мне до шеи, в том месте, где нас соединили с Калаем. – Бедное дитя, – пробормотал он, – как они посмели объединять тебя с чужим враждебным организмом. – Что? Вы о чём? – попыталась я поднять голову, но рука охранника ещё больше надавила. Я покосилась вбок, но кроме ног и белого халата ничего не увидела. Док продолжал прощупывать затянувшуюся рану на шее. Потом он отошёл и взял со стола флакончик с жидкостью, вернувшись, вылил содержимое мне на шею. – Эй, – возмутилась я, – что вы делаете? Кожа на затылке стала терять чувствительность, и я уже не ощущала прикосновений врача. – Рия, не переживай так, мы сейчас исправим то, что сделали с тобой, – опять миролюбиво ответил тот, будто с ребёнком говорил. И тут до меня дошло, они хотят отсоединить Калая от меня. – Вы не посмеете! – закричала я и начала бешено вырываться, но моё сопротивление быстро подавили, зажав мою шею в локтевом сгибе одного из охранников, отчего я упёрлась щекой в его торс. Хватка была такой сильной, что я больше не могла пошевелиться и только сопела ему в живот. Местный врач зашумел за спиной и подтащил ко мне этот ужасный прибор. Взяв остриё, протёр его дезинфицирующей жидкостью и подошёл вплотную.

Как он вонзил мне этот прибор в шею, я не почувствовала, но что-то произошло, и адская боль пронзила всё тело… Крик ужаса вырвался у меня из груди… я увидела, что пытаюсь встать с пола, мне помогает Рейко, он что-то кричит, но я не слышу его и падаю на пол. Перед глаза