Анастасия Милованова
Пари на дракона. Истинные сердца

Глава 1. Ночные шалунишки

Коридоры Илларии пусты и погружены в сумрак. На дворе ночь, и я крадусь вдоль стен, периодически прячась в закутки между колоннами. Мимо то и дело проходят часовые – альвы и драконы. Если бы не Шуш, кратковременная невидимость которого прячет меня от цепких взглядов стражи, вся моя вылазка пошла бы Пелагее под хвосты. Академия превратилась в крепость. Или тюрьму. Потому что ни адептов, ни работников из неё не выпускают. У нас даже уроки отменили. Все ждут приказов от правителей.

Прошло три дня с момента моего грандиозного фиаско на приветственном балу. Три дня без Рейва.

Меня до сих пор не пускают к нему!

Впрочем, как и остальных. Рейвард до сих пор не пришёл в себя, и лекари подозревают, что это из-за осколка Светоча в его щеке, извлечь который они пытаются всё это время.

На все мои просьбы, на увещевания Мирры и аргументы Ривейлы, что именно сила альвы Жизни может исцелить Греаза, мы получали отказы. Вернувшийся в Илларию Конрад не пускает к сыну никого, кроме имперских врачевателей.

Радует только одно: Пелагее тоже там не рады.

– Ты слышал?

Забывшись, я чуть не попадаюсь на глаза очередному патрулю. Высоченный дракон в компании моего соотечественника замирает в шаге от меня. Оба мужчины крутят головами, пытаясь понять, что их насторожило.

А я не дышу и молюсь Шестерым, чтобы у Шуша хватило сил продержать нас с ним в состоянии невидимости.

– У тебя уже паранойя, Гаррек, – вздыхает альва. – Четвёртый раз за обход что-то чудится.

– Я не виноват, что барьер вокруг Илларии последнее время барахлит и всё больше живности проникает за периметр, – огрызается дракон.

– Но не в саму же академию, – снова усмехается альва.

– Да знаешь, Ральт, я не удивлюсь, если слухи верны и у нас тут демон под носом шляется, – фыркает Гаррек.

Мужчины продолжают маршрут, оставляя меня в задумчивости. Академический заслон не такой уж и идеальный? Это получается, мы больше не в безопасности? Тут явно что-то не так. Как жаль, что мне сейчас совсем не до разбирательств с очередной аномалией Илларии. Моя цель – лекарское крыло и конкретная палата. Если меня не пускают к Рейву официально, значит, будем лечить нелегально.

– Шуш, готов? – На всякий случай проверяю малыша, сидящего в нагрудном кармане кителя.

– Шу-у-уш, – согласно пищит тот, при этом покачиваясь, как пьяный.

– Понятно, невидимости у нас на один раз, – расстроенно выдыхаю я.

Плохой из меня шпион. Смелый, но для удачной вылазки нужен опыт. Такой, как, например, у Авейры. Если бы не Ворона, я бы попалась на первом же обходе. В очередной визит императрицы Баррейт передала мне схему движения патрулей.

И вот я здесь, крадусь по ночным коридорам и надеюсь, что всё получится. Хорошо хоть от помощи Мирры отказалась. Подруга пыталась увязаться за мной. Одна лишь Лери проявила благоразумие и сразу сказала, что ей больше по душе собственная кровать, а не койка в тюремной камере.

– Пошли.

Выдохнув, я заворачиваю в коридор, ведущий прямиком к лекарскому крылу. Крадусь, выверяя каждый шаг, и не сразу понимаю, что царапает мою интуицию. По переходу гуляет сквозняк – видимо, кто-то открыл окно. Но самое настораживающее – это почти полное отсутствие света в коридоре. Магические светляки частично потушены, и вся противоположная сторона перехода погружена в полную темноту.

– Не нравится мне это, Шуш, – шепчу я.

– Шуш! – поддакивает мне мотылёк.

– Но и назад нельзя.

Сама эта мысль ввергает меня в панику. Нет, я должна добраться до Рейва именно сегодня! Не знаю почему, но мне это жизненно необходимо.

Делаю шаг, обходя особо тёмные закутки, прохожу половину коридора и уже вижу дверь, за которой начинается лекарское крыло.

Кто-то хватает меня со спины и зажимает рот ладонью! От шока подвисаю, но уже в следующее мгновение начинаю яростно сопротивляться. Мой похититель меньше меня ростом, да и явно слабее. Кусаюсь и слышу сдавленный вопль:

– Она меня укусила! Вот же ж!.. Не такому я тебя учила, Кара Тэлль!

Резко отпрыгиваю в сторону и стремительно разворачиваюсь. Передо мной стоят две фигурки. Почти одинакового роста, они отличаются по комплекции. Та, что отчаянно трясёт рукой, гораздо крупнее и грузнее своей соседки. Обе шпионки одеты в тёмные камуфляжные комбинезоны, на обеих вторженках маски, закрывающие нижнюю половину лица. Волосы спрятаны под чёрными шапочками, но мне и так всё понятно. Даже эти маски сдёргивать не надо.

– Бабуля?!

От удивления голос просаживается до сипа. И слава Шестерым: не хватает ещё внимание патрулей привлечь.

– Ларика?! – Перевожу взгляд на вторую фигурку и узнаю хитрющий блеск в родных глазах. – Вы что тут делаете?!

– Что делаете, что делаете, – передразнивает меня ба, стягивая маску и остервенело потирая ладонь. – Тебя спасаем. Я же говорила, что надо было сразу выдвигаться! Нет же, решила с твоими родителями посоветоваться. Ай! – Она присматривается к руке и поворачивается к Ларике. – У тебя там антидота в рюкзаке не найдётся? А то мало ли, мне тут внучку испортили и ядом накачали.

– Ба… – Я нервно оглядываюсь по сторонам, чувствуя, что испуг постепенно перетекает в раздражение. – Ваше присутствие здесь нежелательно.

– Ты смотри, как заговорила! – искренне обижается бабуля, отчего совесть незамедлительно укалывает меня в сердце. – Я, значит, целую операцию спланировала, Лара артефакт специальный спроектировала. А мы, оказывается, не нужны тут!

Бабуля разворачивается и марширует обратно к окну, через которое они, похоже, и влезли в коридор.

– Молодец, Кара, – гримасничает сестра и бросается за бабушкой.

Я настолько обескуражена таким поворотом, что не сразу реагирую.

– Да Шестеро! – Вскидываю голову и тихо рычу.

У меня по плану спасение любимого, а не встреча с родственниками!

В два шага догоняю не так уж и спешащую ба и обнимаю её со спины.

– Бабуль, я не то имела в виду. Я очень рада, что вы тут. Просто время такое… сложное.

– А когда иначе было? – по-доброму хмыкает бабушка и похлопывает мои скрещённые на её груди ладони. – Вот поэтому мы и тут – чтобы тебе помочь.

– Боюсь, твои методы решения проблем как раз сейчас будут не совсем уместны.

– Ха! – фыркает бабуля, заставляя меня улыбнуться. – Если я правильно тебя поняла, тут настоящее логово интриганов. А это моё поле битвы. Карочка. – Ба разворачивается и, протянув сухую ладонь, ласково оглаживает моё лицо. – Успокойся, детка. Бабушка всё решит.

Мне так хочется послушаться её. Как в детстве, когда бабуля прикрывала все мои шалости и потом ворчливо колдовала над моими стёсанными коленками. Или чинила мамину теплицу, когда я возомнила себя экспертом травологии и вырастила стальной дуб.

Бабуля всегда меня прикрывала. Всегда прятала за своей спиной. Но сейчас я должна взять ответственность на себя. Именно об этом и говорила Ривейла.

– Извини, ба, но я сама. А вам лучше вернуться домой, пока драконы не поняли, что на территории академии лазутчики из Алерата. Леди Миллат не упустит возможности обвинить нас в подготовке заговора.

– Мне уже не нравится эта твоя леди, и я очень хочу с ней познакомиться. Лара, ты захватила наш похудательный чай?

– Да, бабуля!

– Бабушка! – В ужасе округляю глаза. – Никаких похудательных чаёв! Немедленно отправляйтесь домой.

– Не получится, у меня артефакт сломался, – ржёт Лара, всё это время наблюдавшая за нами с ехидной улыбкой.

– Какой артефакт?!

– Который нас прямо сюда перекинул. Прикинь, у меня получилось даже защитный периметр взломать! – горделиво выдаёт Ларика, а от дальнейших её слов у меня кровь от лица отливает. – Пришлось пару дней вокруг пошляться, чтобы считать магическую энергию и понаделать пробных дыр.

– Так это ты… – в ужасе хриплю я и тут же затыкаюсь.

Раздаётся скрип открываемой двери. Хватаю родственниц и заталкиваю их в ближайший закуток. Успеваю порадоваться, что бабуля не возмущается и стойко терпит утрамбовку.

– Рюкзак! – сдавленно шипит сестра, отпихивая меня и вырываясь на свободу.

– Лара!

– Да сейчас! – гневно огрызается шпионка, влезая в закуток следом за мной.

Мы затихаем. Кажется, даже дыхание задерживаем. В тишине слышатся чьи-то шаги и насвистывание. Какой-то мужчина только что вышел из лекарни и направляется чётко мимо нашего закутка.

– Теперь я знаю, что чувствуют помидоры в банке, – нервно хихикает Ларика и ещё сильнее притискивает к себе рюкзак.

– Заткни…

Не успеваю договорить, как сестра пробкой вылетает из нашего убежища. Не проходит и секунды, как коридор оглашает возмущённый вопль.

– Помогите! Гады чешуйчатые лапают!

– Ну, допустим, не гады, а гад. И даже тут я бы поспорил. – Знакомый голос Арма прокатывается по мне волной облегчения. – Да и не лапал я тебя. Так, пощупал.

Вываливаюсь из закутка и наблюдаю настолько нелепую картину, что не знаю, мне смеяться или плакать.

Посреди коридора, держа за воротник вырывающуюся Ларику, замер принц. Причём силы в Арме столько, что сестра просто повисает на его вытянутой руке. И если лицо Лары пылает от гнева и обиды, то вот принц разглядывает добычу с интересом. И чем дольше он это делает, тем больше я беспокоюсь: уж слишком знакомый этот интерес.

– Молодой человек, будьте добры, отпустите мою внученьку. – Из-за моей спины появляется бабуля. – Пока она вам руку не откусила.

– Что?

Отвлёкшись на бабушку, Арм не сразу понимает, о чём она говорит. А когда переводит взгляд на Лару, успевшую вытащить из рюкзака странного вида кусачки, резко встряхивает рукой.

– Боги, это что за жуть такая?!

– Сам ты жуть! А это – устранитель ненужных конечностей, – с гордостью выпаливает Ларика и, закинув инструмент на плечо, показательно щёлкает челюстью.

На лице принца отражается искренний испуг, что слегка, но всё-таки успокаивает меня. Рейв на меня так никогда не смотрел, а значит, симпатия Арма к Ларе могла мне показаться.

– Ну, знаешь ли, я своими конечностями дорожу, они все при деле, – несколько оскорблённо отвечает Арм и, переведя взгляд на бабулю, кланяется. – Рад личной встрече, госпожа Тэлль.

– Ой, льстец, – манерно тянет бабушка. – Рад он, как же.

– Могу поклясться на Осколке. – Арм лучезарно улыбается, а я только глаза закатываю.

Но уже в следующее мгновение дракон хмурится, оглядывая ночных гостий.

– Но сразу после того, как вы объясните, зачем проникли в академию. Иначе мне придётся вас арестовать.

– А арестовывай! Арестовывай меня полностью! – выдаёт бабушка, отчего я заливаюсь краской. – Я потом подружкам буду рассказывать, что меня целый драконий принц пленил!

– Ну, насчёт целого – это мы ещё поспорим. – Ларика снова клацает своими кусачками, заставляя Арма вздрогнуть. – Но, вообще-то, мы официальные гости.

– Официальные гости не лезут на стены академии среди ночи, ещё и в шпионских костюмах, – сложив руки на груди, бубню я, пока сестра роется в рюкзаке.

– Мы решили, что так будет эффектнее.

Лара наконец-то выуживает помятый свиток со дна рюкзака. Безуспешно попытавшись оттереть с него какие-то маслянистые пятна, она передаёт бумагу Арму.

Дракон, опасливо взглянув на Лару, раскрывает послание и с полминуты вдумчиво читает. Потом переводит взгляд на меня и пожимает плечами:

– Они действительно посланники Владыки. Вот, печать его первого советника. Ларика Тэлль и Виреми Тэлль направлены в Илларию в качестве консультантов по устранению вредителей.

– Чего? – Округлив глаза, я выхватываю бумагу и принимаюсь читать кривоватые надписи.

Сразу узнаю почерк сестры. Горе-шпионка даже не старалась подделать папину манеру письма.

– Он хотя бы знает? – взглянув на двух подельниц, грозно спрашиваю я.

Трясу бумагой и всем своим видом показываю: не смейте врать.

– И папа, и мама в курсе, – выдыхает Лара. – Не очень довольны, но обещали прикрыть нашу вылазку во дворце.

– Вы мне объясните, о чём разговор? – Похоже, даже вечно расслабленный Арм начинает терять терпение.

Оборачиваюсь к нему и, ткнув пальцем в печать, поясняю:

– Если дело касается этих двух прохвосток, то никаким верительным грамотам верить нельзя. Потому что наш отец и есть первый советник Владыки. И доступ к печати у нас круглосуточный.

– Здорово! – Арм приходит в восторг, чем озадачивает меня: не такую реакцию я ждала. – А документы о ссуде подделать можешь?

На лице Ларики появляется настолько злодейское выражение, что я с трудом удерживаюсь, чтобы не наградить оплеухой наследного принца Валестии.

– Арм! – возмущённо шиплю я. – Ты мне совсем не помогаешь!

– А должен?

– Да! – Всплёскиваю руками, прося помощи у богов. – Я, вообще-то, к Рейву иду! Мне надо его увидеть!

Улыбка и заговорщицкий блеск в глазах Арма резко затухают. Он смотрит на меня с сочувствием, отчего моё сердце бросается в лихорадочный бег, а кровь отливает от лица.

– Нет, Арм, нет, – шепчу я, в панике оглядываясь на бабушку и ища у неё поддержки.

Снова смотрю на принца, надеясь, что он сейчас выкрикнет: «Шутка!»

– Нет, Арм, только не говори, что Рейва нет! Я же могла его спасти! Я должна была его спасти!

Не дожидаясь ответа дракона, я бросаюсь к лекарне. Но успеваю сделать всего два шага, как принц хватает меня и рывком заставляет остановиться.

– Кара, погоди паниковать. С Рейвом, конечно, не всё в порядке, но он жив. Просто в академии его нет.

– Как нет? – потерянно переспрашиваю я.

– Конрад забрал его в столицу. Папа разрешил открыть портал прямиком из палаты здесь в больницу при дворце. Его будут осматривать лучшие императорские врачеватели.

– Я! Я – лучший врачеватель! – запальчиво возражаю, понимая, что опоздала.

Моя интуиция кричала, требовала действий, а я всё план разрабатывала!

– Мне нужно во дворец, – твёрдо заявляю я.

– Нет, Кара, прости, но нет. – Принц качает головой, резко теряя баллы в моём личном рейтинге симпатий. – Сейчас это может ухудшить политическую ситуацию. Подожди, я уверен: скоро Рейв вернётся.

– Я и так потеряла три дня, Арм! – Тру лицо, чувствуя бессилье что-либо изменить.

– Кара. – Дракон подходит ближе, заглядывает мне в глаза. – Рейвард не приходил в себя, был в бреду. Но всё время повторял только твоё имя. Ты ничего не потеряла. Мой друг сделает всё, чтобы вернуться к тебе. Но дай нам возможность вылечить его без вмешательства альв. Не вручай Валентине ещё один рычаг давления на совет.

Закрыв лицо руками, киваю. Он прав. Надо просто подождать. Немного. Мой дракон сильный, он сможет справиться и без меня.

– Как я устала от этих политических игр, – сдавленно шепчу я и вытираю выступившие слёзы.

– Поэтому на этом поле у нас замена, – довольно произносит бабуля, хотя я замечаю тревогу в её глазах.

Беспокоится обо мне, но старается не подавать вида.

– Я слышала, у вас тут интриганы завелись?

– О да, целый рассадник, – подтверждает Арм, подставляя для бабушки локоть. – Позвольте проводить вас в кабинет ректора?

– Уж будьте любезны. Мне нужно переговорить с мудрыми людьми, дабы обсудить план дезинфекции. Интриганы, как тараканы, выводятся либо ядом, либо голодом. Как думаете, какой вариант нужен в случае наших вредителей?

– Боюсь, придётся комбинировать, – учтиво отвечает Арм.

С удивлением наблюдаю за тем, как дракон уводит бабулю в сторону центральной башни. Эти двое спелись с первого взгляда, и я не знаю, радоваться или срочно устраивать операцию по эвакуации Илларии.

– Не волнуйся, не будет она никого травить или морить голодом, – хлопнув меня по плечу, уверенно заявляет Лара. – Ба умеет играть тонко.

– Да в мыслях подобного не было, – фыркаю в ответ. – Я больше переживаю за то, как нас встретит ректор.

Не уверена, что господин Фрёист в столь позднее время готов принимать гостей, но, похоже, у него нет выбора.

Как и у меня.

Но я постараюсь, чтобы к возвращению Рейва у нас был хотя бы чёткий план действий. А там и истинность подтвердим. Это единственное, в чём я сейчас твёрдо убеждена.

Глава 2. Семейный завтрак

В центральной столовой шумно. Впрочем, это единственное, которое не меняется в Илларии. Студенты ведут всё те же разговоры и споры, что вели и неделю назад. Едят всё ту же опостылевшую кашу. Мои сокурсники всё так же занимают соседний стол и обсуждают последние слухи. Радует, что об Ильке, который по-прежнему находится под арестом, никто не треплется. Мигиль заверила меня, что им и не нравилась маниакальная одержимость Эрто властью. Слабо верится, конечно, я до сих пор помню неприязненные взгляды его друзей. Но это лучше, чем открытая ненависть. Без главного заводилы остальные не представляют опасности. Надеюсь, что Ильке хватит ума, чтобы пойти навстречу расследованию.

Оглядываю вполне мирную обстановку в столовой и тихо вздыхаю. Всё так буднично. И это странным образом успокаивает меня. Словно ничего не поменялось. Я не раскрывала тайну моего дара, а Рейв вот-вот появится в дверях столовой.

Вчера, а точнее, уже сегодня, я очень поздно легла спать. Разговор с опешившим от таких гостей Алдертом затянулся на пару часов. Я предлагала сразу отправить родственниц домой, ведь у ректора есть полномочия открывать порталы. Но господин Фрёист почему-то решил разместить бабулю и Лару в той комнате, которую мы занимали, когда только прибыли в академию. Хотя чему я удивляюсь? Бабушка умеет найти ключик к любому мужскому сердцу. А ещё Алдерта очень заинтересовал пробойник Лары, которым она вскрыла охранный периметр Илларии. Расспросы были настолько подробными, что Арм под конец разговора начал скрипеть зубами и буквально силком проводил шпионок в выделенную для них спальню.

Я очень надеюсь, что у принца эти собственнические порывы только из братских побуждений. Лара же совсем крошка! Да и Миррали никто не отменял.

Украдкой смотрю на подругу. Принцесса поддерживает непринуждённую беседу с сидящими рядом Армом и Клео. Гор, как обычно на завтраке, с головой погружён в трактат о конструировании сканирующих механизмов. Отлично, все выспались. Кроме меня!

Тоскливо ковыряюсь в овсяной каше, в которую Мирра щедрой рукой насыпала фруктов. Машинально переставляю тарелку, когда сверху сыплются очередные крошки нектара.

– Этот детский сад не планирует завтракать на свежем воздухе? – ворчливо интересуется Лери, стряхивая радужную пыльцу с волос.

– Шуш думает, что таким образом он спасает нас от присутствия Пелагеи. – Зевая, я бросаю взгляд наверх.

Всю площадь потолочных балок занимают бабочки. Как те самые монархи, укравшие сердце шушарика, так и многочисленные дети Шуша. Почему-то мотылёк решил, что всё его семейство должно принимать пищу вместе с нами. Но я не возражаю: это действительно помогает избегать княжну.

– Ну, вообще-то, Пелагея уже давно принимает зелье против аллергии, – произносит Гор, не отрываясь от записей. – А на днях ей должны доставить артефакт, отпугивающий бабочек.

– Это не опасно для Шуша? – тут же вскидываюсь я, беспокоясь о здоровье любимца.

– Нет, конечно, – хмыкает Гор, почёсывая бровь и перелистывая страницу. – Я ж его сломаю.

Он говорит это так спокойно, будто мы погоду обсуждаем. Переглядываюсь с резко притихшими друзьями, в глазах которых читается удивление и восхищение.

– Вы однозначно плохо на него влияете, – выговаривает нам Клеона.

– Мы однозначно приведём его к успеху, – парирует Арм.

– Если я раньше с вами не свихнусь, – улыбается песец, наконец-то откладывает книгу и со вздохом принимается за завтрак. – Или слягу с несварением желудка. Почему в первый день в академии нас кормили так разнообразно, а сейчас уже которую неделю эта каша?

– Потому что госпожа Бальвус считала её самым полезным началом дня. – Бетье закатывает глаза.

– Так её уже сколько нет? – Я в недоумении развожу руками.

– Так всё это время хозяйственные вопросы и не решаются. Дядюшка в этом плане полный профан. А я не успеваю отвечать за всё! – Клео злится, и я вижу, как нервно дёргается её глаз.

Ого! Да она на пределе!

– Тихо-тихо. – Это понимает и Арм, успокаивающе приподнимая ладонь. – Нового завхоза уже ищут.

Драконица в ответ только гримасничает, передразнивая принца. Как раз в тот момент, когда дверь в столовую открывается, являя нам запоздавших едоков. Подняв голову, я так и замираю с открытым ртом. Конечно, очень хотелось увидеть Рейва, но вновь прибывшие вызывают волну удивлённых шепотков не только за нашим столом.

В проёме появляется Арабелла в сопровождении ректора и бабули. На лице Алдерта застыл призыв о помощи. А вот императрица и ба выглядят так, будто эти двое давно дружат и вместе проворачивали не одно хитрое делишко! Ну или прямо сейчас обдумывают план по захвату мира.

– Твоя бабушка в академии?! – шёпотом вскрикивает Миррали, гневно глядя на меня.

– Ой, – прикидываюсь раскаивающейся. – Они вчера вломились, я не успела рассказать.

– Мы уже часа три как бодрствуем! – злится принцесса и тут же осекается. – В смысле они? Кто ещё?

Вместо ответа, я киваю на вход. Там как раз показываются Ворона с Ларикой и бойцами охраны. И только затем в столовую входят Валентина и Андреас. Выглядит леди Миллат не ахти. Бледная, с затравленным взглядом, она постоянно прикладывает руку к животу и морщится.

– Отец не говорил, что послал твоих родственников на помощь, – ошарашенно проговаривает Миррали, следя за приближающейся процессией.

– Это добровольческий отряд, – поясняю я.

Мне тревожно от реакции принцессы. Лично она с бабулей и сестрой не знакома, но никогда и слова плохого в их сторону не говорила.

– Кара, скажи сразу, с ними могут быть проблемы? Сама понимаешь, мы сейчас ходим по очень тонкому льду, – не отрывая взгляда от императрицы и мягко ей улыбаясь, спрашивает подруга.

– Нет, что ты, – уверенно вру я. – Они обе – сама тактичность.

– Привет, патлатый! – опровергая мои слова, здоровается Лара.

Сестра, довольно скалясь, усаживается напротив Арма. Принц чуть отклоняется от стола и отвечает Ларике ехидной улыбкой. Никак не комментирует её слова, отчего у Мирры на лбу прорезается тревожная морщинка.

– Ларика, ты что себе позволяешь? – прошипев, выговариваю я.

– Меня, значит, щупать можно, а я, значит, не имею права говорить по факту? Он же патлатый? Патлатый. Не соврала же.

Сестра пожимает плечами с самым невинным видом, и только то, как она едва заметно сглатывает, подсказывает мне: Лара нервничает. Возможно, даже больше, чем я.

– Кто кого щупал? – Миррали хмурится.

Но я оставляю её вопрос без ответа. Если развивать эту тему, можно и до скандала скатиться. Подруга в последнее время совсем не в духе, что, в принципе, понятно. Вся наша миссия висит на волоске. А тут ещё и мои родственницы решили проявить инициативу.

– Арм, прости, Ларика не обучена этикету, – извиняюсь я, ловя на себе уничтожающий взгляд сестры.

– Да всё в порядке, – отмахивается тот. – Манер мне и во дворце хватает. Как видишь, у нас с матерью одинаковая аллергия на весь этот официоз.

Я вымученно улыбаюсь, мысленно прикидывая, как сделать так, чтобы сестра вообще не пересекалась с Миллатами и их сворой. Эти твари любое слово могут обернуть против меня или принцессы.

За столом возобновляется беседа, и я украдкой оглядываюсь. Арабелла уже заняла место рядом с ректором, там же восседает и бабуля. Заметив моё внимание, седовласая шпионка подмигивает. И это не на шутку пугает меня. Когда у бабушки хорошее настроение – жди беды. Быстро пробегаюсь по сидящим за преподавательским столом и понимаю, что недомогание леди Миллат мне не показалось.

– Что с Тиной? – спрашиваю я, глядя на то, как Андреас суетится вокруг матушки.

– Ай, не обращай внимания. – Ларика с энтузиазмом изучает содержимое тарелок на столе. – Бабушка посадила её на детокс-чай.

– То есть похудательный? – Я бледнею.

– Похудательный, детокс, – отмахивается сестра. – Бабушка меняет его название в зависимости от цели его применения.

– Шестеро! – Сжимаю руки в кулаки, надеясь, что мой возглас не долетел до старших. – Как вы вообще с ними пересеклись?

– Её величество почтило нас своим визитом, – нарочито чопорно отвечает Лара, стреляя в меня взглядом, чётко говорящим: «Ну и кто тут у нас этикета не знает?»

– Это ничего не объясняет, – злюсь я.

Оглядываюсь на подруг в поисках поддержки. И если Лери продолжает усиленно изображать интерес к своей тарелке, то Мирра просто молча наблюдает за мной и сестрой. Такое ощущение, что принцесса перешла в ждущий любую неприятность режим и сейчас мысленно просчитывает, какой вариант тэллострофы наиболее вероятен.

– Кстати, спасибо за розу Илларии, – закидывая в рот виноградину и блаженно улыбаясь, произносит Лара.

– А это тут при чём? – Я в который раз за завтрак бледнею.

– Бабуля с её помощью и втюхала чай Тине. Мол, напиток с этим благословенным растением помогает очистить организм от токсинов, улучшить цвет лица и раскрыть магический потенциал. Вот после упоминания последнего эта ваша Тина как вцепилась в кружку – не оторвать было.

Сбоку доносится понимающий хмык Арма.

– Что такое? – Поворачиваюсь к нему.

– Тётушка помешана на могуществе. Сама она крайне скверно управляется с молниями, что для янтарного дракона позорище. Сколько помню, она всегда старалась увеличить свой потенциал. Знахари, ведьмы, зелья и редкие артефакты – все и всё свозилось во дворец в огромных количествах. Не удивительно, что она вцепилась в этот чай.

– Странно, что она повелась на слова альвы.

– Роза Илларии выращена на нашей территории, благословлена нашей богиней – этого достаточно, чтобы поверить в силу напитка. – Принц пожимает плечами, переводит пристальный взгляд на Лару, отчего та слегка краснеет, и уточняет: – Чай с летальным исходом?

От надежды, звучащей в голосе Арма, за столом повисает тишина. Даже Гор отвлекается от книг и недоумённо смотрит на дракона.

– Чего? – переспрашивает Лара.

В её глазах застывает невысказанный вопрос: «Я всё правильно поняла? Принц хочет замочить тётушку?»

– Ну, нам уже пора сочинять оправдательную речь для твоей бабушки? – продолжает допытываться принц, не на шутку пугая сестру.

Но по ехидно изогнутому уголку драконьих губ я понимаю: он просто издевается над Ларой!

– Шестеро, ты что, прикалываешься? – возмущается сестра. – Ну просрётся твоя тётка, ей полезно!

– Лара! – осаживаю я её. – Следи за речью.

– Да, боги! – взрывается она. – Вечно вы так. Лара то, Лара сё. За собой следи, любительница споров! – Сестра поднимается, бросает на лавку салфетку. – Спасибо, наелась. Если что, я в библиотеке.

За демаршем сестрицы наблюдает вся столовая. Оборачиваюсь на бабушку и читаю в её глазах немой укор. Ну да, мы с Ларой никогда не жили душа в душу, но и до откровенных скандалов у нас не доходило. А тут такая реакция. С чего бы?

Скольжу взглядом по нашей компании и задумчиво смотрю на Арма. Принц, будто обожравшийся сметаны кот, уплетает кашу. Настроение у драконьего наследника определённо пробило небеса.

– Чего? – замерев, интересуется он у меня.

– Да так, – протянув, я отвожу глаза к входу.

Там, едва не столкнувшись с сестрой, появляется Ривейла. Выглядит тьютор уставшей, а прежде всегда опрятные волосы растрёпаны и собраны в небрежный пучок.

– Похоже, что-то не так? – обеспокоенно спрашиваю я, кивком указывая Мирре на приближающуюся госпожу Осот.

– Лучше скажи, что сейчас так, – мрачно отвечает подруга.

– А у тебя никаких комментариев? – поворачиваюсь к жующей Лери.

Валейт последние три дня вообще бьёт рекорды игры в молчанку. Ни сарказма, ни ехидных ремарок. Она либо спит, либо слоняется без дела по нашему домику, где мы вынужденно заперты.

И не будь у меня других забот, я бы обязательно пристала к подруге. Но… Самым важным для меня сейчас является здоровье Рейва. А с прошлой ночи – особенно важным.

– Да чего метаться? – флегматично отвечает Полери. – Всё равно наши действия ничего не решают. Император с Владыкой продолжат делать так, как считают правильным. Так и смысл нервничать, переживать и пережёвывать свои тревоги? – Валейт бросает на меня сонный взгляд.

Только я сейчас в такой паранойе, что мне чудится в её глазах отлично замаскированное напряжение. Словно подруга изображает ленивую покорность, а сама за всем следит и всё замечает.

– Девочки. – Рядом со столиком останавливается Ривейла. – Ваше Высочество, адепт Аксамит, доброе утро, – приветствует нас тьютор.

– Доброе, – эхом отвечаем мы и ждём продолжения.

– У нас новости, – несколько нервно произносит Осот.

– Ривейла! – окрикивает её Алдерт и с мягкой улыбкой взмахивает рукой, приглашая за преподавательский стол.

– Не волнуйтесь, всё под контролем.

Тьютор устало подмигивает мне и проходит мимо. Как загипнотизированная, я провожаю её взглядом. Очень хочется верить словам госпожи Осот. Но это невозможно, когда мой дракон неизвестно где. Это не под контролем!

Пока я медленно предаюсь самоедству, тьютор усаживается рядом с ректором и передаёт ему какой-то свиток. Алдерт деловито знакомится с его содержимым, в то время как Ривейла обменивается репликами с императрицей и моей бабушкой.

– Миррали, а тебе папа ничего не присылал? Ты с ним разговаривала? – спрашиваю я, всё больше хмурясь.

– Он вообще меня игнорирует, – огорошивает нас принцесса. – После инцидента на балу он общается только с Кайрисом. И, видимо, с Ривейлой.

– Но… Почему? – искренне не понимаю я.

– Потому что я снова его подвела, – цедит Мирра, тщательно стараясь скрыть боль.

Но я её слышу. Впервые за время нашего общения я чувствую прорывающуюся на поверхность боль и обиду Миррали. Всегда послушная, отдавшая жизнь своей стране, принцесса остаётся маленькой девочкой, которой нужна поддержка отца.

– Мирра…

Я протягиваю ладонь, но в этот момент раздаётся громыхание отодвигаемых стульев. Всё внимание присутствующих приковывается к Арабелле. Императрица оглядывает зал и со светлой улыбкой принимается вещать:

– Дорогие мои подданные и гости из Конклава и королевства Алерат. С завтрашнего дня обучение в академии возобновляется…

Арабелла на мгновение замолкает, когда к ней с потолка пикирует Шуш. Мотылёк присаживается к драконице на плечо и деловито одёргивает мундир.

– Как ты вовремя, – воркует с ним императрица. – Вот, раз сама Иллария благословила нас своим посланником, значит, и следующее наше решение верное. Как вы наверняка уже знаете, в делегации из Алерата присутствует альва Жизни. Как стало известно, никто её от нас не скрывал. Наш император был в курсе, и статус инкогнито поддерживался намерено.

– Но… – пытается возмутиться Валентина, при этом ещё больше зеленея.

– Совместно с Владыкой Альгералем мы пришли к решению не рушить уже созданную пару Миррали и Армониана.

Арабелла стреляет ласковым взглядом в нашу сторону. Но как только она отводит глаза, на её лице возникает суровое выражение.

– Ритуал состоится, и союз будет заключён. Демоны будут побеждены.

Зал взрывается аплодисментами. Мне хочется радоваться вместе со всеми, но я не могу. Что-то в глубине души не даёт расслабиться. В политике всегда есть подвох. Не бывает всё настолько радужно!

– А если привязка не случится? – всё-таки выкрикивает Валентина.

Но, к моему приятному удивлению, никто её вопрос не поддерживает. После того как Андреас повёл себя подло на состязании, а Армониан указал ему место, рейтинг Миллата среди учащихся заметно упал. А вместе с тем – и симпатии к его матери.

– Тогда Кара с радостью вступит в брак с Армонианом. – В повисшей тишине шёпот Ривейлы звучит колокольным звоном.

Когда до меня доходит смысл её слов, я резко смотрю на бабулю, которая только поджимает губы. Какой бы боевой она ни была, против воли Владыки ба не пойдёт. Обойти, обыграть его решение – да. Но в этот раз нам действительно не оставляют выбора.

Чувствуя, как кровь отливает от лица, медленно поворачиваюсь к Арму, который смотрит на меня с таким же ошарашенным выражением.

– Мне нужен Рейвард, – сбивчиво произношу я.

– Мне тоже.

Глава 3. Второй шанс

– Кара, подожди! – окрикивает меня Кайрис, когда я молнией пробегаю мимо него.

Где-то позади остаются Арм и Миррали, но у меня нет терпения их дожидаться. Если я сейчас же не покину стены академии, не вдохну свежего воздуха – взорвусь. Мне нужен новый план. Мне нужен Рейв здесь и сейчас.

– Чего? – огрызаюсь я на Тень.

Но всё же останавливаюсь. Злость злостью, а субординацию нужно соблюдать.

– Надо поговорить, – произносит Валларс, окидывая меня тревожным взглядом.

– Говори.

Мои ответы далеки от учтивых, но это всё, на что может рассчитывать Кайрис. Сдуваю выбившуюся прядку со лба и выжидающе смотрю на Тень.

– Мне нужно, чтобы ты поговорила с Ильке.

– О! – только и выдаю я, потому что Валларсу удаётся ошарашить меня.

– Он не идёт на контакт, – поясняет страж. – Я могу сломать его волю, воспользовавшись сонным параличом. Но, думаю, будет гораздо эффективнее, если он добровольно расскажет всё, что знает.

Склонив голову набок, я рассматриваю Тень Владыки. Высокий, он не пугает горой мышц, но его тело так и излучает опасность. Гибкий, грациозный, устрашающий – Кайрис Валларс не зря занимает место Тени. И этот всемогущий мужчина просит помощи у меня, простой адептки?

– Почему ты думаешь, что он станет со мной говорить? – Я хмурюсь. – Мы, вообще-то, с ним поссорились.

– Я думаю, что Ильке не виновен и действовал по принуждению. – Кайрис снова вводит меня в смятение.

– Разве не он манипулятор с нашей стороны? – осторожно спрашиваю я, оглядываясь.

Позади как раз появляются Армониан с Миррали. Заметив нас, парочка притормаживает, а принцесса и вовсе дёргает подбородком, будто бы спрашивает: «Нужна помощь?» Поспешно качаю головой, прося у подруги несколько минут наедине с Тенью её отца. Если Владыка не хочет говорить с дочерью, то, может быть, хотя бы из его помощника удастся выбить какую-то информацию?

– Сдаётся мне, что Ильке сам жертва.

Кайрис потирает подбородок. Его пепельные брови сведены к переносице, отчего красивое лицо приобретает грозное выражение.

– Не спорю, Эрто амбициозен и умён. Гораздо умнее своего отца, но он ввязался в игры, которые ему не по зубам. Сейчас я разрываюсь между интригами, которые плетутся у нас дома, и кознями, которые строят нам тут.

– А чем занят отец? – За моей спиной раздаётся звонкий голос Миррали, отчего я закатываю глаза.

Вроде бы терпение всегда считалось её добродетелью, но, судя по обиде, звучащей в вопросе принцессы, скоро мы познакомимся с новой версией Мирры – требовательной и властной.

– Владыка на передовой, – отвечает Кайрис, бросая на вмиг побледневшую Мирру бесстрастный взгляд. – Вместе с вашими братьями и альвами Света. Они пытаются удержать разрастание завесы.

– Завесы?! – в один голос восклицаем мы трое.

Валларс устало прикрывает лицо ладонью, а затем с усилием трёт его.

– Границы Демастата накрыла странная магическая завеса, – всё же поясняет Тень. – Она возникла по всему периметру и каждый день движется вглубь наших территорий. Наших, имперских и Конклава. Опытным путём выяснилось, что отбросить её можно только магией Света. Владыка прямо сейчас носится по всей передовой объединённого союза, отбивая сантиметр за сантиметром. Ещё вопросы?

– А мой отец? – внезапно спрашивает Армониан. – Он что, вообще не помогает?

– А что может сделать его величество?

Кажется, принцу удаётся расшевелить невозмутимого Валларса.

– Он же алмазный. Алмаз обладает самым высоким показателем светового преломления, – тараторит принц, пытаясь донести до нас какую-то простую истину.

Но видя непонимание на наших лицах, хватает принцессу за руку.

– Мирра, пойдём, мне нужно связаться с отцом и кое-что ему подсказать. А ты продемонстрируешь.

– Э-э-э, ладно, – в недоумении тянет Миррали, бросая на Кайриса вопросительный взгляд.

– Стража будет с вами, не беспокойтесь. – Тот кивает.

– Да я и сам смогу защитить мою невесту, – огрызается Арм и тянет за собой Мирру. – Пойдём, надо помочь нашим упёртым отцам. Я всегда говорил папе, что надо шире использовать наши способности…

Слова дракона затихают в коридоре. Вместе с Валларсом провожаем парочку задумчивыми взглядами. Не знаю, что там придумал Армониан, но почему-то уверена: это решит проблему с демонической завесой.

– Кхм, – привлекает моё внимание Тень.

– Да. – Вскидываю голову. – На чём мы остановились? А то я спешу.

– Куда?

– Неважно, – тут же спохватываюсь я, переживая, что Кайрис может каким-то образом залезть мне в голову и увидеть тщательно выстраиваемый план побега.

Пока абстрактный, но всё же.

– Ильке, – напоминает Валларс, хотя я ни на секунду не забывала о его просьбе. – Поможешь его разговорить?

Вздыхаю, пытаясь разобраться в мыслях. Разговаривать с бывшим, особенно после того, как он напал на Рейва, считаю предательством. Кровожадная часть меня требует немедленной расправы. Пускай Тень испробует на Эрто весь свой допросный арсенал. Но…

– Кара?

На мгновение на лице Кайриса проступает искренняя растерянность. Он будто не ожидал, что я раздумывать буду.

– Хорошо, – решаюсь я. – Но только один раз. Хотя повторюсь: это бесполезно. Ильке не доверяет никому.

– Даже тебе?

– Особенно мне.

Тень хмыкает и кивком предлагает мне пройти за ним. Все мои надежды выпытать из него ещё что-нибудь рушатся, едва Валларс делает первый шаг. Его походка настолько стремительная, что единственная мысль, бьющаяся в голове, – не отстать бы.

Мы шаровой молнией пролетаем по коридорам. Сегодня они ещё пусты, но уже завтра, как обещала императрица, обучение продолжится и стены Илларии наполнятся будничным шумом.

Всё станет как прежде. Только вот Рейва рядом со мной не будет.

– Кайрис, можно просьбу?

Вопрос летит в спину Тени, который и не думает останавливаться. Мы успеваем спуститься на несколько уровней вглубь академических подвалов. Здесь всё реже попадаются работники Илларии, всё чаще встречаются стражи – как из драконов, так и из альв. Почему Конклав не прислал охрану для своих делегатов, так и остаётся для меня тайной. Настолько уверены в их безопасности? Или доверяют драконам?

– Слушаю.

Валларс резко останавливается у одной из многочисленных дверей. Её полотно светится голубоватым сиянием, выдавая наложенные блокирующие чары.

Я робею под его строгим взглядом, но потом резко вздёргиваю подбородок. В конце концов, я не прошу ничего предосудительного. Просто хочу доказать нашу с Рейвом истинность.

– Мне нужна встреча с Греазом, – произношу я и всё же, покраснев, отвожу глаза.

– Зачем? – В голосе Тени звучит растерянность.

– Мы с ним истинные.

– У него есть жена, Кара. Какая истинность? Ты хочешь привязать к себе главу Департамента?

В первую секунду от изумления у меня рот приоткрывается. И только когда смотрю в лицо Валларса, вижу кривоватую улыбку на его губах. Тень изволил пошутить!

– Я, вообще-то, серьёзно, – надув губы, бурчу я.

– И я серьёзно, Кара. – примирительно произносит Кайрис. – Почти не обманул. Конрад действительно стоит между тобой и Рейвом. Этот человек привык контролировать всё и всех, а собственного сына не уберёг. Даже двоих. Поэтому прости ему его осторожность. Согласись, веры нам сейчас немного. Мы скрыли твоё существование. Сразу двое из делегации оказались если не предателями, то заговорщиками. Чудо, что Гарриард пошёл навстречу и убедил совет в собственной осведомлённости о наличии альвы Жизни среди наших делегатов. Мы сейчас должны сделать всё, чтобы нам снова безоговорочно верили.

– Именно поэтому Владыка лично занимается удержанием завесы? – покусывая губы, уточняю я.

– Да. – Тень кивает. – И именно поэтому ритуал между Миррой и Армом должен состояться. Именно поэтому мы должны выудить из Ильке всю информацию, которой он обладает.

Валларс, безусловно, прав. Но есть один маленький нюанс.

– Кайрис, но ты же знаешь об определённой особенности принцессы, – шепчу я, пытливо глядя в глаза Тени.

– Я в курсе, – не дрогнув ни единым мускулом, отвечает тот. – Но этот момент мы отложим на потом. Сначала – Ильке.

Валларс подхватывает меня под локоть и одним взмахом руки снимает чары с двери.

– Давай, Кара, я в тебя верю.

С этими словами Тень вталкивает меня в небольшую комнатку и захлопывает за мной дверь. Я теряюсь, когда с поставленной, очевидно, наспех кровати ко мне поднимается Ильке. Комнатка совсем крошечная, видимо, использовалась как склад, потому что повсюду я вижу деревянные щепки и черепки от разбитой посуды. А в углу и вовсе свален какой-то хлам. Помещение кажется ещё меньше, потому что Эрто далеко не маленький.

– Ты что тут делаешь?

В голосе Ильке звучит угроза и… настороженность. Взглянув в глаза бывшего парня, я не вижу в них обещания скорой расправы. Нет, Ильке сам опасается меня. И вся его бравада лишь попытка выстроить оборону.

– Пришла дать тебе второй шанс.

Я натянуто улыбаюсь, не сразу понимая, насколько двойственно звучит эта фраза. Откашливаюсь и с преувеличенным интересом принимаюсь рассматривать скудную обстановку.

– В смысле, дать тебе шанс на свободу. Расскажи мне всё, что знаешь, и Валларс попробует выторговать у драконов твоё освобождение.

В комнате повисает тишина, а я как-то буднично отмечаю, что между мной и Эрто больше нет того напряжения, которое неизменно возникало, когда мы оказывались рядом. Вообще ничего.

Мне даже не страшно!

– Хм, – выдаёт тем временем Ильке и возвращается на кровать, заваливается на неё и, закинув руки за голову, смотрит в потолок. – А я ведь ничего и не знаю, Кара. Так, мелкая сошка, не достойная внимания ни ДСД, ни наших теневиков. Мне нечего сказать. Можешь так и сказать Валларсу: его план не удался. Иди, развлекайся со своим аметистовым чешуекрылом.

Гнев жгучей волной заполняет грудь. Требует выхода, требует встряхнуть этого самоуверенного засранца. Но я больше не та Кара, которую было легко выбить из равновесия. Мне нужно вывести Эрто на чистую воду, значит, будем действовать в его стиле. Ловить на слове и бить по болевым точкам. При всей своей амбициозности, мой бывший парень никогда не желал смерти простым людям.

– Ильке, я ведь правда хочу тебе добра, – произношу я и, найдя среди хлама колченогую табуретку, аккуратно усаживаюсь напротив кровати. – Ты ведь не дурак и должен понимать, что сейчас разговор идёт не о нас с тобой. Не о возможной выгоде и завидных должностях. Демоны активизировались и снова нападают на нашу страну. Пока мы тут строим козни друг другу, наши люди гибнут на передовой. Ты ведь не чудовище, Ильке. Я не смогла бы полюбить морального урода. Помоги себе. Помоги им. Пожалуйста.

Последние слова произношу внезапно пересохшими губами. Всю мою речь я рассматриваю сложенные на коленях руки, а когда поднимаю глаза, натыкаюсь на пристальный взгляд Эрто. Он абсолютно нечитаемый и даже в чём-то пугающий. Не сработало?

– Я не нападал на Рейва, – тихо произносит Ильке, усаживаясь прямо.

Сейчас Эрто серьёзен как никогда. Нет в нём ни знакомой уже ехидной снисходительности, ни самовлюблённости. Он разговаривает со мной как с равной.

– Зачем врать, когда все видели обратное? – устало возражаю я.

– Я не знал, что это реальность, – огорошивает меня Эрто.

А затем и вовсе растерянно проводит руками по волосам.

– Меня словно что-то вело. Неужели ты считаешь меня настолько глупым, что я напал бы на аметистового дракона у всех на виду?

Закусываю губу, пристально глядя на Ильке. Идиотом он совершенно точно не является.

– Именно этот нюанс и спасает тебя от немедленной расправы, – киваю я. – Твоё поведение слишком нетипичное, непохожее на твои выверенные ходы. Поэтому Кайрис и засомневался. Ильке, я прошу тебя, расскажи всё, что ты знаешь.

Добавляю в голос проникновенных ноток и с удивлением понимаю, что подражаю Рейву. Именно так делал он, когда хотел вывести меня или оппонентов на нужные ему эмоции.

– Ты говоришь, что не хотел нападать на Греаза. Но сделал это. Мы подозревали, что ты обладал артефактом, позволяющим ментально воздействовать на альв. Но в итоге ты сам оказался под внушением. Получается, мы не правы? Если ты знаешь, у кого может быть подобный артефакт, я умоляю тебя, скажи. Мы должны поймать заговорщиков и спасти этот союз.

Эрто в ответ опускает голову, его руки покоятся на бёдрах, а кисти свисают вниз. Я снова начинаю сомневаться, что он всё же согласится сотрудничать.

– Кара, я воздействовал только на тебя, – наконец со вздохом признаётся Ильке.

Резким движением вытаскивает рубашку из штанов и задирает так, чтобы продемонстрировать едва заметную татуировку под рёбрами. Выполненная в виде золотой пыльцы, она закручивается в спираль. Центр завихрения тускло сияет зеленоватым светом. Я ни разу не видела этого рисунка на теле моего бывшего парня. Всё потому, что никогда не заходила дальше поцелуев и объятий. Ильке особо не настаивал, и теперь понятно почему.

– Видишь? Отец вживил мне кусочек нашей реликвии. Кто-то во дворце подарил ему этот артефакт. Его силы хватает, чтобы влиять на разум одной альвы, усиливать существующие эмоции. Но никак не зарождать новые.

Вспыхиваю, понимая, к чему ведёт Ильке.

– Я и не отрекаюсь от своих слов. Не обвиняю тебя в принуждении. Моя симпатия и, возможно, даже любовь, были настоящими. – Склоняю голову набок, пытливо вглядываясь в глаза Эрто. – Другое дело, что без твоего воздействия мои чувства прошли бы гораздо раньше. И этой катастрофы, – я развожу руками, – могло не быть.

– Да. – Ильке кивает, а в его глазах читается досада. – Могло не быть. Но я слишком хотел стать боевой дланью Владыки. И знал, что дочь первого советника приведёт меня к этой должности. То, что ты альва Жизни, я понял гораздо позднее, когда уже и сам в тебя увяз.

Эрто замолкает, словно у него заканчивается запас слов. Да и я ощущаю неловкость. В душе шевелится скорбь по ушедшим чувствам. Такое бывает, когда ты стоишь над осколками любимой вазы. Да, склеить можно, и даже делать вид, что всё в порядке, тоже можно, но вы оба понимаете, что прежними не будете. Да и не нужно уже это никому из пары.

– Но кто тогда управлял тобой? – Откашлявшись, я перевожу тему.

– Это не было похоже на внушение. – Ильке мотает головой. – Скорее, на исполнение потаённых желаний. Знаешь то чувство, когда тебе снится что-то такое, чего тебе очень сильно хочется? Я давно хотел набить морду Рейву и в какой-то момент отпустил себя. Просто решил, что это очередная моя фантазия. Сон, в котором я могу делать всё, что захочу!

Ильке озадаченно почёсывает бровь, пару раз открывает и закрывает рот, будто пытается подобрать слова, объяснить своё состояние по-другому. И мне очень хочется, чтобы он смог это сделать. Потому что я совершенно ничего не понимаю.

– Ильке… – зову я, собираясь задать наводящий вопрос про драконью реликвию, но в этот момент открывается дверь.

На пороге появляется Ворона, за спиной которой я замечаю высокую светловолосую альву. Её причёска уложена в лёгкие косы, обнажающие острые кончики ушей. Красивое лицо с тонким носиком и пухлыми губами светится тревогой. Женщина окидывает комнатку беспокойным взглядом знакомых синих глаз и замирает, когда видит Эрто.

– Ильке! – восклицает незнакомка и, толкнув Авейру в сторону, в два шага оказывается рядом с моим бывшим парнем.

На альве роскошное изумрудное платье, пошитое по последней моде Алерата. Невесомая ткань обнимает изящную фигурку, подчёркивая и высокую грудь, и длинные ноги.

Незнакомка дрожащими руками обнимает ошарашенного Ильке, а следующие слова Эрто заставляют меня в шоке приоткрыть рот.

– Мама?

– Ильке, сыночек! – причитает женщина, покрывая макушку Эрто поцелуями.

В её голосе звучит и волнение, и страх. И что-то такое, что заставляет глаза увлажниться.

– Мама? – одними губами переспрашиваю у оставшейся стоять на входе Вороны.

И только получив её подтверждающий кивок, я понимаю, какое чувство наполнило комнату. Радость воссоединения.

Этой эмоции столько, что я невольно улыбаюсь и украдкой вытираю пролившиеся слезинки. Несмотря на поступки Ильке, я не могу не порадоваться за него.

– Ильке, солнышко моё, – продолжает шептать Арлея, ощупывая сына и суетливо осматривая его. – Шестеро, как ты вырос! Какой взрослый! Славься, Матерь, я наконец-то смогла увидеться с тобой!

– Погоди, – потрясённо просит Ильке, хватает маму за запястья и отводит её руки от своего лица.

Он неверяще смотрит на Арлею, в его глазах я вижу целую войну. Сомнение, обида и радость – столько чувств сейчас борется в Эрто. Эту бурю отмечает и его мать.

– Ильке, я…

– Отец сказал, ты умерла, – перебивает её Ильке.

Его голос звучит пугающе тускло.

– Я рос с мыслью, что ты предала нас, не стала возвращаться, когда драконы похитили тебя. Папа говорил, что они выпили тебя до дна.

Мороз пробегает по коже, я бросаю испуганный взгляд на Ворону. Но Авейра, кажется, единственная, кто сейчас сохраняет спокойствие.

– Тебе ли не знать, насколько ложь бывает манипулятивной, – ровным голосом произносит ищейка.

Она с лёгкой улыбкой встречает потемневший взгляд Ильке и продолжает:

– Ты знаешь своего отца. Ты знаешь, на что он готов пойти, лишь бы отомстить нам, драконам. Отомстить тем, кто увёл его любовь. Ты сам чуть не пошёл по его стопам, примкнув к тем, кто поставил себе целью разрушить союз. Ты это знал, но всё равно вступил с ними в сговор. Скажи, Ильке, почему?

В комнате повисает напряжённая тишина, Эрто мечется взглядом между мной и Вороной, а его мать замирает, ожидая ответа сына.

– Потому что хотел уничтожить Рейва, – опустив голову, цедит Ильке. – Потому что он разрушил мои планы.

– Потому что он встал между тобой и Карой, – ультимативно припечатывает Авейра.

И снова нас накрывает молчанием. Всего секундным, но оглушительным для моих натянутых нервов.

– Да, – только и роняет Ильке.

На меня он бросает всего лишь один мимолётный взгляд, а потом резко выдыхает и смотрит на мать с кривоватой улыбкой.

– Получается, я ничем не лучше моего отца, да, мам? Ты поэтому сбежала?

– Что ты, солнышко. Я очень хотела вернуться за тобой, забрать к себе, – Арлея тараторит, скрывая тем самым волнение.

Она поднимается с колен и усаживается рядом с сыном, берёт его руки в свои, поправляет чёлку Ильке.

– Меня никто не похищал, я ушла добровольно. Просто мы с Рандаром оказались истинными…

– Рандар? – перебивает Арлею Ильке.

– Да, – с готовностью подтверждает та. – Рандар Лиарис, сапфировый дракон. Его отряд совершал пограничный рейд, а мы в то время ехали в поместье. И… – Арлея закусывает губу и даже краснеет. – В общем, получилось так, что между мной и Рандаром случилась первая привязка. Я ушла с ним, потом проявилась истинность. Но Таррик не принял мой выбор. Не дал мне возможности ни забрать тебя, ни видеться. Ильке, солнышко моё, я ни на секунду не забывала о тебе…

– Но ты могла бы подать хоть какой-то знак, что ты жива. – Эрто упирается локтями в бёдра и закрывает лицо ладонями. – Я всё это время считал тебя мёртвой. Я жил, взращивая в себе ненависть к драконам!

– Я ничего не могла сделать, милый! – Арлея всплёскивает руками. – Узнай кто в империи о нашей паре – и это могло привести к катастрофе. Ты сам видишь, как легко выворачивают наизнанку совершенно безобидные вещи. Если даже брак между принцессой и принцем некоторые личности пытаются выставить как попытку альв захватить власть в империи!

– Кара, – тихо зовёт меня Ворона, отвлекая от разговора матери и сына. – Пускай поговорят наедине. Им есть что обсудить.

Я киваю и бросаю последний взгляд на Ильке. Он явно в шоке, его лоб испещрён хмурыми морщинками. Но я почему-то за него спокойна. Его душа требовала ответов, он сам понимал, что действует неправильно. И сейчас он нашёл всё, что искал.

– Пойдём. – Я шагаю к Авейре.

Но едва переступаю порог, Ильке окликает нас.

– Я готов сотрудничать, – заявляет он.

Одновременно с Вороной оглядываюсь, вопросительно глядя на Эрто.

– Расскажу всё, что знаю. Заговор действительно готовит Валентина. У неё большие связи среди янтарных и адуляровых родов. Леди Миллат обмолвилась, что в её распоряжении древний драконий артефакт, поработав над которым она получит контроль и над императором.

– Обломок Светоча! – восклицаю я, получая подтверждающий кивок Вороны.

– Скорее всего, – вторит ей Ильке. – Но для завершения плана Валентине нужны артефакторы. Поэтому она связалась с Пелагеей.

– Только вот мастер из княжны никакой? – догадываюсь я.

– Я тоже так думаю, но лиса умело водит леди за нос. Обещает ей лучших специалистов. – Эрто с усилием проводит ладонью по лицу и резко выдыхает. – Как вы понимаете, мои слова к делу не пришьёшь. Леди Миллат просто обвинит меня в оговоре. Будь я на вашем месте, обыскал бы её вещи. С собой артефакт она не носит. Но вам нужно спешить.

– Почему?

Чувствую, что сердце снова заходится в тревожной чечётке. Уж слишком серьёзен Ильке.

– Привести свой план в действие Валентина планирует на свадьбе Мирры и Арма, – хмуро отвечает Эрто.

Арлея поддерживающе сжимает его ладонь и получает в ответ кривую улыбку сына.

– Это всё, что я знаю. Честно.

– Спасибо, – благодарит Авейра. – Этого уже достаточно много, чтобы составить план опережающих действий. Я всё передам Конраду, и мы будем думать, как получить официальное разрешение на обыск Валентины и её вещей. К сожалению, все наши действия регламентируются законом, иначе любые улики будут считаться недействительными.

– Как сложно. – Я злюсь.

Мысленно я уже раза два залезла в покои леди Миллат и нашла всё, что мне нужно.

– Она же может подготовиться.

– Конрад что-нибудь придумает, – обнадёживает меня Авейра. – Главное, что у нас теперь есть преимущество. Валентина знает, что её подозревают. Но теперь, благодаря Ильке, мы не просто подозреваем – мы знаем суть её плана.

– А если она дезинформировала его? – Я понижаю голос.

В ответ Баррейт многозначительно усмехается и, повернувшись боком, бросает мне через плечо:

– Хитрости Валентине не занимать, а вот ума – стоило бы. Леди Миллат слишком тупа для таких многоходовочек. Куда ей до Конрада.

Поражаюсь вере Авейры в собственного начальника, но молчу. Всё равно меня не послушают.

– Я скоро вернусь, – предупреждает Ильке Ворона и кивает мне на выход.

Переступаю порог, и меня снова окликает Эрто:

– Кара, будь осторожна. Миллаты, конечно, опасные противники, но я думаю, они не главные наши враги. Ими тоже кто-то играет, манипулирует их желаниями. Кто-то всё ещё держится в тени.

Страх холодной волной прокатывает по телу, но я стараюсь держать лицо и лишь тихо произношу:

– Спасибо.

Ильке кивает и поворачивается к матери. Им предстоит тяжёлый разговор, но мне хочется верить, что теперь у них всё будет хорошо.

– Что с ним будет? – спрашиваю у Вороны, пока мы продвигаемся по коридорам.

Сама же не перестаю анализировать слова Ильке. То, что помимо наших совсем не прячущихся заговорщиков есть кто-то ещё, нам уже известно. Демонический кукловод или альва Крови. Но кто это? Ильке сказал, что враг прячется в тени. И именно это напугало меня особенно сильно. На что намекал Эрто? Неужели он подозревает Кайриса? Или его слова – лишь красивый оборот речи?

– Скорее всего, лорд Греаз перевезёт Ильке во дворец. Там он будет в безопасности, под нашим присмотром. Да и леди Лиарис сможет больше времени проводить с сыном.

– Леди Лиарис? Арлея вышла замуж за этого дракона? – Я удивлённо приподнимаю брови, лишь в последний момент понимая, как некрасиво звучат мои слова, и поспешно пытаюсь перевести тему. – А как вы вообще её нашли?

– «Этот» дракон – её истинный. – Авейра бросает на меня насмешливый взгляд, отчего я стыдливо краснею. – Когда ты упомянула, что мать Ильке могла быть похищена, Арабелла попросила меня проверить. Дело в том, что один из наших самых преданных генералов около двадцати лет назад резко подал рапорт на увольнение. Мы долгое время недоумевали почему. Рандара ждало блестящее будущее, а он поселился в отдалённом поместье и даже на официальные балы являлся через раз.

Ворона останавливается у очередной лестницы, пропуская меня вперёд.

– Конечно, наш департамент проверил лорда Лиариса, но всё, что мы выяснили, – это появление молодой жены. И детей.

– Детей? – Запнувшись, я чуть с лестницы не слетаю. – У Ильке есть братья?!

– Два брата и сестра, – улыбается Авейра. – Два дракона и альва. Самому старшему четырнадцать лет.

– Но-о-о… – ошарашенно тяну я, пытаясь собрать рой мыслей в один главный вопрос. – Но это же прямое нарушение ваших законов! И это же прецедент! Это же показатель того, что альвы и драконы могут жить мирно, по любви.

– Ага, одна пара на многомиллионное население империи, – холодно отрезает Авейра. – Узнай совет о семье Рандара – в лучшем случае Арлею выслали бы обратно в Алерат, где… Подскажи, что делают с вашими подданными, спутавшимися с драконами?

– Пожизненное заключение или ссылка на пограничные с альвами Крови территории, – мрачно бубню я.

– Именно. У нас же, скорее всего, за Арлею началась настоящая битва. С жертвами и последующей гражданской войной. Потому что Рандар бы не остановился. Альвам в империи можно находиться только скрытно.

– То есть мои соотечественники живут в Валестии? – удивляюсь я.

Но Ворона в ответ почему-то молчит. Да не просто молчит, а губы недовольно поджимает. Будто ей неприятна эта тема.

– Авейра?

– Неважно, – отмахивается она от меня. – Сосредоточься на вашей миссии. Миррали ждёт ритуал пробной привязки, свадьба и счастливое завершение всех испытаний. Всё остальное предоставьте нам.

Ворона натянуто улыбается мне, но я не обманываюсь. Баррейт проболталась. Это очевидно, и этот момент требует разъяснений. Только вот от Авейры я их совершенно точно не получу.

– И что, прям всё так гладко? – вместо расспросов решаю подыграть Баррейт.

– Нет, конечно. Но без испытаний победа не так сладка, верно?

– Я не любительница острых блюд, – настороженно произношу я.

Чем дольше общаюсь с Вороной, тем больше понимаю: она добра ко мне настолько, насколько ей это выгодно.

Авейра оставляет мои слова без комментариев. Да и мы уже почти поднялись на первый этаж Илларии, как раз в центральный холл. И если бы не спор, отражающийся от выложенных разноцветными камнями стен, я бы попыталась разговорить Ворону. Но судя по ожесточённой дискуссии, грозящейся перейти в открытые боевые действия, мне срочно нужно спасать одного безобидного дракона. В конце концов, именно на плечах Алдерта держится вся Иллария.

Глава 4. Новый завхоз

– А я вам говорю, на таких матрасах спать – пытка для студентов. Более того, вы сознательно снижаете их успеваемость! Это саботаж!

Ворчание бабули разбираю, только поднявшись на последнюю ступеньку перед выходом в холл. А когда мы с Вороной наконец-то показываемся в просторном зале, перед нами предстаёт удивительная картина. Ректор с самым несчастным выражением лица выслушивает претензии бабушки, в то время как императрица вместе с Ривейлой стоят чуть поодаль и с улыбкой наблюдают за этим публичным выговором. Вокруг шмыгают адепты, пытающиеся притормозить, но резко бросающиеся по своим делам, стоит им получить строгий взгляд Алдерта.

Тут же я нахожу и Валентину, которую заботливо придерживают Андреас с Пелагеей. Увидев меня, вся троица кривится в самодовольных улыбках.

«Недолго вам осталось ухмыляться», – мелькает в голове, но я отгоняю злорадные мысли. Надо срочно спасать Алдерта от бабушкиной гиперактивности.

– Помилуйте, леди. – Ректор примирительно приподнимает руки. – Наши матрасы соответствуют всем нормам!

– Столетней давности? – ехидно замечает бабуля.

И подмигивает мне! Незаметно для остальных, но меня это совершенно не успокаивает. Очевидно, у ба какая-то стратегия, и она решила её придерживаться. Пугает то, что она не обсудила свои действия со мной. Как я могу оставить её одну в академии, если банально не понимаю, чего от неё ожидать? Сейчас решение Владыки отослать бабулю в родовое поместье больше не кажется мне таким уж несправедливым.

– В любом случае на таких матрасах спать невозможно. Их форма, материалы и ортопедическая поддержка оставляет желать лучшего. Вот, посмотрите на леди Миллат. – Бабушка взмахом руки указывает на резко побледневшую Валентину. – Всего несколько ночей в академии – а ток магической силы уже нарушен, позвонки защемило, и не удивлюсь, если и с пищеварением уже проблемы. Так?

Последнее слово бабуля гаркает с такой силой, что вся ехидная троица подпрыгивает. А леди Миллат мелко-мелко трясёт головой, подтверждая слова ба.

– Видите? Тут всё надо менять. Питание вообще за гранью добра и зла. Что за каша? Никаких микроэлементов и разнообразия.

Бабушка входит в роль с такой силой, что вокруг неё разве что магическое свечение не проявляется. Не удивлюсь, если Ларика собрала для неё какой-нибудь артефакт, увеличивающий и без того сногсшибательную харизму.

– Пока мои внучки учатся в вашей Илларии, я требую соответствующих условий.

На мгновение в холле повисает тишина. Я с удивлением рассматриваю присутствующих. Если на лицах Арабеллы и Ривейлы читается зрительский интерес, то вот леди Миллат взирает на мою бабушку как ученик на великого мастера. Видимо, тот похудательный чаёк имел какой-то дополнительный эффект, раз Валентина так верит в трёп бабули.

– Простите, а я могу ознакомиться с этим вашим стандартом условий? – с ехидной улыбкой уточняет Алдерт.

И вот тут стоило бы бабуле насторожиться, ведь не такая реакция должна быть у зажатого в угол дракона. Но та слишком разошлась, чтобы притормозить.

– Для начала замените матрасы во всех спальнях, – гордо вздёрнув подбородок, заявляет ба.

Вздох облегчения, который издаёт Валентина, долетает даже до нас с Вороной.

– Мама, всё хорошо? – тут же суетится Андреас.

– Пожалуй, мы пойдём, – нарочито болезненным голосом отвечает леди Миллат. – Позволим бытовым вопросам решиться без нас.

– Да-да, всё равно более серьёзные темы без вас никто обсуждать не будет, – поддакивает ей Пелагея.

Вся троица направляется к центральной лестнице. Поравнявшись с бабулей и Алдертом, Валентина внезапно спрашивает:

– Леди Тэлль, а ваш чай нужно пить регулярно?

– Минимум раз в день, лучше на пустой желудок, – любезно отвечает бабушка, и у меня глаза на лоб лезут от того, насколько милой она бывает. – Но во всём нужна мера. Мы же это помним, да?

– Конечно-конечно, – с лёгкой улыбкой отвечает Валентина.

Едва троица исчезает в коридорах второго этажа, бабушка резко выдыхает:

– Фу-у-у-х, я думала, они никогда не уйдут.

– Так это вы всё, только чтобы их спровадить, говорили? – Ривейла изумлённо поднимает брови.

И я с Вороной, и императрица с тьютором одновременно подходим к скандалящей парочке и замираем в ожидании ответа.

– Почти. – Ба ухмыляется и, бросив строгий взгляд на Алдерта, добавляет: – Но матрасы надо заменить.

– Побойтесь Всеединого, где мы на это ресурсы найдём? – Лорд Фрёист возводит глаза к потолку.

– Не прибедняйся, плут, у вас есть попечительский совет, вот его и дербаньте, – отрезает бабушка. – И вообще…

Её прерывает тихое завывание, доносящееся откуда-то из глубин первого этажа. Кто-то, скуля и постанывая, приближается к нам. И чем ближе доносится этот звук, тем жутче мне становится.

– Какого Неведомого? – восклицает Ривейла, так же как и остальные, вглядываясь в проход под лестницей.

Когда к нам выходят Армониан и Клео, поддерживающие Ведагора, я не удерживаюсь от испуганного вздоха. За троицей следует бледная Миррали, и, вглядевшись в лицо песца, понимаю, почему принцесса так встревожена.

Аксамит с трудом сдерживает оборот. Он то обрастает шерстью, то снова её сбрасывает. На его голове прорываются звериные уши, а потом снова исчезают. Да и весь образ Гора плывёт маревом. Песец запрокидывает голову и о чём-то горестно подвывает.

– Что произошло? – Первой к нашему другу бросается бабуля.

– Мы не знаем. Нашли его недалеко от столовой, забился в альков и выл, – отвечает Арм, на лице которого ни следа привычной беспечности. – Мы его в больничное крыло тащим.

– Погодите. – Ба взмахом руки останавливает принца. – Дайте мне его осмотреть.

На удивление Арм прислушивается и размещает бедного песца на ближайшей лавочке.

– Отойдите, – отгоняет всех ба.

Клео последняя отходит от Аксамита, бросая на бабушку встревоженный взгляд. Но та не обращает внимания на драконицу. Бабуля склоняется над Гором, принюхивается, осматривает голову и шею, заглядывает в глаза.

Сгрудившись чуть поодаль, мы молча наблюдаем за её действия. От нервного напряжения я даже губу прикусываю. Бабуля у меня, конечно, специалист в травах, но я не помню, чтобы у неё было медицинское образование.

– Леди Тэлль, вы знаете, что с адептом Аксамитом? – настороженно спрашивает Алдерт, не сводя глаз с бабушки.

– Конечно, – будничным голосом отвечает та, вызывая что у меня, что у остальных облегчённый вздох. – Ривейла, душечка, подойди. Глянь.

Тьютор, явно не ожидающая такого приглашения, выполняет просьбу бабушки, но на её лице читается недоумение. Однако стоит госпоже Осот заглянуть в лицо песца, как тьютор рассерженно выдыхает:

– Опять сетевики!

– Они самые. – Бабушка довольно ухмыляется, будто её эта новость радует, а не заставляет нервничать. – А почему опять?

– У нас половина лекарского крыла заполнена студентами, прибалдевшими от этих грибов, – опережает старших Армониан.

– И что такого? – Бабуля удивлённо вскидывает брови, оглядывается на Алдерта с Арабеллой. – Вы как будто молодыми не были и не пускались во все тяжкие.

Драконы обмениваются недоумевающими взглядами, и императрица разводит руками:

– У нас не было этих ваших сетевиков, так что наши «тяжкие» отличаются от ваших. Мы не знаем, как ребят лечить.

– Делов-то, – фыркает бабуля. – Ну-ка, дайте мне вон того малыша.

Она пальцем указывает на Шуша, робко выглядывающего из сумочки на боку императрицы. А когда на нём скрещиваются взгляды всех присутствующих, он так и вовсе прячется внутрь.

– Иди сюда, бездельник, – добродушно ворчит ба, протягивая ладонь.

Но шушарик и не думает подчиняться. Видимо, на него магия бабуленькиного голоса не действует. Или у малыша уже иммунитет. Поэтому решаю вмешаться в дело и подхожу к императрице.

– Шу-у-у-шуть! – вцепившись в края сумочки, протестует мотылёк, пока я пытаюсь выковырять его из убежища.

– Ничего тебе не будет, – шепчу я, старательно отцепляя одну лапку за другой. – Пора отрабатывать весь тот нектар, который ты уничтожаешь в промышленных масштабах.

Сдавшись, Шуш залезает ко мне на ладонь и с тоской смотрит на Арабеллу.

– Прости, малыш, но твоя хозяйка дело говорит, – с извиняющейся улыбкой произносит та.

– Да хватит с ним церемониться, – выходит из себя ба, нарочито громко бурча. – Давно говорила Каре, что этого нахлебника пора пускать в дело.

– Хорошо, что не в расход. – Армониан кривовато улыбается, а Шуш в моих руках испуганно икает. – Прости, дружок, это я от нервов.

– Такое бывает? – поддевает его Миррали. – Я думала, ты не умеешь переживать.

– О, сколько чудных познаний нам ещё предстоит. – Принц подмигивает ей, отчего подруга заливается краской.

– Ой, давайте не при нас, – осекает их Клеона, беспокойно посматривая на песца. – Нашли время и место!

– Это нервное, – одновременно произносят Арм с Миррой.

– У меня есть настоечка на такие случаи, – тут же предлагает бабушка, принимая у меня Шуша.

– Леди Тэлль! – обрубает её рекламные порывы Алдерт. – Давайте ограничимся излечением моих адептов?

– Конечно-конечно, – поспешно заверяет его бабуля, снова склоняясь над скулящим Гором.

Не уверенная в том, что действия ба абсолютно безопасны, я подхожу к ней вплотную.

– Ты знаешь, что делаешь? – шёпотом спрашиваю я, следя за действиями бабушки.

Подцепив Шуша за брюшко, она проводит пальцами по его крыльям, собирая пыльцу.

– Конечно.

– Так же, как с Валентиной, когда поила её своим чайком? Кстати, почему она так тебе доверяет?

Бабуля лезет в одну из многочисленных котомок, которые всегда висят у неё на поясе. Роется там, перебирая какие-то свёртки, и на меня не смотрит.

– Может, потому, что твоя бабушка – известная знахарка и была личным лекарем самого Владыки? – Она пожимает плечами, по-прежнему что-то ища в сумочке.

– Это ж враньё, – поражаюсь её вероломству.

– Но она ж не проверит, – хмыкает бабушка, выуживая нужный мешочек с каким-то янтарным порошком.

– А она и не должна проверять. Леди Миллат заочно не верит альвам, – цежу я, хватая бабуленьку за руку.

– Верит не верит, ягоды убеждиники и не таких упрямцев склоняли к правильным решениям, – беззаботно отмахивается от меня этот махинатор. – Смотри!

Бабушка смешивает пыльцу с крыльев Шуша со щепоткой раздобытого порошка и сдувает с ладони в лицо Гора. И пока остальные ждут реакции, я разве что локти себе не кусаю. Ведь знаю, откуда у бабуленьки запрещённая во всех трёх странах убеждиника. В детстве, когда я плохо контролировала свои силы, а бабушка ловко направляла их в нужном для неё направлении, у меня получилось вырастить куст этой запрещёнки. Папа с мамой потом, конечно, всё уничтожили, но ушлая бабуля, совершенно очевидно, сохранила часть урожая.

Остаётся надеяться на то, что Валентине и в голову не придёт, что она может быть под внушением. Иначе скандала нам не избежать.

– Ба-а-а-а, – в разочаровании тяну я.

– Цыц! – шикает она на меня. – Я сказала, смотри!

Аксамит и впрямь перестаёт подвывать, а его попытки обернуться наконец-то прекращаются. Песец как-то резко обмякает, чем не на шутку пугает бросившуюся к нему Клео. Но уже через секунду Гор открывает глаза и удивлённо осматривается:

– А что произошло? Чего вы все такие напряжённые?

Выглядит песец всё ещё неважно, но то, что его речь осмысленная, уже радует. За спиной раздаются аплодисменты. Ректор, императрица и даже Ворона хлопают в ладони, признавая успех бабушки.

– Леди Тэлль, скажите, а остальных вы так же легко на ноги поставите? – задумчиво интересуется Алдерт.

– Конечно. Но если с этим горемыкой всё прошло достаточно легко, то с теми, кто длительное время провёл под воздействием сетевиков, придётся повозиться. Да и пыльцы у Шуша почти не осталось. – Бабушка бросает оценочный взгляд на шушарика, который с писком ужаса зарывается мне в волосы.

– У него есть детки. – Отцепляю верещащего мотылька от взлохмаченных прядок и пересаживаю на плечо. – Если, конечно, для твоего чудо-средства подойдёт помесь янтарных монархов и лунных шушариков.

– Кара! – восклицает ба так громко, что даже невозмутимый ректор вжимает голову в плечи. – Да это же идеальный гибрид! Когда ты собиралась мне о нём рассказать? Как получилось создать?

– Да он сам как-то справился. – Кошусь на притихшего шушарика.

Малыш, поняв, что акций домогательства к его крыльям больше не предвидится, настороженно следит за воодушевлённо вышагивающей бабулей.

– Какой он умница, всегда говорила, что этот тунеядец крылатый ещё сыграет важную роль, – бубнит себе под нос ба, явно что-то высчитывая в уме.

– Вы совсем недавно говорили, что его в расход надо было пустить, – делает замечание Армониан.

– Не помню такого, наговариваешь, – как обычно, юлит бабуля.

Я-то её эту привычку знаю, а остальные недоумённо переглядываются. И уверена: уже сомневаются в том, что слышали до.

– Кара, пускай твой бабочник приводит потомство в лекарское крыло, – пользуясь всеобщей растерянностью, принимается командовать бабушка.

– Вообще-то, эти редкие бабочки – собственность империи, – пытается влезть с нравоучениями Клео. – Ещё точнее – её величества.

– Её величество не против, – тут же вставляет Арабелла.

Она вообще всё это время наблюдает за нами с мягкой улыбкой на губах. Будто из всех собравшихся самой старшей и умудрённой опытом является как раз таки она.

– Если, конечно, Шуш-уть позволит его деткам поучаствовать в лечебной миссии.

Взгляды окружающих скрещиваются на моём плече, где растерянный Шушик издаёт испуганный «Шу-у-уш», а затем резко приосанивается. Бросает по сторонам самодовольные взгляды и, стремительно оттолкнувшись от меня, взлетает под потолок.

– Шуш. У-у-у-уть! – пропевает он напоследок и вылетает в окно.

– Надо полагать, это согласие? – спокойно интересуется у меня Арабелла.

Прислушиваюсь к себе, ловя остаточные эмоции мотылька, и киваю. Мой малыш совсем вырос и готов участвовать в общем деле.

– Тогда нечего тут стоять, быстрее в лекарню! – подгоняет нас бабуля. – Хотя… Кара, девочки, вы свободны. Вам ещё к ритуалу готовиться. Лорд ректор, – ба неожиданно уважительно склоняет голову перед Алдертом, – я бы предложила вам…

– Назначить вас новым завхозом? – Лорд Фрёист ехидно приподнимает бровь.

Бабуленька от такого предложения резко замолкает, впервые по-настоящему удивлённо глядя на ректора. Да как и я. Он что, совсем не понимает, чем чревата задержка бабушки в академии?

– Я хотела посоветовать вам заняться академическими делами, тем более что госпожа Осот жаловалась мне на недостаточную загрузку наших студентов уроками. Но мне очень нравится ход ваших мыслей.

– Ба, нет! – Я всплёскиваю руками.

– Ба, да! – огрызается бабуля и награждает меня таким строгим взглядом, что я понимаю: спорить бесполезно.

– Вот и отлично. – Алдерт довольно потирает руки. – Тогда первое ваше задание – помочь пострадавшим студентам. А там и про матрасы поговорим.

– И про меню, – влезает Армониан.

– Кто о чём, а этот о еде, – ворчит Клеона, помогая Гору подняться. – Иди сюда, помогай.

Вокруг начинается оживление. Алдерт с Ривейлой первыми отходят к лестницам, за ними следует и императрица с Вороной. Мимо, переругиваясь, проходят Бетье с принцем и осоловелым песцом. Миррали остаётся стоять на месте, растерянно следя за остальными и не понимая, что ей делать. А я резко хватаю бабушку за локоть и отвожу в сторону.

– Бабуля, прекращай. Ты не дома, где тебя прикроют родители. Ты сейчас в серьёзные политические игрища лезешь, – цежу я, опасливо поглядывая по сторонам.

Хоть наша троица и свалила, но мне везде мерещатся их уши. А уж после слов бабушки про убеждинику у меня и вовсе паранойя начинается. Не дай Шестеро Валентина про это узнает.

– Кара, деточка, ещё бы зёрнышко колосок учило, – с притворной ласковостью отвечает мне ба.

Но что-то мне подсказывает: на рожон лезть не стоит.

– Там, где эти трое учились интригам, я преподавала. Самое главное правило знаешь?

Вопросительно смотрю на нашего домашнего махинатора.

– С психов спросу нет. – Бабуленька щёлкает меня по носу и довольно улыбается, но едва Миррали делает к нам шаг, снова становится серьёзной. – Вы сейчас идёте к себе и готовитесь к ритуалу. Больше ни о чём не переживайте. Мы с Арабеллой всё устроим.

– В смысле мы? – спрашиваем хором с принцессой.

– В смысле мировая баба эта ваша императрица, – переходя на уличный говор, отвечает бабуля.

И видя наши вытянутые лица, разворачивает обеих и подталкивает в спины.

– Дуйте давайте. Завтра уроки и ритуал. Вам есть чем заняться.

– Но ба-а-а-а, – возмущённо тяну я.

Не привыкла я оставаться не у дел. В ситуации с бабушкой мне жизненно необходимо держать руку на пульсе происходящих изменений.

– Цыц, – снова затыкает меня леди Тэлль, как уважительно обращается к ней Алдерт. – Меньше знаешь – крепче спишь.

Не дав мне и слова сказать, бабуля разворачивается на пятках и с непостижимой для её возраста прытью взлетает по ступеням.

– Кхм. – Хмык принцессы разлетается по опустевшему холлу. – А напомни мне, кем леди Тэлль была в молодости?

Оборачиваюсь к подруге и, нахмурившись, непонятливо смотрю на неё. Просто сама никогда особо не копалась в прошлом бабуленьки. Мама с папой неохотно на эту тему говорили, а сама ба отмахивалась, рассказывая сплетни о ближайшем окружении Владыки. Естественно, информация была устаревшей, поскольку леди Тэлль не один десяток лет провела в родовом поместье.

– Говорит, что была лекарем у твоего отца. – Я пожимаю плечами.

– Ну, её любовь к травам я уже отметила. – Мирра улыбается и подходит ближе. – Знаешь, кажется, я поняла, в кого ты такая порывистая и богатая на приключения.

– Главное, чтобы от этих порывов Илларию не унесло. – Гляжу вслед бабуле, ощущая смутную тревогу. – А то потом ещё придётся перед императором за каждый камушек отчитываться.

Перевожу взгляд на подругу, и с секундной заминкой мы начинаемся смеяться – громко и искренне, выпуская нервное напряжение.

– А где Лери?

Отсмеявшись, я оглядываюсь, только сейчас понимая, что не видела нашу штатную соню с завтрака. И после слов Ильке это не может не волновать.

– Помнишь парней, с которыми она выступала на приветственном балу?

– Только не говори, что Лери решила организовать музыкальную группу?

– Не удивлюсь. – Мирра улыбается одними уголками губ. – Но, кажется, музыка делает её счастливой.

Мы замолкаем, каждая погружённая в размышления. То, что Валейт обладает прекрасным голосом, ни для кого не секрет. Но я никогда не думала, что это может стать её стезёй. Подарит смысл жизни.

Хотя о чём это я? Я смысл собственного существования ещё не до конца понимаю. Уверенность в том, что хочу работать в Зелёном Секторе, уже давно не такая твёрдая. Слишком многое поменялось с момента нашего приезда в Илларию.

– Давай последуем совету твоей мудрой прародительницы, – прихватывая меня за локоть, произносит Мирра, чем заставляет вернуться в реальность. – Тем более у меня есть одна идейка, которую без твоей помощи не воплотить.

Глава 5. У нас есть план!

– Серьёзно? Мать Ильке жива? – в искреннем изумлении восклицает Миррали, заходя в отведённый для нас домик.

– Да я сама до сих пор в лёгком шоке. Представляешь, каково ему?

Прохожу следом и с несказанным облегчением падаю в одно из кресел. Солнце сегодня решило взбеситься, и на улице царит совсем не осенняя жара. И как здорово, что Клео позаботилась об оснащении наших жилищ артефактами, поддерживающими комфортную температуру.

– Пить хочешь? – участливо спрашивает принцесса, проходя в кухонную зону.

– Готова выпить литр лимонада!

В пути я успела поделиться с Миррой полученными от Ильке сведениями и закончила фееричным появлением его маман. И теперь непонятно, что больше впечатлило принцессу: раскрытие планов Валентины или факт присутствия в академии Арлеи?

– Думаешь, это Кайрис? – огорошивает меня Мирра, сразу давая понять, какая тема интересует её в первую очередь.

Подруга ставит на столик перед нами поднос с бокалами и графином, а затем усаживается в соседнее кресло. Пока она тянется налить нам напиток, я задумчиво рассматриваю её профиль. Медовые волосы выбились из причёски, обнажая острые ушки принцессы. Лицо Мирры не выражает никаких эмоций, и только слегка дрожащие руки выдают нервное напряжение, охватившее подругу.

– А сама как считаешь?

Решаю не отвечать на её вопрос. Потому что одно лишь подозрение в сторону Тени может стать приговором. И хоть в подруге я уверена, но интуиция настойчиво шепчет обойти эту скользкую тему.

Оглядываюсь в сторону входа, где у нас висели сетевики, и не нахожу приметной грозди. Видимо, их срезали по приказу ректора, чтобы адептам не повадно было.

– Валларс – идеальный кандидат в подозреваемые. – Мирра хмыкает и подаёт мне бокал. – Но именно поэтому я не хочу верить в его виновность.

– Потому что слишком многое указывает на него? – Поджав нижнюю губу, я киваю.

Делаю глоток и с наслаждением зажмуриваюсь. Прохладная жидкость с лёгкой кислинкой и ароматом лаванды проскальзывает в горло, неся свежесть и удовольствие.

– Поэтому я не спешу с обвинениями. Тем более отец сейчас слишком занят и не сможет действовать быстро. – Выпив, Мирра покачивает головой, словно соглашается с какими-то своими мыслями.

Она замолкает, на её лбу прорезается морщинка. Прямо как у Владыки, когда тот крепко о чём-то задумывается. Насколько помню, это всегда означало, что тему беседы лучше поменять.

Делаю ещё один глоток лимонада. Голову окутывает лёгкость, а тревога отступает на дальний план. Мир вокруг уже не кажется таким уж враждебным. Вместе с тем пропадает и желание обсуждать личность кукловода.

– Кстати, о твоём отце. Что вы там с Армом придумали? – прокашлявшись, интересуюсь у Миррали.

Мирра переводит на меня непонимающий взгляд, но уже через секунду её губы растягиваются в зловещей улыбке.

– О-о-о, Арм такую вещь сделал, ни одна демоническая завеса против этого не устоит. Смотри!

Подруга отбирает у меня бокал, ставит его рядом с графином. Вместе со своим бокалом выстраивает их в линию. А затем, призвав магию, запускает через стёкла волну света. Комнату наполняет россыпь солнечных зайчиков.

– Это, конечно, не алмаз, но принцип понятен.

Я заворожённо слежу за игрой бликов, как они разгоняют сумрак, поселившийся под листьями многочисленных растений.

– Арм сказал, что свяжется с отцом. Алмазные драконы должны помочь нашим альвам Света. Это объединит наши народы даже лучше династического брака.

Что-то в последних словах принцессы заставляет меня насторожиться. С беспокойством смотрю на подругу, снова отмечая её задумчивость.

– Мирра, тебе совсем не нравится Армониан? Нисколечко?

Принцесса в ответ вздрагивает, будто я поймала её с поличным.

– Что? – Она испуганно смотрит на меня, но уже в следующую секунду берёт себя в руки. – Нет, он на самом деле очень хороший. Если при первой встрече я решила, что принц у драконов под стать своему вероломному народу, то сейчас я понимаю, как сильно ошибалась.

– Мы все ошибались. – Я киваю, мыслями уносясь к Рейву.

Сердце болезненно сжимается, напоминая мне, насколько сильно я по нему скучаю. Но следующий вопрос подруги заставляет меня подобраться и сосредоточиться на разговоре.

– Кара, расскажи, пожалуйста, как проходит привязка?

– А-а-а… э-э-э-м… – тяну нечленораздельно, на самом деле не зная, с чего начать.

– Это не совсем то, что я ожидала услышать, – с хитрыми огоньками в глазах подтрунивает надо мной Мирра.

– Я просто не могу решить, с чего начать. – Выигрываю себе пару секунд времени, хватаю бокал и делаю большой глоток.

У напитка определённо странный вкус, но он отлично расслабляет.

– А зачем тебе?

– Я хочу обмануть драконов, – решительно заявляет Миррали, и от вероломства этого заявления лимонад идёт у меня носом.

– Чего-о-о-о? – Прокашлявшись, я во все глаза смотрю на подругу. – Зачем? Они же вроде как наши друзья. Да и императрица же сказала, что хочет испытать устройство, блокирующее привязку со стороны драконов.

– Да не Арабеллу я хочу обвести вокруг носа. – Принцесса кривится. – Валентину и её команду заговорщиков. Кара, ну сама подумай, нам без обмана вообще никак. Привязку сформировать я не смогу. А это означает, что у леди Миллат появится очередной рычаг давления на императорский совет. Остаётся только имитировать привязку. – Мирра приподнимает ладонь, над которой взрывается искристый фейерверк из солнечных бликов. – Но мне надо знать, что конкретно рисовать.

– Но наших драконов ты же поставишь в известность? И мастера Панчека? Он же будет калибровать артефакт.

Я недоверчиво смотрю на подругу. Её идея кажется простым выходом из сложившейся ситуации. И ненавидь я драконов – с радостью бы согласилась на эту авантюру. Но сейчас всё во мне противится подобному решению. Я не хочу обманывать тех, кто стал нам другом.

– Естественно, я им всё объясню, – отмахивается подруга. – Ну так что, как привязка выглядит и ощущается? Рассказывай быстрее, мне ещё потренироваться надо будет.

– Если честно, какой-то очень шаткий план, Мирра.

– Тебя Лери покусала, что ли? – злится принцесса и, резко выдохнув, продолжает: – Если что, есть и запасной план. Побудешь невестой Арма.

– Так меня ж уже к Миллату пристроили, – возражаю я и не удерживаюсь – кривлюсь в брезгливой гримасе.

– Если у меня не получится сыграть привязку, я заставлю Арма забрать свои слова и стать твоим женихом. Потянем время, – уверенно заявляет Миррали, на мгновение пугая меня своей продуманностью. – А там и Рейв вернётся, проявите вашу истинность – и ты будешь в безопасности.

Я резко замираю, уставившись пустым взглядом в пространство перед собой. Эйфория от плана подруги стремительно затухает. Нет, я, конечно, уже определилась в своих чувствах к аметистовой заразе, но… Но всё равно червяк сомнения подтачивает мою решимость. Мне всё ещё страшно сделать этот шаг.

– Кара, ты ведь уверена, что вы истинные, так? – с тревогой спрашивает Миррали.

Перевожу на неё взгляд и натянуто улыбаюсь. Незачем её беспокоить: у неё и без меня забот полна голова.

– Да. – Я киваю под её недоверчивым взглядом. – Если это не истинность, то мы все в большой опасности. Потому что таким чувствам действительно невозможно противиться, и привязка, как нас и пугали, самое страшное, что может случиться с альвой и драконом.

Миррали замолкает, а потом хватает меня за руку и воодушевлённо изрекает:

– Мы обязательно что-нибудь придумаем. Наши предки предпочли засунуть голову в песок, закрыться в королевстве и объявить соседей главными врагами. А мы будем учиться на их ошибках и искать то, что поможет нашим народам жить в мире, не рискуя получить спонтанную привязку.

Секунду я в изумлении смотрю на принцессу. Кроткая, всегда милая и тихая, она сейчас горит неведомым огнём. Огнём, за которым хочется идти.

– Воу, – ошеломлённо выдаю я, а подруга внезапно краснеет и опускает взгляд. – У меня слов нет, Мирра, это было очень мощно. Отец бы тобой гордился.

– Ой, брось ты, – лепечет принцесса, пряча глаза. – Это вы на меня так влияете, что я тоже загораюсь желанием противостоять судьбе.

– Нет, солнце, этот огонь в тебе всегда был, – с улыбкой произношу я, касаясь плеча подруги. – Просто ему был нужен выход.

– Скажешь тоже. – Миррали улыбается одним уголком губ, а затем, явно скрывая неловкость, переводит тему: – Так что с привязкой? Рассказывай!

– Да сейчас, сейчас, – взмахивая руками, отвечаю я.

Резко выдыхаю, вспоминая ощущения, которые всегда охватывали меня в присутствии Рейва.

– Блин, Мирра, это так сложно описать. – Чувствую, как краснею, и запрокидываю голову, глядя в прозрачный потолок. – Это такое…

– Интимное? – подсказывает принцесса, отчего я ещё больше заливаюсь краской.

– Да, – выдыхаю я и всё же беру себя в руки. – Но поделиться надо. Ты права.

Замолкаю всего на секунду. Прикрыв глаза, воскрешаю в памяти воспоминания о первой встрече с Рейвом, о нашей вылазке в инсектарий, о столкновении у Светоча. Наши поцелуи…

– Сначала кажется, что тебя лошадью сбило, – произношу я, так и не открывая глаз. – Выбивает весь воздух из лёгких, а потом заполняет его запахом. И это кажется самым правильным. Дышать им, чувствовать только его. И самое удивительное – магия. Моя сила принимает его как часть себя, как недостающий элемент. Внешне это выглядит как слияние двух энергий. Моя магия золотистая, у Рейва – фиолетовая. И вот эти два вихря сплетаются в танце. Это само по себе гипнотизирует, в транс вводит. Внутри при этом всё цветёт. Знаешь, будто ты дома, будто ты в безопасности. И большего тебе не надо. Только чтобы он был рядом – здоровый и счастливый. Вот! – восклицаю я, пугаясь сама и пугая притихшую Мирру.

– Что? – округлив глаза, спрашивает принцесса.

– Вот в чём отличие!

– Отличие?

– В отношениях с Ильке мне не было дела до его чувств. Я только к своим прислушивалась. Мне было достаточно заверений Эрто в великой любви. Но я никогда не беспокоилась о нём, не желала ему счастья. Не считала это самым важным для меня. А с Рейвом всё не так. Мне важно, жизненно необходимо, чтобы у него всё было хорошо.

– Кажется, ты его и впрямь любишь, – осторожно замечает Мирра.

– Не кажется, – с лёгкой улыбкой отвечаю я. – Я теперь это точно знаю.

Звук распахивающейся двери заставляет нас с принцессой вздрогнуть и обернуться к выходу.

– Ваше Высочество, к вам гости, – докладывает один из охранников.

– Пусти, – даёт согласие Мирра и шёпотом добавляет для меня: – Я поняла, что нужно рисовать, спасибо!

Киваю ей, поднимаясь с кресла навстречу входящим.

Первым в домик врывается ураган Бетье. В руках Клео несёт кипу вещей, которую тут же скидывает на свободную кушетку. Драконица проносится по домику, заглядывая в спальни и с каждым изученным метром расцветая всё больше и больше.

– Клео, умоляю, не мельтеши, – просит появившийся следом за Бетье песец.

Он всё ещё выглядит бледноватым, но хотя бы взгляд у него теперь вполне осознанный. Гор, кривясь, трёт виски и усаживается рядом со сброшенными подругой вещами.

– И ничего я не мельтешу, – метнувшись на кухню и притащив два бокала, возмущается Клеона. – Делаю обход. Как и положено заместителю проректора по хозяйственной части! – Бетье с важным видом подмигивает нам, но, не удержавшись, смеётся. – Видели бы свои лица!

– Бабуля назначила тебя своим заместителем? – лепечу я, наблюдая, как драконица споро разливает остатки лимонада и подаёт бокал Гору.

– О да, она сказала, что я просто создана для организационной работы. И что без меня она точно разнесёт Илларию до основания.

– Ну, в чём-то она права, – хихикнув под негодующим взглядом Клео, замечает Мирра и прячется за бокалом.

А я уже даже не удивляюсь тому, как лихо бабуля вычислила, по каким местам надо гладить Бетье, чтобы получить в её лице надёжную союзницу. Перевожу взгляд на Ведагора и участливо интересуюсь:

– Ты как?

– Да уже ничего. Надо же было так повестись.

– На что? – изумлённо уточняю я.

– Да меня девчонки из свиты Пелагеи облапошили. Я не заметил, как они мне в чай пыльцу сетевиков добавили. – Песец обескуражено проводит ладонью по лицу. – Видимо, сестрица решила вывести меня из игры. Я же больше не благонадёжный.

Гор кривится, и в этой гримасе читаются и обида, и разочарование. Аксамит до последнего верил, что княжна одумается.

– Ну и просчиталась эта лиса, – фыркает Клеона, поддерживающе хлопнув песца по плечу. – Пелагея совершила крупную ошибку, да, Гор? Лишилась самого лучшего в мире артефактора и прекрасного союзника!

Песец польщённо краснеет. Какое-то время они с Клеоной смотрят друг на друга, не переговариваясь, но я отчего-то чувствую неловкость.

– Ладно, это всё лирика, – будто очнувшись, прокашливается Бетье и отводит смущённый взгляд от песца. – Мы, вообще-то, по делу пришли. – Она делает жадный глоток лимонада. – М-м-м, какой потрясающий вкус. Умеет же твоя бабуленька делать отвары.

Второй раз за этот час напиток идёт у меня носом. Быстро смываю брызги салфеткой, принесённой драконицей, и в удивлении смотрю на Клео:

– В смысле? При чём тут лимонад и моя бабушка?

– Так это она нам сказала к вам заглянуть. Вещи занести да за бокалом лимонада расслабиться. Она какой-то фирменный состав привезла. Что-то не так?

– Всё так.

Я с трудом удерживаюсь от закатывания глаз. Теперь всё встаёт на место: и странный вкус напитка, и подозрительный эффект расслабления и ухода тревоги. Бабушка сказала, что нам нужно подготовиться к завтрашнему дню, и для стопроцентного результата добавила каких-то своих трав в наш лимонад.

Всё-таки надо выяснить хотя бы у родителей, кем была эта плутовка в молодости. Сдаётся мне, лекарь – это просто прикрытие для настоящего рода её деятельности.

– А что за вещи? – заметив моё подвисание, спрашивает Мирра.

– Это Гор придумал. – Клео кивает на Гора, который тут же усаживается ровнее и чуть ли не светится от довольства.

– Помните учебник по демоническому происхождению, который я попросил родных прислать мне? Он сейчас в почтовом отделении в соседнем городке. Завтра его нужно забрать.

– Хорошо, но вещи-то при чём? – хмурюсь я, не совсем понимая, к чему клонит песец.

Разглядываю стопку, сдвинутую на самый край кушетки, и понимаю, что это форма академии «Ворви-Уш».

– Ты его и заберёшь, – хитро улыбается Аксамит.

– Так не выпускают меня за границу защитного периметра, – расстроенно выдыхаю я.

– В нашей форме, с моим пропуском и под метаморфическим артефактом – выпустят, – безапелляционно заявляет оборотень, выкладывая на стол небольшую брошку в виде прыгающей лисы. – Правда, заряда у этой штуки немного, собирал на скорую руку. Но для выхода из Илларии хватит. Ни один охранник не поймёт, что ты альва. У тебя будет аура лисьего оборотня. Прикинешься Политой из свиты Пелагеи. Вы обе рыжие, а от лица эта брошь взгляд отведёт.

Когда смысл его слов доходит до меня, я подпрыгиваю на месте.

– Гор! – Эмоции переполняют настолько, что дар речи отказывает мне. – Это… это…

– Смотри-ка, её заклинило, – хихикает Клео, заботливо подливая мне лимонад. – Промочи горло, Кара.

Я одним махом опустошаю бокал. Плевать на то, что это бабуленькино пойло. Мне реально надо расслабиться, а то от радости того и гляди взлечу.

– А почему ты сам не отправишься за посылкой? – настороженно интересуется Миррали.

Бросаю недовольный взгляд на подругу: не смей подрезать крылья моему плану сбежать в столицу и добраться до Рейва!

– Я должен быть на ритуале. – Песец пожимает плечами. – Помогать мастеру Панчеку при калибровке.

– А-а-а, – протяжно тянет принцесса, стыдливо отводя взгляд.

– Что не так? – тут же настораживается Клеона.

– Есть один нюанс, – с неуверенной улыбкой отвечает Мирра.

Следующие несколько часов пролетают за обсуждением плана принцессы и отработки спецэффектов. Мирра старательно рисует в воздухе магические блики, выверяет цветовые оттенки и взаимодействие вихрей. Мы стремительно опустошаем бабушкин запас лимонада и в момент, когда входная дверь снова хлопает, находимся в таком благодушном настроении, что были бы рады даже Валентине с её отрядом змей.

– А что тут происходит? – Лери застывает на пороге.

Валейт выглядит настороженной, словно ждёт подвоха. Но чем дольше она рассматривает нас, тем ехидней становится выражение её лица.

– А кто это тут у нас нарушает правила академии? Попойки запрещены. Ай-ай-ай, принцесса. Вы ведь должны быть нашим знаменем морали и примером поведения.

– Ой, угомонись, Валейт, иди лучше сюда, – отмахивается от неё Мирра, и движения её кажутся какими-то нечёткими. – Лучше расскажи, где сама пропадала столько… А сколько сейчас времени?

Мы озадаченно смотрим наверх, туда, где за стеклянным куполом на ночном небе горят созвездия.

– Почти полночь, гуляки, – весело ухмыляется Лери, проходя к нам.

Берёт мой бокал, принюхивается и озадаченно смотрит на меня.

– Берегинька?

– Что? – Я хмурюсь, почти физически ощущая, с каким скрипом проворачиваются мысли в голове.

– Трава такая, защищает от дурных сновидений, – поясняет подруга и с небольшой заминкой дополняет: – Мама её часто использовала для брата.

– О! А я её знаю! – восклицает Гор, падая с кушетки, чем вызывает приступ нашего хохота. – Ну чего вы! Мы её экстракт используем при создании артефактов, предотвращающих откачку магических сил.

– Ого, – только и выдаю я, мысленно отдавая должное бабушкиной проницательности.

Не только нас расслабила, но и от возможного посягательства защитила.

– Так, лимонадщики, вы спать-то собираетесь? – Лери тем временем хлопает в ладоши.

– О да, мы что-то засиделись, – спохватывается Клеона и помогает Гору подняться на ноги. – Значит, завтра действуем по плану?

– Я подстрою калибровку так, чтобы она показала положительный результат, – заверяет Мирру песец. – Но потом надо будет что-то придумать.

– Потом нам нужный результат дадут Кара с Рейвом. – Принцесса кивает на меня.

– Погодите, что?!

Я первый раз слышу, чтобы Лери восклицала с таким удивлением. Валейт оглядывает нас ошарашенным взглядом, буквально у каждого требуя ответа.

– Пока ты шлялась незнамо где, мы придумали решение всех наших проблем. – Мирра ехидно улыбается. – А кстати, где ты была?

– Неважно, – тут же огрызается Лери.

– А я думала, у него фамилия Феллард, – с нарочито невинным видом выдаёт Клео, подмигивая мне с Миррой. – Не знала, что он сменил её на «Неважно».

И тут случается то, чего я за всё время знакомства с Лери не видела ни разу. Она краснеет. Покрывается пунцовым цветом, резко надувается, будто хочет что-то сказать, но единственное, что выдаёт, оказывается фраза:

– Ой, идите вы!..

Валейт пролетает мимо нас в свою комнату и с силой захлопывает дверь.

– И если вам интересно моё мнение, – доносится до нас из спальни, – то я против каких-то планов. Уже выходило боком!

– Выйди и скажи нам это в лицо, трусиха! – кричу я в ответ, с трудом сдерживаясь, чтобы не хихикать.

Впрочем, друзья себе это позволяют, и гостиная заполняется тихим смехом.

– Ладно, в одном Лери права – нам пора, – отсмеявшись, произносит Гор. – Кара, увидимся завтра перед главными воротами. Ещё раз объясню, как пользоваться брошью и где получить посылку.

Киваю в ответ, чувствуя, как растёт воодушевление. Я скоро увижусь с Рейвом!

Мы провожаем ребят до двери, и напоследок Мирра спрашивает у Клео:

– Ты правда видела Лери с Ноктисом? Они что, целовались?

– Да нет, конечно. Но он весь многозначительно зажимал её в коридоре, – как бы между прочим рассказывает драконица. – Там потом ещё и Кайрис подошёл. Что-то убедительно рычал Фелларду. Я не стала досматривать эти петушиные бои, торопилась перехватить Гора и к вам привести.

– Ага, – обескураженно выдыхаем мы с принцессой.

Прощаемся с ребятами и с удивлением смотрим друг на друга.

– Ноктис?

– Кайрис?

– Думаешь, сразу двое? – округлив глаза, спрашиваю у Мирры.

– Давай пытать? – Подруга подмигивает мне.

Мы, не сговариваясь, бросаемся к спальне Валейт. Но испытываем разочарование, стоит только заглянуть внутрь. Гора из подушек и торчащая из-под неё пятка ясно подсказывают нам, что подруга уже отключилась от бренного мира. А будить её сейчас чревато гневной отповедью, а не чистосердечным признанием.

– Ладно, завтра её разговорим, – смиряется принцесса, прикрывая за нами дверь. – Пойдём спать.

– Главное – не забыть устроить ей допрос. – Я приподнимаю палец. – А то навалится на нас приключений…

– Не каркай, Кара! – хихикает Мирра, шутливо ударяя меня в плечо. – Иди.

Мы расходимся по комнатам с лёгкой улыбкой. С ней же я ложусь спать после принятия душа. Не знаю, бабушкин ли лимонад или понимание того, что я скоро обязательно увижу Рейва, но засыпаю я с полным умиротворением в душе.

И сон, будто продолжение реальности, приносит мне маленькую радость. Я вижу большого тёмно-фиолетового дракона с короной из аметистовых кристаллов. Встревоженный, он сначала обдаёт меня тёплым дыханием, а затем подтягивает к себе мощным хвостом. Тычется мордой в лоб и жалобно ворчит.

– Ну что ты, мой хороший, – воркую я, удивляясь такому странному сновидению.

У меня не возникает никаких сомнений в том, что это дракон Рейва. Не знаю, как они связаны. Является ли драконья ипостась полным продолжением разума Греаза или это отдельное существо, но, глядя на эту громадину, сердце наполняется щемящим теплом. Глажу его морду, пальцами ощущая каждую твёрдую чешуйку.

– Мы скоро увидимся, обещаю.

В ответ зверь отодвигается, смотрит на меня с недоумением, но уже в следующее мгновение с ещё большим азартом прижимает к массивному туловищу.

– Да не ухожу я никуда. – Рассмеявшись, я глажу бронированную шею.

Ощущения такие реальные, что впору пугаться. Но я чувствую себя в полной безопасности. Зверь не сделает мне больно. Не навредит. Потому что он мой. Понимаю это с ошеломляющей ясностью.

Душу наполняет счастье и радость. Сквозь прикрытые веки вижу золотистое сияние. Это моя магия окутывает нас с драконом тёплым коконом.

Всё правильно. А завтра будет ещё правильней!

Глава 6. Многие знания – многие печали

– Следующий!

Теребя край форменной туники, я слежу за тем, как моя соседка по очереди проходит к окошку в небольшом почтовом отделении Баурдока. Городок, в котором живут семьи работников академии, совсем небольшой. Поэтому и почта тут крохотная. Небольшая приёмная разделена на две половины массивным регистрационным столом. Здесь светло и, можно сказать, по-домашнему уютно. Но я мало на что обращаю внимания. Меня потряхивает. Меня всю дорогу от Илларии нещадно трясёт. Никак не могу собрать мысли, мечущиеся испуганными бабочками. Эйфория то накатывает, то отступает, позволяя сомнениям и страху ненадолго взять бразды правления.

У меня получилось выбраться из Илларии! Да! Всё прошло, как и говорил Ведагор. Стража на воротах спокойно пропустила неприметную студентку «Ворви-Уш», спешащую в соседний городок по распоряжению самого мастера Панчека.

До Баурдока я добралась всего за час. Сейчас в академии должен начаться ритуал между Армом и Миррой. Сердце разрывается от полярности испытываемых чувств. Я очень переживаю за друзей, но в то же время не в силах совладать с будоражащим предвкушением от скорой встречи с Рейвом.

Принц снабдил меня верительными грамотами, по которым меня пропустят во дворец. Я и там буду играть роль студентки академии оборотней, посланной для помощи в лечении одного примечательного дракона.

Но сначала нужно получить посылку Гора, а затем поспешить на полуденный портал до столицы. Билет, деньги на который мне выдал Армониан, уже жжёт карман.

И вроде бы всё хорошо. Всё так удачно складывается. А мне страшно. Это дурацкое чувство не даёт до конца расслабиться.

– Следующий! – окрик работницы почты приходится как нельзя кстати.

Выдёргивает меня из пучины сомнений и заставляет сосредоточиться на плане. Да и времени у меня не так уж и много.

– Можно посылочку забрать? – робко прошу я, вкладывая в выемку под стеклянным щитком квиток, который мне дал песец.

Полноватая женщина в тёмно-синей форме почтовой службы сурово сдвигает брови и придирчиво изучает талончик. Затем хмыкает, взмахивает рукой, и со стеллажа, расположенного за её спиной, в нашу сторону слетает бумажный свёрток.

– Что-то мало ты похожа на Ведагора Аксамита, – бубнит, судя по проявленной магии, ведьма и подозрительно косится на меня.

Тычет пальцем в бланк, прикреплённый к упаковке.

– Гор послал меня получить учебник, – мямлю я, заискивающе улыбаясь. – Мальчики вчера несколько перебрали. Вот брат меня и отправил.

Щёки уже сводит от улыбки. Я начинаю молиться Шестерым, чтобы женщина поскорее отдала мне посылку.

– Ох уж эти мальчики. – В ворчании женщины слышится участие. – Им бы всё развлекаться. У вас в Конклаве, я посмотрю, тоже все мелкие дела на девочек перекладывают?

– Угу, – расстроенно тяну я, старательно входя в роль униженной и оскорблённой, но ничего не могущей с этим поделать. – Как награды получать – так парни. А как дело делать – Полита, сбегай!

– Эх, придётся тебе подождать, – вздыхает работница, подтягивая к себе стопку бланков и не спеша выдать мне учебник. – Вот и у драконов так же. Но я слышала, в Алерате к женщинам совсем другое отношение. В Илларию вроде как их делегация прибыла?

– Ага! – Я с энтузиазмом киваю, хотя в голове звенят колокольчики тревоги.

Если я в течение десяти минут не выйду отсюда, рискую опоздать на портал.

– У них действительно по-другому. Девочки практически равны в правах с парнями!

– Почти?

– Ну разве можно считать полным равноправием принуждение к браку? – Я скептически изгибаю бровь.

– О да-а-а-а.

Женщина понимающе закатывает глаза. Затем задумывается на секунду и, заговорщицки подмигнув мне, просовывает посылку под щитком.

– Бери. По правилам я должна была бы замучить тебя заполнением бланков, но ты вроде бы хорошая девочка. Подпиши только расписку о получении. Остальное я сама заполню.

– Спасибо-спасибо-спасибо, – тараторю я, ставя размашистую подпись и только в последнюю секунду исправляя свои инициалы на каракулю, отдалённо похожую на подставное имя.

– Беги, девочка. – Работница провожает меня светлой улыбкой и опускает голову, полностью погружаясь в бумаги.

Я вылетаю на крыльцо, с наслаждением втягивая воздух, щедро пахнущий выпечкой из соседней пекарни. И уже решаю, что день удался, когда мимо меня шмыгает слишком знакомая фигурка, закутанная в плащ. На улице слишком тепло для такого наряда, а надвинутый на самый нос капюшон ещё больше настораживает меня.

Пелагеи здесь не должно быть. Княжна чуть ли не ультиматум ставила, когда её не хотели допускать к ритуалу. Но сомнений никаких – в удаляющейся фигуре я стопроцентно опознаю Аксамит.

Бросаю взгляд на часы, располагающиеся на башне ратуши напротив, и в сомнении закусываю губу. Время до портала есть, я могу проследить за княжной. Заряда на броши должно хватить: я отключила её, как только покинула периметр академии. Пелагея меня не узнает.

Но стоит ли так рисковать?

Спускаюсь на выложенный мелкими камушками тротуар и замираю. Княжна ушла в противоположную от портала сторону. Клеона, показывая карту города, указала тот район как неблагополучный. Совершенно очевидно, ничего хорошо Пелагея не задумала.

Так проследить за ней или всё же придерживаться плана?

Ещё раз оглядевшись, я прикидываю, что бы сделала на моём месте бабушка. Вряд ли бы она упустила возможность раздобыть интересную информацию.

Зависнув в сомнениях, я поправляю тунику, артефакторскую перевязь и стряхиваю несуществующую пыль с шаровар. Форма у «Ворви-Уш» странная, но, надо сказать, очень удобная. Столько карманов для хранения полезных мелочей, да и сам фасон нисколечко не стесняет движения.

– Ладно, – бормочу себе под нос и запихиваю посылку в рюкзак. – Я одним глазком посмотрю, куда она направилась, а потом сразу к порталу побегу.

Решаюсь – и мне сразу становится легче дышать. Всё-таки подвешенное состояние – это самая большая пытка для нервной системы. А когда решение принято – и мир вокруг как-то ярче становится.

Включаю брошку Гора, проверяю артефакт Рейва и со спокойной душой припускаю за ушедшей княжной. И даже внутренне горжусь собой. Раньше непременно бы докопалась до сути, а сейчас ограничусь разведкой!

Я держусь от Пелагеи на расстоянии, но та так ни разу и не оглядывается. Уверенной рысцой лисица следует по явно знакомому ей адресу. Чем дальше я продвигаюсь за ней, тем пустынней становятся улицы. Дома вокруг уже не кажутся такими уж очаровательными, но и на заброшенные трущобы не походят. А может, это моя паранойя поднимает голову и пытается во всём увидеть что-то жуткое и пугающее?

– Всё будет хорошо, – строго говорю себе, когда спустя десять минут погони княжна шмыгает в двухэтажный большой дом, стоящий на самой окраине городка.

Вдоль стен высажены редкие кустарники, а за самим домом – только пустырь и небольшая рощица неподалёку. Здание добротное, построенное из кирпича. Его владельцы не скупились на материалы для жилища и на его безопасность. Приглядевшись, я замечаю ажурные решётки на окнах первого и второго этажа. А подойдя чуть ближе, понимаю, что у дома есть и полуподвальные помещения, окна которых будто бы вросли в землю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.