Ольга Мещерякова
Какой скандал!

Эпизод 1
2010
Настойчивый

От жары асфальт слегка пружинил. Было похоже, что под ноги постелили тёмное полинявшее полотно. Отутюженное. Старательно отглаженное раскалённым утюгом. Запах горячей, сухой чистоты смешивался с ароматом петуний, кудрявившихся на всех окрестных клумбах. Нина шла от метро, радуясь пятнице и самому тёплому, самому ласковому летнему вечеру на её памяти. Ничто не предвещало, как говорится. Но Пятница и Москва уже схватились за руки, как две закадычные подружки и неугомонные свахи, чтобы сотворить для кого-то новый и непредсказуемый  роман о жизни и любви. За дело без промедления взялся сайт "Matchmaker" – это сваха по-английски.

– У нас много общего! – уже целый час настойчивый молодой человек "Adult Teddy" пытался "пикапить" взрослую и неотразимую "Nina Nice", нивелируя тему их огромной разницы в возрасте.

– У нас нет ничего общего! – даже и не думала сдаваться она. – Может быть только то, что и ты, и я родились на этой планете. К тому же, если у твоей мамы было кесарево, то общего между нами ещё меньше. Тебя это не смущает?

– Меня такие пустяки не смущают. Я искал на этом сайте именно тебя. Высокую, взрослую, очень красивую.

– Благодарю за комплимент.

– Прошу тебя, будь милой и снисходительной со мной.

Не понятно как, но флирт он ей всё-таки  навязал. И Nina Nice, удивляясь сама себе, поняла, что кокетничает. Хотя и в виртуальном формате, но кокетничает. Итак, к две тысячи десятому году скандального двадцать первого века у каждой, как уважающей, так и не уважающей себя, женщины имеется опыт, или так – скандальный опыт, – "дэйтинга". По этому поводу двадцатилетние смеются. Тридцатилетние – плачут. Сорокалетние – ухмыляются. Те, кто ещё старше, используют как приманку приглашение в путешествие в тёплые страны. Но это уже другая история. И на другом сайте. Безумие,  реальный возраст и депрессию необходимо тщательно скрывать. Так подумала Нина два дня назад и зарегистрировалась на сайте знакомств под ником "Ницца". Нет, ну а что? Хорошенькая. Умненькая. Не молоденькая конечно. Но и не старенькая ещё.

Встреча в реале

«Какой скандал!» – крутилось в голове. Но Нина продолжала улыбаться высокому молодому человеку. Точнее так – очень высокому и очень молодому человеку. В профиле на сайте "Matchmaker" был указан его возраст – двадцать девять лет. На самом деле, как сейчас лицом к лицу увидела Нина, ему было лет на пять меньше. Слегка за двадцать – так он выглядел "в реале". Тот самый, настойчивый Миша с ником Adult Teddy, сумевший уболтать её на эту встречу в пятницу вечером.

Ладошки взмокли. Смущение накатывало горячими волнами. Как что? Как томный влажный воздух с океана, где-нибудь на Гоа. На закате. Тем временем в Москве тоже начинался жаркий летний закат. Красно-оранжевый отсвет сделал из московских улиц театральную сцену с контрастными тенями. Лица прохожих в закатном свете стали загорелыми, красивыми, значительными.

Нина бросила незаметный взгляд вниз, на свои золотые босоножки. "Удачно получилось!" – подумала она, увидев, как элегантно тусклое золото засияло в косых солнечных лучах. В общем, поддержала тренд на золото и серебро в летней обуви, как и тысячи других юных жительниц Москвы. Может, это добавит молодости, хотя бы чуть-чуть? Обратила внимание, что ноги под слегка коротковатым оранжевым платьицем приобрели приятный загорелый оттенок. Закатное солнце сыграло на её стороне, выгодно подчеркнув летнюю стройность и  непринуждённый вид. Словно с курорта вернулась, а не из офиса вырвалась.

Нина смущалась и шла немного впереди, молодой человек оказался у нее за спиной.

– Знаешь, как отличить маньяка от обычного мужчины? – повернулась к нему Нина.

– Как?

– Он долго идёт сзади, близко-близко, и не обгоняет. – то ли всерьёз, то ли в шутку выдала она.

– Я всё понял! Понял! – громко и с комичной интонацией проговорил он. – Но пойдём хотя бы посидим в кафе. Тут есть где-нибудь кафе с открытой верандой?

Три часа назад

– Nice – это Ницца? – первым начал общение Adult Teddy.

– И да, и нет.

– Можно я буду звать тебя Ницца? Или ОзорНицца? Немного вычурно, но заманчиво.

– Ладно, зови так.

– Прошу, будь моей милой милфой! – нагло пошёл он в атаку на третьей фразе.

– Я и MILF? Та самая пресловутая "милфа"?! Ты перегрелся? Хотя да, сегодня жара. – отреагировала Nina Nice, но ведь могла и промолчать.

– Ты восхитительная и необыкновенная! – не терялся он.

– Благодарю за комплимент. – она пыталась не переходить грань, за которой уже маячила виртуальная фамильярность.

– Ты достойна самых изысканных комплиментов. И я готов их произнести.

– Просто смайлики.

– Поболтаем. – Adult Teddy проиллюстрировал предложение цепочкой сердечек, целующихся вишенок, розочек, завершив парой коктейльных бокальчиков, задушевно прижавшихся друг к другу.

– Как называется эта форма бокала? – не удержалась и хотя бы на пару минут попыталась переключить внимание Nina Nice. Пусть-ка поищет в интернете.

– Бокал для мартини.  –  молниеносно последовал ответ.

– Я не люблю мартини. – Она нажала клавишу "каприз". – Может спугну негодника.

– Посидим на открытой веранде. Если тебе не понравится, пойдём по домам и всё.  – к сообщению он прилепил два "пляжных" бокала с "талией" посерединке, с содержимым цвета "манго" и зонтиками сверху.

– А эта форма бокала как называется? – не унималась и занудничала Nina Nice.

– Харрикейн. – довольно быстро последовал ответ.

– О, ничего себе! Ты знал или загуглил?

– Знал.

– А что внутри?

– Вкус счастья. Так что, Ницца, во сколько тебя ждать?

Кафе «Кактус»

 "Сама тоже хороша. Дококетничалась. – слегка недоумевала от своего спонтанного поступка Нина под ником Nina Nice, она же Ницца.

"Вот он мне "тыкает" так беспардонно, а я ведь в два раза старше. Или это он в два раза младше меня? Как правильно? "– в смятении, сдобренном сарказмом, размышляла Нина. – И так, и эдак, получается неправильно. Какой скандал! Скандалище!"

Подвальчик под вывеской "Кактус" – бар или кафе? Посередине темноватого и узкого пространства этого сомнительного заведения обнаружился пилон. Но и это ещё не всё. Незаметно, словно отлепившись от стен, появились четыре девушки. Одна из них подошла к пилону и начала кружится. Ну, так, средне, без особого вдохновения и шарма. Три других стояли поодаль и ласково улыбались всего-то двум посетителям – Нине и Мише. Подошел официант, спросил "что будете пить". Сразу предупредил, что из алкоголя только виски, коньяк и водка. Переглянулись и заказали коньяк. Вскоре он принёс напиток в грубых некрасивых стаканах. Ну, ладно.

Нина и Миша пригубили коньяк и развеселились, как сбежавшие с уроков школяры. Представилась возможность предаться всем искушениям сразу. Грешить так грешить.

Других посетителей не было. Через пару минут уже стало понятно – на какой такой кактус они налетели. Просто ещё слишком ранний вечер для настоящего – эээ, – кутежа. Но звучала приятная музыка, девушка не слишком умело и как-то беззащитно кружилась на пилоне.

Откуда-то сверху в их сердца целился отвязный Купидон. И попал! Слова внезапно испарились. Их не было. Пришлось перейти к поцелуям. Не очень умелым, но многообещающим.

Вышел мужчина, похожий на менеджера, или как там называется эта должность в подобных заведениях. После его внушения девушки у стен стали бросать Мише призывные взгляды. Перехватив парочку этих двусмысленных траекторий, Нина подумала, что, наверное, пора уходить. Миша крепко держал её за руку. Он быстро расплатился, много оставив на чай.

Уже почти влюблённые, или, точнее, легонько раненные коварным Купидончиком, выбрались из подвала наружу. Темнело. Или бесконечно, по-летнему, вечерело. Не бывает абсолютной черноты московской июньской ночью. Шаловливый Бог любви не отставал и осыпал их градом прозрачных стрел, тоненьких как иголки. Так он заставлял парочку теснее прижиматься друг к другу, усиливая эфемерное родство душ, непреодолимое притяжение тел и легкомысленный ветерок в голове. Ничего не оставалось, как укрыться от стрел Купидона в квартире Нины. Это было быстрее и проще всего.

Упоительно

Спина выгибалась высокой дугой, сама собой, древним рефлекторным движением. Её пятки состыковались с его бёдрами надёжно и легко, словно это происходило уже сотни раз. Откуда-то всплыло в приятно затуманенной  голове слово из восемнадцатого века – "упоительно". Валялись в постели, берегли, не хотели вспугнуть это наслаждение прикосновений к каждому сантиметру кожи. Прям французское "жэ тэм" какое-то.

– Ницца, ты реагируешь как двадцатилетняя девчонка. – Сказал Нине её умудрённый жизненным опытом возлюбленный двадцати четырёх лет.

Очнулись только когда вместо аромата кофе из кухни потянулась едкая гарь.

– Ой, забыла джезву на плите! – Нина босиком побежала спасать новомодную стеклокерамическую поверхность.

Кофейная гуща неаппетитно растеклась по плите как коричневая лава из рыжего вулкана терракотовой джезвы. Миша тоже выпрыгнул из постели, моментально оказался уже в красных трусах, и в два шага метнулся на кухню. Жарко прижал Нину к себе, обхватив за талию.

– Авария! Погубили мы твою принцессину кухню, Ницца-Озорницца. – Он прицокнул языком, шутливо подчёркивая эти две затейливые "це".

–Ладно, содой ототру.

– Чем-чем?

– Содой! Ты знаешь химическую формулу соды?

– Нет.

– А соли, обычной соли, вот, которая на кухне в солонке?

– Нет.

– Хлорид натрия, карбонат кальция – тебе это о чем-нибудь говорит?

– Нет, но звучит красиво. Завораживающе!

– Ты прикалываешься, да?

– Нет.

"Ничегошеньки он не знает. Другое поколение. Культурный разрыв. И Настася выросла бы такой же. Если бы не зубрила я с ней химию, все эти электронные оболочки, аш два о и цэ о два".

– Что будем делать со всем этим? – Миша сидел на высоком табурете как птенец на жёрдочке.

– Сосиски будем есть. – Нина заглянула в холодильник. – Сыр "бри", помидоры с майонезом.

Выбирать особо было не из чего. Гостей в пятницу вечером, с переходом на утро субботы, она конечно же не предполагала. А вот Миша, судя по красным труселям, что-то явно замышлял – присмотревшись, Нина увидела, что на них есть неприметный с первого взгляда принт. Это были мишки "Тедди". Дружелюбные и милые. Да, да. А снизу каждый мишка был оснащён крошечным "причиндалом".

– Подготовился, значит. И даже был уверен, что всё срастётся? – не удержалась и подколола его Нина.

Миша, чувствуя романтическую остроту момента, взял её за подбородок. Тем самым инстинктивным жестом, который мужчины видимо получают в комплекте с игрек-хромосомой. Долгим взглядом посмотрел в глаза Нине, в самую-самую глубину…

Затмив всё и вся, розовая дымка легко вышла на сцену. Ненадолго. Раскланялась, ведь её роль удалась. Занавес.

"Было ли что-нибудь в жизни лучше этого упоения?" – Нина в экстазе хотела бы ответить себе самой "нет, не было". – "Но всё-таки сегодня понедельник. Не буду спешить. Тем более, что никто и не спрашивал. Кроме меня самой".

Намёки

Есть несколько технических параметров, которые интересуют мужчин и женщин в телах и физиологии друг друга. Такой технический регламент, ага. Джека, как настоящая подруга, жаждала знать подробности вечера пятницы и спонтанной бурной ночи.

– Обсуждали ли мы сколько у него было женщин, а у меня мужчин? Нет, не обсуждали. Учили ли друг друга разным изыскам и эротическим приёмчикам? Нет, не учили. Что тебе нравится больше – золото или серебро, яблоко или груша, чёрное или белое  – без этого тоже обошлось. – Нина закончила короткий пересказ «свидания в слепую» с молодым кавалером с "сэ зэ" или как всё это сейчас называется на молодёжном сленге.

Джека называла квартиру Нины "пригламуренной", частенько и с удовольствием принимала приглашение попить кофейку и поболтать. Сейчас она сидела на белом диванчике в Нининой "принцессной" кухне, немножко непрактичной, внимательно слушала подругу и не верила ни единому её слову.

– Ты серьёзно ранена. Тебя подстрелил Купидон. – изрекла она диагноз.

Через неделю

«Озорницца моя, мы больше не увидимся. – нежным голосом сообщил Миша и продолжил – сегодня наша последняя встреча».

Позднее утро в мягких солнечных лучах сразу померкло. Нина растерялась, продолжила улыбаться по инерции, уточнила:

– Что ты такое говоришь?

– Не хочется тебя расстраивать, но я правду говорю. Не надо нам больше встречаться. Ты же и сама понимала, что так случится. – Миша закончил свою тираду с нотками лёгкой наигранной обиды.

Они всё ещё были в постели после приятно проведённой ночи с пятницы на субботу. Да и вся неделя прошла ничем не хуже. Несколько тёплых  вечеров. Два раза Миша ночевал. Один раз пришёл вечером после работы и уехал заполночь. В четверг, наоборот, приехал около часу ночи, сказал, что "дедлайнили и сдавали проект". Ну, проект, так проект. Нина в подробности не вникала, неудобных вопросов не задавала. И вот суббота, они вдвоём, впереди выходные, казалось бы, что может быть лучше? Зачем портить такое утро? Нина вздохнула. Что тут скажешь? На неё пока ещё действовал наркоз и этой чудесной ночи, и этого тихого утра, нежно-розового. Поэтому не случилось ни громких слов, ни слёз, ни злости.

Миша поднялся с постели, молча натянул свои красные труселя в пёсьих мордах, борзых, наверное, или может быть левреток? Нине они понравились, когда страсть пылала так ярко прошедшей ночью. Сейчас хотела было пошутить, ляпнуть что-нибудь нелепое про какую-нибудь Красную шапочку, про анекдотичное поглощение после слияния, или наоборот. Но решила не напрягаться. И не облегчать Мише сложность текущей минуты, которую он сам инициировал.

"Пусть действует по своему плану. Понаблюдаю» – подумала. Никакой бури эмоций она в своём внутреннем пространстве не ощутила. Всё-таки это не такая уж огромная любовь. И не мужчина, э-э, второй половины "всей жизни". Но влажные капли уже закипали в глубине глаз. Миша, словно ожидая её слёз, покосил взглядом, едва повернув голову. Он натянул джинсы и хлопковую рубашку навыпуск.

"Понятно-понятно, пятничный стандарт – в офис можно джинсы и более расслабленную одежду, "си-эф", casual Friday" – прыгала-скакала в голове лишняя информация. Лишь бы только не возвращаться к этому моменту, который нужно пережить. И ни в коем случае не смотреться в зеркало сейчас. Потому что там отразится что-то страшное. Старуха Изергиль. Зеркало огромное, в серебряной раме из стилизованных рыб-вуалехвостов с огромными выпуклыми глазами… Его не миновать, не миновать этого зеркала, если провожать Мишу до двери.

"Ни за что не встану и не пойду!" – упрямо закусила нижнюю губу и прикрылась простынёй. Не белой, а модного цвета "нюд".

"Да, зря старалась, закупилась накануне в самом дорогом магазине постельного белья. Почему на фоне красивых вещей человеческие поступки выглядят так мизерабельно? Пятничный офисный стиль был Мише к лицу. Да и в субботу утром такой прикид ни у кого не вызовет вопросов. "Наверное, и это тоже продумал заранее." – Нина уже как бы начала трезветь. Или прозревать. Или спускаться с небес на землю.

Не было сил кривить душой и она обронила слова как ненужный чек из магазина.

– Это ужасно. Я не готова.

– Я тоже не готов. Но… Всё. Пока. – дверь тихо хрустнула замком. Или это упала и раскололась не долетевшая до цели хрустальная стрела Купидона?

Ответное "пока" не прозвучало, потому что никому не был нужен этот пустой звук.

Сердце разбито

Как Нина не уговаривала себя, не ругала и не подбадривала, но было очевидно – её сердце разбито. Даже так – настойчивый молодой «пикапер» разбил сердце ей, взрослой женщине "за сорок". Всего за неделю. "Доля поверхностного отношения ко всему этому не повредит! – размышляла она философски, но в результате безутешно разрыдалась. Как девчонка после неудачного школьного дня.

– Он ничего не забыл и не оставил из своих вещей. Ни случайно, ни намеренно. Значит, это действительно "всё". Безвозвратно. – Нине не хотелось, но пришлось рассказать Джеке подробности скоропалительного финала love story.

– У тебя не влюблённость, а апатия. Это оттого, что ты не управляешь ситуацией. – Резюмировала рациональная, как всегда, Джека.

– Это оттого, что я укололась об кактус. – Отшутилась Нина. – Надеюсь, что скоро пройдёт. Потому что это ощущение очень тяготит.

Нина через силу обсуждала эту тему. Подумала, но вслух не сказала – "Женщина всегда надеется, что именно она – особенная и неповторимая. Но я не особенная. И никогда ею не была".

Уже почти неделю после того, как всё закончилось, её "принцессина" квартира зарастала хламом, скукой, пылью. Нет, наоборот – пылью, скукой, хламом. Были куплены в приступе "шопотерапии" розовые меховые домашние тапки. Неудобные. Слишком тёплые для лета. И не тот оттенок розового. Ну и пусть.

Азартно приобретённые на распродаже три фаленопсиса отцвели молниеносно и скучно. Их иссохшие цветы валялись на паркете несколько дней. Издали похожие на искорёженные хитиновые панцири креветок. Хорошо, что любимая дочь Настася решительно ворвалась в это унылое пространство и потащила свою по-философски грустную мать гулять.

Свадебное платье в витрине

– Вот чего-чего, а этого точно не надо.

Улыбнулась Нина своему отражению в витрине на фоне бело-кружевного великолепия, предназначенного для свадебного торжества самого высокого уровня.

– Все, буквально все выходят замуж. – задумчиво произнесла Настася. – Кроме меня.

– Невозможно выиграть в этой брачной лотерее. – скептически отозвалась Нина, не очень удачно вышедшая замуж двадцать лет назад  и удачно расторгнувшая брак два года назад.

– Даже пытаться не стоит? – Настася недоверчиво покосилась на мать.

– Стоит. Но сначала надо изучить правила этого казино! – рассмеялась Нина.

А сама подумала: "Какой уж тут "замуж" …  Вот soul mate – это было бы хорошо. Не особо жалую инглиш, но  это слово отражает как раз то, что нужно, что хотелось бы. Неужели придётся быть слишком правильной во взрослой половине жизни? Такой я и была всегда. Брала на себя груз обязательств. Тяжесть такую. Но, согласно маминым указаниям, улыбалась и скрывала, что тяжело. Но другие же как-то умудряются выиграть свой приз. Почему не я? – безмолвный вопрос самой себе и злодейке-судьбе. Любимой доченьке Настасе знать эти грустные материнские мысли ни к чему».

Продолжая рассматривать их отражения в витрине с белым платьем, Настася мило пошутила:

– Мама, ты меня клонированием слепила что ли? – так похожи они постановкой тела, осанкой, почти одного роста, с одинаковым абрисом лица.

– Не помню, уточни у папы.

Колкие воспоминания

После упоминания о муже – Настасином отце, – накатили колкие воспоминания об их завершающей ссоре. "Финализирующей", если использовать постылую офисную терминологию.

Настоящую причину "окончательно -бесповоротной" ссоры, что самое смешное, уже не вспомнить. Но в пламя пожара полетело всё. И след от красной помады на воротнике его плаща, – тоже. Дело это было давнее, и, по негласной договоренности, запрятанное в дальний угол шкафа. Плащ Нина купила мужу в подарок на свой нежданно-негаданно свалившийся и довольно жирненький бонус. Поэтому так просто от этой помады не отмыться, не оттереться. Муж хитро отбрехался тогда рассказом, что в автобус, в пятницу вечером, кстати или некстати, ввалился или, точнее, влился, офисный планктон из соседнего стекло-бетонного "аквариума". Все навеселе, чей-то день рождения, наверное, или офисное "пати" по другому поводу. И вот какие-то нетрезвые женщины на него повалились, когда автобус тряхнуло. И оставили помадный след на воротнике подаренного женой новенького плаща. С чувством юмора у мужа всегда был полный порядок. История получилась смешная. Нина тогда поверила. Ну, или умело сделала вид. Применила "принцип Парето". Внешне – поверила на восемьдесят процентов, на сомнения оставила двадцать. Но в глубине души – наоборот. И не напрасно.

Спустя какое-то время увидела на фото с офисного корпоратива юную гарпию, хищницу, повелительницу бури и похитительницу всего, что плохо лежит. Уносит чужое, как случайный вихрь. Вместе с пустыми обёртками и стикерами, отлепившимися от монитора компьютера. Красная помада на губах гарпии лоснилась ровным глянцем. Яркая жирная поверхность с острыми контурами верхней губы, словно  "купидонов лук" ножом в красном масле вырезан.

Перед разводом два года назад

Так вот, причина последней ссоры была не та. Плащ с отметиной красной помады, припомнился в ту минуту как несмываемая обида. Висит он в шкафу, без употребления, до сих пор, а вещь-то недешёвая.

Как бы там ни было, муж демонстративно кинул свои манатки в объёмистую сумку и укатил на дачу. На буднях и на ночь глядя. "Хорошо, когда есть куда податься." – всхлипнула Нина ему вслед.

Прошло несколько дней. В воскресенье Нина решила поехать на дачу и помириться. Почему? Припомнила, что все предыдущие крупные размолвки заканчивались примирением по инициативе мужа. Оценила. Её мама всегда говорила, что он очень интеллигентен и хорошо воспитан. Прикинула, что об этой ссоре придётся рано или поздно матери рассказать. Понятно, что будет критика "как ты такое допустила". И тогда уж заодно можно будет набрать очки за то, что первой пошла на примирение. Забежала по дороге в любимый магазин "Азбучелла". Накупила вкусностей, которые и она, и муж обожали. И помчалась на Савёловский вокзал. Время подкатывало к трём часам. На даче было тихо и прохладно. Денёк выдался серый, сонный. Может поэтому на разложенной тахте до сих пор спал муж. И некая девица! Она первая подняла русую голову с подушки.

– Ой, здрасте…– сонным голосом пролепетала.

Муж тоже зашевелился и посмотрел на Нину, вырвавшись из своего нетрезвого сна. На столе стояли жестянки из-под пива и две открытых бутылки шампанского.

– О, любовь-морковь! – ляпнула Нина, даже удивившись своей реакции. Спокойно пристроила на стул пакет с едой. Развернулась и пошла восвояси. Интеллигентно. Воспитанно. Так, как и нравится Нининой маме.

– Фу, как противно. И неприлично. – Нина проявила уважение к себе самой и мысленно назвала вещи своими именами. Увы, финализирующей оказалась не только ссора, но и "эпичная" встреча после неё. При такие делах развод неизбежен, да?

Каждому овощу – своё время!

"Каждому овощу – своё время!" – бабуля частенько повторяла эти слова, даже тогда, когда не складывался какой-нибудь девический роман.

"И каждому кактусу – тоже" – подумала Нина. Прошло две недели, но "Кактус" не отставал, засел в мозгу и продолжал покалывать её виртуальными иголками.

Какое всё-таки остроумное название для стриптиз-бара. Что оно означает? Смотри, но не трогай? А если уколешься, то пеняй на себя? Тебя же  предупреждали, сразу на входе. Думалось саркастически: то о возрасте – тоже переспелый овощ. То о Настасиных неудобных вопросах об их разводе с отцом. То о романтических, амурных делах, не слишком -то возвышенных. Особенно по сравнению с тем, что нахлынуло в этом розовом воздушном облаке с Мишей.

Колючие мысли

Кто-то из умудрённых опытом дам рассказывал, что мужчины, в смысле случайные мужчины, ветреные мужчины или кандидаты на руку и сердце с "сэ зэ", впрочем, и не только оттуда, – чаще всего исчезают с горизонта накануне Восьмого марта и дня рождения своей мимолётной подружки. Это очень практично. Не понятно почему? Очень просто – чтобы на подарок не тратиться.

Конечно же, Миша с днём рождения свою обожаемую Озорниццу не поздравил. Да она и не ждала.

Ах ты, шельма!

"Зря, зря рассказала Джеке о том, как вместе с Мишей забурились в этот "Кактус", будь он неладен. И про неожиданный финал love story – тоже. Джеке всего двадцать семь лет. Даже она старше этого настойчивого юнца" – размышляла Нина.

– А какой у тебя ник на сайте? – спросила Нина, чтобы отвлечь её внимание от подробностей расставания с Мишей.

– Шельма! – расхохоталась Джека. Поводов грустить у неё не было. Она соблюдала правила игры. В отличие от Нины.

– А у тебя какой? – Полюбопытствовала Джека в ответ.

– Ницца. Пишется как «Nice».

– Очень харизматично! – оценила Джека.

Не прерывая разговор, Нина тут же зашла на сайт, решительно убрала в профиле своё фото и поменяла ник. Теперь так: "Дицентра". Разбитое сердце. Но Джеке ничего не стала говорить.

"Вдруг Джека и Миша тоже пересекались на этом сайте знакомств? Но взаимности не возникло. – подумала Нина. – Уж слишком пристрастно и даже ревностно она меня расспрашивает ". Они же искали то же самое что и все – любовь или это особое чувство – "пульс жизни". Или что-то другое? Запасной вариант? На случай если основная история не сложится".

Во время разговора глаза у Джеки хитро и остро поблёскивали. Она, шельма такая, предложила прошедший день рождения Нины отметить ещё раз. Намекнула, что у неё припасён сюрприз.

День рождения и мужской стриптиз

Тщательно скрываемый Джекой сюрприз оказался походом на мужской стриптиз в "Эгоистку".

– Это надо понимать как намёк? Тот же "Кактус" только в профиль? – Нина вышла из такси и увидела вход в клуб. Отказываться было поздновато.

– Оторвёмся по полной! – провоцировала оторва Джека. – Возражения не принимаются.

А какие тут могут быть возражения, когда они уже стоят у входа в эту обитель… Не знаю чего, порока, наверное. И столик эта юная негодяйка, оказывается, уже оплатила.

– Я – на мужском стриптизе! Это бред! Что я здесь делаю и каким ветром меня сюда занесло…– Нина не могла прийти в себя от неожиданности и абсурда всего происходящего.

Шоу стартовало мгновенно. Подошедший официант принимал заказ под бухающую по ушам музыку. На столе подозрительно быстро оказались два "шота" с водкой и эффектная корзина с цветами. Ну и Джека, волшебница и негодяйка в одном лице.

– Ой, какие роскошные цветы! Когда ты всё это успела! – Нина искренне благодарила, её растрогало то, что Джека так постаралась.

– Ну, за безмятежное взросление и разбитые мужские сердца! – провозгласила, точнее почти прокричала Джека.

«Если скажет сакраментальное "Сорок пять баба ягодка опять", то встану и уйду, – зло подумала Нина. Но Джека ничего такого не сказала и радостно улыбаясь с размаху врезалась своим стеклянным цилиндриком в Нинин «шот».

– Отличный тост! – она откликнулась.

Немногочисленная публика, похоже, состояла из завсегдатаев и преданных фанаток танцоров, которые выходили на сцену один за другим.

– Ой, какой молодняк! – разочарованно вздохнула Нина. Говорить обычным тоном можно было всё, что угодно. Из-за грохота музыки и постоянного женского визга слов не было слышно.

– Ни одного мужчины, пацанята какие-то и психически не адекватные тётки.–  В шоке продолжала Нина разговаривать сама с собой. Окинув беглым взглядом тёмное помещение и толпу у танцпола, Нина мысленно хмыкнула – хм, похоже, мы с Джекой тут самые симпатичные. Бодро принявшиеся за веселье присутствующие дамы были в возрасте около тридцати. Что они здесь пытаются найти, а? Некоторые девушки и женщины были в офисной одежде, без какого-то особого "прикида" для ночного клуба.

Нина сама себя похвалила за то, что выбрала сдержанное тёмно-зелёное платье с чёрными вставками по бокам, подчёркивающими талию и бёдра. Модная пройма, с акцентом на прямые плечи. И спереди длинная золотая молния – от горловины до коленок. Уж расстегнуть, так расстегнуть. Самое то для стриптиза.

– Что мне делать со своей любовью? Помогите, люди добрые, я сошла с ума! SOS! SOS! SOS!" – как ответ на безмолвный вопрос пели, а точнее выкрикивали некий слоган три девушки рядом со сценой.

Джека прокричала Нине в самое ухо, что пойдёт к бару и принесёт что-нибудь поинтереснее, чем "шоты". Нина кивнула и скучающе уставилась на сцену. Там шёл очередной номер. Какой-то шкет в костюме капитана дальнего плавания пытался впечатлить девиц с невыразительной внешностью своей бойкой манерой общения с залом.

Звучащая музыка была пошлой, выступление парней, худющих, и с большими головами, как подростки-переростки, –  простоватым. Пришлось немедленно включить чувство юмора, вкупе с человеколюбием, чтобы не портить себе настроение. Это требовало усилий.

Нелепица на сцене закончилось довольно быстро. А потом события закрутились с удивительной быстротой. Вдруг из бокового «кармана» на просцениум выкатилась группа "плохих парней" в чёрной коже и с "мухобойками" и  прочей "утварью", которой вроде как шлёпают мух и  наказывают  непослушных красоток. В какой-то момент двое парней  устремились в зал. И, в одно  мгновение, оказались рядом с Ниной. Один из них ловким движением выцепил сидящую Нину из-за столика, подхватил на руки и понёс на сцену.

Её возражений было не расслышать в грохоте зашкаливающих децибел и поднявшейся волне женского визга. Зависть и восторг отчётливо слышались в этом неистовом всеобщем вопле. Похоже, что все хотели оказаться на её месте, кроме неё самой.

– Чувак, поставь меня на место! – безуспешно верещала Нина и неловко тюкала парня по плечу рукой.

– Не бойся, малышка! – донеслось ей в ответ. Или ей показалось?

– Ой, я такая толстая! – Нина только и успевала ловить обрывки своих мыслей и облекать их в куцые слова.

– Не выдумывай, ты красивая, как модель! – весело, с улыбкой во весь рот проорал "бэд бой", продвигаясь к сцене сквозь толпу.

На этом трэш не кончился. На сцене Нину поджидало новое испытание. Следующий из "плохих парней" уже поджидал её, сидя на стуле. Она оказалась сверху на его коленях "пятой точкой" вверх.

– Порка! – догадалась она и зажмурилась.

Вокруг нее творилось невообразимое, вся группа в чёрной коже имитировала наказание. Они активно применили весь арсенал мухобоек, стэков и прочей фигни. В дополнение шла фонограмма с записью тех самых звуков и криков, замиксованных с бешеным ритмом африканских барабанов. Кошмар, короче. Какой скандал!

Пережитое унижение оказалось почти настоящим по силе эмоций.

– Нин, ну хватит тебе, не злись! – продолжала твердить Джека в самое ухо. Нине не хотелось ей отвечать.

Джека, изобразив на лице лёгкую «обидку», ретировалась к бару. Выдержав небольшую паузу, принесла два разноцветных коктейля. И Нина выпила свой почти залпом.

– Я бы с тобой так никогда не поступила. Мне не смешно.

– Дома переваришь это всё. – Не сдавалась Джека, продолжая отстаивать свой сюрприз. – А сейчас давай веселиться.

Джека снова направилась к бару. Нина увидела краем глаза, что к ней подошёл то ли администратор, то ли распорядитель клуба. Личико у Джеки чуточку посерьёзнело, взгляд стал концентрированнее. Не трудно было догадаться, что разговор шёл о деньгах. Понятно, понятно, настала минута расплаты за сюрприз. Нина аккуратно достала из своей сумочки две красных купюры и незаметно положила их в сумочку Джеке: "Надеюсь, хватит. На большее этот "разгуляй" не тянет".

Опьянение стукнуло по голове как-то уж слишком быстро. То ли пережитый стресс так повлиял. То ли в коктейле тоже был какой-то коварный сюрприз.

– Давай расслабимся, чего ты – не отставала Джека. Из бара помахал рукой симпатичный бармен, он вроде был постарше, чем все эти худосочные пацаны. Сделал над головой неуловимое вращательное движение и выставил на стойку ещё два коктейля.

– О, наш "Вертолёт" готов! – радостно сообщила Джека и нетвёрдой походкой в третий раз направилась к бару.

Час или два пролетели незаметно. И Нина, и Джека уже захмелели. Опьянение походило на дурман.

– Пойдём отсюда, пора. – Нина потащила Джеку за руку. Найти выход из клуба оказалось непросто. Коридоры перетекали один в другой, хаотично ответвлялись, петляли как в лабиринте.

– Мы заблудились!– сообщили подружки друг другу заплетающимися языками. Сначала глупо захихикали, и тут же без перехода начали хныкать от огорчения. В какой-то момент им на глаза попался красивый высокий официант в белом пиджаке.

– Брат, помоги, мы тут пропадаем! – кинулась в нему Нина.

– Так меня ещё никто не называл! – он засмеялся, подхватил её под локоток и доставил к выходу, который оказался в двух шагах в том же коридоре. Оставалось ещё вызвать такси, но это оказалось уже намного проще.

Высоко в московском ночном небе несколько неярких звёзд цвета сухого льда терпеливо ждали – когда же Нина на них посмотрит. Не дождались. "Странно, – подумали звёзды, – никогда раньше она не обделяла нас вниманием".

Нине же нестерпимо хотелось скорее остаться одной. Выпить горячего чаю и рухнуть в постель.  Всю ночь ей казалось, что на голове кружится огромная белая фата, как лопасти вертолёта. Кошмар. Или скандал?

Дорогая корзина с цветами осталась в клубе, про неё никто даже не вспомнил.

Нина, ты – звезда!

"Ты как? Не переживай, на сцене ты выглядела очень достойно!" – прилетело сообщение от Джеки с цепочкой ухмыляющихся и кривляющихся эмодзи. Было уже поздно. Утро сгорело незамеченным после ночного размягчения мозга. Да и день почти догорал.

"Да, дорого обошлась мне моя беспечность. Джека такая коварная. Никогда бы не подумала, что она может устроить мне такой перформанс."

Пока собиралась с силами, – рассматривала своё лицо в зеркале, клеила спасительные патчи, пила кофе, потом воду, потом опять кофе, – за окном нарисовалась прозрачная синева.

"Ну вот, теперь можно и пройтись" – Нина вышла во двор. Москва угомонилась и была почти не слышна. Жасминовый куст у подъезда осыпал белые эфемерные звёздочки с веток и деловито прикрылся тёмно-зелёной листвой.

Бледные звёзды на небе наконец-то смогли привлечь внимание Нины, когда она подняла голову вверх.

– Нина, ты – звезда! – тихонечко сообщили они то, что она и так знала. Они ещё ночью надеялись ей это сказать. А сейчас придумали продолжение фразы и не могли не поделиться: "Нина, ты – звезда! И это навсегда!"

Ну, что же, всё прекрасно…

Немного жаль, что звёзды на небе не светят розовым светом.

Неужели?

Почему нельзя жить – легче? Почему нельзя жить проще? Почему нельзя оставить, не выключать этот неяркий свет? эту розовую дымку? Зачем разбивать всё это? Я не понимаю. Почему нужно жить в этой сложной  формуле "е" равно "эм" умноженное на "цэ" в квадрате? Ведь можно, как в школе, получать удовольствие оттого, что знаешь, что "дважды два четыре"! Это легко, просто, это начало начал. Неужели можно добровольно отказаться от этого чувства – лёгкости бытия, физиологической приятности самой высшей пробы? Ведь это ничего, ничегошеньки не стоило – получить  удовольствие и быть вместе. Хотя говорят, что мужчины в принципе не ценят то, что легко досталось. Инстинкт охотника и прочее. Неужели поэтому, слыша слово "любовь", двадцатилетние – улыбаются, тридцатилетние – плачут, сорокалетние – молчат? А те, кто ещё старше, используют как приманку приглашение в путешествие в тёплые страны. Но это уже другая история.

ЭПИЗОД 2
2011
Прошло полгода

– Есть клиенты, с которыми никакой CRM не поможет.– Нина вышла из офиса компании, недовольная проведённой встречей.

Город завален снегом. По дороге то и дело встречались вмёрзшие в ледяную корку автомобили, превратившиеся  в пышные округлые сугробы.

– Пойду до метро. – решила Нина. Но тут же сообразила, что уже свернула не туда из-за раздумий. Мысли всё ещё вертелись вокруг неудачных переговоров. Как водится, клиента всё не устраивало. И услуги – не те, и цена – не та. И  – "я не смог дозвониться, мне ответили только после пятого звонка и недовольным голосом"…

Заблудилась во дворах. Вот и знакомое здание налоговой. Чуть дальше должна быть дорога, ведущая к Ленинградке. Нина уже так замёрзла, особенно руки, что совершенно не могла  сориентироваться. Телефон начал активно вибрировать в кармане пальто. Но не было сил его достать. Да ещё снимать перчатку с озябшей руки!

Всё-таки достала, и, даже не взглянув на экран, произнесла:

– Да-да, слушаю.

– Ниночка, озорница моя, это я, узнаёшь? – ответил ей дерзкий молодой голос, такой знакомый, тёплый, слегка ироничный.

– Миша! Конечно узнаю.

– Что ты делаешь сейчас?

– Я заблудилась! Хочу разрыдаться, потому что замёрзла, и не могу понять куда идти.

– Ну что ты, не плачь, моя милая. У меня навигатор на мониторе компьютера. Сейчас выведу тебя к метро. Ты уже рядом. Поверни направо. Дальше прямо. Впереди должна быть арка и проход между домами. Видишь?

– Вижу. – Нина уже сообразила, где находится. Побежала бегом. Из-под стильных ботинок с меховой опушкой полетели белые искры. Снег под подошвой скрипел как крахмал.

– Еще пять минут и подойдёшь к метро.

– Миша, ты меня спас. Я уже думала, что упаду в сугроб и замёрзну. Навеки останусь в ледяном кристалле. Как мушка в синем янтаре.

– Какая же ты милая, озорница моя. Ещё раз направо поверни.

– Вижу метро. Это чудесное спасение с применением суперсовременных технических средств.

– Моя глупышка, беги скорее домой, я к тебе приеду через час!

Интерьерчик поменяла

" Принцессная" квартире Нины выглядела уже иначе.

– Ты интерьерчик поменяла? – чуть не с порога спросил Миша.

– Да, слегка. Внесла кое-какие коррективы. Добавила брутальности. – Нина, несмотря на двусмысленность ситуации, была искренне гостеприимной.

Расположиться решили на кухне. Миша принёс бутылку вина, бри и сосиски. Очевидно намеренно, чтобы напомнить те приятные летние деньки.

– Сейчас модно, чтобы кухня выглядела как кабинет. Книжные полки, доминирование стиля лофт и плита в стальном корпусе.

"Никогда бы не подумала, что произнесённое вскользь словечко "доминирование" может вызвать такую цепную реакцию" – Нина тонула в тёплых волнах прикосновений, от которых бежали мурашки, выступали капельки пота, туманился взгляд.

– Ты роскошная! – на выдохе констатировал Миша. И по его глазам Нина прочитала, что это чистейшая правда. Она выглядела прекрасно. Зрелое тело, лёгкий загар. И приятнейшая гибкость, шпагат и наклон – ни капельки не проблема.

– Роскошная. – дыхание уже сбивалось, но смогла согласиться она. – Небезупречная. Но роскошная.

Самая большая бабочка с огромными бархатными крыльями, из тех, знакомых всем бабочек, сместилась в самый-самый низ живота, и потом прямиком в самую тайную глубину. Сначала было щекотно. Даже весело. Бабочка, пытаясь вырваться из тьмы, забила крыльями с максимальной силой. Внутренняя тьма сладостно напряглось, не давая ей освободиться. Сжалась от удовольствия и сдавила бабочку как в кулаке. Экстаз – это биение чёрных бархатных крыльев и сладострастные  конвульсии бабочки, нашедшей свой конец в этой красной тесной тьме.

Они лежали в красивых позах, как завитки прелестного орнамента. Больше так изысканно никогда не вырисовывалось.

Опять

Нина накинула коротенький атласный халатик и подошла к зеркалу. Её волосы сверкали капельками любовной испарины, как паутина каплями росы в предосеннем лесу.

Слова "ты же сказал, что мы больше не увидимся" – вертелись на языке, но Нина сдержалась. Что может быть естественнее, чем благодарность и небольшое вознаграждение для спасателя.

– Я женился через неделю после того, как мы расстались. – Миша решил ответить на безмолвный вопрос, который Нина и не думала задавать.

– Ничего себе! –  выдохнула она удивлённо и без всякого кокетства.

– Не знаю, насколько это важно.

– И зачем вообще ты мне это сказал?

– Это ничего не решает.

– Иногда, а может быть не иногда, а очень даже часто, женщина что-то спрашивает у мужчины совсем не для того, чтобы он ей ответил. А я даже не спрашивала.

"Приятно чувствовать себя спасённой со льдины или из ледяного кристалла, в котором чувствуешь себя скованной по рукам и ногам. Или из готического промозглого леса. Выхваченной из холодной тьмы мощной рукой героя-спасателя. А что испытывают спасённые к своим спасителям? Правильно – благодарность.  Дополненную множеством  компонентов,  доводящих этот коктейль до нужного градуса.

Это не влюблённость. " – Нина размышляла в приятной истоме. – "Это такое особенное чувство, когда рядом с кем-то чувствуешь себя живой. Категорически живой. Не менеджером. Или женой. Или клиенткой в бутике. Живой! Всё остальное – не то. Поцеловал вроде как осторожно, но на самом деле – как будто, чтобы не испачкаться. Или не испачкать. Словно у обоих чумазые лица. А ведь только что были в соитии. И ушёл."

Бессонная ночь

За окном ярким голубым светом беспощадно светил фонарь. Оказалось, что римская штора не опущена полностью, как обычно. Свет от фонаря падал на старую хрустальную люстру. Она заигрывала с этим инфернальным светом и на тёмном потолке образовалась россыпь хрустальных брызг. Как слегка смазанный след тысяч звёзд, несущихся в плоской, одномерной Вселенной. Никогда не замечала раньше такую прелесть. Почему?

Зато теперь можно наблюдать это волшебство хоть каждый день. То есть ночь. Достаточно не опускать шторы. И не спать.

Офисные дела

Нина заснула под утро. Встрепенулась уже около девяти. Горло слегка побаливало. Позвонила в офис и охрипшим голосом объяснила ситуацию.

– Ну, отдыхай, – ядовито пропела CEO. Нину затрясло от этой интонации. CEO, исполнительный директор,  за глаза – директриса, – была профи в своём деле. Умела играть в хитроумные стратегии, строить жёсткие планы-графики, плести интриги. И сейчас попала точно в цель, – в профессиональную гордость. Как бы намекнула, одним-единым словом, что Нина мало того, что не справилась с задачей, так ещё и заболела. Или сделала вид, что больна,  решила отсидеться дома в такой сложный момент и отдохнуть.

Нина, взрослая сорокапятилетняя женщина, не удержалась, отвернула лицо от телефона и, как отвязный подросток, издала неприятный рвотный звук в стиле "Tasmanian devil". Представляете примерно как это звучит? нет?

Проблема с клиентом казалась нерешаемой. Нина обдумывала – как к ней подступиться. Прошло минут пять- десять, она не заметила. Как вдруг

пришла эсэмэска – "Готовьте договор"!

От радости чуть не подпрыгнула. Быстро прополоскала горло раствором соды. Так бабушка советовала, по старинке, когда других лекарств нет под рукой. И быстро начала собираться в офис, предвкушая как поперхнётся  директриса от такой новости. Может ещё зубчик чеснока пожевать для достоверности? "Да, ладно, ладно, сама знаю, что это перебор".

Надела новый строгий костюмчик, и  неуклюжий, но тёплый пуховик. Пуховики Нина терпеть не могла. Особенно чёрные, синие, серые. Но этот, с распродажи,  с умеренной ценой, да ещё цвета нюд – купила, как будто приютила экзотическое  существо. И вот, пригодился пуховичок. Шею укутала шарфом понадёжнее. Вызвала такси и помчалась.

В салоне автомашины тепло. И как хорошо, что можно держать на дистанции это морозное, слепящее солнцем утро, дерзкое и немножко злое.

У директрисы была странная особенность в одежде: воротники рубашек и лацканы пиджаков всегда не совпадали по стилю. Если закруглённые лацканы, дорогой крой, вообще-то, не всем доступный – то у рубашки, ни к селу ни к городу, будет острый воротник, как в 70-е. Или наоборот – острые лацканы, строгие, не

терпящие фамильярности, то поверх них, почему-то, – блузка с воротником, украшенным по краю рюшечкой. Или это стиль такой? Вариация smart casual? Это когда важнее, чтобы вещи были дорогими, качественными, актуальными, а их сочетание не имеет значения?

– Приехала всё-таки? А зачем? Лечилась бы. – сладко пропела директриса, имитируя профессиональную доброжелательность.

– Доброе утро. – только и успела произнести Нина.

– Больной не выглядишь. Бодренькая такая. Хотя морщинки очень заметные в уголках глаз. – директриса пристально всмотрелась Нине в лицо. – Ботокс не пробовала?

На это раз несочетаемости стилей и фактур ассистировали трикотажная бежевая водолазка (мороз же на улице!), строгая белая рубашка, чёрная кожаная юбка с глянцевым отсветом (дорогая, наверное) и твидовый пиджак с декоративными заплатками на рукавах (пуризм, что ли?).

– Позже поболтаем. Из той компании отзвонились. Пойду договор делать.

Одержать верх над исполнительным директором на полях офисных битв – невыполнимая задача. Она на десять лет моложе Нины, материально-денежный "бэк"  основательнее раза в два, если не в три. MBA, English  на уровне Advanced. Тогда как Нина с "инглишем" скорее флиртовала: он ей нравился, но ничего серьёзного, как говорится.

Но сегодня случилась маленькая победа. Миллиончиков на десять. Нина проигнорировала, из-за болезни разумеется, своё рабочее место в пчелином улье "open space" и направилась в переговорную. Решила, не теряя времени, подготовить договор и отправить с курьером на подписание в "Ледяной кристалл". Так она обозначила для себя ту компанию,  которая благодаря её  усилиям всё-таки поддалась и растаяла.

Дамский угодник

Лёгкое уныние из-за внезапного появления Миши, замаскированное под простуду, прекратилось благодаря Настасе. " По-моему хватит! " – категорично прозвучал в мобильнике её звонкий голос. И через двадцать минут любящая дочь уже появилась в квартире. Плюхнула на стол в кухне горшок с цветущим спатифиллумом – потом посмотришь, мамочка, собирайся.

Закутались в одинаковые  пушистые шарфы, у Нины розовый, у дочки сиренвый, и отправились гулять. Недалеко отошли от дома, как шедший навстречу мужчина выдохнул морозное облако со словами:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.