Ирина Давыдова
Вне лжи. Откройся мне

Глава 1

Еще раз придирчивым взглядом осмотрев себя в зеркале, я убедилась, что выгляжу хорошо, а в моих глазах нет ни толики сомнений или неуверенности. К этому вечеру я готовилась месяц. Прекрасно знала, какие люди будут присутствовать на выставке, и понимала, что не должна выглядеть хуже других. Заранее заказала платье у знакомой швеи, записалась в салон на прическу и макияж, желая выглядеть на этом вечере превосходно. Несмотря на то, что столица огромная, когда ты в бизнесе, к тому же очень конкурентном, тебя знают едва ли не все. И так и норовят подпортить твою репутацию или репутацию твоего заведения. Мне ни одного, ни другого не хотелось, и потому я вела себя не как владелица кафе, а минимум как владелица сети ресторанных комплексов. По крайней мере, я себе это так представляла, веря, что однажды подобное со мной произойдет. Главное в моем деле ― не сплоховать, иначе выбраться со дна будет очень и очень непросто.

Мазнув по губам матовой помадой персикового оттенка, я спрятала тюбик в маленькую сумочку‐клатч и, сделав глубокий вдох, вышла из уборной. За дверью меня уже ждала наша бариста Таня. Она работает у меня с открытия кафе и всегда не против учиться новому. Потому я и позвала ее с собой на выставку элитного кофе, где будут также проходить мастер‐классы.

Естественно, присутствие на подобном мероприятии было далеко не бесплатным. С учетом того, кто все это организовывал и поставлял в нашу страну. Богатый, влиятельный и очень опасный человек нашего города. Александр Романович Велесов. Перейти ему дорогу – значит подписать приговор себе. И вряд ли кто‐то способен на подобное. Каждый хочет поиметь свой кусок, и рисковать им не станет. А если и найдется такой, то он явно относится к категории отчаянных людей.

– Катерина Олеговна, там уже все началось. Вы готовы?

– Да, Тань, я готова, ― выдохнула, все равно ощущая легкую дрожь в теле.

– И я готова. Всегда интересно познавать новое, ― она довольно потерла ладони, радуясь, что может поприсутствовать в таком месте.

Я кивнула и, подхватив подол изумрудного платья, направилась в сторону огромного зала, наполненного не только людьми, но и различной новой техникой, которую привез Велесов. Конечно, люди сновали туда‐сюда, разглядывая каждую машину или робота. Такого у нас в стране еще не было. Не то чтобы я собиралась все покупать, но приглядеть стоило, да и понимать, что, вообще, в мире творится. Возможно, однажды я смогу открыть второе кафе, и мне понадобятся мои знания.

Стоило мне оказаться в зале, как добрая половина мужского пола обратила на меня внимание. Меня это не удивляло, я знала, какое впечатление произвожу на мужчин, только мне это было неинтересно. Я предпочитала крепкий чай с небольшим пирожным, книгу и плед. Ах да, забыла, еще окно и звезды на небе.

– Катерина Олеговна, добрый вечер! Выглядите невероятно, ― ко мне подошел один знакомый ресторатор и протянул бокал с охлажденным шампанским.

– Благодарю, Дмитрий Ярославович. Вы тоже решили приехать на выставку?

– Обычно пропускаю такие мероприятия, но, когда узнал, что Велесов организатор, не смог не приехать.

Я едва заметно улыбнулась, приподняв подбородок и делая вид что согласна с ним. Про себя же понимала, что Озерцов очередной подхалим, не более. Многие мечтают сотрудничать с Александром Романовичем, и удивительно как они глупо выглядят в своем подлизывании. Ненавижу таких людей.

– За вас, ― он отсалютовал мне бокалом, на что я кивнула и пригубила свое шампанское.

Пить из предложенного бокала не собиралась. Подобным меня не проведешь.

– Ладно, пойду поздороваюсь с коллегами. Подойду еще, если вы не против.

Против, да кто же меня послушает.

– Хорошего вечера, Дмитрий Ярославович.

Я лишь порадовалась, что он ушел, оставив меня одну. Отставив бокал на стол, обратила внимание, что Татьяна примкнула к группе своих коллег в ожидании мастер‐класса. Приятно было наблюдать, как твоя сотрудница с сияющими глазами ждет, когда сможет научиться чему‐то новому. Обожаю свой коллектив. Я ценю ребят, они ценят меня. У нас это взаимно.

Походив некоторое время по огромному залу среди предоставленной техники, я перехватила у проходящего мимо официанта бокал с шампанским и стараясь не привлекать ничье внимание, вышла на балкон. Хоть на улице уже было достаточно прохладно, мне хотелось побыть немного наедине.

Остановившись около каменных перил, уперлась в них одной рукой и, запрокинув голову к небу, взглядом застыла на звездах. Вот такая компания мне куда больше по душе. Улыбнулась и сделала несколько глотков шампанского. Пузырьки алкоголя тут же приятно лопались на моем языке, и я отпила еще немного. Отставила бокал на перила и обняла себя руками, чувствуя легкую прохладу. Конец сентября пусть и теплый, но вечерами все же ветрено и зябко.

– Так можно и замерзнуть, если гулять осенними вечерами в легком платье, которое ни черта не прикрывает, ― услышала около уха хриплый голос и напряглась.

Я знала, кто стоит за моей спиной. Но больше опешила от наглости мужчины. Хотя кто‐то бы сказал, что он проявил джентльменские манеры и не позволил мне замерзнуть. Да, он просто набросил на мои плечи пиджак. Но как именно он это сделал? Сжал плечи, удерживая меня и не позволяя обернуться.

– Я благодарна за вашу заботу, но не стоит приближаться настолько близко.

Я сглотнула, чувствуя, что шампанское все же ударило мне в голову. Неужели я пьянею?

– Катерина, прекратите себя так вести, я не сделал ничего дурного, ― услышала уже у себя над головой.

Нахмурилась, слегка опешив от услышанного.

– Что?

– Правда. Я же не знал, кому принадлежит кафе.

На секунду прикрыв глаза, я тут же расплылась в широкой улыбке и все же обернулась, сбрасывая с себя мужские руки.

– Разве это имеет значение, Александр Романович?

Заглянула в его темные глаза и почувствовала, как мое тело обдало жаром. Словно он желал меня испепелить. Смотрел так пронзительно, при этом прищурив глаза. Дрожь по телу от его внимания.

Хмурые брови поползли к переносице, в глазах потемнело, а на скулах заиграли желваки. Суровый мужик. Такие напоминают хищников. Откроет пасть и сожрет, не глядя.

– Имеет значение лишь в одном случае.

Я сделала глубокий вдох и одним движением стянула с плеч его пиджак.

– Знаете, господин Велесов, заберите свой пиджак и…

– Вы можете совершить ошибку, Катерина Олеговна.

– Серьезно? А мне что, отблагодарить вас теперь за то, что не сожрали мой бизнес?

Ему не нравилась правда, но признаваться в этом властный и суровый не спешил.

– Возьмешь к себе на работу мою дочку.

Я опешила от его слов.

– Я не буду этого делать.

– Будешь, ― уже перешел на «ты», как интересно.

– Чтобы что?

– Ей нравится твое заведение, и она хочет проходить у тебя практику. Их из университета направляют, будут все необходимые документы.

– Нет, ― я покачала головой, понимая, что мой вечер испорчен, ― я не хочу никого практиковать, тем более вашу дочь.

Велесов перехватил пальцами мой подбородок и, повернув к себе лицом, заставил посмотреть в глаза. Мне кажется, или в его взгляде читалась ненависть?

– Чем тебе не угодила моя дочь?

Я сделала глубокий вдох и крепко сжала пальцы в кулаки.

– Конкретно она ничего не сделала, а вот вы… Что потом? Пройдет практику, и вы заберете у меня кафе? Дочке подарите? Так же проще всего? Кто‐то годами выстраивал свой маленький мирок, вкладывая труд и средства, а потом пришел состоятельный дядя и все отжал? Со мной такое не прокатит, Александр Романович. Пустите.

– Кажется, у кого‐то давно не было мужика, Катерина.

Он задрал подбородок, а я едва сдерживалась чтобы не залепить ему пощечину.

– А у вас давно не было уроков обращения с женщинами. Дайте мне пройти.

Он усмехнулся уголком губ, и, наконец‐то, отпустив меня, сделал шаг в сторону. Я кивнула, и, выпрямив спину, пошла к выходу, собираясь покинуть данное место. Настроение испорчено, и больше не было никакого желания находиться на этом вечере.

– Дочь будет практиковаться у тебя. И ты ей поможешь.

Услышала уже около двери и, остановившись на секунду, обернулась. Конечно, он уверен в себе, как и в том, что добьется желаемого. Но так просто сдаваться я не собираюсь.

Глава 2

Вечер был испорчен. Я понимала, что для Велесова нет никаких преград и он сделает все, чего пожелает его душа, и от этого я злюсь. Ни за что не поверю, что он просто так подсылает ко мне свою дочь. Я слишком хорошо изучила людей и, в частности, Александра Романовича, чтобы слепо доверять и действовать необдуманно. Не верила я, что девочка просто пройдет стажировку и на этом все закончится. Для нее, может, именно так все и будет, но не для меня.

Объяснив Тане, что у меня разболелась голова, я попрощалась с ней и еще несколькими знакомыми. Хотелось поскорее попасть домой и снова ощутить себя под защитой. Ведь только там никому нет до меня дела, и я сама решаю, чем заниматься и как себя вести. Дом ― моя крепость. Я любила вечера, проведенные в компании одного важного для меня человека.

Остановившись около арки, я обернулась к выходу на балкон и встретилась с заинтересованным темным взглядом Велесова. Он смотрел на меня через весь зал так, словно я принадлежала ему, и это вызывало внутри страх и еще какие‐то глупые необъяснимые эмоции. Не хотела видеть его самоуверенность, обращенную в мою сторону. Отвернувшись, я покинула зал.

Быстрым шагом добралась до своего авто и, забравшись внутрь, громко вздохнула, лбом утыкаясь в руль. Терпеть не могу шумные компании, мероприятия, торжества. И эта выставка не стала исключением. Когда я в последний раз бала в подобных местах? Тоже не припомню. И вот выбралась, найдя себе проблем на голову.

Посидев еще несколько минут в тишине салона, я завела двигатель и выехала с парковки в сторону дома. Вечер был прохладный, оттого и не многолюдно в городе. Ветер поднимался, на горизонте сверкала молния, а значит вскоре могло и хлынуть с неба. Но был в этом и свой плюс ― ни одной пробки, что позволило мне за полчаса добраться до дома. Возможно, стоило заехать на фудкор и купить какой‐нибудь вредной пищи, но подумала я об этом уже около подъезда. Да и вряд ли мой поступок одобрили бы, ведь время уже позднее и есть на ночь вредно для фигуры.

Прикрыв за собой двери, я сбросила с ног туфли на каблуке и довольно вздохнула. Как же приятно встать босыми ногами на прохладный пол. Такое невероятное расслабление получают стопы.

Сумку и ключи оставила на комоде и, обернувшись, тут же улыбнулась.

– Привет, мамуль. Ты так быстро вернулась?

– Привет, милая, ― я обняла дочку и поцеловала ее в щеку, ― да, утомительны для меня подобные мероприятия. Немного побыла с Таней и оставила ее на мастер‐класс.

– Я рада, что ты так быстро вернулась. Я как раз чай заварила. Будешь со мной?

– С удовольствием. Только я по дороге ничего не купила.

– Мааам, ― протянула Лера, хлопая глазами, ― я спекла яблочный пирог. Будешь?

Я расплылась в широкой улыбке и, довольно кивнув, обняла свою маленькую, но такую взрослую дочку. Она ― мой мир и мое спасение.

– Я сейчас только переоденусь быстро и присоединюсь к тебе, ладно?

– Конечно, я подожду,мамуль.

Я кивнула и пошла в сторону своей комнаты, когда Лера окликнула меня.

– Мам, ты шикарная.

Я улыбнулась, и, чтобы не расплакаться при ней, скрылась за дверью.

Спальня у меня была просторная со своей гардеробной. И потому, сразу подойдя к зеркалу в пол, я осмотрела себя во весь рост и хмыкнула.

Красивая. Стройная, всегда подтянутая, ухоженная, с пшеничного оттенка волосами и карими глазами. Но в этом ли счастье? Мое точно нет.

– Мамуль, ― закричала дочка из‐за двери, ― тебе чай с медом или с вареньем?

– А поставь и то, и другое на стол.

– Хорошо.

Бросив еще раз взгляд в зеркало, я завела руки за спину и осторожно потянула замочек вниз, расстегивая молнию и позволяя шелковой ткани скользить по моему телу. Оставшись в белье в тон платью, я убрала наряд на плечики, а сама набросила легкий халат, собираясь перед сном еще принять душ. Волосы были заколоты и мне не мешали, потому я, оставив телефон на комоде, пошла к дочке пить чай.

Вот он мой мир. Здесь мне хорошо, тепло и уютно. Здесь мне спокойно, и это самое главное.

Быстро сходив в ванную, я вымыла руки и поторопилась на кухню. Хоть время и позднее, но решила, что один раз сладкое на ночь не прибавит мне лишних килограмм. Да и в зал я хожу регулярно, мой тренер поможет мне сбросить лишнее, если что.

– Так, давай отрезай мне кусочек пирога. Не терпится попробовать.

Я вошла на кухню и, довольно потирая ладони, присела за стол. Лера уже заварила чай и нарезала пирог, от которого шел невероятный аромат.

– Мамуль, только мы с тобой по кусочку, ладно? Боюсь потом не влезть в свои любимые джинсы.

Я хохотнула, протягивая блюдце и получая свой кусочек.

– Ванька как погоняет нас в зале, так мы и забудем об этом, дочка. Но, ты права, наседать на сладкое ночью не лучший вариант.

– Угу, сказала та, которая захотела и меда, и варенья.

– Я капельку, ― подмигнула ей и добавила в чай половину ложки меда вместо сахара. ― Ты сама нас балуешь своими кулинарными шедеврами, а потом говоришь про любимые джинсы.

– Я просто хочу быть лучшей на курсе, ты же знаешь.

Я знала. Моя дочка учится в училище на кондитера и мечтает в будущем поступить в кулинарный университет. Я поддерживала ее желания и старалась делать все, чтобы хоть как‐то облегчить ее учебу. Но Лере нравились занятия и особенно практика. От меня лишь требовалась помощь в оплате, а это не маленькие суммы. Но ради своей малышки я готова на все.

– Мам, у нас скоро будет практика.

Мы уже допили чай и перебрались в комнату, устроившись на теплом полу у панорамного окна.

– Так, замечательно, ты любишь это дело. Будем еще больше есть вкусняшек?

– Ну, не совсем так, мам.

Я свела брови на переносице в ожидании объяснений, глядя на дочь. Что могло произойти?

– Мам, там… В общем, практика должна проходить в заведениях нашего города. Нам, конечно, предоставляют различные кафе и рестораны, но… ― дочь замялась и, почесав затылок, посмотрела на меня из‐подо лба, ― там не было твоего кафе.

– Все верно, потому что я не подписала ни с одним кулинарным учебным заведением договор. А ты чего расстраиваешься?

– Ну, мам! Просто я думала, буду с тобой практиковаться.

Я спиной откинулась на стену и в полумраке комнаты посмотрела на расстроенную дочь. Хотя причин для грусти я не видела.

– Ну, будешь, кто же тебе запретит? Я могу на личной основе брать по своему желанию практикантов и уже после выдавать справку о прохождении практики.

– Серьезно?

– А ты думала, я не возьму к себе свою собственную дочь?

Лерка тут же загорелась, как искра, и, подскочив, плюхнулась ко мне в объятия.

– Мам, я тебя так сильно люблю.

Я прикусила губу и, обнимая малышку, крепко зажмурилась.

– Я тоже тебя очень люблю. Моя взрослая девочка.

На утро я совершенно забыла о том неприятном разговоре с Велесовым. Дочка вечером мне подняла настроение, и я не хотела думать ни о ком другом кроме нее. Да и хватает своих проблем, чтобы я еще думала о человеке, который едва не лишил меня бизнеса. И только по «доброте душевной» (конечно же, нет) мне удалось отстоять свое дело. Да‐да, Велесов, увидев, кто хозяин, а вернее, хозяйка кафе, пал к моим ногам и приказал остановить дело. Почему он, вообще, полез на мою территорию, я не выясняла, для меня главное было, чтобы он навсегда забыл и думать о моем заведении. Вроде бы так и случилось. Но прошло время, мы снова пересеклись, о чем я уже пожалела.

– Мам, хорошего дня тебе! ― дочка поцеловала меня и выскочила из машины, уже заприметив подруг около входа во двор училища.

– И тебе хорошего дня! ― крикнула ей в окно, а Лера в ответ помахала рукой счастливо улыбаясь.

Ради этой улыбки я живу, ради счастья в глазах дочери и ради того, чтобы у нее была мама.

Закрыв окно, я выехала на дорогу, вливаясь в поток движения и пальцами отстукивая по рулю в такт музыке. Утром я проснулась с хорошим настроением. Мы позавтракали омлетом с сосисками и овощами и поехали каждый на свою работу. У дочки учеба, у меня дела в кафе. Но моему хорошему настроению не суждено было продлиться вечность. Улыбка с моих губ слетела сразу же, стоило мне припарковать авто у обочины и подойти ближе к крыльцу кафе. Там уже стоял внедорожник, а возле него медленно, никуда не торопясь, курил мой вчерашний страшный сон. Так и хочется развернуться на пятках и свалить куда подальше.

– Доброе утро, Катерина Олеговна. Что‐то вы опаздываете на работу.

– Было доброе, пока вас не встретила, ― ляпнула я, подходя ближе. ― Я не опаздываю, я сама себе начальник.

Он затянулся сигаретой и, выпустив густой дым, выкинул окурок в урну, стоящую неподалеку.

– Я помню об этом. А я к вам свою дочь привез. Сегодня начинается практика.

Я рукой вцепилась в ручку сумки и, плотно сжав губы, одарила Велесова яростным взглядом.

– Я же сказала, что ваша дочь не будет здесь практиковаться. Что вам непонятно, Александр Романович?

– Катерина Олеговна, у меня к вам вопрос.

Он подошел ближе, а я хотела сделать шаг назад, но крепкая рука резко перехватила меня, удерживая за поясницу.

– Давно вы одинокая женщина?

Вот же сволочь!

– Вы снова нарушаете мои личные границы. Отойдите от меня.

– Нет.

Я услышала, как дверь машины открылась, а потом из салона выпрыгнула девушка, по всей видимости, дочь этого наглеца.

– А вот и моя дочь, Марина. Она ― девочка хорошая, уверен, вы подружитесь.

Я руками уперлась в мужскую грудь и надавила, желая отодвинуть эту скалу от себя, что было практически невозможно. Пришлось говорить так, но не громко, чтобы не обидеть ребенка.

– Ваша дочь не будет здесь работать, потому что у меня уже есть практикантка и место занято.

– Вот и прекрасно. Уволите некомпетентного и поставите на его место Марину. Она ― девочка смышленая.

– Что?

– А с вашей практиканткой она подружится. Не сомневайтесь. И не заставляйте меня шантажировать вас.

Я уже в который раз опешила от его наглости. Велесов отпустил меня, подошел к дочке и, поцеловав ее в висок, пожелал хорошего дня.

– Вечером заберу, милая. Не скучайте.

И сев в авто, свалил, оставив дочь на меня.

Ну и подлец. Вот же… Нет, сволочь!

Глава 3

Бросив взгляд на девушку, я поняла, что она уже совершеннолетняя, потому я не стала останавливаться, чтобы пригласить ее в заведение. Срывать злость на ребенке, пусть она уже и взрослая, а все же ребенок, я не собиралась. Но и танцевать перед ней тоже не буду. Пусть скажет спасибо своему папе, что ей досталась вот такая злая временная начальница.

Закатила глаза понимая, что мысленно согласилась дать девочке стажировку. Но не могла же я ее послать? Вот прям повернуться к ней и сказать, чтобы она проваливала отсюда. Нет, с ней точно так не могу. А вот отцу ее обязательно все выскажу.

– Катерина Олеговна, я вам не нравлюсь, да? ― услышала за спиной и, остановившись, обернулась к девочке.

– Кто тебе это сказал?

Я снова продолжила свой путь, входя в кафе и придерживая для Марины дверь.

– Вы не рады мне. Я понимаю, что мой отец бывает строгим, но на самом деле он очень хороший. Он не злой.

Остановившись около барной стойки, я снова обернулась к девушке и, усмехнувшись, принялась расстегивать кожаную куртку.

– Давай мы с твоим папой сами решим вопрос твоей практики. К тебе у меня нет абсолютно никакой злобы.

И это правда. Я никогда не срывала злость на детях. Да, Марина уже взрослая девушка, наверняка возрастом, как и моя дочь. Но это не означает, что я имею право на ней срываться. Ненавижу подобное и осуждаю всех, кто себе такое позволяет.

– Вы правда меня не выгоните?

– Доброе утро, Катерина Олеговна, ― к нам вышел наш улыбчивый бармен.

Я тоже в ответ улыбнулась и кивнула.

– Доброе утро, Ярик. Сделай нам пожалуйста два капучино.

– Конечно.

– И познакомься, наша практикантка Марина. Прошу уважать девочку и не обижать.

Парень тут же расплылся в довольной улыбке, а мне захотелось брызнуть ему в лицо соком лимона. Только пусть попробует свои клешни к девочке протянуть. Отобью.

– Очень приятно, Марина, а меня зовут Ярослав, но для тебя Ярик.

Я закатила глаза и, схватив девчонку за руку, потянула за столик.

– На счет твоего вопроса, ― напомнила я, присаживаясь за стол и глядя на Марину, которая, расстегнув куртку, с волнением села напротив.

– Да, конечно, Катерина Олеговна.

– Все зависит от тебя. Если будешь справляться со своей работой, то, конечно, останешься здесь. В моем заведении стажировка не бесплатная. Я терпеть не могу бесплатный труд. Это какое‐то рабство.

– Ой, а мне об этом ничего не говорили.

– Ну вот теперь ты знаешь. И еще… ― я только хотела сообщить, что она здесь будет не одна такая, но к нам подошел Ярик с двумя чашками ароматного капучино. ― Спасибо.

– Спасибо, ― смущенно произнесла Марина, пряча взгляд в чашке.

– Всегда пожалуйста, красавица.

– Ярик, тащи свои косточки отсюда, ― хмыкнула я, боясь представить, что с ним сделает Александр, узнай о том, что парень подкатывает к его дочке.

– Какая же вы жестокая, Катерина Олеговна. Мариночка, я всегда к вашим услугам.

А девочка действительно хорошая, не испорченная. Смущается от его внимания и краснеет. Мне она уже нравится.

– Не обращай внимания на него, Марин, он всегда такой.

– Я все слышу. Вы сейчас портите мне личную жизнь, ― произнес наглец, возвращаясь к барной стойке.

– Иди бокалы натирай! Иначе уволю.

Он знал, что я шучу, но побурчать с утра ― святое дело.

– Катерина Олеговна, я могу сегодня приступить к практике?

– Да, скоро приедут кондитеры и введут в курс дела. Кстати, что я еще хотела сказать. Ты будешь не одна. На следующей неделе к практике приступает моя дочь. Будете вместе работать.

– Как думаете, мы с ней подружимся?

Я пожала плечами и отпила напиток из своей чашки.

– Она девочка хорошая, не избалованная, думаю, подружитесь. А теперь пей свой капучино и приступай к работе.

– Спасибо, ― улыбнулась Марина и, взяв свою чашку, сделала пару глотков.

Складывалось у меня ощущение, будто назревает такое, что не даст мне спать спокойно. И почему я думаю, что дело именно в отце этой девочки? Он меня злит ужасно, и я еще помотаю ему нервы, чтобы не думал, что из этой ситуации он вышел победителем. Только ради самой девушки я решила оставить ее у себя, и точно никак не из‐за Велесова.

– У вас готовят очень вкусный кофе, ― отметила Марина, допивая свой напиток.

Я улыбнулась и бросила короткий взгляд на Ярика. Вот гад, до сих пор пялится на девочку, даже стаканы не глядя протирает.

– Согласна, Марин, кофе у нас действительной чудесный. Только ты Ярику об этом не говори, а то лужицей растечется и будет тебя постоянно поить кофе.

– Договорились. Постоянно не нужно, я редко пью кофе.

– Правильно, лучше сок выпей. Девочкам он куда полезнее, ― я поднялась из‐за стола и прихватила с собой грязную чашку. ― Сейчас подойдет Кира к тебе и введет в курс дела. А ты не переживай, коллектив у нас хороший, все приветливые. Тебе понравится.

Марина кивнула, а я, улыбнувшись ей, отправилась к себе в кабинет, по пути ставя чашку на барную стойку.

– Ярик, ее отец тебе яйца оторвет.

– Я их еще не подкатил, чего трогать самое ценное?

Я закатила глаза и, покачав головой, скрылась в своем кабинете. Сбросив куртку на диван, прошла за рабочий стол и выдохнула. Сегодня у меня будет много бумажной волокиты и встреча с поставщиком. Кстати, нужно спросить у Тани, что она там вчера выбрала. Может, нашла какой‐то уникальный сорт кофе и решила, что нам в кафе именно такой нужен?

Кафе открывалось в десять часов, но сотрудники приходили за час и полтора раньше до открытия. Делали заготовки, натирали бокалы, наводили порядки в зале. Все дружно и слажено работали. А с первыми посетителями приступали к своим непосредственным обязанностям.

Пока я разгребала документы и изучала бухгалтерский отчет, в кафе уже не было свободных мест. Да‐да, именно поэтому в свое время Велесов хотел оттяпать у меня лакомый кусочек. Кафетерий находился в очень проходимом месте. К нам могли зайти и обычные студенты, у которых не имелось огромных денег на дорогой кофе, и гости из высшего общества, которые могли купить элитный напиток нашего заведения. И всегда зал был наполнен людьми, смехом и тихими голосами.

Почему я до сих пор не открыла второе кафе? Все просто. Пару лет назад я купила в ипотеку квартиру. Цены не маленькие, да и квартиру я покупала в новострое, чтобы моей дочке потом досталось хорошее жилье. Потому я и выплачивала, мечтая, что уже скоро внесу последний платеж и смогу откладывать на развитие своего бизнеса.

― Катерина Олеговна, можно?

В кабинет заглянула Тамара, второй кондитер и по совместительству повар горячего цеха. Да‐да, у нас имелись не только сладости в меню. Так как мы находились в людном районе с большим количеством бизнес‐центров, на обед мы готовили еще и вкусные сытные блюда на первое и второе. Ассортимент не огромный, но все очень вкусно.

– Проходите, Тамара. Что‐то случилось?

– Хотела спросить, где вы взяли такую девочку? Ей же всего восемнадцать.

– Да. А она не сказала вам? Она здесь на практике.

– Да я не о том, Катерина Олеговна. Она же фору даст любому шеф‐повару. Зачем ей практика?

Я улыбнулась, радуясь, что девочкам не придется с ней возиться.

– Толковая, говорите?

– Очень. Таких надо брать с руками и ногами.

Я прищурилась и задумчиво закивала головой. Если это так, то Тамара действительно права, только вот я не уверена, что Александру Романовичу придется по душе такая идея.

Так, стоп. Я же, вообще, не хочу иметь с ним никаких дел. О чем я только думаю?

По кабинету раздался стук. Я перевела взгляд на дверь, и уже через несколько секунд та открылась, являя моему взору господина Велесова. И чего это его волосы блестят от капелек воды?

Перевела взгляд за окно и с удивлением отметила, что на улице идет мелкий дождь и уже практически стемнело.

– Добрый вечер, дамы.

– Добрый вечер, ― тут же стушевалась Тома, а я ничего не ответила мужчине, продолжая смотреть на сотрудницу.

– Я вас услышала, Тамара. Спасибо.

– Хорошо, Катерина Олеговна. Тогда я пойду.

Я кивнула и, дождавшись, пока женщина закроет за собой дверь, перевела взгляд на Александра. Он уже прошел по кабинету и, расстегнув пуговицу на пиджаке, сел в кресло.

Я склонила на бок голову и ждала, что он скажет. А он смотрел на меня сканирующим взглядом, на секунду замерев на моих ногах и тут же вернув взгляд к глазам.

– Поговорим, Катерина Олеговна?

Глава 4

О чем нам говорить с Велесовым, я не понимала. Кажется, утром я все ему сказала, хотя он меня и не услышал, оставив свою дочь на меня. Марина хоть и взрослая девочка, видно, что хорошо воспитанная, но ее отец не вызывал у меня симпатии. И огромного желания разговаривать с ним я тоже не испытывала.

Сняв очки для зрения, да документы я просматривала в очках, отложила их на стол. Откинулась на спинку кресла и устало посмотрела на мужчину в надежде, что у него ко мне не слишком долгий разговор. Сегодня я хотела пораньше уехать домой, чтобы отдохнуть и провести время с дочкой. Вряд ли это как‐то растрогает Александра Романовича, скажи я ему о своих желаниях.

– Не предложите кофе, Катерина Олеговна?

Я приподняла брови в удивлении и пожала плечом.

– Пожалуйста. Вы можете пройти в зал и заказать себе самый лучший кофе. Вы, наверное, просто перепутали кабинет с залом.

Велесов одарил меня строгим взглядом.

Вот как, значит, не перепутал.

– Может, вы с дочкой хотели увидеться? Или забрать? Так рабочий день еще не завершился. А если хотите каких‐то поблажек, тогда это не ко мне.

– Катя, а хочешь я скажу, почему ты такая злая?

– Давайте не будем переходить на «ты», мне неинтересно близкое общение. Говорите, зачем пришли. Меня ждут дома. И рабочие дела никто не отменял.

– У тебя нету мужика, к нему ты вряд ли торопишься.

Я плотно сжала губы глядя на Александра со злостью. Зачем он лезет ко мне в душу?

– Кто вам подобное сказал?

– Твое поведение. Ты ведешь себя, как нетраханая баба.

Я закатила глаза, и, убрав руки под стол, сжала кулаки.

– Вы знаете, как обычно ведут себя нетраханые бабы?

– Я знаю, Кать, как ведут себя траханные бабы. Они мягкие, ласковые, покладистые, готовые принимать мужскую заботу. Ты же напротив.

– Я не принимаю чужую мужскую заботу.

Он прищурился и откинулся спиной на кресло. Мы молча играли в гляделки. Я пыталась понять, к чему он клонит и чего от меня хочет. Он же думал о чем‐то своем. Наверняка гадал, кто меня трахает, в какой позе и сколько. Только я не могла понять, какое ему дело?

– Ладно, ― неожиданно произнес он, ― как там моя дочь? Справляется?

– О, я рада что вы о ней вспомнили. Так необдуманно бросили ее утром на крыльце моего кафе, что я уже испугалась…

– Знаешь, Катерина, иногда женщине стоит лучше помолчать. В данном случае речь о тебе.

Я склонила голову и выгнула правую бровь ошарашенная его словами.

– Вам не кажется, что вы переходите все границы? Мало того, что без моего согласия вы оставляете девочку на практику, так еще и, ворвавшись в мой кабинет, хамите мне.

– Следи за языком, Катя.

– Хм, ладно. Что я не так сказала?

Я вернула руки на стол и сцепила их в замок, пытаясь таким способом совладать с эмоциями. Но получалось плохо, потому что рядом находился Велесов. С ним у меня изначально как‐то не задалось общение. И вряд ли когда‐то мы перейдем на более дружественный тон.

– Я не бросал свою дочь. Ей восемнадцать. Она взрослая девочка для того, чтобы прогуливаться по городу без сопровождения родителей. И взрослая, чтобы проходить практику без моего присутствия.

– Что‐то еще?

– Как у нее дела здесь? Когда я пришел, она была занята и мне не позволили зайти на кухню.

– Вас это удивляет?

– Нет, вызывает восторг, что вы придерживаетесь санитарных норм.

Ну что же, приму это за комплимент.

– Марина ― хорошая девочка, тут я с вами соглашусь. Она приятная, воспитанная, и не хамит мне, ― думаю, намек он уловил. – Вот, кстати, когда вы зашли, у меня в кабинете находилась Тамара, наш кондитер. Она хвалила вашу девочку. У нее явный талант.

– Несомненно.

Кто бы сомневался, что он продолжит язвить, а не поблагодарит за приятные слова.

– Теперь я хочу обсудить данное сотрудничество, Катерина Олеговна.

– О чем вы? ― не до конца понимая его слова, уточнила я, и, нажав кнопку внутренней связи, позвонила на бар. ― Извините, – сказала Велесову, ― Ярослав, принесите нам пожалуйста две чашки кофе.

– Сливки, сахар?

Я посмотрела на Александра, и он медленно при этом внимательно глядя на меня, покачал головой.

– Один с сахаром, другой без.

– Хорошо, Катерина Олеговна.

Отключив связь, я снова откинулась на спинку кресла.

– Так о чем вы говорили? Какое еще сотрудничество, Александр Романович?

– Моя дочь теперь здесь практикуется. И я должен оплатить ее практику.

Я снова выгнула бровь и, сложив руки в замок, поднесла их к губам.

– Вот как… Боюсь огорчить вас, но мы с вами никак не сотрудничаем. Да, ваша дочь на практике, но она работает. Она готовит сладости для наших гостей. И как я говорила ранее, готовит она превосходно. Как бы вы мне не были неприятны, засаживать девочку я не намерена. Она талантливая.

– И тем не менее…

– Так вот, ― перебила его, глядя в темные глаза напоминающие ночной полумрак, ― я буду платить Марине за ее работу. Да не полная ставка, но заработок у нее будет приличный. А по окончанию практики выдам ей справку. Официально, естественно.

Велесов смотрел на меня так, будто пытался разгадать или прочитать мои мысли. Но вряд ли у него это получится. Если он, конечно, не обладает каким‐то даром.

Постучав в дверь, в кабинет вошел Ярик с небольшим подносом в руках. Извинившись, он поставил чашки на стол и так же быстро удалился, снова оставив меня наедине с хищником. Опасным и очень властным.

Эх, знал бы ты Ярик, кому кофе принес, наверное, плюнул бы в чашку. Ну или как минимум тебе б перехотелось флиртовать с Мариной.

– Для такой справки нужны соответствующие документы и печать. Это вы тоже на себя возьмете, Катерина Олеговна?

Я взяла чашку и сделала пару глотков ароматного кофе, при этом улыбаясь и глядя в глаза Велесову. Он наверняка не понимал и не разделял моего веселья, а мне было радостно. Хоть в чем‐то я могу утереть нос этому зазнайке.

– У меня не впервые проходят практику студенты.

Он нахмурился и отпил из своей чашки горький кофе.

– Тогда к чему был весь этот спектакль.

– Какой еще спектакль?

– Почему вы не хотели брать мою дочь.

Я хмыкнула и, поднявшись из‐за стола, прошла к окну, чтобы закрыть штору. На улице уже потемнело ,и я не любила сидеть с открытыми окнами, когда в помещении был включен свет.

– Задайте этот вопрос лучше себе. А сейчас прошу простить, но мне нужно еще подписать кое‐какие бумаги.

– Катерина, ― Александр поднялся из кресла и, подойдя ко мне, остановился в полуметре, что меня несомненно напрягло.

Зачем так близко?

– Да?

– Я знаю, что ты свободная женщина и, предупреждая твои твой вопрос, говорю сразу: справки о тебе я не наводил. Хотя мне это ничего бы не стоило.

– К чему вы клоните? ― я опешила от его слов, почувствовала, как на шею набросили удавку и принялись душить.

Как же я ненавидела подобное состояние. Еще и подошел так близко, нарушил мои границы и дышать нормально не дает. Сейчас бы набрать в легкие побольше воздуха, да громко выдохнуть. Ну не в лицо же ему, правда.

– Я хочу тебе предложить стать моей.

– Аха‐ха, что? ― ошарашено уточнила я и тут же закрыла рот, когда Велесов начал давить меня взглядом.

Черт! Кажется, с таким мужчиной, как он не шутят.

– Уходите! И прекратите со мной играть! Я взрослая девочка, а не какая‐то там… шлюха.

Велесов поднял руку и накрутил на палец прядь моих пшеничных волос. Какого черта он себе позволяет? А я? Что у меня за реакция на подобный жест? Внутри все сжимается от ожидания его дальнейших действий. Какая же я идиотка.

А он склонился к моему уху и, кажется, даже сделал глубокий вдох, словно меня нюхал. Мне же в нос ударил терпкий аромат его парфюма. Я, не осознавая своих действий, прикусила губу.

– Шлюхам не делают такие предложения.

Мне словно под дых дали.

Что он имеет в виду? О чем говорит? Господи, я уже забыла, что за предложение он мне сделал, потому что его близость не столько будоражила, сколько выбивала почву из-под ног.

– Послушайте, ― я положила ладонь на его каменную грудь, сама не понимая, какую совершила ошибку, потому что Александр тут же накрыл ее своей рукой.

Его сердце. Оно билось учащенно.

– Хватит, прекратите мне делать неприличные предложения. И, вообще, я видеть вас не хочу!

Я вырвала свою руку из его захвата и резко отошла на несколько метров, вставая за стол и начиная копаться в бумагах. Не хочу, чтобы он смотрел в мои глаза. Не сейчас. Вообще никогда!

– Я подожду свою дочь в зале, если ты не против.

Наконец‐то!

– Я не вправе вам это запретить.

– А ты подумай над моим предложением.

Я подняла голову, чтобы сказать ему, куда он может засунуть свое предложение, но увидела пустой кабинет и закрывающуюся через секунду дверь.

Ну и хорошо. Зато не придется извиняться за свои постыдные слова. А в том, что я потом бы себя жрала за излишнюю эмоциональность, я даже не сомневалась.

Велесов, какой же ты… Все настроение испортил. Мерзавец.

Глава 5

Уйти пораньше не получилось. Я совсем забыла, что договорилась с дизайнером о встрече сегодня вечером. Недавно приехав на работу, я сидела в салоне авто и разглядывала наружное убранство кафе. И поняла, что мне хочется сменить вывеску. Сделать что‐то вроде в стиле лофт, а на окна добавить иллюминации. Чтобы выглядело романтично и стильно. В тот же день я позвонила дизайнеру и договорилась о встрече. Но из‐за того, что он профи и всегда востребован, нужно было немного подождать. И дождалась. Из головы вылетел его приезд.

Когда я вышла к Жанне заметила за одним из столиков Велесова. Он был не один, а в обществе какой‐то дамы. Он заметил меня и все то время пока я находилась в зале он не сводил с меня взгляд. Взгляд, который прожигал кожу. Странно это. Находиться в обществе одной женщины, и при это разглядывать другую. Возможно, мне и льстило подобное, но не хотела, чтобы он об этом догадался. А потому решив не задерживаться, я набросила на плечи куртку и вместе с Жанной вышла на улицу. Там мне стало значительно легче, но вот ощущение взгляда на себе никуда не делось. Наоборот, обострилось.

– Мам, привет. Ты сегодня во сколько будешь дома?

– Привет, дочка, ― я как раз подошла к барной стойке собираясь решить несколько вопросов с Яриком и ехать домой, ― минут через десять буду ехать. Тебе что‐то взять?

– Нет, мам. Я просто готовлю ужин и думаю успею или нет.

– Ты моя любимая, спасибо. Хотела пораньше сегодня освободиться, но не получилось. С Жанной разрабатывали новую вывеску. В общем, приеду поболтаем.

– Хорошо, мамуль. Жду тебя

– Целую, ― сбросила вызов и убрав телефон в сумку внимательным взглядом посмотрела на бармена.

А он уже во всю наблюдал, как Марина с волнением сжимая край фартука направилась к отцу.

Отхлыстать бы по заднице за такое, но в первый раз отделается предупреждением. Повара и кондитеры не выходят в зал. Но тут я уверена, без Велесова не обошлось. Девочка сама бы вряд ли осмелилась.

– Ярик, ты написал мне остатки по кофе и добавкам? Сиропы, шоколад, сливки?

– Кончено, Катерина Олеговна, ― ответил он, а сам продолжал пялиться на девочку.

– А виски и коньяк посчитал?

– Да, еще вчера.

Я нахмурилась и тут же принялась щелкать пальцами перед лицом наглеца.

– Ярик, ты оборзел?!

Он тут же покачал головой словно пытаясь прогнать наваждение и понять, чего я к нему прицепилась.

– Не совсем понял, а что не так?

Я одарила его гневным взглядом и хмыкнула.

– А с каких это пор у нас продается алкоголь, не подскажешь?

– Какой алкоголь?

Ну конечно! Откуда бы он помнил, о чем я спрашиваю, когда все его внимание переключено на Марину.

– Ярик, а ты знаешь того мужчину, с которым сейчас общается Марина?

– Знаю, опасный дядька. Его все в городе бояться. И я не понимаю, почему она, молоденькая девочка трется возле этого старика.

В нем говорила злость и ревность. Он готов был броситься и забрать девушку, на которую не имел никаких прав. Что это с нашим ловеласом не так?

– Что сейчас с девушками не так? Почему они смотрят на нас, как на секс‐объект или вообще не смотрят. Вот она даже не посмотрела на меня. А этому стоит и улыбается. Бабла дохера и она не такая, как показалась мне на первый взгляд? Тоже падкая на деньги?

– Слушай, наглец! Ты, конечно, не миллионер, но я тебе не маленькую зарплату плачу.

Ярик тут же рассмеялся, запрокидывая голову назад и привлекая к себе внимание девушек. Ну да, парень он симпатичный и никогда не страдал от женского внимания. А тут, видите ли, одна красотка проигнорировала его. Ну а что, достойная девушка так просто не достается.

– Я не об этом, Катерина Олеговна. На зарплату не жалуюсь. Но и не миллионер я.

– Это уже не ко мне. А то, что Марина пошла к Велесову так это вполне объяснимо.

– И как же это можно объяснить? ― парень прищурился, закидывая кухонное полотенце себе на плечо и урками упираясь в барную стойку.

Я склонилась к нему, и пальцем подозвала поближе.

Он кивнул, спрашивая мол, ну чего там.

– Она его дочь, ― произнесла негромко и заметила удивление на лице Ярика.

– Да ну нахуй.

Я кивнула, выгнув бровь и улыбнувшись, а Ярик с горечью вздохнув, стащил с плеча полотенце и пошел натирать бокалы.

Я цокнула склонив голову и развернувшись пошла к выходу из кафе. С персоналом уже попрощалась, а значит можно ехать домой, к своей любимой доченьке.

Выйдя на улицу лицо тут же обдало холодным порывом ветра. Я поежилась, убирая волосы за спину и осматриваясь. На парковке уже практически никого. А с учетом того, что на носу октябрь и темнее уже рано можно убрать один час из рабочего графика. Это летом мы продлеваем время, потому как народу полно, все гуляют, ходят на свидания, отдыхают. А сейчас в основном все стараются остаться дома под теплым пледом.

Ладно, завтра обязательно нужно подумать об этом и посоветоваться с сотрудниками. Думаю, они будут только рады. К тому же на их зарплату это никак не повлияет.

– Ты совсем продрогла в тонкой куртке, Катя, ― я вздрогнула от голоса и от того, что на мои плечи лег пиджак и мужские руки.

– Вам обязательно при каждой встрече прикасаться ко мне?

– А тебе? Обязательно язвить при каждой встрече?

Я вздохнула и хотела обернуться, но Велесов не позволил.

– Мечтаю посмотреть на тебя, когда ты будешь мягкая как кошечка.

– Не все мечты сбываются, господин Велесов. Мне пора.

– Я отвезу тебя.

Я все же обернулась и заглянула в его темные омуты. Медленно покачала головой.

– Я на машине. Спасибо за предложение.

Только хотела снять пиджак и отдать его хозяину, как мужчина в ответ нахмурился и одной рукой схватился за лацканы.

– Оставь, замерзнешь.

– Я не…

– Потом отдашь. Мы теперь будем часто видеться.

– Знаете, Александр Романович, меня удивляет ваша самоуверенность. Неужели вы думаете…

– Пап, я готова. Можем ехать?

Мою речь прервала Марина и я не стала развивать данную тему дальше. Не при его дочке. Лишние разговоры мне ни к чему.

– Ой, Катерина Олеговна, извините. Я помешала вам?

– Нет, Марин, я уже ухожу. Хорошего вечера вам. И спасибо за пиджак. Я верну его обязательно.

– Спокойной ночи, Катерина Олеговна, ― произнес Велесов и я бросив на него короткий взгляд, сдержанно улыбнулась.

– Взаимно. До завтра.

Развернувшись, я поторопилась к своему авто. И только когда забралась в салон смогла спокойно выдохнуть. Даже не заметила, как затаила дыхание рядом с этим мужчиной. Какого черта со мной происходит? Я возбуждаюсь или что это? Нет, возбуждение тут не при чем. Но реакция моего тела слишком непривычна для меня.

Пока прогревала двигатель, боковым зрением отметила движение. Александр с Мариной подошли к внедорожнику. Мужчина помог дочери забраться в салон и прежде, чем самому скрыться в огромном монстре он обернулся и посмотрел в мою сторону. Такое ощущение будто в глаза заглянул. Черт. Это невозможно. Он же не может меня видеть. Свет в салоне не горит. Может мне показалось?

Когда он сел за руль, я тронула авто, выруливая с парковки и вливаясь в поток машин.

В голове всплыла его дерзкая фраза про то, чтобы я стала его. Надо же какой нахал. Посмел предлагать мне подобное. Взрослой, самодостаточной девушке, которая сама растила и воспитала прекрасную дочь. Нет, это же надо быть таким самоуверенным и наглым! Да кто ему позволил врываться вот так в мою жизнь и нагло все переворачивать с ног на голову? Чего он от меня хочет? У него что, нет любовницы? Я в это никогда не поверю. Там скорее очередь стоит из желающих оказаться в постели такого человека, как Велесов. И нет, я не одна из них. Меня это абсолютно не интересует. Я живу своей налаженной жизнью и редко кого впускаю в нее настолько близко, чтобы довериться и позволить себя жалеть или поддерживать. Очень часто люди творят зло и мне бы не хотелось окунаться в это дерьмо снова. Подобное никогда не интересовало, но само появлялось в моей жизни. Теперь я не то, что ухожу, я бегу сломя голову если чувствую, что приближается опасность. А Велесов – это очень опасно.

Остаться завтра дома что ли? Позволить себе поспать подольше, а потом проваляться целый день в кровати с любимой книгой?

Кажется неплохой идея и я обязательно об этом подумаю утром. Все равно проснусь провожать дочь на учебу.

Добравшись до дома, я остановила машину напротив подъезда через дорогу и забрав сумку поторопилась к Лерке. Она наверняка уже и ужин доготовила, ждет меня.

Поднявшись на свой этаж, захлопнула дверь и отбросила на комод сумочку, носом вдыхая вкусные ароматы еды. Моя хозяюшка.

– Лер, я дома.

– Привет, мам. Соскучилась.

Дочка подошла и сразу же меня обняла, а я вдохнула запах ее волос.

– Мам… ― как‐то странно произнесла Лера, и отстранившись, заглянула в мои глаза, ― а… чей это пиджак на тебе?

Черт. Совсем про него забыла.

Глава 6

Я никогда ранее не приходила домой окрыленная или влюбленная после свидания. И уж тем более на мне никогда не было мужской одежды. Я не строила личную жизнь, не искал мужчин и не нуждалась в отношениях. А тут заявляюсь домой в мужском пиджаке! Немыслимо. Я не понимаю, как могла забыть про него!

– Это… ничего не значит, Лер.

Дочка выгнула бровь и загадочно улыбнулась.

– А почему не значит, мам? Если тебя провожал мужчина, в этом нет ничего плохого. А если он еще и хороший, тогда вообще прекрасно.

Хороший ли он я не знала. И вообще никогда не думала о мужчинах в таком контексте. Я давно научилась не мечтать и не строить иллюзий. Усвоила урок судьбы и наложила табу на личную жизнь. У меня есть Лерка, которая стоит руки потирает и улыбается как довольная кошечка. И чего спрашивается радуется?

– Он просто дал мне свой пиджак. Не более. Ничего не придумывай.

– А я и не придумываю. Или ты думаешь, я не вижу какая ты одинокая?

Я нахмурила брови и сбросив туфли, сразу же сняла с себя пиджак и повесила его на тремпель в прихожей.

– Я тебя не понимаю, малышка. у меня есть ты и это главное. Ты мой самый главный человек в моей жизни.

Я подошла к ней и руками обхватила лицо. Моя юная красивая девочка. Какая же она у меня чудесная получилась. Ни на кого не похожая.

– Мамуль, я понимаю, что у тебя есть я. У меня тоже есть только ты, но я сейчас говорю о мужчине. Мне очень хочется, чтобы ты была счастлива. Ведь женское счастье оно очень важно.

Я улыбнулась, рассматривая ее лицо. Пальцами пригладила бровь и приблизившись, чмокнула в носик.

– Для женщины важно чтобы ее ребенок был здоров и счастлив. Покормишь меня?

Дочка закатила глаза и улыбнувшись, порывисто обняла меня.

– Мам, тебя не переспоришь. Все равно хочу, чтобы ты нашла себе мужчину.

– Так, а ну марш в кровать, ― наигранно рявкнула я, снимая куртку и вешая в шкаф.

Лерка рассмеялась искренне и задорно, вызывая на моих губах улыбку.

– Мам, я не в том возрасте чтобы идти спать в такую рань.

– Для меня ты все равно еще маленькая.

– Не спорю. В общем иди мой руки, а я на стол накрывать. Как раз все готово.

Я кивнула и пошла в ванную комнату. Любила я проводить вечера с дочкой. Они самые уютные и теплые. Самые важные для меня. Мы часто с ней собирались на кухне, пили чай или вино и болтали без умолку. Разве это не чудо иметь прекрасные отношения с дочерью? Я считаю, что каждая мама должна стать для своего ребенка настоящей подругой. Это то, чего так мне не хватало в детстве и… и потом.

Вымыв руки и смыв макияж, я присоединилась к дочери на кухне. Лера уже накрыла на стол и откупорив бутылку вина, разлила нам по бокалам.

За ужином мы снова болтали. Обсуждали какого‐то препода из ее училища, смеялись с ситуации, которая произошла у них сегодня на перерыве, а потом секретничали. О мальчиках. Правда, не о Леркиных. Она у меня еще не влюблялась и признаться честно, в какой‐то степени я была этому рада. Но тут скорее моменты из прошлого. Личные раны и страхи. Не хочу никак это проецировать на дочь, но порой память услужливо напоминает о прошлом.

– Мам, пойдем в зал посидим? Я потом посуду помою, попозже, ― предложила Лера после ужина.

– Давай включим посудомойку и не будем сегодня об этом думать?

– Согласна, ― ее взгляд загорелся, и она довольная подскочила со стула и принялась нагружать посуду в машинку.

– Спасибо тебе за ужин, Лер. Все как всегда вкусно.

– Я рада, что тебе понравилось, мам.

Лера включила посудомойку, а оставшуюся еду поставила на плиту остывать. Я подхватила наши до сих пор не опустевшие бокалы, и мы вместе направились с ней в гостиную. Вот так часто наливаем вино и под один бокал перемалываем все темы, о которых только можем говорить.

Удобно разместившись в креслах подушках у большого окна с видом на вечерний город, я стукнула о бокал дочки и сделала один небольшой глоток. Не особо приветствовала алкоголь, но дома можно было иногда и выпить. К тому же, вино у нас в квартире появилось только после совершеннолетия Леры.

– Мам, я сегодня разговаривала с преподавателем нашим.

– Таисией Львовной?

– Ага, ― кивнула дочка, отставляя так и не тронутый бокал на пол, ― я рассказала ей, что буду проходить практику у тебя. Она обрадовалась.

– Еще бы! Им же нужно по своим местам всех распределить. Вас много, а договоров заключенных в два раза меньше.

– Если не в три.

Я кивнула, помня, как Таисия Львовна уговаривала меня на договор. Но я ни в какую не соглашалась. Оказывается не зря. У меня вон теперь свои две студентки.

– Кстати, Лер, забыла тебе сказать.

– О чем?

Я пожевала губу, и улыбнувшись, пожала плечом.

– У тебя будет напарница. Не моя сотрудница, а тоже девочка практикантка.

– Правда? И сколько ей лет?

– Тоже восемнадцать. Она приятная, добрая и вежливая. Думаю, вы подружитесь.

– Здорово, я очень рада, мам, ― ее взгляд загорелся, и я порадовалась, что все же оставила у себя эту девочку.

– Ждем тебя с понедельника.

Малышка прикусила губу и активно закивала головой. Я видела, что она очень ждет практику и была рада, что моя дочь занимается тем, что ей по душе.

Спать мы ушли около одиннадцати часов вечера. Мне на работу, ей на учебу, не хотелось засиживаться, чтобы потом не могли отодрать себя от кровати.

А утром был, как всегда, завтрак, сегодня приготовленный мною, потом я подвезла Леру в училище и отправилась на работу. Но проезжая мимо цветочного магазина почему‐то захотелось купить для себя цветы. Ну а что, я периодически покупала букеты в кабинет. В этом нет ничего плохо. Зато настроение поднимается. А все вокруг думают, что мне их подарили. Ага, какой‐то невидимый поклонник.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.