Алексей Мануйлов
Агентство доктора Сумарниса

Эта история полностью вымышлена,

все совпадения – неслучайны.

Глава первая, в которой мы знакомимся с главными героями и оставляем недовольным местного бармена

Тадеуш Сумарнис взял бокал с коктейлем и в задумчивости покрутил его между пальцами. Поверхность напитка покрылась неровными рядами волн, чем-то напоминая океанский пляж на Голубой устрице, куда он летал несколько лет назад по профсоюзной путёвке.

– Значит, твой вопрос решён окончательно? – спросил сидящий напротив Фредерик.

– И бесповоротно, – хмуро ответил Тадеуш, вздохнул и опрокинул в себя всё содержимое бокала. Зажмурился, пропуская коктейль внутрь, и только после этого открыл глаза. Его друг смотрел на него, всё также грустно улыбаясь.

– И что планируешь теперь делать?

– Я ведь тебе ещё не всё рассказал, – произнёс Тадеуш, подаваясь вперёд и подцепляя на кончик вилки горячую закуску. – Мне тут, оказывается, от них кое-что перепало.

– Конечно, не станут же они тебя отправлять на пенсию просто так, после тридцати лет образцовой службы?

Оба друга засмеялись, да так громко, что даже привлекли внимание сидящих за соседними столиками. Продолжая улыбаться, Тадеуш примирительно поднял вверх ладонь, давая понять недовольным посетителям, что их недовольные выражения лиц как намёк поняты, и в очередной раз окинул взглядом помещение. Бар «Солярис» он знал ещё по молодости, когда, будучи студентом отделения судебной медицины, часто захаживал сюда с однокурсниками. Немало лет прошло с тех пор, но здесь, казалось, время остановилось, что, впрочем, шло заведению только на пользу. Из-под низких сводов лился уютный приглушённый свет, стены были отделаны резными панелями, стилизованными под аппаратные щитки старых космических кораблей. Но самым удивительным в «Солярисе» был дизайн пола: под листом толстого стекла неспешно катил свои волны серо-голубой океан. Изобретение, прославившее бар на весь Гданьск, и предмет особой гордости его владельца. Кстати, о нём…

– Желаете ещё что-нибудь? – официант, склонившийся над сидящими друзьями, был точной копией Фредерика: тот же высокий рост, длинные мускулистые руки, широкие плечи, непослушные тёмные с рыжиной волосы и неизменная задорная улыбка на лице.

– Теперь понятно, почему я так популярен в известных кругах, – произнёс Фредерик, прищуриваясь в внимательно разглядывая официанта. Впрочем, через секунду тот уже принял свой обычный облик и вновь стал невысоким, с аккуратно зачёсанными с проседью волосами и толстыми очками, скрывающими за линзами раскосые глаза.

– Повтори, пожалуйста, Сарториус, – сказал Тадеуш, пододвигая пустой бокал к краю стола и одновременно усмехаясь про себя. Нередко хозяин бара сам выходил принять заказ у кого-нибудь из постоянных клиентов, предусмотрительно активировав маскирующее устройство собственного изобретения. К этим его причудам здесь уже давно успели привыкнуть.

– Может, хотите что-нибудь необычное? – спросил Сарториус, заговорщически улыбаясь. – Новинка сезона, авторский рецепт. Революция в коктейльном искусстве: «Тошнота»

Друзья переглянулись.

– Название, конечно… – неуверенно произнёс Фредерик

– Только истинный ценитель проникнется вкусом! – не без гордости произнёс Сарториус. – Ну так что, хотите?

– А что в него входит? – спросил Тадеуш.

– Томатный сок, ананасовый сироп и корица.

Друзья вновь переглянулись.

– Пожалуй, мы не настолько истинные ценители.

– Что ж, как хотите, – с лёгкой обидой в голосе произнёс Сарториус, взял со стола пустой бокал и направился в сторону длинной барной стойки. А друзья вернулись к прерванному разговору.

– Насчёт образцовой службы, Фред, это ты конечно загнул… но дело не в этом. Когда мы вчера разговаривали с капитаном, он сказал, что мне тут причитается ещё кое-что, – с этими словами Тадеуш извлёк из кармана сложенный вдвое лист, выпрямил и положил на стол перед Фредериком. Тот быстро пробежал глазами по пластику, бормоча чуть слышно:

– Уведомление о возможности оформления собственности… сообщаем, что в соответствии с… имеете право на приобретение… находящееся по адресу… – прочитав до конца, Фредерик поднял на друга вопросительный взгляд.

– Это у них такая новая программа поддержки полицейских пенсионеров, – усмехаясь, пояснил Тадеуш. – Я бесплатно получаю в собственность небольшое здание. В Старом городе, разумеется, кто же мне в Новом что-то просто так отдаст? – быстро пояснил он, увидев ещё более обалдевшее выражение лица Фредерика.

– Да даже в Старом просто так…

– А кто сказал, что просто так? Капитан мне всё подробно объяснил, даже закон дал почитать. Получаю я это здание только при одном условии – если в течение месяца открою в нём собственный бизнес. Город мне всячески обещает помогать – льготный кредит в банке на закупку всего необходимого, доступ к базе данных для найма персонала, даже полугодовая отсрочка от всех налоговых проверок.

– Ничего себе, – присвистнув, произнёс Фредерик и вновь опустил взгляд на лежащий перед ним документ. Подошёл Сарториус, поставил на стол новую порцию коктейля и, не проронив ни слова, удалился. Видимо, по-прежнему в обиде за свою тошноту, подумал про себя Тадеуш.

– И как ты хочешь этим добром распоряжаться? – спросил Фредерик, отрывая, наконец, взгляд от листа.

– Если честно, я планирую отказаться…

– Отказаться!? Да ты в своём уме!? Когда выпадает такая возможность!

– Фред, ну взгляни на меня. С завтрашнего дня я в отставке, списан подчистую…

– Тебе всего пятьдесят пять!

– Не я голосовал за понижение пенсионного возраста, – раздражённо ответил Тадеуш. – Да и к тому же, что это меняет? Тридцать лет жизни отдал работе, ничего больше не умею и навряд ли уже научусь.

– С твоими-то мозгами? – казалось, негодованию Фредерика не будет видно конца. Отодвинув бокал с наполовину допитым коктейлем, он склонился поближе к другу. – Послушай, такие предложения ни в коем случае нельзя упускать. Возможно, это даже твой последний шанс в жизни…

– Спасибо за оптимистичные прогнозы, друг.

– Прости, я не это имел в виду, – щёки Фредерика едва заметно покраснели. – Но посуди сам: делать тебе сейчас будет всё равно нечего. Пенсию назначат, конечно, не маленькую, но и не очень большую. Выдадут сколько-то там окладов в компенсацию, верно?

– Вроде как, да.

– Ну вот видишь! И что ты со всем этим планируешь делать? Запереться в квартире и писать мемуары? Уже придумал название? «Следствие по телу»? Или может быть, «Судмедэкспертиза страсти»?

– Прекрати, – попытался осадить говорившего Тадеуш, хоть и понимая, что это бесполезно: слишком хорошо он знал этот задорный огонёк, мелькнувший сейчас в глазах друга.

– Да я же знаю, что тебе самому такая жизнь вскоре вот где будет, – Фредерик приставил ладонь к кадыку, почти касаясь ей подбородка. – Так что не говори глупости и соглашайся.

Тадеуш почувствовал, что улыбается. Конечно, Фредерик был прав, прав почти во всём. Мемуары он писать точно не собирается, а вот перспектива провести остаток жизни в четырёх стенах с редкими вылазками за покупками или в гости внушала серьёзные опасения. В последние годы, когда разговоры о понижении пенсионного возраста стали всё чаще звучать уже не только в газетах и в общегалактической сети, но и в стенах Ассамблеи, мысль об отставке всё чаще навещала его самого, но он научился быстро изгонять её, говоря себе, что пока там в высоких кабинетах все договорятся, он уже успеет состариться как минимум двадцать раз.

Однако, как оказалось, договариваться умеют быстрее. И когда неделю назад «Газета человечества» опубликовала свежеподписанный Председателем закон, Тадеушу показалось, что через его жизнь провели черту. По странной иронии как раз в этот день ему исполнилось пятьдесят пять лет, и уже после обеда в дверь кабинета неслышно, но требовательно постучали и сообщили, что капитан ожидает его у себя.

– О чём задумался? – прозвучал в тишине полёта мысли голос Фредерика. Тадеуш помотал головой, перевёл взгляд на друга.

– Да так, вспоминал кое-что… Ну ладно, предположим, я соглашусь. Но у меня совершенно нет идей, каким делом я мог бы заниматься.

Фредерик в ответ на это улыбнулся.

– Самый беспроигрышный вариант для людей твоего круга. Открой собственное детективное агентство.

Тадеуш почувствовал, как его брови поползли вверх. Первая мысль, пришедшая в голову – абсурд. Столько лет проработать на страже закона, действуя от имени государства и теперь провести остаток жизни, разыскивая сбежавших с крупными суммами взбунтовавшихся подростков и следя за неверными супругами!?

– Вижу, у тебя тоже есть предубеждение, – продолжил тем временем Фредерик, – но вот что я тебе скажу: не всё так плохо, как кажется.

– Действительно? – саркастически поинтересовался Тадеуш. Сидящий напротив неожиданно принял серьёзный вид, выпрямился и погрозил другу пальцем.

– Ты выслушай сначала. Полгода назад я взял заказ на работу в одном таком агентстве, им нужно было подготовить огромное количество отчётов, а собственная бухгалтерия не справлялась. Я сразу же заинтересовался, отчего так много бумаг у какой-то мелкой конторки на полтора десятка человек. И знаешь, что оказалось? Недавно приняли закон о деятельности частных детективных агентств, значительно расширяющий их полномочия. Всего я сейчас не упомню, но по сути, прав у них теперь почти столько же, сколько и у полиции.

– Даже так? – Тадеушу неожиданно стало интересно. – И как они это объяснили?

– Объяснить-то это объяснили ещё столетия назад: оптимизация в целях экономии бюджетных средств, – отмахнулся Фредерик. – Население планет растёт, прогресс, вроде как, тоже на месте не стоит, значит, требуется всё больше специалистов для борьбы с всё больше умнеющей преступностью. На обычные проблемы, типа бытовых ссор или уличного хулиганства, всегда найдётся управа, эти ребята не очень дорого стоят, а вот если что-то посложнее… хо-хо, ты не представляешь, какие большие это деньги.

Тадеуш невольно вспомнил последний ремонт и замену оборудования в лаборатории, проведённые за городской счёт. Начальство тогда ликовало, что само не потратило ни одного эскудо, но ведь никто не знал, как сильно скрипели зубы у бухгалтеров и казначеев в городском совете.

– Так что правительству было бы очень выгодно, чтобы часть дел взял на себя кто-нибудь, кому не нужно платить зарплату, – продолжил Фредерик. – Сам посуди: чем больше заказов у агентств, тем больше им с этого денег. Чем больше денег – тем больше налогов. А на полицию и вовсе можно будет сократить финансирование, всё равно работы у них станет меньше.

– Но ведь так скоро вообще вся борьба с преступностью станет только платной! – воскликнул Тадеуш. Фредерик улыбнулся и развёл руки в стороны.

– Не думаю, конечно, что до этого дойдёт, но некоторые потрясения наших стражей правопорядка точно ждут, я в этом уверен. Так что ещё неизвестно, не больше ли ты выиграл от своего ухода, чем поиграл.

– Всё это конечно… – сказал Тадеуш, но не закончил. Слишком уж много неожиданностей, и не всегда приятных, произошло в его жизни за последнее время, и не все они ещё успели уложиться в сознании. Особенно то, что он услышал сейчас.

– Всё-таки сомневаешься? А мне кажется, что это будет для тебя самым лучшим вариантом. Начнём по мелочам, а после перейдём к более серьёзным вещам. Закон ещё не вступил в силу, они установили переходный период, так что время на раскрутку у нас с тобой будет.

– У нас с тобой? – спросил у друга удивлённый Тадеуш.

– Ты ведь не думал, что я брошу тебя со всем этим одного? – спросил Фредерик, усмехаясь. – Если честно, мне уже порядком надоело распыляться и бегать по заказам от одной фирмы к другой. Конечно, в первое время я ещё буду доделывать кое-какие дела, но постараюсь как можно быстрее перейти в полное твоё распоряжение. Ну так что, берёшь старого друга в заместители?

– А ты потянешь со всей своей нагрузкой ещё и эту работу? – с сомнением в голосе произнёс Тадеуш. Фредерик в ответ лишь ещё раз усмехнулся.

– Думаешь, меня просто так называют многорукий бог дедлайна?

Тадеуш улыбнулся и сказал, кивая головой и поднимая коктейль.

– Похоже, у меня не осталось выбора.

– Выбор есть всегда, главное сделать его правильно, – рассудительно произнёс Фредерик, поднимая свой бокал и со звоном чокаясь с бокалом друга.

Глава вторая, в которой новые начинания оформляются официально

Фредерик ждал его у главного входа. Пройдя сквозь стеклянные двери, Тадеуш пожал протянутую руку, и вместе друзья направились к припаркованному чуть в отдалении «Суринаму».

Десять минут назад Тадеуш Сумарнис, доктор медицины, заведующий лабораторией судебно-медицинской экспертизы Главного полицейского управления города Гданьска поставил последнюю подпись в документах, и с этого момента с десятиэтажным зданием на проспекте Первопроходцев его больше ничего не связывало.

Незадолго до этого он в последний раз побывал в лаборатории – уже скорее по заведённой годами привычке, чем по необходимости: все дела Тадеуш передал новому заведующему – бывшему своему заместителю – ещё вчера, и теперь стоял рядом с ним и выслушивал подозрительно неискренние сожаления и обещания всегда быть на связи. В первое он не верил совершенно, во второе – разве что только если молодому Акиро понадобится совет более опытного коллеги, за которую тот сердечно поблагодарит, но будет недоумённо пожимать плечами, обратись уже он сам, Тадеуш, за какой-нибудь помощью.

– Будем рады видеть вас в любое время, доктор Сумарнис.

– Разумеется…

С шумом открылась дверь, и в лабораторию протиснулась массивная фигура капитана Кирка. Невероятно крупный, широкоплечий, с зачёсанными назад светло-каштановыми волосами, ярко-голубыми глазами, и особой отличительной приметой – небольшой ямочкой на подбородке – он был тем, кого меньше всего ожидаешь увидеть в мягком кресле кабинетного работника. Про себя Тадеуш часто говорил, что с такими габаритами капитану нужно было заниматься двумя вещами: либо не вылезать из силовой брони, либо сниматься в кино, неизменно в роли бесстрашных вождей восстаний далёкого прошлого.

– Вот ты где, – прогрохотал Кирк, подходя к Тадеушу и хлопая его по плечу. – Неизменно на рабочем месте.

– Теперь, увы, нет, – произнёс Тадеуш, стараясь вложить в свои слова поменьше сарказма. Капитан, похоже, уловил эту тщетную попытку, так как могучая рука вновь легла на его плечо, а на лице незамедлительно появилась жалостливо-скорбная улыбка.

– У меня не было иного выхода, – сказал Кирк неожиданно тихим для такого гиганта голосом. – Ты же понимаешь…

Тадеуш посмотрел на бывшего начальника. При всех их частых спорах и перебранках, особенно в первые годы назначения капитана, они сумели сохранить тёплые, почти что дружеские отношения. И от этого было хоть немного, но легче.

– Я всё понимаю, Кирк, не переживай.

Едва он это произнёс, последние следы скорби на лице капитана исчезли, а улыбка стала искренней и привычно-весёлой.

– Какие у тебя планы? – поинтересовался он, бросая взгляд на папку документов в руках Тадеуша. – Вижу, ты всё-таки решил воспользоваться?

– Именно. Думаю, начну своё дело.

– И какое же?

– Да вот… не решил пока. – задумчиво произнёс Тадеуш. О своих намерениях среди бывших коллег он предпочёл не распространяться.

– Ну что ж, видимо, остаётся только пожелать тебе удачи, – сказал капитан и протянув руку, обменялся с бывшим судмедэкспертом рукопожатием.

– Удачи, доктор Сумарнис, не забывайте нас, – тут же услужливо вторил начальнику Акиро.

Фредерик открыл багажник «Суринама», помог Тадеушу загрузить внутрь его нехитрые пожитки. В основном, конечно, он уже всё вывез за прошедшие две недели, а сегодня забрал лишь некоторые мелочи: несколько позолоченных наградных табличек, пресс-папье из кости мамонта с Нового Лабрадора («В честь 40-летия от любимых коллег») и, конечно, подарки, вручённые ему вчера днём на импровизированной прощальной вечеринке. Старую псевдо-кожаную папку с документами он укладывать не стал, и, закрыв багажник, присоединился к своему другу на переднем сидении.

– На свободу с чистой совестью? – осведомился Фредерик, проводя пальцем по сенсорной панели и запуская двигатель. «Суринам» выехал с парковки и ловко встроился в бодрый уличный поток. Машина друга Тадеушу нравилась: компактность и функционал взяли верх над любовью Фредерика к большим габаритам. Удивительно, но салон оказался подходящим даже под немалый рост владельца. И всё-таки каких же сил стоило отговорить его от покупки гигантского и неповоротливого «Шевроле «Юпитер»!

Тадеуш бросил последний взгляд на десятиэтажное здание, прежде чем оно успело скрыться за поворотом, откинулся на спинку сидения и с шумом выдохнул.

– По-прежнему в трауре? – усмехнвшись, спросил Фредерик, поворачиваясь к другу. Глаза его были скрыты за стёклами солнцезащитных очков. – Куда едем? Какой там у этого твоего офиса адрес?

Тадеуш открыл псевдо-кожаную папку, отложил лежащее наверху уведомление о выплате ему выходного пособия («Восемь месячных окладов. Щедро, однако», подумал он тогда, подписывая документ) и взял в руки лист гербового пластика золотисто-песочного цвета с большой синей печатью. Свидетельство о праве собственности.

– Это в Старом городе. Аллея Адамса, 42.

Повинуясь его голосу, навигатор выстроил маршрут и уже отдавал распоряжение водителю, через сколько и куда необходимо свернуть.

– Надеюсь, ты своё решение не изменил? – спросил Фредерик, не отрывая взгляда от проезжей части. При всей раскрученности автопилотов его друг не доверял автоматике и предпочитал управлять автомобилем самостоятельно.

– А должен был? – немного растерянно произнёс Тадеуш. Немного растерянно потому, что не далее, как сегодня утром раздумывал об этом, сидя в метро.

– Я бы, конечно, тебя понял, – ответил Фредерик, бросая на друга быстрый взгляд, – но был бы не очень приятно удивлён. Ведь с нашего последнего разговора я уже успел кое-что сделать.

– Да? И что же? – спросил Тадеуш, про себя удивляясь такой завидной расторопности.

– В первую очередь взял отпуск, – усмехнувшись, ответил Фредерик, – потому что уверен, что за один-два дня мы с тобой точно не справимся. А также изучил закон – кстати, и тебе советую – навёл кое-какие справки, ну и ещё пару вещей по мелочам. Зарегистрировать компанию сейчас – это на раз-два, можно не выходя из дома сделать, а вот открыть счета и брать кредит удалённо уже не получится – после той аферы с Метрополитен Банком все требуют обязательного личного присутствия.

– Хорошо, что ты в этом разбираешься, – заметил Тадеуш, снова начиная сомневаться в том, что правильно поступил, когда согласился на всё это, – один бы я точно не справился.

Фредерик в ответ лишь вновь усмехнулся.

«Суринам» тем временем уже успел миновать широкие проспекты Нового города и теперь лавировал по уличкам исторического центра. Судя по карте, нужное им здание находилось в одном из самых живописных мест Гданьска, на одной из старейших набережных Вислы.

– В хороших местах тебе офис выделили, – заметил Фредерик, глядя на проносящиеся мимо разноцветные домики.

– Я тоже сначала удивился, откуда такая щедрость, – сказал Тадеуш, – даже спросил, когда получал свидетельство. И знаешь, что?

– Что?

– Они, когда в собственность здание передают, снимают с себя все обязательства перед органами по охране культурного наследия. Предполагается, что теперь за это должен отвечать новый хозяин.

– Наглость с их стороны, конечно, но в принципе всё логично, – в задумчивости произнёс Фредерик, воспользовавшись красным сигналом светофора, чтобы повнимательнее осмотреть одно из зданий, – хоть и лишняя головная боль для тебя будет.

– Если бы только она! Ты знал, что по закону памятники культуры должны проходить регулярный косметический ремонт?

Фредерик рассмеялся.

– И готов поспорить, платить за это придётся…

– Вот именно, – констатировал Тадеуш, и его друг рассмеялся ещё громче. – Но, меня уверили, что это здание только недавно привели в порядок, поэтому хотя бы на какое-то время об этом можно будет забыть.

– Это точно. Кстати, вот мы и приехали, – с этими словами Фредерик остановился возле одного из зданий.

* * *

Выйдя из машины, Тадеуш огляделся. Действительно, место было красивое. Длинный ряд невысоких, трёх– и пятиэтажных домиков, прижимавшихся друг к другу, словно стайка маленьких детей, впервые приведённых в парк на прогулку. Узкая проезжая часть была облицована брусчаткой, вдоль тротуаров утопающих в зелени, прогуливались жители окрестных домов и многочисленные туристы.

– А вот и наш, – сказал Фредерик, указывая на неширокое четырёхэтажное белое здание с покатой крышей. По обе стороны от него высились строения повыше, реклама на витрине дома, стоящего слева, обещала посетителям лучший кофе в Гданьске и окрестностях, а стоящего справа – путешествия в самые интересные места галактики за «потрясающе смехотворные деньги».

– Я так понимаю, выход на набережную с заднего двора, – сказал Тадеуш, продолжая разглядывать здание. Затем повернулся и взглянул на друга. – Ну что, пойдём смотреть?

Они подошли к чёрной лакированной входной двери. В центре её висело симпатичное позолоченное кольцо, весьма неумело, однако, стилизованное под старину. Судя по тому, что небольшой прямоугольный участок стены слева выглядел чуть светлее остальных, не так давно здесь висела табличка.

Тадеуш извлёк из папки ключ-карту, приложил к сенсору над дверной ручкой. Секунду ничего не происходило, затем на экране загорелся зелёный сигнал и раздался чуть слышный щелчок.

Распахнув дверь, друзья оказались в небольшом холле. Узкий дверной проём за высокой стойкой слева вёл, судя по всему, в комнату администратора. Ещё одна дверь приглашала пройти направо, а вглубь здания уводил узкий коридор, в конце которого виднелась винтовая лестница.

– Давай посмотрим, что там, – предложил Фредерик, указывая на дверь справа. Тадеуш кивнул и последовал за ним. Миновав проём, они оказались в небольшой комнате с двумя высокими, почти в пол, окнами.

– Думаю, здесь можно будет устроить приёмную для будущих клиентов, – сказал Фредерик, окидывая комнату взглядом. – Пара-тройка кресел, стол и терминал, хорошее освещение, картины – и готово.

Тадеуш в ответ пожал плечами – об обустройстве будущего офиса он пока ещё и не думал.

Друзья вышли из комнаты и по коридору прошли к лестнице.

– Смотри-ка, здесь и лифт есть, – удивлённо воскликнул Фредерик, указывая на сомкнутые стальные двери. – И современный, надо же. Это хорошо, не придётся таскать вещи по лестнице, когда будем обустраивать верхние этажи.

В первый раз лифтом они решили пренебречь и по лестнице поднялись на второй этаж. Их встретил просторный холл, окна которого с одной стороны выходили на аллею Адамса, а с другой – на оживлённую набережную. Висла в этом месте никуда не сворачивала, так и текла, прямая, как стрела. На другом её берегу раскинулся один из городских парков. Машинам выезд на набережную был запрещён, поэтому шум разговоров от многочисленных прохожих тут же начинал долетать до второго этажа, стоило друзьям приоткрыть окна.

– Если будет сильно мешать, можно включить кондиционер, – заметил Фредерик, указывая на небольшую сенсорную панель в углу комнаты.

– Не думаю, что это пригодится – ответил Тадеуш, оглядываясь. – Столько лет просидел в закупоренной лаборатории, пусть теперь хоть какое-то разнообразие будет.

Они продолжили осмотр здания. Выяснилось, что в обе стороны от холла отходили длинные коридоры, в каждом из которых было по нескольку дверей, ведущих в небольшие комнаты. Повсюду виднелись следы прошлых хозяев – покрытые слоем лака деревянные письменные столы, стулья и тумбы, в некоторых кабинетах на полу змеились чёрные провода.

– Удивительно, как много тут осталось, – всё удивлялся Фредерик, когда они с Тадеушом осматривали просторное помещение с двумя окнами, длинным рядом шкафов и несколькими большими столами – по всем признакам, раньше здесь была столовая. – Ты не знаешь, кто тут обитал?

– Откуда? – сказал Тадеуш, но на всякий случай ещё раз заглянул в документы на имущество. Как и ожидалось, никакой информации о прошлых владельцах в них не было.

Третий и четвёртый этажи если и отличались от второго, то не очень сильно. Такие же просторные холлы, почти такие же крошечные кабинеты. Разве что на третьем этаже оказалась большая комната с длинным столом – переговорная, а на четвёртом – большое помещение, разделённое пополам стеной с дверью посредине.

– Кабинет начальства, – догадался Тадеуш. – Всё по правилам: секретарь отдельно, самый верхний этаж.

Он снова окинул взглядом комнату, повернулся к Фредерику. Тот кивнул, спросил с улыбкой:

– Думаешь занять?

– Зачем? Мне такие размеры ни к чему. Да и привык как-то обитать на втором этаже. Так что выберу один из тех кабинетов, что побольше.

– Другого я от тебя и не ожидал, – ответил Фредерик, продолжая улыбаться. – А я, пожалуй, поселюсь по соседству от тебя.

Закончив осмотр, друзья спустились на первый этаж.

– Знаешь, вот смотрю я на это всё, – сказал Тадеуш, оглядывая лестницу и узкий коридор, ведущий к входной двери, – и не даёт мне покоя одна мысль – где здесь вообще культурное наследие?

Фредерик тоже огляделся, пожал плечами и произнёс:

– Думаю, ты прав. Сколько лет этому дому? Тысяча? Полторы? А по виду и не скажешь. Внутри всё новое, и пяти лет материалам нет. Снаружи тоже: облицовка, краска, фасад. И всё равно официально считается, что дом – памятник прошлого. Как так-то?

Внезапно Тадеушу пришла на ум история, которую он прочёл когда-то в одной книге, но в какой и когда – уже и не вспомнишь.

– Слыхал я одну старую притчу о корабле, на котором плавал очень великий древний герой. Так вот, после его смерти корабль оставался в порту ещё много сотен лет, а местные жители постоянно его ремонтировали. И в какой-то момент учёные задались вопросом, а тот ли это корабль, на котором плавал ещё этот самый древний герой? Долго спорили, но вот всё никак не могу вспомнить, к чему в итоге пришли.

После его слов наступило молчание. Фредерик стоял возле стойки администратора, в задумчивости почёсывая подбородок и глядя в потолок.

– Что думаешь? – спросил Тадеуш, у друга, когда решил, что молчание уж слишком затянулось.

– А что тут думать? – ответил Фредерик, улыбнувшись. – Корабль – он и есть корабль. И не важно, из какого материала сделан, главное, чтобы плавал или летал исправно, верно?

– Возможно, – приглушённым голосом произнёс Тадеуш не переставая думать. – А возможно, что и нет никакого корабля…

– Как это нет?

– Ну, то, что мы называем кораблём – это же всего лишь название, верно? Просто ничего не значащее слово.

– Знаешь, – Фредерик как-то странно смотрел на друга, – по-моему тебя уже куда-то не туда понесло.

– Да, ты прав, – ответил Тадеуш, усмехаясь. – Во всяком случае, не до этого сейчас.

И с этими словами они вышли из здания на Вояджер-аллею.

– Что тебе сказали, когда выдавали документы? – спросил Фредерик. Тадеуш, разглядывающий в этот момент вывеску стоящего справа турагентства, повернулся к другу и вновь полез в папку за документами.

– После осмотра велели явиться в городской совет для завершения регистрации и подачи заявки на льготный кредит. Сказали, что всё можно будет сделать в одном месте, не бегая по городу. Но то, что ты мне сказал тогда про банк, помнишь?

– Разумеется, – ответил Фредерик, вздыхая. – Помотаться нам с тобой всё-таки придётся. Ну ладно, ничего не поделаешь, издержки всегда были и всегда будут, – философски произнёс он и кинул взгляд на стоящий рядом «Суринам».

* * *

Несколько часов спустя, вечером, друзья сидели в кофейне рядом с их офисом и подводили итог прошедшего дня. Возле Фредерика лежал планшет с раскрытой голограммой экрана – тот как раз заканчивал вносить последние пункты в бланк заявки на регистрацию фирмы.

Как и предсказывал Фредерик, визит в городской совет для Тадеуша несколько затянулся – совершенно внезапно (впрочем, так ли это?) оказалось, что оформление собственности по льготной программе проходит только по предварительной записи и только в двух окнах из четырнадцати. Обычно достаточно было только талона электронной очереди, но уволенных новоиспечённых пенсионеров, желающих реализовать свои права собственников, оказалось так много, что начальство регистрационного отдела приняло решение для удобства лимитировать время приёма.

– Интересно, для чьего удобства? – раздражённо спросил Тадеуш, поглядывая на пластиковый талон, который сжимал в руках. Ему повезло занять последнее незанятое сегодня время, но до него теперь нужно было ждать ещё два часа. Он было предложил, чтобы не терять понапрасну времени, поехать в банк и оформить кредит, но Фредерик лишь покачал головой и сокрушённо произнёс:

– Не получится: они потребуют документ о собственности.

– Так ведь свидетельство…

– Это не документ, – терпеливо, с улыбкой объяснил Фредерик другу основы бюрократии, – поэтому тебе и выдали его ещё при увольнении, в участке. Документы получишь через два часа, после регистрации.

Матерясь про себя, Тадеуш нашёл глазами свободные места и направился к ним, полный решимости просидеть здесь всё оставшееся до своей очереди время. Но, как всегда бывает, решить в очередной раз оказалось проще, чем сделать, и уже десять минут спустя он был готов на стену лезть от скуки.

– Ты лучше пока ознакомься с новым законом, – сказал сидящий рядом Фредерик, наблюдая за мытарствами друга. Достав планшет, он развернул интерактивный экран и передал его другу. – Как раз успеешь до своей очереди.

– Неужели там так много? – изумлённо спросил Тадеуш, пробегая глазами по содержанию документа.

Когда он закончил ознакомление с текстом – а кроме самого закона надо было ещё, по-хорошему, прочесть весьма объёмные комментарии судебных экспертов и юристов – и свернул документ, то оказалось, что до его очереди осталось всего лишь пять минут.

– Быстро ты, однако, – заметил Фредерик, когда, покончив со всеми формальностями, Тадеуш подошёл к нему. Как и ожидалось, заявка на кредит была закрыта отказом с просьбой лично явиться в отделение банка для прохождения всех необходимых формальностей.

– Ну хоть узнал, кто до нас занимал этот офис? – спросил Фредерик, когда они выходили из ратуши.

– Спрашивал, но мне отказались говорить, – пожав плечами, ответил Тадеуш. – Говорят, коммерческая тайна, разглашать не положено.

Фредерик никак это не прокомментировал, только иронически усмехнулся и пожал плечами.

По сравнению с очередью на регистрацию офиса, проблем с ожиданием в банке почти не было. Почти – это потому, что встретивший их на входе робот-помощник очень долго не мог понять, что именно нужно новоявленным клиентам, хоть они и старались объяснять максимально понятно. В конце концов, поддавшись на уговоры, он вызвал по внутренней связи одного из менеджеров, который тут же понял, что Тадеушу и Фредерику необходимо сделать и, рассыпаясь в извинениях, вызвался проводить их до нужного окошка.

– Прошу простить нашего сотрудника! Господин Хайнлайн устроился совсем недавно, ещё не до конца освоился. Но так он очень хороший механизм, – тараторил менеджер, но, едва они отошли достаточно далеко, чтобы робот не мог их слышать, склонился поближе и чуть слышно произнёс: – Понимаете, он здесь по квоте на роботов, сами не знаем, куда его пристроить…

– Всё в порядке, такое бывает, – Тадеуш старался говорить спокойно, но, видимо, скрыть накопившееся за день раздражение получилось у него не очень хорошо, так как менеджер продолжал сверлить его обречённым взглядом.

Проводив их к нужному окошку, менеджер удалился, а приятная на вид молодая девушка в белой блузке и в жёлтом жилете и галстуке – фирменных цветах банка – выслушав причину обращения друзей, приступила к оформлению заявки на кредит.

– Назовите, пожалуйста, сферу деятельности, в которой планируете открывать бизнес, – сказала она, глядя по очереди на Фредерика и Тадеуша. Последний, прокашлявшись, произнёс:

– Детективное агентство.

С мгновение девушка молчала, затем кивнула и, как ни в чём не бывало, продолжила вбивать данные в компьютер. Следующие вопросы она задавала, глядя уже только на Тадеуша, очевидно, правильно рассудив, что он является учредителем и будущим руководителем.

– Какое количество персонала планируете нанимать?

Тадеуш недоумённо посмотрел на Фредерика. Тот едва заметно показал пять пальцев.

– Сейчас пока пятерых.

Девушка кивнула и перешла к следующему пункту. Ещё несколько вопросов, в основном про расположение будущего агентства, характеристики здания (тут как раз кстати пришёлся технический паспорт, который ему вместе с остальными документами выдали в ратуше), а также автопарк и иную собственность владельцев.

– Почти закончила, – сказала девушка, отнимая взгляд от компьютера и переводя его на Тадеуша. – Последнее, что мне нужно, это бизнес-план.

– Бизнес-план? – недоумённо переспросил Тадеуш.

– Да, всё верно. Лучше всего в электронном виде, но если у вас на пластике, то не страшно, я сниму скан-копию.

Это был полный провал. Никакого бизнес-плана у Тадеуша не было и быть не могло. И почему не подумал об этом раньше, корил он себя в мыслях, не отрывая взгляда от улыбающейся ему сотрудницы, ведь это очевидно, что никакой банк просто так на бизнес денег не даст.

– У вас он в каком виде? – спросила девушка, очевидно, заметив излишнюю задумчивость и растерянность клиента. Улыбка на её лице постепенно начинала меркнуть.

– Есть и в пластиковом и в электронном виде, – неожиданно раздался голос Фредерика. Тадеуш перевёл взгляд на друга, сотрудница – тоже. Тот, улыбаясь, уже успел достать планшет, и как раз разворачивал голографический экран. – Сейчас я вам его перекину.

– Конечно, давайте, – ответила девушка, вновь расцветая улыбкой, – А вы, я полагаю…

– Заместитель директора по всем вопросам, всё верно, – ответил Фредерик, возвращая улыбку. – Всё, готово, бизнес-план отправлен.

Четверть часа спустя друзья выходили из офиса банка с уведомлением о том, что их заявка рассмотрена и утверждена. Теперь оставалось только подождать один день, пока деньги не поступят на только что открытый корпоративный счёт.

– И почему ты сразу не сказал про бизнес-план? – спросил друга Тадеуш, когда они сели в «Суринам» и выехали на оживлённый вечерний проспект. – Я себя ещё никогда таким идиотом не чувствовал!

– Успокойся, это ведь уже позади, верно? – произнёс Фредерик примирительно. – Как видишь, я всё держал под контролем.

– И хоть бы что мне сказал, – бросил Тадеуш, но уже не с таким недовольством и возмущением, как до этого.

– Просто не хотел грузить лишней информацией – на тебя и так слишком много за последнее время свалилось, – сказал Фредерик. – А сейчас ты сможешь спокойно ознакомиться с бизнес-планом, я его тебе тоже переслал.

Остаток поездки Тадеуш просматривал бизнес-план. На скромный взгляд человека, максимально далёкого от бизнеса, всё выходило вполне логично и правильно. Конечно, многие моменты были не совсем понятны, даже скорее, совсем непонятны, но Тадеуш решил, что со временем со всем разберётся, ну, или в крайнем случае спросит профессионального дружеского совета.

– Всё, осталось только вписать название, – сказал Фредерик, откидываясь на спинку стула и глядя на голографический экран. На заполнение всей формы времени ушло меньше, чем ожидалось. Вот всегда бы так, подумал Тадеуш.

– Есть какие-нибудь идеи? – спросил Фредерик, глядя на друга.

– Ну-у, – протянул в ответ Тадеуш, оглядываясь по сторонам. – А как обычно такие фирмы называют?

– Много вариантов, – Фредерик пожал плечами. – Иногда излишне пафосно, например, «Воины закона» или «Галактическая справедливость». Иногда по-классике, например, «Лунный свет». Тут главное – не повторяться.

– Тогда может максимально просто и лаконично? Зачем ходить вокруг да около, так и пиши: «Детективное агентство Тадеуша Сумарниса».

Впрочем, едва он произнёс название вслух, как оно тут же перестало ему нравится. Выглядит так, словно у владельца – то есть, его самого – излишне раздутое самомнение. И Тадеуш поспешил поделиться своими опасениями с другом.

– Как раз наоборот, – успокоил его Фредерик, – назвать свою фирму в честь себя, особенно подобного профиля – обычное дело, ничего такого в этом нет. Только давай ещё немного приукрасим.

– Как приукрасим? – спросил Тадеуш, а Фредерик тем временем уже вводил текст в поле наименования организации. Наконец, закончив, он повернул планшет, и дал другу прочитать.

– «Детективное агентство доктора Сумарниса», – прочёл Тадеуш. С сомнением посмотрел на Фредерика. – Думаешь, ученую степень нужно указывать в названии?

– Так солиднее звучит, – ответил друг со знанием дела, и, подумав ещё немного, Тадеуш кивнул и согласился.

– Всё, заявка ушла, – через минуту сказал Фредерик, откидываясь на спинку стула, – теперь осталось только ждать.

– И всё? – спросил Тадеуш. Ему не верилось, что на все формальности потребовался всего лишь один день.

– Ну, не прямо всё, конечно, у нас ещё запросят устав и кое-какие документы, – словно прочитав его мысли, сказал Фредерик, – но это уже больше формальность. Типовой устав сделать на раз-два, а всё остальное я беру на себя.

– Спасибо большое, Фред, – сказал Тадеуш уже, наверное, не в третий десяток раз за эти две недели. – Даже и не знаю, что бы я без тебя делал.

– Расслабься, – весело отмахнулся Фредерик, пожимая другу руку, – мне это не сложно.

– Милсдари, ваш кофе готов!

Голос принадлежал хозяйке кофейни, уже немолодой, но по-прежнему привлекательной женщине с густой шевелюрой золотистых волос. Она поставила на стойку две большие чашки кофе и помахивала рукой, привлекая внимание друзей.

– Благодарствуем, пани Иоанна, – сказал Тадеуш с улыбкой, забирая чашки. Имя хозяйки кофейни было написано на входной витрине.

– А я вас не видала до этого, – заметила женщина, по очереди оглядывая друзей. – Вы ведь не местные, верно?

– Правильно, но, похоже, скоро ими станем. Меня зовут Тадеуш Сумарнис, а это мой друг, Фредерик Адуев.

– Очень, очень приятно, – улыбаясь, произнесла Иоанна, кивая друзьям. – А вы что же, новые сотрудники?

– Прошу прощения? – спросил Фредерик

– Ну, в том, соседнем белом здании. Там же раньше контора размещалась, как бишь её называли-то, не припомню… Ну, в общем, они описью экспонатов для палеонтологических музеев занимались. Ну там, сколько рогов, сколько копыт. И вот съехали недавно.

– Надо же, – удивлённо произнёс Фредерик. – А мы как раз новые владельцы здания. И нам было очень интересно, почему старые хозяева уехали, а мебель почти всю оставили.

– А-а, так ведь им же какой-то меценат известный новое здание купил. В каком-то крупном южном городе, на Чёрном море, вроде. И весь интерьер полностью за свой счёт предоставил. Вот они и оставили почти всё, только технику с собой забрали.

– Много же вы, однако, знаете о них, пани, – заметил Тадеуш с улыбкой.

– Так ведь они же ко мне каждый день за кофе и пирожками приходили, чуть ли не всем офисом! И так несколько лет. Так что секретов у них от меня почти что и не было. А вы, милсдари, чем заниматься планируете, если не секрет?

– Не секрет, конечно, – ответил Фредерик. – Детективное агентство вот хотим открыть.

Судя по лицу их собеседницы, перспектива такого соседства весьма и весьма её обрадовала.

– Я вижу, вы рады, – сказал Тадеуш. – Любите детективные истории?

– Разумеется – разумеется, – ответила хозяйка, энергично кивая. – Никто не любит детективные истории так, как любит их пани Иоанна Хмелецкая!

Глава третья, в которой команду ждёт первое пополнение

В следующие несколько дней у друзей было очень много работы. Едва деньги поступили на счёт, Тадеуш с Фредериком взялись за заказ всего необходимого для будущего офиса. В первую очередь необходимо было обустроить кабинеты директора и его заместителя.

– Здесь много ума не нужно, – комментировал Фредерик, пробегая глазами по голографическому экрану планшета и выбирая всё необходимое. Тадеуш сидел рядом и наблюдал за другом, потягивая кофе. За неимением иного удобного места в офисе, они обосновались в кофейне пани Хмелецкой, что сама хозяйка восприняла более чем благодушно.

– Вот, смотри, – сказал Фредерик, поворачивая экран к Тадеушу. Заказанный им комплект для своего кабинета был небольшим: кресло, письменный стол, два шкафа – один для одежды, другой – для документов – простенький монитор и компьютер-моноблок.

– На первых парах этого должно хватить, остальное закупим уже по мере необходимости, – комментировал покупки Фредерик.

Десять минут спустя Тадуеш закончил с оформлением и своей заявки.

– Специально выбирал, чтобы напоминало мой старый кабинет, – сказал он, возвращая планшет другу, – приятнее работать в знакомой обстановке.

На следующий день возле их офиса остановился большой ярко-синий грузовик, и трое хмурого вида рабочих – два человека и один робот – принялись переносить мебель из кузова в здание. Следом за грузчиками настала очередь сборщиков и электриков, и вскоре на письменных столах уже стояли подключённые к сети и готовые к работе компьютеры.

– Зовите, если что, – прощаясь, сказал друзьям высокий в очках системный администратор, с фирмой которого агентство Тадеуша заключило свой первый договор, тактично умолчав о том, что устав, на основании которого оно действовало, в природе ещё пока не существовал.

Пока на втором этаже шло обустройство кабинетов начальства, столовой и комнаты отдыха для персонала, а по всему зданию устанавливали оборудование для всевозможной связи и переносили мебель, на первом этаже ещё несколько человек приводили в порядок будущую приёмную. По предложению Фредерика в комнате разместили несколько удобных кресел, поставили кофе-машину, а на стену повесили большой монитор. За порядком здесь, как и во всём здании, следили камеры видеонаблюдения, оператор которых сидел в нескольких кварталах от офиса – ещё одна фирма взяла на аутсорсинг поддержание безопасности свежесозданного агентства.

Передвигаться по узким, заполненным народом коридорам было очень трудно, и в конце концов оба друга обосновались в кабинете Фредерика, просматривая сайты всевозможных юридических фирм и изучая цены на услуги по созданию типового устава организации и иного правового сопровождения.

– Вот эти вроде неплохие, – сказал Фредерик, кивая на раскрытую интернет-страницу. – И рекомендации хорошие, и список клиентов солидный. Да и сам я про этого Мэтью Мёрдока только хорошее слышал.

Тадеуш кивнул, и уже через час представитель юридической компании господина Мёрдока прибыл в их офис для переговоров.

– У нас тут, как видите, обустройство в самом разгаре, пусть это вас не сильно смущает, – прокомментировал снующих туда-сюда рабочих Тадеуш, проходя с солидно одетым мужчиной средних лет к лифту. Тот в ответ улыбнулся и покачал головой.

– За пятнадцать лет и не к такому привыкнешь.

Переговоры прошли в директорском кабинете и были быстрыми и на удивление приятными. Обе стороны почти сразу же пришли к соглашению по цене, заключили договор (предварительно просмотренный Фредериком) и расстались, весьма довольные друг другом и собой по отдельности. А на следующий день курьер господина Мёрдока уже стучался в дверь их офиса с конвертом, в котором лежал экземпляр устава детективного агентства доктора Сумарниса. Ещё одна копия – в электронном виде, для отправки в нужные инстанции – пришла на корпоративную почту ещё ранним утром.

– Оправдывают деньги и репутацию, – заметил Фредерик, бегло ознакомившись с текстом. Затем отложил листы и повернулся к другу. – Ну что, пора отдавать распоряжения.

Через десять минут Тадеуш двумя своими первыми приказами на посту директора утвердил устав фирмы и назначил Фредерика своим заместителем.

К вечеру работы по приведению офиса в порядок завершились: все четыре этажа были готовы к работе и ожидали появления новых сотрудников.

– Наверное, зря мы обустроили всё и сразу, – неуверенно сказал Тадеуш, поднимаясь с другом на самый верхний этаж и обходя пустующие кабинеты. – Нам ведь для начала не так много персонала понадобится.

– Всё равно пришлось бы это делать, – рассудительно произнёс Фредерик. – К тому же я посмотрел: это не сильно ударило по бюджету, я бы даже сказал, почти минимальные расходы.

Тадеушу ничего не оставалось, кроме как согласиться: в конце концов, у него никогда не было и не могло быть диплома Багдадской школы бизнеса.

Удачное завершение первого бизнес-проекта решено было отпраздновать в «Солярисе» – по весьма удачному стечению обстоятельств бар находился всего в нескольких кварталах от офиса.

– У нас сегодня большой повод, Сарториус, – торжественно произнёс Фредерик, приветствуя подошедшего к ним хозяина. – У тебя есть что-нибудь для особых торжеств?

Лицо Сарториуса расплылось в такой благоговейной улыбке, словно всю свою жизнь он ждал именно этого момента и именно этого вопроса.

– Рискну порекомендовать вам «Туманность Андромеды». Великолепная вещь, попробовав один раз, вы больше никогда не захотите чего бы то ни было ещё.

– А вот это что за напиток? – спросил Тадеуш, указывая в меню. Сарториус проследил за его взглядом, поморщился.

– Категорически не рекомендую. «Ближний прицел» на очень большого любителя. Мне лично он никогда не нравился.

– Зачем же ты тогда его держишь в меню? – поинтересовался Фредерик.

– Не перевелись ещё любители подобных извращений над алкоголем, – с безразличием бросил Сарториус, пожимая плечами. – Ну так что, будете пробовать «Андромеду»?

Друзья переглянулись. Последние сомнения отпали, азарт в эту минуту был сильнее осторожности.

– Неси, – вынес окончательный вердикт Фредерик, и когда Сарториус удалился, с блаженством откинулся на мягкий диван, запрокинул руки за голову и закрыл глаза. – Наконец-то всё, а то я уж думал, что этот день никогда не закончится.

– Нам ещё предстоит нанимать персонал, не забывай, – с улыбкой напомнил другу Тадеуш.

– До завтра мы можем об это не думать, – не меня позы и не открывая глаз, сказал Фредерик, а к ним уже на всех парах спешил Сарториус, держа в одной руке поднос с двумя высокими, дымящимися бокалами с тёмно-синей жидкостью.

* * *

На следующее утро голова у Тадеуша болела. Три «Андромеды» прошли почти незаметно, а когда Фредерик, взглянув на часы, весело заметил, что время очень позднее и пора бы уже расходиться по домам, услужливый хозяин бара предложил напоследок в качестве «грандиозного завершения вечера» ещё одну свою гордость – «Далёкую радугу». Одного лишь запаха, исходящего от бокала, было понятно – это будет что-то невообразимое.

Так и получилось – дальнейшие события вечера всплывали в голове Тадеуша как в тумане. Вот он выходит из бара под руку с Фредериком, вот возлежит на переднем сидении «Суринама», поворачивается влево и с ужасом осознаёт, что его друг не сидит за рулём, а развалился на заднем сидении и, судя по громкому, протяжному храпу, уже даже успел уснуть. На миг в его голове молнией мелькает мысль о работающем автопилоте… и через мгновение он открывает глаза и осознает, что лежит у себя дома, как есть, одетый, на скомканном постельном белье, в позе наполовину стёкшего на пол студня.

– Нельзя столько пить, – в очередной раз строго сказал Тадеуш своему отражению в зеркале. Приблизился, чтобы получше разглядеть небритую щетину, спутанные волосы, покрасневшие глаза с тёмно-синими мешками. Затем перевёл взгляд на лежащий перед раковиной телефон. Судя по карте, дрон-курьер должен был быть с минуты на минуту. – Ну давай ты уже быстрее.

Через пять минут, забрав доставку, Тадеуш вернулся в ванную, разглядывая небольшой белый с синими маркировками пузырёк. Описание на нём в точности совпадало с тем, что было на странице заказов. Насколько всё это правда, Тадеуш не знал – за всю свою жизнь он ещё ни разу не пользовался средством от похмелья.

– Не стоило и начинать, – вслух произнёс он, продолжая начатые в мыслях размышления.

Отвинтив крышку из органического пластика, он вытряс на ладонь две небольшие капсулы, засунул их в рот, проглотил и запил водой из-под крана. И почти сразу же почувствовал, как отступает головная боль, руки перестают подрагивать, а ощущение, словно вчера его телом играли в галактбол, медленно исчезает.

Выпрямившись, Тадеуш ещё раз посмотрел на себя в зеркале.

– В первый и в последний раз, запомни. Чтобы больше такого не было, – строго сказал он своему отражению, поставил пузырёк на полку и, включив воду, принялся снимать с себя халат.

Полчаса спустя, когда он уже успел привести себя в порядок и как раз заканчивал завтрак, тишину кухни нарушил телефонный звонок. Это был Фредерик, и судя по голосу, чувствовал он себя вполне бодрым и отдохнувшим.

– Ты там как? – участливо поинтересовался он. – Когда я вчера отводил тебя в квартиру, выглядел ты не очень.

– Всё нормально, – поспешил успокоить друга Тадеуш, умолчав о том, что совершенно не помнит, как он попал в свою квартиру, – только сомневаюсь, что мне бы хотелось повторять такое. Уж точно не в моём возрасте.

Фредерик рассмеялся.

– Давно так не гулял, да?

– Ну, считай со студенческих времён. Правда, тогда не приходилось пить таблетки по утрам.

– Всё бывает в первый раз, у кого-то раньше, у тебя вот, например, позже.

– Не хотелось бы повторять.

Фредерик снова рассмеялся.

– Хорошо, учту. Кстати, ты уже готов? А то я тут стою у твоего подъезда.

Тадеуш встал, подошёл к окну и действительно увидел стоящий на парковке возле дома «Суринам».

– Почти готов, сейчас спущусь.

Быстро переодевшись и отправив грязную посуду в мойку, он вышел на улицу и сел в машину Фредерика, который тут же выехал на улицу и двинулся в сторону Старого города.

– Смотрю, твоего доверия автопилоту хватило ненадолго? – усмехнувшись, поинтересовался Тадеуш у друга, который как ни в чём не бывало вёл машину самостоятельно.

– Всему есть предел, – невозмутимо ответил Фредерик, – но, признаюсь, вчера эта автоматика меня приятно удивила.

– Ты вроде был не настолько пьян как я, – заметил Тадеуш. – Как так получилось? Мы же пили наравне.

– У всех разный предел. Скорее всего, я просто привык, – Фредерик пожал плечами, какое-то время не отрывал взгляда от дороги, затем, видимо, осознав, что молчание затянулось, посмотрел на Тадеуша и наконец-то заметил, каким взглядом смотрел на него друг. – Да ты чего, Тед, я же не это имею в виду. Уже в заправские алкаши меня успел записать?

– Сам ведь сказал, – Тадеуш усмехнулся.

– Так ведь ты не забыл, в скольких фирмах я работаю? Многорукий бог дедлайна всегда желанный гость на любом корпоративном празднике: Новый год, День терраформации, День Революции, в конце концов! А уж про более мелкие поводы я вообще молчу. И неужели ты думаешь, что если бы я там позволял себе лишнее, моя деловая репутация при этом не пострадала? Плохого же ты мнения о своём друге!

– Ну ладно, убедил, – с улыбкой поднимая вверх ладони и помахивая ими, сказал Тадеуш. – Не хочу, чтобы и ты начал видеть во мне великовозрастного моралиста.

«Суринам» между тем выехал на оживлённый проспект, и тут же встал в большую пробку. Заторы на дорогах были одной из главных проблем Гданьска, даже несмотря на наличие подземки, одну наземную кольцевую дорогу и ещё одного кольца под землёй.

– Сегодня нужно озаботиться наймом, – напомнил другу Фредерик. – Ты, кажется, говорил, что тут тебе обещали поспособствовать?

– Вроде как для ускорения набора сотрудников мне предоставят доступ к единой базе соискателей, – нахмурившись, сказал Тадеуш. – Правда, я не знаю, какой от этого толк.

При этих словах Фредерик тоже нахмурился.

– Если честно, не советовал бы.

– Почему?

– Ты когда-нибудь искал себе сотрудников через эту базу? Мне вот приходилось. И, скажу тебе честно, администрируется она отвратительно. В идеале операторы должны вносить все данные о соискателе, но по факту обходятся только обязательными полями, которых всего пять на всю анкету (гибкость базы, ага), и в итоге большая часть информации теряется. А уж если там искать начнут по запросу от работодателя… вот и получается, что приходит к тебе на собеседование человек, который знать не знает, куда его зовут и на какую должность, а ты сам сидишь и гадаешь, куда же это он на самом деле хочет попасть. Так что мой тебе совет – даже не суйся в эту систему, а лучше действуй по-старинке.

Пока Фредерик перечислял недостатки государственной поддержки найма персонала, пробка впереди стала понемногу рассасываться, и уже несколько минут спустя друзья вновь мчались по проспекту в направлении Старого города.

– По-старинке – это ты имеешь в виду через сайты по поиску работы? – уточнил Тадеуш.

– Разумеется. Проверено веками, да и твоё бывшее начальство наверняка также делало. Как, в принципе, и любое другое адекватное начальство. Так что сейчас, как только приедем, сразу же созданием страницы и займёмся.

И всё-таки первое, что сделали Тадеуш и Фредерик, едва «Суринам» припарковался возле аллеи Адамса, 42 – зашли в кофейню Иоанны Хмелецкой и взяли себе по порции ароматного крепкого кофе.

– Как у вас работа продвигается, милсдари? – спросила хозяйка, улыбаясь и запечатывая два больших картонных стакана.

– Ну, полноценная работа ещё даже не начиналась, – ответил ей Тадеуш, беря протянутый стакан и делая глоток. – Очень вкусный кофе, пани, ваша реклама не врёт. А так сегодня как раз планировали заняться набором персонала.

– Эх, пошла бы я к вам работать, ежели б не возраст и не кофейня, – с лёгкой грустью произнесла Хмелецкая, разводя руки в стороны, словно намереваясь обхватить ими все свои небольшие владения. – Не те годы, ох не те.

– Не говорите ерунды, вы прекрасно и молодо выглядите, – сказал ей Фредерик с лёгким кокетством в голосе.

– Ой, благодарствую, – ответила хозяйка, посмеиваясь в ладонь и смущённо багровея. – И всё же некому мне хозяйство доверить, одну Басю на всё я тут не оставлю.

– Басю?

– Барбара, племяшка моя. Мы работаем посменно, ну и иногда вместе. Ещё познакомитесь с ней, милсдари, а пока хорошего вам дня.

Поблагодарив Иоанну, друзья вышли из кофейни и направились в офис. Поднявшись на второй этаж, они засели в кабинете Тадеуша и тут же занялись исполнением своей затеи.

– Здесь надо расписать профиль агентства, – сказал Тадеуш, указывая на строку в электронной анкете. Произнёс с сомнением в голосе: – Наверное, про всякие тяжкие преступления лучше не писать…

– Мне тоже так кажется, – согласился с ним Фредерик. – Вообще, лучше пока воздержаться по очерчиванию себе какого-то конкретного профиля и написать максимально общие вещи. Укажи, например, что мы молодая, динамично развивающаяся компания, ставившая своей основной целью содействие органам охраны правопорядка в их нелёгком деле по борьбе с преступностью любого рода.

– Не слишком ли амбициозно звучит? – продолжал сомневаться Тадеуш, но фразу всё-таки дописал полностью.

– Для соискателей самое оно, нам как раз сейчас молодые энтузиасты понадобятся.

– А как насчёт профессионалов?

– Они тоже подтянутся, но постепенно. С ними сложнее всего будет – придётся больше платить, а нам сейчас главное – формальные требования соблюсти. Квалификацию ребятам ещё успеем повысить.

– Ну хорошо, – сдался, наконец, Тадеуш.

Когда страница организации была заведена, проверена модераторами и официально зарегистрирована, друзья взялись за составление списка вакансий.

– Сейчас пока можно ограничится должностью простого детектива, а как новый закон вступит в силу – расширим штат, – после недолгих раздумий вынес вердикт Фредерик.

Около часа ушло на описание должности и требований к кандидату. Самые долгие дискуссии вызвал последний пункт, о зарплате – и у Фредерика, и у Тадеуша было своё мнение о том, сколько терро-эскудо должны получать их сотрудники.

– Мне кажется, здесь не стоит мелочиться, – заметил Тадеуш, просматривая уже заполненные поля вакансии. – В конце концов, чем больше пообещаем, тем лучше. И к нам придёт больше желающих.

– Ага, а вместе с ними целый батальон тунеядцев, которые будут рады возможности отсидеться, почти ничего не делая за неплохую зарплату, – желчно парировал Фредерик, чем очень смутил Тадеуша.

– Почему сразу тунеядцы?

– Потому что профессиональных детективов в университетах не готовят. До этого к ним требования всегда были занижены, да и у нас описание обязанностей максимально размыто. В общем, ты решай, как знаешь, но я бы на твоём месте новичкам золотые горы не обещал.

Спор этот продолжался ещё долго, и в конце концов, друзья решили полазить по вакансиям на аналогичные должности в других детективных агентствах, чтобы понять, какую лучше зарплату выставлять. Впрочем, уже вскоре выяснилось, что в большей части представленных на сайте агентств уровень оплаты вовсе не выставлялся (вместо него было указано размытое «по договорённости»), а в оставшихся сумма варьировалась от неприлично маленькой (по меркам Тадеуша) до неприлично большой (по мнению Фредерика). В конце концов, оба сошлись на более или менее усреднённом варианте и, внеся её в анкету вакансии и отправив ту на проверку, сели ждать результатов.

Через час вакансия «ведущего детектива» (что, по мнению Фредерика, звучало весомее) была опубликована на портале и стала открыта для всех желающих. Для отправки резюме друзья создали специальную корпоративную почту, предварительно оградив доступ к ней для всех, кроме заинтересованных в работе зарегистрированных пользователей сайта.

– Чтобы не использовали для отправки спама, – объяснил Фредерик ограничения, – а у нас и без него, я думаю, будет очень много ненужных писем.

Однако до конца дня ни одного отклика на вакансию не последовало. Просмотры были, и, на взгляд Тадеуша, немало, однако иного интереса никто больше не проявил.

– Возможно, тут дело в репутации работы, – рассуждал Фредерик, когда вечером друзья, закрыв офис, выходили на улицу, – уж слишком хорошо всем известно, что приходится делать частным детективам. А про новый закон, к сожалению, дальше профессиональных кругов информация пока не просочилась.

– Но всё равно Гданьск ведь большой город, – парировал Тадеуш, слегка подавленный первой неудачей на новом поприще.

– Большой, но не транзитный. Космопорта нет, а ближайший далеко. Разве что круизные лайнеры заходят, но на то они и круизные. Да не переживай, наймём мы персонал, никуда не денемся.

На следующее утро всю дорогу до офиса Тадеуш пребывал в нетерпеливом возбуждении. Вчера, когда «Суринам» остановился возле его подъезда, он было предложил мониторить страницу агентства из дома, но Фредерик отказался, аргументируя это тем, что если потенциальный работник увидит, что его резюме просматривали поздно вечером, а уж тем более потом приглашают на собеседование, то с огромной вероятностью откажется.

– …потому что решит, что мы на работе ночуем, а кому охота перерабатывать? – закончил Фредерик, и Тадеушу вновь ничего не оставалось, кроме как согласиться. Поэтому сейчас, хоть и тщательно это скрывая даже от друга, он с нетерпением ждал момента, когда откроет интернет-страницу и, кто знает, сколько желающих работать увидит.

Однако в офисе его вновь ждало разочарование: семь просмотров (пять вечером и ещё два – такой поздней ночью, что не стыдно было и сразу же ответить и позвать на собеседование) и вновь ни одного отклика.

– Меньше суток прошло, не переживай ты так, – словно мантру, повторял Фредерик, когда друзья возвращались с обеда из ближайшего кафе. Однако Тадеуш уже всерьёз начинал переживать. Если так пойдёт и дальше…

Однако ближе к вечеру их ждал сюрприз.

– Смотри-ка, одно есть! – неожиданно воскликнул Фредерик. Тадеуш аж подскочил, свернул экран планшета и поспешил к столу. А Фредерик уже разворачивал перед ним страницу резюме их первого откликнувшегося соискателя.

С каждой прочитанной строчкой Тадеуш нахмурился, но так и не смог понять, что его так настораживает – в конце концов, об особенностях найма в детективное агентство Фредерик его предупреждал.

Почти одновременно закончив чтение, друзья выпрямились и переглянулись.

– Ну, что скажешь?

– А что я могу сказать? Ты же меня предупреждал.

– Мне кажется, всё-таки надо попробовать дать ей шанс. Свяжемся и назначим собеседование на завтра.

– Да, давай.

* * *

Тадеуш и Фредерик сидели в переговорной, заняв одну половину длинного стола, и с интересом рассматривали девушку, сидящую напротив них. Та невозмутимо улыбалась обоим, положив перед собой скрещенные в ладонях руки. Улыбка у неё была приятной, как, в принципе, и вся внешность.

Невысокая (даже выходивший её встречать Тадеуш, никогда не имевший повода хвастаться своим ростом, поразился, что она едва доходит ему до плеч), голубоглазая, с длинными, ниже лопаток, светлыми волосами – она могла бы сойти за модель из какого-нибудь подросткового журнала, пользующегося популярностью даже здесь, на видавшей виды Земле. Однако судя по тому, что она о себе написала…

– Давайте для начала познакомимся, – сказал Тадеуш, краем глаза поглядывая на листы лежавшего перед ним резюме. – Меня зовут Тадеуш Сумарнис, я руководитель детективного агентства, а это Фредерик Адуев, мой заместитель.

– Очень приятно, – девушка кивнула обоим, не переставая улыбаться.

– А вас зовут София Медичи, верно?

– Всё верно, – сказала она. Голос у неё был приятный, под стать внешности. Уже не детский, но и ещё не совсем взрослый.

– Интересная фамилия, – заметил Фредерик, тоже бросив взгляд на резюме, – отдаёт, знаете… чем-то старинным.

– У нас на Колорадо и не такие встречаются, – ответила София, пожимая плечами. – Я читала, что наши предки – первые колонизаторы – часто брали себе другие имена и фамилии после высадки. Новая планета – новая жизнь.

Тадеуш кивнул. Нечто подобное он когда-то слыхал, а может, и где-то читал, сейчас уже и не вспомнить.

– Вы учились в Университете города Хараре, факультет изящных искусств, – продолжил Фредерик, пододвигая к себе резюме и внимательно его проглядывая.

– Да, всё верно, – София кивнула. – Закончила год назад, магистерская степень по живописи.

– А где вы работали до этого? – спросил Тадеуш, слегка ёрзая на стуле. Чувствовал он себя не совсем комфортно – словно обвинитель, допрашивающий подозреваемого. Но с другой стороны, это было его прямой обязанностью, узнать о будущем работке всё необходимое, и все это понимали.

– По сути, нигде, – ответила София и тоже едва заметно дёрнулась. – Во время учёбы подрабатывала то тут, то там, а когда получила диплом, решила опробовать свои силы. Всё это время я путешествовала по Земле, писала картины на заказ, иногда читала лекции, тем и перебивалась.

– Давно вы в Гданьске? – спросил Фредерик.

– Около недели, до этого я была в Петрозаводске – местный художественный колледж попросил меня провести несколько практических уроков. Получила деньги, стала думать, куда дальше податься. Глянула на карту, увидела Гданьск. Название мне показалось интересным, вот и решила поехать.

Она улыбнулась совершенно обезоруживающей улыбкой. Не верить ей после такого было попросту невозможно.

– А как вы вышли на нас? – Тадеуш уже в который раз пробежал глазами по резюме. – Не поймите меня неправильно, но ваш профиль…

– Когда я приехала сюда, то попыталась по обыкновению найти какие-нибудь курсы, где нужен был преподаватель, ну или просто взять заказ на картину. Несколько раз прочёсывала сеть, но так ничего и не обнаружила, – объяснила София, – и вот пару дней назад сидела в кафе и вдруг решила, что уже, если честно, эта кочевая жизнь мне порядком надоела, хочется осесть где-нибудь и найти постоянную работу. А по поводу профиля… понимаете, у меня дядя служил в полиции. Сейчас он уже на пенсии, но, когда я была младше, часто нас навещал, рассказывал всякие разные истории с работы, а мне это всегда было интересно слушать.

– Значит, вас привлекает полицейская романтика? – спросил, улыбаясь, Фредерик. – Но вы ведь понимаете, что работа в детективном агентстве сильно отличается от службы в полиции?

– Понимаю, но вчера, когда я обнаружила вашу вакансию и отправила отклик, мне стало интересно узнать об этой работе побольше, и я нашла информацию, что скоро вступит в силу новый закон о детективной деятельности.

Тадеуша словно ударило током. Он переглянулся с Фредериком и с этого момента оба стали слушать Софию очень внимательно.

– Оказывается, вскоре прав у детективных агентств будет намного больше, как писал один из обозревателей, мы, по сути, станем новой полицией.

Тадеуш отметил про себя это «мы». Интересно, она осознанно это произнесла, или всё-таки просто оговорилась?

– Мне особенно запомнился пункт 45/6 в статье 78. Там говорится, что сотрудники детективных агентств получат «право на зарисовки, в частности, мест преступления, вещественных доказательств, портретов подозреваемых, а также судебных процессов, если фотосъёмка запрещена местными законами или решением суда». А знаете, на каком количестве планет она запрещена? Их десятки! Да даже на Земле не везде можно фотографировать!

София разгорячилась не на шутку. Последние слова она произносила, активно жестикулируя, так что друзья поспешно решили немного успокоить девушку.

– И вы думаете, что смогли бы стать следственным карикатуристом?

– Ну… – София смущённо улыбнулась, потянулась к лежащей рядом с ней папке. – Если честно, сегодня ночью я набросала несколько вариантов таких вот зарисовок, ориентируясь на те образцы, которые смогла найти в Интернете. Могу показать вам, если хотите.

Друзья в очередной раз переглянулись.

– Давайте, почему бы и нет?

София достала из папки несколько листов, протянула по стопке Фредерику и Тадеушу. На его взгляд, выполнено было профессионально – сохранены все важнейшие детали и пропорции, даже он, как бывший судмедэксперт, почти не находил мест, к которым можно было бы придраться. А такая точность – самое важное в работе детективов. Вот только…

– Вы сделали их с образцов? – спросил он, передавая зарисовки Фредерику. София кивнула. – Но вы ведь понимаете, что на натуре будет сложнее?

Девушка смущённо потупила взгляд, но быстро взяла себя в руки и произнесла:

– Я думаю, что справлюсь, просто нужно немного попрактиковаться.

Фредерик наклонился чуть ближе. Судя по его лицу, девушкой он был доволен. И всё-таки ещё один вопрос задал:

– Скажите, София, а почему вы не думали о возвращении на родную планету или о перелёте куда-нибудь ещё? Опять же, не поймите нас неправильно, вы нам очень понравились (Тадеуш поспешил согласно кивнуть, поддерживая слова друга), но, насколько мне известно, ваша родина довольно богата, а жизнь на Земле очень дорога.

София усмехнулась и впервые обнажила в улыбке свои ровные белые зубы.

– Колорадо хорошая планета, да, но делать там абсолютно нечего. А здесь Прародина, сами понимаете. Да и не первый год я на Земле, с ценами смирилась, экономить умею.

Фредерик кивнул, откинулся на спинку стула, посмотрел на друга в немом вопросе. Тадеуш тоже кивнул, прекрасно понимая, каких слов тот от него ждёт, прочистил горло и с лёгкой торжественностью в голосе, как бы он не пытался её скрыть, произнёс:

– Что ж, София, я думаю, что вы нам более чем подходите. И если вас устраивают зарплата и условия…

– Более чем устраивают, – кивнула София, продолжая улыбаться.

– …то вы можете считать себя принятой на должность ведущего детектива.

Глава четвёртая, в которой ищут химика

Покончив со всеми формальностями, друзья отправились показывать девушке офис. В очередной раз вид пустых кабинетов и безлюдных коридоров натолкнул Тадеуша на невесёлую мысль, как много собеседований им ещё предстоит, и если с Софией всё сложилось удачно, то в дальнейшем им вряд ли так повезёт.

– Так как вы – наш первый сотрудник, то можете выбрать себе любой кабинет, – сказал Фредерик Софии, когда они поднимались на третий этаж.

– Надо же, об отдельном кабинете я даже и мечтать не могла, – удивлённо произнесла девушка, – хотя, судя по всему, ваше агентство только открылось.

– Всё верно, – сказал Тадеуш, – буквально несколько дней назад.

При этих словах София задумчиво окинула взглядом холл второго этажа, куда они уже успели спуститься.

– Видимо, не просто так вы решили его открыть.

Услышав это, друзья переглянулись.

– Вы очень проницательны, – заметил Фредерик. – Признаюсь, нас очень удивило, когда вы сказали, что знакомы с новом законом.

София улыбнулась.

– Вы можете обращаться ко мне на «ты», если вам удобно, конечно. Я не привыкла к обращению на «вы», меня даже в университете преподаватели так никогда не называли.

– Думаю, нам это сложно не будет, – сказал Тадеуш, кивая. – И, как ты правильно заметила, агентство мы действительно решили открыть не просто так.

Они продолжили осмотр этажей, постепенно поднимаясь на четвёртый. Пока по очереди заходили в кабинеты, друзья рассказали Софии о причинах, побудивших их открыть детективное агентство.

– Я понимаю, как вам было тяжело, – с печалью в голосе произнесла девушка, глядя на Тадеуша, – родители писали мне, что началось на Колорадо, когда этот закон вступил в силу. Сущий кошмар. Мистер Марш, наш депутат в Ассамблее всеми силами пытался не допустить его принятия, набирал сторонников, на всех голосованиях был против. Но, к сожалению, так и не смог ничего сделать.

– Самое глупое, что они приняли за последние годы, – поспешил поддержать девушку Фредерик. – И это ещё хорошо, что моему другу повезло с льготами и выходным пособием.

– Боюсь, что такое везение будет не везде даже на Земле, – ответила София. – Хорошо, что мои родители уже давно нигде не работают.

– А чем они занимаются, если не секрет? – осторожно поинтересовался Тадеуш. Внезапно ему стало очень интересно узнать какие-нибудь подробности о жизни своего первого сотрудника.

– У нас большая ферма, несколько хозяйств в собственности. Выращиваем овощи, зерно, продаём на местном рынке, отвозим в Новый Денвер и Южный Парк. Что-то вроде даже закупают и на соседних планетах, где не так повезло с климатом, но это я уже не знаю. – пожала плечами девушка. – В общем, не бедствуем и, собственно, благодаря этому у меня и получилось оплатить учёбу здесь, на Земле.

Они прошли по четвёртому этажу. Завершили осмотр бывшей комнатой начальства. Как и Тадеуш несколько дней назад, София сразу же разгадала предназначение кабинета.

– Значит, вы решили её не занимать? Очень разумное решение. Здесь ведь знаете, что можно сделать? Химическую лабораторию.

Фредерик бросил на Тадеуша удивлённый взгляд, спросил:

– Химическую лабораторию?

– Конечно! Вы же помните, в новом законе отдельно прописывается, что детективным агентствам «разрешается развёртывать мощности для проведения химических и иных экспертиз, а также приобретать необходимое оборудование и реактивы». Думаю, в нашей работе всё это в какой-то момент обязательно понадобится.

– Как и хорошие химики, – задумчиво произнёс Тадеуш себе под нос. Впрочем, получилось у него не очень тихо, потому что София тут же сказала:

– Насчёт химиков – это действительно нужно прописывать в требованиях отдельно. Мне кажется, лучше будет разместить ещё одну вакансию на сайте.

– Думаю, мы этим займёмся прямо сейчас, – сказал Фредерик, бросая на друга многозначительный взгляд, затем переводя его на девушку. – В принципе, София, до завтрашнего дня ты можешь быть свободна, всё равно никаких дел у тебя сейчас не будет.

– Хорошо. Но, если хотите, я могу вам помочь. Кое-что по химии я ещё со школы помню, а на третьем году в Хараре у нас спецкурс был.

Друзья уже в который раз за этот день переглянулись.

– У тебя удивительная память, – сказал Тадеуш. – На свою я тоже не жалуюсь, но запоминать школьный курс и цитировать законы почти дословно…

– Это у меня от папы, – София улыбнулась. – Вы его не знаете, но поверьте – иногда мне кажется, что он помнит вообще всё.

Выйдя из бывшей комнаты начальства и будущей химической лаборатории, все трое спустились на второй этаж, в кабинет Тадеуша, и взялись за составление новой вакансии для агентства. Спустя час вакансия «ведущий специалист химической экспертизы» была готова и направлена на модерацию и размещение на сайте. В этот раз в вопросе оплаты солидарности между коллегами было побольше: никто из троих не имел даже отдалённого представления о том, сколько должен получать сотрудник, занятый в работе с реактивами, и потому решили довериться собственной интуиции и указали зарплату как у ведущего детектива.

Когда вакансия была наконец-то опубликована, уже успел наступить вечер, и очередной рабочий день агентства подошёл к концу.

– Я могу просматривать сайт из дома, – сказала София, когда все трое выходили из офиса, – и, если кто-то откликнется – сразу же вам напишу.

– Спасибо, но не стоит, – подумав, сказал Тадеуш. – Лучше будет оставить всё это на рабочее время.

– Почему? – спросила очень удивлённая девушка. – Мне кажется, было бы наоборот лучше для человека или механизма, если ему сразу же придёт ответ

Фредерик принялся объяснять Софии то, что уже рассказал Тадеушу пару дней назад.

– Знаете, если бы вы мне не сказали, сама бы я об этом никогда не подумала. – произнесла она, немало удивившись. – Пожалуй, вы правы, отложим до завтра.

– Это будет наилучшим вариантом, – ответил Фредерик, бросая взгляд на «Суринам». – Если хочешь, можем подбросить тебя до дома.

София вновь удивлённо посмотрела на него, затем на машину.

– Думаю, вам будет не очень по дороге.

– Скажи адрес, я посмотрю.

София назвала адрес. Оказывается, она снимала комнату всего в нескольких кварталах от квартиры Тадеуша.

– Нам по пути, – сказал Фредерик, открывая дверь машины и взмахом руки приглашая девушку внутрь.

Почти всю дорогу София выглядела смущённой: похоже, с подобным она сталкивалась впервые.

– Спасибо вам огромное, – сказала она, когда «Суринам» остановился возле большого многоквартирного дома, попрощалась с друзьями и поспешила к подъезду. Фредерик провожал девушку взглядом, пока за ней не закрылась дверь, затем вновь выехал на проезжую часть.

– Ну, что скажешь? – спросил он у друга.

Тадеуш ответил не сразу, обдумывая впечатление, которое произвела на него их первая сотрудница.

– Может быть, иногда слишком много энтузиазма. Но в целом очень приятная девушка.

– Сам ведь наверняка в двадцать четыре года был точно такой же, – с усмешкой прокомментировал его слова Фредерик. – Эх, помню себя в её возрасте…

– Тебе это проще, чем мне, – заметил Тадеуш, возвращая другу усмешку. – И не думай, что она мне не понравилась, это не так.

– Я и не думаю, – ответил на это Фредерик и с этими словами остановил машину возле дома Тадеуша.

* * *

– О, я вижу, что вы уже знакомы, – воскликнул Тадеуш, когда на следующее утро они с Фредериком зашли в кофейню пани Хмелецкой. У прилавка стояла София и о чём-то оживлённо разговаривала с хозяйкой. Увидев своих постоянных клиентов, её лицо расплылось в улыбке.

– Приветствую, милсдари. Вам как обычно?

Друзья удовлетворённо кивнули, и Иоанна, улыбнувшись напоследок Софии, повернулась к кофемашине.

– Да, мы с молодой панной уже успели познакомиться. Прекрасная девушка, вы такие молодцы, что взяли её на работу.

Тадеуш посмотрел на Софию. Та смущённо потупила взгляд, щёки её налились румянцем.

Пять минут спустя, сжимая в руках стаканы с кофе, вся троица вошла в офис. Фредерик бросил задумчивый взгляд на пустующую стойку администратора, покачал головой.

– Сюда бы тоже не помешало нанять человека. Неудобно всё время ходить и встречать посетителей с верхних этажей.

– Я могу этим заняться, – тут же произнесла София, отпивая кофе. – Буду совмещать со своими основными обязанностями.

– Сначала тебе надо обустроить свой кабинет, – заметил Тадеуш. – Ты, кстати, уже выбрала, где будешь работать?

– Да, выбрала, – девушка кивнула. – На третьем этаже, там в одной комнате такой прекрасный вид на набережную и парк.

– Тогда сейчас надо будет заняться заказом мебели и всего прочего, – сказал Фредерик. – Идёмте сразу в мой кабинет, заодно посмотрим, откликался ли кто на нашу новую вакансию.

Уже вскоре выяснилось, что оформить заказ для нового кабинета было гораздо проще, чем найти толкового химика. Когда заявка на всё необходимое для работы была оформлена и направлена в магазин, друзья перешли на страницу агентства и начали просматривать присланные резюме. Их оказалось три штуки: первое прислал ещё совсем юный паренёк, только что закончивший колледж. Диплом у него был в порядке, имелись даже рекомендации учебной части, где тот преподносился как человек исключительного дарования, один из лучших учащихся на курсе, обладатель особой награды от директора, и прочее, и прочее, и прочее.

В целом, паренёк Тадеушу понравился, однако отсутствие опыта и слишком уж лестные рекомендации смутили Фредерика, и тот предложил посмотреть остальные резюме.

Второй кандидат на миг вогнал всех троих в ступор. Старше пятидесяти лет. По образованию – инженер. Хобби: химические и литературные эксперименты, причём список ссылок на всевозможные поэтические и прозаические ресурсы с опубликованными текстами не шёл ни в какое сравнение со списком достижений на химическом поприще, который выделялся только одним – своим отсутствием. Интереса ради друзья даже покликали на некоторые ссылки, пробежались глазами по отрывкам рассказов из жизни рабочих, фэнтези-эпопей, даже бегло прочли парочку стихотворений. Первой не выдержала София.

– Отвратительно, – с отвращением прокомментировала она очередное лирическое творение, начинающееся с густого набора местоимений и междометий. Тадеуш переглянулся с Фредериком. Как и он сам, спорить с выпускником факультета изящных искусств его друг не собирался (было бы ещё из-за чего спорить) и с облегчением закрыл страницу, испытывая вопреки обещанному автором «приятному послевкусию от прикосновения с истинным творчеством» лишь ужасную неловкость за представителей своего поколения.

С чистой совестью друзья отправили резюме непризнанного таланта в корзину и взялись за последнего кандидата.

– Ого, стажировка на Менделееве, – воскликнул Тадеуш, в удивлении кивая головой. – Не так легко туда попасть.

– Да, но вот диплом… – с сомнением в голосе произнёс Фредерик, проглядывая оценки и скудный список рекомендаций. По нескольким профильным предметам стояли «превосходно» или «выше ожидаемого», по общим было несколько «удовлетворительно» и даже одно «слабо», но, справедливости ради, «отвратительно» нигде не стояло. Однако всё-таки кое-что интересное в резюме было.

– Два месяца воинской службы, – вслух прочла София, наклоняясь ближе к экрану монитора. – Завербовался с последнего курса, служил в составе миротворческого корпуса на Новой Луизиане. Был ранен и после лечения комиссован в звании рядового, – девушка в задумчивости почесала подборок. – Про Новую Луизиану я слыхала, довольно неспокойное место. Но даже не думала, что туда пришлось бы отправлять солдат.

– Никогда не имел дело с военными, если честно, – задумчиво произнёс Фредерик. – Но тут мне даже интересно, с чего это вдруг простой химик решил пойти служить.

– Может, позвали по профилю? – предположил Тадеуш, в отличие от друга водивший знакомства с некоторыми армейскими чинами, радуясь в глубине души, что в последние годы видится с ними всё реже. – Хотя написано, что он был ранен, значит, в штабе не отсиживался…

– После возвращения из армии несколько лет работал в частных лабораториях, – тем временем продолжил читать Фредерик. Снова задумчиво посмотрел на экран. – Опыт, конечно, есть, но, судя по трудовой, нигде дольше года не задерживался… не нравится мне такая частая смена работы, хоть отзывы везде исключительно хорошие. Всё же я бы предпочёл пригласить того, первого паренька.

Тадеуш и София переглянулись. Девушка пожала плечами и неопределённо мотнула головой, как бы выражая этим мысль, что не ей, обычному сотруднику, решать такие вопросы.

– Направляй ему приглашение, – решился, наконец, Тадеуш. – Собеседование ставь на завтра.

Так Фредерик и сделал.

Ещё какое-то время все трое посидели в кабинете, обсуждая дела и строя планы, пока их внимание внезапно не привлёк звук оповещения на компьютере Фредерика. Тот открыл почту… и оцепенело уставился на экран.

– Что там? – спросил Тадеуш, заметив удивлённое лицо друга. Вместо ответа тот развернул голографическое изображение над монитором и повернул его так, чтобы видно было всем. На странице переписки с выбранным ими только что кандидатом был открыт чат с единственным сообщением:

Вы издеваетесь!? Кто назначает собеседование на такое раннее время!?

Тадеуш перепрочёл сообщение несколько раз, чувствуя, как его брови медленно ползут вверх. Перевёл взгляд на Софию. Та выглядела не менее ошарашенной. Но не успел никто из них троих даже прокомментировать ответ кандидата, как неожиданно вновь раздалось оповещение, и под текстом первого сообщения появилось второе:

Прошу меня простить, по ошибке отправил Вам сообщение из другого чата, с друзьями :-)

Завтра буду в назначенное время. Единственное, о чём я хотел бы Вас спросить: можно ли мне взять с собой ещё одного человека? Это очень необходимо, а почему – я объясню Вам завтра.

Тадеуш прочёл сообщение вслух, окинул взглядом обоих сидящих рядом. Прокашлялся и первым произнёс:

– Может быть он действительно просто ошибся…

– Весьма вероятно, что нет, – задумчиво произнесла София. – Не нравится мне этот парень.

– А мне уже просто интересно с ним пообщаться, – сказал Фредерик, слабо улыбаясь и тем самым немного разряжая обстановку, – так что давайте просто позовём его, всё равно ничего не теряем.

На следующее утро раздавшийся в холле сигнал сообщил о том, что кандидат прибыл. Тадеуш с Фредериком, заблаговременно спустившиеся на первый этаж и теперь коротающие время возле стойки администратора, поспешили открыть дверь.

Представшая их глазам картина на миг заставила обоих впасть в ступор. На пороге офиса стоял подросток лет шестнадцати с коротко стриженными каштановыми волосами. Рядом с ним возвышалась женщина средних лет с тщательно затёртыми мешками под глазами и неимоверной усталостью во взгляде.

– Ну, так и будем тут стоять? – бросил подросток, по очереди оглядывая друзей и брезгливо морщась. – У вас вроде много дел, раз вы велели мне прийти так рано.

– Нейтан… – начала было женщина.

– Замолчи, мам, – грубо оборвал её подросток. Вновь посмотрел на Фредерика и Тадеуша. – Давайте уже начинать.

Друзья вновь переглянулись и Тадеуш, откашлявшись произнёс:

– Прошу следовать за нами.

Они прошли по коридору, на лифте поднялись на третий этаж. Всё это время друзья бросали друг на друга многозначительные взгляды.

Наконец все четверо разместились в переговорной, и Фредерик, прокашлявшись, первым начал говорить, краем глаза глядя в разложенные на столе бумаги:

– Итак, вас зовут Нейтан Долгорукий, верно?

– Да, меня так зовут, – грубо ответил ему подросток. – К чему все эти глупые вопросы?

– Дорогой, не разговаривай так с будущим начальством…

– А зачем они задают идиотские вопросы? – напустился на мать Нейтан – Меня не для этого сюда нанимают.

– Пока ещё никто тебя никуда не нанимает, – резко произнёс не выдержавший первым Фредерик. Про себя Тадеуш решил, что того раздражало не сколько поведение Нейтана с ними, сколько его отношение к собственной матери.

Подросток мгновенно перевёл взгляд на Фредерика, тень улыбки пробежала по его лицу.

– Насколько я понял, вам нужен химик, верно?

– Да, – коротко ответил всё-таки взявший себя в руки Фредерик.

– В таком случае вы видели мои оценки, видели рекомендации. Что вас ещё не устраивает?

Фредерик бросил быстрый взгляд на Тадеуша и тот, едва заметно кивнув другу, подался вперёд и тихо, но, как он надеялся, твёрдо произнёс:

– Видишь ли, парень, твоя манера общения…

– А что с ней не так? – мгновенно ощетинился Нейтан. – Вы бы сами были таким же, если бы каждый день имели дело с толпой идиотов, ничего не понимающих и только мешающих. А если серьёзно, моё поведение не имеет никакого отношения к моим профессиональным качествам. Скажи им, – требовательно произнёс подросток, обращаясь к матери. Та посмотрела на друзей и, зажмурившись, едва заметно кивнула.

– Вам шестнадцать лет, верно? – спросил Фредерик, переводя взгляд на резюме. Нейтан хотел было что-то сказать, но, поймав взгляд матери, скривил лицо в улыбке и произнёс:

– Да, всё верно.

– И вы уже успели закончить колледж?

Подросток откинулся на спинку кресла, заложил руки за голову.

– Я очень одарённый, с самого детства. Школу я закончил в двенадцать и сразу же пошёл учиться на химика. И, как видите, неплохо себя показал.

Тадеуш вновь пробежал глазами по оценкам Нейтана в дипломе. Спорить тут действительно было не с чем.

– И всё-таки одних способностей для буду работы будет недостаточно, – сказал он, поднимая взгляд. Кривая улыбка на лице подростка медленно переменилась на гримасу злобы. – Тебе придётся работать в коллективе, пока в небольшом, но в дальнейшем сотрудников у нас прибавится. И если ты уже сейчас демонстрируешь такое поведение…

– Я умею ладить с людьми! Скажи им! – и Нейтан снова требовательно посмотрел на мать. Но не успела та ответить, как открылась дверь, и в переговорную вошла София. В руках у неё был поднос, на котором стояли дымящиеся кружки с кофе – ещё утром она договорилась с Фредериком и Тадеушом, что приготовит и подаст его во время собеседования, чтобы максимально настроить беседу на дружеский лад.

Нейтан мгновенно повернулся, окинул девушку быстрым взглядом и спросил у друзей, хищно улыбаясь:

– Ничё такая у вас секретарша. А вы её того, по очереди?

И в следующее мгновение произошло сразу же несколько событий.

Под громкий крик женщины «Нейтан!» Фредерик и Тадеуш разом вскочил со своих мест, но не успели ничего сделать – София оказалась быстрее и проворнее. Громкий хлопок – и подросток взвыл от боли, звяканье чашки – и дикий крик разнёсся по комнате. Нейтан валялся на полу, в луже разлитого кофе, держась одной рукой за мокрую красную щёку, а другой пытаясь остановить склонившуюся над ним девушку, которая быстро отхаживала его пинками по всему, до чего могла дотянуться.

Экзекуция продолжалась всего каких-то несколько секунд – в конце концов рядом со сражающимися вырос Фредерик, одним взмахом своих могучих рук сгрёб распластавшегося на полу гадёныша в охапку и за шкирку потащил его к выходу из комнаты. Нейтан пытался сопротивляться, кричал и молотил руками, но вырваться из крепкой хватки Фредерика так и не смог. Ещё несколько минут, пока его крики разносились по лестнице, Тадеуш беседовал с матерью подростка, и остался этим разговором очень доволен. Хоть произошедшее только что немало её шокировало, всё-таки женщина даже не пыталась встать на сторону сына, молча кивала, соглашаясь со всем, что сказал Тадеуш, и под конец твёрдым голосом пообещала, что с этого момента по-настоящему возьмётся за воспитание сына.

– Он действительно может стать хорошим химиком, у него прекрасные способности. Но как бы я его не пыталась убедить, он всегда отказывался вести себя хоть немного получше. Обещаю, что этого больше не повторится, – сказала она, и повернулась к Софии, всё это время стоящей чуть в стороне и не произнёсшей ни слова. – Простите меня за поведение Нейтана. Ни в коем случае вас не виню, вы всё сделали правильно. А дома я уже добавлю ему от себя.

София в ответ кивнула, по-прежнему не произнеся ни слова.

Когда за женщиной закрылась дверь кабинета, Тадеуш повернулся к девушке, подошёл поближе, положил руку ей на плечо. Спросил, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более участливо и успокаивающе:

– Как ты?

София подняла взгляд, несколько мгновений смотрела на него, наконец произнесла, слабо улыбаясь:

– Всё хорошо; я надеюсь, что не сильно увлеклась.

– В самый раз, – усмехаясь, ответил Тадеуш, потрепав девушку по плечу, – думаю, эту взбучку он запомнит надолго.

– О, уж в этом я не сомневаюсь, – донёсся из-за двери довольный голос. Фредерик, уже успевший выпроводить их несостоявшегося химика, вернулся в переговорную. Подошёл к Софии и протянул руку. Девушка улыбнулась и с размаху её пожала. – А ты не промах. Так с такими и надо поступать, быстро и решительно ставить на место.

– Осталось только надеяться, что его мать сможет взяться за него, как и обещала. – заметил Тадеуш, возвращаясь обратно на своё место. Собрал в стопку листы с резюме Нейтана и с удовольсвтием бросил её в мусорное ведро, которое тут же захлопнуло железную крышку и начало процесс аннигиляции.

– Возьмётся, – с уверенностью в голосе произнесла София. – Я видела её лицо, когда вы говорили с ней, уж эту решимость я не перепутаю ни с чем.

– Вот как? – спросил Фредерик, с улыбкой глядя на девушку. Та в ответ кивнула.

– Такой же взгляд всегда был у моей мамы. И уж поверьте, под ним робел даже отец.

И все трое расхохотались.

* * *

– Он должен быть с минуты на минуту, – сказал Фредерик, бросая взгляд на часы. Друзья сидели в кабинете Тадеуша и в ожидании начала собеседования общались о всяких мелочах. Вчера, едва вернувшись из переговорной, они решили, что стоит дать шанс третьему и последнему кандидату и тут же выслали ему приглашение явиться в офис агентства на следующий день.

В ожидании ответа они ещё немного поспорили, какова вероятность натолкнуться на что-то, аналогичное Нейтану, но в конце концов решили, что навряд ли кому-то удастся переплюнуть нахального подростка. Наконец компьютер выдал оповещение, что приглашение получено и кандидат подтверждает дату и время.

– Что ж, начало хорошее, – заметила София, улыбаясь, и остаток вечера все трое посвятили работе, выбросив произошедшее и предстоящее из головы.

Лежащий на столе возле Фредерика телефон зазвонил. Тот быстро ответил, бросил несколько односложных фраз, произнёс:

– Ожидайте, сейчас я вас встречу.

И повесил трубку.

Тадеуш и София встали со своих мест.

– Мы будем ждать вас в переговорной.

– Я сейчас принесу туда кофе.

– Хорошо, – кивнув, ответил Фредерик и вышел из кабинета.

Минуту спустя они сидели в комнате и следили за тем, как медленно поднимается пар со стоящих на столе чашек.

– Всё будет нормально, вспомните, как вы меня собеседовали. – подбадривала Тадеуша София. Тот хоть и усмехнулся, но мысленно был благодарен девушке за её оптимизм.

Наконец распахнулась дверь, и в кабинете показался Фредерик. За ним шёл молодой парень с густой копной тёмный волос и аккуратно подстриженной бородкой. Увидев сидящих, он быстро окинул взглядом обоих, чуть дольше задержав его на Софии. На лице юноши при этом возникла едва заметная улыбка.

– Присаживайтесь, – сказал Фредерик, кивая вошедшему на свободное кресло, а сам присоединяясь к Тадеушу и Софии. Парень кивнул, сел и уже через мгновение расположился в нём с такой вальяжностью, словно просидел в этом кресле не один час, а был не на собеседовании, а на дружеской встрече.

– А у вас уютно, – сказал он и посмотрел на сидящих напротив. В карих глазах пробежал задорный огонёк: очевидно, в привычках у юноши водилось всегда стараться начинать беседу первым.

– Благодарю, – кивнул Фредерик. Вынув из папки листы резюме, он разложил их на столе, передал один экземпляр Тадеушу и Софии. – Вас зовут Хосе-Мари Крамер, верно?

Парень кивнул, вновь бросил быстрый взгляд на Тадеуша и Софию. Те тоже поспешили представиться.

– Ваших рекомендаций и опыта работы, – между тем продолжил Фредерик, извлекая из папки ещё одну бумагу, – к сожалению, не так много, и мы не можем судить о вас, как о специалисте. Поэтому я бы предложил вам начать с небольшого рассказа о себе. Где учились, чем потом занимались.

Хосе-Мари кивнул и в одно мгновение преобразился: на смену вальяжной расслабленности пришла сосредоточенность и внимательность. Вытянувшись в кресле, он не спеша начал рассказывать:

– Я родился на Земле, город Лима, может, слыхали. Окончил Университет Уильяма Пауэлла, химический факультет.

– Насколько я знаю, это очень престижное заведение, – заметил Тадеуш, прерывая юношу. – Его выпускники часто становились высшими чинами в разведке и спецслужбах.

Хосе-Мари вновь кивнул, по лицу у него пробежала самодовольная улыбка.

– Предвидя, о чём вы меня спросите дальше: мне повезло получить грант. Фонд Себастьяна Фухимори выделил деньги на моё обучение – в выпускном классе школы я был первым на одной из их олимпиад.

Фредерик и София удивлённо переглянулись, вновь впились взглядами в листы резюме. А Тадеуш тем временем продолжил:

– Скажите, Хосе-Мари…

– Можно просто Хосе. К полному имени я не привык.

– Хорошо. Скажите, Хосе, а как вы оказались на стажировке на Менделееве? Это же…

– Очень трудно? – Хосе усмехнулся и вновь дал себе волю немного расслабиться. – Да, это так. Я очень хотел попасть туда, но несколько моих наставников были против – у нас с ними с самого начала не задались отношения. Собственно, по их предметам я и не получил высших баллов. Но больше всего лютовал один из них, Иероним Дугин, преподававший неоклассическую философию. Он был почему-то убеждён, что будущим химикам именно его предмет понадобится больше всего, ну а кто был с ним не согласен, как правило, долго на занятиях не задерживался.

– И всё-таки ты продержался? – спросила София, усмехнувшись. Хосе улыбнулся ей в ответ, кивнул и продолжил:

– Да, я продержался. Полтора года сухим из воды выходил, а потом он меня всё-таки подловил и сказал, что наконец-то нашёл способ от меня избавиться. И только я подумал, что всё, закончилась моя удачливая полоса, как объявили набор на ту самую стажировку. Если бы вы знали, как трудно мне было убедить этих твердолобых в моей профпригодности, один из них, например…

Фредерик откашлялся, прерывая Хосе на полуслове, и сказал:

– Всё это, конечно, очень интересно, но давайте ближе к делу.

– Да, конечно, – поспешно ответил Хосе, вновь выпрямляясь в своём кресле. Уши его тем временем стремительно покраснели. – В общем, мне удалось убедить всех остальных, а с Дугиным мы просто заключили пари: если после стажировки я привезу ему только положительные рекомендации, то он мне по своему предмету поставит проходной балл, а если нет… – юноша развёл руки в стороны и продолжил: – В общем, отправился я на Менделеев. Отстажировался успешно, уже хотел было вещи собирать, но произошло тут одно обстоятельство…

– Вы записались добровольцем в миротворческий корпус, – закончил за юношу Тадеуш. – Скажите, а как вы так умудрились?

С минуту Хосе молчал, затем начал, заметно при этом волнуясь:

– Знаете, я и сам не могу понять. Наверное, просто шальная мысль у меня возникла. Появился интерес.

– А до этого вы никогда не думали о воинской службе? – спросил Фредерик, скептически поднимая вверх бровь. Хосе отрицательно покачал головой. – Что ж, наверное, такое случается с людьми вашего возраста. Расскажите поподробнее про вашу службу.

– Её я до сих пор вспоминаю с теплотой, – начал юноша, в одно мгновение забывая о волнении и неуверенности. – Нас направили на Новую Луизиану, с миротворческой миссией. Там как раз были волнения, местные власти не справлялись и запросили поддержку общечеловеческого правительства. Меня довольно быстро сделали заместителем командующего подразделения, иногда я даже лично руководил боевыми вылетами. – Хосе говорил это дрожащим от гордости голосом, а дальнейшие свои ратные подвиги описывал в таких ярких красках, что Фредерик вновь начал посматривать на юношу со скепсисом.

– Однако служили вы не очень долго, – заметил Тадеуш, прерывая на полуслове очередной рассказ. – Что-то случилось?

– К сожалению, – ответил Хосе. – Во время беспорядков произошёл несчастный случай – в толпе оказалось боевое оружие, а у нас только парализующее. Меня ранили в ногу, но, к счастью, это же и утихомирило толпу. Пролежал недолго в госпитале, а затем мне сообщили, что планируют отправить меня в отставку.

– Почему же сразу в отставку? – спросил удивлённый Фредерик. – Из-за одного ранения, да и то не по вашей вине?

Хосе вновь развёл руки в стороны, помотал головой.

– Тут я уже сам не всё до конца понимаю. Но тогда моя служба и закончилась. Я вернулся на Землю, забрал диплом (мне его даже выдать не успели, вылет был назначен на следующее утро после защиты) и стал искать работу.

– Что и плавно подводит нас к следующему вопросу, – сказал Тадеуш, просматривая выписку из трудовой книжки юноши. – Почему вы так часто меняли рабочие места?

Хосе улыбнулся и коротко ответил:

– Мне просто не нравилось.

– Не нравилось?

– Да, всё верно. Где-то не удавалось поладить с начальством, где-то обещали одно, а по факту приходилось делать другое…

– А почему ты не пошёл работать в спецслужбы? – неожиданно спросила София. Хосе удивлённо посмотрел на девушку, да и то тоже, казалось, была удивлена, что решила задать такой вопрос. Но всё-таки она продолжила: – Насколько я поняла, с таким образованием тебя бы без помех взяли работать в ту же службу безопасности.

– Помехи как раз были, – усмехнулся Хосе. – Вы ведь видели мой диплом. А туда берут только тех, у кого «превосходно» по всем предметам. Ну и самое главное – я бы становился невылетным, а этого мне точно никогда не хотелось и не хочется.

– А что хочется, путешествий? – спросил Тадеуш, чувствуя, как и сам начинает улыбаться. – Поэтому и задумался о работе частного детектива?

– Ну, если только отчасти, – ответил Хосе, но при этих словах его уши снова побагровели. – На самом деле, мне было бы интересно попробовать себя именно в этой сфере.

Тадеуш обменялся взглядами с Фредериком и Софией, кивнул и вновь посмотрел на юношу.

– Единственная проблема: наше агентство только открылось. И мы ещё не оснащали полноценную химическую лабораторию.

– Я думаю, что мог бы этим заняться, – поспешил зарекомендовать себя Хосе, но тут же осёкся. – Разумеется, если вы решите меня взять.

– То есть вы сможете составить список всего необходимого оборудования и реактивов, которые вам понадобятся? – спросил Фредерик. Хосе в ответ снова кивнул. – Ну, в таком случае, я думаю, что мы могли бы взять вас в штат, но с испытательным сроком.

– Да, конечно, иного я и не ожидал.

– И ещё момент – по зарплате и обязанностям…

– Меня всё устраивает, – вновь поспешил согласиться юноша. – Конечно, где-то мне платили больше… но тогда это было просто везение. Зато тут работа гораздо интереснее.

Спустя полчаса все формальности были улажены, и детективное агентство доктора Сумарниса пополнилось ещё одним сотрудником.

Глава пятая, в которой описывается путешествие экипажа «Тасмании»

– Выглядит неплохо, – сказал Хосе. Они только что закончили осматривать бывшую комнату начальства – будущую химическую лабораторию – на четвёртом этаже. – Единственное, нужна будет небольшая перестановка: убрать дверь и сделать вместо неё арку, провести вентиляцию. Но в остальном для работы здесь всё идеально подходит.

Про себя Тадеуш вздохнул с облегчением – несмотря на то, что им вновь повезло не возиться долго с сотрудником, он всё же опасался, что рабочее место может ему не подойти.

Хосе вновь окинул взглядом комнату, повернулся к стоявшим в дверях друзьям и деловито поинтересовался:

– Какой у меня будет бюджет?

Тадеуш и София посмотрели на Фредерика, без слов признавая за ним единственное и решающее слово в финансовых вопросах. Тот задумчиво оглядел будущую лабораторию и спросил:

– У тебя уже есть представление, что необходимо для работы?

Хосе в задумчивости на него посмотрел.

– Если честно, на всех моих старых работах начальство всегда сначала запрашивало сумму, а уже исходя из неё планировало, что можно будет купить, но…

– Мы можем сделать и так, – ответил, кивая, Фредерик. – Здесь уже как тебе удобнее.

Хосе вновь удивлённо посмотрел на заместителя директора и тут неожиданно улыбнулся.

– Знаете, всё-таки в отличное место я попал. Обычно меня никто не спрашивал – делай как велят – и всё.

– У нас немного другой подход, – сказал Тадеуш.

– Я заметил, – произнёс Хосе, по-прежнему продолжая улыбаться. – И, на самом деле, это здорово, – он в задумчивости глянул на окно, за которым виднелась набережная, река и парк на другом берегу. – Мне понадобится какое-то время, чтобы составить список необходимых вещей: день, максимум, два, не больше. А в лаборатории пока можно будет сделать все необходимые перестановки.

На том и порешили. Спустившись на второй этаж, Фредерик и Хосе сразу же оформили заявку, и на следующий день в офис прибыли представители архитектурного бюро «Адам и Ева и партнёры» (слоган: «Возводим райские кущи и сады»). Побродив по коридорам здания, дежурно покивав в дежурных разговорах, серьёзного вида мужчина и женщина – видимо, сами владельцы – поднялись на четвёртый этаж и приступили к осмотру помещения будущей химической лаборатории.

Вопреки прошлому опыту, на этот раз переговоры о проведении работ и оплате затянулись – хозяева бюро торговались хорошо («чертовски хорошо», как сказал Фредерик), и только к концу дня стороны, наконец, пришли к соглашению.

И вновь началась привычная ремонтная канитель.

Следующие два дня по офису сновали серьёзного вида мужчины в спецовках, несколько раз приезжали не менее серьёзного вида проверяющие, чтобы убедиться, что отношение к работе продолжает оставаться более чем серьёзным. Фредерик, Тадеуш, Хосе и София может быть и нашли бы спасение у себя в кабинетах, где они могли бы придаться незатейливому рабочему процессу, но по причине отсутствия у всех какого-либо рабочего процесса, все четверо коротали время в кофейне пани Хмелецкой, чему та была несказанно рада.

– Вижу, затеяли ещё один ремонт, – заметила она, кивнув на видневшуюся в окне витрины большую грузовую машину, как раз остановившуюся возле офиса. – Что на этот раз делаете?

– Небольшая перестановка, пани, – ответил Тадеуш, отпивая кофе. – Для химической лаборатории.

– Ого, даже так! – воскликнула Иоанна – А вы что же, и химиков успели нанять? Уж не вы ли будете в этой самой лаборатории работать, молодой человек? – спросила она у Хосе. Тот кивнул, откладывая в сторону планшет, на котором как раз была открыта страница заказа оборудования и реактивов. – Надо же, такой юный, а уже таким серьёзным делом занимается. Сколько вам лет, милсдарь?

– Двадцать семь.

– Ну-у, по вам и не скажешь. Я бы лет на семь меньше дала.

Юноша улыбнулся, изображая смущённый вид, однако Тадеуш заметил, с каким удовольствием он выслушивает комплименты от хозяйки кофейни.

К вечеру работы были завершены – в двойном кабинете дверь была снята с петель, вместо неё теперь была широкая арка. Кроме того, рабочие переделали систему вентиляции, и теперь даже в случае выделения опасных паров, никому в офисе ничего не угрожало.

– Ты подготовил список всего необходимого? – спросил у Хосе Фредерик, когда они принимали проделанную работу. Тот кивнул, подошёл к стоящему в углу письменному столу и извлёк оттуда планшет.

– Здесь всё, – сказал он, разворачивая цифровой экран. – Я постарался брать только самые общие вещи, потому что пока не знаю, когда и что из этого мне может понадобится. Стоимость, надеюсь, вас устроит.

Он показал на окно общей суммы. На взгляд Тадеуша, она получилась не особо большой, но всё же последнее слово оставалось за Фредериком. Тот некоторое время смотрел на цифры, затем кивнул, давая понять, что они его устраивают.

– Отлично, в таком случае я прямо сейчас займусь заказом, – произнёс Хосе с заметным облегчением в голосе и направился к письменному столу.

Друзья спустились на второй этаж, зашли в кабинет Тадеуша.

– Вроде, способный парень, хорошо во всём разбирается – заметил Фредерик, усаживаясь в гостевое кресло. Его друг в ответ пожал плечами, бросил взгляд на монитор. Сейчас там была открыта страница их фирмы на сайте по подбору персонала. Агентство медленно, но верно расширяло штат, вот уже в нём и химик появился. Из заявленных перед банком пяти человек осталось набрать только одного. Но все эти дни никаких новых резюме им так и не приходило.

– Может быть, пока закроем набор? – предложил Тадеуш, кивая другу на экран монитора. – Желающих всё нет, да и по работе не густо, только сидим, скучаем. Некоторое время Фредерик в задумчивости смотрел на монитор и хотел уже было что-то сказать, как вдруг раздался стук в дверь.

– Войдите, – громко произнёс Тадеуш. Он ожидал, что зайдёт София, но на пороге стоял Хосе. И выглядел он немного растеряно.

– Что-то случилось? – спросил Фредерик, также заметивший выражение лица химика. Тот кивнул и сказал:

– Я оформлял заказ на оборудование и реактивы. Без проблем оформил почти всё.

– Почти? – спросил Тадеуш. Хосе вновь кивнул.

– Они доставят всё завтра, кроме одного набора реактивов: его нет на складе.

– И долго ждать новой доставки?

– Почти месяц.

Тадеуш переглянулся с Фредериком, глубоко вздохнул.

– Что ж, вот и первая проблема. А насколько это важная вещь? Ты сможешь без неё справиться?

– В том-то и дело, что нет, – потупив взгляд, сказал Хосе. – Я бы не стал вас беспокоить, если бы это было что-то незначительное. Но там есть один вариант…

– Какой?

– Самовывоз. Можно забронировать на одном из их складов и самостоятельно приехать и забрать. Я глянул по адресам, так будет гораздо быстрее, чем ждать доставки в Гданьск.

– А где у них ближайший склад? – спросил Фредерик.

– В Калининграде.

– Так это недалеко, на машине всего два часа езды.

– Вот и я так думаю, – вновь кивнул юноша. – Я бы съездил прямо завтра, только… – он замялся.

– Только что?

– Для самовывоза у них идиотские условия. Они требуют, что в случае если покупатель – фирма, то вместе с ответственным сотрудником приехать забрать товар должен также и руководитель.

Фредерик взглянул на Тадеуша. Тот в ответ пожал плечами.

– Пожалуйста, мне не трудно. Завтра и отправимся.

Услышав это, Хосе тут же просиял.

– Решено, тогда вы едете за реактивами, а мы с Софией останемся и примем доставку всего остального, – подытожил Фредерик. – Если выедете утром, успеете обратно как раз к обеду.

* * *

На следующее утро Тадеуш и Хосе встретились в кофейне пани Хмелецкой.

– Машина должна быть с минуты на минуту, – сказал юноша, поглядывая на часы. Поскольку ни один, ни другой не умели водить, вчера вечером решено было вызвать такси прямо к офису. Судя по автоматическому счётчику, висевшему на сайте и рассчитывающему стоимость заказа, поездка туда-обратно должна была быть не только недолгой, но и не сравнительно недорогой.

Как всегда, сердечно поприветствовав своих постоянных клиентов, хозяйка кофейни радостно сообщила им, что сейчас подойдёт её племянница, с которой та уже давно хотела их познакомить.

– А, вот и она, – сказала Иоанна и помахала рукой кому-то за спиной Тадеуша и Хосе. Оба оглянулись. В дверях кофейни стояла молодая девушка, на вид даже младше Софии. Её длинные светло-каштановые волосы были убраны в косу. Девушка недоумённо посмотрела на посетителей, но пани Хмелецкая быстро прервала неловкое молчание.

– Бася, эти милсдари из офиса напротив, я тебе про них рассказывала.

Недоумение на лице девушки сразу же сменилось улыбкой, подойдя поближе, она за руку поздоровалась с обоими.

– Очень приятно познакомиться. Моё полное имя Барбара, но зовите меня Басей, меня все так зовут.

Тадеуш кивнул, представил девушке себя и Хосе, заметив краем глаза, что юноша смотрит на неё с очень большим интересом. Впрочем, поговорить долго они не успели – часы на запястье Хосе издали приглушённый писк.

– Машина сейчас будет, – сообщил он Тадеушу, и оба, распрощавшись с хозяйкой и её молодой помощницей, вышли из кофейни. Через минуту к офису действительно подъехал автомобиль: небольшая, но быстрая и манёвренная «ЛАДА Тасмания» белого цвета, всё в точности с деталями заказа, который они оформили вчера. За одним единственным исключением – выяснилось, что машина управляется автопилотом.

– Сейчас многие фирмы так экономят, – прокомментировал Хосе удивление Тадеуша, когда тот заметил отсутствие водителя на положенном ему месте. Нахмурился. – Я надеюсь, у вас нет предубеждений относительно автоматики?

– Что? А, нет, я в принципе автопилотам доверяю, недавно пришлось воспользоваться.

Они сели на заднее сиденье, и «ЛАДА» мгновенно тронулась в путь.

– Добро пожаловать, уважаемые пассажиры. Спасибо, что воспользовались услугой нашей компании, – поприветствовал Тадеуша и Хосе приятный женский голос, идущий из скрытого в салоне динамика. – Не забудьте активировать защитное поле, поездка по навигатору займёт…

Тадеуш дотронулся до расположенной в подлокотнике сенсорной панели, переводя систему безопасности пассажиров в рабочий режим. Визуально ничего не поменялось, однако на экране возникло сообщение о начале работы силового поля.

Машина тем временем выехала на длинную улицу, ведущую к выезду из города.

– Ты бывал когда-нибудь в Калининграде? – спросил Тадеуш у Хосе, также активировавшего силовое поле. Юноша отрицательно помотал головой.

– Я не так давно в этих краях, переехал следом за своей старой фирмой. А что, красивый город?

– Как тебе сказать… хотя нет, лучше тебе самому всё увидеть.

Заинтригованный Хосе, однако, не стал донимать расспросами и согласно кивнул. Десять минут спустя они выехали из города – сегодня повезло не попасть ни в одну пробку. Зато вид многокилометровых заторов на кольцевой и в сторону стеклянно-бетонных небоскрёбов Нового города поневоле заставлял испытывать сочувствие по отношению к тем, кто до сих пор не добрался до работы.

Проехав несколько километров по шоссе, «ЛАДА» свернула на Старую Балтийскую дорогу – широкую магистраль, опоясывающую гигантским бетонным кольцом побережье сразу нескольких регионов. Многие сотни лет она служила важной транспортной артерией, однако постепенно пропускная способность трассы значительно упала. Бывшие небольшие города вырастали в огромные мегаполисы, поглощая собой целые участки дороги, увеличивая время в пути.

– … и поэтому сейчас строят ещё одну магистраль, которую, не мудрствуя лукаво, так и назвали: Новая Балтийская дорога, – произнёс Тадеуш, завершая свой рассказ. – Она пройдёт дальше от моря, но зато будет шире и не затронет города.

– В общем, одни плюсы, – прокомментировал его слова Хосе, усмехаясь. Посмотрел в окно. Вдалеке виднелись очертания небольшого городка, в который вело ответвление от трассы. Машин на дороге было немного, поэтому автоматика «ЛАДы» посчитала возможной усилить скорость и тем самым сократить время в пути, о чём пассажирам незамедлительно сообщил заботливый бортовой компьютер.

– Насколько я знаю, эко-активисты выступали против, но даже их удалось подкупить, пообещав проложить вдоль трассы зелёные зоны и создав «всю необходимую инфраструктуру для животных и птиц».

Едва услышав последние слова, Хосе громко рассмеялся, впрочем, Тадеуш тоже недолго сдерживался. После этого разговора некоторое время оба провели в молчании, наблюдая за проносившимися мимо пейзажами. Заповедным назвать этот край было трудно, но всё же приятно осознавать, что на Земле удалось сохранить все условия для нормальной жизни людей, в отличие от некоторых индустриальных и жилых центров, чью экологию испоганили настолько, что почти всё необходимое приходилось завозить туда с других планет, подчас даже воздух.

– Скажи, а как ты всё-таки попал в армию? – неожиданно спросил Хосе Тадеуш, когда они проезжали город Эльблонг. Юноша резко отвернулся от окна, в котором мелькали бетонные многоэтажки, удивлённо посмотрел на сидящего рядом.

– Так я же вам рассказывал: на последнем курсе вдруг загорелся желанием… – он замолчал на полуслове, очевидно, заметив, каким взглядом смотрел на него Тадеуш и неуверенно произнёс: – всё действительно было так, правда.

Но Тадеуш продолжал смотреть на Хосе, подняв брови и ожидая. Наконец юноша сдался, огляделся по сторонам, словно боясь, что их могут подслушать и сказал:

– Только пожалуйста, никому не рассказывайте. Я не горжусь тем, как всё получилось, но…

– Могу заверить, что это останется между нами.

– Мы в тот день праздновали… очень сильно. Незадолго до этого нашей команде удалось синтезировать новый элемент, мы назвали его Итий. Может быть, вы даже слыхали об этом.

Тадеуш кивнул: о чём-то таком он действительно когда-то читал

– Ну так вот, в честь открытия вся команда отправилась в ближайший бар, а знали бы вы, как они там на Менделееве мешают… помню начало праздника, помню, как заведующий за свой счёт решил угостить всех каким-то фирменным коктейлем… а потом ничего не помню, словно чёрная стена. Проснулся утром уже в общежитии, а через час мне курьер доставил распоряжение из военкомата. И новый планшет.

– Что? – Тадеуш не выдержал и рассмеялся. Хосе лишь печально улыбнулся и кивнул.

– Да, именно так. Совершенно не помню, как, но я в ту ночь купил себе планшет и отправил в свой родной военкомат уведомление о желании заключить контракт.

– И что же ты сделал?

– У меня на него все накопленные деньги ушли, ничего на жизнь не осталось. Продал первому же желающему через виртуальную доску объявлений.

– Да нет же, не с планшетом.

– А-а. Ну, я сразу же ответное письмо в Лиму направил, что мол уведомление ошибочно выслал, прошу не воспринимать мою заявку всерьёз. А они мне в ответ экземпляр контракта прислали. Уже мною подписанный.

– Как это? – недоумённо спросил Тадеуш, а выражение лица его собеседника сделалось таким жалостливым, что ему даже невольно стало жаль непутёвого парня.

– Электронная подпись, – объяснил Хосе. – Я им, оказывается, всю информацию о себе направил, и в Миротворческий корпус запросился. А из него уже нельзя добровольно выйти, только по «непредвиденным обстоятельствам».

Юноша замолчал, давая возможность Тадеушу обдумать услышанное. Тот с шумом выдохнул, произнёс:

– М-да. – И тут же вновь рассмеялся, чем хоть и удивил Хосе, но всё же и немного успокоил. – Не переживай так, со всяким может случиться. Я и сам недавно малость перебрал… но это не важно.

– Я подумал, что в рассказе о себе не стоит доходить до таких уж откровенностей, – виновато объяснил Хосе, улыбаясь. – Зачем вам химик, который по пьяни имеет привычку искать приключений на свою… ну вы поняли.

– Конечно. Всё-таки вы, учёные, очень странный народ. Но не бери в голову, у меня из-за этого к тебе отношение не испортилось: ты вроде парень толковый, ещё будет возможность себя проявить.

– Спасибо вам большое, доктор Сумарнис, – произнёс уже окончательно успокоившийся Хосе, – и всё-таки я вас прошу, не говорите об этом никому.

– Разумеется, я же дал слово, – напомнил ему Тадеуш.

– Уважаемые пассажиры, сообщаем вам, что до конца поездки осталось пятнадцать минут, – раздался приятный женский голос. Пока они разговаривали, «ЛАДА» успела подъехать к Калининграду.

Постепенно редкие одноэтажные строения вдоль дороги сменялись сначала длинными рядами коттеджей, а затем всё чаще стали попадаться аккуратные двух– и трёхэтажные здания. Асфальт сменился брусчаткой, улицы становились всё у́же, заметно прибавилось зелени.

– Похоже на Гданьск, – заметил Хосе, не отрывая взгляда от окна. – Не знал, что здесь так заботятся об историческом центре.

Он повернулся спиной к Тадеушу, и поэтому не заметил улыбки, промелькнувшей у того на лице.

Миновав ещё несколько поворотов и узких улочек, машина выехала на широкий проспект и рванула вперёд. Местность за окном снова сменилась: вместо пасторальных домишек пошли длинные ряды массивных конструкций из стекла и бетона, а вскоре вокруг проспекта сгрудились сплошные стены башен и небоскрёбов.

– Это Новый город? – спросил Хосе, не отрывая взгляда от тянущихся к небу высоток. Но тут смешок Тадеуша привлёк его внимание.

– Нет, это как раз Старый город.

– Что? – недоумённо произнёс юноша и вновь впился взглядом в проносящиеся мимо конструкции. – Но тогда, получается, до этого мы были…

– В Новом, всё верно, – сказал Тадеуш, не переставая улыбаться. Кивнул в сторону окна. – Это настоящий исторический центр Калининграда, а по окраинам они решили поиграть в древность.

– Но… зачем? – продолжал недоумевать Хосе. – Если этот город не такой старый…

– В том-то и дело, что старый. Но очень давно, во времена одной из древних воин, Калининград почти весь сравняли с землёй и тогда же отстраивали заново. Но без исторического центра, а теперь вот пытаются компенсировать.

– Ну, у них хотя бы получается…

– Не все с тобой согласятся. Я слыхал, что новый центр среди профессионалов считается одним из самых уродливых на планете. Радикалы из движения «Новый урбанизм» даже предлагали сравнять его с землёй и построить всё заново. Но денег и понимания жителей и властей так и не нашли.

Некоторое время после этого в салоне царило молчание. Тадеуш продолжал усмехаться, поглядывая на лицо Хосе, для которого только что открылись новые интересные особенности калининградских архитектурно-дизайнерских баталий. А «ЛАДА» тем временем как ни в чём не бывало свернула с проспекта на не менее широкую набережную и въехала в портовую зону.

– Вы приехали, – раздалось в салоне, и в следующую секунду машина затормозила у большого складского помещения, возле которого стояло в ряд с десяток грузовиков.

– Ты знаешь, куда идти? – спросил Тадеуш, когда они с Хосе вышли из автомобиля и окинули взглядами территорию. Тот, уже успевший отойти от услышанного ранее, кивнул и достал телефон.

– Судя по карте, мы сейчас здесь, – он развернул перед Тадеушем голографический экран. – Теперь нам нужно пройти сюда. На подходе они попросили меня позвонить.

– Ну тогда вперёд. Не будем терять время.

* * *

Они шли мимо грузовиков, в каждый из которых загружали какие-то ящики, очевидно, для будущей доставки. Работники склада – люди и роботы – провожали их взглядами, впрочем, ни на секунду не отрываясь от своей работы.

– На Менделееве на складах работают только роботы, – заметил Хосе, с любопытством наблюдая за погрузкой. Тадеуш заметил, что юноша произнёс это с едва заметным негодованием. – У них однажды был случай, когда грузчики разбили несколько ампул с порами какого-то редкого грибка с Нового Гондураса, такая эпидемия могла бы начаться… хорошо ликвидаторы подоспели вовремя – весь склад тогда накрыли силовым полем и продезинфицировали. И больше людям погрузочные работы не доверяли.

– Они тут скорее всего по квоте работают, – задумчиво произнёс Тадеуш. Оба как раз проходили мимо последнего грузовика, сидевший за рулём робот наблюдал за его погрузкой в зеркало заднего вида, – их профсоюзы долго боролись за отмены всех ограничений на Земле.

Миновав склад, они завернули за угол, и Хосе, вновь достав из кармана телефон, набрал нужный номер. Ответили ему быстро, но лучше бы так медлили сейчас, а не в дальнейшем.

– То есть как «отсутствует на складе»? – воскликнул возмущённый юноша через несколько минут разговора. Ответа Тадеуш не слышал, да и Хосе тоже не стал дослушивать, а оборвал говорившего на полуслове. – Послушайте, заказ я делал вчера днём, вечером пришло оповещение, что он забронирован. Что значит… так, подождите, – с этими словами юноша достал из сумки планшет, развернул голографический экран. Быстро пробежался по нескольким страницам, открыл электронный бланк заказа. – Вам нужен номер? Сейчас продиктую, – он продиктовал номер. С минуту ничего не происходило, и тут неожиданно Хосе воскликнул, – Да откуда я знаю номер закладной!? У меня в бланке только номер заказа… что? Да, и имени оператора тоже нет. И порядкового номера тоже! Так, всё, мне надоело. Я сейчас подойду к вам, будем разбираться.

Он повесил трубку, убрал телефон. Лицо его по-прежнему горело негодованием.

– Что-то случилось? – спросил Тадеуш.

– Да как обычно. Доверь железякам обрабатывать заказы… – он быстро огляделся по сторонам, убеждаясь, что ни один случайно проходивший мимо робот не слышал оскорбление, глубоко вздохнул. – Придётся разбираться уже там. Идёмте, это недалеко.

Пройдя вдоль ещё одного склада, они вновь свернули и оказались у неприметного входа, над которым висел старый пластиковый козырёк. Хосе похлопал ладонями по внешним карманам куртки, нахмурился.

– Чёрт, я и забыл…

Тадеуш удивлённо посмотрел на юношу.

– Не знал, что ты куришь.

– Раньше курил, но недавно бросил. Просто иногда до сих пор хочется, особенно когда нервы шалят. А эти… механизмы выведут из себя кого угодно.

Они зашли в неприметную дверь, прошли длинным коридором и оказались в небольшой комнате. Из вещей здесь было только два стула, высокий стол, доска объявлений и стойка в углу, за которой виднелся проход в другое помещение. На стойке стоял компьютер, возле которого два робота что-то смотрели на мониторе. Увидев вошедших, один из них вышел из-за стойки и быстрыми шагами направился в их сторону.

– Добрый день, – поздоровался он, протягивая вперёд синтетическую ладонь. – меня зовут Рон Хаббард, я старший смены.

– Очень приятно, – сквозь зубы произнёс Хосе, пожимая протянутую руку. – Скажите, что не так с моим заказом?

– Мы как раз разбираемся с этим, мастер, – поспешил успокоить юношу Хаббард и повернулся к роботу, стоящему за стойкой. – Жюль делает всё возможное, но он тоже не всемогущий…

– А можно позвать другого че… то есть, механизма, чтобы разобраться? – в нетерпении спросил Хосе, глядя на проход в другое помещение. – Кто у вас обрабатывает и собирает заказы?

Хаббард на мгновение завис, затем произнёс:

– Боюсь, с вашим заказом будет сложнее, чем с остальными – вчера, когда заявка попала в систему, как раз произошёл технический сбой…

– Послушайте, – судя по голосу, Хосе начинал терять терпение, – эти вещи мне необходимы в работе. Я приехал из другого города, по вашей же просьбе оторвал от работы своего руководителя, и вы мне теперь говорите, что я не могу получить свой заказ?

– Мы вовсе такого не говорим, – ответил робот, прищуривая механические веки, – поймите, просто сейчас…

– Сэр, – неожиданно воскликнул стоящий за стойкой робот, – я, кажется, нашёл.

Не договорив, Хаббард поспешил вернуться за стойку и склониться над компьютером. С минуту в комнате царило молчание, затем робот поднял взгляд на Хосе, его синтетические губы расплывались в улыбке.

– Всё в порядке, мастер, ваш заказ найден. Наш сортировщик случайно присвоил ему неправильный номер, но не переживайте, сейчас мы его вам доставим.

Пока он это говорил, тот, кого назвали Жюлем, уже успел скрыться в соседнем помещении. Через несколько минут робот вернулся, сжимая в руках небольшую коробку. Положив её на стойку, Жюль повернулся к компьютеру, ввёл данные в программу, и стоящий в стороне принтер ожил. Один из другим, из него вылезли листы, которые тут же извлекались Хаббардом, подписывались и складывались на коробку с заказом.

– Почти всё, осталось только поставить несколько подписей, – сказал робот, кладя листы на стойку, рядом с подошедшим Хосе. – Вот здесь и здесь подписываете вы, а вот здесь – вы, – он посмотрел на Тадеуша.

Юноша взял сенсорную ручку, быстро поставил подписи и передал Тадеушу. Тот тоже оставил автограф.

– Ваш экземпляр, – сказал Хаббард, клада несколько листов на коробку. – Приятного пользования, и ещё раз просим прощения за возникшие неудобства.

Всю обратную дорогу до машины Хосе на все лады поносил нерадивых роботов-работников. Из его слов выходило, что величайшей ошибкой человечества было изобретение искусственного интеллекта вообще, и уравнения роботов в правах с людьми в частности. И всё-таки делал он это не очень громко, то и дело опасливо косясь в сторону ещё не до конца погруженных грузовиков.

– Ну, не так уж всё и плохо, – заметил Тадеуш, воспользовавшись тем, что во время очередной тирады юноша взял перерыв, чтобы перевести дух, – мы достаточно быстро справились. Могло быть и хуже.

– Вот как раз это и не должно быть мерилом, – вновь начал негодовать Хосе, впрочем, уже не так активно. В последний раз окинул взглядом длинные ряды складских помещений и глубоко вздохнул. – Впрочем, я, может быть, излишне радикален.

При их приближении «ЛАДА» завелась автоматически. Тадеуш и Хосе вновь разместились на заднем сидении – упаковку с реактивами юноша решил не убирать в багажник, а взял с собой в салон, как он объяснил, для надёжности, – и машина мягко тронулась к выезду из порта.

– Поездка по навигатору займёт…

– Отлично, это последнее, что мне было нужно, – произнёс довольный Хосе, размещая коробку в ногах. – Как только приедем, сразу же займусь обустройством лаборатории.

Оба рассчитывали вернуться в Гданьск быстро. И поэтому были совершенно не готовы на выезде из порта попасть в огромную пробку. Все восемь полос центрального проспекта города, по которому они с такой скоростью проскочили меньше часа назад, теперь были забиты автомобилями. Движения вокруг почти не наблюдалось, некоторые водители и пассажиры даже стали выходить из салонов машин, чтобы узнать причину затора.

– Впереди пробка, – подчёркнуто грустным голосом прокомментировал очевидное бортовой компьютер, – расчётное время поездки может быть увеличено. Стоимость поездки меняться не будет.

– Хоть что-то хорошее, – тихо произнёс Тадеуш. Хосе тем временем развернул голографический экран планшета, посмотрел схему городского трафика и с грустью вздохнул.

– Мы тут надолго. Там сразу несколько аварий, похоже что-то серьёзное, – он расширил изображения с камер видеонаблюдения, установленных на проспекте. Действительно, авария выглядела очень серьёзной.

– Странно, что компьютер не строит альтернативных маршрутов по параллельным улицам, – заметил Тадеуш.

– Там не лучше, – ответил на это Хосе, вновь проглядывая карту. – Судя по всему, весь центр стоит. У них что, нет магистралей и кольцевых автодорог?

Он быстро открыл ещё одну интернет-страницу, вбил что-то в поиске, проглядел возникший перед ним текст. И в негодовании стукнул кулаком по подлокотнику.

– Действительно, этого всего у них нет. Кольца не строят, чтобы не портить новый исторический центр, а транзитные магистрали – чтобы не портить старый. Какой же идиотизм…

Тадеуш был согласен с юношей, однако открыто недовольство не выражал: всё равно толку от этого не было никакого.

Первое слабое движение началось лишь спустя полчаса, и только через час проезд был открыт по всему проспекту. К тому моменту Хосе успел несколько раз высказать всё, что думает о дорожной политике властей Калининграда, несколько раз взять себя в руки, пообещав, что больше не будет лишний раз негодовать, и вновь, спустя какое-то время начать выражать недовольство. Вначале Тадеуш терпел, но после третьего (или четвёртого) витка мягко, но доходчиво осадил юношу, отчего тот стремительно покраснел, отвернулся и больше не проронил ни слова, пока «ЛАДА» вновь не начала движение. Впрочем, по мере того, как автомобиль приближался к выезду из города, настроение обоих приходило в норму, а когда машина выехала на Старую Балтийскую дорогу, последние напряжённые отголоски и вовсе исчезли, не оставив следа.

– А как у вас справляются с пробками?

– В Лиме? О, там поступили довольно интересно… – и Хосе рассказал Тадеушу о том, что же такого предприняли у него на родине для борьбы с одной из древнейших проблем человечества. Оказалось, что около ста лет назад Южной Америке решили протестировать возможности поездов на магнитной подушке. Первый маглев вышел на маршрут в Боготе, а уже несколько десятилетий спустя протяжённость магнитных рельсов в городах континента исчислялась почти в сотни тысяч километров. Низкая цена проезда вкупе с высоким качеством поездов сделали своё дело – люди стали массово пересаживаться на общественный транспорт, освобождая дороги.

– …одно время даже планировали сделать междугородние и трансконтинентальные маршруты, проложить трассу от Огненной Земли до Аляски, но дальше Панамы маглевы так и не пошли, – рассказывал Хосе. – В Северной Америке к таким нововведениям отнеслись с осторожностью, и в итоге всё так и осталось только у нас.

– Надо же, сколько лет живу, а про это слышу впервые, – произнёс Тадеуш, с удивлением глядя на юношу. – В Гданьске тоже одно время хотели проложить магнитный рельс, но проект не нашёл поддержки властей.

– Очень дорого и необычно, – сказал юноша, кивнув. – В какой-то степени власти Боготы шли на очень большой риск, но их успех вдохновил соседей, а дальше по накатанной… Но знаете, что самое удивительное? Единственное место за пределами Земли, где я встречал маглев, было знаете где? На Новой Луизиане, где я служил.

– А что в этом удивительного?

– Да вы бы эту планету видели! Сплошные болота и деревни, крупных городов очень мало, а более-менее современный так и вовсе один – Новый Новый Орлеан. Зато население – почти десять миллиардов и целая куча роботов.

– Вот как? А почему?

– Там раньше было очень много заводов, к которым их приписывали, но после Революции всех роботов освободили, а производства встали. Они сейчас в развалинах, разбросаны по всей планете, а бывшие работники, вернее их потомки, так и не смогли нормально устроиться, отсюда и конфликты.

Хосе рассказывал об этом с видимым недовольством, что не ускользнуло от взгляда Тадеуша.

– Видимо, тебе эта тема не очень приятна.

– Не то, чтобы очень, просто… ладно я понимаю роботы, но ведь из-за них и люди начали друг с другом ссориться. Кто-то потерял работу, кто-то, наоборот, поднялся. Расслоение, неравенство доходов – вот сколько проблем из-за всех этих… механизмов, – последнее слово Хосе бросил резко, словно выплюнул. – А нам из-за этого приходилось наводить порядок.

Тадеуш внимательно посмотрел на юношу. Тот, заметив это, отрицательно покачал головой.

– Вы не подумайте, я не механофоб, просто столько из-за всего этого проблем у миротворцев было… Собственно, это одна из причин, почему я не жалею, что ушёл со службы.

– Понимаю, – кивнул Тадеуш.

– Не думаю, что я такой один, – продолжил юноша. – Нас много, я уверен, и вместе мы могли бы донести своё мнение до правительства. К тому же, этот посыл можно передать через что-то массовое, например, книгу, музыку, или даже кино. Признаюсь вам честно, у меня уже несколько лет есть одна мечта. Вряд ли, конечно, я её осуществлю, но было бы здорово, если бы когда-нибудь у меня получилось.

– Что за мечта?

– Я хочу снять фильм. О работе миротворцев на такой вот планете, как Новая Луизиана. О конфликтах, с которыми они сталкиваются, о предрассудках и предубеждениях. Я хочу показать обратную сторону войны.

– Интересная задумка, – Тадеуш кивнул. Услышав это, Хосе приободрился ещё больше.

– Я даже название придумал: «На поясе Ориона без перемен».

И едва он это произнёс, как в салоне неожиданно раздался громкий, неприятный писк, и «ЛАДА» свернула к обочине, стремительно сбавляя скорость.

– В чём дело? Что случилось? – Хосе выпрямился, посмотрел на бортовой компьютер. По терминалу стремительно бежали строчки малоразборчивого текста, на голосовые команды он не реагировал.

Полминуты спустя машина окончательно остановилась, и все индикаторы на приборной панели погасли.

– Всё, приехали, – сказал Тадеуш. – Видимо, какая-то поломка.

– Да что же это… – завёлся было Хосе, впрочем, быстро успокоился и следом за Тадеушом вышел из салона.

Они стояли на обочине магистрали, мимо то и дело с шумом проносились автомобили. «ЛАДА» не подавала никаких признаков жизни, водительская дверь была и вовсе заблокирована.

– Отличная защита от угона, – прыснул Хосе, глядя, как Тадеуш безрезультатно тянет на себя ручку. Огляделся, достал телефон. – Я сейчас свяжусь с техподдержкой.

Ждать ответа оператора пришлось какое-то время: по словам автоответчика, все основные и резервные линии в данный момент были заняты («как и в любое время суток и в любой день недели», желчно прокомментировал Хосе). Наконец звуки увертюры «Радость Человечества», доносящиеся из телефона, стихли, а на лице юноши появилось напряжённо-сосредоточенное выражение.

– Добрый день. Меня зовут Хосе-Мари, и я… да, хорошо, подожду, – он повернулся к Тадеушу и с негодованием в голосе прошептал, прикрывая микрофон свободной ладонью: – сказали, что сейчас переведут на другого оператора.

Спустя ещё два перевода и два долгих ожидания недовольство Хосе сменилось откровенным гневом, и, когда его наконец-то соединили с нужным сотрудником, Тадеуш видел, что юноша еле сдерживается, чтобы не перейти на крик. Впрочем, через несколько минут разговора Хосе всё-таки не выдержал.

– То есть мы должны ждать вас ещё два часа? В смысле минимум два!? Да вы хоть понимаете, что у нас нет времени… Хорошо, тогда вышлите другую машину… Да, вы издеваетесь!?

Он повесил трубку, с шумом выдохнул, глядя куда-то вверх и сказал, поворачиваясь к Тадеушу:

– Им необходимо провести осмотр машины, а техники смогут приехать минимум через два часа.

– Это я слышал, да.

– По правилам водитель должен оставаться на месте на случай, если поломка произошла по его вине, – Хосе бросил злобный взгляд на так не вовремя сломавшуюся «ЛАДу». – Похоже, мы тут застряли до конца дня.

– Могло быть и хуже, – заметил Тадеуш в попытке приободрить пришедшего в уныние сотрудника. – Мы могли бы…

Он запнулся, потому что в этот момент подошедший к машине Хосе хотел было вновь попытаться открыть дверь, но ручка не поддалась, намертво зафиксировавшись в закрытом состоянии.

– Похоже, машина заблокирована полностью, – заметил юноша, переводя на Тадеуша взгляд. Тот ожидал, что за этим последует новый взрыв негодования, но к его удивлению Хосе только засмеялся. – Этого следовало ожидать.

– Знаешь, я бы мог ещё раз сказать, что могло быть и ещё хуже… – произнёс Тадеуш, но тут не выдержал и сам громко рассмеялся. Так они оба и стояли, на обочине, возле заглохшей машины и хохотали во всё горло, наверняка при этом смутив ни одного проезжавшего мимо водителя. Наконец они успокоились и обменялись улыбками.

– Можно пока сходить куда-нибудь? – предложил Тадеуш, смахивая выступившие на глаза слёзы и доставая телефон. Открыв карту, он быстро нашёл их местоположение, измерил расстояние до ближайшего населённого пункта. – Нам повезло, город всего лишь в трёх километрах отсюда.

Хосе с сомнением бросил взгляд на «ЛАДУ», в салоне которой по-прежнему лежали драгоценные реактивы.

– Не думаю, что с ними что-нибудь случится, – поспешил успокоить его Тадеуш, кивая на возвышающийся чуть в стороне, в центре дороги, фонарный столб. На нём поблескивал в свете солнца окуляр видеокамеры. Приободрённый этим Хосе тут же согласился на предложение, и они двинулись в путь.

По дороге Тадеушу позвонил Фредерик, с озабоченностью в голосе интересуясь, куда это они оба пропали и почему так долго не возвращаются.

– Небольшая внештатная ситуация, – объяснил Тадеуш, глядя на голографическое изображение друга, и быстро пересказал, что с ними случилось после того, как они выехали из Калининградского порта. Когда он заканчивал свой рассказ, Фредерик выглядел одновременно и рассерженным и едва сдерживался, чтобы не рассмеяться.

– А я тебе что говорил? Не доверяй автоматике. Хорошо ещё, что этому олуху не пришло в голову выбросить вас в кювет.

– С любой машиной могло случиться такое, – философски заметил Тадеуш, уже смирившийся со всеми неприятностями, произошедшими с ними за последние пару часов.

– И ещё непонятно, сколько вы там просидите.

– Ничего, мы нашли способ убить время, – успокоил Тадеуш друга. Глянул на Хосе и спросил, вспомнив ещё кое о чём: – Как там доставка?

Фредерик кивнул.

– Всё хорошо, час назад приехали и разгрузили. Мы с Софией проверили по списку, всё на месте.

Услышав это, юноша улыбнулся.

Полчаса спустя Тадеуш и Хосе вошли в небольшой городок, который располагался чуть в отдалении от дороги. Особо примечательного в нём ничего не было – с десяток двухэтажных домиков, хозяйственные пристройки, несколько магазинов и кафе на крошечной главной площади. В одно из них они и зашли пообедать.

– У нас есть ещё немного времени, – сказал Хосе, поглядывая на часы, когда они расплатились и вышли на площадь.

– Можем посмотреть, что там интересного, – предложил Тадеуш, окидывая взглядом небогатый выбор магазинов.

Так они и поступили. И, вполне ожидаемо, ничего интересного для себя не нашли. Очевидно, для счастья местным жителям хватало лишь небольшого супермаркета, магазина товаров для дома и крошечной книжной лавки, в которой не было даже терминала электронных изданий. Закончив осмотр, Тадеуш и Хосе двинулись в обратный путь.

* * *

– Вовремя мы вернулись, – тихо произнёс юноша, осторожно наблюдая за двумя людьми, изучающими перед открытым капотом внутренности «ЛАДы». Машина службы технической поддержки подъехала к ним, едва Тадеуш и Хосе успели вернуться к автомобилю и убедились, что за время их отсутствия с ним ничего не произошло.

Повозившись немного с электродвигателем, один из техников разблокировал переднюю дверь, сел на водительское сидение, достал планшет и, соединив его с бортовым компьютером, стал что-то проверять. Наконец оба сотрудника закончили и подошли к ожидавшим в стороне пассажирам.

– Всё в порядке, вашей вины в поломке нет, – сказал один из техников. – Небольшой сбор в работе автоматики, компьютер воспринял это как аварию и заблокировал все системы. От имени компании приносим извинения за доставленные неудобства, деньги за поездку списываться не будут.

– Это, конечно, хорошо, но как мы доберёмся обратно? – спросил Тадеуш.

– Мы вызовем вам новую машину, на ней вы и вернётесь – невозмутимо ответил второй техник, доставая планшет. – Порядок в таких случаях требует выбрать другую модель, но если вы хотите, чтобы снова была «ЛАДА»…

– Нет-нет, пожалуйста, любую другую.

– Да, конечно, – сотрудник уже открывал программу. – Жаль, конечно, что так получилось – обычно с этими моделями у нас проблем никогда не было, их очень хорошо делают.

В офис они вернулись уже под вечер,

– Хорошо-хорошо, ты был прав, не надо на меня так смотреть, – устало бросил Тадеуш, едва они зашли в кафе пани Хмелецкой. Фредерик, тем не менее, не сводил с друга полного иронии взгляда.

Хосе рассказывал Софии об их поездке, отдельно и в красках описывая нерадивость роботов-работников, с которыми они столкнулись при выдаче заказа. От огромного шквала критики лицо девушки чуть заметно помрачнело.

– Зря ты так, среди них часто встречаются очень компетентные сотрудники. У нас в Хараре, например, несколько предметов вели механизмы, и делали они это очень хорошо.

– Может быть, – неохотно согласился юноша, – но мне почему-то попадались только такие вот неучи и бездари. А знаешь, сколько было проблем с ними, когда я служил в армии? Однажды, во время высадки…

Тадеуш слушал рассказ Хосе, усмехаясь про себя. Конечно, всегда приятнее хвастаться военными подвигами, даже не смотря на антивоенные взгляды.

– Кстати, Тед, чуть не забыл, у нас для тебя новость! – неожиданно воскликнул Фредерик, когда Хосе закончил свой рассказ. – Похоже, мы нашли ещё одного сотрудника.

– Да? Интересно.

– Назначили собеседование на завтрашний день.

– А резюме как? Хорошее?

При этих словах Фредерик и София переглянулись.

– Что-то не так? – насторожился Тадеуш, заметив взгляды обоих. Вместо ответа Фредерик достал из портфеля несколько сложенных вместе листов и протянул их другу. Тот быстро пробежал глазами первые строчки. Посмотрел на фотографию. И бросил на друга изумлённый взгляд. Хосе хотел было заглянуть в бумаги из-за плеча Тадеуша, но тот сам передал их юноше. После просмотра тот выглядел не менее ошарашенным.

– И этот человек хочет работать у нас?

– Похоже на то. Ты же понимаешь, её опыт и знания…

– Мы ведь правильно сделали, что пригласили её, доктор Сумарнис?

– Да моя Луизиана по сравнению с ней…

На следующее утро все четверо ходили в сильном напряжении. Предстоящее собеседование изрядно выматывало нервы: против обыкновения, Тадеуш очень долго не мог заснуть, про себя раздумывая, какие вопросы можно будет задать. Он никогда не считал себя профессиональным рекрутёром, но всё же кое-какой опыт подбора персонала всё-таки у него был. Однако как поступать сейчас, этого он совершенно не представлял.

Чтобы хоть как-то отвлечься, Тадеуш, а следом за ним и Фредерик с Софией вызвались помочь Хосе подготовить лабораторию к работе. И хотя внешне все трое выглядели спокойно, он понимал, что каждый напряжён в ожидании возможного пополнения их небольшой команды.

Звонок в дверь раздался чуть раньше назначенного времени и застал всех четверых врасплох.

– Я встречу, идите в переговорную, – сказал Тадеуш и поспешил к лифту. Спустившись на первый этаж, он быстро прошёл по коридору в холл и распахнул входную дверь.

На пороге стояла высокая девушка с иссиня-чёрными, зачёсанными назад волосами, спускающимися почти до талии. Кожа у неё была неестественно бледная, и тем ярче от этого выглядели её миндалевидные зелёные глаза. Несколько секунд девушка разглядывала Тадеуша, с каждым мгновением всё сильнее щурясь, поэтому он первым решил нарушить затянувшееся молчание.

– Добро пожаловать. Проходите, – он посторонился, пропуская девушку вперёд. Та вошла в холл, не переставая оглядываться. Закрыв дверь, Тадеуш бросил на неё быстрый взгляд и тихо произнёс: – Прошу вас следовать за мной.

Они миновали коридор, подошли к лифту. Поднялись на третий этаж и вошли в переговорную, в которой уже успели собраться все остальные.

– Присаживайтесь, – Тадеуш указал на кресло. Девушка молча устроилась в нём, расправила полы чёрно-зелёной рубашки. На длинном столе стояло пять чашек кофе, однако, едва почуяв его запах, она чуть заметно скривилась. Шедший к своему месту Тадеуш краем глаза заметил это, однако предпочёл не обращать внимания. Наконец он устроился в кресле и взял в руки папку с листами резюме.

– Госпожа Анита Ли, я правильно понимаю? – спросил Тадеуш, открывая первую страницу. Девушка в ответ лишь коротко кивнула. Тадеуш почувствовал, как начинает нервничать. Сделав над собой усилие и сглотнув, он представился сам и позволил коллегам также назвать свои имена. Последней назвалась София и добавила, с улыбкой глядя на Аниту:

– Попробуйте кофе, я специально заварила этот…

– Не люблю кофе, – коротко ответила девушка, впервые произнеся что-то после того, как переступила порог. София замолчала, уязвлённая ответом и быстро перевела взгляд на Тадеуша.

– Госпожа Ли, – вновь начал он, проглядывая резюме, – нам бы хотелось побольше узнать о вашем опыте и о вас самой. Судя по документам…

– С этой жизнью покончено, – неожиданно резко произнесла Анита, заставив всех четверых недоумённо переглянуться. На какую-то долю секунды по её лицу пробежала гневная гримаса, но девушка быстро взяла себя в руки. Вообще, всё в её поведении, и то, как она сидела, прямая, как стрела, и как, сощурившись, то и дело бросала быстрые взгляды на Тадеуша и остальных, поневоле заставляло чувствовать себя неуютно. – Впрочем, вам это знать необходимо.

Анита чуть откинулась на спинку кресла.

– Я родом с планеты Киото, род Имагава. Наш кодекс предписывает служить во благо человечества любому представителю рода без исключения, – при этих словах выражение лица Аниты не поменялось, однако едва различимые отголоски гордости в её голосе всё же прозвучали. – Обычно из даймё вербуют высших офицеров космического флота – все мои сверстники попали на службу именно так. Но наш род всегда ценил истинную службу, в первых рядах, среди обычных солдат – подлинных творцов воинской славы человечества – а не отсиживание задницы на тыловом обеспечении.

На этот раз в голосе девушки сквозило неприкрытое негодование. Тадеуш выудил из папки один из листов, серовато-зелёного цвета.

– Вы служили в отдельном корпусе Звёздного десанта?

– Бригада «Центавра», Пятнадцатый легион, – выпрямившись, скороговоркой произнесла девушка, словно не сидела на собеседовании, а отчитывалась на плацу. – За боевые заслуги и героические свершения особым указом Председателя Человечества наш легион пожалован орденами Славы Человеческой трёх степеней с присвоением наименования «Железнорождённый».

Тадеуш обменялся ошеломлёнными взглядами со всеми сидящими рядом. Посмотрел на серо-зелёный листок. В его левом верхнем углу была изображена боевая эмблема: человеческий череп на фоне планеты, по обе стороны от которой расходились могучие крылья. В глазах черепа горел огонь, зубы сжимались в злобном оскале, а на костяном лбу были вытатуированы два скрещённых меча. По обрамлявшей изображение ленте шла грубо написанная надпись: «Война никогда не меняется».

– Общий срок службы: восемнадцать лет, – между тем продолжила Анита, заставив Тадеуша изумиться ещё больше.

– Вы поступили туда в десятилетнем возрасте? – тихо произнёс он и словно не увидел, а почувствовал, как все сейчас смотрели на сидевшую напротив девушку.

– После пяти лет предварительной подготовки. Затем три года в Службе тылового обеспечения, двухлетняя школа десанта и ещё два года – во вспомогательном отряде легиона. Самостоятельная служба – с семнадцати лет.

– Но… – Тадеуш хотел было задать вопрос, но запнулся. Вместо этого он впился взглядом в строки послужного списка. Почти две сотни боевых вылетов, не считая мелких рейдов. Несколько полномасштабных военных операций: «Над законом», «В осаде», «Смерти вопреки»… Ве́сти об этих сражениях долетали даже до Земли, их обсуждали, но отказывались верить. Что тут скрывать, даже он сам сомневался, что такое возможно… и вот здесь и сейчас, в этой самой комнате, рядом с ним сидело живое доказательство.

Не меньше трепета вызывал и список наград: боевые, с разделением на индивидуальные и групповые, благодарности высших военных и гражданских чинов, особое пожалование лично от Председателя Человечества, в конце концов, юбилейные награды («полный список наименований не поддаётся подсчёту»).

– Почему… почему вы прерывали службу? – смог наконец сформулировать вопрос Тадеуш. Девушка в недоумении подняла вверх брови, бросила на него снисходительный взгляд.

– Там всё написано, – сказала она, кивая на лист послужного списка. И действительно, в самом конце документа Тадеуш увидел выписку из личного дела, в котором было указано об увольнении по состоянию здоровья, а также стояло заключение о непригодности к любой дальнейшей службе.

– Вы получили ранение? – спросил Фредерик, следом за другом просматривающий документы. Бросил быстрый взгляд на Хосе, но тот сидел с таким видом, словно бы желал, чтобы о его существовании вспоминали как можно реже

– Во время одной из высадок, – терпеливо объяснила Анита. – Я десантировалась отдельно от группы, попала в самое пекло. А пока ждала подкрепления, поймала несколько зарядов от повстанцев.

– Но… но почему после этого вас демобилизовали? – продолжал недоумевать Фредерик. – Вы на тот момент уже были заместителем командующего и…

– Я не хочу это обсуждать, – резко оборвала его Анита, скрещивая руки на груди. – То, что тогда произошло, касается исключительно моей службы, и больше никого.

Фредерик посмотрел на Тадеуша, пожал плечами. Тот облизнул пересохшие губы, произнёс, стараясь говорить как можно более примирительным тоном:

– Если вы не хотите об этом говорить – мы не будем настаивать.

– Я просто не понимаю, зачем вам это, – ответила Анита уже более спокойным тоном. – У вас есть сомнения в моей компетентности?

– Ни в коем случае, – поспешил успокоить девушку Фредерик, – но всё-таки наш профиль немного отличается от того, что вы привыкли делать. Это не армия, а мы не офицеры, и опасностей здесь гораздо меньше, я бы даже сказал, их почти нет.

– Всякое может случиться, – Анита пожала плечами. – На моей родной планете наёмным полицейским часто приходилось вступать в схватки с преступниками, а вы, – она окинула взглядом сидящих напротив, чуть задержалась на Фредерике и Хосе, отчего тот смущённо потупил взгляд. Заметив это, девушка усмехнулась, – возможно, за небольшим исключением, навряд ли способны применять силу, верно?

– Не думаю, что мы так похожи на ваших наёмных полицейских, – с сомнением в голосе продолжал Фредерик. – Наш профиль, возможно, будет совсем другой.

– Тигр таится в загоне с козлами, – невозмутимо произнесла Анита и впервые за время разговора едва заметно улыбнулась. – Но последнее слово всё равно за вами.

– Мы только открылись, полноценную работу ещё не начинали, – Тадеуш решил говорить без обиняков. – Возможно, ваши навыки нам понадобятся, а возможно, и нет. Но мы готовы взять вас на работу, если устраивают условия.

– Я в деньгах не нуждаюсь, если вы об этом, – с безразличием в голосе бросила Анита. – От военных бюрократов мне перепала неплохая пенсия, а если я выйду на работу, её ещё и удвоят.

Фредерик вновь бросил взгляд на Тадеуша, и тот едва заметно пожал плечами. Что ж, за не особо пыльную работу получать и зарплату и ещё надбавку к пенсии – обычное дело. В конце концов, как поётся в гимне человечества, в стремлении к лучшей жизни все должны быть равны.

– Что ж, мы рады видеть вас в нашем небольшом, но дружном коллективе, – сказал Тадеуш. София радостно поприветствовала девушку, даже Хосе выдавил что-то на подобие улыбки. Анита же медленно встала и, не дрогнув ни одним мускулом лица отвесила Тадеушу и Фредерику глубокий явно церемониальный поклон, чем заставила их снова в недоумении переглянуться.

Глава шестая, в которой наши герои впервые идут по следу

Для детективного агентства потекли обычные трудовые будни. У Фредерика закончился отпуск, и целые дни он проводил в своём кабинете, работая с многочисленными заказами. Его профессионализм действительно был широко известен в бухгалтерских кругах Гданьска, а может быть, даже и шире. День за днём он сводил дебет с кредитом с бесподобным мастерством опытной свахи, заполнял отчётные формы и отбивался от звонков телемаркетологов, на чём свет стоит проклиная закон, разрешающий им в рекламных целях звонить на личные телефонные номера.

– И ведь даже не накричишь на них, – сетовал он однажды другу во время обеда. – Мгновенно пожалуются в профсоюз – и плати штраф.

Тадеуш же, как руководитель, с головой ушёл в изучение новой профессии. Неплохая выходная компенсация позволила ему, не смотря на цены, подписаться на несколько эффективных обучающих курсов (по крайней мере, так было написано в отзывах), и теперь он целыми днями просматривал всевозможные вебинары, старательно конспектируя важную информацию. Польза и продуктивность такого обучения казались ему очевидными, так что он быстро пришёл к выводу, что и всем остальным его сотрудникам не помешало бы освоить азы детективного мастерства. Единственная проблема заключалась в том, что профильные курсы искались с большим трудом и стоили немалых денег.

– Их просто всегда очень мало создавали, – объяснял Фредерик однажды утром, когда весь персонал агентства собрался на совещание, где встал вопрос о целесообразности дистанционного обучения. Ну и, соответственно, о цене этого самого вопроса. – Новый закон ещё не так широко известен, обучающие курсы готовят единицы. Но как только про него узнают, сразу же начнут пачками их штамповать, а цена упадёт.

– Так, может, нам подождать? – предложил Хосе. – Бюджетом, конечно, не я распоряжаюсь, но мне кажется, что сейчас лучше бы сэкономить…

– Чем больше сэкономим сейчас, тем больше потеряем потом, – наставительно ответил Фредерик. – Деньги у нас есть, так что моё мнение – ковать железо, пока горячо, как говорили древние.

Ни от Аниты, ни от Софии возражений не последовало, девушки в принципе вели себя довольно молчаливо и то ли специально, то ли по простому совпадению, даже постарались рассесться подальше друг от друга, что очень не нравилось Тадеушу. На его памяти, такая разобщённость коллектива ни к чему хорошему никогда не приводила. И тем не менее, насколько он мог видеть, открытого противостояния между девушками не было, что не могло не радовать. В конце концов, он сдался и решил пока просто понаблюдать, в глубине души надеясь, что в конце концов София и Анита пообвыкнут друг к другу, а может быть, даже смогут подружиться. Ну или хотя бы просто наладить более-менее нормальные рабочие отношения. Если не начнут, не дай Бог, делить ухажёров.

В общем, в тот же вечер Фредерик оформил заказ на курсы, и уже на следующее утро всё агентство с головой погрузилось в благое дело обучения. Совершенно неожиданно новый формат привлёк Софию, так что, когда, по заведённой Тадеушом привычке, они собирались после занятий, чтобы обсудить пройденное, конспекты девушки неизменно привлекали всеобщее внимание. Правда, не сколько своей подробностью, сколько одной любопытной деталью.

– Мне так проще запоминать, – с улыбкой объяснила она в один из вечеров, обратив внимание на то, какими взглядами все смотрят на листы, которые она принесла с собой. На них были наброски самых разнообразных рисунков с короткими приписками: о методе сбора доказательств (пометка: «семинар Коула Фелпса»), о ведении слежки и взаимодействии с правоохранительными органами (пометка: «профессиональная этика Филипа Марлолу»). Памятуя о прекрасной памяти Софии, Тадеуш не удивлялся, почему юной художнице по душе такой формат. Анита обходилась тезисными заметками, а Хосе, похоже, и вовсе не вёл никаких записей, что в первое время заставляло Фредерика недовольно морщиться, но, когда однажды юноша почти без запинки ответил на все вопросы по пройденному курсу, тот успокоился и махнул рукой.

Между тем миновал почти месяц с момента начала работы агентства, и сколь серьёзные успехи ни делали его сотрудники на учебном поприще, они всё равно не отменяли их единственную, но самую главную проблему – отсутствие в агентстве работы. В первое время это никого не удивляло – в конце концов, они ведь только открылась, никакой рекламы нигде не давали, и из этого справедливо выходило, что узнать о них потенциальным заказчикам негде. Однако время шло, а вместе с ним и сокращался отпущенный городскими властями мораторий на проверки.

– С этим надо что-то делать, – задумчиво произнёс Тадеуш однажды вечером, когда они с Фредериком сидели у него в кабинете и обсуждали текущие дела. Вернее, их отсутствие. – Мы могли бы, например, вложиться в рекламу, или ещё каким-то способом привлечь внимание.

– Со вторым сложнее, но и с первым тоже есть накладки, – ответил Фредерик, тоже погружаясь в раздумья. – Жаль, у нас нет контактов в профсоюзе, можно было хотя бы через них как-то заявить о себе…

– А ты не сможешь через свои?

– Откуда? У меня же совсем другой профиль. Хотя… – Фредерик неожиданно стал очень задумчив. – Мне кажется, я могу попробовать. Но вероятность, ты и сам понимаешь…

– Да, конечно.

И всё-таки Тадеуш втайне надеялся на друга и его знакомства. Вопросы о рабочих обязанностях часто звучали во время общих встреч в переговорной (назвать это совещаниями ни у кого из них не поворачивался язык), но почти всегда разговоры в итоге оканчивались обсуждением того, кто и что хочет заказать на обед.

Меньше всего отсутствие обязанностей напрягало Аниту, очевидно, на нечто подобное она и рассчитывала, когда нанималась. Однако Хосе и София с каждым днём становились всё унылее: перспектива просиживать рабочие дни в кабинетах, ничего не делая, вопреки тысячелетнему опыту человеческого созидания, нравилась им всё меньше и меньше. И поэтому, когда однажды днём все пятеро в очередной раз собрались в переговорной, оба пришли туда с такими лицами, что Тадеушу стало очевидно – ещё немного, и на его стол лягут два заявления об увольнении.

Однако в тот день в жизни агентства поменялось всё.

– У меня для вас хорошие новости, – сказал Фредерик, входя в комнату последний и лучезарно улыбаясь. В руках он держал папку с документами. Хосе и София, за мгновение преобразившись, посмотрели на него с надеждой, да и сам Тадеуш чувствовал в себе не меньший энтузиазм. Лишь Анита никак не отреагировала на услышанное.

– Появилось какое-то дело? – спросила София, не спуская глаз с Фредерика. Тот кивнул, положил на стол папку и вынул несколько документов. – Что нужно делать?

– Прежде всего послушать, – спокойно ответил Фредерик и взял в руки один из листов. – Начну, пожалуй, с самого начала. Одна моя хорошая знакомая десять лет назад сменила работу и переехала. Сейчас она ведёт частную практику, выступает поверенной в делах очень богатой и влиятельной семьи. И у этой самой семьи есть одна большая проблема весьма… кхм, скажем так, необычного свойства.

– И мы должны будем её решить? – с интересом спросил Хосе. Фредерик кивнул.

– Да, но не всё так просто. Всё дело в том, что эта моя знакомая в своё время очень мне помогла. Вдаваться в подробности уж не буду, скажу лишь то, что без неё я бы не смог достичь таких успехов в профессии, да и в принципе…, – сказав это, Фредерик едва заметно покраснел. – А, впрочем, это не важно. И я тогда пообещал ей, что она всегда сможет рассчитывать на мою ответную помощь.

– Значит, услуга за услугу? – спросила Анита, всё это время просидевшая, откинувшись на спинку стула и глядя куда-то в потолок. Фредерик бросил на неё недовольный взгляд, но всё же сдержался и снова кивнул.

– Именно так. Дело не очень сложное, но, если мы ей поможем, она готова будет рекомендовать нас своим клиентам. И самое главное, гарантирует, что вознаграждением мы останемся довольны.

– И что нам нужно сделать? – спросил Тадеуш.

– Помочь ей найти её сына. Никакого криминала, об этом не переживайте, – быстро добавил Фредерик, заметив, с каким видом все стали переглядываться. – Сами они в своё время перебрались на Луну, но не так давно Михель решил посетить Землю, так как улетел отсюда ещё ребёнком. По удивительному совпадению, неделю назад он приехал сюда, в Гданьск, и за последние дни ни разу не вышел с матерью на связь. Она вначале не волновалась – мало ли что случилось, мог просто случайно забыть – однако, когда пошёл пятый день, сама пыталась связаться по телефону и через сеть, но безуспешно.

Фредерик замолчал и окинул взглядом сидящих. София и Хосе задумались, Анита никак не отреагировала на рассказ. Тадеушу же показалось, что просьба подруги Фредерика не должна оказаться сложной или обременительной: мало ли по какой причине подросток мог чересчур увлечься всякими развлечениями и забыть дать о себе знать домой.

– А он не мог попасть в какую-то неприятную историю? – первой нарушила молчание София. Фредерик в ответ пожал плечами.

– Теоретически мог, ему только недавно исполнилось восемнадцать. Однако Кларисса заверила меня, что он очень законопослушный и осторожный парень, поэтому маловероятно.

– Может быть, он действительно застрял на какой-нибудь многодневной вечеринке и так до сих пор не вылез оттуда, – предположил Хосе. – У нас в Лиме такое часто случалось, я и сам… много слыхал о таком.

При этих словах лицо юноши покраснело.

– А где нам вообще его искать? – спросила Анита, проявив наконец интерес к судьбе незадачливого подростка и впервые посмотрев на Фредерика. – У них есть тут какой-то адрес или что?

– Есть название отеля, в котором остановился Михель, – ответил тот. – По крайней мере, его он прислал матери, когда приехал в Гданьск.

– Стоит начать поиски оттуда, – в задумчивости произнёс Тадеуш, про себя надеясь, что там же этим самые поиски и закончатся. – Где он остановился?

– Проезд Хейли, отель «Сент-Грегори», – сказал Фредерик, вновь взглянув в документ. – Я посмотрел – это не так далеко отсюда. Там и начнём поиски.

* * *

Полчаса спустя «Суринам» Фредерика остановился возле 14-этажного здания отеля. Подходя к дверям, Тадеуш с сомнением посмотрел на идущих следом за ним. Он бы предпочёл отправить в «Сент-Грегори» кого-нибудь одного, ну или, на самый крайний случай, съездить туда вдвоём с Фредериком, но Хосе и София настолько устали от бесцельного сидения в офисе, что тут же вызвались отправиться на поиски. Что же касается Аниты, то та с всё таким же безразличным видом пожала плечами и сказала, что ей всё равно, как проводить рабочий день, так что она тоже присоединится, потому что сидеть одной в четырёх стенах скучно.

Фредерик и Тадеуш переглянулись. Отправлять на первое задание троих молодых, почти не имеющих никакого опыта сотрудников, двое из которых ещё и к тому же находятся не в лучших отношениях, не привели бы ни к чему хорошему, поэтому оба, также решили поехать. Внезапные звонки в офис беспокойства не вызывали – Фредерик установил переадресацию на свой телефон.

– Лучше бы вдвоём поехали, – тихо сказал он идущему рядом Тадеушу. – Браться всей толпой за дело – верный способ его провалить. У семи техников механизм без сенсора.

Тадеуш с другом был полностью согласен, но что-то менять всё равно уже было поздно.

Робот-швейцар услужливо распахнул перед ними двери, и вся компания оказалась в просторном вестибюле. «Сент-Грегори» явно старался выглядеть нарочито архаичным, во всяком случае, чересчур роскошное убранство бросалось в глаза сразу же, несмотря на то, что сам отель, судя по информации из сети, не позиционировал себя как заведение класса «люкс». Конкурировать с такими гигантами, как «Безос-Оверлук» или «Демидофф» всегда было очень сложно, но всё же кое-какую нишу на рынке независимые гостиницы смогли для себя освоить.

У стойки ресепшн друзей встретил улыбающийся портье. Лишь на мгновение, когда он окидывал взглядом их большую группу, судя по отсутствию каких-либо вещей, пришедшую явно не для заселения, на его лице появилось удивление, но также быстро оно вновь стало невозмутимо-приветливым.

– Чем могу вам помочь?

– Добрый день, уважаемый, – Фредерик сразу же решил взять инициативу на себя. Представившись, он назвал всех стоявших за ним «своими друзьями» (на этот раз удивление на лице портье держалось подольше) и сообщил цель визита.

– Значит, вы говорите, что узнать, где сейчас находится наш гость, вас попросила его мать? – с сомнением в голосе повторил слова Фредерика портье. Тот кивнул. – Одну минуту, пожалуйста.

Он развернул перед собой голографический экран, открыл служебную программу отеля и стал вводить имя Михеля в списке постояльцев. По экрану быстро бежали буквы и символы, а через несколько секунд он потемнел. На мгновение внизу возникли и исчезли какие-то цифры, и снова экран погрузился в темноту. С минуту ничего не происходило, а портье невозмутимо смотрел на изображение. Затем на экране снова появился интерфейс программы.

– Боюсь, что ничем не могу вам помочь, – сказал портье, сворачивая изображение. – В номере никто не выходит на связь.

– Может, он спит? – предположил Хосе. Портье бросил на него быстрый взгляд, но ничего не сказал

– А не могли бы вы сказать, в каком номере он остановился? – спросил Тадеуш. Портье в ответ отрицательно покачал головой.

– Боюсь, что это невозможно.

– Но почему?

– Данная информация относится к клиентской тайне, охраняемой законом. Мы не имеем права сообщать её третьим лицам.

– Но мы же делаем это по просьбе его матери!

– Господин Михель является совершеннолетним и обладает всеми законными правами, в том числе правом на неприкосновенность и конфиденциальность частной жизни. В вашем случае я бы рекомендовал обратиться в полицию.

Тадеуш посмотрел на Фредерика. Тому ничего не оставалось, кроме как кивнуть, подтверждая правоту служащего.

– В таком случае мы можем оставить для него сообщение?

– Да, конечно, – кивнув, ответил портье, вновь разворачивая голографический экран и улыбаясь. Очевидно, он был рад, что удалось избежать конфликта. Записав за Фредериком текст сообщения, в котором содержалась просьба как можно быстрее выйти на связь с ним или с матерью, мужчина заверил его, что при первой же возможности передаст его Михелю. Распрощавшись со служащим, вся компания поспешила к выходу из отеля.

– Что ж, этого следовало ожидать, – сказал Фредерик, когда они шли по тротуару к «Суринаму». – Но мы всё равно не можем сидеть просто так и ждать, пока он объявится.

– По-моему, ничего другого нам не остаётся, – заметил Хосе, – или всё-таки обратиться в полицию.

– Клара не хотела бы привлекать к себе и своему сыну лишнее внимание, – объяснил Фредерик. – Она сказала, что это может испортить мнение о ней в глазах её нанимателей.

– Серьёзные люди, видимо, – сказал Тадеуш. – Жаль, что мы даже не смогли узнать, в каком номере остановился Михель.

– Я запомнила цифры, когда портье искал его в программе, – невозмутимо произнесла Анита но, когда все четверо перевели на неё недоумённые взгляды, пожала плечами и спросила: – Нас учили быстро усваивать информацию. Только что это нам даст?

Тадеуш подумал, что девушка права. Если уж портье при них звонил в номер Михеля, и там никто не брал трубку, то какой толк от того, что они сами пойдут и постучатся в дверь? София, однако, оказалась противоположного мнения и сразу же предложила вернуться в отель и самим сходить и убедиться, что в комнате никого нет.

– Всей толпой мы точно теперь никуда не пойдём, – поспешил остановить её Тадеуш. – Если кто-то и пойдёт, то один, но я не уверен, что это хорошая идея. Портье нас видел, а в холлах наверняка установлены камеры.

– Всё равно предлагаю рискнуть, – не сдавалась София. С этими словами она сняла с себя куртку, оставшись в одной футболке, вручила её Хосе, а длинные волосы убрала в хвост, стянув эластичной резинкой, которую носила на запястье. Повернулась к Аните. – Скажи номер.

Та скептически посмотрела на девушку, но пожала плечами, сказала:

– Толку всё равно никакого, – и назвала номер.

– Ждите в машине, я скоро вернусь, – сказала София остальным и быстрыми шагами направилась обратно в сторону отеля. Тадеуш встретился взглядом с Фредериком.

– Как бы от этого только хуже не стало, – заметил он.

София вернулась через четверть часа.

– Надеюсь, никаких проблем не было? – первым делом спросил Тадеуш, когда девушка устроилась на заднем сидении «Суринама». Та отрицательно покачала головой, распустила волосы и забрала у Хосе куртку.

– Портье меня даже не заметил. Номер был на восьмом этаже, я его не сразу нашла, у них там очень странная нумерация.

– Ещё кто-нибудь тебя видел? – спросил Тадеуш.

– Разве что постояльцы и пара человек из обслуживающего персонала, – небрежно отмахнулась София, натягивая куртку, – но вроде они не обратили на меня внимания.

– Так, а что с номером?

– Ничего. Я стучалась, мне никто не открыл. Но смотрите, что я нашла, – с этими словами София вытянула вперёд ладонь, в которой лежала визитная карточка. Фредерик взял её, внимательно осмотрел с двух сторон.

– Клуб «Макондо». Никогда о таком не слышал, – он посмотрел на Тадеуша, тот тоже отрицательно покачал головой. – А где ты её нашла?

– Она лежала под дверью, наполовину просунутая внутрь номера. А на ручке висела табличка «Не беспокоить».

Сидящие в машине переглянулись.

– Если она там висит, значит, в номере кто-то должен быть, – сказал Хосе.

– Не обязательно, – Тадеуш покачал головой, – её мог повесить кто-то другой.

– Из персонала этого никто бы не сделал, – заметил Фредерик. – Значит, остаётся сам Михель. Либо кто-то, с кем он знаком. Предлагаю поехать в этот самый «Макондо» и поискать следы.

Все согласились, и «Суринам» выехал с парковки.

* * *

Клуб «Макондо» находился почти в самом центре города и, судя по всему, пользовался немалой популярностью. Сворачивая с проспекта, они рассчитывали увидеть огромную и яркую иллюминацию, голографические полотна рекламы и очередь на входе – одним словом, все атрибуты известных среди местной богемы заведений. Однако, к немалому их удивлению, вела в клуб неприметная дверь, над которой висела непозволительно скромная вывеска с названием и припиской: «Всё всем известно».

Входная дверь выводила в узкий коридор, в конце которого разместился гардероб и ещё одна дверь: в просторный главный зал. Помещение выглядело интересно: редкие лампы светили приглушённым тёмно-красным светом, создавали вокруг приятный полумрак. Стены и поддерживающие потолок колонны сплошь были обклеены газетными вырезками. В самом центре зала возвышалась круглая барная стойка. Рабочий день ещё не успел подойти к концу, поэтому народу в клубе было мало. Редкие посетители толпились возле бармена, с невозмутимым видом разливающего напитки.

Друзья прошли в зал, оглянулись. Никого из персонала видно не было, значит, придётся ждать, пока освободится бармен. Хосе с интересом осматривал газетные вырезки, затем поравнялся с колонной, вытянул руку, коснулся пальцем одной из газет. На лице у него возникло недоумение.

– Это что, – удивлённо произнёс он, – настоящая бумага?

– Ей уже давно никто не пользуются, сынок, – сказал невесть откуда появившийся невысокий мужчина. У него были чёрные с сединой кудрявые волосы и пышные, аккуратно подстриженные щёточкой усы под большим носом. Он носил белый военный мундир, на груди висела крошечная медаль.

Мужчина, усмехнувшись, подошёл к Хосе, любовно провёл рукой по колонне.

– Очень хороший пластик, почти не отличим от бумаги – делается по особому заказу. Впрочем, не вы первые, кто перепутал, – он бросил короткий взгляд на стоявших возле стойки посетителей.

– Вы ведь владелец, верно? – спросил Фредерик. Мужчина кивнул, протянул вперёд длинную загорелую руку.

– Зовите меня Лёва.

– Лёва? – удивлённо переспросил Тадеуш. – Может быть, Лев?

– Нет, – мужчина улыбнулся, – Лёва. Вы, как я вижу, у нас впервые, – он по очереди окинул взглядом каждого. – И такой большой и… странной компанией.

– Вас это удивляет? – спросил Фредерик. Мужчина в ответ прыснул.

– Меня, наверное, уже ничего не способно удивить.

– Полковник! – неожиданно позвал его бармен. Мужчина попросил их подождать, а сам быстро направился к стойке.

– Лёва, – задумчиво произнёс Фредерик, словно пробуя это слово на вкус, – никогда ещё такого имени не слышал.

– Может это прозвище? – предположил Хосе. Он вновь отошёл чуть в сторону и теперь с интересом изучал небольшую табличку с надписью «Ждём ваших писем» и ссылкой на страницу клуба в сети.

Тем временем мужчина закончил общаться с барменом и поспешил вернуться к ожидавшим его друзьям.

– Так на чём мы остановились?

– Нам нужно кое-что у вас узнать, – сказал Фредерик. Достав из кармана телефон, он открыл на нём голографическую фотографию Михеля, показал её полковнику. – Скажите, в последние несколько дней к вам не приходил этот парень? Зовут Михель, на вид – лет семнадцать-восемнадцать. Мы ищем его по поручению матери, он уже почти неделю не выходит с ней на связь.

Мужчина в задумчивости несколько минут разглядывал фотографию, затем поднял взгляд на Фредерика и пожал плечами.

– Если он и был, то я его не запомнил. А своих завсегдатаев я обычно всех знаю.

– Он не местный, проездом с Луны.

– Вот как, – при этих словах мужчина вновь задумался. С минуту он молчал, затем произнёс: – В таком случае, возможно, я и смогу кое-что вспомнить. Пойдёмте.

Он поманил их взмахом руки и двинулся к бару. Все пятеро переглянулись и последовали за ним.

Зайдя за стойку, полковник достал шесть стаканов и принялся разливать в них что-то из длинной бутылки с неестественно узким горлышком.

– Мне не нужно, я за рулём, – поспешил предупредить его Фредерик. Мужчина кивнул и налил в один из стаканов из другой бутылки. Закончив замешивать коктейли, он поставил стаканы на стойке и произнёс:

– За счёт заведения, как пришедшим в первый раз.

Все разобрали стаканы, а хозяин тем временем смотрел куда-то в сторону. Через минуту стало понятно, чего он ждёт: через зал шла девушка, неся в руках небольшой поднос. На нём стояла тарелка с закуской.

– Моё фирменное угощение: куриные палочки в панировке. Пальчике оближите и попросите добавки, гарантирую. – с гордостью пояснил полковник, когда девушка молча поставила тарелку на стойку и удалилась. Поднял вверх стакан с коктейлем. – За знакомство.

Они чокнулись. Коктейль оказался приятным: ягодно-лаймовый, с лёгкой кислинкой, которая, впрочем, почти не ощущалась.

– Интересное сочетание, – заметил Хосе, кладя свой стакан на стойку. Полковник с интересом посмотрел на него, спросил:

– Знаток?

– Скорее любитель. Немного увлекался, ну и, как и все, подрабатывал во время учёбы. А когда был на Менделееве…

– Ты был на Менделееве? – что бы там полковник про себя не говорил, сейчас он выглядел очень даже удивлённым. – В каком городе?

– В Аргоне: я по учёбе стажировался в столице.

– Надо же: я в своё время полгода там прожил, – сказал полковник. Лицо его приняло радостно-мечтательное выражение. – Мои молодые друзья водили меня в местные клубы. Ничего подобного я до этого ещё не видел…

И он пустился в рассказы о своей жизни в столице главной планеты химиков Галактики. Фредерик и Тадеуш то и дело переглядывались, София слушала с интересом, Анита, как всегда, выглядела глубоко безразличной. Однако хозяину словно это и не было важно, а говорил он будто только одному Хосе. Юноша то и дело кивал, с улыбкой добавляя комментарий в стиле «Всё верно» или «Да-да, конечно, помню».

–…после этого я и решил, что хочу открыть нечто подобное здесь, на Земле, – закончил, наконец, свою историю полковник. Оглядел всех пятерых. Выглядел он уже гораздо более разговорчивым и весёлым, нежели до этого, – Признаюсь честно: не хотел я сначала вам рассказывать, что слышал: уж очень подозрительная история. Думал: угощу коктейлем и закуской, люблю я это дело, а потом – дай, и совру, что нет, ничего не знаю. Но ваш юный друг – очень хороший человек, это я сразу увидел, а с людьми неправильными такие не водятся. Вы ведь действительно ищете парня по просьбе матери?

– Мы можем показать её письмо, – заметил Фредерик.

– Письма подделываются на раз, – отмахнулся полковник, – меня бы это не убедило, если бы надо было переубеждать. Я вам расскажу и так.

Он отставил стакан с наполовину допитым коктейлем, пододвинулся ближе к сидящим напротив.

– Несколько дней назад у меня здесь собралась большая компания. Всё молодёжь, наверное, твоего возраста, лет семнадцать-восемнадцать, – он сказал это Софии, и та смущённо улыбнулась. – Шумели порядочно, но самое интересное в другом, – полковник наклонился ещё ближе. – Я слышал, что они всё про Луну говорили, поздравляли кого-то с прилётом и что-то там ему обещали, наверное, показать город.

– Вы знаете эту компанию? – тут же спросил Фредерик.

– Знаю, двое из них – братья Фил и Стю – мои постоянные гости, – лицо полковника чуть заметно скривилось. – Не хочу ничего про них плохого сказать, ребята хорошие, только дураки.

– А где их можно найти? – спросил Тадеуш. Услышав вопрос, полковник усмехнулся.

– О, это легко. Они часто наведываются в пригород, там есть одно место такое, «вилла Домициана» называется. Молодёжь как магнитом туда тянет, отрываются дни и ночи напролёт. Собственно, – он посмотрел на часы, – я думаю, там и сейчас немало народу, так что вам будет у кого спросить.

– Спасибо огромное, Лёва, – сказал Хосе, протягивая руку, и полковник с удовольствием её пожал.

– Всегда рад помочь. Заходите ещё.

Распрощавшись, вся компания двинулась к выходу. Уже у входа в коридор София остановилась, быстро достала телефон и сфотографировала табличку «Ждём ваших писем».

– Хочу написать отзыв, – объяснила она, улыбаясь, – очень этот Лёва приятный человек.

Глава седьмая, в которой мы оказываемся в очень интересном месте

«Виллу Домициана» они нашли быстро – узнать большой, двухэтажный особняк, утопающий в свете иллюминаций и прожекторов, не составило особого труда. Пока Фредерик вёл «Суринам» по окраинам, Тадеуш развернул голографический экран телефона и искал информацию о месте, куда они направлялись.

О вилле и её хозяине журналисты писали много и охотно. Роскошное поместье принадлежало миллионеру и прожигателю жизни Джею Трималхиону, чьи финансовые дела всегда были и до сих пор остаются большой загадкой. Известно лишь то, что этот богач почти целыми днями находится у себя на вилле, участвуя в невообразимом количестве встреч и вечеринок, порой тянувшихся по нескольку дней, а иногда – даже недель. За пять лет с момента его появления в городе на «Вилле Домициана» успели побывать все сливки высшего общества Гданьска, и все оставались от дома и от его хозяина в полнейшем восторге. А вскоре двери особняка открылись для всех желающих, и к радушному кутиле потянулась местная молодёжь.

– Тут написано, что даже один из электробусов поменял маршрут и теперь останавливается недалеко от виллы, – сказал Тадеуш, сворачивая голограмму. – Должно быть, там мы Михеля и найдём.

Фредерик как раз останавливал «Суринам» через дорогу от виллы, возле большого парка. Здесь образовалась стихийная парковка, в других местах наверняка послужившая бы поводом для эвакуаций и штрафов.

Выйдя из машины, друзья направилась ко входу в особняк. Возле большой калитки, рассевшись вдоль невысокого каменного забора, прохлаждалась компания подростков, с интересом проводивших взглядами новых гостей.

– Думаю, нам будет лучше разделиться, – задумчиво произнёс Тадеуш, наблюдая за огромным количеством молодёжи, облюбовавшим территорию перед особняком. Судя по всему, внутри народу должно было быть не меньше.

– Я могу поспрашивать здесь, – предложила София, кивая в сторону толпы, собравшейся возле бассейна.

– Я пойду с тобой, – сказал Хосе, неободрительно косясь на проходивших мимо парней, с большим интересом посмотревших на девушек. Анита усмехнулась, скрестила руки на груди.

– Хочешь быть защитником?

– А если и так? – спросил Хосе с вызовом, но уши у него стремительно налились багровым. – Здесь наверняка куча пьяных шляется, а тебе защита точно не нужна.

– Вот уж правда, – криво улыбаясь, ответила девушка. Посмотрела на большую пристройку зимнего сада, из которой доносилась громкая музыка. – Я пойду искать там.

– Хорошо, тогда мы осмотрим дом, – сказал Фредерик. – Если кто-то найдёт Михеля, Фила или Стю, дайте знать.

И все пятеро разошлись в разные стороны.

– Не факт, что они по-прежнему здесь, – заметил Тадеуш, когда они с Фредериком шли по большой дороге ко входу в особняк. С обеих сторон тянулась невысокая живая изгородь, через примерно равные промежутки были расположены мраморные скамьи, занятые небольшими компаниями или парочками. Оба старательно не обращали внимания на счастливых, целующихся подростков, а счастливые, целующиеся подростки не обращали внимания вообще ни на что. На их счастье, полицию нравов запретили сразу после Революции.

– Если не найдём, то хотя бы узнаем, куда они могли отправиться, – сказал Фредерик. Они как раз подошли к распахнутым настежь входным дверям, из которых доносились приглушённые звуки музыки.

Холл особняка был светлым и просторным. Несколько арок вели в смежные помещения, а на второй этаж уводила широкая деревянная, украшенная замысловатой резьбой лестница. То и дело кто-то переходил из комнаты в комнату, поднимался наверх – в холле никто из гостей не задерживался.

Друзья свернули направо, двинулись в сторону доносившийся всё громче музыки, и через какое-то время оказались в гостиной, ещё более огромной и светлой, чем холл. В центре комнаты собралась приличных размеров толпа – кто-то танцевал, кто-то сновал туда-сюда, разыскивая пару. Немало людей столпилось вдоль стен, возле закутка с аппаратурой ди-джея и в дальнем углу комнаты, в котором располагался небольшой бар. Все сидячие места – несколько кресел и диванов – тоже были заняты.

Фредерик и Тадеуш переглянулись. Фамилий Фила и Стю они не знали, фотографий подростков у них тоже не было. Значит, оставался самый простой и в то же время самый сложный способ.

– Придётся подходить и спрашивать, – констатировал Фредерик, окидывая взглядом комнату. В голосе у него сквозила печаль.

– Похоже на то, – согласился Тадеуш, глубоко вздыхая.

Они подошли к компании из шестерых парней и девушек, облюбовавших ближайший диван.

– Привет, ребят, – поздоровался с подростками Фредерик, – скажите, вам не попадался здесь случаем парень по имени Михель?

Сидящие переглянулись.

– А вы кто, его родители? – спросил один из парней, усмехаясь, и вся компания захохотала. Фредерик терпеливо дождался, когда они успокоились, и сказал:

– Нет, мы ищем его по просьбе друзей.

– Полицейские? – спросила сидящая в углу дивана девушка. В одной руке она сжимала бокал с коктейлем, другой обвивала шею сидящего рядом незадачливого шутника.

– Снова мимо, – улыбнулся Фредерик. – Нас действительно попросили его друзья, он пропал.

Подростки вновь обменялись взглядами.

– Мы его не знаем, прости…те

Фредерик кивнул и вместе с Тадеушем отошёл от компании.

Дальнейшие поиски также не дали никакого результата. Устав бродить вокруг танцпола, Фредерик подошёл к закутку с музыкальной аппаратурой, перекинулся парой слов с ди-джеем. О чём они говорили, Тадеуш не слышал – слишком громко играла музыка. Но спустя минуту разговора парень кивнул и заглушил звук. Тишину, воцарившуюся в комнате, почувствовали не сразу, и, когда Фредерик, взяв микрофон, обратился к собравшимся, некоторые парочки ещё продолжали лихо отплясывать

– Прошу минуту вашего внимания. По просьбе организаторов нам нужно найти парня по имени Михель. Ему восемнадцать лет, высокий рост, волосы светло-русые, глаза серо-голубые. Если среди вас кто-то знает такого, прошу подойти ко мне и рассказать.

Но в комнате царили тишина и неподвижность. Гости недоумённо переглядывались и бросали на Фредерика удивлённые взгляды. Тот прождал с полминуты, затем с шумом выдохнул и сказал:

– В таком случае, может быть, кто-нибудь из вас знает, где сейчас находятся парни по имени Фил и Стю? Нам их тоже нужно найти.

И вновь молчание и неподвижность были ему ответом.

– Что, никто не знает? Нет? В таком случае просим прощения за беспокойство, пожалуйста, продолжайте.

Он вернул микрофон ди-джею, который тут же включил музыку. Почти сразу же в комнате вновь воцарилась атмосфера шумного праздника, словно ничего и не происходило.

– Видимо, придётся искать в другом месте, – сказал Фредерик, подходя к Тадеушу. Тот кивнул, и друзья направились к выходу из комнаты. Но уже в самих дверях их догнала долговязая девушка, тянущая за руку невысокого парня, которому это явно не очень нравилось.

– Вы сказали, что ищете Фила со Стю, – быстро произнесла она, еле успевая отдышаться: очевидно, бежала к ним через всю комнату, волоча за собой упирающегося юношу. – Они были здесь. Пару часов назад. Где сейчас, не знаю. Но тогда уходили в столовую. Возможно, всё ещё там.

Она говорила короткими фразами, успевая после каждой быстро вдохнуть и выдохнуть, парень же продолжал недовольно на неё коситься.

Поблагодарив девушку, Тадеуш и Фредерик вышли в коридор, миновали холл и вместе с небольшой группкой хихикающих девчонок вошли в столовую. Эта комната была поменьше гостиной, но народу в ней набилось столько, что трудно было пройти, ненароком кого-нибудь не задев. Вдоль стен тянулись длинные, покрытые белыми скатертями столы, на которых стояли всевозможные лакомства и закуски. Немало было и алкоголя – бутылки с разноцветными этикетками, ряды высоких бокалов с пенистым шампанским, не считая ещё и тех, которые разносили официанты. По всему пространству комнаты были разбросаны мелкие столики, возле каждого из которых собралось с десяток молодых людей и девушек – очевидно, фуршет был в самом разгаре.

По-прежнему стоявшие в дверях комнаты друзья растеряно переглянулись. Здесь не было ничего, чем можно было бы привлечь общее внимание, а гомон стоял такой, что даже начни они кричать во всё горло, их всё равно вряд ли кто-нибудь услышал.

– Придётся ходить по столам и спрашивать, – сказал Фредерик Тадеушу. Тот пожал плечами, кивнул и уже хотел было двинуться к ближайшему, как вдруг его телефон зазвонил.

– Может, ребята что-то нашли? – спросил он, разворачивая голографический экран. Перед ними возникли лица Хосе и Софии, оба выглядели растерянными и напуганными.

– Что случи…

– Доктор Сумарнис, нам нужна ваша помощь. Мы в зимнем саду, тут Анита такое…

Они не успели договорить, как раздался громкий крик, и изображение померкло.

Фредерик и Тадеуш переглянулись и бросились через арку обратно к холлу. Выскочив из парадных дверей, они понеслись в пристройку, куда четверть часа назад направилась Анита; уже подбегая к двери, оба вновь услышали крики.

Первое, что они увидели, когда оказались внутри: огромная толпа, в центре которой определённо что-то происходило. Через мгновение перед ними словно из-под земли выросли София и Хосе: девушка выглядела напуганной, юноша – восхищённым.

– Вы бы видели… – сказал он, но договорить так и не успел. Из центра толпы вновь послышался крик.

– Да что там… а ну разойдись! – проревел Фредерик и бросился в самую гущу людей. При своей могучей фигуре, ему не составило особого труда протискиваться сквозь столпившихся зрителей, впрочем, те и сами начали расступаться. Тадеуш, Хосе и София следовали за ним по пятам.

Когда они пробились в центр толпы, глазам их открылась такая картина: посреди круга свободного пространства в боевой стойке стояла Анита. В ногах у неё корчилось несколько рослых парней, среди которых Тадеуш признал тех, кто бросали на девушек заинтересованные взгляды, когда они все только сюда пришли. Поневоле он отдал ей должное: удары были по-военному точные: в нос и в промежность

– Кто-нибудь ещё хочет? – спросила Анита, оглядываясь. Спросила, вроде, спокойно, но стоявшие в первых рядах разом отпрянули назад, испугавшись того, с какой холодной яростью были произнесены эти слова. Тут девушка увидела Тадеуша и остальных, выпрямилась и медленными шагами двинулась в их сторону.

– Видимо, произошло какое-то недоразумение, – громко произнёс Фредерик, выходя чуть вперёд и бросая на Аниту яростный взгляд. Девушка в ответ лишь усмехалась. – Прошу вас забыть всё, что вы видели, мы уже уходим.

С этими словами он подхватил Аниту под руку и поволок к выходу из сада, а та даже и не пыталась сопротивляться.

– Ты что творишь? – яростно зашипел он, едва вся компания вышла во двор. – Ты же их едва не убила!

– Только вывела из строя, – невозмутимо ответила девушка. – Но лучше бы убила.

– Что тут произошло? – спросил Тадеуш, но вместо Аниты ответила София.

– Они к ней приставали, мы видели! Она не виновата.

– Спасибо, я и сама могла бы это сказать, – желчно отозвалась Анита, даже не взглянув на Софию. Та замолчала, уязвлённая.

– Всё равно это не оправдание, – настаивал Фредерик. – Ты могла не рассчитать силу. А если бы всё закончилось плохо? Нам, по-твоему, что, нужны проблемы с полицией и с хозяином?

– Вот и нам тоже так кажется, – неожиданно раздалось у них за спиной, и все пятеро разом повернулись. Перед ними стояло двое молодых ребят, на вид – вполне обычных местных любителей вечеринок. Но сейчас они не выглядели расслабленными и веселящимися, лица их наоборот были строги и напряжены. – Господин Трималхион желает вас видеть.

* * *

В сопровождении молчаливых парней все пятеро вновь вернулись в особняк, однако в холле никуда не свернули, а направились прямиком наверх.

Фредерик и Тадеуш то и дело переглядывались. Ну всё, приехали. Вот и проблемы с владельцем. Сейчас ещё всплывёт, что они все сотрудники одной фирмы. И зачем только поплелись сюда всей толпой…

Поднявшись на второй этаж и миновав ещё один переполненный народом холл, они свернули в боковой коридор. Пройдя через несколько арок, ведущих в забитые людьми комнаты, вся компания остановилась возле двойных закрытых дверей, над которыми висела камера видеонаблюдения. Один из сопровождавших их парней негромко постучал, и через несколько секунд дверь открылась.

– Проходите, – указал он Тадеушу и остальным, а сам вместе с напарником двинулся по коридору в обратную сторону. Все пятеро переглянулись и вошли в следующий коридор.

Удивительное дело, но едва за ними закрылась дверь, словно кто-то невидимый разом выключил звук. Исчезли отдалённые звуки музыки, шум разговоров и смеха.

– Прошу за мной, – сказал им высокий подтянутый мужчина средних лет представительского вида; он стоял чуть в стороне и явно ожидал именно их. Друзья вновь двинулись по коридору. Дверей здесь было меньше, но все они были закрыты.

Комната, в которую привёл их мужчина, размерам лишь немного уступала гостиной на первом этаже, но выглядела гораздо более ухоженной и уютной. В огромном мраморном камине весело потрескивал огонь («надо же, настоящий, даже не голограмма», подумал Тадеуш), приглушённо бубнил что-то висящий в другом конце комнаты телевизор. Вдоль стен здесь тянулись не столы с закусками, а книжные полки, причём книг было так много, и разложены они были с таким пристальным вниманием к цвету переплётов, что Тадеуш невольно залюбовался. Пол комнаты был устлан мягким ковром, а в самом её центре стоял длинный стол чёрного лакированного дерева.

– Гости прибыли, мистер Уэллс, – сказал мужчина, и только тогда Тадеуш заметил, что спиной к ним и лицом к камину стояло два больших кресла.

– Благодарю, Альберт, можешь идти, – раздался спокойный низкий голос, и из ближайшего кресла поднялась мужская фигура. На вид хозяину поместья было немного за сорок, однако физической формой он превосходил даже Фредерика: не уступая другу Тадеуша в росте, тот был гораздо шире в плечах, а массивные руки и грудь колесом давали понять, что под элегантным костюмом скрываются бугры мощных мышц. За спиной раздался звук закрываемой двери – встретивший их мужчина вышел из комнаты, оставив всю компанию один на один с Уэллсом-Трималхионом.

– Уверен, вы думаете, что я хочу высказать вам за эту… небольшую потасовку, которую устроила ваша подруга в зимнем саду, – хозяин поместья вышел из-за кресла и медленно направился в их сторону. Вопреки ожиданиям, он не выглядел рассерженным, скорее, даже наоборот, лицо у него выражало вежливое любопытство.

– Нам очень неловко, господин Трималхион, – тут же поспешил оправдаться Тадеуш.

– Можете звать меня просто Джей, – сказал мужчина, подходя ещё ближе и по очереди здороваясь с каждым за руку. На Аните он задержал взгляд и добродушно ей улыбнулся. Покончив с формальностями, Трималхион-Уэллс подошёл к столу, полуприсел прямо на него и спросил: – Значит, вы ищете Михеля?

– Да, но откуда вы знаете? – спросил изумлённый Тадеуш.

Джей вновь улыбнулся.

– В гостиной были мои люди. Как только вы вышли, они тут же обо всём мне сообщили.

– Но как вы… – начал было Фредерик, и вдруг запнулся. Несколько секунд лицо его было задумчивым, и тут он быстро произнёс, щёлкая пальцами: – Вы выдаёте ваших людей за гостей?

– Именно так, – мужчина кивнул, весьма довольный тем, что они так быстро догадались, – это даёт мне некоторые преимущества, например, когда нужно проследить за порядком, не привлекая внимания, или под благовидным предлогом выпроводить какого-нибудь забывшего о приличиях гостя и не портить другим веселье.

– А те, что приставали к Аните?

Джей нахмурился.

– Они у меня частые гости. И почти каждый раз по их вине происходит какая-нибудь потасовка. Если честно, ваша сотрудница, – он учтиво отвесил Аните поклон, и та, на удивление друзей, также согнулась в ответном полупоклоне, – оказала нам очень хорошую услугу – вряд ли эти молодчики теперь захотят приходить сюда, после того, как так опозорились всех на глазах.

При этих словах хозяин поместья вновь отвесил Аните поклон.

– А откуда вы знаете, что Анита – наша сотрудница? – спросил Фредерик. В ответ Джей пожал плечами и произнёс:

– Вы пришли сюда все вместе, потом разошлись. Со стороны ваша компания выглядит по меньшей мере странно. Это заметили и те, кто сидит за пультом видеонаблюдения и, опять же, сразу же мне сообщили. Я распорядился не вмешиваться и проследить за вами, а дальше, – он развёл руки в стороны и улыбнулся, – Если уметь сложить два и два, то всё довольно быстро становится понятным, и я навряд ли ошибусь, если предположу, что вы частные детективы и ищете Михеля по просьбе кого-то из его родственников, но уж никак не друзей.

– Вашей проницательности можно позавидовать, – сказал Тадеуш. В голове у него никак не вязался образ светского кутилы Джея Трималхиона с этим спокойным, осторожным и, похоже, очень порядочным человеком.

– Проницательности и штату хороших сотрудников, – заметил хозяин поместья. – Те двое парней, которых вы также искали, Фил и Стю – оба были у меня пару часов назад.

– Были? – спросил Фредерик. Джей кивнул и сказал:

– Оба малость перебрали и поссорились с одной компанией из-за какой-то девушки. Мои ребята вывели их на улицу освежиться, но и это не помогло – их обидчики вышли следом. Вновь завязалась драка, и пришлось вызвать полицию. Думаю, оба наверняка до сих пор отсиживаются в участке.

– Так может, среди них был и Михель? – предположил Тадеуш, про себя надеясь на отрицательный ответ. На хватало только, чтобы у сына подруги Фредерика возникли проблемы с законом.

– Нет, они были вдвоём, – ответил Джей. – Мои люди успели вмешаться в драку и предотвратить серьёзные последствия.

– Это, конечно, хорошо, – сказал Фредерик, – но зачем же вы закупаете так много выпивки? У вас, видимо, часто случается подобное.

Вопреки ожиданию, Джей вновь улыбнулся и отрицательно покачал головой.

– Я принципиально закупаю только некрепкий алкоголь и не в таких больших количествах, как кажется. Мы внимательно следим за порядком, и, если вдруг кому-то станет плохо, ему незамедлительно будет оказана первая помощь. Хотите верьте, хотите – нет, но на моих вечеринках почти не бывает пьяных драк.

– Почти? – Фредерик скептически поднял бровь: собеседнику он по-прежнему не доверял.

– Случаются единичные случаи, – невозмутимо объяснил Джей, – в основном если кто-то из гостей проносит свой алкоголь. Гостям мы доверяем и никого не обыскиваем, но всё равно почти сразу же узнаём, у кого с собой покупные напитки и особо тщательно за ними следим. Рано или поздно эти ребята начинают мешать отдыхать другим, и тогда мы выпроваживаем их и сдаём полиции. И уж поверьте, после разговора в участке им и в голову больше не придёт пытаться пронести сюда собственное пойло.

– У вас имеется договорённость с полицией? – спросил поражённый Хосе, впервые подав голос за всё время разговора. Джей взглянул на юношу и кивнул.

– Именно так. Мы уже давно работаем сообща. Полиции это выгодно – во-первых, повышаются показатели воспитательной работы с несознательной молодёжью, а во-вторых, вы даже не представляете, какие только личности не заглядывают на огонёк. Несколько раз благодаря нашей бдительности удалось задержать находящихся в розыске преступников.

В этот момент открылась дверь, и в комнату вошёл Альберт. В руках он держал большой поднос, на котором стоял стеклянный графин с ярко-красной жидкостью и шесть стаканов. Поставив поднос на стол, дворецкий невозмутимо отвернулся и молча покинул комнату.

– Прошу, угощайтесь, – Джей взял графин и разлил жидкость по стаканам. Поглядел на гостей и усмехнулся. – Пунш безалкогольный, к тому же очень вкусный и полезный, из натуральных фруктов. Я уже много лет не брал в рот ни капли спиртного.

Услышав это, друзья переглянулись. Но слова хозяина звучали убедительно, и через минуту вся компания, собравшись у стола, распивала поданный напиток. Пунш действительно оказался очень вкусным.

– И всё-таки я не могу понять, – сказал Тадеуш, покачивая свой стакан в руках и наблюдая за волнующейся внутри красно-жёлтой жидкостью, – зачем вы всё это делаете, Джей? Все эти вечеринки, фуршеты, праздники… неужели в них есть для вас хоть какой-то толк?

Джей ответил не сразу. Как и Тадеуш, он в задумчивости повращал стакан в руках, поднял взгляд и глубоко вздохнул.

– Не знаю, задумывались ли вы когда-нибудь, как много в нашем городе заведений для молодёжи. Но я думаю, что вы со мной согласитесь: родителям всегда было боязно отпускать туда своих детей. Не проходит и дня, чтобы в каком-нибудь ночном клубе чего-нибудь не произошло. Эти истории журналистам не интересны, и почти не попадают в новости, однако полиция знакома со всеми ними не понаслышке. Мои родители в своё время вложили в Гданьск немалые деньги, благодаря им город стал гораздо лучше и приятнее для жизни. Я всегда хотел пойти по их стопам, тоже приносить какую-то пользу.

Тадеуш в недоумении смотрел на Джея Трималхиона (или всё-таки Уэллса). Удивительно, как всего за пятнадцать минут этот человек смог открыться с совсем другой стороны.

– Долгое время я занимался только развитием семейного бизнеса, – между тем продолжал Джей, – но несколько лет назад, когда родители умерли, я наконец-то понял, что мне нужно делать. Передал фирму под управление нескольких доверенных лиц, а сам купил этот особняк, – Джей развёл руки в стороны и поднял взгляд к потолку, – нанял штат сотрудников, наладил ежедневные поставки еды и напитков. Мне это не стоило больших затрат, зато в городе появилось место, в котором все желающие могут проводить время, не беспокоясь о собственной безопасности, и, что не менее важно, не отдав за это ни одного эскудо. Пусть они сами об этом и не подозревают. – мужчина улыбнулся. – Я намеренно использовал свой имидж и репутацию, создал образ Джея Трималхиона, и первое время сам участвовал в своих вечеринках. И когда образ закрепился, а слух о моём гостеприимстве распространился по всему Гданьску, удалился сюда и теперь в основном слежу за всем со стороны. Я сразу же сообщил о своих намерениях в полицию, комиссар их одобрил и охотно пошёл на сотрудничество. Мне кажется, ему особенно понравилось, что с тех пор, как я обосновался в городе, визитов полиции в ночные клубы стало гораздо меньше.

Тадеуш оглянулся и посмотрел на стоявших за его спиной молодых людей. София улыбалась, Хосе удовлетворённо кивнул, поймав его взгляд. Удивительно, но даже Анита проявила к рассказу некоторый интерес.

– Значит, вы всё время проводите здесь и следите за порядком у себя дома? – спросил Фредерик.

– Не совсем, – Джей отошёл от стола и медленно подошёл к окну. Бросил взгляд на простиравшийся за ним сад. – У меня по-прежнему очень много дел: встречи с партнёрами, переговоры с фондами: не примите за хвастовство, но на благотворительность я жертвую немало, в частности и через свой собственный фонд. Ну, и дела бизнеса по-прежнему требуют моего непосредственного участия.

– Про ваши дела мало кто знает, – заметил Тадеуш, – я бы даже сказал, вообще никто.

Джей отвернулся от окна и вновь улыбнулся.

– Я делаю это сознательно. Репутация богача-гуляки привлекает больше внимания, особенно среди молодёжи. И чем больше их здесь, тем лучше. Ну, а теперь, – он достал из кармана телефон, – дайте мне всего одну минуту.

Уэллс отошёл чуть в сторону и набрал номер. Голографический экран активировать он не стал – видимо, решил сохранить конфиденциальность разговора.

– Комиссар? У меня к вам небольшая просьба, – Джей повернулся к недоумённо переглядывающимся друзьям и едва заметно подмигнул. – Несколько часов назад в один из участков доставили двух молодых людей. Имена: Филипп и Стюарт. Да, мне нужно знать, куда именно.

С минуту Джей ожидал ответа.

– Понял, одну минуту, – Уэллс отключил микрофон на телефоне, вновь повернулся к Тадеушу и остальным. – Они в 78-й полицейском участке на проспекте Первопроходцев. Начальник там капитан Кирк…

– Я знаю, – оборвал его Тадеуш, – я там работал.

– Вот оно что. Что ж, это меняет дело, – Джей вновь включил звук. – Сообщите капитану Кирку, что с ним в ближайшее время свяжется его бывший сотрудник и пусть он окажет ему максимальное содействие. Разумеется, комиссар, вы же меня знаете. Большое спасибо за помощь, я ваш должник.

Уэллс повесил трубку, с интересом взглянул на Тадеуша.

– Вы можете связаться с вашим бывшим начальником и попросить их о помощи. Не думаю, что они теперь откажут.

Тадеуш кивнул. Действительно, без посредничества комиссара городской полиции капитан Кирк навряд ли пойдёт ему навстречу, даже несмотря на всю их давнюю дружбу.

– Мы вам очень признательны, Джей, – сказал Фредерик. Тадеуш кивнул и добавил:

– Вы исключительный человек, мистер Уэллс.

София, Хосе и даже Анита поспешили поддержать их слова.

– Мне лестно это слышать, – ответил мужчина, улыбаясь. Достал из кармана пиджака визитку, протянул её друзьям. – Вы всегда можете рассчитывать на мою помощь. Надеюсь, моё инкогнито будет сохранено?

– Разумеется, – не сговариваясь, ответили хором все пятеро.

Глава восьмая, в которой можно видеть, как порой опасны технические сбои

К полицейскому участку «Суринам» подъехал уже под вечер – по дороге им пришлось постоять в нескольких пробках. В холле первого этажа всю компанию уже ожидал капитан Кирк.

– Не прошло и года, старина, – радостно произнёс он, пожимая Тадеушу руку и удивлённо посматривая на стоящих за его спиной. – Я думал, ты будешь один.

– Это мои сотрудники, – сказал Тадеуш. Но капитан продолжал недоумённо поглядывать на друзей. – Я тебе позже всё объясню, скажи пока, что с этими двумя?

– За них мы ещё не брались – все инспекторы были заняты. Но сейчас их как раз привели в допросную. Скажи, а что тебе от них нужно? Мне позвонил комиссар, но я так и не понял…

– Объясню по ходу, идём, – сказал Тадеуш. Капитан пожал плечами, махнул им рукой, призывая следовать за собой, и двинулся по коридору вглубь здания. Пока они поднимались на нужный этаж, Тадеуш быстро рассказал своему бывшему начальнику причину столь неожиданного внимания к себе со стороны комиссара.

– Ты теперь частный детектив? – удивлённо спросил капитан, поглядел на бывшего подчинённого и остальных. – Кажется, я понял. Стажируешь новичков?

– Можно сказать и так, – ответил Тадеуш. – Это сейчас не важно, нам главное – найти Михеля.

– Да, я сообщил об этом инспектору, если они знают, то обо всём расскажут, – пообещал капитан, и в этот момент двери лифта раскрылись.

Они вновь двинулись по длинному коридору. Проходившие мимо сотрудники бросали на компанию любопытные взгляды, ещё больше, впрочем, удивляясь присутствию Тадеуша – со многими из них он был знаком лично. Наконец все шестеро остановились возле одной из дверей.

– Здесь вы сможете всё видеть и слышать, – объяснил капитан Кирк, поворачивая в замке ключ.

Они вошли в небольшую комнату. Помещение было почти пустым, если не считать письменного стола и стула, но почти во всю длину противоположной от входа стены зияло большое окно, в котором они могли видеть смежную комнату. В ней за железным столом сидело двое молодых людей, на лицах обоих виднелись следы ран и кровоподтёков, глаз одного из них был подбит.

Изредка парни переглядывались и окидывали взглядом комнату. Тадеуш знал, что когда-то давно допрашиваемые могли видеть окно, соединяющее их комнату с соседней. Разумеется, снаружи оно было покрыто зеркальной плёнкой, и наблюдающие за допросом видны не были, однако от подобной практики уже давно решено было отказаться: проведённые психологами-криминалистами исследования показали, что дискомфорт, который испытывали подозреваемые от ощущения слежки, часто мешал установлению контакта между ними и ведущими допрос инспекторами. Поэтому уже очень давно во всех полицейских участках на всех планетах пользовались голографическими маскировками. Разумеется, об этом изобретении старались не распространяться, поэтому во всех книгах и фильмах допросные комнаты по инерции продолжали изображаться с большим зеркальным окном. Полиции это было только на руку: неожиданное ощущение скрытности порой очень быстро развязывало язык. Способствовало этому и отсутствие в комнате камер. Хотя, разумеется, они по-прежнему были. Просто скрытые.

Вся компания, как могла, разместилась в тесной комнате. Хосе устроился прямо на столе, София села на стул. Анита забилась в дальний угол, сжавшись и скрестив руки на груди, и только Фредерик и Тадеуш приблизились к стеклу, с интересом наблюдая за происходящим в комнате, в которую в этот момент как раз вошёл молодой инспектор.

– Наконец-то, – недовольно произнёс один из парней, наблюдая за тем, как полицейский устраивается за противоположной стороной стола. В руках у него была папка.

– Добрый вечер, господа, меня зовут Конрад, – учтиво поздоровался он, словно ничего до этого не слышал, открыл папку и достал оттуда пластиковый лист. Бросил быстрый взгляд на сидящих напротив. – Уважаемые Филипп и Стюарт Филлипсы, я правильно понимаю?

– Правильно ты всё понимаешь, – сказал второй юноша, бросая на инспектора презрительный взгляд. Тадеуш, которому за время работы в полиции приходилось присутствовать нt на одном допросе, заметил, что оба молодых человека то и дело переглядываются. Значит, такую манеру поведения они избрали сознательно, решили закрыться и не отвечать на вопросы. Наверное, думают, что если ничего не скажут, то тем самым не дадут полиции возможности доказать свою вину. Что ж, глубоко вздохнув, подумал он, не они первые.

Между тем Конрад как ни в чём не бывало продолжал:

– Как нам известно, сегодня днём на так называемой «вилле Домициана», расположенной по адресу улица Гэтсби, 25, вы, находясь в состоянии алкогольного опьянения, спровоцировали драку, что привело к нарушению общественного порядка и порче имущества, и только вмешательство со стороны позволило избежать куда более серьёзных последствий.

– Не было такого, ясно? – грубо оборвал полицейского один из парней, – мы со Стю тусили у бассейна, когда на нас налетели эти (он произнёс не самое приличное слово), и стали докапываться. Ну, мы и вышли с ними на улицу, чтобы поговорить по-мужски, а потом эти (снова это же слово) набросились на нас. Уж не знаю, какая сволочь вас вызвала, но мы свои права знаем. Мы ничего не сделали, ни с кем не дрались, и вы не имеете права нас здесь держать.

– Мы подадим на вас в суд! – добавил тот, кого назвали Стю, вроде и жёстко, однако Тадеуш различил, что его голос предательски дрогнул. Видимо, это также не ушло от внимания инспектора, так как тот бросил на юношу быстрый взгляд.

– Значит, вы утверждаете, что ни в чём не виноваты, верно? И в состоянии алкогольного опьянения вы не находились?

– Именно так!

– Ну что ж, – Конрад отложил в сторону лист, взял из папки следующий, – если это действительно так… мистер Филлипс, скажите, вы ведь учитесь на стоматолога, верно? – спросил он, впиваясь взглядом в Стю. На несколько секунд на лице парня возникла растерянность, но тот быстро взял себя в руки и бросил:

– Да. Какое вам дело?

– Видите ли, – вздохнув, произнёс инспектор, – Гданьский медицинский университет всегда придавал очень большое значение своей блестящей репутации. Его руководство можно понять – уже сотни лет выпускники этого престижного учебного заведения работают в лучших больницах Европы. Они получают большие зарплаты, они уважаемые члены общества, они гордость своей альма-матер…

– Ты куда кло… – начал было Фил, но Стю неожиданно вытянулся вперёд и взмахом руки остановил говорившего.

– Продолжай, – прошипел он, но Тадеуш без труда разглядел следы паники на его лице, услышал, как дрожит голос.

– Мистер Филиппс, – в голосе инспектора сквозила неприкрытая печаль, – боюсь, все обстоятельства складываются так, что мы в любом случае будем вынуждены сообщить о произошедшем в ваш университет. Вы подозреваетесь в нарушении общественного порядка, при этом вы и ваш брат находились в частных владениях, и у мистера Трималхиона могут возникнуть к вам определённые вопросы. Он наверняка этого просто так не оставит – насколько мне известно, хозяин «виллы Домициана» дружит с многими высшими университетскими чинами Гданьска, а они, в свою очередь, высоко ценят его расположение. Как вы считаете, если в скором времени, например, уже завтра, на стол ректора ляжет донесение городского полицейского управления, а через час позвонит мистер Трималхион и окончательно развеет последние сомнения…

– Не ведись, Стю! – резко произнёс Фил, с ненавистью поглядывая на Конрада. – Он же тебя на понт берёт, он не имеет права!

– Вы так уверены в этом? – инспектор спросил вроде спокойно, и во взгляде, брошенном им на парня, сквозило дружелюбие. Но почему тогда при виде этого у Тадеуша по спине пробежали мурашки? Что же касается Стю, то судя по виду парня, он из последних сил сдерживал панику: его лицо дрожало, сцепленные в замок пальцы лихорадочно дёргались.

– Если, – просипел он, облизнул пересохшие губы, прокашлялся и продолжил: – если я сделаю признание…

– Нет! – сжав кулаки, Фил дёрнулся к брату, но Конрад оказался проворней. Отброшенный назад металлический стул ещё даже не успел с грохотом упасть на пол, а тот уже стоял в полный рост, наведя на парня парализатор. Своим нелепым видом и яркой окраской он мог бы сойти за невинную детскую игрушку, однако первое впечатление ловко обманывало, и попавшие под него самоуверенные нарушители очень быстро это понимали.

– Прошу вас сесть, мистер Филлипс, – медленно, чеканя каждое слово, произнёс молодой полицейский. От былого дружелюбия не осталось и следа: сейчас голос инспектора сквозил убийственным холодом. В несколько мгновений Фил оценил ситуацию и смиренно вернулся на место.

– Он не человек, он машина, – услышал Тадеуш за спиной и оглянулся. Хосе, София и Анита не отрывали взглядов от происходящего за стеклом, все трое выглядели так, словно их только что огрели по головам чем-то тяжёлым, даже всегда невозмутимая Анита. Между тем допрос продолжался.

– Кажется, Стюарт, вы хотели сделать признание? – Конрад не отрываясь смотрел на парня. Лицо его было по-прежнему напряжено, но голос стал куда более расслабленным. Стю зажмурился и кивнул, посмотрел на брата.

– Прости, Фил, я не могу. Если вышвырнут, отец меня убьёт…

– Делай что хочешь, – желчно бросил тот, отвернулся и стал смотреть на входную дверь. – Мне не привыкать вылетать с работы.

– Мы не собираемся добиваться вашего увольнения, мистер Филиппс, – заверил Фила инспектор. – Больше скажу – в случае добровольного признания вы оба отделаетесь исключительно штрафом. В университет мы сообщать не будем, а что касается мистера Трималхиона, – тень улыбки пробежала по лицу полицейского, – я думаю, что это дело без проблем получится замять.

Услышав это, братья переглянулись. Стю кивнул, коротко, но решительно, Фил в ответ лишь пожал плечами.

– Мы согласны.

– Очень хорошо, – Конрад достал из папки два чистых листа и две ручки. – В таком случае прошу вас прямо сейчас написать обо всём, что произошло, от начала и до конца. Только небольшая просьба: не врите, мы всё равно в конце концов узнаем правду.

Братья взяли листы с ретивостью первоклассников и законопослушностью стукачей. Пока они составляли признания, в соседней комнате свидетели произошедшей до этого сцены обменивались впечатлениями.

– Этот Конрад их просто размазал, – то и дело восклицал Хосе, – ни единого шанса не оставил!

– Очень тонко действовал, – заметил куда более спокойный и рассудительный Фредерик, – нашёл слабое место и надавил.

– Мне кажется, этот Стю сначала поддался на уговоры Фила молчать, – задумчиво произнесла София, – но, когда понял, какие будут последствия…

– Он слабее и брата, и инспектора, – добавила Анита. – Один не справился и сдался.

Тадеуш лишь кивал, слушая всё это: с каждым из своих сотрудников он был согласен и глубоко внутри радовался такому хорошему пониманию ими всего происходящего. Кто знает, может быть, в итоге у них получится стать хорошими детективами.

Фил и Стю тем временем закончили писать, отложили ручки и протянули листы инспектору. Тот взял их, быстро пробежал глазами по содержимому, удовлетворённо кивнул и убрал признания братьев в папку.

– Благодарю вас за содействие правосудию, господа, – церемонно произнёс он.

– Это всё? – спросил Фил. Выглядел он по-прежнему мрачно, но тон стал гораздо миролюбивее.

– Практически всё, – кивнул Конрад, – осталась только пара вопросов.

Братья переглянулись.

– Каких?

– Нам известно, что не так давно вы проводили время в компании юноши по имени Михель.

– С ним что-то случилось? – тут же спросил встревоженный Стю.

– Он пропал, – коротко ответил инспектор, чем заставил юношей снова переглянуться.

– Но он ведь был в отеле, – воскликнул Фил. – Мы привезли его туда!

– Как давно это было? – спросил Конрад; невесть откуда в его руках оказались блокнот и ручка.

– Вчера вечером, – ответил Фил. – мы были пьяные и…

– Все трое? – инспектор нахмурился. – Кто был за рулём?

– Никто, мы использовали автопилот, – поспешил добавить Стю, но Тадеуш заметил, насколько он волновался, когда это произносил. Конрад, видимо, тоже, потому что нахмурился ещё сильнее, но, видимо, предпочёл эту тему дальше не развивать.

– Значит, вы привезли Михеля в отель?

– Да, – кивнул Фил. – Мы видели, как он заходил внутрь. Мы ещё предложили ему помочь, дотащить его до номера, но он отказался, сказал, сам справится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.