Марк Кошкин
Истинная судьба

Глава 1

Это был обычный день. Коля, как всегда, прогуливал школу и думал о том, что ему даже в какой—то степени повезло, ведь у него никогда не было друзей или хотя бы знакомых, с которыми он мог бы поговорить. Тех контактов, которые иногда доставали довольно редкую литературу, ему хватало, и его разум не давал поводов думать о том, что это необходимо исправить. Он не расстраивался из—за этого, наоборот, наслаждался одиночеством, хотя уже давно привык к нему. К тому же мальчик откровенно не понимал многих действий и слов своих сверстников, так как, по его мнению, в них не было ни грамма логики. Впрочем, он и не особо пытался понять их. Ему это было не нужно, а школа его и вовсе не волновала. До заключительных экзаменов был ещё целый год, а текущие оценки – тройки и четверки – его вполне устраивали. Коля как обычно думал обо всём на свете и незаметно для себя погрузился в свои мысли полностью и шёл, не видя окружающий его пейзаж, и, собственно говоря, не осознавая того, куда и зачем он идёт. Юноша шёл, машинально сворачивая с улиц и обходя препятствия в виде немногочисленных из—за буднего дня прохожих. И вот, когда он уже в очередной раз свернул в какую—то арку, понял, что заблудился и забрёл в незнакомый ему район города. Коля не расстроился и не растерялся, просто решил прогуляться по нему, рассудив, что и так заблудился, и сильнее заблудиться уже не сможет. Пошёл, уже осознанно глядя на всё, что его окружает. Однотипные хрущёвки чередовались с невзрачными небольшими домиками. Несмотря на то, что через неделю начиналось календарное лето, сегодня с самого утра на небе висели тучи, которые грозились разразиться нешуточным дождём. Вдали виднелись трубы керамического завода, и в качестве довершения этого думерского пейзажа подул сильный, холодный ветер, но, несмотря на мрачность окружающей картины, Коля улыбался. Он любил такие виды и погоду намного больше, чем ясную и тёплую.

«Видимо, это производственный район, и поэтому тут и нет людей на улицах. Все сейчас на заводе либо где—то ещё», – думал он.

Спустя полтора часа бесцельного шатания по пустым и полупустым улицам и дворам он вошёл в парк. Оглядевшись, увидел, что во всём обозримом пространстве не было ни души. Откинув капюшон резким движением ладони, Коля сел на ближайшую лавочку. Практически сразу мальчик снова погрузился в мир своих фантазий. Лицо его постоянно менялось. Его искажала гримаса звериной злобы и ненависти ко всему живому. В такие моменты в его голове мелькали и прокучивались довольно страшные образы и картины. Он начинал скалиться и немного рычать, сам того не осознавая. Уже через десяток секунд его лицо вновь принимало человеческий образ, а губы расплывались в безмятежной и доброй улыбке. Впрочем, так казалось только ему, ведь он давно уже не улыбался искренне и по—настоящему, поэтому улыбка сильно походила на оскал зверя, готовившегося к прыжку на свою жертву. В такие моменты, в его душе колыхалось довольно странное чувство, которое он не мог объяснить даже самому себе. Коля никогда не испытывал его в обычной жизни, пока не погружался в мир фантазий и желаний. Однако оно казалось ему чем—то знакомым, как будто момент его жизни, который он давно уже забыл. Такое случалось с ним довольно часто, и юноша уже давно привык к этому. Но спустя примерно час он вышел из полусонного состояния, в которое успел впасть и заметил, что в парке уже появился какой—то парень, примерно его возраста, высокого роста, светловолосый и тощий.

– Угроза минимальна, – подвёл итог Коля у себя в голове.

Сам Николай был двухметрового роста, да и комплекция была довольно спортивная. Не зря же он уже два года изучал самбо и ходил в качалку два раза в неделю. С его нынешней физической формой и подготовкой мальчик мог спокойно побороть человек пять, как тот, который шёл сейчас по парку.

Все эти мысли пронеслись у него в голове за пару секунд. Причём в основном это были не слова, а картинки и эмоции. Словами он думал редко, ведь как он считал, такой способ мышления довольно долгий и скучный. Коля уже давно делил людей на категории опасности в случае, если завяжется драка. Ведь ему никогда не нравились люди. И юноша старался минимизировать общение, как он выражался, с «данными особями обоих полов». Парень же пошёл именно к нему. Коля заметил это, сжался подобно пружине. Подходя ближе, протянул руку, чтобы поздороваться. Коля недоверчиво посмотрел на парня и осторожно, чтобы, в случае чего, можно было сломать эту руку, встал, и заметно крепче, чем это можно было бы сделать, пожал её.

– Петя, – представился он.

– Рад за тебя, – мрачно ответил Коля сразу обращая внимание, что глаза, как и голос, у этого Пети были грустные. «Не моё дело», – одёрнул он себя, поймав на мысли, что ему почему—то хотеться поговорить с ним.

– Ты не против поговорить? – с какой—то надеждой в голосе спросил Петя.

– Смотря о чём, – настороженно ответил Коля.

– Да так, прости. Я, наверное, пойду, – сказал совсем уж расстроенный от чего—то Петя.

И тут Коля сделал то, чего сам от себя не ожидал.

– Стой! – крикнул он уже уходящему Пете.

Тот аж подпрыгнул от неожиданности. Обернулся и увидел, как Коля жестом приглашает его вернуться.

– Что у тебя случилось? – спросил вдруг подобревший Коля.

– Понимаешь… – Петя замялся.

– Коля, – напомнил Коля.

– Понимаешь, Коля. Я сегодня сполна прочувствовал на себе значение слова лицемерие.

– Что? Как у «ДК»?

– В смысле? – не понял Петя.

– Ну, группа есть такая, «ДК». А у этой группы есть песня, «Лицемер» называется. Вот, послушай.

Следующие две с половиной минуты они просидели молча. Петя слушал песню, а Коля ждал.

– Ну да, что—то типа того, – мрачно ответил Петя. – Только в роли лицемера выступил мой одноклассник.

– Одно радует – через неделю каникулы, а это значит, что можно уже и не ходить. Всё равно оценки я уже не смогу исправить.

Понимаю. – Со вздохом протянул Коля.

– А этот урод – Юра! Он при всех меня унизил и опозорил! – К концу этой фразы лицом Петя стал напоминать свежий помидор.

– Да ты не нервничай, знаешь ли, для здоровья вредно. – сказал Коля чуть насмешливым голосом. – А чего друзья не заступились?

– У меня их нет. Знаешь ли, никогда не умел их заводить, – грустно сказал Петя.

– Понимаю, – ответил Коля с неподдельным сочувствием в голосе. Он видел, что Пете тяжело об этом говорить, и он очень хочет найти себе друга.

– Слушай, а пойдём ко мне? Ты неплохой собеседник, а мне ещё нужно собаку нужно покормить.

– А что за порода?

– Немка, – с гордостью ответил Петя. – Эльзой зовут.

– Ну, раз немка, то пойдём, – С улыбкой сказал Коля.

Глава 2

– Ну вот и пришли, – сказал Петя.

И он пошёл к калитке. Коля же увидел, что его новый знакомый живёт в частном двухэтажном доме. Правда, второй этаж был не достроен, но, войдя во двор, он увидел довольно просторную территорию, большую часть которой занимал огород. Навстречу им тут же выбежала Эльза, радостно виляя хвостом при виде хозяина, однако, как только она увидела Колю, сразу настороженно остановилась и посмотрела на него.

– Ты ей понравился, – сказал Петя, явно довольный происходящими.

– Думаешь? – спросил Коля, не отводя взгляда от собаки.

– Да. Ты единственный незнакомец, на которого она не скалится и не рычит.

– Меня животные любят, – улыбнувшись, сказал Коля, после чего присел на корточки, и собака подошла к нему, дав себя погладить.

– Ну, вот и хорошо, что вы подружились, – сказал Петя, который воспринял поведение собаки как добрый знак.

– Ну что, пойдём чай пить?

– Пойдём.

– Только кашу дам собаке, это быстро, проходи пока.

– Спички на столе, рядом с чайником, – сказал Петя, быстро взяв кастрюлю с кашей и, не сбавляя темпа, выходя во двор.

Когда чайник вскипел, Петя достал конфеты, и мальчики разговорились.

– Слушай, – сказал Петя, уплетая очередную конфету. – А чего ты решил вообще заниматься самбо?

– На это есть две причины – сказал Коля. – Во—первых, это укрепляет силу духа. А, во—вторых, это очень помогает иногда. Видишь ли, один раз меня избили за то, что я всегда один и не общаюсь ни с кем и одеваюсь не так, как они. Тогда—то я и решил, что начну заниматься спортом, чтобы мог постоять за себя. И, кстати, помогает иногда, – улыбнулся Коля, видимо, вспомнив какой—то момент. – Вот только не подумай ничего такого, но, когда ты мне подал руку в парке, то я её взял так, чтобы в случае чего мог моментально сломать тебе её.

– Ух ты, – протянул Петя. – А я—то думал, чего ты такой напряжённый был, думал, случилось у тебя чего. А я вот как—то всё словами решаю.

– Молодец, – сказал Коля. – Я тоже стараюсь, но не хватает практики, и иногда приходится пользоваться самбо.

– А ты ещё чем—то увлекаешься? Ну, помимо самбо.

– Да. Боем на ножах, – небрежно сказал Коля, делая очередной глоток крепкого чая. Кстати, зацени, – с этими словами Коля встал и задрал свою кофту, которая была ему явно великовата и свисала ему до паха. Он поднял её, и Петя увидел самодельные ножны, выполненные весьма грубо, но, как ему показалось, довольно надёжно. Коля расстегнул их и показал большой и красивый нож. – Я всегда его ношу с собой, на удачу.

– И только? – недоверчиво и с некоторой иронией спросил Петя.

– Да, – твердо ответил Коля.

– А ты ножны сам делал? – спросил Петя, в его голосе звучало любопытство, как показалось Коле, вполне искреннее.

– Да, – с улыбкой и гордостью ответил Коля. – Настоящая кожа, свиная.

– И крепится оригинально, – сказал Петя.

– Да ничего особенного, просто не вертикальные, а горизонтальные ножны, но ты прав. Самым трудным было сделать крепления и застёжку, чтобы он не выпадал. Правда, это крепление у меня получилось слабоватое, и если сильно дёрнешь, то отлетит, и тогда нужно будет ножны вертикально вещать.

– Понятно.

Они ещё долго разговаривали, пока не стемнело, и тогда Петя проводил своего нового, как ему хотелось считать, друга домой. Впрочем, Коле тоже очень хотелось так считать. А ещё ему очень хотелось понять, почему вдруг он начал доверять этому человеку. Ведь он бы никогда не показал этот нож кому бы то ни было, если бы не доверял ему так же, как и отцу, который однажды подарил ему этот нож. Однако мыслей не было, и он просто шёл и наслаждался песней ATL "В унисон."

Глава 3

Прошла уже пара недель с момента их знакомства. Мальчики довольно быстро нашли общий язык и поняли, что они похожи. У обоих юношей никогда не было друзей, они предпочитали проводить время на природе, и если случались в жизни Пети редкие приглашения на тусовки, то он отказывался и как—то так получалось, что он, когда приходил домой, брал собаку и шёл с ней гулять, отложив все дела. Хотя во время этих прогулок он никогда и не думал о том, была ли совершена ошибка или нет. Его мысли, как всегда, занимало совсем другое. Учеба, например. Или то, что неплохо было бы найти подработку, чтобы самостоятельно оплачивать все книги по Таро и прочей эзотерике. Когда Коля узнал, что его новый знакомый увлекается всем этим, то признался ему, что всегда искренне верил во всё это. На этой почве у мальчиков каждый день завязывались самые интересные и долгие разговоры, которые постепенно переходили в споры. Но им они нравились, ведь постоянно в качестве аргументов приводились самые разные доводы. Как выяснилось в процессе таких споров, Коля увлекался вопросами язычества в древней Руси и обрядов шаманов и жрецов того времени. По книгам и иногда с помощью интернета он тщательно исследовал этот вопрос. Петя же изучал в основном Таро. Каждый такой спор заканчивался тем, что оба мальчика жали друг другу руки и, довольные тем, что получили новые знания, расходились по домам. Петя иногда гадал Коле, тот же доставал для него интересную литературу эзотерического содержания. Но сколько не пытался Петя выяснить, откуда его новый друг берёт их, тот лишь отшучивался и говорил, что поищет ту или иную книгу, если Петя просил что—то конкретное. В основном те книги, которые приносил Коля, были довольно подробные и, как казалось обоим, подлинные и несли в себе реальную силу белой магии. Так незаметно для обоих пролетел первый месяц лета. Но однажды случилось в их жизнях одна находка, которая полностью изменила их жизни навсегда.

– Братан!

– Братан!! – раздалось повторно уже с громким свистом.

Петя выглянул в окно.

– Чего разорался в такую рань? – спросил он у явно взволнованного чем—то Коли, который, по всей видимости, не спал как минимум пару дней.

Петя знал, что Коля в последние пару недель стал читать какие—то книги, но не думал, что он настолько увлечётся этим процессом.

– Впусти и скажу. А то, что я буду, как блаженный, на всю улицу орать.

– Ты время видел? – также спокойно и сонно спросил Петя.

Он уже успел привыкнуть к характеру своего нового друга. И мальчик пошёл открывать калитку. Потому что он понял, что дело действительно важное. Иначе бы Коля, при всём своём неусидчивом и даже взрывном характере, не пришёл бы к нему в четыре часа утра. А ведь ему нужно было пройти без малого семь километров. А сейчас было видно, что он бежал – весь потный и красный, в накинутой наспех кожаной куртке, даже берцы, начищенные обычно практически до блеска, были заляпаны грязью, причём как засохшей, так и свежей. А это значит, что он бежал, особо не разбирая дороги, и местами сокращал путь, через клумбы и лужи, которых было много из—за недавно прошедшего дождя. Когда Петя открыл калитку, Эльза, разбуженная таким громким появлением Коли, недовольно посмотрела на обоих и пошла досыпать в кровать Пети. А Коля чуть ли не ввалился во двор.

– Ты один? – тяжело дыша, спросил он.

– Да, мама уехала по работе, пару недель её точно не будет.

– Отлично! – с этими словами он бесцеремонно поволок досыпавшего на ходу Петю в дом.

Закрыв дверь, Коля достал из своего потрепанного временем рюкзака, старинную, тонкую книжицу.

Петя с непониманием уставился на него.

– И чего ты в такую рань нёсся сюда? Чтобы показать мне эту книжку? – с сарказмом в голосе спросил он, параллельно зевая во весь рот.

– Это не простая книга! – с жаром произнес Коля.

– А что с ней не так? – заваривая себе крепкий кофе, спросил Петя. – Будешь?

– Нет, спасибо, – как—то отстранённо ответил Коля.

– В этой книге говорится про наш заброшенный дом, который стоит в пяти кварталах от завода, – с заговорщицкой улыбкой сказал Коля и утёрся рукавом кожанки, которую, по всей видимости, он просто накинул на майку.

– Чего? Петя заметно оживился и, взяв из рук Коли книгу, открыл.

– Ну и где тут про этот дом? – Спросил он у своего сошедшего, как казалось, с ума друга, листая страницы и просматривая текст, на удивление выглядевший так, будто только пару часов назад написанный чернилами и пером. Особенно это было странно видеть в сочетании со старыми, потрёпанными страницами. Они же выглядели так, что, казалось бы, дунь посильнее – и рассыпятся.

– Да не тупи ты! – Сказал Коля и бесцеремонно отпил из кружки Пети кофе.

– Вот, смотри! – воскликнул Коля и показал на страницу, где была описана местность возле заброшенного ещё во времена перестройки дома.

– И правда, там ведь часть леса сохранили, – сказал ошарашенный Петя, который теперь решил твёрдо выяснить, откуда Коля берёт такие книги.

– Ну вот и читай, – пробормотал Коля, который уже присосался к бутылке с водой, стоявшей на столе.

– Петя читал и по мере того, как в его уже проснувшийся и работающий в обычном режиме мозг поступала информация, глаза его начинали блестеть огоньком интереса и азарта.

– И что дальше? – спросил он, уже предчувствуя, что услышит.

– А то! Там написано, что там есть коридор в другой мир! – воскликнул Коля.

– Ну что? Проверим? – с энтузиазмом полу спросил, полу утвердил Коля.

– Пойдём! – с не меньшим азартом в голосе и глазах сказал Петя.

Наскоро перекусив, они отправились в тот дом. Пока они шли, ни один из них не проронил ни слова. Оба как будто бы чувствовали, что их ждёт впереди. Когда они пришли, то наткнулись на закрытые на амбарный замок двери. Осмотревшись, оба поняли, что и окна тоже все заколочены жестяными листами.

– И что теперь делать? – спросил Петя.

– Подумаешь, закрыто, – подозрительно беззаботно сказал Коля.

– Здесь обычный навесной замок. Я такие замки уже давно вскрывать в две минуты научился.

– И где же это ты курс юного медвежатника прошёл? – с иронией спросил Петя.

– А ты пошатайся пару лет по заброшкам – и не такому научишься, —хмыкнул Коля. – Вот, смотри. – и извлёк на свет отмычки.

– И зачем ты их с собой взял? – немного недоумённо спросил Петя.

– Привычка, – пробормотал Коля, возясь в замке.

Через пять минут всё было готово.

– Дамы вперёд, – с язвительной ухмылочкой пробормотал Коля.

Петя же молча прошел вперёд, и Коля прикрыл за ним дверь.

Они выбрали самую просторную комнату, Коля достал книгу и начал читать заклинание. И как только он прочитал последние слова, пространство с треском разрываемых тряпок сначала стало похоже на марево, которое исходит от разгорячённого асфальта в жаркий летний день, а потом и вовсе прорвалось, и мальчики увидели по ту сторону лес. Оба молча смотрели в портал.

– Ну что? Пошли? – спросил Коля дрожащим и срывающимся от волнения голосом.

– С ума спрыгнул!? – сказал бледный и заикающийся Петя.

– Да шучу. Не ссы. Ладно, пойдём. Он скоро сам закроется, если не входить. Так в книге написано, – нервно и отрывисто сказал Коля.

И он убрал книгу обратно в рюкзак. Но надеть не успел.

Мальчики услышали резкий хлопок двери.

– Внимание! Это полиция! Выходить по одному!

Они машинально попятились назад и, запутавшись в ногах, упали. В спешке поднимаясь, Петя случайно опёрся на ножны, которые, как обычно, были закреплены на поясе Коли; и когда мальчики судорожно вставали, крепление, держащее нож, оторвалось, и он выпал. Но они этого уже не видели, оба юноши случайно попали в портал, и тот моментально закрылся над ними.

***

Когда мальчики открыли глаза, они им не поверили. Коля и Петя оказались в абсолютной тьме. Это была именно тьма. Всепоглощающая, необъятная и беспросветная. Здесь не было ни звуков, здесь вообще ничего не было. И мальчики заорали так, как ещё никогда в жизни не орали. Но удивительно, они точно знали, что они кричали, они ощущали, как напряглись голосовые связки, как из горла вылетел этот вопль первобытного, животного ужаса. Но они ничего не услышали.

«Неужели оглох», – подумал Петя.

«Что это за место? И почему здесь не распространяются звуки?» – подумал Коля.

Но так летели они совсем недолго. Вскоре каждый из них увидел, как перед глазами постепенно начинает загораться свет. Но это был не выход из этого странного меж пространственного коридора. Это было нечто иное. Мальчики это поняли, как только каждый из них угодил в это свечение. И там было видение. Для каждого своё. Коля увидел, как его в пылу драки убивает самодельным копьём Петя, который успел его схватить с земли на долю секунды раньше, чем он. Петя в этом видении без тени сомнения и раздумья вонзил копьё прямо в грудь Коли. После чего спокойно вытащил его и ушёл в белизну небытия. А Коля остался там умирать.

Петя же увидел, как Коля толкает его с высокого обрыва, прямо на острые скалы. Он сделал это специально. Ведь разве стал бы он смеяться, глядя, как тот летит навстречу своей смерти?

Всё это пронеслось у них перед глазами за несколько секунд, но каждый из них успел осознать, что нельзя доверять друг другу. И вот, когда и видения, и свет исчезли, то оба ощутили, что падение замедлилось, и постепенно они и вовсе остановились, и растянулись на чём—то мягком и тёплом, а вокруг них начинал проступать из тьмы тот самый лес, который они видели в доме.

Глава 4

Оба мальчика лежали на траве и уже начинали приходить в себя.

– Что произошло? – спросил Петя. – Где мы?

– Мы там, куда попали, – мрачно ответил Коля.

И зло, даже с ненавистью и глубочайшим разочарованием во взгляде посмотрел на своего уже бывшего друга. Тоже самое он увидел и в глазах Пети. Оба мальчика почему—то испытывали друг к другу непреодолимую, жгучую ненависть. Сейчас она заполняла практически всё их сознание.

– Давай залезем на деревья и посмотрим, вдруг, где рядом есть деревня, ну или какой—нибудь охотничий лагерь, – прошипел Коля, чуть ли не скрипя зубами.

Всё его сознание сейчас буквально кричало: «Убей! Убей этого гадёныша!».

– Разумно, – согласился с ним Петя, испытывая аналогичные чувства.

И они, выбрав себе по дереву, взобрались на их вершины. После пятиминутного рассматривания довольно однообразного пейзажа они оба спустились и сказали в один голос:

– Ничего, только лес до горизонта.

– Слушай, а вдруг весь этот мир и есть один сплошной лес? – сказал Петя.

– Ага, а мы тут единственные люди, – как—то настороженно продолжил мысль Пети Коля и раздражённо сплюнул.

После этих слов оба мальчика машинально вслушались в лес. Никаких звуков, или намеков на оные, которые бы говорили, что здесь есть люди. Только шелест деревьев да пение птиц. Кстати, странное пение, они никогда не слышали ничего похожего.

– Я думаю, нам лучше разделиться, – сказал Коля. – Так мы быстрее найдем что—нибудь полезное. Или кого—нибудь.

Внешне он был спокоен. Но он понимал, что ещё минута в обществе этого урода, и он схватится за нож.

– Логично, – согласился Петя, борясь с желанием немедленно броситься на Колю и выдавить ему глаза.

– Давай так, расходимся сейчас, а к закату встречаемся здесь же – предложил Коля.

– Давай, – легко согласился Петя.

Оба мальчика знали, что они не собираются возвращаться сюда. «Пусть ждёт хоть до смерти, а я жить хочу», – думал каждый из них, уходя в глубины неизвестного и, как каждому хотелось верить, самого обычного леса.

***

Петя шёл мрачный и растерянный.

«Ладно, от палача своего я спасся, – думал он, бредя по лесу. – но теперь нужно выбираться из этого леса, если это, конечно же, вообще возможно».

И он начал кричать и звать людей на помощь. Так прошло минут двадцать, и он успел охрипнуть.

«Видимо, и правда никого на многие километры, – подумалось ему. – это плохо, заначит придётся соорудить лагерь, что бы было где посидеть и подумать».

«Ну и не помереть с голоду», – эта мысль пришла немного позже.

Тут в общем лесном безмолвии (даже птицы уже минуты две как замолчали) до него донёсся оглушительный треск кустов.

Что—то огромное пробиралось через них по направлению к Пете. Он быстро нырнул в ближайший куст, благо на нём не было ни шипов, ни разлной ползучей мерзости, облюбовавшей их. Он затаился. И тут неспеша, королевской походкой из кустов вышел огромный… Эм, наверное, всё же кабан. Он шумно втягивал своими огромными ноздрям воздух. К слову, в каждую такую ноздрю Петя бы мог спокойно просунуть голову. А голова у него не такая уж и маленькая, обычная голова. Кабан крутился на месте и что—то искал. Мальчик же в ужасе смотрел на это огромное животное и заметил на спине у этого монстра крылья. Огромные, метров пять, а то и все семь по горизонтали. Он в ужасе смотрел, как это чудовище, нюхая воздух и щурясь свои явно подслеповатые глазки, приближается к его укрытию. И вот когда эта туша была уже в паре метров от него, он не выдержал. Мальчик резко вскочил и заорал что было сил, после чего бросился бежать, не разбирая дороги. Кабан, явно такого поворота событий не ожидавший, впал в ступор, правда, всего на несколько секунд. После чего, наверное, расценив мальчика как неплохой перекус, бросился за ним. Кабан с ревом нёсся за Петей. Благо, густо росшие деревья не позволяли ему взлететь. Но это не сильно—то помогало Пете. Кабан стремительно приближался, где—то просто бежал, где—то не проходил, а где—то просто сметал молодые или старые деревья своей тушей с пути. Те с треском и грохотом падали на землю. И вот, когда Петя уже слышал его сопение и топот копыт по сухой земле, увидел огромный, видно, многовековой дуб. Он вскарабкался на него с фантастической скоростью и ловкостью. Любой акробат умер бы на месте от зависти. Кабан со всей дури врезался своим лбом в дуб, тот ощутимо тряхнуло, но он выдержал, даже не скрипнул. Животное попыталось достать мальчика ещё раз, но с тем же результатом. Тогда кабан обиженно ревя, что его обед оказался таким невоспитанным и вместо того, чтобы самому лезть в его пасть, прячется на дереве, лёг и стал ждать.

«Ну всё, мне конец, – подумал Петя, забираясь на толстенную, в три Пети обхватом ветку. – Не эта тварь сожрёт, так с голоду помру».

И его охватила такая апатия, что ему как—то разом стало всё равно. Он просто сидел и ждал.

«Ну не будет же он тут и в самом деле вечно сидеть», – думал Петя, уже, по ощущениям, часа четыре сидя на ветке и смотря на вольготно развалившегося под деревом монстра, размерами походившего на маленький автобус.

Кабан же злобно смотрел на него своими глазами—фарами.

Коля, услышав шум падающих деревьев и ещё какие—то трубные звуки, злорадно улыбнулся.

«Так тебе и надо, предатель, пусть тебя что—нибудь сожрёт в этом лесу», – промелькнула эта злобная мысль у него в голове.

И тут же до него дошло.

«А какое животное может издавать такой полу рёв, полу визг? Похоже, что очень большое и злобное существо. А значит лучше не орать, как этот полудурок, а вести себе как можно тише. Да и лагерь на земле теперь будет проблемно развести», – с этими мыслями Коля шёл дальше, но теперь стараясь вообще не шуметь.

Ближе к закату он нашёл подходящую полянку, окружённую огромными и, судя по виду, очень мощными деревьями.

– Как раз вовремя, – сказал Коля и, выбрав дерево с самыми широкими и толстыми ветвями, принялся взбираться наверх.

После того, как его восхождение на середину дерева было закончено, он решил, что сегодня переночует прямо так, а завтра примется за обустройство своего временного жилища. То, что оно будет временным, он не сомневался. Он привык полагаться только на себя и свой нож. С этими мыслями мальчик решил достать его и заточить какую—нибудь ветку, чтобы совсем без дела не сидеть. Но его рука обнаружила лишь пустые ножны. Коля с ужасом посмотрел на пояс. Так и есть, ножа там не было, как и ремешка фиксатора. Он молча смотрел на осиротевшие ножны и материл Петю на все лады и всеми матерными и не матерными, но звучавшими неприлично словами, которые только знал. Правда, материл в мыслях, так как боялся произвести хоть один лишний звук.

Как раз ночью некоторые хищники выходят на охоту. А теперь, когда он остался без своего счастливого ножа, он ощущал себя абсолютно беспомощным и жалким в этом странном и, по всей видимости, очень страшном и опасном мире.

– Не время нюни распускать, – сказал он сам себе.

«Если когда—нибудь я всё же встречу его, голыми руками удавлю», – думал до жути расстроенный Коля.

Этот нож был особенным. Он никогда и никому не говорил, как этот нож попал к нему. А сейчас он отчётливо вспомнил, как отец, бывший десантник, подарил ему этот нож на его четырнадцатый день рождения. Он сказал ему тогда:

– Сынок, я дарю тебе свой счастливый нож. Он однажды спас мне жизнь. И я надеюсь, что ты сможешь осознать всю ответственность, которая следует за владением этим оружием. И если ты будешь за ним ухаживать и заботиться о нём, а также если ты сможешь совладать с его силой, то ты сможешь совладать и с своей внутренней силой и ответственностью за поступки. Ты намного сильнее душевно, чем ты сам думаешь. Помни это и храни нож, и тогда он станет для тебя неким ориентиром по жизни. Когда будешь стоять на развилке и выбирать, как двигаться по жизни дальше, то вспомни про этот нож и задай себе вопрос: а как поступить правильно? И тогда ты сможешь сделать правильный, хоть и трудный выбор.

После того вечера Коля никогда не расставался со своим ножом. Он ухаживал за ним, и даже смастерил для него эти ножны, где сам и вышил эту самую фразу: «А как поступить правильно?»

Но теперь этот урод Петя лишил его того, что он так тщательно оберегал и хранил.

«Но этот чёртов ремень, ведь его, чтобы так оторвать, нужно было сильно и специально дёрнуть. Он это специально сделал, чтобы самому забрать себе нож», – билось в голове Коли.

Но тут же эту волну злобы и слепой ярости в нём погасил взгляд на ножны. Мыслей больше не было, как и вообще эмоций. Он просто прислонился спиной к толстенному стволу и, закрыв глаза, погрузился в глубокий, но тревожный сон, без всяких снов.

Глава 5

Утром Петя проснулся и обнаружил, что кабана уже нет под деревом, однако он сразу не стал спускаться.

«Мало ли, затаилась эта туша, где—нибудь поблизости и ждёт, пока я сам спущусь к нему на завтрак в виде главного блюда», – подумал он.

Так он просидел на этом дереве ещё один день, слушая, как урчит его пустой живот. К тому же дико хотелось пить. А есть жёлуди, которые висели тут в изобилии, он пока не решался.

«Мало ли какие тут жёлуди растут», – думал он, разглядывая один такой, по размерам походивший на маленькое яблоко и бросая его вниз.

У Коли день выдался более насыщенным. Он проснулся от того, что солнце светило ему прямо в глаза. Потянувшись со сна и ещё раз проверив пустые ножны, он грустно вздохнул, закрепил их обратно на пояс, после чего принялся спускаться. Это оказалось тяжелее, чем карабкаться наверх. Ветки располагались так, что для того, чтобы по ним перемещаться, ему требовалось провисать на руках и прыгать на ветку.

«Подтягиваться намного легче», – думал он, спускаясь вниз.

«Итак, – сказал он сам себе. – Раз за эту ночь меня не съели и даже не попытались, то выжить здесь можно. Главное сейчас – это найти источник воды и какой—нибудь куст с ягодами, например. Надеюсь, не помру от местных ягодок».

«Как же жаль, что я никогда не бывал в походах», – думал мальчик, отправляясь искать воду. – Да даже если бы и бывал, что с того? Здесь даже деревья другие. Самое маленькое, которое я видел в этом лесу, было высотой с трёхэтажный дом. Значит и ягоды в этом месте другие», – бурчал он сам себе под нос, внимательно вслушиваясь и вглядываясь в окружавший его пейзаж.

– Ну что же, придется положиться на удачу, – это он уже сказал вслух, правда, очень тихо, практически одними губами.

«Главное, не встретить никого из местных обитателей», – подумалось Коле с откровенным страхом.

Так мальчик провёл полдня, настороженно вслушиваясь в каждый шорох и шарахаясь по кустам и деревьям от всякого звука, который не был похож на шелест листьев или пение птиц, которых тут было в избытке. То тут, то там попадались ему на глаза ранее не виданные птицы.

«Как жаль, что нет моего ножа. Парочку бы точно сбил метким броском. Ведь не зря же меня отец учил этому полезному делу. Но чего нет, того нет», – с грустью подумал Коля, в очередной раз вспомнив о пропаже ножа и проводя рукой по ножнам.

И вот, под вечер, когда он уже отчаялся найти хоть какой—нибудь никчемный ручеёк, до его ушей донеслось слабое, едва слышное журчание воды. Коля радостно бросился бежать на звук. А тот становился всё отчётливее. И вот наконец, окончательно дорвав и без того грязную и местами порванную одежду, он выбежал к ручью. Но попить не успел. Стоило уставшему и измождённому, а соответственно уже с трудом адекватно мыслившему мальчику подойти к живительной воде, как из—под неё с шумом вынырнула какая—то то ли рыба, то ли ящер—переросток. Существо схватило птицу, которая пролетала над рекой, в надежде поймать какую—нибудь рыбку. Коля тут же ощутил, что пить ему не так уж сильно и хочется. Голодный, оборванный и с ужасной жаждой, он вернулся к своему убежищу и начал карабкаться наверх, обдирая и без того расцарапанные, местами до крови, руки. Он мысленно ругал себя за непредусмотрительность, что пока искал воду, ничего больше за этот день не сделал. А ещё он размышлял, как теперь добывать воду, если там плавает по меньшей мере одна такая вот рыба. Пока размышлял, сам того не заметив, уснул.

***

На утро третьего дня Коля придумал, как ему набрать воды. Он спустился с дерева, заранее разорвав свою майку—безрукавку на две части и обмотав ей руки. Найдя камень потяжелее и хоть немного острый, юноша принялся снимать кору с ближайшего дерева. Что бы снять цельный кусок коры, подходящий по размеру, у него ушло много времени и пота, запас жидкости в организме приблизился к критическому. Вскоре у него закружилась голова, что, впрочем, быстро прошло. Кора оказалась молодая и гибкая. Придав ей форму чаши Коля, попытался перевязать её той же корой, но она постоянно рвалась. И, в конце концов рассудив, что в данной ситуации уже не до осторожности, мальчик принял довольно смелое решение. Ведь скоро он вполне может умереть от жажды и голода. Впрочем, жажда мучала куда сильнее. И Коля направился к реке. Подойдя к ней и сложив кору в чашу, и, сжав её по бокам руками, очень быстро зачерпнул воды. Ничего не случилось, и он начал жадно пить. Пил он долго и много, пока не напился.

– Теперь нужно найти еду, – сказал он сам себе, утирая ладонью живительную воду с губ. Он осмотрелся. На глаза ему попался пышный куст, усыпанный крупными красными ягодами. Но он не бросился сразу их есть. Наоборот, сел и начал смотреть на этот куст.

«Если птицы будут есть их, значит, и для меня они будут безопасны», рассудил он.

Желудок, который уже третьи сутки изнывал от голода, непрерывно и громко ворчал. Коля старался не обращать на это внимания, но получалось плохо. Есть хотелось неимоверно. И вот, когда утреннее ласковое солнце сменилось палящим дневным, прилетели несколько птиц и стали клевать ягоды. Коля увидел, что они спокойно едят ягоды, после чего улетели. Мальчик, радостный и счастливый, подошёл к кусту и начал есть. Насытившись, он понял, что ещё полно времени и он может начать заниматься постройкой шалаша.

Петя тоже зря времени не терял. Он не спал всю ночь и всматривался, вслушивался в темноту ночи. Но так ничего и не услышав, и не заметив, наутро он отважился слезть с дерева. Голод и жажда по—прежнему терзали его.

– Нужно срочно найти еду и воду, – сказал мальчик сам себе.

И ему повезло. Спустя примерно час юноша наткнулся на озеро. Но пить оттуда боялся.

«Это если на земле такие вот свинки водятся, то кто может быть в воде?» —подумал он.

Но делать нечего. Для верности бросив в воду парочку камней и убедившись, что ничего не произошло, он отважился наклониться и попить воды. После того, как жажда была утолена, ему захотелось есть ещё сильнее, чем до этого. Живот скрутила голодная судорога. Но вскоре отпустила. Побродив вокруг и не найдя ничего съестного, он всё же решил попробовать жёлуди, вернувшись к дубу и кое—как вскарабкавшись на него.

«М—да, зря я забивал на уроки физкультуры», думал он, взбираясь на уже облюбованную ветку.

Сорвав несколько желудей, прожевав, Петя скривился и выплюнул их.

– Фу! Ну и кислятина, – пробормотал он, отплевываясь.

Со второй попытки он—таки смог заставить себя съесть немного желудей. О чём в скорее пожалел. Ближе к вечеру мальчика прохватил дичайший понос.

«Благо, ещё решил спуститься и осмотреться», – думал он, сидя в кустах и настороженно вслушиваясь в окружающие его звуки.

Когда же отпустило, то он закидал то, над чем так усердно работал его организм вот уже как минимум минут тридцать, разными листьями, веточками и поспешил убраться от греха подальше.

«Мало ли какая тварь придёт на запах, – подумалось ему. – А мне вот совсем не хотеться смотреть, какая ещё в этом зоопарке водится живность».

С этими мыслями он залез на своё дерево и стал думать, как бы найти чего—нибудь нормального. А то такими темпами не от голода, так от поноса помрёт. А ещё он думал, что совсем нелишним было бы соорудить какой—нибудь шалаш.

Однако все подходящие по толщине ветки оказались слишком прочными, и сломать их без инструмента было нереально. Тут ему вспомнился Коля с его силой. Хотя даже если бы они и не разошлись, врали друг другу, он не смог бы тут помочь. Да, Коля был сильнее, чем он, однако его нельзя было назвать накачанным человеком.

– Ну да ладно, одними мыслями сыт не будешь. – сказал Петя сам себе и отправился искать какие—нибудь ягоды.

Учитывая, что солнце уже давно вошло в зенит и палило как не в себя и что ему до сих пор было как—то плоховато после этих чёртовых желудей, эту разведку местности мальчик счёл далеко не самой приятной. Впрочем, у него вообще ещё не было ничего приятного в этом долбаном лесу.

«Да твою ж мать! – в мыслях кричал Петя. – где в этом проклятом месте хоть какой—нибудь куст с чем—нибудь съедобным!?»

Он шёл, уже даже не обращая внимания, куда идёт. Селиться на дереве с этими желудями ему совсем расхотелось, и он решил найти себе дерево менее зловредное и более удобное в плане влезания. Темнело, и он, так ничего и не найдя, кроме кучи грибов странного вида и запаха, которые есть не решился, хотя есть хотелось дико. Он решил переночевать на одном из исполинских деревьев, которое показалось ему самым удобным. Взобравшись наверх, юноша осмотрелся и, к своему счастью, заметил дерево, буквально усыпанное орехами. Он как мог быстро спустился с дерева и пошёл не торопясь, уже по привычке вслушиваясь в каждый шорох и внимательно смотря под ноги. Дошёл он до дерева уже в ночной темноте. Как хорошо, что тут у всех деревьев ветки растут на уровне его роста. Правда, залезать на каждую было очень тяжело, особенно после трёхдневного голода и недавно случившегося с ним несчастного случая. Но всё же превозмогая боль в расцарапанных руках и местами сбитых коленках, добрался до первых ветвей, на которых росли орехи. Немедля ни секунды, мальчик начал их быстро колоть прямо руками и есть. Быстро заболела челюсть, но Петя не обращал на эту мелочь внимания. Он наконец—то нашёл себе еду. Насытившись, ощутил, как ему хочется спать. Прошлая бессонная ночь и напряжённый день, и они давали о себе знать весь этот день жуткой сонливостью и головной болью. Но тогда, когда он искал еду, чтобы не умирать с голоду, его мозг был полностью занят вопросом выживания и не обращал на все это внимания. А сейчас же, когда запас еды и воды в организме был восстановлен, мозг принял решение об отключении и Петя моментально уснул, кое—как устроившись на той ветке, на которой и сидел.

У Коли же день прошёл не так продуктивно, как у его бывшего друга. Весь остаток дня мальчик пытался наломать веток на шалаш. Но ничего из этого не вышло. В этом мире деревья были чрезвычайно крепки и их исполинские ветви не были исключением.

– Ну и пёс с тобой! – задыхаясь от усталости и возмущения, пробормотал Коля. – Сейчас тепло, и мне этот шалаш вовсе не нужен.

С этими словами он и уснул.

Глава 6

В таком же темпе мальчики провели в совсем новом, как им уже казалось, доме две недели. И что удивительно, за всё это время ни одной новой твари им не встретилось. Только где—то вдали кто—то постоянно ревел, визжал и издавал совсем уж непонятные звуки. Лес жил своей обычной жизнью. Но что уже начинало тревожить подозрительного Колю, так это тот факт, что он не то чтобы не видел нового зверья, так даже и не слышал его поблизости. Даже то существо в реке никак себя не проявляло. Дни стояли долгие, жаркие, свою чёрную кожаную куртку Коля уже давно снял и оставил на дереве, поскольку в такую жару ходить в ней было невыносимо. Лишь иногда проходил небольшой дождь. Но от этой мороси успешно спасали листья дерева, которое юноша уже начинал считать своим новым домом. За всё это время он уже пять раз пытался найти ту поляну. Но ничего не вышло. Все поляны казались ему одинаковыми. Мальчик также пробовал вспомнить то заклинание, которое произносил тогда. Но тоже безрезультатно. Он проклинал того идиота мента и ту дрянь, которая его вызвала.

– Ну не мог ты ещё десять минут посидеть у себя в кабинете и попить чаю!? – Бормотал он каждый раз, когда понимал, что очередная попытка отыскать выход обернулась неудачей.

«Но что случилось, того не изменить», – приходила в следующую секунду эта довольно простая мысль в голову парня.

«Похоже, я и вправду здесь единственный человек», – думал каждый из мальчиков практически каждую ночь перед сном. То, что его бывший друг уже давно мёртв, не сомневался ни один, ни другой.

«Это ещё хорошо, что здесь сейчас лето – и ночи тёплые, и ягод полно. А как быть зимой? И часть осени?» – как—то посетила мысль обоих пленников этого мира.

«Нужно сделать копьё», – подумал Коля и усмехнулся про себя. – Вот так—то. Я обманул смерть», – думал он, подбирая единственную толстую ветку, которую смог сломать.

Оказалось, что у всех местных деревьев ветви примерно до середины по прочности не уступали камню. Но вот выше их уже, хоть и с огромным трудом, но можно было сломать. Правда, всегда был огромный риск свалиться вниз и если не разбиться, то переломать себе все кости и медленно умирать. В общем, Коля отломал одну ветку, но когда понял, что на большее рассчитывать не придётся, не выбросил её, а оставил, на всякий случай.

– Вот и пригодилась, – пробормотал Коля.

А ещё он думал о том, куда будет складывать добытое мясо, ведь при такой жаре оно сгниёт. А постоянно ходить на охоту ему не хотелось. И тут он вспомнил, что его покойная прабабушка рассказывала ему, что, когда они жили на Камчатке без всяких холодильников и прочего, они откапывали в земле яму и складывали мясо туда. И оно себя чувствовало не хуже, чем в холодильнике. Правда, для этого нужен лёд. Допустим, зимой лёд найти будет не проблема. А осенью ещё всякая животинка бегает.

– Решено, – сказал Коля сам себе и принялся мастерить копьё. Для острия он использовал всё тот же камень, которым он иногда снимал кору со своего дерева, чтобы сделать очередную пародию на чашу.

–М—да, не фонтан, – сказал он, подбирая с земли ещё один камень. Но как только мальчик взял свой наконечник для копья и принялся затачивать его о только что подобранный камень, точильный камень с пронзительным визгом выдвинул откуда—то маленькую, уродливую мордочку и попытался укусить мальчика. Тот машинально отшвырнул существо подальше в кусты.

«Вот тебе и камень», – думал он, смотря, как существо поднимается на костлявые лапки и уползает прочь.

Он подозрительно осмотрелся и прислушался. Вроде тихо, никого.

Подобрал с земли соседний камень, предварительно попинав его своим изорванными и грязными берцами. После этого Коля взял его и попытался снова заточить будущее остриё копья. На этот раз камень остался камнем и не предпринимал попыток сбежать. Но на всякий случай осторожный юноша залез обратно на дерево, прихватив с собой и камни. Карабкаться наверх с довольно увесистыми камнями в карманах оказалось не самой простой задачей. Пару раз пришлось возвращаться, так как они выпадали. Но в итоге ему всё же удалось это сделать. Сидя на дереве и, наверное, уже часа три точа камень о камень, он услышал, как к его дереву что—то подходит, ломясь через лес. Это что—то, судя по издаваемым звукам, было как минимум раза в три больше самого Коли. Он затаился и ждал. Спустя 142 секунды Коля от страха начал считать в уме. На поляну вышло нечто отдаленно напоминающее медведя гризли. Только вместо шкуры у зверя была толстая и упругая кожа, а размерами оно больше походило на небольшой автобус. Также на морде существа имелись небольшие, но, надо полагать, очень острые бивни, во всяком случаи они были изогнуты как бивни мамонта, которые Коля как—то видел в музее. Существо принюхалось и, зарычав, стало отходить обратно в лес.

– И что это было? – спросил сам себя Коля. – Неужели запах незнакомого существа мог напугать зверя? Хотя, я здесь уже достаточно давно и продуктов своей жизни деятельности оставил тоже немало… Возможно, здесь повсюду мой запах. Вполне возможно, что это существо решило, что здесь поселилась стая неизвестных ему существ. Тогда понятно, что оно так занервничало.

Кстати, о запахе. Я уже третью неделю не мылся, зато потел очень активно. Не мешало бы и искупаться. А то ещё чего—нибудь заведется.

С такими незатейливыми мыслями мальчик спустился с дерева и отправился на речку.

«Но сначала копьё», – одёрнул он себя на полпути с дерева.

Лучше иметь в этих лесах хоть какое—никакое, а оружие.

С этими разумными мыслями мальчик вернулся на дерево и продолжил затачивать камень. Уже поздним вечером Коля закончил и осмотрел свою работу.

– М—да, не фонтан, – повторился он, глядя на кривой, но на вид довольно прочный наконечник.

Попробовал его на остроту.

«Ну, неплохо. Не зря я точил ножи по нескольку часов», – подумал он и лёг спать. Завтра предстояло придумать, чем закрепить наконечник на основании.

***

Петя же придумал другой способ добыть себе запасов на зиму. Помня о габаритах местных кабанчиков, он не рискнул бы выйти против такой вот туши, не имея под рукой как минимум крупнокалиберного пулемёта, причём с бронебойными патронами.

«Но уж чего мне не видать в ближайшее время, а возможно, больше и никогда, так это всего того, что изобрёл человек, – грустно подумалось ему. – Разве что я сам сподоблюсь сделать что—то, что делали ещё пещерные люди. Например копьё. Но это уж совсем смешно», – подумал он и сразу же прогнал эту глупую мысль из головы.

«Но добыть другой еды, помимо уже порядком надоевших орехов мне необходимо. А то так точно помру от авитаминоза», – думал Петя параллельно с тем, как решить продовольственную проблему.

«Огня тут не разведёшь, а значит и мясо жарить не нечем. Значит, нужно запастись ягодами. Тоже не прокатит, – со вздохом проговорил он. – Это ж где я буду столько ягод хранить? Да и где я насобираю их столько? Чтобы хватило хотя бы на 4 месяца? Значит, нужно решить проблему мяса и огня», – пришёл мальчик к логичному завершению мысли.

«Но как? Кремень—то тут под ногами не валяется, – думал он и машинально продолжал колоть орехи и отправлять их горстями в рот. – Древние люди, которые уже начинали осваивать огонь, просто ждали, пока в какое—нибудь дерево ударит молния, приносили горящую ветку в жилище и разжигали очаг, а потом просто постоянно его поддерживали, – вспомнилось ему вдруг. —Но у меня нет этой возможности, так как огонь погаснет в первую же ночь, как я усну. А значит, мне нужно придумать, как разводить его постоянно самому».

Глава 7

Проснувшись, Коля начал думать, как закрепить остриё на основании.

– Древние люди использовали жилы убитых ими животных. Но вот парадокс. Что бы убить животное и добыть жилы, мне нужно копьё. М—да, замкнутый круг идиотизма, – проговорил он в полголоса, лёжа на ветке и глядя в густую крону дерева, в которой время от времени проскакивали какие—то меленькие зверьки вроде белок, только по размерам они больше напоминали крупных домашних котов.

И тут он вспомнил о живом камне. Обрадовавшись тому, что ему пришла хоть какая—то дельная идея, он ловко спустился с дерева, параллельно отметив, что уже намного лучше и быстрее научился подниматься и спускаться. Спустившись с дерева и осмотревшись, он не обнаружил вообще ни одного камня рядом с собой. Странно, вроде вчера были, но тут он заметил огромные следы. Впрочем, следы были очень похожи на человеческие, только человек этот весил где—то килограммов под двести. Слишком уж глубокие они были, а ещё было на них что—то наподобие кошачьих подушечек, чтобы когти втягивать. Но существо явно обладало ступнями и передвигалось на двух конечностях.

«Интересно», – подумал Коля.

– Но лучше я пока займусь поиском этих каменных черепах, – это мальчик сказал уже вслух. В последнюю неделю у него развилась странная привычка – он начал разговаривать сам с собой. Хотя и до этого такая привычка проявляла себя в его жизни довольно активно, в последнее время это стало уже постоянным. Каждое своё действие или мысль он обговаривал сам с собой в голос или в уме. Но причины этого интересовали Колю сейчас в последнюю очередь.

– Сейчас я должен выжить, а потом уже разберусь со своими тараканами в голове, – сказал он сам себе. И отправился на поиски каменных черепах.

Довольно долго он находил только самые обычные камни. Но его упорство привело к тому, что юноша нашёл—таки искомое животное. Оно лежало на поляне и грелось на солнце. С виду самый обычный камень, каких тут сотни по округе валяется. Только если такой камешек пнуть посильнее, то он начинает визжать и пытается убежать, впрочем, безрезультатно. Животное было поймано. Но, поняв, что сбежать не выйдет, втянула все конечности под свою броню и снова стало похоже на камень. Попытки понять, где здесь отверстие и куда прячется голова, ни к чему не привели. Попытки просто расколоть этот панцирь другими камнями также были безрезультатны. Проклятая броня этого, в общем—то, забавного существа была крепче любого камня. И вот, когда Коля уже отчаялся получить заветные жилы, а его лицо покрылось красными пятнами от бешенства, а во взгляде читалось желание убивать всё, что способно двигаться, то он сообразил.

Раз ты притворяешься камнем, значит, возможно, и плавать—то не можешь, и поэтому утонешь!

И с этими мыслями он пошёл к реке, уже на автомате прислушиваясь к каждому шороху и шарахаясь по кустам от всех, которые казались ему подозрительными. А один раз ему пришлось спешно, но очень тихо пятиться назад в кусты. Ведь прямо поперёк дороги лежало то существо, следы которого он видел у своего дерева. Колю поразило увиденное. У существа практически оторвана голова, разорвано в куски брюхо и внутренности наружу, а оно повернуло голову к Коле и даже оскалилось. К реке он вышел ближе к вечеру, очень уставший и нервный, помня о существе, которое видел здесь в первый раз. Убедившись, что оно либо сдохло, либо сменило водоём довольный мальчик опустил существо под воду. И оно не заставило себя долго ждать. Практически сразу оно высунуло голову и начало изворачиваться в руках своего палача и пытаться сбежать. Прошло пару минут, существо обмякло и перестало трепыхаться. Коля достал из воды уже мёртвую зверюшку. Достав из своего практически всего дырявого кармана остриё, он принялся с его помощью разделывать животное. Оказалось, что если отрезать голову и посильнее ударить в то место камнем, то панцирь практически сразу разваливался пополам. В процессе выяснилось, что панцирь и был телом этой странной черепахи. Под ним не было кожи, зато были внутренности, жилы и тому подобное. Изрядно провозившись и вымазавшись в черной крови, Коля все—таки смог добыть нужные ему жилы. Толстые, длинные и гибкие. Они отлично подошли и Коля наконец впервые за долгое время взял в руки оружие. Следующие два дня он практиковался в метании своего импровизированного оружия и пытался отработать какие—нибудь приёмы боя с копьём.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.