Сергей Волошин
Учебный пункт

1

В приёмной мэра с самого утра – столпотворение. Тут тебе и городские чиновники различного ранга и служб, и руководители предприятий, и предприниматели местного пошиба, и люди статусом пониже, но тоже имеющие важность в территориальной иерархии. Юрий Михайлович и Антон Васильевич – простые мастера из учебного пункта, размещённого в одноэтажном бараке на территории шахты «Николаевской». Чувствуют себя немного неуютно, да и экзотичная проблема, с которой они в этот холодный мартовский день явились на приём к градоначальнику, не входит в его компетенцию. Об этом им сразу сказала кудрявая накрашенная ярко секретарша в обнажающей тонкие коленки чёрной мини-юбке:

– Мужчины, вы только зря потратите время – и своё, и мэра, он не будет заниматься вашим вопросом. Это внутреннее дело вашей шахты, пусть директор и разбирается, или сразу обращайтесь в министерство угольной промышленности.

– Да директор от нас вообще отмахнулся, сказал: «разбирайтесь сами!». А министерство… Эх, вы сказанули! Где мы, а где министр? Считаете, что шансов решить проблему у мэра никаких?

Секретарша элегантно крутнулась на стойке стула, поднялась, открыв одетые в чёрные колготки стройные ноги, чем вызвала умиление в глазах посетителей мужского пола, и попросила Юрия Михайловича и Антона Васильевича выйти за ней. В вестибюле перед приёмной народу было поменьше, но тоже шумно. Расслышать слова секретарши было сложно, так как сказала она очень тихо:

– Мужчины, я при всех не стала говорить, извините. Обратитесь к Маркову, журналисту из газеты «Городской вестник». Я не знаю, какие у него связи, но иногда он такие ребусы распутывает и такие проблемы решает, что даже мэр удивляется. Кстати, мэр его не любит, очень скользкий, неуправляемый мужичок, и критикует постоянно городскую власть. Но очень вам советую к нему, только я вам ничего не говорила. Если возьмётся за дело, то будьте уверены, как бульдог, не отпустит.

– К Маркову? – переспросил Юрий Михайлович, повернувшись к Антону Васильевичу. – Ты знаешь Маркова?

– Ну, приходилось читать его статьи, но лично не знаком, – развёл руками Антон Васильевич.

– А он в каком, извините, возрасте? – спросил Юрий Михайлович у торопящейся вернуться на рабочее место секретарши.

– Не знаю. Я вообще о нём ничего не знаю. Больше тридцати, наверное.

– А он точно возьмётся за наше дело?

– Да откуда же я знаю, мужчина? Обратитесь, я слышала, что он многим помог.

– А кто вообще за ним стоит?

– Вопросики у вас, конечно…

– Некорректные?

– Да такие же, как у мэра, – хитро усмехнулась секретарша. – Тоже на одном совещании как-то озадачивался: кто стоит за Марковым, что он позволяет себе такую свободу действий? И главное – редактор его в этом полностью поддерживает. Наверное, реально кто-то стоит из сильных мира сего. Вы главное обратитесь, там видно будет. Всего вам доброго!

2

Помещение редакции «Городского вестника» размещалось неподалёку, на одной площади с местным «белым домом». В кабинет Маркова на втором этаже – тоже очередь, но явно поменьше, чем к мэру.

– Последняя инстанция, – вздохнула стоящая в очереди женщина. – Если Марков не поможет, больше обращаться не к кому.

– А что у вас за проблема? – сочувственно спросил Юрий Михайлович.

– Сына избили в милиции. Куда только я ни обращалась – везде ответ один – либо сам виноват, либо ничем помочь не могут. В суд подавали – бесполезно.

– А что вы от Маркова хотите? – согнулся в вопросе Юрий Михайлович.

– Да чтобы хоть написал обо всём этом. Чтобы люди узнали, что у нас творится.

– Да-а-а, – печально выпрямился Юрий Михайлович. – И у нас тут беда, надо, чтобы люди узнали, чтобы город забурлил. Ну, и чтобы власть какие-то меры приняла.

Павел Марков – молодой человек чуть больше тридцати лет от роду, высокий, темноволосый, с острым пронизывающим взглядом, тонкими чертами лица – сразу понравился обоим мужчинам. «Вроде, парень боевой», – с удовлетворением подумал Юрий Михайлович. Антон Васильевич по свойственной ему привычке затянул длинную прелюдию об истории учебного пункта, где они с коллегой учат и экзаменуют шахтёров уже лет двадцать. Но Марков быстро пресёк этот монолог и попросил изложить суть обращения двумя-тремя предложениями.

– Вы меня извините, газета – девушка прожорливая, её всё время кормить надо, то есть писать. Поэтому не всегда есть лишние рабочие минуты, чтобы выслушать все прелюдии до конца. Я вам лучше потом наводящие вопросы задам, а ваш учебный пункт знаю, видел, помню, что там магазин смешанных товаров был, мы с другом в школьные годы там пластмассовых солдатиков покупали, – не запинаясь, словно читал по бумажке, скороговоркой сказал Марков. .

– Да-да, был магазин, его потом закрыли, – радостно закивал Антон Васильевич. – Ну, если в двух предложениях, то сегодня утром мы пришли на работу, а здание учебного пункта захвачено посторонними людьми. Всё здание. Замки на дверях поменяны, и уже какие-то строители ломают внутренние перегородки между кабинетами. А нас просто прогоняют.

– Та-ак, – сосредоточенно откинулся на стуле Марков. – И кто это у вас там захватчик?

– А вот тут интересно будет, – перехватил инициативу Юрий Михайлович, пододвинув стул поближе к столу журналиста. – Захватчик – батюшка из соседнего района со своей свитой.

– Священник? Из церкви? – удивился Марков, мелкими буквами сделав запись в блокноте. – То есть под покровом ночи церковники забрались в здание и заняли там круговую оборону?

– Можно и так сказать, – утвердительно кивнул Юрий Михайлович. – Документов никаких не показывают, говорят, что им шахтное начальство разрешило…

– А шахтное начальство что говорит?

– А ничего. Мы – к директору, он – от нас. Машет руками, мол, ничего не знаю и знать не хочу, это его главная бухгалтерша чудит.

– Стоп! Не понял. При чём здесь главный бухгалтер?

– Ну, вроде, она с этим батюшкой в хороших отношениях. Как оно там – мы не в курсе.

– При чём здесь хорошие отношения и государственные фонды недвижимого имущества? И директор не предпринимает никаких мер?

– В том-то и дело…

– Я вас понял. Займусь вашей проблемой. Интересно получается, просто замечательно… – таинственно улыбнулся Марков и провёл авторучкой жирную черту под своими блокнотными записями.

3

Павел Марков жил на дальней глухой окраине города, куда общественный транспорт даже по базарным дням не ходил. Поэтому на работу и с работы приходилось добираться на стареньком, ещё советского производства, велосипеде «Турист». Благо, физическая подготовка у Маркова была отменная – за плечами служба в морской пехоте, игра за сборную города по волейболу, поэтому путь от редакции домой на велосипеде занимал минут двадцать. Звонок домой заботливой жене Валентине, несколько километров интенсивного подъема по городской автотрассе, и – ты уже за столом, на котором клубится паром аппетитно пахнущий разогретый борщ и куриные котлеты.

– Валь, слушай, мы с тобой как-то на эту тему никогда всерьёз не общались, – пережёвывая неподатливую котлету, обратился Павел к занимающейся четырехлетней дочкой супруге. – Ты вообще в Бога веришь?

– Не знаю, Паш, – хмыкнула Валентина. – Чего это тебя пробило на религиозные темы?

– Ну, как не знаешь? Тут вариантов как бы не так и много: или ты веришь или нет, – недовольно пробубнил Павел.

– Ну, а я не знаю. Не придавала этому никогда значения…

– Поговорили, называется…

–Да мне только о Боге и думать! – вскрикнула Валентина. – Тебе есть приготовь, в магазин сбегай, скупись, малую обстирай, да накорми, спать уложи, ещё и на огород надо поспевать. Есть мне время о Боге вспоминать?

– Ладно, не шуми. Нет, так нет, вопрос закрыт, – расстроившись, как намокшая гармонь, просипел Павел.

– А ты веришь? – спросила Валентина.

– Я? – удивился и в то же время немного обрадовался вопросу жены Павел. – Я, можно сказать, агностик. Бог есть, это однозначно. Но человек его не видел и научно доказать его существование не имеет никакой возможности. Разве только метафизически, но это чистая философия, водица, а её никуда не прилепишь, клейкой основы нет.

– Но если Бог есть, то как ты себе его представляешь? – продолжила допрос явно заинтриговавшаяся беседой Валентина.

– Ну, как? Не так, как на картинках рисуют. Бог – это не личность в человеческом образе. Это нечто более масштабное, глобальное, фантастическое, невидимое, неосязаемое, непознаваемое, – мечтательно закатил глаза кверху Павел.

– А я как-то читала притчу о том, что Бог – он растворился и скрылся в каждой душе человеческой, и не только… В каждой живой сущности растворился. Ищет Бога человек то на земле, то на небе, а в своей душе ковырнуться кумеки не хватает. Вот и получается, что если нашёл Бога в себе, то и человеком назваться можно, а не нашёл, то так и будешь слепо блуждать в потёмках, – гордо рассказала Валентина.

– Где это ты такое прочла? – спросил Павел.

– Не помню. То ли в газете какой-то, то ли в журнале, ты их пачками домой приносишь, а сам даже не читаешь…

– Некогда, Валь, всё перечитывать. Завтра, вот, на приём к божьим людям иду. Попытаюсь понять, насколько они божьи.

– Это куда тебя ещё понесёт?

– Да церковники из соседнего района ночью учебный пункт у шахты «Николаевской» захватили. Выгнали сотрудников, чего-то там перестраивают. Надо разобраться, что, к чему…

Павел мысленно уже составил план своего журналистского расследования, и редактор газеты Роман Николаевич его одобрил. Сначала побывать на месте чрезвычайного происшествия, всё сфотографировать, опросить «захватчиков», поговорить с местными жителями – чего слышали, что думают о происшествии. Потом – к директору, после него, возможно, к возмутительнице спокойствия – главному бухгалтеру. Далее – к городскому прокурору, получив его комментарий – сделать звонок в управление религий – и статья практически готова. Разумеется, после публикации, которую необходимо сделать максимально острой, возникнет определённый резонанс, на который предстоит готовить продолжение. Всё стандартно, и в то же время азартно и интересно.

4

Занятый посторонними людьми учебный пункт располагался в одноэтажном длинном бараке, в далёкие довоенные времена служившем в качестве восьмилетней школы. В шестидесятые годы здание школы построили новое – трёхэтажное, просторное, из белого силикатного кирпича. А барак передали промтоварному торговому тресту. Много лет просуществовавший здесь магазин постоянно показывал отрицательную динамику продаж – место неудобное, поток людей малый, а город расширялся, рос, возводились новые универмаги и современные торговые центры. Поэтому магазин в древнем каменном бараке решили закрыть, а здание отдать под учебные классы для молодых шахтёров.

Марков ещё издали увидел, что в бараке идут строительные работы – одетые в спецовки молодые мужчины спешно и шумно выбивали внутри помещения межкомнатные двери и закладывали проходы кирпичом. Часть перегородок между кабинетами была уже демонтирована, образовав просторный зал, посредине которого за установленным на куче битой штукатурки коричневым лакированным столом восседала немолодая особа в повязанном на голове синем ситцевом платке.

– Здравствуйте! – поприветствовал женщину Марков. – Подскажите, с кем можно переговорить насчёт затеянной здесь реконструкции учебного пункта?

– А вы кто? – ворочая массивными губами, грубым голосом спросила особа.

– Журналист Павел Марков, вот моё удостоверение.

– Журналист? А мы журналистов не ждали. Нам плотник нужен.

– А вы кто, позвольте спросить?

– Я Мария Акимовна, казначей.

– Казначей чего, извините?

– Общины нашей церкви всех святых.

– То есть вот это всё сейчас реконструируется в церковь?

– Ну, да. А во что же ещё?

– А шахтёрский учебный пункт где будет?

– А это, молодой человек, не ко мне вопрос. Обращайтесь к отцу Василию, он всё пояснит, расскажет. Но его сейчас нет. Он уехал по делам.

– А вы можете прокомментировать, на основании чьего решения, согласно какому документу сегодня ночью учебный пункт был занят неизвестными людьми, и кто дал разрешение на проведение реконструкционных работ?

– Я ничего комментировать не могу. Нет таких полномочий.

– А полномочия находиться здесь, в государственном здании, у вас есть?

– Этого я вам тоже сказать не могу.

– То есть документов у вас никаких нет?

– Есть. Но они у отца Василия. А его сейчас нет.

– Тогда давайте с вами договоримся так: сегодня в редакции я жду либо лично самого отца Василия, либо его полномочного представителя, вот мой телефон, пусть предварительно позвонит мне, – Марков деловито протянул женщине свою визитную карточку, уже поняв, что больше никакой полезной информации здесь получить ему не удастся.

Когда Павел вышел на улицу сделать фотографию общего вида превращаемого в дом молитвы учебного пункта, из помещения выскочила казначейша в сопровождении двух крепких бородатых мужчин.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.