Жан Рэй
Улицы

Я не суеверный человек, однако не осмеливаюсь отрицать значение предчувствий.

Когда же их нет, я их выдумываю сам.

Генрих Цшокке

Есть улицы, по которым я не могу спокойно ходить. Они мало отличаются от остальных, и в них нет ничего пугающего. Безликие и ничем не примечательные, они даже по-своему привлекательны. Можно подумать, что несчастья и преступления прошлых лет оставили на них свой отпечаток, и это подействовало мне на нервы, – не зря же Диккенс говорил, что у каждого дома, у каждой улицы «есть свой скелет». Но, думается мне, причина кроется в чем-то другом, не в страхах и страданиях и не в пролитой крови. Например, прогулка по улице Арбр-Бени, в коммуне Иксель в Брюсселе, где некогда коварный полицейский убил старуху-рантье пробудила во мне любопытство исследователя. Посещение пустыря, который Жан-Батист Тропман залил кровью невинных младенцев, вызвало во мне лишь отвращение, а в закоулках Уайтчэпел, где Джек Потрошитель расправлялся со своими жертвами, мне стало немного не по себе, но и только. Но я знаю спокойные, мирные, не видавшие на своем веку ничего подобного улицы, которые мне казались олицетворением ужаса. И нервы мои здесь ни при чем, действительной же причиной тому является игра подсознания, когда все смещается в жуткое гипергеометрическое измерение, в иное четырехмерное пространство.

Я называю это потенциальной силой улицы. Еще ребенком я упрашивал родителей во время прогулки не проходить по некой улице рядом с собором Синт-Баафс в провинциальном городке Генте, маленькой, с простенькими низенькими домами, пропахшим ладаном обиталищем набожных постников. Мои родители лишь пожали плечами – они никогда не поощряли моих капризов – нашлепали меня и все-таки заставили пойти с ними по этой ужасной улочке. И там мне стало плохо.

Позднее этот страх прошел, но я всегда старался избегать этой улочки. Однажды – мне было уже двадцать и я жил тогда у старого приятеля-семинариста – мне довелось попасть под сильнейший дождь. Был канун какого-то праздника; помнится, я спешил домой, собираясь весело провести вечер, и пошел кратчайшим путем – по той самой улочке.

Оказалось, что там из одного маленького домика сделали миленькую кондитерскую, Ах, эта любовь к сладкому! В радужных отсветах хрустальной люстры на белоснежном прилавке – как в былые времена! – громоздились целые горы сладостей и россыпи нуги. На полках возвышались причудливые сооружения из банок, закрытых плетеными крышками, всевозможные бисквиты, печенья и крекеры, масляные пироги с яйцами, торты и пирожные с взбитыми сливками.

Мое внимание привлекла одна из пирамид миниатюрных марципанов. Я толкнул дверь, и звон японских колокольчиков возвестил о появлении посетителя. Никто, однако, не вышел меня встретить. «Есть здесь кто-нибудь?» – позвал я, но остался без ответа.

Я отодвинул темно-лиловую штору возле прилавка, и моему взору предстала крошечная гостиная, служившая, вероятно, также залом дегустации, весьма кокетливо обставленная. Цветные витражи, скрывающие окно, подсвечивались с наружной стороны отблесками пламени – как мне показалось, большого очага.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.