Жан Рэй
Неопаляющий огонь

Если Альдеберт всегда с нетерпением ждал начала занятий, выполнял каждое задание и на отлично знал все уроки, то я испытывал невыразимое отвращение ко всему, что было связано со школой. Неудивительно, что я оставался круглым двоечником. Да и на какую иную оценку можно было рассчитывать, сдавая на проверку свои домашние работы, заляпанные чернилами, покрытые жирными пятнами и водяными разводами. Я не мог запомнить простейшие двустишия, был не в состоянии выучить законы и правила, которые знали все мои сверстники.

Школьный учитель, Сидуан Кюх, не любил ни меня, ни моего брата. И он удивлялся, как мне удавалось выдерживать его взгляд, которым он словно пожирал учеников. Впрочем, причина его неприязни к нам, возможно, объяснялась просто: в молодости эта лысая хитрая обезьяна была безумно влюблена в нашу мать. Считая себя полиглотом, он придумал такую издевку: вызывал меня к доске, и после первых же моих ошибок – ждать которых не приходилось долго, поверьте! – начинал обзывать меня разными обидными словами на английском, немецком, испанском и французском. Он, несомненно, пускал бы в ход и кулаки, но я однажды пригрозил, что пырну его циркулем, если он посмеет прикоснуться ко мне.

Впрочем, Кюху не было нужды самому избивать меня. В его любимчиках ходил Гласс, мальчик тупой и ограниченный, но первый силач в классе. Его успехи мало отличались от моих, однако Кюх почти не делал ему замечаний, не оставлял после уроков, а иногда даже хвалил. Если случайно мне удавалось правильно решить задачку, Гласс тут же поднимал меня на смех, а на переменах нещадно колотил меня. Я пытался сопротивляться, но справиться с такой горой мускулов было выше моих сил.

Однако я нашел способ вырываться из того ада, в который превратились для меня школьные занятия – начал их прогуливать. Надо сказать, эти прогулы не приносили мне удовольствия, поскольку я проводил их в полном одиночестве, прячась где-нибудь в густых зарослях старого ботанического сада или в полуразрушенном сарае, где с помощью крошек и кусочков печенья пытался приручать мышей.

Но Кюх не дремал. За кружку пива он нанял некоего Кнопса, негодяя и пьяницу, следить за мной. Кнопс быстро пронюхал про мои убежища; обнаружив меня, он хватал меня за воротник и тащил в школу, осыпая по дороге руганью и награждая пинками.

Думается, любой другой ребенок на моем месте сошел бы с ума от безысходности. Я же, как ни странно, никогда не испытывал к своим мучителям ни ненависти, ни даже чувства обиды. Я с рабской покорностью подчинялся судьбе, ощущая в своем сердце лишь нечто похожее на жалость к своим мучителям, словно заранее угадывая, какая судьба уготована им…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.