Оксана Есипова
Чужая тень

Я становлюсь серым, растворяюсь в мрачной гуще,

как растворяются мои мысли.

Сумерки – страшное и значительное время суток.

Все гаснет, все мешается.

Булгаков, «Красная корона»

Пролог

– Извиняться будешь? – Голос Аси зазвенел и погас, брякнув, как внезапно оборвавшаяся струна на гитаре.

Ася нахмурилась: она специально старалась говорить так, чтобы голос звучал низко и хрипло, как мужской. Раз уж угораздило родиться девочкой – приходилось маскироваться, чтобы как можно меньше ассоциироваться со слабым полом. Но природа иногда брала своё – в самые неожиданные моменты, такие, как сейчас, когда неплохо бы демонстрировать силу, а не высокие девчачьи ноты.

Двор за школой был пуст. Свидетелями «позора» Аси оказались только покачивающиеся на ветру ржавые качели, обрывки объявлений на стенах старого гаража и мокрый от дождя асфальт. Но Ася отчего-то рассердилась ещё сильнее.

Мальчишка из параллельного класса стоял, прижавшись к забору, и усиленно делал вид, что его губы не дрожат. А ещё он упорно молчал. Ася знала, что пацан на год младше, но что это меняло? Зато она девчонка, так что шансы равны.

Эх, парнишка казался таким безобидным, но попался. Все они такие, никому нельзя доверять.

«Богиня правосудия» держала пацана за капюшон, сжав пальцы так, будто собиралась смять банку колы. В другой руке Аси– грязная пачка сигарет.

– Думал, не замечу? Было восемь. Стало шесть, – она наклонилась ближе и, раззадоривая себя, рассматривала царапины на лице своей жертвы, любовалась злостью и страхом в карих влажных глазах.

– Признайся. Скажи, что взял. И я просто забуду. Может.

– Я не… я не брал, – пробормотал он.

Ответ неверный. Здесь ведь как в математике: дважды два всегда четыре.

Секунда – и он уже сидел на земле. Лужа. Куртка в грязи. Слёзы.

Ася достала из пачки сигарету, прикурила. Глубоко затянулась. Подняла ногу, примериваясь. Мальчишка заскулил и закрыл руками голову. Тьфу ты, противно.

– Не врите мне, народ, – бросила она непонятно кому и пошла прочь, не оборачиваясь.

Она не знала, что кто-то наблюдал за этой сценой из окна старого спортзала. Дверь в него заколочена, и Ася помнила, что это часть двора за школой безопасна. Здесь не было лишних глаз и ушей.

Пока кто-то не пристроил камеру в окне заброшенного помещения. И теперь она бесстрастно фиксировала происходящее, оставаясь невидимой в полутьме, в которой отражение мешалось с дождём.

А за камерой в свою очередь следили два жёлтых светящихся глаза.

Глава 1

До летних каникул оставалось всего две недели. Эти последние дни для Аси всегда становились самыми невыносимыми. Перемены пролетали, а вот уроки тянулись невыносимо долго. Ася подозревала, что существует всемирный заговор учителей: они притворяются, что урок длится сорок пять минут, тогда как на самом деле все три часа.

Да, вроде бы продолжительность урока на часах и телефоне совпадала, но, может, это какое-то специальное школьное поле так искажает время? Что-то такое говорили про это на физике. Впрочем, Ася не слушала занудства, которые никогда не пригодятся в реальной жизни. Но ведь дома сорок пять минут едва хватало, чтобы пролистать ленту с короткими роликами.

Шёл самый скучный урок – история. Марьванна (учительница Марья Ивановна) что-то невнятно бормотала про Петра Первого, все потихоньку занимались своими делами. Раньше на уроках можно было «сидеть» в телефоне, но недавно учителя во главе с директором устроили бунт, собрали родителей, напринимали каких-то дурацких внутренних документов. Теперь по школьному Уставу приходилось перед занятиями сдавать телефон, а получить обратно можно было только после окончания уроков.

Сначала никто не воспринял угрозу всерьёз. Казалось, что можно соврать: телефон дома, или пронести с собой второй запасной смартфон, но в довершении всех бед установили ещё и рамку-детектор, обмануть которую пока никому не удалось.

Ася зло зевнула и подперла щеку рукой. В коридоре орали семиклассники так, словно их организованно резала банда маньяков. Этот привычный шум успокаивал нервы и клонил в сон. Ася зевнула ещё раз. Откинулась на спинку стула, от скуки открыла тетрадь и машинально начала черкать: череп, молния, кошка с сигаретой.

Но вдруг что-то изменилось. Кабинет находился на первом этаже, а Ася сидела рядом с окном и боковым зрением увидела в стекле отражение чьей-то фигуры.

Фигура стояла напротив школы – за старой оградой, в тени деревьев. Незнакомый парень. Высокий, в чёрном худи, с надвинутым на голову капюшоном. Не двигался и смотрел прямо на Асю. И кого-то сильно напоминал.

Сердце девочки ёкнуло. Неужели? Неужели он?..

А вот у ног фигуры мелькала какая-то чёрная тень.

– Верёвочкина! – неожиданно так резко позвала Марьванна, что Ася вздрогнула. – Что там в окне, кино показывают?

Ася поморщилась. Ну, конечно. В классе почти тридцать человек, никто не слушает, а виновата она, Ася. Но ребята не подвели, никто даже не улыбнулся. Хотя если бы такую глупость сказали про кого-то другого, часть бы лениво засмеялась, чтобы заработать лишние очки.

– Что вы, Мария Ивановна, – дерзко ответила Ася. – Любуюсь нашей Россией, которую Пётр Первый хотел видеть великой. Я что-то делаю неправильно?

И захлопала ресницами, как глупые девчонки перед пацанами. С намазюканными тушью вышло бы лучше, но Ася признавала только чёрный карандаш, которым подводила глаза. «Как угольком в глаз натыкала», – возмущалась бабушка.

– Не дерзи, Верёвочкина, – устало ответила Марьванна. – Не то время. Головой надо думать.

– А что время? – взвилась Ася. – Вы на что намекаете? Между прочим, мой брат на…

Договорить Ася не успела, Марьванна поспешно её перебила.

– Знаем, знаем. Спасибо твоему брату за…

Ответ Марьванны съел прозвучавший звонок.

Ася поспешно посмотрела в окно. Под деревьями никого не оказалось, даже ветки не качались, а лукаво посматривали на Асю, словно вопрошая: «А ты что подумала?» А она и, правда, не знала, что и думать: «Или у меня едет крыша, или это призрак».

На следующий день «призрак» появился снова. Неподвижно стоял под деревьями и, не отрываясь, смотрел на Асю. Она старалась не обращать внимания, но, помимо воли, нет-нет да бросала взгляд. Фигура за урок ни разу не переменила позу. Ася знала только одного человека, способного на такое.

За пять минут до перемены Ася не выдержала и, старательно отводя от окна взгляд, толкнула локтем Маринку, соседку по парте:

– Посмотри в окно.

Маринка послушно повернула голову.

– И? – тупо переспросила одноклассница.

Ася повернулась. Загадочная фигура исчезла.

Теперь Ася нетерпеливо ждала уроков истории, только они проходили на первом этаже в кабинете с окнами на пятачок с деревьями, где появлялся призрак. Но вот беда – осталось два последних урока в году, и те на следующей неделе.

Глава 2

Субботним утром Ася проснулась от того, что под окном заливались причудливыми трелями птицы, и поморщилась. Хорошее настроение мгновенно улетучилось.

Ася никогда не понимала, почему люди считают пение птиц романтичным и милым. Этим маленьким тварям всё равно, что происходит внизу под деревьями, сидя на которых странные создания с крыльями так беззаботно распевают.

В то давнее утро, когда Ася, вся в ссадинах и царапинах, лежала в постели, сгорая от стыда, и думала, что никогда больше не вылезет из-под одеяла, не выйдет из дома, птицы заливались несносными трелями. Таких громких и радостных звуков Ася не слышала за всю свою недолгую жизнь. С тех пор девочка возненавидела маленьких крылатых созданий.

Детский мозг причудливо выстроил ассоциативный ряд. В памяти сразу всплывали окружившие тогда Асю ребята из старших классов, их гадкие ухмылки. Если бы не Ден, всё могло закончиться куда хуже. Но девочке сполна хватило и пережитого ужаса.

– Ты встала? Пора завтракать, соня! – крикнула из кухни мать.

Ася глянула на часы. Шесть тридцать.

– Мам, ещё рано.

– В школу опоздаешь.

– Я не пойду. У нас сегодня только физкультура, – соврала Ася.

Мать показалась на пороге:

– Вставай, чего удумала. Давай поднимайся.

Ася всегда вскакивала с постели сразу, просыпалась раньше будильника. Но сейчас тело ломило, хотелось закрыть глаза, завернуться в одеяло и провалиться в сон. Девочка что-то буркнула и села в кровати.

Мать обеспокоенно подошла, положила холодную руку на горячий лоб дочери:

– Да ты горишь. Доченька! Ложись скорее. Сейчас принесу градусник и горячий чай.

– Со мной всё в порядке, мам, – Ася попыталась встать, и мать не на шутку разозлилась.

– Ты всё делаешь мне назло?

– Нет. – Ася послушно легла в кровать.

Болеют только слабые. Ася не такая. Неужели мать не понимает? Девочка решила, что, так и быть, полежит минут пятнадцать, а потом сразу встанет. И тут же провалилась в беспокойный сон.

Проснулась Ася ближе к обеду и с нарастающей досадой обнаружила у себя насморк. Горло не отставало и тоже давало о себе знать. Не принёс утешения и градусник: ртутный столбик подбирался к тридцати девяти.

Мать принесла горячего чаю с лимоном и попыталась накормить дочь супом, но от последнего Ася решительно отказалась: есть совершенно не хотелось. Зато воспользовалась тем, что мать озабоченно присела на стул рядом с кроватью.

– Мам, а если бы… ну… брат вернулся?

– Что? У тебя жар. Поспи.

– Кажется, я видела Дена. Он приходил к школе и смотрел на меня. В худи с капюшоном, как он любит. Любил…

Мать не рассердилась, как обычно, когда разговор заходил о Дене, а только проговорила устало:

– Его нет. Прими это. Хватит выдумывать. Он бы нам сообщил. Сообщит… когда вернётся. Мы его семья.

– А что если он ничего не помнит? Мне страшно, мама, – трудно выдавила Ася из себя «запретные» слова.

–Тогда бы он не стоял под твоими окнами.

Мать ласково погладила Асю по голове, и девочка стерпела это впервые с двухлетнего возраста. А ещё через десять минут она снова спала, не допив до конца растворимое жаропонижающее.

Ася проснулась, когда ночь перевалила за полночь. Мать уже спала, а здоровый детский организм, немного оправившись от подцепленного где-то вируса, снова отправляться в царство Морфея категорически не желал. Оптимистичные птички спали, и Ася, не зажигая света, решила подойти к окну, чтобы полюбоваться полной Луной.

Небесная красавица недовольно пряталась за облаками, снисходительно показывая земным поклонникам то одну часть белоснежного, как сегодня казалось Асе, тела, то другую, словно танцуя замысловатый стриптиз. Как только девочка подошла к окну, Луна, разве что только надменно не фыркнув, полностью укуталась в тучи, как строптивая дама в роскошные меха.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.