Рим Юсупов
О войне и великой Победе

Предисловие

Давно отгремели бои и сражения Великой отечественной войны, Уже более 80 лет прошло с тех жестоких смертоносных дней. Почти весь мир пострадал от кровопролитной, бойни, начатой гитлеровскими головорезами в сороковых годах прошлого века. Но основная тяжесть выпала на долю советского народа, и особенно, русского, белорусского и украинского населения, принявших первые удары фашистской армии, вооружённой до зубов, объединённой под фашистскими знамёнами, Европой. Завоевание Гитлером Европы, походило на лёгкое триумфальное шествие, поскольку со стороны европейских государств не было серьёзного сопротивления нашествию немцев. А ведь могли бы, объединившись, остановить фашистскую гидру. Но этого не случилось. Струсили или не захотели. Мало того, многие европейские армии, подчинённые фашистским генералам, активно участвовали в походе на восток, с целью захвата СССР и порабощения её народов. Всей этой, объединённой фашистской своре, казалось вероятным и легко доступным завоевание, ещё не ставшей как следует на ноги, после жестокой и довольно разрушительной гражданской войны, страны, чьи народы жили почти впроголодь и не имели многих материальных благ, поскольку её промышленность лишь встала на путь возрождения. Страны, в которой жило множество разных наций, племён и народов, разных по языку и культуре. Казалось, что может их сблизить при разнице языков, обычаев, традиций, условий жизни? Но враги жестоко просчитались. Все народы СССР, были объединены крепкими дружественными связами, основу которых составляли: справедливость, честность, уважение друг к другу и единая любовь к родине. Нельзя отбрасывать и социалистические идеи равенства, братства и взаимопомощи. Особенно сильны были идеи социализма в умах народных масс, которым будущее рисовалось в сказочном свете благоденствия и счастья. И вдруг, всю эту идиллию, и их любимую страну, объединённую дружбой и великим самоотверженным трудом, их настоящее и будущее, пытается разрушить, уничтожить и предать забвенью, страшный, кровожадный, жестокий по своему смыслу и сути, кровавый фашизм. Могли ли не стать на защиту своего Отечества народы СССР? Стали все, единым порывом, против ненавистного врага, с первых же дней показавшего свою злобу и жестокость. О злодеяниях фашизма знает весь мир. О подвигах советских солдат тоже знал весь мир. Ведь именно они спасли мир от фашистской чумы. Но, вновь недруги России спешат предать забвенью великие подвиги советских солдат. Обманом, подлостью, коварством и лицемерием они достигли распада СССР. И всё же, многие её бывшие республики, никогда не забудут священных дат Великой войны и Победы. Ну, а те, кто не с нами, у них свой путь. И сейчас не всё спокойно на планете и особенно на Украине. Но Россия никогда не даст в обиду свой народ, русских, и иных соотечественников, любящих её и преданных ей. И где бы они ни проживали, встанет на их защиту. Мы должны вечно помнить свою историю и гордиться героями Отчизны.

Помнит ли сегодня мир о героическом Ленинграде, который, окружённый со всех сторон, до зубов вооружённым, врагом, оторванный от большой земли, фактически остался без хлеба и пищи, а зимой без тепла? Голодные, изнеможённые ленинградцы продолжали защищать свой город. Но сколько людей погибло от голода, холода, слабости, телесных недомоганий и истощения. Сколько детей погибло по вине этих фашистских злыдней, хлыщей, считавших себя носителями высокой культуры.

Множество концлагерей понастроили они на оккупированных территориях, согнав в них, не только военнопленных, но и местных жителей, и, почти не давая им еды, заставляли работать на каменоломнях, на валке леса, на стройках и других тяжёлых работах. Эти кровопийцы использовали даже малолетних детей, выкачивая их кровь, для лечения своих солдат, таких же извергов и негодяев, как и их главари. Ведь именно руками этих солдат уничтожались обыкновенные советские люди, на занятых ими территориях. По их вине погибло 27 миллионов советских граждан. Мы много говорим о холокосте, о миллионах убитых фашистами евреев. Человечество не должно забывать эти страшные деяния. Но славян было уничтожено во много раз больше. Не Гитлер ли положил началу Русского холокоста, уничтожая русские города, сжигая сёла и деревни, вместе с их жителями, не в его ли намерении было сравнить с землёй Ленинград, Москву и иные города СССР, вместе со всем их населением. Лишь благодаря массовому героизму советских солдат и в основном их усилиями был побеждён и уничтожен фашизм. Где были, так называемые союзные войска Европы и Америки, в 1941 году. когда немецкий фашизм получил сокрушительный удар под Москвой? Где они были, когда на Сталинградская фронте были разгромлены основные силы немцев?

Все советские солдаты, сражавшиеся с фашистами, любой, от рядового до маршала, и с заслуженными орденами, и те, кто не успел, их получит, все они, живые и мёртвые, были и остаются великими героями нашей Родины, и о них будут помнить вечно. Война сороковых годов, все её страшные события – памятный рубец на сердце России, как напоминание о тех жестоких временах, как предостережение о бдительности, чтобы никогда подобное не смогло повториться. Именно об этом эта книга стихов автора Рима Юсупова.

И ещё: стихи о войне требуют от поэта честности, истины и пламенных чувств патриотизма. В таких стихах не должно быть места преувеличениям, фантасмагории и искажениям исторических событий. В них обязана главенствовать любовь к Родине и к её героям. Стихи Рима Юсупова в полной мере соответствуют этим требования.

Заслуженный поэт Подмосковья Маренников В. С.

Первая глава "Память войны"

Война, таясь ждала…

Война, таясь, ждала незримо

Свой час, чтоб, вдруг предать огню,

Под грохот залпов, вспышек, взрывов,

Чужую, мирную страну.

Живое всё уничтожая,

Давя, ломая и круша,

И смертью смысл свой обнажая,

Свой подлый замысел верша.

Зловещий дух, в живых, внедряя,

И поселяя в каждом страх,

Чтоб жили люди все страдая,

Тая печаль в своих глазах.

Чтоб, не успев постичь опасность,

Весь этот светлый, добрый мир,

Всегда казавшийся прекрасным,

Вдруг погрузился в царство тьмы.

Чтоб только зло торжествовало

Во мраке чёрных, страшных дней.

Но жизнь знамёна развевала

На смертный бой, готовясь к ней.

Под те знамёна, кровью алой,

Облитых, в битвах, и боях,

Все люди Родины, вставали

С великой клятвой на устах.

И клятвы не было священней,

Ведь с ней, сквозь тысячи смертей,

Шли защищать родную землю,

Жён, матерей, своих детей.

Шли долго, яростно сражаясь,

Поверив разумом в успех

И с каждым шагом приближали

Победу, нужную для всех.

И вот, когда назло всем бедам,

Был враг разгромлен до конца,

Пришёл великий день Победы

И оживил людей сердца.

Шли дни, но было очень трудно

Забыть войны той страшной лик.

Вклад всех пятнадцати республик

Страны в победу был велик.

Прошло с поры той, дней немало,

Но этот праздник не могли

Забыть, и стал он самым главным

Для всех людей моей земли.

Мы независимы сегодня,

Сумели верный путь избрать,

Но память о военных годах

Нас всех должна объединять.

Когда напали вероломно …

Когда напали вероломно

На край наш, мирный и родной,

Фашисты, армией огромной,

Организованной ордой,

Внезапно, зло, коварно, дерзко -

Бомбя селенья, города,

Сплотила всех людей советских

В те дни единая беда.

Враг, торжествуя, нагло рвался

К Москве великой напролом.

Но весь народ страны поднялся

На битву грозную с врагом.

Иссякли быстро наглость с верой

Фашистских войск, кровавых псов,

Эсесовских легионеров,

Их асов, «мёртвых» их «голов»

Врагов отбросили от Волги,

От Ленинграда и Москвы.

Но путь войны ещё был долгим

И много нужно было сил,

Чтоб полностью был уничтожен

Враг человечества – фашизм.

Но злобный дух его тревожит

Ещё сегодняшнюю жизнь.

И пусть, нас, годы, отделяют

От той, жестокой, злой войны,

Мы жить, должны не забывая,

Её, дымящиеся, дни.

Должна быть память сердца чистой,

Чтоб люди жили без тревог,

Чтоб не сумела возродиться

Война – помилуй всех нас бог.

Война, как прежде, издалёка …

Война, как прежде, издалёка

Ещё глядит на нас в упор,

Своей реальностью жестокой

Всем, угрожая до сих пор.

Её бесчисленные беды

Нам никогда не позабыть.

И даже праздником Победы

Тень злой войны не заслонить.

Как в небе тучею огромной

Со вспышкой молнии, гроза,

Нет, нет, да вспыхнет, призрак тёмный

Войны, огнём блеснув в глаза.

И дрогнет сердце ветерана

С небес, услышав майский гром

И оживут воспоминанья

И раны старые вдруг в нём.

И вновь война в нём заклокочет,

Напоминая каждый бой,

Когда на запад днём и ночью

Он шёл, храня в груди любовь

К Отчизне, Родине любимой,

Стремясь победу ей добыть.

И провидением хранимый,

Весь в ранах, но остался жить.

А сколько их солдат в то время

Сгубила страшная война.

Но память сердца неизменно

Хранит святые имена.

Их подвиг новым поколеньем

Для будущего сохранён.

С гранитных плит не смеет время

Стереть бессмертие имён.

Я, рождённый в начале войны…

Нет, как прежде, в душе тишины -

Обуяли сомненья, как будто

Я, рождённый в начале войны,

Не дождался счастливого утра.

И хотя вспоминать не хотел,

Но порой исчезало веселье.

Убежать бы от всех своих дел,

Головой окунуться б, в стог сена.

Ах, зачем эта, тихая грусть

Наплывает предвестницей ночи.

Я давно уже зла не боюсь,

Мне никто, страшных бед не пророчит.

Может это далёких тех лет,

Нас тревожат печали и беды.

Он надолго остался тот след

И великой Войны и Победы.

Мама

Ты не спишь – замучила бессонница,

Ты о сыне думаешь всю ночь.

Твоё сердце – маленькое солнце

В час любой готово мне помочь.

Им со дня рождения согретый,

Подрастал я, и седела ты.

С детских лет, готовы были дети

Посвятить тебе свои мечты.

Жизнь твоя – тяжёлые невзгоды,

Труд, война, а значит и беда,

Но проходят, исчезают годы

Чтобы не вернуться никогда.

В стороне остались беды наши

Дым пожаров и разгул свинца.

Сыновья твои давно уж старше

Своего погибшего отца.

Все тебя мы уважаем очень,

В каждом сыне ты найдёшь оплот.

Почему же вновь не спишь ты ночью?

Что тебе покоя не даёт?

Когда на землю пал солдат

Снега, дожди, весны цветенье,

И дней осенних листопад… -

Всё это вспыхнуло мгновеньем,

Когда на землю пал солдат,

И эту землю осветило.

И он навек запомнить смог

Лицо красивое любимой,

Чьи письма нежные берёг.

Но лишь земли коснулся грудью,

Раскинув руки широко,

Он вспомнил мать свою родную

И стало вдруг ему легко.

Душа его была готова

В бессмертный, дерзостный полёт.

Трава багряная от крови

Была, как розовый восход.

Глаза, наполненные светом,

Сомкнулись, уходя во тьму,

Погиб он, заслонив планету,

И благодарен мир ему.

Рождённые в войну

Война, пылая, продолжалась,

Когда родились к жизни мы.

И к матерям мы прижимались,

Как будто прячась от войны.

Не понимая, что за гулы

И что за грохоты вдали,

Не плача, лишь сжимали губы,

Косясь тревожно на огни.

Огни в пожары превращались -

Горели где-то города.

В нас с молоком, в те дни вливалась

Большая чёрная беда.

Ещё грудные, мы серьёзно

Смотрели на своих отцов.

В глазах их матерей всех слёзы

Застыли навсегда свинцом.

Они прощались, чтоб остаться

На поле боя, смерть приняв.

Четыре года им сражаться,

Мир, очищая от огня.

Без них росли мы. Повзрослели.

Но пусть торопятся года -

Отцов, затянутых в шинели

Мы не забудем никогда.

Но был закон войны суров

Мы, дети, в днях послевоенных,

Переросли своих отцов -

Людей, во всём обыкновенных.

Но был закон войны суров.

Как много полегло в сраженьях,

Бойцов в жестокой той войне.

Наполнен был мир уваженьем

За подвиг их к моей стране.

И в день сегодняшний Победы

Мы вспоминаем вновь отцов.

Слились их подвиги в легенды

Цветами проросла их кровь.

Они погибли – не вернутся

Под кров святой своих семей.

Сердца солдат погибших бьются,

В груди их взрослых сыновей.

Крепка о прошлом память

Не станет ли, всё прошлое, вдруг близким,

Когда увидишь вновь перед собой,

Войны жестокой память – обелиски.

Не всем вернутся, довелось домой.

Для очень многих, молодых и юных,

Последним был жестокий этот бой.

Одолевают ветерана думы.

Стоит он с непокрытой головой.

В глазах волненье, беспокойство, слёзы,

Крепка о прошлом память, нелегка.

Здесь, у окопа, где растёт берёза,

Могила молодого паренька.

Дружили вместе. Он и сам был молод.

В их взводе молод был боец любой.

В тот зимний день, в промозглый, лютый холод,

Внезапно, он начался, жаркий бой.

Шли танк за танком, с белыми крестами.

За каждым танком пеших немцев взвод.

Вдруг пулемёты наши замолчали

И прыгнул из окопа паренёк.

Он лёг на снег. Пополз. Гранатов связка

В руках. Всё ближе чудище к нему.

Вдруг выстрел – кровь фонтаном из-под каски.

Конец. Теперь, конец уже всему.

Но он успел кольцо зубами сдёрнуть

И танк, его накрывший, вздрогнул вдруг.

Заскрежетал. И дыма столб огромный

Нагнал на немцев ужас и испуг.

Как будто вся земля заполыхала

Великим, всё сжигающим огнём.

И наступленье немцев задыхаясь,

Остановилось. Кончилось оно.

Так завершилась злобная атака

И в мире наступила тишина.

Погиб героем близкий друг, но плакать

Не разрешала воинам война.

Опять войной наполнятся все мысли

Когда увидишь, ты перед собой

Войны жестокой память – обелиски,

На той земле, где шёл кровавый бой.

День Победы

Этот день, день радости и грусти,

День Победы, Памяти людей,

Наполняет сердце новым чувством.

Вновь тревожит душу этот день,

Людям всей земли напоминая

О прошедших ужасах войны.

В этот день, день солнечного мая,

Поминаем всех погибших мы.

В тех годах великих и суровых

Много бед пришлось всем испытать,

Сколько было пролито в них крови!

Всех погибших трудно сосчитать.

И сейчас жива ещё, святая,

Боль времён тех, трудных, страшных, злых.

Памятью великой прорастает

Боль та, в поколениях иных.

Но не только боль, и слава тоже,

Гордость за людей своей страны.

Позабыть их подвиг невозможно.

Позабыть нельзя те дни войны.

Не предать забвенью, не стереть их.

Пусть спешат вдаль годы чередой,

Но в любых останется столетьях,

День Победы, жизни день святой.

Никто, при жизни, никогда …

Никто, при жизни, никогда

Забыть не сможет это время,

Когда, пылали города,

Сгорали сёла и деревни.

Когда к Москве шёл, злобный враг,

Фашизм, что свастикой отмечен,

Шёл, убивая всех подряд,

Детей и стариков и женщин,

Шёл, разрушая всё, что есть,

Обрушив тонны бомб, снарядов

На красоту священных мест,

России, угрожая адом.

В боях, жестокость проявив,

Рвались к Москве фашисты дерзко,

Но авангард их был разбит

Бойцами Армии Советской.

С тех пор, назад, к Берлину, прочь

Бойцы советские их гнали.

Четыре года, день и ночь,

Они с врагами воевали.

Чтоб защитить и мир, и жизнь,

А сами в битвах погибали.

Но, ими был разбит фашизм -

Хочу, чтоб все об этом знали.

Пусть память вечная хранит

Погибших прадедов и дедов.

Не даст их подвиги забыть

Великий праздник, день Победы.

О Хиросиме

Как больно мне писать о Хиросиме.

Когда горело всё, потоки дыма,

Залили мир и в той кромешной мгле,

Уж места не было ни небу, ни земле.

Был ад сплошной – дома, деревья, люди

Сгорало все, нам и представить трудно,

Какие муки вынес и страданья

Народ, приговорённый к умиранью.

Погибли все почти, кто жив, остался,

Уже других невзгод не опасался

И медленно, свечою угасал.

В его глазах кромешный ад плясал.

За что, зачем такая мука? Сразу

На всю страну, по глупому приказу

Упали атомные бомбы смерти.

В чём виноваты старики и дети?

Всё дело в том, что новое оружье

Подвергнуть испытанью было нужно,

Америке, чтоб мир весь запугать.

Нет слов, как это варварство назвать.

Убиты тысячи людей, а Белый дом,

Своим оружьем смерти восхищён.

Немало лет уже прошло с тех пор,

Америка, бессмертен твой позор.

Вторая глава "Герои войны"

Баллада

о Зое Космодемьянской

1

Девочкой обыкновенной,

В школе училась, она.

Юности пылкое время

Перечеркнула война.

Знаем сегодня мы с вами,

Ужасы этой войны.

Сколько надежд и мечтаний

Кануло в бездну, в те дни.

Зоя, ведь тоже мечтала

В «литературный» пойти.

Только студенткой не стала –

Встала война на пути.

Где уж тут место учёбе –

Родину нужно спасать.

Зоя пошла в «особый»

Диверсионный отряд.

Сама записалась, лично,

Познав душевный порыв.

Как комсомолка, привычно

Откликнувшись на призыв.

Отдать всю себя решила

Борьбе за свою страну.

Ей восемнадцать лишь было,

В страшную, ту войну.

Сердце громко стучало,

Чувства кипели в груди.

Храбростью отличаясь,

Зоя шла впереди.

Шагали товарищи, рядом,

Касаясь Зоиных плеч.

Врагов, уничтожить им надо,

Дома, где живут они, сжечь.

Нельзя им давать покоя,

Безжалостно нужно мстить.

Кто звал их сюда, в Подмосковье?

Земля, пусть под ними горит.

Пусть смерть караулит повсюду

Фашистов, безжалостных псов.

Пусть в ад превратятся их будни

Среди подмосковных лесов.

Пусть знают, не будет удачи

В России им, здесь их не ждут.

На выполненье задачи

Бойцы – комсомольцы идут.

2

Ноябрь, холодный и снежный,

Не смог их сердца остудить.

Знал каждый, что сделать он должен,

Пусть даже и будет убит.

Не зря их предупреждали:

Не все возвратятся назад.

В засадах своих ожидали

Враги, бойцов – партизан.

Кто предал их? Много убитых.

Лишь часть партизан отошла.

И ненависть в Зою проникла,

А ненависть в битвах страшна.

Разведчики не отступились

Им выполнить нужно приказ.

Пойти они, дальше решились,

С фашистами встреч не боясь.

Стараясь дорогу короче

В лесах подмосковных найти.

К селенью Петрищево, ночью,

Смогли они подойти.

Втроём принялись за дело.

Одной из них Зоя была.

Дома, где фашисты храпели,

Сгорели, почти что дотла.

И лошади немцев сгорели

И узел связи сгорел.

Скрыться бойцы успели –

Лес их прикрыть сумел.

По разным тропинкам умчались

Бойцы в лес. Но чья же вина,

Что Зоя одна, вдруг, осталась.

Что делать? Не знала она.

Лишь часть заданья исполнено.

Что командирам сказать?

Зоя, душа беспокойная,

Гордая, станет ли лгать?

Ведь много, там, немцев осталось.

Там враг в наших избах живёт.

К фашистам зажжённая ярость

В Петрищево Зою зовёт.

3

– «Ах, Зоя, ты разве забыла –

Вчера лишь здесь, немцев вы жгли.

Какие великие силы

Тебя вновь сюда привели

Ведь помнят фашисты и знают,

Что могут поджечь их, опять.

Объекты свои охраняя,

Не станут солдаты их спать».

– «Нет, я подкрадусь поздней ночью,

Когда сон затмит им глаза.

Приказ, и секретный, и срочный,

Не выполнить просто нельзя.

Друзья мои, может убиты,

А может, томятся в плену.

Ползком, среди разных укрытий,

Бесшумно змеёй проползу.

Не выполнив это заданье,

Назад я, в отряд, не вернусь».

– «Ах, Зоя, об этом я знаю,

Но вновь, за тебя я боюсь».

Ночь хмурая мглой нарастала,

А снег выдавал белизной.

Бродить по лесам ты устала,

Но дух в тебе был боевой.

А вот и Петрищево. Знала

Село ты, по карте своей,

Дома, где враги проживали,

Сарай, где держали коней.

Фашисты на них выезжали

Карать партизан и крестьян.

Деревни и сёла сжигали,

Под злую, нерусскую брань.

И их пусть огонь потревожит,

Как ос, ядовитых и змей.

И Зоя, забыв осторожность,

Уже не ползёт по земле.

Она подбегает к сараю

И вот уже спички в руках.

Но здесь её враг поджидает,

Не немец он, русский, но враг.

Он староста, служит фашистам,

Предатель отчизны своей.

Зачем, как же смог он решиться

Врагом стать для русских людей?

В веках, это зло, не простится

Не смыть эту подлость судьбой.

Он крикнул и тут же фашисты

На Зою рванулись толпой.

4

– «Ах, Зоя, зачем ты отдала

Подруге своей автомат

С оружием ты бы, стреляла

В бегущих, немецких солдат?

Немало убила б, фашистов,

Кося непрерывным огнём.

И может, сумела бы скрыться

В лесу подмосковном, своём».

– «Не смела, я, не поделиться -

Был сломлен её пистолет.

В разведку идти не годиться

Когда оружия нет».

– «Но как же сама ты?»

– « Сложнее

Задание было её.

А значит, и было нужнее

Оружие для неё».

Права ли, ты, Зоя, не знаю.

Твоя доброта, и любовь

Подругу в сраженье спасают,

А ты, в окруженье врагов.

И нечем тебе защищаться.

Нет рядом друзей боевых.

Самой бы гранатой взорваться!

Самой бы, стать смертью для них!

Но, поздно. Накинулись стаей

И стали её избивать.

Одежду порвали. Кричали:

«Откуда ты? Где твой отряд?»

Но Зоя молчала упрямо.

Однажды лишь, вдруг, на вопрос:

«Как звать тебя?», молвила: «Таня».

В глазах её не было слёз.

Лишь ненависть их наполняла.

И даже жестокая боль

Как будто её заставляла,

В беде, оставаться собой.

Раздетую, Зою, по снегу,

Враги повели на допрос

Шли медленно, чтобы всем телом

Она ощущала мороз.

Чтоб юные, девичьи силы

Пролились напрасно и зря.

Уж слишком холодными были

Последние дни ноября.

Ступала босыми ногами

На землю родную она

И кровью её обагряла,

Теряя остатки тепла.

Рассечены губы и брови.

Кровь в горле застыла комком.

Стереть бы с лица капли крови,

Но связаны руки ремнём.

Нет сил, лишний раз шевельнутся.

Охота на землю упасть.

Но слабым, предательским чувствам

Она проявиться не даст.

Ей мыслью живой, помогает

К отчизне святая любовь.

Дух мужества, не исчезая

Осилит жестокую боль.

К гестаповцу Зою приводят

И вновь истязают при нём.

Но, взгляд её, смелый и гордый,

Пронзает фашистов огнём.

Бессильно палач вопрошает:

«Кто ты? Где отряд твой?» Молчит

И кровью опять истекает.

И бьют её вновь палачи.

Горящей свечой опаляют

Ей губы и брови ей жгут.

И колют ножами, пронзая

И тело, и нежную грудь.

Враг, пытки свои продолжая,

Кричит, ткнув, вновь в Зою наган:

«Где Сталин?» И тут отвечает

Вдруг Зоя, жестоким врагам:

«Всегда на посту он, наш Сталин!»

И всё, замолчала потом.

Не стала святыми словами

Она, пререкаться с врагом.

И, ахнула дома хозяйка,

Когда её к ней привели:

Всё тело в обугленных знаках,

И руки, и ноги в крови.

И губы, как уголь чернели.

От ссадин опухло лицо

И ноги её посинели.

Окрасилось кровью крыльцо.

В избе на скамью посадили.

И пить не давали. Поздней

Хозяйка её напоила -

Позволили, видимо, ей.

Вновь Зою враги уводили

На сильный мороз, босиком.

По улице долго водили.

Замёрзнув, вернулись с ней в дом.

Согрев свои мерзкие души,

Ругаясь по-своему вслух,

Желали морозом разрушить

Её несгораемый дух.

Водили, почти до рассвета

По улицам, Зою, она

Была до рубашки раздета

И в лёд превращалась сама.

Ходить не могла – дотащили

И бросили в дом, как предмет.

Оттаяла за ночь, ожили

В ней чувства, но сил уже нет.

5

Ах, Зоя! Последнее утро,

Последнего дня твоего,

Казалось таким неуютным.

Казалось, нет в ней ничего.

Ни доброты, и не радости,

Ни чистоты, ни любви

Ни состраданья, ни жалости.

Сердце билось в крови.

Птицей оно бы, взлетело,

Но переломлена грудь.

Так изувечено тело,

Что невозможно вздохнуть.

Пасмурный день твой последний,

День почерневший, седой,

Вовсе не радует снегом –

Весь он, насыщен бедой.

Каждый твой шаг – испытание

Духа и воли твоей.

Каждый твой вздох, как прощание

С Родиной милой своей.

Пусть в небе чёрные тучи,

Пусть обжигает мороз.

Бьют тебя вороги, мучат

Но не дождаться им слёз.

Ноги твои лишь дрожали –

Сил, после пыток, в них нет.

Под руки немцы держали,

Чтоб не упала на снег.

Шла ты, ни в чём зря не каясь,

С гордым, спокойным лицом.

К центру, где немцы собрались.

Много их было кругом.

Жителей тоже согнали,

Видимо не без причин.

К виселице препровождали

Зоя, тебя, палачи.

Но, ты, как и прежде держалась

Гордо, над тихой толпой.

И, отвергая жалость,

Людям махнула рукой.

Боль превозмочь стараясь,

Шла, на всех смело глядя.

Фотографировать стали

Враги, на помосте, тебя.

И тут, просветлев вдруг взглядом,

Сумела ты, прокричать:

«Люди, не стойте зря, надо

С фашистами воевать!

Казнят меня, люди, но верьте,

Что смерть – моё достижение.

Я, здесь, своей страшной смертью,

Врагам нанесу поражение.

Не зря мы отчизной гордились.

Непобедим СССР!».

Тут немцы вдруг спохватились.

Зло выругался, офицер,

Тебя, подтолкнув руками.

Но ты успела сказать:

«Победа будет за нами!

Нас всех, победить нельзя.

Сдавайтесь, пока не поздно,

Солдаты немецкие в плен.

За кровь, за страданья и слёзы

Ответить придётся вам, всем».

Вспылил офицер, багровея

И зло, на солдат закричал.

Чтоб казнь совершили скорее,

Команду он дал палачам.

Поставили ящик высокий

Под виселицу палачи.

И всё же, по-прежнему громко,

Твой голос над всеми звучит:

«Сто семьдесят нас миллионов -

Нас всех перевешать нельзя!

За смерть мою, вас, поголовно,

Сметут, боевые друзья!»

Сама ты на ящик шагнула

И вот содрогнулась в петле.

Ты смертью своей, присягнула

На верность любимой земле.

И в смерти продолжила битву,

Ты, веря всем сердцем судьбе

Иные, читали молитву,

А ты призывала к борьбе.

6

Время над нею не властно.

Подвиг её не забыть!

Зою Космодемьянскую

Хочется мне оживить.

Чтобы, сойдя с постамента,

К нам, в нашу жизнь вошла,

Чтоб осветила нас светом,

Зои святая душа.

Вижу её среди многих

Девушек наших времён,

Юных, красивых и гордых,

Взоры, чьи светят огнём.

Юность иных поколений

Помнит твой образ живой.

Разве забудется время

Дней, опалённых войной.

Разве забудутся грозы,

Страшных пожарищ огни.

Дымом наполненный воздух,

Гулы и грохот войны.

Битвы, бои и сраженья.

Дни и труда, и тревог.

Брат твой, танкист, продолженьем

Подвига был, твоего.

Шуру, к победам светлым

Вёл, твой смелый пример.

Признан и он был, посмертно.

Героем СССР.

Как много, героев наших,

В сердцах, твоё имя неся,

Бились в боях рукопашных.

Бились с врагом в небесах.

В сраженьях, в морских пространствах,

И с высадкой, у берегов:

«За Зою Космодемьянскую!» –

Слышался к мести, зов.

На танках и пушках, светлели

Надписи, как призыв:

«За Зою!» – снаряды летели.

«За Зою!» – был каждый их, взрыв.

Из танков своих выползая

В горящих лохмотьях, враги

Бежали, орудья бросая.

А многие, рядом легли.

Растратив последние силы -

Им смерть закрывали глаза.

Так мстила им Зоя, так мстили

Её боевые друзья.

И поняли, может быть позже

Её палачи, в той войне,

Что истина Зои дороже

Всех истин иных на земле.

Когда-то они ликовали,

Над девушкой юной глумясь,

И, может, теперь осознали,

Что Зоя втоптала их в грязь.

Что подвигом бескорыстным,

Смело, встав над судьбой,

Сама осудила фашистов,

Оставшись в бессмертье живой.

Лишённые чести и славы,

Не любят они вспоминать,

Как вешали, как убивали…

Рожала их видно не мать.

Позором фашизм заклеймили,

Лишив его прежних основ.

А Зое, подобно богине ,

Несут и цветы, и любовь.

7

Мы, Зоя, тебя не забудем

И в памяти будем хранить.

Но были, и есть ещё люди,

Готовые всех очернить.

Да, были в стране недостатки,

Посмели мы их обнажить.

Не всем показалась бы сладкой,

Советская, новая жизнь.

Но жили мы вовсе без страха,

Уйдя от всех прожитых бед.

Все – равные. Нет олигархов.

Все учатся, жаждут побед.

В степях целину поднимают

И строится множество школ.

Вот в космос Гагарин взлетает!

Вот атомный ледокол!

Плывёт он, легко разгрызая

Морей арктических льды.

Вот БАМ, как дорога стальная

На Дальний Восток, сквозь Сибирь.

Бегут, оживляя пространства.

И ночью, и днём поезда.

И множество электростанций

Построено, было тогда.

Вот мир трудовых покорений.

У всех была общая цель.

Быть может, в какое-то время

Внезапно, он, вдруг потускнел.

И тут же, пришли либералы,

И нашу большую страну

Сломав, по кускам разобрали.

Из многих, я выбрал одну.

Россию я выбрал. Рождённый

В России, Россией я жил.

Но нынче, освобождён я

От прошлого, чем дорожил.

Всё то, что казалось мне близким

Не ценят иные теперь.

Героев святых обелиски,

Для них лишь осколки потерь.

Спешат опозорить былые

Победы и славу отнять.

Откуда, те люди, больные

Сознаньем, и как их понять?

Нельзя допустить, чтоб их бредом

Наполнились чьи-то умы.

Как прежде, своею победой,

Россия, с тобой мы сильны.

Как прежде стоим мы на страже,

Чтоб, в новых веках сберечь,

Славу героев наших,

Их благородство и честь.

И нынче, болтать не позволим

Всем, тем, кто, недавно лишь, лгал,

Всем, тем, кто Россию позорил,

И души героев марал.

И, никакой новизной, им

Не оправдать свою ложь.

С тобой, вся Россия, Зоя!

С тобой, вся её молодёжь.

Любые, чёрные сплетни,

Тех, что неправдой живут,

Зоя, твоё бессмертье,

Подвиг твой, не зачеркнут.

8

Честная, смелая, чистая,

Дочь великой страны,

Зоя, тобою гордимся

В каждом мгновении, мы.

Ты озаренье России,

Луч её золотой,

Подвига женского символ.

Мужества дух боевой.

Гордость отчизны любимой,

Вечная слава её.

От родины неотделимо

Светлое имя твоё.

Пусть, жизнь несущее, время

В дали иные плывёт.

В юных сердцах поколений

Подвиг твой вечно живёт.

Снова облаком светлым.

Ты освещаешь высь.

Ты ведь, Зоя бессмертна:

Зоя, по-гречески: жизнь.

В этих лесах Подмосковья.

В травах её и в цветах,

Ты появляешься снова

С тонкой травинкой в губах.

Нет ни войны, ни фашистов.

Солнцем весь мир озарён.

В этом сиянии чистом,

Отблеском прежних времён,

Тихо идёшь ты лугами.

Долго сидишь у реки,

К сердцу приблизив руками,

Сорванные васильки.

Молча о светлом мечтаешь,

Словно любимого ждёшь.

С нами, ты жизнь продолжаешь!

С нами, ты, Зоя, живёшь!

Храбростью обессмертив

Юную, гордую жизнь,

Шагаешь, в иные столетья,

Сквозь новые рубежи.

Шагаешь, вместе с Россией,

Героев чьих, всех не счесть.

Спасибо тебе, спасибо,

За то, что была ты и есть.

Спасибо, Зоя, спасибо,

За подвиг твой боевой!

За то, что живём мы в счастливой,

В стране, нам до боли родной!

Ты нашей Победы символ.

Ты Родины ангел святой.

Защитники Бреста

Жители п. Тучково Рузского городского округа

Подмосковья горды тем, что один из героев,

обороняющих легендарный Брест от фашистов

(руководитель обороны) был их земляк

Потапов Александр Ефремович.

1

Усыпали снаряды, мины,

И бомбы город Брест. Враги,

На крепость Бреста шли лавиной,

Но взять ту крепость не смогли.

Под сильным вражеским ударом,

Советский полк, вдруг принял бой.

Без командира, комиссара

Остался полк, в день выходной.

Начальник штаба, самый старший,

Потапов, сам возглавил полк

И в первой битве рукопашной,

Отбить атаку немцев смог.

Такой отпор не ожидая,

Фашисты отошли назад.

И вновь их сила огневая

Сжигает, рушит всё подряд.

Пронзают крепость всю снаряды.

Идут в атаку немцы вновь.

В огне вся крепость, но пощады

Никто не просит у врагов.

2

Пытался в крепость враг пробраться,

Но тут же встречен был огнём

Потапов дал приказ: сражаться

Не зная жалости, с врагом.

Он, Тереспольские ворота

С бойцами, смело защищал,

И сам строча из пулемёта,

Свинцом фашистов поливал.

Наганов – лейтенант бесстрашный,

Его помощник боевой,

Врага, из Тереспольской башни

Встречал атакой огневой.

Он и четырнадцать курсантов

Военной школы полковой,

Фашистов яростно кромсали.

И долго длился этот бой.

Поздней, в развалинах той башни,

Уже в иные времена,

Останки воинов бесстрашных

Найдут, узнав их имена.

3

Уж, слишком много немцев было

Под Брестом. Дан им был приказ:

«Взять крепость!» и её бомбили

Бомб, не жалея, много раз.

Стреляли, каждый день из пушек,

И каждый день в атаку шли,

Стараясь, целиком разрушить.

Но взять ту крепость не смогли.

Хотя вгрызались в стены мины,

Взрываясь на осколки зла,

В развалинах, пожарах дымных

Она по-прежнему жила.

Фашистам половину суток

Дал фюрер, крепость захватить.

Но, как и прежде, недоступна

Она и продолжает жить.

Прошло двенадцать дней, в подвалах

Большой той крепости, ютясь,

Солдаты наши воевали,

Остановить врагов, стремясь.

4

И были вынуждены немцы,

Здесь, снова продолжать бои,

Хотя лежал их путь к Смоленску

И дальше до самой Москвы.

Так, Брест, сумел врагов ослабить,

Притормозить их натиск смог,

Ведь не могли, они, оставить

В своём тылу советский полк,

Бойцы чьи, яростно сражались,

Преодолев смятенья грань.

Их больше сотни оставалось

В подвалах здания казарм.

Как командир полка, Потапов

Бойцов на группы разделил,

Назначил старших и в атаки,

Неоднократно, их водил.

Там, с ними, женщины и дети

От жажды мучились в те дни.

Их жизнь была на грани смерти,

В руках пылающей войны.

5

Подростки, там, презрев опасность -

Пётр Клыпа, Коля Новиков,

Нашли вдруг склад боеприпасов,

Запас винтовок новеньких.

Нашлись патроны и гранаты,

И пулемёт там новый был.

Расцеловав ребят, Потапов

Им благодарность объявил.

Но всё трудней им становилось,

Всё меньше оставалось сил.

От бомб все стены развалились.

И в нос, и в уши лезла пыль.

К ним пограничники пробились.

Их, Кижеватов, лейтенант,

Привёл. Они объединились,

Чтобы атаки отбивать.

В бессильной ярости, фашисты

Из огнемётов стали бить,

Стараясь, путь себе очистить.

Но натиск их был вновь отбит.

6

А силы таяли, немало

Убитых, раненых лежат.

Медикаментов не хватало

Для умирающих солдат.

И вовсе даже не осталось

Средств перевязочных, лекарств.

Вода им кровью доставалась -

К реке так просто не попасть.

Расстреливал враг хладнокровно,

Солдат, ползущих, за водой.

И, оставляя лужи крови,

Погиб здесь ни один герой.

По каплям воду раздавали,

Следя, чтоб зря не пролилась.

Уже еды недоставало -

Последний кончился запас.

И проводит, тогда решили

Детей и женщин к немцам, в плен.

Слез, не скрывая, проводили.

Печаль терзала их весь день.

7

Не зря, при этом, грустном, акте

Любой боец полка притих.

Он, тоже, вспоминал, Потапов,

Родных и близких, всех своих.

Ну и, конечно же, подругу,

Любовь, чья светиться и днём.

Чей взгляд и ласковые руки,

И поцелуй, остались в нём.

Он вспоминал тот сад в Тучково,

Где юной жёнушке шептал,

Что он живёт её любовью,

Что он её лишь и искал.

Они расстались, чуть не плача,

И он уехал далеко.

Но поцелуй её горячий

В нём до сих пор хранит тепло.

Но, отстранив святые мысли,

Дав отдых сердцу и уму,

В реальность жизни возвратился

Он, окунувшись вновь в войну.

8

Теперь, когда бойцы остались

Без женщин и детей, они,

Врагам сильней сопротивлялись

В те героические дни.

Никто не помышлял о сдаче.

Но нет уж пищи и воды.

Шаг каждый смертью обозначен.

Одна лишь слава впереди.

Кончаются боеприпасы,

Патронов горстка. Как им быть?

Решили: в тыл врага прорваться,

Рукав реки Буг переплыть.

К казарме, к Тереспольской башне

Потапов и его отряд,

Рванулись смело и бесстрашно,

И здесь им не было преград.

Их, прикрывая, отбивался

С бойцами, Кижеватов. Он

С врагами яростно сражался,

И сам был в том бою сражён.

9

О Кижеватове Андрее,

Не смею скромно промолчать.

В бою жестоком, он сумеет

Отряд фашистов задержать.

С бойцами, смело защищаясь,

Убил врагов немало он,

Пока Потапов прорываясь,

Не смял, вдруг, вражеский заслон.

Сражался храбро Кижеватов.

Погиб в бою неравном, он.

Погибли все его солдаты,

Под сильным вражеским огнём.

Страна героя по заслугам

Смогла, посмертно, оценить.

И ныне, чтят и помнят люди

Того, чей подвиг не забыть.

Заняв позицию, фашисты,

Вдруг увидали: вдалеке,

Отряд солдат советских, быстро

Спускался с крутизны, к реке.

10

На остров западный, стремятся

Красноармейцы, торопясь

Из окружения прорваться,

Врагов, как прежде не страшась.

Бойцы с Потаповым пытались,

Преодолеть второй рукав

Реки. Но выстрелы раздались

Во всех, пустившихся, там, вплавь.

С другого берега встречая

Бойцов, строчил зло пулемёт.

Но раны боль, не замечая,

Потапов к берегу плывёт.

Так плыл, наверное, Чапаев.

Но здесь, со всех сторон враги

И нет надёжного причала,

И нет друзей, чтоб помогли.

Как он погиб, никто не знает.

Мелькнула мысль, последний раз,

О милой: «Жёнушка, родная…» -

Шепнул и взор его погас.

11

Погиб герой, отдав Отчизне

Всё то, чем мог он ей помочь.

Но продолженьем яркой жизни

Его, была родная дочь.

И может быть, в огнях сражений,

Где жизнь так трудно сохранить,

Предполагал он, что рожденье

Ребёнка, жизнь его продлит.

Не зря, за Родину тревожась,

С фашистами он воевал.

Дочь, не рождённую, он, тоже,

В боях с врагами, защищал.

Не знал, но чувствовал и верил:

Дочь или сын, продолжат жизнь,

И потому, шёл в бой, он, первым,

Не смея жизнью дорожить.

Во имя родины, готовый,

Сражаться до конца с врагом,

Герой Потапов, из Тучково

Погиб. Но помнит мир о нём.

Н. Ф. Лебеденко

Герой Советского Союза,

Комдив и мудрый генерал.

Как много воинского груза

Порой, один, он, поднимал.

Решать в час трудный приходилось:

Стоять под натиском врагов

Или, бойцы чтоб сохранились,

Вдруг отойти под сень лесов.

Решение любое было,

Как приговор и жгло огнём.

И жизнь, и смерть, всегда в нём жили,

Как в измерении одном.

С дивизией любимой слившись

Все дни войны он ею жил.

Он помнил всех бойцов погибших,

Которых искренне любил.

И от Москвы, и до Берлина,

Как много пало их, солдат.

И после смерти их, он, с ними -

Нельзя забыть тех скорбных дат.

Война закончилась, но долго

И честно, он ещё служил,

Был верным воинскому долгу,

Отдав ей все движенья сил,

До самой смерти вспоминая

Бойцов соратников своих.

Мелькала, словно бы живая,

Жизнь героическая их.

Солдат своих припоминая,

Он уходил в их мир былой.

Жил генерал, не забывая

Бои в Тучково, под Москвой.

Своей профессии священность

Здесь под Тучково, он постиг,

Познал людского духа ценность.

Народ здесь с армией был слит.

В Тучково он переродился,

Познав иную суть любви,

К стране, которой пригодился,

В боях здесь, рядом у Москвы.

С. И. Солнцев

Когда фашизм по Подмосковью

Вдруг покатился вихрем зла,

В лесах под Рузой и Тучково

Сошлись отряды партизан.

Бесстрашным, смелым комиссаром

В своём отряде Солнцев был.

Он подвиги погибших славил,

И искренне живых любил.

В тылу, на митингах старался

Он правду людям довести.

Чтобы народ, сопротивлялся

Врагам и продолжал им мстить.

И оставаясь непреклонным

Смог беды все перенести.

Людей немало от угона

В Германию, он смог спасти,

Своим отрядом помогая

Им, избавляться от врагов.

Порой при этом проливая

В боях, свою живую кровь.

В деревне каждой был он узнан -

Простой народ его любил.

Начальника гестапо в Рузе,

Ганс Вернера, приговорил,

Он к казни, но при нападенье

Был партизанам дан отпор.

Не удалось то покушенье.

Остался в силе приговор.

Тот Вернер, огненным железом

Пытал, был смраден дыма чад.

Но верил Солнцев, что возмездье

Настигнет всё же, палача.

Немало славных операций

Сумел он, Солнцев совершить,

С врагами, продолжая драться.

Им не один фашист убит.

С бойцами храбрыми своими,

Отряды их уничтожал,

Прославив собственное имя

И тех, кто рядом воевал.

Однажды, около деревни

Андреевское, их отряд

Попал в засаду. Солнцев первым

Стал вражий натиск отбивать.

Их группа отойти старалась.

Был ранен Солнцев в том бою.

Тяжёлой рана оказалась.

И всё же, он ещё в строю.

Приказ он дал отряду: «Быстро

Его, оставив, в лес уйти»,

И продолжал стрелять в фашистов.

Вдруг сердце замерло в груди.

И обессиленный упал он,

На миг сознанье потеряв.

Так в плен к карателям попал он,

Но спас от немцев свой отряд.

Он зверским пыткам подвергался

И всё ж, как истинный герой,

Молчал. И здесь он не сдавался,

Неравный продолжая бой.

От злобы, яростной, фашисты,

Его повесили потом.

Для Родины кристально чистым

И светлым оставался он.

Как трудно, вспоминать то время

Военных лет, чья быль страшна.

Она, оставшись в поколеньях,

Ещё как будто не прошла,

Хотя не каждый замечает

Её священной глубины.

Но вздрогнет мир, порой, случайно,

Припомнив ужас той войны,

Опять перебирая даты

Тревожных, незабытых дней,

Когда советские солдаты

Фашистов гнали в их предел.

Чтоб там, в их логове зверином,

Войну победой завершить.

Нам вспоминать необходимо

Былое время страшных битв.

И всех, погибших здесь, под Рузой,

Как Солнцев в тот священный день.

Герой Советского Союза

Он вечен в памяти людей.

А. П. Захаров

А вот ещё пример святой

Героев, в битве за Тучково.

Шёл долго за посёлок бой

Всю землю, обагряя кровью.

В нём отличился лейтенант

Захаров, подвиг совершивший.

Он, пробираясь по лесам,

Дойдя до церкви, влез повыше.

Стал корректировать огонь

С церковной колокольни. Смело

Указывал объекты он –

Снаряды достигали целей.

Уничтожались вражьи пушки

Огнём советских батарей.

Был не один их пункт разрушен.

И немцы, словно озверев,

Сейчас же, церковь окружили,

И, ранив смелого бойца,

Вниз, с колокольни потащили.

Стекала кровь с его лица.

При помощи жестоких пыток

Пытались у него узнать:

«Как в тыл их армии проник он?

Где части русских войск стоят?

Где штаб их главный и откуда,

Здесь, наступление им ждать?»

Но он молчал, сжимая губы,

Не собираясь отвечать,

Не стал врагов-садистов слушать.

Они, ему в тот страшный миг,

И нос отрезали и уши

И били.… Был герой убит.

Залившись алой, юной кровью,

Закрыл глаза он навсегда.

Захаров! Подвиг твой Тучково,

Не позабудет никогда!

Тебя, с великою любовью

Чтят люди, в памяти храня.

Не зря же, в честь тебя в Тучково

Одна из улиц названа,

Как память вечная, частица

Бессмертия души живой.

Нельзя тобой нам не гордиться,

Нельзя не помнить подвиг твой.

Не зря же, ярко он искриться

В потоке вечного огня,

Чтоб не смогла вновь повториться

Здесь, на святой земле, война.

Михаил Карпов

А вот ещё герой, тучковец,

Чья яркая, святая жизнь,

Как героическая повесть.

Светлы той жизни рубежи.

Учился он в начальной школе

Деревни Картино, потом,

Уже, в Трутеево продолжил

Учёбу, в средней школе, он.

Был Карпов Михаил спортсменом,

Художником хотел он стать.

Но начались в нём перемены,

Когда он начал подрастать.

В Рязань поехал после школы,

В пехотное училище.

И этим выбором доволен,

Иных путей не ищет, он.

После учёбы, лейтенантом

На Южном фронте воевал.

При окружении был ранен

И вне сознанья, в плен попал.

Бежал из плена, но поймали

В Германию препроводив.

Он вновь бежал. Его искали

Собак по следу, натравив.

И всё же, смог он, Карпов, скрыться,

В Чехословакию сбежать.

Там, в партизанах, будет биться

С врагами, храбрый лейтенант.

За то, что смело, воевал, он,

И вражьи силы подрывал,

Был Карпов награждён медалью.

И он медаль ту оправдал.

В последний год войны, в апреле,

В Чехословакии, опять,

С диверсионной группой, смело

Он продолжает воевать.

Пельгржим, Йиглава, Тельч, Градау -

В пространстве этих городов,

Им по заданью фронта, надо

Взорвать ряд пунктов и мостов.

Сообщили им, что по дороге

Железной, через их район

Спеша к фашистам, на подмогу,

Пройдёт военный эшелон.

Взрывчатку, подложив под рельсы,

Готовит взрыв тот, Карпов сам.

И вот он поезд. Но не немцы,

Народ рабочий, чехи там.

Но в действии уже взрывчатка.

Взрыв неизбежен. Что есть сил,

Бежит к взрывчатке этой, Карпов.

Взрывчатку телом он накрыл.

Раздался взрыв. Он на кусочки

Всё тело Карпова разнёс.

Встал поезд. Множество рабочих

Сошли на землю, не без слёз.

Тот подвиг, чехи и словаки

Не позабудут в днях любых.

Остался в памяти их Карпов,

Герой, отдавший жизнь за них.

Лишь восемь дней не смог дожить он,

До дня Победы над врагом

В Седлейове обелиск гранитный,

Там, где погиб он, возведён.

Тучково, сын твой, Миша Карпов,

Погиб, спасая людям жизнь.

Но позабыли нынче «братья»

Его великий героизм.

Муса Джалиль

1

Ты ярко жил, Муса Джалиль.

Ты и сейчас в строю.

Не покорил враг, не убил

Тебя и песнь твою.

Взлетела песня над землёй,

Как твой последний вскрик.

Враги кричали песне: «Стой!»

А ты глаза закрыл.

Закрыл красивые глаза,

В которых гнев и боль.

Жена и дочь в них, и Казань

И к Родине любовь.

И уносилась песня вдаль,

К любимой стороне.

И глухо ветер закричал,

Заплакал о тебе.

Пытался сбить он с ног врагов,

Дул каждому в лицо

И всё же, справится, не смог

С оравой подлых псов.

На, утро раннее косясь,

Пошли они, все, прочь,

И в глубину их страшных глаз

Вползала злая ночь.

А ветер плакал. О, Джалиль!

Наверно, он не знал,

Что ты тогда остался жив,

Что ты не умирал.

Что ты к Отчизне полетел,

Поднявшись песней ввысь.

Джалиль, и я бы так хотел,

Продолжить песней жизнь.

2

Шагаю к тебе

По тропинкам твоих стихов,

Навстречу к беде.

Муса, это вовсе не сон.

Я вместе с тобой,

Пишу, в фашистской тюрьме,

Стихи про любовь,

Стихи о любимой стране.

Пусть час наш пробьёт –

Погибнем мы вместе с тобой.

Но солнце взойдёт

Над Родиной нашей святой.

Александр Матросов

И не было лишних вопросов.

Задание ясно: «Вперёд!»

И вот, Александр Матросов

К фашистскому дзоту ползёт.

Погиб его верный товарищ.

Редеют солдат ряды.

Он крепко гранату сжимает.

Как маятник, сердце в груди.

По снежному полю земли,

Уверенно к дзоту ползёт.

Как жало из пасти змеи,

Из дзота торчит пулемёт.

Последней гранаты бросок –

И дзот, оглушенный, замолк.

Кричит он: «Ребята, вперёд!»

Но, вновь застрочил пулемёт.

Здесь некогда думать – на дзот

Он прыгнул, о смерти забыв,

Всем телом накрыв пулемёт,

Друзей своих сердцем прикрыв.

Вот так, Александр погиб,

Пожертвовав смело собой.

Любой ли, из нас, совершит,

Сегодня поступок такой?

О героях обороны Тучково

1

Фашисты яростно пытались

Прорваться и Тучково взять.

Здесь сотни мин, гранат взрывались,

Здесь метил в каждый дом снаряд.

Стреляли пушки, самолёты

Бросали с неба, сотни бомб.

Тучково в самом центре фронта,

И всё-таки, оно живёт.

Оно дымится и пылиться,

Уже разрушено, почти,

Но прикрывает путь к столице,

К ней немцам не даёт пройти.

Как заколдованное место,

Тучково, малый городок,

Но одолеть не могут немцы

Его, в назначенный им срок.

На целый месяц задержались,

Вперёд не сдвинуться никак.

Уж, осень, холода начались,

А холодам никто не рад.

2

Враг, поневоле озлобленный,

Атаку повторить решил,

И два пехотных батальона

И восемь танков в бой пошли.

Но их советские солдаты

Сейчас же, встретили огнём.

Был уничтожен из засады

Немецкий, первый батальон.

Другой же, батальон немецкий,

Вперёд продвинуться, не смел.

Артиллеристы наши метко

Пронзали видимую цель.

Разведчик помогал им в этом,

Борис Копейкин, смело, он,

На заводской трубе, отметив

Цель, корректировал огонь.

И Юрий Шишкин отличился -

С трубы по целям наводил.

Увидев это, враг, сбесился,

И всю трубу изрешетил.

3

Седьмого ноября парадом

Прошли советские войска

По Красной площади и рада

Была поздравить их Москва.

Войска оттуда уходили,

Прямым движением, на фронт.

И в бой вступая, немцев били,

И сами шли, теперь, вперёд.

И здесь в Тучково появились

Те, кто прошёл в Москве парад.

В дивизию, они все, влились,

Чтобы Отчизну защищать.

Но слишком много было немцев

И трудно их напор сдержать.

Решили, и путём диверсий

В тылу врагов уничтожать.

Так Барабанщиков возглавил

Отряд разведчиков, с ним был

Пролётов – политрук, немало,

Отряд их, немцев перебил.

4

Почти что, каждый день старались

Тучково немцы захватить,

И как-то к школе подобрались,

Желая, наших, оттеснить.

Ценой больших потерь, проникли

Вовнутрь, чтоб закрепится, тут.

В бою жестком том погибли

Парторг полка и политрук.

Парторг полка Иван Карпухин,

Атаку организовал.

А Иванов, как политрук, он

Пример солдатам подавал.

Погибли оба защищая,

Тучково, родину свою.

Погибли, детям завещая,

Не только школу – всю страну

Погибли многие солдаты

Сорок девятого полка,

Стрелкового. Их подвиг ратный

Нам позабыть нельзя никак.

5

И на вокзале закрепились

Фашисты, но вступили в бой

Советские танкисты с ними,

Устроив штурм им огневой.

Спеша в атаку, отличился

В той битве лейтенант Харьков.

Отчаянно с ним рядом бился

Сержант бесстрашный, Киселёв.

Они, из здания вокзала

Сумели выдавить врагов.

Из школы тоже их изгнали -

Там немцев много полегло.

И озлобленные фашисты,

Всей артиллерией своей,

Спешат на город навалиться,

Чтоб не осталось в нём людей.

Огнём, снарядами, решили

Его с лица земли стереть.

Из всех своих орудий били

Бомбили, насылая смерть.

6

Снег белый почернел от гари,

До облаков вздымалась пыль.

Дым, от начавшихся пожаров,

Тучково всё собой накрыл.

И, исковерканные зданья

Заводов и жилых домов,

Дымясь и трескаясь, пугали

К ним торопящихся, врагов.

Они уверенными были

Что русских нет уже в живых,

Что их снаряды перебили,

Что бомбы подорвали их.

Ведь шквал огня, страшнее ада

Обрушен был на городок.

По всем законам, стать преградой

Злой городишка, тот, не мог.

Им это придавало смелость.

Свой дух, пытаясь сохранить,

В атаку немцы шли, надеясь,

Тучково быстро захватить.

7

Но вдруг, из всех руин, развалин,

Нагроможденья кирпичей,

Из щелей, выстрелы раздались,

Каскадом огненных свечей,

Они по немцам полоснули

На землю многих положив.

Атака немцев захлебнулась,

Назад попятился, кто жив.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.