Елена Малиновская
Личный медиум для светлого лорда

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая

Лето в этом году выдалось на редкость дождливым и прохладным. Уже конец июня, а пригожих солнечных деньков, считай, почти и не было.

Вот и сегодня я проснулась под мерный шум дождя. За окном лило так, что комната утопала в сером влажном сумраке.

Некоторое время я лежала, закрыв глаза и слушая убаюкивающие звуки непогоды. Почему-то вспомнился пансион, в котором я провела несколько далеко не самых счастливых лет. Представляю, как холодно сейчас в общей спальне для девочек. Постельное белье наверняка отяжелело от сырости, поэтому одеяло почти не греет. А умываться вообще приходится ледяной водой.

Теперь все было иначе. В углу комнаты посверкивала тревожными багровыми огнями магическая жаровня, и я чувствовала, как от нее волнами распространяется тепло. Про остальное и говорить нечего. Одно слово служанке – и для меня уже через несколько минут будет готова ванна, наполненная ароматной и очень горячей водой. До сих пор не верится, что моя жизнь так круто и резко переменилась.

Вообще-то, не было никакой нужды просыпаться рано. Я вполне могла подремать в свое удовольствие еще несколько минут, да что там – хоть целый день. Никто не скажет мне и слова поперек, если я сегодня вообще не встану, провалявшись в праздном безделии. Но, еще немного понежившись, я все-таки решительно откинула одеяло в сторону.

– Доброе утро, леди.

В тот же миг дверь в спальню приоткрылась, и в комнату скользнула Мелани – моя личная служанка.

Моя личная служанка…

Я мысленно повторила эти слова, в сотый, наверное, раз поражаясь им. Если кто-нибудь совсем недавно сказал бы, что вскоре у меня будет своя собственная служанка – я, без всякого сомнения, рассмеялась бы этому человеку в лицо.

– Я так и знала, что вы уже проснулись.

Мелани старательно удерживала на губах широкую приветливую улыбку. И ее нарочитая доброжелательность и услужливость, признаюсь честно, даже слегка раздражала меня. Потому что я никак не могла понять, как же она относится ко мне на самом деле. Мелани никогда не позволяла себе ни малейших проявлений искренних эмоций в мой адрес.

– Позвольте помогу вам одеться, – так же ровно продолжила она. – Ваш супруг, лорд Гессен, ждет вас на завтрак.

Ого!

Остатки дремы немедленно слетели с меня.

Дагмер ждет меня на завтрак? С какой такой стати?

Вообще-то, я уже полтора месяца как считалась законной женой лорда Гессена. Но за это время видела его считанное количество раз. Понятия не имею, во сколько он вставал, но возвращался с работы точно уже после того, как я ложилась спать. Не могу сказать, что подобное положение дел целиком и полностью устраивало меня. Наверное, только вначале, когда я лишь привыкала к новому статусу и больше всего на свете боялась того, что Дагмер нарушит свое обещание и все-таки решит консумировать наш брак. Но дни складывались в недели – и ничего не менялось. К настоящему времени такое подчеркнутое равнодушие светлого лорда стало даже немного задевать меня. Я терялась в сомнениях, что же между нами будет дальше, как начнут развиваться наши отношения и начнут ли вообще. И вот теперь он желает встретиться со мной.

Почему-то стало страшно. Скажу честно: лорд Гессен по-прежнему пугал меня. Он был полной противоположностью взрывному и эмоциональному Максимилиану. Мысли и планы Дагмера оставались полнейшей загадкой для меня. В наши редкие и по большей мере случайные встречи я чувствовала себя не в своей тарелке, поскольку понятия не имела, что от него ожидать.

– Леди?..

Негромкий оклик служанки вывел меня из состояния ступора, вызванного неожиданным известием о скорой беседе с Дагмером. Мелани чуть приподняла бровь, и я осознала, что пропустила какой-то вопрос от нее.

– Простите? – Я виновато улыбнулась. – Вы что-то спросили?

– Какой наряд вам подготовить? – послушно повторила Мелани.

– Мне все рано, – честно ответила я.

Я до сих пор не могла привыкнуть к тому, что у меня богатый выбор платьев на любой случай жизни. Дагмер озаботился этим сразу же после нашей столь неожиданной свадьбы. Работа по обновлению моего скудного гардероба закипела уже на следующее утро, когда я впервые проснулась в его доме. Целая толпа портних снимала с меня мерки, прикладывала всевозможные ткани к телу, громко спорила о модных фасонах и о наиболее выгодных сочетаниях оттенков, подходящих под цвет моих глаз и волос. От многоголосой трескучей болтовни к вечеру у меня немилосердно разболелась голова. Но своеобразная пытка продолжалась еще много дней кряду. Меня бесцеремонно вертели около зеркала, кололи булавками при примерках, заставляли ходить, сидеть, стоять, проверяя, не допущено ли каких-либо огрехов при кройке. И к концу недели гардеробная, прилегающая к моей спальне, ломилась от великого разнообразия одежды. Тут имелись как повседневные платья, которые, однако, были пошиты из самых дорогих и качественных тканей, так и наряды, в которых и на званом приеме не стыдно показаться. Работа над одним из них заняла не меньше месяца и лишь недавно была закончена. Я в буквальном смысле слова онемела, когда мне с гордостью продемонстрировали нечто невесомо-воздушное, искрящееся холодным блеском мелких бриллиантов и благородным огнем драгоценных камней, которыми был щедро расшит корсаж из плотной парчи и широкий пояс. И онемела даже не от восторга, а от осознания, сколько может стоить подобное платье. Целое состояние!

И меня до сих пор глодал вопрос, для кого же выхода предназначено это великолепие? Искренне надеюсь, что Дагмер проявит милость и не будет выводить меня в высший свет. Потому что в таком случае я рискую опозориться сама и опозорить его хотя бы из-за незнания правил этикета. Да и вообще как-то боязно представить, что я вдруг окажусь в центре всеобщего внимания.

– В таком случае позвольте мне сделать выбор, основываясь на своем вкусе, – сдержанно проговорила Мелани, и я отвлеклась от затянувшихся мысленных рассуждений.

– Да-да, конечно, – поспешно согласилась я.

Служанка поклонилась и скользнула в гардеробную. Ну а я в свою очередь отправилась в ванную комнату.

Известие о том, что Дагмер внезапно решил позавтракать со мной, настолько взбудоражило меня, что обычные утренние процедуры я провела в кратчайший срок. Когда я вышла, то Мелани уже ожидала меня с платьем наготове.

– Надеюсь, вы не против голубого цвета, – с обычной своей вежливостью сказала она. – Сегодня пасмурно. Он напоминает о ясных днях.

Я кивнула, показывая, что всецело одобряю ее выбор. Хотя, если честно, мне нравились абсолютно все наряды в моем гардеробе. Каждый из них по сравнению с серым приютским одеянием казался вершиной портняжного мастерства.

Еще несколько мучительно длительных минут – и процесс моего одевания был завершен. Мелани аккуратно расправила последнюю складку на подоле и взяла в руки гребень.

Будь моя воля – я бы ограничилась привычной косой. Но служанка занялась моим внешним видом всерьез. Поэтому она убрала волосы в строгий высокий пучок, скрепив его множеством шпилек с крупными жемчужными навершиями. А затем вовсе потянулась к косметике.

– Не надо! – не выдержав, отказалась я. – Мелани, я обойдусь без макияжа.

В прозрачных серых глазах служанки мелькнула слабая тень удивления, но спорить она не стала.

– Как скажете, – проговорила привычно ровно. – В таком случае – прошу.

Я кинула последний взгляд на свое отражение. Чуть поморщилась от новой прически.

Как-то непривычно я выгляжу с нею. Строже и словно старше на несколько лет. И шпильки еще эти… Голова от них как-то побаливает. Так и хочется их выдернуть.

– Что-то не так? – немедленно спросила Мелани, уловив мое неудовольствие.

– Нет-нет, все хорошо, – поторопилась я сказать.

Пожалуй, лучше все оставить так, как есть. Иначе придется потратить еще с десяток минут, пока Мелани соорудит что-то новое из моих волос. А я и без того уже ногти грызть готова от нетерпения. Безумно любопытно, зачем Дагмер хочет меня видеть. Любопытно – и очень, очень тревожно.

Сердце то и дело испуганно замирало в моей груди, пока я шла в обеденный зал. За пару шагов от него я на пару секунд остановилась. Шумно вздохнула, силясь хоть немного умерить волнение.

– Лорд Гессен, ваша супруга, леди Гессен.

Мелани, видимо, поняла, что я так и намерена стоять и глазеть на закрытые двери, поэтому ловко обогнула меня и распахнула их. Вошла и громко объявила о моем прибытии.

Многострадальное сердце немедленно рухнуло в пятки. Я едва не рванула прочь, но в последний момент остановилась.

Хельга, успокойся! Ты так трусишь, как будто Дагмер жестокий тиран и не раз избивал тебя. Вообще-то, он даже голоса на тебя ни разу не повышал в отличие от того же Максимилиана.

Это простое рассуждение помогло мне немного справиться с вышедшими из-под контроля эмоциями. И, собрав по крупицам решимость, я вошла в обеденный зал.

Дагмер встал при моем появлении. Вежливо склонил голову, приветствуя меня.

– Доброе утро, – проговорил негромко.

– Доброе, – с некоторой робостью отозвалась я.

Застыла на пороге, почему-то опасаясь подойти ближе.

– Хельга, я не кусаюсь, – с легкой усмешкой заверил меня Дагмер. – О чем, к слову, не раз говорил. И я буду счастлив, если ты составишь мне сегодня компанию за завтраком.

– Да-да, конечно.

С трудом успокоив нервы, я подошла ближе. Дагмер немедленно отодвинул для меня стул.

– Прошу, – обронил небрежно.

Я без малейших возражений села. Осторожно расправила на коленях накрахмаленную до хруста салфетку и вновь замерла, неестественно выпрямившись и с тревогой ожидая, что будет дальше.

Дагмер между тем вернулся на свое место. Тоже опустился на стул с высокой резной спинкой и искоса глянул на стоявшую чуть поодаль служанку в белоснежном чепчике и в таком же ярчайше белом переднике, повязанном поверх серого строгого платья. Та перехватила взгляд лорда и немедленно юркнула прочь. Правда, не прошло и минуты, как вернулась, груженная тяжелым подносом.

– Приятного аппетита, – пожелал мне Дагмер.

Служанка в этот момент как раз поставила передо мной тарелку, накрытую клошем. Сняла его – и передо мной предстал великолепный воздушный омлет, щедро посыпанный сыром, тертой ветчиной и зеленью.

Я без особого желания взяла в руки столовые приборы. Буду честной: есть совершенно не хотелось. Но я прекрасно понимала, что Дагмер не начнет разговор до завершения завтрака.

Некоторое время в обеденном зале было тихо. Лишь чуть позвякивали вилки с ножами. Дагмер в отличие от меня не испытывал никакого стеснения или волнения. Он быстро и с очевидным удовольствием разделался со своей порцией омлета, затем придвинул к себе кружку с горячим кофе и сделал глоток.

Я в этот момент так же решительно отодвинула свою тарелку, съев, пожалуй, даже меньше половины. Все равно, как говорится, кусок в горло от тревоги не идет. Выжидающе посмотрела на Дагмера.

Тот без особых проблем понял, насколько я сгораю от нетерпения. Снисходительная ухмылка завибрировала в уголках его рта, но он милосердно не стал томить меня в неведении и дальше.

– Мы давно с тобой не общались, – мягко произнес. – Я даже успел соскучиться по тебе, Хельга.

Если честно, я не ожидала подобного начала разговора. И опять заволновалась сверх всякой меры, не понимая, что это значит.

– Мне надо испугаться или почувствовать себя польщенной? – после короткой паузы все-таки спросила я прямо.

Дагмер расщедрился на скупую улыбку. Легонько провел подушечкой большого пальца по краю чашки с кофе.

И почему-то в этом почудилось нечто такое интимное и предназначенное исключительно для меня, что я окончательно растерялась. Представила внезапно, как этим пальцем он проводит по моим губам…

Я решительно тряхнула головой, запретив продолжать столь щекотливую тему пусть даже в воображении. Особенно в воображении! Потому что, знаю точно, при желании Дагмер с легкостью распотрошит всю мою память, с дотошной доскональностью изучив самые темные и потайные закутки ее.

Уставилась в стол перед собой, с отчаянием ощутив, как щеки потеплели от смущения.

– Хельга, пожалуйста, перестань меня так бояться!

Дагмер сказал это вроде как весело, но в его голосе вдруг явственно прозвучало раздражение. И, понятное дело, я немедленно испугалась еще сильнее.

Какое-то время в обеденном зале было тихо. Я сидела тише мыши, не смея поднять глаза на своего вроде как законного мужа.

– Ну хорошо, – вдруг проговорил он.

Но теперь его голос был настолько преисполнен меда, что я осмелилась быстро посмотреть на него сквозь полуопущенные ресницы.

Он перехватил мой взгляд. Недовольно дернул щекой, как будто прогонял невидимого комара.

– Ты гадаешь, наверное, – с едва заметной холодностью продолжил ровно, ни на толику не повысив голоса, – почему я пригласил тебя. Что же. У меня для тебя две новости. Плохая…

Сделал паузу, как будто предлагал мне закончить фразу.

– Пожалуйста, начните с хорошей, – с вымученной улыбкой попросила я.

– И очень плохая, – бесстрастно завершил Дагмер.

Я вся обмерла.

Ох. Сдается, никаких приятных известий в это серое прохладное утро ждать точно не стоит.

Дагмер, наверное, не менее минуты молчал, пытливо вглядываясь в мое лицо, которое пылало все сильнее и сильнее от непривычного внимания. К концу этой затянувшейся паузы я чуть ли не кричать в голос готова была, лишь бы оборвать странное и такое мучительное молчание.

– Хотя, с другой стороны, кто знает, возможно, ты и обрадуешься первому сообщению, – с легкой ноткой задумчивости добавил он. – Сегодня вечером в королевском дворце состоится званый прием. И на него приглашены мы вдвоем. Причем твое имя король вписал лично.

– Лично? – недоверчиво переспросила я. – Но откуда он его знает?

– О, моя дорогая. – Дагмер насмешливо покачал головой. – Не забывай, кто я, а особенно, какое место занимаю в иерархии власти. Естественно, что королю сразу же доложили о столь внезапных и кардинальных изменениях в моей личной жизни. И так же естественно, что он хочет познакомиться с причиной столь радикальных перемен. К тому же вряд ли он доволен возобновлению вражды между мной и Максом. А ты, как ни крути, послужила первоосновой всего этого.

Ах да. Помню, в каком гневе Максимилиан уходил из дома Дагмера, когда узнал про нашу свадьбу. Боюсь, ни о какой дружбе между ними теперь не может идти и речи. Как бы вновь друг друга на дуэль не вызвали.

– Но я бы не назвал это очень дурной новостью. – Дагмер пожал плечами. – Скорее, неприятной. По крайней мере, для меня. Не буду скрывать, я ненавижу все эти званые приемы. Скука на них стоит смертная. Однако женщинам обычно нравятся балы.

И внимательно посмотрел на меня, желая увидеть мою реакцию.

Я тоскливо вздохнула в ответ. Потому что никакой радости не испытывала. У меня аж поджилки тряслись от мысли, что я буду представлена королю.

Ох, очень надеюсь, что я не опозорюсь при этом. Хорошим манерам я обучена, конечно. И в пансионе у нас проводились уроки танцев. Но у меня не было возможности применить свои знания на практике. Да и в дворцовом этикете имеется множество нюансов, о которых я не осведомлена.

– Вижу, ты тоже не пылаешь от восторга, – проницательно заметил Дагмер. – К моему величайшему сожалению, такое приглашение проигнорировать невозможно. Однако смею тебя заверить, что приложу все мыслимые и немыслимые усилия для того, чтобы мы сумели покинуть этот прием как можно раньше. – Сделал паузу и вкрадчиво завершил: – Если ты, конечно, не против.

– Нет-нет, не против! – выпалила я. – Буду только рада, если наш визит не затянется надолго.

Понимающая усмешка промелькнула на губах Дагмера. Однако, она почти сразу исчезла, как будто лишь привиделась мне.

– А вот вторая новость будет по-настоящему дурной, – холодно произнес он. – Потому что завтра на обед мы приглашены к моей матушке.

Я высоко вскинула брови от изумления.

Однако, странная у него градация плохого. Разве визит к родителям может быть хуже и волнительнее, чем королевский бал? По-моему, как раз наоборот.

– Не понимаешь, – протянул Дагмер, без особых проблем угадав причину моего недоумения. – Увы, завтра осознаешь, насколько я прав. Я бы лучше в яме с самыми ядовитыми змеями переночевал, нежели провел хоть час в обществе моих драгоценных родственников. Ты ведь знакома с моей сестрой, не так ли?

Я послушно кивнула, вспомнив, как мы с Максимилианом наведались в гости к Эстер Гессен.

Воистину, это была просто незабываемая встреча! Особенно ее финал, когда разозленная Эстер устроила совершенно безобразную сцену и принялась кидаться в нас бутылками. Только магия Максимилиана спасла нас тогда от неприятных последствий ее вспышки гнева.

– Так вот, поверь, моя мать, Кайла Гессен, в сотни раз непредсказуемее и вспыльчивее Эстер. – Дагмер досадливо поморщился. – Мне даже страшно представить, чем может закончиться этот визит.

– Почему бы тогда не отказаться? – осторожно предложила я.

Осеклась, когда Дагмер издал короткий язвительный смешок.

– Отказаться? – фыркнул он. – Милая моя, ты действительно не представляешь характер моей матери. Поверь, мой отказ от приглашения она расценит как серьезнейшее оскорбление, с величайшим удовольствием разорвет хрупкое перемирие, царящее между нами, и объявит настоящую войну. Войну, в которой мне, увы, не победить при всем желании.

После чего откинулся на спинку стула и раздраженно забарабанил пальцами по столу.

– Хуже всего то, что Кайле хватит ума пригласить на эту встречу и Макса, – бросил он зло. – Она обожает сталкивать людей лоб в лоб. Наверное, ты успела заметить по моей сестре, как та любит купаться в негативной энергии. Так вот. Данную донельзя отвратительную привычку она переняла именно от Кайлы. И поверь. Кайла превосходит Эстер в этом умении многократно.

Я мысленно отметила, что Дагмер предпочитает называть мать по имени. Судя по всему, отношения у них и впрямь хуже некуда.

В обеденном зале после последней фразы Дагмера воцарилась тягостная тишина. Я не решалась прервать ее первой, искоса поглядывая через полуопущенные ресницы на супруга. Тот недовольно хмурился, уставившись отсутствующим взором куда-то поверх моей головы.

– Ладно, – наконец, буркнул он. – Все равно это рано или поздно произошло бы. Невозможно вечно бегать от призраков прошлого. И кому, как не тебе, знать об этом

Посмотрел на меня в упор.

– Я постараюсь не подвести вас, – пискнула я.

Тяжелый ледяной взгляд Дагмера чуть потеплел после моего обещания.

– Даже не сомневаюсь в том, что ты будешь вести себя хорошо и правильно, – проговорил он мягко, и мне вдруг почудилась в его тоне затаенная нежность. – Девочка ты умная. Сумеешь сориентироваться. Я просто хотел предупредить тебя о том, что ни в коем случае не стоит принимать никаких слов Кайлы близко к сердцу. Считай, что она говорит о ком-то другом, не о тебе.

– Хорошо, – еще тише ответила я.

Дагмер еще пару раз размеренно ударил пальцами перед собой. И неожиданно широко улыбнулся.

– Но есть и кое-что положительное, – сказал громко. – Было бы очень несправедливо с моей стороны не вознаградить тебя после таких испытаний.

Я немедленно насторожилась пуще прежнего.

О чем это он?

– Спасибо, но… – запротестовала было, поскольку после всего услышанного уже не ожидала ничего хорошего.

– Неужели откажешься от мечты узнать, что на самом деле произошло с твоей матерью? – перебил меня Дагмер и лукаво подмигнул.

На пару мгновений я застыла с открытым ртом. Затем, опомнившись, закрыла его.

– Вы говорите всерьез? – ошарашенно поинтересовалась.

– Хельга, подобными вещами не шутят. – Дагмер укоризненно покачал головой. – Я помню свое обещание. И считаю, что пришло время его исполнить. После знакомства с моими родителями будет самым верным совершить визит вежливости в дом твоего отца.

Я быстро-быстро заморгала, растерявшись от такого поворота.

– Последние дни я занимался исключительно тем, чтобы уладить неотложные дела, которые требуют моего непосредственного присутствия в Индермейне, – продолжил тем временем Дагмер. – С остальной текучкой справятся мои заместители. Считаю, что вполне заслужил небольшой отпуск. Тем более что медового месяца у нас не было.

Щеки опять предательски вспыхнули от его последней фразы. Почудилось в ней нечто… Сокровенное, полное двойного смысла. Дагмер наверняка заметил мое смущение, но милостиво не стал его комментировать.

– Так как, согласна? – вместо этого спросил он. – После моей семейки отправимся в гости к твоей?

– Да, – без раздумий выпалила я. – Конечно!

– Отлично.

Дагмер удовлетворенно кивнул и встал, резким движением отодвинув стул.

– В общем, к шести вечера ты должна быть готова к королевскому балу, – завершил сухо, глядя на меня сверху вниз. – Не подведи меня, Хельга.

Глава вторая

Давненько у меня не было настолько утомительного и тяжелого дня.

Казалось бы, делов-то – собраться на бал! Просто стой и наблюдай в зеркале, как вокруг тебя порхают служанки.

Сначала они осторожно облачили меня в то самое платье, долгая кропотливая работа портних над которым лишь недавно была завершена. Благородного темно-зеленого цвета, вышитое вручную серебром, мелкими бриллиантами и крупными изумрудами, оно удивительно шло мне, подчеркивая необычный цвет глаз. В таком наряде было страшно лишний раз пошевелиться – а то вдруг помну тонкую невесомую ткань, окутывающую меня поверх плотной парчи подобно полупрозрачной вуали. Поэтому я недвижимо замерла на стуле перед зеркалом, когда приступили к моей прическе и макияжу.

Длинные светлые волосы расчесали до блеска. На затылке их скрепили множеством невидимых шпилек, создав иллюзию пышности и объема. Но сооружать высокую сложную прическу, к моему счастью, не стали. Вместо этого локоны чуть завили и оставили лежать на плечах в тщательно продуманном беспорядке.

Я с трудом удержалась от преисполненного неподдельного страдания стона, когда так и оставшаяся для меня безымянной девушка, вызванная из какого-то очень модного салона, вооружилась большой кистью и коробочкой с пудрой. Сдается, скоро из зеркала на меня посмотрит незнакомка, чье лицо будет больше напоминать маску базарного мима из-за переизбытка косметики.

Но нет. Я ошибалась. Девушка действовала очень аккуратно и профессионально. Ограничилась самым минимумом. Лишь избавила меня от блеска на лице, подкрасила ресницы и подчеркнула природную пухлость губ.

И все-таки я наотрез отказывалась признавать себя в отражении. Вроде бы, ничего во внешности серьезно не изменилось. Но такой красивой я себя еще ни разу не видела.

Внезапно за спиной послышался какая-то суета. Хлопнула дверь, затем раздался неразборчивый шепот, легкий смешок. И все стихло.

– Что еще? – устало спросила я. – Неужели мои мучения еще не закончились?

– Боюсь, они только начинаются.

От звуков этого прохладного чуть хрипловатого голоса меня привычно кинуло в дрожь. Я попыталась встать, но мгновением раньше на мои плечи опустились руки во властном жесте, запрещая это.

– Сиди!

В зеркале я увидела Дагмера. Сегодня он был даже бледнее обычного. И это особенно подчеркивал насыщенный угольно-черный цвет камзола, которые выгодно оттеняли его почти платиновые волосы. В темных глазах посверкивали искорки непонятного чувства. Как будто…

«Как будто он любуется мною».

Я немедленно прогнала столь глупую мысль. Да быть того не может!

Однако в глазах Дагмера мерцало видимое удовольствие.

Я вздрогнула, как будто от удара, когда он легонько, почти не касаясь пальцами, провел по моей шее, убрав так старательно растрепанные волосы мне за плечо.

Его прикосновение было невесомым, но почему-то кожа загорелась огнем от этого.

– Ты великолепна, Хельга, – проговорил он тихо. – Ты будешь настоящей звездой бала.

– Вы пугаете меня все сильнее и сильнее, – неловко пошутила я. – Еще немного – и я…

– Еще немного – и я… – в тон мне отозвался он, не дав договорить.

Однако столь загадочную фразу не закончил. Вместо этого наклонился и вдруг запечатлел мимолетный поцелуй на моем обнаженном плече.

Я чуть не вскрикнула от легкого прикосновения. В последний момент прикусила губу до предательского солоноватого привкуса во рту.

– Но твой образ не завершен.

Дагмер так же резко выпрямился. Улыбнулся мне в отражении. А затем на моей шее запылало холодным призрачно-зеленым светом изумрудное ожерелье с крупными драгоценными камнями.

Дагмер застегнул украшение, упорно делая вид, как будто не видит, насколько я поражена его поступком.

– Лорд Гессен…

Слова никак не выходили из горла, царапали его самой настоящей болью.

Но я так хотела, чтобы Дагмер объяснился! Если это подарок – то он слишком дорогой для меня! Даже страшно представить, сколько стоит это старинное колье.

– Нас ждут.

Дагмер опять проигнорировал вопрос, который так и рвался с моих губ. Без малейших проявлений каких-либо чувств подал мне руку. И мне ничего не оставалось, как принять ее.

Карета под фамильным гербом рода Гессенов – восходящее солнце в обрамлении вязи слов «во свете – истина» – приветливо распахнула перед нами дверцы. Дагмер, конечно, любезно подал мне руку, помогая преодолеть невысокую ступеньку. И это было как нельзя кстати. Я очень неустойчиво ощущала себя на высоких каблуках. Надеюсь, что не растянусь на полу на счастье придворным сплетникам.

– Не растянешься, – рассеянно проговорил Дагмер, тем самым подтвердив мои опасения о том, что он порой подглядывает в мои мысли. – Я не позволю.

Уже в карете я немного расслабилась. Мимо окна проплывали улицы Индермейна, закутанные в туман влажного сиреневого вечера. А я то и дело искоса поглядывала на Дагмера.

Он сидел напротив меня. Оранжевые сполохи магических фонарей главной улицы столицы, мимо которых мы проезжали, то и дело отражались на дне его зрачков. Казалось, что лорд просто задремал с открытыми глазами. Настолько он выглядел отрешенным сейчас.

– Хельга, – вдруг негромко обронил он.

Я вздрогнула от неожиданности. Выпрямилась еще сильнее, хотя и так сидела так, как будто палку проглотила.

– Хочу попросить тебя о маленькой услуге.

Дагмер как будто против воли сконцентрировал на мне взгляд.

– Да? – тихонечко пискнула я. – Я, без всяких сомнений…

– Не называй меня на «вы», – приказал Дагмер, не дав договорить. – И лордом. У меня есть имя. И ты его знаешь.

Я ошарашенно промолчала. Назвать лорда Гессена на «ты»? Ему в лицо? Пожалуй, у меня язык отсохнет.

– Боишься…

Дагмер протянул это с нескрываемой досадой. Как будто ему был очень неприятен сей факт.

– Хельга, я хоть раз ударил тебя, хоть раз обидел? – Вопросы следовали один за одним, не давая мне возможности ответить. – Хоть раз я…

Дагмер осекся. Наклонился ко мне, как-то очень ловко перехватил обе мои руки одной своей.

– Я настаиваю. Попробуй прямо сейчас. Просто скажи мое имя.

В полутьме кареты его глаза горели темными звездами. А пальцы лежали на моих запястьях, там, где так легко отследить пульс.

– Говори за мной: Дагмер, я тебя услышала. И я сделаю так, как ты хочешь. Потому что ты мой законный супруг.

Наверное, стоило так и сделать. Повторить фразу, не обращая внимания на то, как крепко он держит мои запястья, не позволяя вырваться.

– Ну же!

Горячее дыхание Дагмера накрыло мои губы в преддверии поцелуя.

– Вы же обещали мне.

Я не сразу поняла, что этот перепуганный писк принадлежит мне.

– Вы же говорили, что никогда не будете принуждать меня ни к чему… И не будете пугать меня. Но делаете это прямо сейчас.

Дагмер наклонился ниже, как будто не почувствовав мои слабые попытки освободиться. И поцеловал меня.

В этот же момент, наверное, я перестала дышать. Губы у лорда Гессена оказались неожиданно теплыми и мягкими. И я даже не сразу осознала, что он больше не удерживает мои руки в жесткой хватке.

Мои ладони скользнули по его напряженным плечам. А затем я вдруг привлекла его к себе с неожиданной даже для себя силой.

Пальцы впились в жесткую ткань его камзола. И поцелуй, почти завершенный, продолжился с новой силой. Сначала медленно, почти нерешительно, как будто Дагмер боялся спугнуть хрупкое доверие, прорвавшееся сквозь стену моего обычного страха. Но когда я ответила – робко, неумело – что-то в нем изменилось.

В следующее мгновение руки лорда уже решительно и твердо обвили мою талию. Сквозь слои шелка и кружев я чувствовала каждое биение его сердца – бешеное, хаотичное. Его пальцы нырнули в мои волосы. Несколько шпилек из тщательно продуманной прически после этого с тихим звоном закатились под сиденье. Золотистые пряди рассыпались по плечам, но я отметила это самым краем сознания. Потому что Дагмер прихватил мою губу легким укусом, заставив вскрикнуть – но не от боли. От чего-то острого, сладкого, пугающего.

– Хельга… – хрипло выдохнул он прямо в мой рот. – Ты… Ты…

Он так и не закончил, снова погрузившись в поцелуй, теперь уже жадный, требовательный. Его рука скользнула на корсаж платья, словно мимоходом приласкав ключицу – и я вздрогнула, но не отстранилась. Вместо этого сама провела рукой по его щеке, по шее, ощутив под подушечками пальцев шрам – старый, неровный, который прежде не замечала. Дагмер замер на мгновение, будто мое прикосновение обожгло его. Опять потянулся к моим губам…

Карета внезапно дернулась, наехав на камень. Меня подкинуло на сидении, но Дагмер успел подложить ладонь под мою голову, уберегая от возможного удара. Однако волшебство момента исчезло, как будто и не было.

Я поспешно отпрянула, благо, что Дагмер и не думал меня удерживать. Напротив, тоже отстранился. В полумраке при всем своем горячем желании я не могла разглядеть выражения его лица. Но оно даже к лучшему. Значит, и он не видит, как жарко сейчас пылают мои щеки.

Неловкая смущенная пауза все тянулась и тянулась. Дагмер не торопился нарушить ее, а я, скорее, откусила бы себе язык, чем подала голос первой после всего произошедшего.

– Скоро приедем, – наконец, послышалось сухое. – Хельга, приведи себя в порядок.

Я не удержалась и нервно хихикнула. Слишком неуместно прозвучало пожелание светлого лорда.

Привести себя в порядок? И это все, что он хочет сказать мне после случившегося?

– И это все, что я могу сказать после случившегося, – мягко исправил меня Дагмер, в очередной раз без спроса подслушав мои мысли. – Хельга, если честно…

Запнулся.

В мерцающем свете очередного фонаря я увидела, какая глубокая складка недовольства рассекла его переносицу.

Дагмер перехватил мой взгляд. С усилием улыбнулся и вкрадчиво проговорил:

– Если честно, будь моя воля – я бы приказал развернуть карету немедленно. Ко всем демонам этот бал! Уже дома я с превеликим удовольствием продолжил бы то, что мы начали здесь. Уверен, что после этого ты наконец-то перестала меня бояться, а наши отношения перешли бы на новый уровень.

Последнюю фразу Дагмер почти выдохнул, и его глаза вновь опасно потемнели. Но почти сразу он с очевидным усилием тряхнул головой, как будто прогонял неподобающую мысль, и завершил уже с привычной холодностью:

– Но, увы, от приглашения короля нельзя просто взять – и отказаться. Поэтому предлагаю на время оставить эту тему.

– На время? – скептически спросила я.

Чувствовала я себя при этом так, как будто вздумала дернуть за хвост свирепого дракона. Но что-то в глубине души не давало мне взять – и послушно замолчать, как я всегда поступала до этого.

– На очень короткое время, – с нажимом добавил Дагмер. – После бала, моя дорогая, продолжим.

Сердце от столь недвусмысленного предупреждения испуганно замерло, пропустив сразу несколько ударов. Но в низу живота что-то сладко сжалось.

– Поправь прическу и платье, – уже обычным тоном попросил Дагмер. – Мы почти на месте.

Я послушно выполнила его приказ. Как могла, расправила невесомые кружева на корсаже, пригладила слегка растрепавшиеся волосы. Отлетевшие шпильки не стала искать. Все равно без понятия, куда их втыкать следует. Да и зеркала под рукой нет. Но, вроде бы, остальные держатся крепко.

За окном тем временем внезапно посветлело, как будто пасмурный поздний вечер вдруг обернулся днем. Карета свернула с улицы на прекрасно освещенную подъездную дорогу к королевскому дворцу. Промелькнули распахнутые настежь высокие кованые ворота, около которых вытянулись шеренга стражников в праздничных мундирах.

Карета дернулась, заскрипела – и остановилась у подножия широкой мраморной лестницы, залитой яркими огнями сотен факелов и хрустальных магических сфер. Окна дворца перед нами приветливо сияли. Звуки скрипок и арф доносились даже сквозь закрытые дверцы.

Опять накатил душный страх от осознания, что вот-вот я должна оказаться среди высшего общества Ардеша, представители которого будут придирчиво следить за каждым моим движением, каждым словом и каждым вздохом в ожидании моей малейшей оплошности.

– Не бойся, – неожиданно шепнул Дагмер, чуть наклонившись ко мне. – Я буду рядом с тобой. Всегда.

Первым выбрался из кареты и протянул мне ладонь.

Естественно, я не стала отказываться от его помощи. Осторожно приняла предложенную руку. Почувствовала, как его пальцы бережно, но крепко сомкнулись на моем запястье.

Спустя мгновение я уже стояла около Дагмера. Он не торопился отпускать мою руку. Впрочем, я и не собиралась возражать против этого. Что скрывать очевидное, от него плотной волной шла энергия уверенного в себе человека. Она обнимала меня подобно теплому плащу, что ослабляло волнение и тревогу.

Порыв влажного прохладного ветра заставил меня поежиться, и неосознанно я еще крепче стиснула его ладонь.

– Хельга, – негромко проговорил Дагмер.

Он не смотрел на меня. Все его внимание было сейчас сосредоточено на лестнице чуть поодаль от нас, по которой текла река приглашенных гостей. От блеска драгоценностей на платьях женщин и разноцветья их парчовых и шелковых нарядов рябило в глазах.

– Я забыл тебя предупредить, – продолжил так же тихо, но внятно. – Королевский дворец – место очень древнее. Думаю, ты прекрасно понимаешь, сколько смертей произошло в его стенах. И смертей зачастую несправедливых и жестоких. Неупокоенных душ тут хватает с избытком. Поэтому будь хорошей девочкой – закрой свой дар. Если какой-нибудь призрак внезапно воспылает желанием с тобой пообщаться – скажи прежде мне. Я с этим разберусь. Договорились?

– Конечно, – немедленно выпалила я.

– Вот и молодец.

Дагмер удовлетворенно кивнул. А затем вдруг лукаво подмигнул мне.

– И постарайся хоть немного расслабиться, – посоветовал напоследок. – А то ты так стискиваешь мою руку, как будто желаешь переломать мне пальцы.

– Ох, простите! – опомнилась я и тут же ослабила свою хватку.

Дагмер почему-то недовольно дернул щекой, как будто его что-то покоробило в моем извинении. И только после этого я осознала, что вновь назвала его на «вы».

Благо, что никаких последствий это не повлекло. Дагмер, видимо, решил не терять времени понапрасну. Вместо этого мягко приобнял меня и увлек к лестнице, ведущей во дворец.

Сказать, что я боялась – это не сказать ничего. Я всей кожей почувствовала, какое множество взглядов на мне скрестилось, едва только мы начали подъем.

Высокая седовласая женщина в строгом черном бархатном платье, идущая чуть впереди, без малейшего стеснения обернулась и смерила меня жадным любопытным взглядом. Затем наклонилась к своему спутнику и что-то зашептала ему на ухо.

Рука Дагмера, лежащая на моей талии, ощутимо потяжелела. Краем глаза я заметила, как уголки его рта дернулись вниз в гримасе раздражения. По всей видимости, и он был далеко не в восторге, оказавшись в центре всеобщего внимания.

Столь простое соображение неожиданно позволило мне успокоиться. Все-таки приятно осознавать, что рядом есть человек, который полностью разделяет мои мысли по поводу всего происходящего.

Около самого входа в огромный бальный зал Дагмер замедлил шаг, а затем и вовсе остановился. Я удивленно покосилась на него, гадая о причинах задержки. Но почти сразу с пониманием вздохнула.

Церемониймейстер – невысокий щуплый мужчина с залысинами на лбу – обменялся с Дагмером быстрыми взглядами. После чего величественно выступил перед нами, пару раз стукнул об старинный паркет тростью с массивным золотым навершием и удивительно звучным для своего телосложения голосом провозгласил:

– Лорд Дагмер Гессен в сопровождении супруги, леди Хельги Гессен.

Я неосознанно повела плечами, как делала всегда, когда слышала свой новый титул. Никак не могла привыкнуть к его звучанию.

Дагмер чуть крепче привлек меня к себе. Растянул губы в холодной улыбке. И мы степенно вступили в бальный зал.

Ничего ужасного после этого не произошло. Потолок не обрушился на меня, пол тем более не провалился. Музыка не затихла и не грянула громче.

Ну вот. А я боялась так, что аж поджилки тряслись. И я позволила себе украдкой перевести дыхание.

Правда, тут же затаила его вновь, заметив, как через толпу к нам настойчиво пробирается до боли знакомая мне особа. Темноволосая, в огненно-алом очень откровенном платье, с крупными рубиновыми украшениями, которые словно пылали сами по себе в многочисленных магических огнях зала.

– Эстер, – почти не разжимая губ, с нескрываемой злостью выплюнул Дагмер.

Ага. Стало быть, отношения с сестрой у него тоже не ахти какие. Интересно, а есть в его семье хоть кто-то, к кому он относится хорошо?

– Братец!

В следующее мгновение Эстер повисла на его шее, невежливо оттолкнув меня в сторону. Да с такой силой, что я с трудом устояла на ногах.

Судя по всему, подобный восторженный прием и для Дагмера оказался полной неожиданностью. Он невольно отпустил мою руку, чем немедленно воспользовалась Эстер. Она незаметно пихнула меня локтем, заставив отступить еще на шаг.

– Целую тысячу лет тебя не видела! – прощебетала, упорно не замечая меня и продолжая льнуть к нему всем телом. – Как я счастлива, что ты наконец-то выбрался из своей берлоги!

– Не могу ответить тем же, – ледяным голосом отчеканил Дагмер. – О чем ты прекрасно знаешь.

– Ой, все еще дуешься на меня! – Эстер кокетливо хихикнула. – Полно тебе, братец. Согласна, моя последняя шутка оказалась слегка чрезмерной. Но, как говорится, кто старое помянет – тому глаз вон.

– А кто забудет – тому оба прочь, – грубо завершил присказку Дагмер, который явно не испытывал ни малейшего желания мириться с сестрой.

После чего решительно перехватил руки сестры, которыми она цеплялась за его шею, и высвободился из ее навязчивых объятий.

Жутко любопытно, а ему-то она чем насолила? Максимилиану, помнится, изменила прямо перед свадьбой, затащив в постель его лучшего на тот момент друга.

Да уж. Одно очевидно: характер у девицы не сахар.

– Бука, – прощебетала Эстер. – Дурашка мой, ну не сердись. У тебя такие некрасивые морщины появляются на лице, когда ты хмуришься.

После чего сделала еще одну настойчивую попытку припасть на грудь брата.

– Хватит.

Дагмер сказал это тихо. Но было в его голосе нечто такое, от чего меня бросило в ледяную дрожь. Да что там. Даже слуга, который в любезном поклоне как раз протянул мне бокал с игристым содержимым, вздрогнул и чуть не выронил поднос.

Я покачала головой, отказавшись от шампанского. Пожалуй, сегодня вечером мне стоит сохранять трезвый ум. И слуга тут же ретировался, напоследок кинув испуганный взгляд на Дагмера.

Удивительно, но проняло даже Эстер. Ее лучезарная улыбка слегка поблекла, в карих глазах промелькнул сполох растерянности, как будто она действительно не ожидала такого отпора.

Однако, почти сразу она хрустально рассмеялась.

– Прелесть моя, – проговорила весело. – Ты упрям, но я упрямее. Не забывай, что нас связывают кровные узы. Хочешь ты того или нет, но мы будем связаны друг с другом всю жизнь. Гораздо крепче, чем, к примеру, муж и жена.

И искоса глянула на меня, показывая, кому именно адресована последняя фраза.

– Ты права, родственников не выбирают, – хмуро проговорил Дагмер. – Однако никто не заставит меня общаться с тобой. Это я тебе гарантирую.

Эстер опять рассмеялась. На этот раз громче и искреннее, как будто услышала нечто в высшей степени забавное.

Дагмер не стал обрывать слегка затянувшийся приступ неуместного веселья. Вместо этого подошел ко мне и вновь приобнял.

Глаза Эстер сухо и остро блеснули, когда она это увидела. И ровно в тот же миг ее смех затих.

– А, ты здесь с нею, – протянула она.

Все-таки актриса из нее гениальная! Разглядывает меня с таким изумлением, как будто только что заметила.

– Не думала я, что ты возьмешь эту девчонку с собой.

Эстер говорила громко, словно специально желала сделать эту беседу достоянием общественности.

А впрочем, почему «словно»? Более чем уверена, что именно таков и был ее план. Вон как ближайшие к нам люди уже начали оглядываться в поисках источника необычного шума.

– Хельга – моя законная супруга, – сухо сказал Дагмер. – Нравится тебе то или нет, но отныне и навсегда она моя постоянная спутница по жизни.

Эстер гневно сверкнула глазами. Усмехнулась, и на какой-то короткий миг ее прекрасное лицо исказилось в отталкивающей злой гримасе.

– О вкусах, конечно, не спорят, – процедила она. – Но твой выбор очень удивляет меня. Насколько мне известно, прежде эта девица жила в доме Макса и с готовностью потакала всем его самым низменным страстям. Ранее ты никогда не питался объедками со столов своих друзей. Образно выражаясь, конечно.

Я изо всех сил старалась сохранять хладнокровие. Недаром Дагмер предупреждал меня о том, что его семейка скора на оскорбления. Да и с повадками Эстер я уже была знакома прежде. Но на последней ее фразе все-таки не выдержала и беззвучно ахнула.

Никогда прежде не слышала, чтобы девушка из приличной семьи выражалась настолько грязно и вульгарно.

Дагмер глубоко вздохнул, тоже пытаясь держать разбушевавшиеся эмоции под контролем. Его лицо будто окаменело. И лишь на виске отчаянно быстро пульсировала тонкая синяя жилка.

– Эстер, – тихо проговорил он. – Ты ходишь по очень тонкой грани. И сейчас почти пересекла предел моего терпения. Тебе ли говорить про объедки с чужих столов? Вообще-то, кое-какие магиснимки, за которые пришлось выложить так много денег, я не уничтожил. И ты знаешь, кто на них изображен и в каких позах. Хочешь, чтобы завтра все столичные газеты напечатали их на первых страницах?

О чем это он? О каких снимках говорит?

Я чуть сдвинула брови в недоумении, но тут же вспомнила историю, рассказанную Максимилианом, когда мы вели расследование гибели их общего друга Доминика. Дагмеру пришлось выкупить пикантные магиснимки сестры, которыми его пытался шантажировать так называемый приятель. Выходит, он сохранил их. В общем-то, верно сделал. С такой сестрой лишний козырь в рукаве не повредит.

Эстер тоже прекрасно поняла, на что так прозрачно намекнул Дагмер. И неожиданно выдержка оставила ее. На щеках вспыхнули некрасивые пятна волнения, в глазах заметался заполошный ужас.

Ага. Стало быть, угроза ее проняла всерьез. Ой как не хочет оказаться в центре светского скандала. Да еще какого!

– Ты так не сделаешь, – потрясенно прошептала она. – Ведь тогда будет затронута честь всей семьи. И пострадает в том числе и твоя репутация.

– На что желаешь поспорить, что сделаю? – Дагмер наклонился к сестре и шепотом завершил: – Эстер, в который раз тебя предупреждаю: ты играешь в слишком опасные игры со мной. Я – не Макс. Твои выходки сходили тебе с рук до поры до времени, но всему есть конец. Я уничтожу тебя, не моргнув и глазом, если ты еще хоть раз позволишь себе даже не дурное слово – косой взгляд в сторону моей жены. Уяснила?

Эстер с привычным вызовом вскинула подбородок, смело ответив на его взгляд. Дагмер чуть приподнял бровь, продолжая изучать ее с холодной сосредоточенностью опытного экзекутора, пытающегося определить, с какой пытки начать, – и девушка внезапно поникла. Вся сгорбилась, как будто став ниже ростом.

– Уяснила, – чуть слышно шепнула в ответ.

– Вот и отлично.

Дагмер снисходительно потрепал ее по плечу. Вот только глаза его по-прежнему были полны стылого льда.

– А теперь иди – и не мешай нам развлекаться, – обронил он напоследок.

Эстер послушно кивнула. Круто развернула на каблуках, взметнула подолом воздушного платья – и мгновенно затерялась в толпе придворных.

Дагмер, однако, даже не улыбнулся после победы в столь своеобразной дуэли. Он стоял мрачнее мрачного, продолжая сердито хмуриться.

– Все в порядке? – рискнула я поинтересоваться спустя пару минут.

– Да не сказал бы. – Дагмер угрюмо покачал головой. – Зуб даю, что она помчалась Кайле жаловаться. А значит, завтра нас ждет еще более веселое представление.

И столько ядовитого сарказма прозвучало в его словах, что я привычно поежилась.

– Ладно, тебя это все равно не касается.

«А по-моему, касается в первую очередь».

Но, естественно, это соображение я предпочла оставить при себе, не желая возвращаться к неприятной теме.

Дагмер тем временем с усилием моргнул, как будто прогонял какую-то привязчивую мысль. Морщины на его лбу разгладились, напряженные складки около рта почти исчезли. Он посмотрел на меня с обычной чуть отстраненной улыбкой и добавил:

– Лучше давай наслаждаться прекрасным вечером.

И словно в ответ на его предложение рядом тут же материализовался слуга, разносящий напитки и закуски.

Дагмер ловко подхватил с его подноса два бокала, до верха наполненных прозрачным шипучим содержимым. Один вручил мне, второй оставил себе.

На этот раз я не стала отказываться от шампанского. Но сделать даже крохотный глоток ради приличий не торопилась. Трезвость, Хельга. Сегодня тебе нужна абсолютная ясность ума.

Дагмер тоже не торопился осушить бокал. Он лишь чуть мазнул губами по кромке его, чуть смочив их, после чего вернул обратно на поднос слуге.

Я с немалым облегчением последовала его примеру. И вовремя! Потому как в этот момент музыка вдруг затихла.

– А вот и то, ради чего мы здесь, – пробормотал вполголоса Дагмер.

Не глядя на меня, привлек к себе ближе и замер, что-то высматривая в дальнем углу зала.

Я вытянула шею и привстала на цыпочках, силясь увидеть, на что он обратил внимание. И тут же испуганно втянула голову обратно в плечи, поскольку раздалось громкое:

– Встречайте короля Ардеша, его величество Калеба Первого из рода Виндоров.

Опять вернулся страх, который я испытывала по дороге на бал. О небо, я не должна быть здесь, в этом высшем обществе среди представителей древней знати. Мой отец вообще простолюдин, а мать мелкая дворянка. Мне тут не место.

Дагмер в эту же секунду перехватил мою руку. Не до боли, но сильно сжал мои пальцы. И паника, уже грозившая захлестнуть мой разум, утихла. Нет, не исчезла полностью, но уменьшилась так, что ее уже можно было терпеть.

С тихим шелестом платьев дамы вокруг меня приседали в реверансах, а мужчины сгибались в глубоких поклонах. Я поторопилась последовать всеобщему примеру, но краем глаза заметила, что Дагмер остался стоять. Лишь вежливо склонил голову.

– Мой друг, как я рад тебя видеть! – прозвучал рядом незнакомый мужской голос, и я поспешно присела еще ниже. Уткнулась взглядом в пол, опасаясь хоть на миг поднять глаза. А то вдруг это будет воспринято как знак неуважения, более того – оскорбления.

– Взаимно, ваше величество, – сдержанно проговорил Дагмер.

– Хватит! – громко проговорил король, видимо, обращаясь ко всем присутствующим. – Бал может продолжаться.

Опять заиграла музыка, раздался шорох нарядов и шепотки возобновившихся разговоров. А я замешкалась, не понимая, можно ли мне вставать без личного разрешения короля. Потому как он стоял как раз около меня.

– Леди, я очень хочу увидеть лицо той, которая своей красотой сумела растопить даже суровое сердце лорда Гессена, которое, по слухам, сделано из цельного куска льда, – неожиданно обратился непосредственно ко мне король. – Поэтому прошу – встаньте.

Попробуй ослушайся, когда тебе приказывает правитель всей страны. И я немедленно выпрямилась. Позволила себе быстрый взгляд из-под полуопущенных ресниц на короля.

Надо же. А он гораздо моложе, чем я себе представляла. Помнится, Максимилиан говорил, что их многолетняя вражда с Дагмером в академии прекратилась именно благодаря непосредственному вмешательству короля. Политикой я особенно не увлекалась, магиснимки в новостях всегда были отвратительного качества. Поэтому в воображении я представляла короля как мужчину средних, а то и преклонных лет. По крайней мере, он должен быть намного старше Дагмера и Максимилиана, раз уж ему удалось помирить их.

Но нет. Передо мной стоял высокий худощавый шатен, на вид – ровесник Дагмера, если не младше его. На правящий статус указывала лишь узкая золотая полоска короны на его волосах да крупный перстень с государственной печаткой на указательном пальце. Даже одет он был без излишней роскоши. Светлый приталенный камзол с золотым шитьем, но без каких-либо драгоценных камней.

В синих глазах короля вспыхнула насмешка, и я опомнилась. Осознала, что неполную минуту самым неприличным образом разглядываю его, забыв о всяческой осторожности, и торопливо потупилась, поборов секундное желание вновь присесть в реверансе.

– Здравствуйте, леди Гессен, – поздоровался со мной король.

– Добрый вечер, ваше величество, – после короткой заминки глухо отозвалась я, прежде тщательно взвесив каждое слово.

Веселые искорки заиграли ярче в глазах короля. Его явно забавляло мое смущение и волнение, которые я безуспешно пыталась скрыть.

– Дагмер, надеюсь, ты не будешь против, если мы продолжим наш разговор в более подходящем для этого месте? – неожиданно спросил Калеб, отвлекшись от меня и вновь посмотрев на светлого лорда.

– Наш разговор? – Дагмер с едва уловимым изумлением дернул бровью. – А разве мы не беседуем сейчас?

– Здесь слишком шумно и многолюдно. – Король пожал плечами. – Я хочу поговорить с тобой без лишних ушей.

– Да, но…

Дагмер осекся и глянул на меня. Должно быть, ему очень не хотелось оставлять меня одну на балу. Да что там. От одной мысли, что Дагмер сейчас уйдет, оставив меня без защиты, к горлу подкатил ком знакомой паники.

– Естественно, мое приглашение касается и твоей очаровательной супруги, – тотчас же добавил Калеб, без особых проблем угадав причины замешательства Дагмера.

Дагмер поднял и вторую бровь. Но почти сразу вновь склонил голову.

– С превеликой радостью и почтением приму ваше любезное приглашение, – прошелестел его голос.

Глава третья

Я с нескрываемым любопытством изучала помещение, куда нас с Дагмером привел король.

По всей видимости, это был чей-то рабочий кабинет. На это указывала весьма скромная обстановка – письменный стол, несколько кресел да высокий книжный шкаф, почему-то почти пустой. Пожалуй, и все.

Дагмер негромко хмыкнул, как будто сам не ожидал, что беседа будет продолжена именно здесь. Но не стал задавать никаких вопросов. Выжидающе посмотрел на короля.

– Голова от этой гадости болит, – пожаловался тот и ловким движением сорвал корону.

Небрежно кинул ее на стол, после чего с нескрываемым наслаждением запустил обе руки в волосы и хорошенько помассировал кожу.

Ничего себе! Не думала, что его величество так легкомысленно относится к государственным символам своей власти.

Дагмер, однако, лишь снисходительно усмехнулся.

– Сочувствую тебе, – обронил насмешливо. – Но не от всего сердца, как говорится.

Мой рот сам собою приоткрылся от небывалого удивления.

Что это? Неужели Дагмер и впрямь осмелился назвать его величество так запросто на «ты»? Или мне все же почудилось?

Калеб глянул на меня – и фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха.

– Хельга, у тебя такой вид сейчас, как будто ты настоящего дракона увидела, – проговорил весело. – Что именно тебя так поразило?

– Полагаю, то, что я осмелился на серьезнейшее преступлении против королевского величия, – вместо меня ответил Дагмер. – И да, Хельга. Ты не ослышалась. Мы с Калебом давным-давно отказались от всяческих условностей при общении друг с другом наедине.

– Жаль, что на людях приходится соблюдать заведенный порядок. – Калеб рассеянно пожал плечами. – Боюсь, у многих придворных случился бы сердечный приступ, если бы они узнали о столь вопиющем нарушении этикета. Но мы с Дагмером знакомы целую вечность. Более того, пару раз он спасал мне жизнь. Поэтому иначе и быть не может.

Дагмер улыбнулся, явно польщенный похвальбой короля.

– Так зачем ты меня сюда пригласил? – спросил прямо. – Вряд ли для того, что рассыпаться комплиментами в мой адрес.

– Вообще-то, в первую очередь я хотел познакомиться с твоей женой поближе, в неофициальной обстановке, так сказать, – честно ответил Калеб. – И без всяких двойных смыслов. А то знаю я тебя. Вдруг обидишься и огнем швыряться начнешь.

Подошел к ближайшему креслу и буквально рухнул в него. С приглушенным стоном удовольствия вытянул длинные ноги, откинувшись на спинку.

– И я говорил чистую правду, – продолжил, посмотрев на меня. – За последнее время мне все уши про нее прожужжали. Ты весь высший свет поставил в тупик столь внезапной женитьбой. Напомнить, как часто тебе предлагали на редкость выгодные партии? Какие красавицы мечтали занырнуть в твою постель, а очень часто без малейшего стеснения и заныривали…

– Калеб, – сухо оборвал его Дагмер. – Хельге эта тема неприятна.

Правда?

Но, вообще-то, да. При мысли, что Дагмер мог… Ай, да что там юлить. Почему мог? Готова поспорить, что любовных приключений у него было предостаточно. Слишком уверены его движения и слишком жгучи и сладки поцелуи, что я узнала на собственном опыте буквально сегодня по дороге на бал. Но мое сердце почему-то судорожно екнуло, когда я подумала о том, что Дагмер до меня кого-то любил, ласкал и обнимал.

Наверное, это ревность. Но это же глупо – ревновать к прошлому! Тем более у меня с Дагмером пока нет и настоящего. Однако мне действительно было весьма болезненно выслушивать все это от короля.

– Да, но… – возразил было король, явно не желая завершить неудобную тему.

В кабинете как будто ничего не изменилось после его реплики. Но почему-то стало холодно. Очень холодно! Каждый мой вздох оседал белесым облачком на кружево платья.

А еще стало очень страшно. Калеб и Дагмер схлестнулись в молчаливой битве взглядами. И никто не хотел уступать первым.

Но не в этом заключалась основная причина моего страха.

Я моргнула. Еще раз и еще. Было очень тяжело и неприятно присутствовать сейчас здесь. Напряжение давило на голову, не позволяло вздохнуть полной грудью. Я уже догадывалась, к чему это приведет.

И вдруг…

Все привычно изменилось. Запахло ладаном, мокрой травой и вереском. Стены комнаты отодвинулись, реальность стала далекой и какой-то фальшивой.

Я напряглась, готовая увидеть призрака. Надо сказать Дагмеру, он просил предупредить его в этом случае…

Но все мои размышления растворились без следа. Потому что я увидела перед собой кота. Очень красивого, холеного, с блестящей белоснежной шерстью и с узкой полоской бриллиантового ошейника на шее.

И мертвого.

Очертания его тела чуть дрожали, доказывая, что это призрак.

Надо же! До сего момента я никогда не видела призраков домашних животных. Вроде бы, считается, что у них вообще нет души. Поэтому смерть для них окончательна. Право слово, разве будут боги заниматься такой малостью?

Призрачный кот, однако, никуда не собирался исчезать. Он беззвучно мяукнул. Прыгнул на колени Калеба.

Тот продолжал что-то доказывать Дагмеру. Я не слышала, о чем они говорят. Просто видела, как король открывает рот, а затем ему что-то отвечает мой муж.

Калеб ничего не почувствовал. Наверное. Его рука как-то странно дернулась, как будто он желал погладить пустое пространство, но это было рефлекторное движение. И он опять углубился в спор с Дагмером.

Призрачный кот опять беззвучно мяукнул. Боднул короля в плечо и исчез, растаяв белесым облачком.

– У вас погиб кот.

Я не сразу осознала, что эта фраза сорвалась с моих губ. Но после этого в кабинете воцарилось просто мертвое молчание.

– Простите, – на всякий случай пискнула я, ощутив, как щеки начинают пылать от столь пристального внимания.

– У меня действительно был кот, – медленно проговорил Калеб. С принуждением улыбнулся и добавил, посмотрев на Дагмера: – Не думал, что ты обсуждал со своей женой моих домашних любимцев.

– А я и не обсуждал, – почти не разжимая губ, обронил он.

– Тогда как?..

Калеб не завершил вопроса. Вперил в меня пронзительный взгляд, изумленно вскинув бровь.

Я беспомощно переступила с ноги на ногу. Спрашивается, и кто меня вообще за язык тянул. Теперь этот самый язык у меня к нёбу мгновенно примерз от осознания, что необходимо признаться. Неужели придется сказать вслух и громко – да, я вижу неупокоенные души? И да. Они со мной говорят. Как-то это… Стыдно, что ли.

И вдруг я ощутила, как Дагмер положил мне руку на плечо в успокаивающем жесте.

– Хельга, все хорошо, – сказал тихо. – Ты видела призрака?

– Призрака кота, – поправила его я. – С белой шерстью, голубыми глазами и в бриллиантовом ошейнике. Он… Он был глухой?

Калеб от моего вопроса дернулся, как будто от удара. Стиснул подлокотники кресла так, словно желал их отломать.

– Откуда ты узнала? – тихо выдохнул он.

– Белые коты с голубыми глазами обычно глухие, – ответила я. – Это было в одной из книжек, что я прочитала…

– Откуда ты узнала, что у меня был кот?!

Калеб выкрикнул это в полный голос. Привстал с кресла, угрожающе сжав кулаки.

И я испуганно попятилась. Юркнула за Дагмера, в очередной раз мысленно посетовав на свою болтливость.

– Калеб, – тяжело уронил Дагмер.

Какое-то время было тихо. Я не рисковала выглянуть хоть на секунду из-за спины Дагмера.

Кстати, даже не думала, что она у него настолько широкая и надежная.

– Ладно, я был не прав, – раздалось смущенное. – Честное слово, я не хотел пугать твою жену, Дагмер. Но откуда она узнала про Пончика?

Про Пончика? Кота его королевского величества звали Пончиком? Очень мило и забавно.

– Так давай спросим Хельгу.

Дагмер резко развернулся ко мне. Слабо улыбнулся, но его глаза были полны стылого льда.

– И? – даже не спросил, а потребовал ответа он. – Что ты видела?

– Кота, – послушно отозвалась я.

Дагмер продолжил выжидающе смотреть на меня, и я поторопилась объясниться.

– Это был белый кот, – проговорила я. – Он прошел оттуда.

Ткнула пальцем в левую сторону кабинета.

– А потом запрыгнул на колени к вам.

И я посмотрела на короля.

Он почему-то сидел мрачнее ночи. То и дело сжимал и разжимал кулаки, а губы его были сомкнуты до бескровной линии.

– Калеб? – В голосе Дагмера словно против воли промелькнуло изумление. – Ты в порядке?

Король мотнул головой.

– Не думаю, – глухо ответил. – Я…

Внезапно издал сдавленный стон. Сгорбился, положил на колени локти и спрятал в раскрытых ладонях лицо.

– Калеб! – Теперь Дагмер произнес имя короля со встревоженным нажимом. – Что происходит? По-моему, ты от меня что-то скрываешь.

Я едва не хихикнула от последней фразы. Как будто отчитывают сумасбродную девицу, а не говорят с правителем целой страны.

Но, как ни странно, это возымело свое действие. Калеб несколько раз судорожно втянул в себя воздух и успокоился.

– Пончик исчез несколько дней назад, – обронил тихо.

Конечно, он исчез. Потому что мертв!

Но в ту же секунду Дагмер метнул на меня настолько свирепый взгляд, что сразу же стало не до веселья.

– И я все это время надеялся на то, что он вот-вот придет, – сбивчиво продолжил Калеб. – Коты иногда уходят… Прячутся так, что не найдешь при всем желании… В этом нет ничего странного или необычного. Они же… Животные. Живут так, как хотят. Я не ограничивал его свободу, и Пончик частенько отправлялся на охоту. Ну, или по своим кошачьим делам. Главное, что он всегда возвращался. Но в этот раз его не было слишком долго. А теперь оказывается…

Замолчал, горестно искривив губы.

– Терять любое живое существо, к которому был привязан – больно, – негромко сказал Дагмер.

Если честно, то менее всего это напоминало утешение. В голосе Дагмера не слышалось и тени эмоций – настолько ровно он прозвучал.

– Да, ты прав. – Калеб вновь выдавил из себя принужденную улыбку. – Прости, я не должен был так реагировать. Но это все настолько неожиданно. Я ведь был уверен, что с Пончиком все в порядке.

Уголки губ Дагмера чуть дрогнули в раздраженной гримасе, как будто его уже утомила необходимость утешать короля. Но почти сразу он вновь принял обычный свой невозмутимый вид.

– Не думал, что ты настолько привязан к обычному домашнему животному, – обронил он с легкой тенью неудовольствия.

И мне немедленно захотелось врезать чем-нибудь тяжелым по его глупой ничего не понимающей голове.

Да, пусть Пончик – всего лишь кот. Но он был любимчиком короля! Неужели непонятно, что ему действительно очень больно узнать о гибели питомца? Тем более так внезапно.

Синие глаза короля потемнели от злости. Должно быть, он подумал о том же самом.

– Все-таки твое сердце состоит из чистого льда, – фыркнул он. – Теперь я еще более удивлен тому, что хоть одному человеку в мире удалось разбудить в тебе чувства.

Удалось ли?

Я скептически хмыкнула. Естественно, не вслух. Но я до сих пор уверена в том, что Дагмер взял меня в жены лишь из-за редкого магического дара. Это был самый простой и верный способ навсегда привязать меня к себе. Чистый расчет без капли эмоций.

– Хельга – действительно уникальная девушка, – прохладно согласился с ним Дагмер.

Эта уникальная девушка в моем лице внезапно вновь насторожилась.

Опять пахнуло ладаном и могильным холодом мира теней. Правда, слабее, чем в первый раз.

Я осторожно повела головой из стороны в сторону, оглядываясь в поисках призрака. Почти не удивилась, вновь увидев кота.

Он сидел у дальней стены кабинета. Заметив, что я смотрю на него, беззвучно мяукнул, встал и начал отчаянно царапать стену. Естественно, его когти не могли принести никакого вреда, но выглядело это очень странно.

– Хельга?..

Я растерянно моргнула, осознав, что пропустила какой-то вопрос от Дагмера. Тот обеспокоенно нахмурился, вглядываясь в меня.

– Что-то не так? – прозорливо спросил.

Я еще раз моргнула и перевела взгляд на призрачного кота.

Он почему-то не торопился растаять среди теней. Вновь и вновь открывал рот в отчаянном беззвучном мяуканье, продолжая сердито пушить шерсть и драть когтями стену перед собой.

– Зачем он это делает? – вырвалось у меня.

– Что делает? – с искренним недоумением переспросил Дагмер. – И о ком вообще речь?

– О коте, – пояснила я.

– Он еще здесь?

Калеб мгновенно вскочил на ноги, да так, что едва не опрокинул поспешным движением тяжелое кресло. В один гигантский прыжок преодолел разделяющее нас расстояние, потянулся было схватить меня за плечи, но в это мгновение Дагмер внушительно кашлянул и недвусмысленно шагнул вперед, ловко оттеснив его величество в сторону.

– Пончик здесь? – понятливо одернув руки, хрипло спросил Калеб. – Где? Я могу его увидеть?

– Увидеть? – Я покачала головой. – Боюсь, что нет.

– Но я хочу! – капризно воскликнул Калеб. – Хотя бы покажи, где он! Вдруг у меня получится почувствовать его присутствие? Я буду очень стараться.

Я вспомнила, как рука короля дернулась, когда кот прыгнул ему на колени. Возможно, у него и впрямь это получится. Растерянно покосилась на Дагмера, но тот почему-то сердито хмурился, все свое внимание сосредоточив на короле.

Сразу понятно, что не одобряет столь эмоциональное поведение.

– Ваш кот сидит у той стены, – вежливо проговорила я и указала направление. Замялась на секунду, но все-таки добавила: – И знаете… Он как будто желает пройти через нее. Но почему-то не может.

– Разве стены могут остановить призрака? – скептически вопросил Дагмер.

– Не знаю, – честно ответила я. – Наверное, какие-то преграды для них все-таки существуют. Я читала про определенные символы, которые неупокоенные души преодолеть не в силах.

– Ах да, и впрямь такие есть, – согласился со мной Дагмер. – Но я не чувствую на той стене никаких магических знаков. Калеб…

Повернулся к королю, желая о чем-то спросить, но осекся.

Тот уже был около того места, на которое я указала. Присел на корточки, слепо зашарил ладонями в воздухе, как будто силился что-то нащупать.

При этом он не видел, как его руки то и дело проходят через призрачную чуть светящуюся шерсть погибшего любимца.

Тот, к слову, даже не оглянулся на хозяина, с еще большим усердием пытаясь процарапать стену. Как будто… Как будто…

– Он как будто пытается кого-то освободить, – медленно протянула я. – Не пройти через, а впустить кого-то в комнату…

– Что за чушь? – бросил король. Наконец-то оставил свои бессмысленные попытки погладить кота, встал, обернулся и смерил меня взглядом, полным скепсиса. Холодно процедил: – Хельга, на что ты намекаешь? На то, что тут может быть какой-то потайной ход?

Пончик при этих словах вдруг замерцал и растаял белесым облачком.

Я с немалым облегчением перевела дыхание. Все-таки нервировало меня странное поведение кота. Потому как прежде я никогда с таким не сталкивалась.

– А потайного хода тут не может быть? – полюбопытствовал Дагмер.

В свою очередь подошел ближе и прищурился, вглядываясь в темно-красные бархатные обои, которые, понятное дело, ни капли не пострадали от когтей несчастного Пончика.

– Это же мой рабочий кабинет. – Калеб с вызовом вздернул подбородок, как будто оскорбленный подобным предположением. – Я бы обязательно об этом знал!

– Королевскому дворцу не одна сотня лет. – Дагмер пожал плечами, явно не убежденный словами Калеба. – Сильно сомневаюсь, что сохранились чертежи, по которым его построили. И вряд ли ты знаешь все тайны этого древнего места.

– Если я их не знаю – то откуда их знать Пончику? – резонно возразил Калеб. – Дагмер, тут нет никаких потайных ходов.

«Правда?»

Я чуть не вскрикнула в полный голос от неожиданности. Незнакомый мужской голос выдохнул это слово мне прямо в ухо. Но – вот ведь невидаль! – когда я торопливо обернулась, то рядом никого не обнаружила.

Мое резкое движение не прошло мимо внимания остальных. Калеб недовольно цокнул языком и язвительно протянул:

– Дагмер, твоя жена ведет себя все страннее и страннее. Неужели еще одного призрака почувствовала?

Сердце больно царапнула злая насмешка, почему-то прозвучавшая в его тоне.

– Ты сомневаешься в даре Хельги? – удивился Дагмер. – Она ведь только что подробно описала, как выглядел твой пропавший кот.

– В том-то и дело.

Калеб еще раз посмотрел на стену, которую так упорно, но, увы, безуспешно пытался преодолеть Пончик. Пожал плечами и вернулся к креслу.

– Знаешь, это было очень впечатляющее, – проговорил холодно. – Но теперь меня начали терзать смутные сомнения. Что, если ты просто решил разыграть меня?

– Разыграть? – переспросил Дагмер.

При этом он ни на толику не изменил голоса. Но почему-то мельчайшие волоски на моем теле встали дыбом от страха.

Любопытно. А так ли хороши и теплы отношения между Дагмером и Калебом? Сдается, между ними зреет какой-то конфликт. И уж точно не я этому причиной.

– Ну-у… – неопределенно протянул Калеб.

Видимо, он понял, что ляпнул лишнего. Потому что вдруг с непонятной стыдливостью отвел взгляд.

– Я жду ответа, – процедил Дагмер, когда пауза слегка затянулась.

На месте короля я бы возмутилась. Как-никак, но он правитель страны. С какой стати Дагмер смеет требовать от него что-то? Но Калеб окончательно смутился и растерялся.

– Я не утверждаю, конечно, что прав, – пролепетал с изрядной долей неуверенности. – Но вдруг ты таким образом решил показать, какая у тебя хорошая жена? Про существование Пончика ты прекрасно знал. Был в курсе, как я привязан к нему. Наверняка и про его исчезновение тебе доложили, потому как тебе докладывают абсолютно обо всем, что происходит во дворце.

В последней фразе короля скользнула такая неприкрытая досада, что стало ясно – я была права. Не так все радужно и безоблачно в дружбе между Дагмером и Калебом.

– И ты решил, что я таким подлым и жестоким образом вздумал разыграть тебя?

Воздух в кабинете ощутимо похолодел. Но на этот раз не из-за появления нового призрака. От гнева, которым повеяло от лорда Гессена плотной ощутимой волной.

– Не злись! – Калеб тут же поднял руки в примирительном жесте. Сказал с виноватой улыбкой: – Прости, я и в самом деле не должен был так говорить. В последние дни я сам не свой. Всякие дурные мысли в голову так и лезут.

«Или же вам их нашептывают».

Столь логичную мысль я предпочла оставить при себе. Но она напомнила мне о том загадочном голосе, который я услышала парой минут назад. Уверена, что он принадлежал какой-то неупокоенной душе. Но почему-то этот призрак не захотел, чтобы я его увидела.

Зато он выразил отчетливое сомнение в том, что в кабинете короля якобы нет потайных дверей.

Опять вспомнился бедный призрачный Пончик, что-то усердно желающий мне показать.

Калеб тем временем опять опустился в кресло. Устало сгорбился в нем и принялся массировать виски.

Воспользовавшись тем, что никто из мужчин на меня не смотрит, я вновь все свое внимание обратила на загадочную стену.

Из головы никак не шло то отчаяние, с которым Пончик царапал ее. Как будто от его стараний зависела чья-то жизнь.

Я бесшумно подошла ближе. Чуть касаясь кончиками пальцев, провела по шероховатым обоям.

– Дагмер, угомони свою супругу, – послышалось позади раздраженное. – Давай замнем эту тему с Пончиком. Мне неприятно к ней возвращаться.

«Поторопись».

Опять тот же таинственный голос. Но теперь в нем прозвучал не сарказм, а искренняя мольба.

– Хельга? – окликнул меня Дагмер. – Калеб прав. Я говорил тебе, что во дворце ты можешь увидеть нечто необычное, но…

– Цыц! – неожиданно даже для себя прикрикнула я на него.

Сама при этом по-прежнему пристально разглядывала стену, силясь разгадать тайну, скрытую за ней.

– Ого! – с насмешливым удивлением фыркнул Калеб. – Дружище, а твоя жена, оказывается, не такая и тихоня. Вон как огрызается.

Все это почему-то прозвучало как-то глухо. Как будто меня отделила от окружающих невидимая стена. Или же, что скорее всего, я слишком сосредоточилась на изучении стены, поэтому остальное совершенно перестало меня волновать.

«Руку чуть вверх, – неожиданно расщедрился на подсказку загадочный невидимка. – Чувствуешь?»

О чем это он?

Но в этот момент моя ладонь задела какую-то крохотную выпуклость на стене. Как будто под обоями застрял камушек. Я надавила на него – и раздался отчетливый щелчок.

– Ого!

В едином восклицании слились сразу два голоса.

– Хельга, осторожнее!

В следующее мгновение Дагмер уже был около меня. Так торопливо отстранил меня за свою спину, что я едва не упала, с трудом удержавшись на каблуках. Но возмущаться не стала. Вместо этого привстала на цыпочки и с превеликим любопытством выглянула из-за плеча лорда Гессена.

Безумно интересно, что же его так взволновало!

Долго гадать не пришлось. По обоям уже прыгали крохотные золотистые искорки пробужденного древнего заклинания. Секунда, другая – и они сплелись в единое целое, обрисовав некое подобие дверного проема. А еще через миг часть стены бесшумно отошла в сторону.

– Говоришь, потайных ходов у тебя в кабинете нет? – первым прервал всеобщее ошеломленное молчание Дагмер.

– Я и понятия не имел, – растерянно пробормотал Калеб.

Подошел и встал рядом с Дагмером, который напряженно вглядывался в черный провал.

Внезапно моего слуха коснулся едва слышный шорох. Самый что ни на есть настоящий, а не из потустороннего мира.

– Ты слышишь? – отрывисто спросил Дагмер, подтвердив, что звук мне не почудился.

– А-ага, – чуть запинаясь, ответил король. – Кажется, это…

И с приглушенный возгласом рванул вперед, когда в глубине прохода промелькнуло что-то светлое.

– С ума сошел! – выплюнул Дагмер. – Куда?!..

Попытался было его остановить, но Калеб ловко увернулся. Однако нырять в открывшийся потайной ход не стал, вместо этого предусмотрительно застыл на самой границе его. Прищурился, пытаясь что-то высмотреть во тьме.

Звук повторился. Теперь громче и отчетливее. И я с немым изумлением осознала, что слышу мяуканье. Изможденное, слабое, но все-таки достаточно узнаваемое.

– Пончик? – неверяще выдохнул Калеб, прижав к груди руки. – Это ты?

– Не иди туда, – сурово предупредил его Дагмер. – Это может быть ловушкой.

Калеб, уже занесший ногу, послушно поставил ее обратно. Опять застыл, по-моему, на какое-то время вообще перестав дышать от волнения.

– Надо его как-то вытащить, – пробормотал он. Умоляюще посмотрел на хмурого Дагмера и попросил: – Пожалуйста!

Лорд Гессен тяжело вздохнул. Бесшумно ступая, подошел ближе. Неполную минуту вслушивался в наступившую тишину, затем прищелкнул пальцами.

В воздухе замерцала зеленоватая магическая паутинка. Она стремительно скрылась во тьме, где почти сразу после этого замелькали изумрудные блики активированного заклинания.

Опять раздалось мяуканье. Теперь в нем явно угадывалось негодование.

– Попался, голубчик, – довольно выдохнул Дагмер.

О ком это он говорит?

Через пару секунд ответ стал очевиден. Потому что его чары вернулись. И вернулись не пустыми, а с уловом.

– Пончик!

Калеб, забыв про свое королевское величие, чуть не подпрыгнул от радости, когда ему на руки из ловчей колдовской сети вывалился кот. Правда, далеко не такой белоснежный, каким я его видела в призрачном облике.

В этом грязном, исхудавшем до состояния скелета животном с трудом можно было узнать питомца короля. Но среди клоков свалявшейся шерсти поблескивал бриллиантовый ошейник, доказывающий, что перед нами именно Пончик.

– Странно, – пробормотала я себе под нос. – Он жив. Но я видела его призраком.

Дагмер искоса глянул на меня, однако ничего сказать или спросить не успел.

По обоям побежали уже знакомые алые искорки, которые неуклонно набирали яркость.

– Осторожнее!

И Дагмер схватил Калеба за плечо. Без всякого почтения к правителю, оттащил его подальше от начавшей материализоваться стены.

Вовремя! Почти сразу после этого проход закрылся без следа, словно лишь привиделся нам.

Калеб, однако, словно вообще не обратил на это внимание. Он бережно гладил несчастного кота, который опасно закатил глаза и вывалил сухой язык.

М-да уж. А ведь он и впрямь на грани гибели. Если бы не едва заметные вздымания ребер – то я бы решила, что Калеб уже потерял питомца.

Видимо, о том же подумал и король. Все так же аккуратно и ласково прижимая к себе кота, он кинулся к столу. Схватил золотой колокольчик и с силой затряс его в воздухе.

– Целителя! – повелительно бросил он, как только в кабинет заглянул встревоженный слуга. – Моего личного целителя сюда! И немедленно!

Слуга кивнул и тут же исчез, не задавая никаких дополнительных вопросов.

– Все будет хорошо, Пончик. – И глаза короля подозрительно заблестели, а голос задрожал. – Я не дам тебе умереть.

Дагмер едва заметно покачал головой. Затем перевел на меня взгляд.

– Прости, Хельга, но твое присутствие здесь теперь лишнее, – обронил холодно. – Вряд ли ты захочешь вернуться на бал без меня, а мне придется слегка задержаться. Слишком много вопросов.

И покосился на злополучную стену, за которой, как оказалось, скрывался потайной ход. Да не простой, а защищенной какой-то древней магией.

– Я прикажу, чтобы тебя проводили до кареты, – добавил после этого.

Признаюсь честно, я почувствовала себя после этого слегка уязвленной. Хотя нет, вру. Не слегка, а очень даже сильно. Как ни крути, но именно благодаря мне бедного Пончика нашли. А еще узнали, что в королевском кабинете есть секреты, о которых был не в курсе даже его владелец. Но теперь меня берут – и выпроваживают прочь.

Спорить, однако, я не осмелилась. Слишком тяжелый и напряженный взгляд был у Дагмера и слишком глубокие морщины раскололи его переносицу.

– Как прикажете, – прошелестела я и склонила голову в знак смирения и подчинения.

Глава четвертая

– Это тебе.

Я с некоторой опаской взяла в руки длинный футляр, обитый черным бархатом. Не торопясь открыть его, сначала смерила долгим изучающим взглядом Дагмера.

Как и накануне, мы встретились за завтраком. Причем на этот раз Мелани не предупредила меня, что ко мне за столом присоединится супруг. Поэтому я не удержалась и вздрогнула, когда вошла в обеденный зал и увидела Дагмера.

Лорд Гессен немедленно встал и учтиво поклонился мне в знак приветствия. Предусмотрительно отодвинул передо мной стул, после чего вернулся на свое место.

Сегодня погода после затяжных дождей неожиданно решила порадовать жителей столицы теплым ясным днем. Тяжелые гардины были одернуты, и через окна непрерывным потоком вливались солнечные лучи. При ярком свете было отчетливо видно, что Дагмер провел эту ночь на ногах. На это указывали темные круги усталости, залегшие под его глазами.

Сердце кольнуло невольное сочувствие. Судя по тому, как он осунулся, спать ему сегодня вообще не пришлось ни минутки.

Первым же делом после того, как я опустилась на стул напротив него, Дагмер пододвинул мне футляр. Дождался, когда я его приму, после чего устало откинулся на спинку.

– А что это? – полюбопытствовала я.

– Благодарность короля, – пояснил Дагмер. – Знак признательности за то, что ты спасла его питомца.

Естественно, после этого я немедленно распахнула футляр. Благоговейно затаила дыхание, когда увидела прекрасный золотой браслет, усыпанный крупными искристыми бриллиантами.

– Какая прелесть! – выдохнула я, любуясь изящным и, вне всякого сомнения, очень дорогим украшением.

– Но на твоем месте я бы его не носил, – сухо добавил Дагмер. – И приказал бы убрать куда подальше.

Я уже потянулась примерить браслет, но после недвусмысленного предупреждения Дагмера тут же одернула руку.

– Почему? – спросила с немалой долей удивления.

Дагмер лениво забарабанил пальцами по белоснежной скатерти, не торопясь с ответом.

– Хельга, – наконец, после паузы протянул он, – мне нравится, как ты рассуждаешь. И интуиция у тебя неплохо работает. Что, в общем-то, неудивительно, если учесть, как часто ты имеешь дело с миром теней.

Я немедленно насторожилась. Что-то не нравится мне такое начало. Как будто Дагмер сладкой похвальбой пытается усыпить мою бдительность.

– Скажи, что ты думаешь о короле? – внезапно спросил Дагмер.

Да уж. Такого вопроса я точно не ожидала.

– Что я думаю о короле? – растерянно переспросила я. Пожала плечами и боязливо уточнила: – В каком смысле?

– В самом что ни на есть прямом. – На губах Дагмера заиграла холодная усмешка.

– Ну… – Я нервно потерла ладони, силясь собраться с мыслями. Медленно начала, тщательно взвешивая каждое слово: – Он симпатичный мужчина…

– Ай, не делай вид, будто не понимаешь, что на самом деле меня интересует! – вдруг с глухой яростью рявкнул Дагмер, перебив меня.

Это произошло так неожиданно, что я аж вжалась в спинку стула.

Ого! Какой взрыв эмоций! Не ожидала подобного от неизменно сдержанного Дагмера. Словно его чем-то очень задели мои слова. Неужели возмутился тем, что я назвала короля симпатичным?

– Мне абсолютно плевать на то, что ты думаешь о внешности Калеба, – проговорил Дагмер, тем самым косвенно подтвердив мое предположение. – Я про его поведение. Ничего не показалось странным?

– Он очень эмоционален, – не задумываясь, немедленно ответила я. – Даже слишком для правителя страны. Но не думаю, что это плохо. Многие люди относятся к своим домашним питомцам с искренней любовью и заботой.

– Да, к Пончику он и впрямь привязан без меры, – согласился со мной Дагмер. – При дворе давно подшучивают над этим. А еще?

Я опять потерла ладони. Сосредоточилась, пытаясь до мельчайших подробностей вспомнить события прошлого вечера.

– Возможно, я ошибаюсь, – протянула неуверенно. – Но вчера мне показалось, что ваша дружба слегка… м-м… охладела.

И угодила в самую точку своим предположением. Это было понятно по тому, каким стальным блеском сверкнули глаза Дагмера, а уголки рта дернулись вниз в затаенном гневе.

– Как ты это поняла?

– Король предположил, что вы специально рассказали мне о пропавшем коте, – честно ответила я. – И что я устроила настоящее представление, желая поразить его своим даром. Это… Это было очень странно слышать. Как будто он считает, что вы способны на подобное. И, к слову, вы сами возмутились его словам.

– Да, память у тебя отличная, – с легкой ноткой одобрения заметил Дагмер. – И внимательность на уровне. Ни одна фраза мимо не пролетит.

Я польщенно улыбнулась. Все-таки приятно слышать такое. Особенно из уст лорда Гессена, чрезвычайно скупого на похвалу.

– Ты права, – продолжил тем временем Дагмер. – Между мной и Калебом как будто черная кошка пробежала. И я никак не могу понять причины, по которым это произошло. Причем Калеб изо всех сил пытается скрыть свое изменившееся отношение ко мне. Но его настоящие чувства то и дело прорываются наружу. Хотя бы неуместными и зачастую слишком язвительными выпадами в мой адрес.

– Думаю, вам надо обратить внимание на того, с кем он сблизился, – предположила я. – Тогда и поймете, откуда ветер дует.

Мои слова почему-то развеселили Дагмера. Он кашлянул, безуспешно пытаясь скрыть смешок.

– Спасибо, – сказал со снисходительной ухмылкой. – Сам бы я ни за что до подобного не додумался.

Я немедленно насупилась.

Конечно, с моей стороны было глупо давать ему советы. Дагмер мало того, что ориентируется в придворном обществе гораздо лучше меня, так еще и полицию Ардеша возглавляет. Но он сам завел со мной этот разговор.

– Прости, – тут же повинился Дагмер, уловив мое расстройство. – Не хотел тебя обидеть. Ты, безусловно, права. Бесспорно, Калеба кто-то настраивает против меня. И этот кто-то очень близок к королю.

– И вы не знаете, кто это?

– Я предполагаю, – мягко исправил меня Дагмер. – Точнее, почти уверен. Увы, доказательств у меня нет. Но даже если и были бы – что из того? Вряд ли это можно расценить как преступление. Любой человек сам выбирает, с кем дружить, а кого лучше держать на расстоянии.

– Но вас все-таки задевает эта ситуация, – прозорливо заметила я.

Дагмер в ответ неопределенно пожал плечами.

– Возможно, – уклончиво протянул он. – Но я не вижу в этом особой проблемы. Как ты уже наверняка поняла, я никогда не был завсегдатаем балов. Если Калебу по тем или иным причинам неприятно мое общество – что же. Я с превеликим удовольствием вообще откажусь от столь тяжелой и неприятной обязанности.

Я опустила голову, пряча в тени скептическую улыбку.

Ох, темнит Дагмер! Все-таки чудилась в его тоне раздосадованная нотка.

– А что насчет кота? – спросила я, через секунду вновь посмотрев на него. – Он выжил?

– Еще бы ему не выжить! – фыркнул Дагмер. – Калеб личного своего целителя к Пончику приставил. Тот в несчастное животное влил столько энергии, что у бедолаги аж шерсть светиться начала. Да и нет у него никаких травм. Только истощение и обезвоживание. Уверен, пару-тройку дней – и кот придет в порядок.

– Но как он попал в тот потайной ход? – полюбопытствовала я. – Проход активировался магией. Или же нашел какую-то лазейку?

– А вот это очень хороший вопрос, Хельга.

Дагмер собирался продолжить, но в этот момент в обеденный зал проскользнула несколько служанок, несущих тяжелогруженные подносы с тарелками. Комната немедленно наполнилась ароматами свежеиспеченного хлеба, подрумяненных тостов, жареной ветчины и выдержанных сыров.

Некоторое время было тихо. Лишь едва позвякивали столовые приборы. Было очевидно, что Дагмер не продолжит до конца завтрака. Впрочем, я и не настаивала, наслаждаясь прекрасной трапезой, потому как вчера легла спать без ужина.

Наконец, со стола было убрано так же быстро и бесшумно, как и накрыто. С глубокими поклонами служанки выскользнули прочь, и мы вновь остались наедине.

– Так что насчет кота? – вернулась я к тому самому моменту в беседе, когда нас прервали. – Вряд ли он каким-то образом просочился через стену. Скорее всего, проскользнул за кем-то, кто знал, как активировать проход.

Мое столь логичное предположение как будто удивило Дагмера. Он на пару секунд задумался, затем отсалютовал мне поднятой кружкой с горячим кофе.

– Неплохое замечание, – сказал негромко. – Собственно, я считаю так же. Пончик не сам оказался заперт. Кто-то его там запер. И не думаю, что кота пытались убить. Тогда самым логичным и простым было бы без всяких затей просто свернуть ему шею. Но нет. Скорее всего, Пончик действительно незаметно проскользнул в ход, когда кто-то его открыл. Там притаился во тьме, в результате оказался в ловушке. Бедняга погиб бы там от истощения. Но верно говорят, что у кошек девять жизней. Одну из них он потратил на то, чтобы показать тебе, где его надлежит искать.

– Прежде я никогда не слышала о том, что коты на подобное способны, – проговорила я.

– Поверь, я тоже. – Дагмер пожал плечами. – Но факт остается фактом. Если бы не ты – то Пончик бы погиб. Потому король и сделал тебе столь щедрый дар.

После чего с нескрываемым пренебрежением указал на браслет, лежащий чуть поодаль.

– Кстати, вы так и не сказали, почему мне стоит убрать этот браслет подальше, – напомнила я.

– По-моему, сказал, – возразил Дагмер.

Я высоко вздела брови, не понимая, о чем это он.

– То есть, я не должна надевать браслет, потому что король больше не относится к вам так же тепло, как прежде? – на всякий случай уточнила я.

– Ага, – подтвердил Дагмер.

Я озадаченно сдвинула брови.

– Но как связаны эти две вещи?

Как и следовало ожидать, Дагмер не стал отвечать. Лишь ухмыльнулся в столь раздражающей меня манере. Как будто говорил – мол, сама поразмысли.

Ладно. Не буду продолжать расспросы. И без того понятно, что это бессмысленно. Раз Дагмер посоветовал мне не носить этот браслет – то и не буду. Не настолько я падка на блеск бриллиантов, чтобы проигнорировать его слова.

– Так что с потайным ходом? – вернулась я к более интересному моменту в обсуждении.

– А что с ним? – рассеянно переспросил Дагмер, всем своим видом показывая, что предпочел бы закрыть эту тему.

– Вы его исследовали? – послушно уточнила я, едва не скрипнув зубами от раздражения.

Вот умеет он все-таки вывести из себя. Прекрасно знает, что меня интересует, но как будто издевается.

– С превеликим удовольствием сделал бы это, но, увы, так и не сумел открыть, – холодно проговорил Дагмер.

– Как это? – невольно вырвалось у меня.

И в самом деле – как? При всем своем горячем желании я не могла представить подобную ситуацию. Лорд Гессен – отличный маг. Неужели он не справился с настолько элементарной задачей?

– Так это.

Досада все-таки прорвалась через показное спокойствие Дагмера. Он не выдержал и скривился, всем своим видом продемонстрировав крайнее неудовольствие.

– Конечно, я бы мог взять – и снести всю стену до основания, – продолжил он язвительно. – Но вряд ли бы Калеб одобрил подобные разрушения в своем кабинете. Я поступил проще. Закрыл весь периметр комнаты блокирующими чарами. Благо, что у меня было несколько минут, пока все были заняты осмотром Пончика. Поэтому никто не лез под руку и не спрашивал, что я делаю. Надеюсь, что мои действия вообще не заметили. Если потайной ход кто-нибудь опять активирует – то я немедленно об этом узнаю.

Я вовремя прикусила язык, не позволив очередному вопросу сорваться с моих губ.

Потому как интуиция подсказывала мне, что одними блокирующими чарами Дагмер явно не обошелся. Вон как радуется, что на него не обращали внимания. По крайней мере, на его месте я бы не упустила такой удобной возможности всегда быть в курсе дел короля. Особенно если учесть то печальное обстоятельство, как сильно испортились между ними отношения. Надо же узнать, кто Калебу в уши поет.

Темные глаза Дагмера иронично сверкнули, когда он посмотрел на меня в упор. В висках несильно кольнуло, стало быть, он в этот момент заглянул в мои мысли. Заглянул – но не стал возражать против моих рассуждений.

– К слову, кто подсказал тебе, как открыть проход? – спросил он, глядя на меня в упор. – Явно не Пончик. Он лишь привлек твое внимание. Но магию пробудила ты без его участия. Очередной призрак?

– Наверное, – не стала я отнекиваться. – Но я никого не видела. Лишь услышала незнакомый мужской голос. Он и руководил моими действиями.

– Хм-м…

Дагмер сосредоточенно потер подбородок.

– Мужской голос, стало быть, – пробормотал задумчиво. – Любопытно.

– Призраки обычно привязаны к месту своей смерти, – осторожно сказала я. – Скорее всего, этот мужчина когда-то умер или в кабинете, или где-то рядом с ним. И этот кто-то наверняка был очень осведомлен о тайнах дворца, раз даже король не знал о потайном ходе.

Дагмер медленно кивнул.

– Да, самым верным будет найти информацию обо всех смертях, которые произошли в кабинете, – согласился он. – Обязательно займусь этим вопросом сразу же, как только мы вернемся из поместья твоего отца.

Я изумленно хмыкнула. Недоверчиво всмотрелась в невозмутимое лицо Дагмера, гадая, не шутит ли он.

– Что-то не так, Хельга? – прозорливо поинтересовался он. – Почему ты удивлена?

– Я думала, что после всего случившегося вы предпочтете остаться в Индермейне, – честно сказала я. – Очевидно, что во дворце происходит нечто… странное. По-моему, ваше присутствие необходимо. Разве не так?

Дагмер мастерки умел держать лицо и не показывать своих эмоций. Но на этот раз выдержка изменила ему, и он зло скривился. Впрочем, почти сразу опомнился и вновь натянул на себя маску отстраненного равнодушия.

– Я целиком и полностью согласен с тобой, – процедил холодно. – И даже предложил Калебу свои услуги. Но он…

Осекся и опять раздраженно ощерился.

– Отказался, – догадливо завершила я.

– Наотрез, – глухо подтвердил Дагмер с нескрываемой досадой. – Калеб считает, что Пончик пролез в потайной ход случайно. Мои возражения, что в таком случае он бы легко вылез обратно, проигнорировал. Для него главное, что кот найден, а проход закрыт. Более его ничего не интересует.

– Но это же вопрос его личной безопасности. – Я растерянно всплеснула руками. – Что, если кто-нибудь когда-нибудь узнает об этом проходе и решит воспользоваться им для дурных целей?

– Ты поразительно точно повторяешь все те доводы, что я привел Калебу накануне, – сухо сказал Дагмер. – Но в ответ я услышал, что обеспечение его защиты не входит в число моих служебных обязанностей. Для этого есть начальник его личной службы охраны – лорд Тревис Бейвуд.

Это имя Дагмер выдохнул с такой затаенной ненавистью, что стало ясно – никаких добрых чувств к лорду Бейвуду он не питает.

Ага. Сдается, я начинаю догадываться, кто именно вбил клин между Калебом и Дагмером.

– В общем, на этом мы и расстались, – после короткой паузы заключил Дагмер уже нормальным тоном. – Но знаешь – что?

– Что? – послушно спросила я.

– Если уж я не сумел открыть потайной ход – то Тревис это тем более не сделает. – На губах Дагмера заиграла злорадная усмешка. – А стало быть, ему придется обратиться ко мне за помощью.

Вообще-то, ко мне.

Но я мудро предпочла оставить это уточнение при себе. А то еще обидится.

– В таком случае, вам тем более не стоит уезжать из города, – вместо этого проговорила я. – Разве не так?

– Я сильно сомневаюсь, что визит в поместье Тердена Биглса затянется надолго, – парировал Дагмер. – Даже если Тревис зайдет в тупик с этим загадочным потайным ходом, а он обязательно зайдет, то из-за гордости он все равно прождет несколько дней, если не недель.

– Да, но…

– Ты как будто уже не хочешь узнать причины гибели матери. – Дагмер самым невежливым образом перебил меня, как будто устав от спора. Откинулся на спинку стула, внимательно глядя на меня. – Словно отговариваешь меня от поездки. Почему?

Я смущенно потупилась.

Увы, я не знала, что ему ответить. Слишком противоречивые эмоции испытывала каждый раз при мысли, что вскоре увижу родной дом. С одной стороны, я очень хотела вернуться. Хотя бы еще раз побывать на кладбище у могилы матери, потому что достойно проститься с ней отец мне так и не позволил. Но с другой…

В памяти намертво отпечатался последний разговор с отцом. То, как цинично он продал меня Максимилиану. А еще иногда в кошмарах я возвращалась в ту жуткую ночь, когда услышала из коридора голос матери.

Я почти уверена в том, что именно отец – виновник ее смерти. Но хочу ли я получить убедительные доказательства этого? Недаром говорят, что сладкая ложь зачастую лучше горькой истины, а счастье в неведении. Но с другой стороны: если я не узнаю правду – то до последних минут своей жизни буду терзаться виной и сомнениями.

– Понимаю, – вдруг с непривычной теплотой прозвучало от Дагмера.

Я растерянно подняла на него глаза. О чем это он? Неужели опять без спроса подглядел мои мысли?

– Очень тяжело бывает признать то, что боги решили сыграть с тобой жестокую штуку, – продолжил он тем временем. – Увы, зачастую под маской доброго и любящего родителя скрывается настоящее чудовище. Образец для подражания в глазах общества, но жестокий тиран по отношению к своим детям. Поверь, уж я-то это знаю.

Дагмер хотел еще что-то добавить. Но в последний момент передумал. Лишь с такой силой сжал кулаки, что костяшки стали белыми от напряжения.

Пожалуй, лучше мне не задавать никаких уточняющих вопросов. Очевидно, что это слишком болезненная тема для него.

– Скоро ты познакомишься с моей матерью и воочию убедишься, что я имею все основания так говорить, – после долгой паузы все-таки завершил Дагмер. – Я тебя предупреждал, но на всякий случай повторю: будь крайне осторожна с ней. А лучше помалкивай. Конечно, без скандала все равно наша встреча не обойдется. Но я постараюсь минимизировать негативные последствия. Сразу после этого – отправляемся на знакомство с твоим отцом.

Встал, резко отодвинув стул.

– Едем, – приказал, тяжело глядя на меня сверху вниз. – Не стоит затягивать неминуемое. Я хочу, чтобы это как можно скорее завершилось.

Без особого желания я тоже поднялась на ноги, с трудом удержавшись от тоскливого вздоха.

Если Дагмер так не хочет видеть мать, то я тем более не в восторге от скорого знакомства со свекровью. Но, боюсь, другого выхода все равно нет.

Глава пятая

Я невольно подняла брови, разглядывая особняк, к которому нас доставила карета. Потому что мне был знаком этот дом в окружении седых вековечных елей.

Правда, в сегодняшний визит подъездные ворота оказались распахнуты настежь, что доказывало – нас ждут. Тогда как в прошлый раз Максимилиану пришлось пригрозить боевыми чарами хозяйке столь роскошного жилища, практически, настоящего замка в миниатюре, лишь бы нас пропустили внутрь.

– В редчайшие свои визиты Кайла останавливается у моей сестры, – пояснил Дагмер, без особых проблем угадав причины моего замешательства. – В остальное время она предпочитает жить вдали от Индермейна. Как говорит, слишком устает от шума и суеты большого города. Но истинная причина, конечно, в другом. Из-за ее отвратительного характера ей закрыт вход в высший свет. Это во-первых. А во-вторых, после последней ее выходки отец лично запретил ей показываться ему на глаза под угрозой полнейшего лишения денежного довольствия.

– Ваш отец жив? – ляпнула я.

Тут же покраснела, осознав, насколько чудовищно бестактно это прозвучало.

Но я действительно удивилась. Дагмер никогда не упоминал о своем отце. Поэтому я почему-то решила, что он давным-давно ушел в лучший из миров.

Мой вопрос, однако, не рассердил Дагмера, а лишь развеселил. Он кашлянул, безуспешно пытаясь скрыть смешок.

– Мой отец, лорд Лоуренс Гессен, жив и на здоровье не жалуется, – проговорил тепло. – Мы с ним редко общаемся. Я слишком занят работой, а он в последние годы углубился в изучение каких-то древних колдовских трактатов. По-моему, вздумал получить на старости лет звание магистра и даже порой дает лекции в Академии магических наук. Собственно, я ничуть не возражаю против этого. У каждого человека должно быть дело, которое ему нравится.

Я согласно кивнула.

Даже досадно немного, как мало я знаю о семье своего супруга. Но вряд ли в этом есть моя вина. Слишком редко я видела Дагмера после нашей неожиданной свадьбы. И в эти по большому счету случайные встречи он как-то не рвался откровенничать со мной.

– Пожалуй, стоит познакомить тебя с отцом, – между тем протянул Дагмер. – Думаю, ты ему понравишься. Его очень интересуют люди с необычным магическим даром.

– Буду рада, – сдержанно отозвалась я.

Дагмер искоса посмотрел на меня. Почти сразу перевел взгляд на дом и поморщился.

– Ладно, – процедил сквозь зубы. – Чем быстрее мы войдем сюда – тем скорее освободимся.

И любезно предложил мне руку.

Мои пальцы чуть дрогнули, когда я положила ладонь на сгиб его локтя. Однако Дагмер не заметил этого. Все его внимание было приковано к жилищу сестры.

Как только мы поднялись по ступенькам крыльца, огромная дверь, ведущая в дом, немедленно открылась, и на пороге предстал тот же самый высокий импозантный седовласый дворецкий, который пару месяцев назад провожал меня и Максимилиана к Эстер.

Мужчина меня тоже узнал. Это было понятно по тому, как блеснули его глаза. Но почти сразу он склонился в почтительном поклоне.

– Лорд Гессен, леди Гессен, – проговорил звучным хорошо поставленным голосом. – Вас ожидают.

Круто развернулся на каблуках сапог и важно прошествовал в глубь огромного холла.

Дагмер, однако, слегка помедлил. С затаенной тоской глянул через плечо на залитую солнцем лужайку перед домом. Как будто всерьез раздумывал – не сбежать ли ему. Но после секундной заминки все же последовал за слугой.

Как и следовало ожидать, дворецкий провел нас к той самой гостиной, где я уже была с Максимилианом. На первый взгляд тут ничего не изменилось. Та же старинная дубовая мебель, тот же темный паркет, отполированный до блеска. Даже тяжелые бархатные гардины были, как и в прошлый раз, задвинуты до предела, от чего в просторном помещении царила полутьма.

Повинуясь небрежному движению руки Дагмера, под потолком запылала яркая магическая лампа.

– Так-то лучше, – пробормотал он себе под нос. – А то такое чувство, будто в склеп угодил.

И впрямь. Атмосфера в гостиной была весьма гнетущей. В воздухе витало нечто… Что-то очень тревожное, мрачное, из-за чего низ моего живота болезненно свело.

– Я сообщу о том, что вы прибыли.

Дворецкий, который в гостиную не вошел, а остался стоять на пороге, еще раз поклонился, после чего вышел прочь, не забыв плотно прикрыть за собой распашные двери.

Дагмер проводил его долгим взглядом. Затем осторожно высвободился из моей хватки и неторопливо прошелся по комнате, как будто желая освежить в памяти ее обстановку. Остановился около столика с напитками, задумчиво провел рукой по стройной шеренге всевозможных бутылок, как початых, так и закупоренных.

– Не люблю алкоголь, – негромко сказал под нос, как будто беседуя сам с собой. – Он дурманит голову, ослабляет контроль над словами и действиями. Даже бокал легкого вина может недопустимым образом развязать язык. Потом будешь жалеть о том, что говорил, когда надо было промолчать. Но… Знаешь, сейчас бы я с превеликим удовольствием выпил самого крепкого напитка. Это помогло бы мне высказать прямо в лицо Кайле и Эстер все, что о них думаю. И плевать на последствия.

– Вы же так не сделаете, правда? – встревоженно спросила я.

Мысль о том, что лорд Гессен действительно собирается поступить так, как обычно поступал Максимилиан в сложных ситуациях, почему-то сильно испугала. Я привыкла видеть Дагмера спокойным и сосредоточенным. Даже легчайшие проявления его недовольства заставляли меня зябко ежиться. Интуиция подсказывала, что лучше не лицезреть его в ярости.

Дагмер еще раз провел указательным пальцем по горлышкам бутылок, как будто желал выбрать что-то на свой вкус. Я наблюдала за ним со все возрастающей тревогой. И с немалым облегчением вздохнула, когда он резко одернул руку и обернулся ко мне.

– Конечно, не сделаю, – заверил со снисходительной ухмылкой. – Любую опасность и любую проблему я привык решать в здравом и абсолютно трезвом рассудке. Тем более нам предстоит разговор с Кайлой. Она не то, что к неосторожному слову – к интонации придерется при желании.

– Не пугайте меня, – попросила я жалобно. – И без того сердце не на месте.

Суровый тяжелый взгляд Дагмера, устремленный на меня, чуть потеплел, но в этот момент позади раздался звук открываемой двери.

– Леди Эстер Гессен, леди Кайла Гессен, – громко объявил дворецкий.

И глаза Дагмера словно заледенели изнутри, когда он посмотрел поверх моей головы на мать и сестру.

Я торопливо обернулась. Замешкалась было, гадая, стоит ли приветствовать новоприбывших дам реверансом.

Эх, не догадалась у Дагмера раньше спросить! Вообще-то, я его законная супруга. Стало быть, по положению ничуть не ниже их. А вот по происхождению и в подметки не гожусь, как говорится.

«Не вздумай!» – внезапно острой вспышкой прозвучало в голове грозное предупреждение.

Видимо, Дагмер уловил мои сомнения и поспешил предупредить. Правда, в итоге я едва не вскрикнула от боли – так резко заломило в висках. Но сумела сдержаться и с нескрываемым любопытством воззрилась на зашедшую в комнату парочку.

Эстер шла первой, и мои брови немедленно взметнулись вверх от удивления. На какой-то миг почудилось, будто она вообще не удосужилась одеться после сна и вздумала приветствовать нас в ночной сорочке – настолько смелым был ее наряд.

Полупрозрачная светлая шелковая ткань откровенно обрисовывала все очертания ее тела. Тонкие бретельки были полуспущены, и казалось, что вот-вот платье вообще упадет к ее ногам. Волосы без всяких заколок или лент растрепанными локонами небрежно разметались по плечам.

Почему она так оделась? Уж явно не для того, чтобы очаровать Дагмера. Он все-таки ее брат.

А сдается, я понимаю, почему. Видимо, меня ожидает еще один на редкость неприятный сюрприз. Дагмер обмолвился, что у его матери хватит ума пригласить на эту встречу Максимилиана. Полагаю, Эстер решила заодно и ему нервы потрепать.

Все эти соображения пролетели в моей голове за долю секунды. Затем я перевела взгляд на спутницу Эстер и почувствовала, как колючий холодок пробежал по моей спине.

Леди Кайла Гессен была не просто красива. Она была ошеломляюще, неправдоподобно красива. Так, наверное, выглядела бы Светлая богиня, вздумай той спуститься с небесного престола к недостойным грешникам.

Густые блестящие волосы цвета темной вишни обнимали ее хрупкую фигуру подобно плащу. На висках их сдерживали золотые заколки с крупными бриллиантовыми навершиями. Четко очерченные скулы были настолько острыми, что чудилось – тронь их, и обязательно порежешься. Но это не портило ее внешность, скорее, подчеркивало ее. Глаза были настолько темными, что казались вообще черными. Стало быть, именно от матери Дагмер унаследовал цвет своих.

Платье из ярко-алого бархата, расшитое золотыми нитями в виде виноградных лоз, облегало по-девичьи тонкий стан, подчеркивая завышенную линию талии, где сиял пояс с рубинами, похожими на застывшие капли крови.

В общем, если Эстер выглядела так, как будто лишь недавно встала с кровати и не сочла нужным одеться к приему гостей, то ее мать прямо сейчас могла отправиться на королевский бал – и по праву стать там настоящей звездой вечера.

Кайла не подошла, а словно подплыла к Дагмеру, который изменил своим хорошим манерам и не сделал ни малейшей попытки приветствовать мать. Как стоял около столика с напитками – так и продолжил стоять, не наклонив голову ни на каплю. Остановилась в шаге от него и улыбнулась.

Я до боли в костяшках сжала кулаки. Вроде бы, леди Гессен вообще не обратила на меня пока ни малейшего внимания. Но нестерпимо захотелось развернуться и рвануть прочь.

– Так и будешь молчать? – первой прервала она затянувшуюся паузу.

– Здравствуй, – холодно отозвался Дагмер. Замялся на миг, после чего буквально выдавил из себя по слогам: – Мама.

Улыбка Кайлы стала шире и безмятежнее. Она явно наслаждалась всей этой сценой и тем глухим гневом, которым веяло от Дагмера.

– Здравствуй, сын, – с неуместной радостью отозвалась она. – Как мы давно не виделись!

Развела руки в стороны, желая обнять его.

– Не стоит!

Дагмер так поспешно отшатнулся от нее, что наткнулся на столик и едва не опрокинул его. Бутылки жалобно задребезжали, однако ни одна не упала.

Удивительно, но Кайла после такого продолжила улыбаться. Причем еще лучезарнее.

– Все еще обижаешься на меня, – насмешливо констатировала она. – Не думала, что ты настолько злопамятный.

– Я не злой, – парировал Дагмер. – Но память у меня отличная. И я искренне считаю, что предавший раз – предаст снова при первом же удобном случае. Поэтому мое доверие ты утратила навсегда.

Удивительно, но Кайла вдруг легкомысленно захихикала после столь резкой отповеди. Как будто ее искренне забавляло все услышанное.

– Даже матери не дашь второго шанса? – полюбопытствовала она.

– Сотый шанс, ты хотела сказать? – вопросом на вопрос ответил Дагмер. – Или тысячный. Право слово, уже не припомню, как часто ты меня подводила и как часто клялась, что это никогда больше не повторится. Но в последний раз ты превзошла саму себя. И подобное уже не прощается.

Кайла не выдержала и расхохоталась в полный голос.

Я высоко подняла брови, наблюдая за этим приступом странного и ничем не обоснованного веселья.

Интересно, а все ли в порядке у Кайлы с головой? Такое чувство, как будто она малость не в себе.

Дагмер, однако, не выглядел удивленным, словно все происходящее было для него в порядке вещей. Он скрестил на груди руки, терпеливо ожидая, когда Кайла перестанет смеяться.

– Прости, – наконец, протянула она.

Уголком батистового платочка, который ловко выудила из корсажа, аккуратно утерла уголки абсолютно сухих глаз.

– Просто ты такой симпатичный, когда сердишься, – продолжила после этого. – Сразу вспоминаю твое детство. Ты тогда таким бутузом был. Так и тянет потрепать тебя за щечки.

И даже вскинула руки, как будто желая повторить это.

Дагмер ошпарил ее настолько свирепым взглядом, что на месте Кайлы я бы не просто испугалась – впала бы в слепую панику. Улыбка женщины чуть поблекла, но она все равно не отступилась от своей идеи, настойчиво потянувшись к его лицу.

Следующего движения Дагмера я не заметила, хотя смотрела на него в упор. В воздухе промелькнуло нечто размытое – и Кайла неожиданно вскрикнула. Отпрянула от сына, растирая правое запястье.

Так раздражающая меня улыбка наконец-то сползла с ее губ. Более того – в глазах метнулось нечто, напоминающее пусть не страх, но растерянность точно.

– Ты вывернул мне руку? – неверяще пробормотала она.

– Я просил меня не трогать, – без малейшего сочувствия отчеканил Дагмер.

– Но как ты мог? – Пухлые губы Кайлы задрожали, а глаза наполнились прозрачными огромными слезами, готовыми вот-вот хлынуть нескончаемым потоком. Она всхлипнула и добавила дрожащим голоском: – Я же твоя мать!

– Кайла, мне надоел твой спектакль! – Дагмер презрительно хмыкнул, не поверив в чувства матери, которые она так талантливо демонстрировала. – В последний раз тебе говорю – прекращай. Ты просила о встрече – и мы приехали. Хотя, не скрою, мне очень не хотелось этого делать. Но если ты продолжишь кривляться – то мы немедленно покинем этот дом.

И многозначительно глянул на меня поверх ее головы.

А что я? Я была бы очень и очень не против подобного поворота событий. Потому что Кайла кажется мне вообще ненормальной. Только демон поймет, что от нее ожидать в следующий момент.

Кайла опять жалобно всхлипнула – и вдруг успокоилась.

Это произошло настолько внезапно, что я удивилась еще сильнее. Казалось бы, только что она готова была разрыдаться самыми горючими слезами. И вдруг словно по мановению волшебной палочки они высохли, а на губах старшей леди Гессен заиграла прохладная снисходительная ухмылка.

– Хорошо, мой мальчик, – проговорила она с легкой ноткой разочарования. – Пусть будет так, как ты хочешь.

После чего резко развернулась на каблуках и наконец-то обратила на меня свое внимание.

Я в очередной раз поборола желание присесть перед ней в реверансе. Не стоит, Хельга. Дагмер точно не одобрит это проявление вежливости.

Тонкая бровь Кайлы чуть изогнулась в немом изумлении. Видимо, она все-таки ожидала от меня подобного.

– Деточка, не желаешь ли меня приветствовать? – спросила она медоточиво.

Ага. Стало быть, я права. Она действительно хочет, чтобы я поклонилась ей. В таком случае – обойдется.

– Здравствуйте, леди Гессен, – вежливо проговорила я.

При этом даже не склонила перед ней головы, продолжая держать прямую и ровную осанку.

Темные глаза Кайлы неприятно сверкнули. Она прищурилась, без малейшего стеснения разглядывая меня в упор.

– Нахалка, правда? – подала голос Эстер, о которой я почти забыла.

Сестра Дагмера подошла ближе. В раскрытой ладони она уже баюкала бокал, доверху наполненный вином, и мысленно я изумилась этому обстоятельству. До обеда еще несколько часов, а она уже пьет!

Впрочем, плевать. Я тут не для того, чтобы читать лекции о вреде алкоголя.

– Она мне сразу же не понравилась, – продолжила жаловаться матери Эстер. – Когда еще грела постель Макса. Надо бы узнать у него, из какого грязного борделя он ее вытащил.

Дагмер так сильно скрипнул зубами, что я отчетливо это услышала, хотя стояла на расстоянии в несколько шагов от нее.

– Эстер… – прошелестел он предупреждающе.

– А что такого я сказала? – нарочито изумилась она. – Мать должна знать, какую замарашку ты посмел притащить в нашу семью. Конечно, я понимаю, по какой причине ты так поступил.

– И по какой же?

На месте Эстер я бы немедленно прикусила язык, а еще лучше – ретировалась куда подальше. Дагмер задал этот вопрос вроде бы спокойно. Но на его виске отчетливо выступила синяя жилка, показывающая, что он испытывает крайнюю степень бешенства. Я уже видела такое. Вчера, на королевском балу, когда Дагмер жестко поставил Эстер на место. Но, по всей видимости, урок она не усвоила.

– Хотел сделать больно маме. – Эстер пожала хрупкими плечиками, как будто удивленная, что надлежит объяснять настолько очевидные вещи.

– Точнее, унизить меня, – поддержала дочь Кайла. – Совершенно точно, что я никогда не приму эту девку в семью. Это абсолютно исключено. Твоя женитьба на ней уничтожила честь рода Гессенов.

И горделиво вздела подбородок, не забыв напоследок кольнуть меня острым взором. И таилось в нем нечто настолько нехорошее, что я украдкой поежилась.

– Надо же, как ты заговорила. – Дагмер издал сухой короткий смешок. – Аж про честь нашего рода вспомнила. Кайла, а сказать тебе, что, а точнее, кто может уничтожить эту самую эфемерную честь?

Медленно перевел взгляд на Эстер и многозначительно поднял бровь.

Я не обладала даром читать мысли. Но без особых проблем поняла, что он намекает на пикантные приключения своей сестры, которую был вынужден спасать от публичного позора.

– Не переводи разговор на другого человека! – Кайла от возмущения аж притопнула изящной туфелькой. – Бедная девочка так натерпелась! Она ночами не спала, переживала. А все из-за тебя.

– Из-за меня? – с сарказмом уточнил Дагмер. – Разве я виноват, что Эстер так славно поразвлекалась с Домиником?

– А кто же еще? – зло огрызнулась Кайла. – Доминик был твоим другом. Стало быть, ты знал, какая это подлая и мелочная личность. Но не предупредил Эстер об опасности.

– Позволь напомнить, что все это произошло накануне свадьбы Эстер, – сухо сказал Дагмер. – По-моему, каждый знает, что измена – это отвратительный поступок. Доминик уж точно не силком Эстер в постель тащил.

Кайла чуть замешкалась с ответом. Но почти сразу вновь гневно вскинула подбородок.

– И все равно это твоя вина! – отчеканила звенящим от негодования голосом. – Ты – ее старший брат. Ты обязан постоянно быть рядом. Подсказывать и поддерживать ее. А еще мягко пресекать ее действия, если видишь, что она собирается сделать глупость. А ты вместо этого целиком и полностью погрузился в работу. Вот бедная девочка и запуталась. Этот Доминик задурил ей голову, налил елей в уши. Некому было подсказать бедняжке, чтобы она не верила ему.

Я покрепче сжала губы, лишь бы не ответить на столь смехотворные и глупейшие обвинения.

Почему-то стало очень жалко Дагмера. Он выслушал все это от матери молча и без видимой реакции. Только венка на виске стала отчетливее.

На какой-то миг почудилось, что выдержка все-таки оставит его, и он взорвется криком. И этого, по всей видимости, ожидала и Кайла. Она подалась вперед, жадно следя за сыном. В этот момент она была пугающе похожа на Эстер. Вчера та так же пыталась спровоцировать Дагмера на глазах всего высшего света.

– Ты закончила? – очень тихо спросил он после долгой паузы.

– Да я даже еще не начинала. – Кайла презрительно фыркнула. – Дорогой мой. Мы так давно не виделись. Представить себе не можешь, как много у меня накопилось к тебе претензий.

– Советую изложить их письменно и передать моему секретарю.

– То есть?

Кайла озадаченно нахмурилась, растерявшись от такого предложения.

– Что непонятного в моих словах? – Дагмер пожал плечами. – Буду ждать письма от тебя. Внимательнейшим образом ознакомлюсь со всем, что ты там изложишь. И постараюсь как можно быстрее дать развернутый ответ на каждый пункт твоих замечаний.

После чего шагнул ко мне и вежливо протянул руку.

Естественно, я и не думала отказываться. Сразу же приняла ее.

Даже не верится, что столь неприятная встреча вот-вот завершится.

Судя по всему, Кайла тоже не могла поверить, что добыча готова ускользнуть из ее логова.

– Дагмер Гессен! – визгливо воскликнула она. – Ты не можешь взять – и просто уйти!

– И кто мне помешает? – ядовито поинтересовался Дагмер. – Кайла, ты хотела познакомиться с моей женой? Ты с ней познакомилась. Уверен, у Хельги останутся о тебе незабываемые впечатления. И на этом я считаю наш визит завершенным.

После чего настойчиво потянул меня в сторону двери.

– Братец, матушка права. – Эстер с кошачьей грацией потянулась и ловко преградила нам путь. Насмешливо проговорила: – В конце концов, это неприлично: уходить в самом разгаре веселья.

– Веселье для тебя начнется завтра.

Улыбка после такого недвусмысленного предупреждения словно приклеилась к губам Эстер, а в глазах промелькнул сполох откровенного страха.

– О чем ты? – уже без тени насмешки спросила она. – Ты же… не сделаешь то, о чем говорил вчера?

– И кто мне помешает? – повторил недавний вопрос Дагмер. – Милая моя сестричка. По-моему, вчера я ясно дал понять тебе, что шутки закончились. Что же. Ты предпочла проигнорировать мои слова. Твое право. А моя обязанность – воплотить все сказанное в жизнь. Потому что свое слово я всегда держу.

– Но это же бред! – Эстер помотала головой, и в ее прекрасных глазах заплескалась настоящая животная паника. – Дагмер, в таком случае пострадает не только моя репутация. И твоя окажется под ударом.

– Что же, я готов на такую жертву, – спокойно сказал Дагмер.

– Блефуешь. – Эстер с трудом выдавила из себя кривую ухмылку. – В итоге ты вполне можешь лишиться работы. Ни для кого не секрет, как сильно испортились твои отношения с королем. Пока вы продолжаете играть в дружбу на людях, однако вряд ли он откажется от столь удобного повода, чтобы снять тебя с должности и поставить на нее своего человека.

– Точнее, человека лорда Тревиса Бейвуда, – уточнила Кайла.

– Да, вот именно. – Эстер кивнула в знак подтверждения. Затараторила дальше: – Слушай, на самом деле мы пригласили тебя для сделки.

– Сделки? – словно против воли в голосе Дагмера промелькнула нотка заинтересованности.

Эстер с Кайлой переглянулись, кивнули друг другу, как будто придя к общему соглашению. И я немедленно насторожилась.

Сдается, вся эта отвратительная сцена в начале была лишь своеобразное прелюдией. А вот сейчас начинается основное действие.

– Ты прекрасно знаешь, что при дворе твое положение шатко, как никогда, – начала уже Кайла. – И не твоя в этом вина. Точнее, твоя, но косвенная. Ты слишком много работаешь, поэтому редко бываешь на балах, где зачастую и решаются самые важные государственные вопросы.

– А еще подчас слишком прямолинеен и груб, – добавила с нескрываемой претензией Эстер. – Даже по отношению к родным.

Губы Дагмера дрогнули, как будто он хотел возразить. Но в последний момент он удержался. Лишь сделал знак матери продолжать.

– Да, вот из-за последней твоей черты характера у вас и начался разлад с Калебом, – опять заговорила Кайла. – Что скрывать очевидное, король слишком падок на лесть. Его отец, который некогда помирил тебя с Максом, был не такой.

Ага. Выходит, я была права в своих выводах. Это не Калебу удалось закончить юношескую вражду между Максимилианом и Дагмером. Но, в принципе, оно и понятно. Калеб не показался мне проницательным и тем более мудрым человеком.

– Грегор больше всего на свете ценил честность, – продолжала тем временем Кайла. – Но Калеб не такой. А ты вместо того, чтобы подстроиться под него, – предпочел с головой уйти в работу и вообще отстранился от выходов в высший свет. Тебя на любой прием только на аркане затащить можно.

В последней фразе леди Гессен прозвучала нескрываемая досада, и она с открытой претензией посмотрела на сына.

Удивительно, кстати, как изменилась манера ее речи, когда беседа зашла на столь серьезную тему. Никаких театральных ужимок, никаких преувеличенных эмоций напоказ. Как будто передо мной вдруг оказался совершенно другой человек. Собранный, сосредоточенный и жесткий.

– Если честно, я не понимаю, почему ты завела об этом речь, – медленно протянул Дагмер. – Да, я прекрасно знаю, кто и что наговаривает обо мне Калебу. Тебе-то какое дело до моих проблем?

– Как какое? – возмутилась Кайла. – Это касается меня напрямую. Во-первых, ты мой сын.

Дагмер язвительно хмыкнул, вряд ли впечатленный этим доводом.

– Да, это не основная причина моего беспокойства, – согласилась с ним Кайла. – Главное то, что если ты попадешь в опалу – то и твоей сестре придется несладко. Да и я лишусь последней надежды восстановить свое прежнее положение в высшем обществе. Я ведь уже приготовила великолепнейший наряд для своего триумфального возвращения.

– Вот это больше похоже на правду.

Дагмер отпустил мою руку. Шагнул к матери и выжидающе изогнул бровь.

– Ты предлагаешь мне сделку, – сказал прямо. – Как понимаю, хочешь поднять все свои связи и связи Эстер, чтобы упрочить мое положение при дворе.

– Верно понимаешь, – согласилась Кайла. – Сейчас я нежеланная гостья во всех домах Индермейна. И во многом из-за наветов твоего отца. Однако я по-прежнему в курсе всех событий. Мои друзья затаились, но не исчезли. И они выступят в твою поддержку единым фронтом.

– У меня тоже много друзей, – подхватила Эстер. – Хоть ты и вел себя гадко по отношению ко мне вчера и сегодня, но я готова забыть обиды. В конце концов, кто старое помянет – тому глаз вон.

Судя по всему, это любимая присказка Эстер, потому что вчера я ее уже слышала от нее. А еще я помнила, как Дагмер на нее ответил.

Но на этот раз он не стал добавлять сакраментальное: «А кто забудет – тому оба прочь». Вместо этого он поинтересовался:

– А что я должен сделать взамен?

Взгляды Эстер и Кайлы мгновенно скрестились на мне. В низу живота сразу же тревожно заныло.

Сдается, мне очень не понравится то, что они потребуют от Дагмера как плату за свою помощь.

Дагмер тоже посмотрел на меня. В глубине его темных глаз затлело понимание, но он ничего не сказал.

– Многого мы не попросим, – медоточиво проговорила Кайла. – Ничего невыполнимого с твоей стороны, поверь.

– Сущий пустяк, – подхватила Эстер.

– Ты вдоволь поиздевался над нашими чувствами, приведя в дом эту замарашку. – Кайла с нескрываемым пренебрежением кивком указала на меня. – Но я понимаю. Ты хотел утереть нос Максу, уведя у него любовницу. Хотел что-то доказать мне. Хотел, чтобы наш род стал посмешищем в высшем свете. Однако шутка затянулась. Самое время прекратить ее.

– Да и с Максом бы тебе помириться не помешает. – Эстер томно хихикнула и принялась накручивать на палец локон волос. Протянула мечтательно: – Кто знает, может быть, мы опять будем вместе. Я сделаю все ради этого.

Брови Дагмера чуть дрогнули в насмешке, но почти сразу его лицо вновь окаменело.

Я поглядывала на него со все возрастающим волнением. Как-то непохоже, что он собирается одернуть мать и сестру. Больше кажется, что всерьез задумался над условиями этой так называемой сделки.

– То есть, вы обе хотите, чтобы Хельга исчезла из моей жизни, – негромко проговорил он.

Сердце от противной тянущей тревоги пропустило несколько ударов. Затем забилось в стократ сильнее.

– Да! – хором воскликнули обе леди Гессен.

– Ну и каким образом вы предлагаете мне это осуществить? – все так же ровно и холодно спросил он. – Разводов в Ардеше нет.

Ой. Ой-ой-ой. А вот теперь мне тем более не нравится, куда повернула беседа. Вспомнилась последняя встреча с Максимилианом. Когда сразу после нашей столь неожиданной свадьбы он ворвался в дом Дагмера в поисках меня. Помнится, тогда он выразился более чем ясно. Разводов в Ардеше нет, зато вдовцов с избытком. Неужели Кайла ведет именно к этому?

– Ну-у… – протянула Кайла с нехорошей такой ухмылкой, чем подтвердила мои самые дурные предположения. – Я не думаю, что это вызовет какие-либо затруднения. Есть много путей выхода из сложившейся ситуации.

– Я вижу только один способ, – проронил Дагмер. – Самый радикальный. Как говорится, нет человека – нет проблем.

Сердце после его высказывания подскочило к горлу, затем отчаянно затрепыхалось где-то в пятках. Малейшие волоски на моем теле встали дыбом от страха.

– Заметь, это не я сказала. – Кайла растянула губы шире, вот только взгляд ее оставался цепким и ледяным. Тут же добавила чуть мягче: – Я знаю, что ты совестливый мальчик. Но на кону стоит не только честь и репутация нашего рода. На кону стоит и твоя работа. То, чем ты дорожишь больше всего на свете.

Последнюю фразу Кайла выдохнула в лицо Дагмеру, порывисто покачнувшись к нему. Замерла, широко распахнув глаза в ожидании ответа.

В комнате воцарилась не просто мертвая тишина. О нет. От сгустившегося напряжения воздух словно превратился в плотный кисель. Возможно, это была моя личная реакция на все услышанное. Еще бы! Ведь речь зашла о моей жизни. Но каждый вздох теперь давался мне с определенным трудом. Горло намертво перехватило колючим спазмом дичайшей тревоги.

– Ты же не…

Я не сразу поняла, что это вылетело из моего рта. Настолько тоненько и жалко это прозвучало. Но терпеть затянувшуюся паузу я была больше не в силах. И еще позже осознала, что впервые за все время нашего знакомства и столь внезапного брака назвала лорда Гессена на «ты».

Дагмер искоса глянул на меня. И тлело на дне его зрачков нечто такое, от чего язык словно прилип к нёбу.

Неужели так рассердился из-за моей неожиданной фамильярности? Но сам же вчера настаивал, чтобы я начала называть его просто по имени. Да еще как настаивал!

Наверное, никогда еще мне не было настолько страшно. Даже в ту проклятую ночь, когда я услышала из темного коридора голос умершей матери, умоляющей впустить ее в комнату.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.