Юлия Журавлева
Мой дикий маг

1. Новый учебный год

– Поверить не могу, – прошептала Лия, прикрыв рот ладонью. – Лорд Хейвар все-таки притащил в Академию своего питомца!

– Питомца? – я тут же заинтересовалась, начав выискивать среди толпы людей животное.

– Да не в прямом смысле! – закатила глаза подруга. – Воспитанника своего. Ты вообще чем-то, кроме учебы, интересуешься?

– Времени не хватает, – буркнула в ответ.

Но теперь поняла, что фамилию лорда Хейвара уже слышала, и связана она была с каким-то скандалом. Только, хоть убей, не помню – с каким именно.

– Посмотри правее, – подсказала Лия, и я тут же повернула голову.

– Не так явно! – зашипела она. – Вдруг заметит!

Она еще что-то говорила громким шепотом, но я не вслушивалась, пораженно уставившись на высокого плечистого парня в форме студента. Он отличался от остальных, как земля от неба и ночь ото дня. Назвать его смуглым – значит, сильно преуменьшить. Его кожа была цвета шоколада. Или едва разбавленного молоком кофе, когда уже не черный, а темно-коричневый. На голове – причудливая прическа из странно заплетенных кос или просто скрученных волос, в которые вплетены бусины-украшения.

И он меня все-таки заметил. Вернее, мое пристальное внимание к его необычной персоне. Наши глаза встретились, но даже тогда у меня не получилось отвернуться. Незнакомец тоже не собирался отводить взгляд.

– Джейн! Да чтоб тебя! – дернула меня за руку Лия, потянув за собой.

В этот момент раздался удар колокола, объявляющий начало торжественной церемонии, и толпа пришла в движение. Темнокожий парень пропал из виду, скрытый потоком людей. Мы же поднялись по лестнице на помост и встали возле куратора – молодого русоволосого мужчины, державшего табличку с номером один.

Возле нас собирались остальные студенты из первой группы – первокурсники с наивысшим магическим потенциалом.

– О нет! – тихо взвыла Лия. – Мы еще и в одной группе!

Темнокожий парень с независимым видом подошел к нашему куратору и остановился чуть позади.

Вряд ли он услышал слова Лиенны в таком гвалте, а если и услышал, то просто проигнорировал.

Мне же все равно стало неловко.

Студенты прибывали, останавливаясь каждый возле своего куратора. Десять групп по десять человек, пока разбитых только по уровню магических способностей без специализации. Слово взял ректор, начав с того, какой особенный сегодня день для всех, но больше всего для будущего страны – его лучших магов.

Я же вспоминала прошлое, поняв, откуда мне знакома фамилия лорда Хейвара.

Далекое прошлое. Сколько лет прошло? Десять? Нет, мне было семь, значит, одиннадцать лет назад…

* * *

Мы с папой выезжали в свет – впервые после смерти мамы. Полгода траура минуло, и сидеть дома стало неприлично. Папа собирался без особой охоты, делая это скорее ради меня. Я же была окрылена возможностью одеться в нарядное платье и сбежать из места, где все-все напоминало о маме – на ремонт отец никак не решался.

Мы приехали в сверкающее поместье. Радушные хозяева, заученные слова приветствия, мой поклон и их умиление.

– Иди в сад к детям, – посоветовала хозяйка приема. – Там как раз играют твои ровесники.

Я посмотрела на папу, которому явно не хотелось никуда меня отпускать, но он кивнул, разрешая.

Само собой, с ровесниками интереснее.

Сначала, выйдя из больших стеклянных дверей в сад, я растерялась, но почти сразу услышала голоса и смех. Именно на них я и ориентировалась, проходя мимо фигурно подстриженных кустов и удивляясь, как далеко все забрались.

– Смотрите! Он еще и кусается! – раздался мальчишеский голос совсем близко.

И снова смех.

«У них какое-то животное», – догадалась я.

Но все оказалось совсем, совсем иначе.

Среди кустов в укромном месте действительно были дети примерно моего возраста. Девочки хихикали, стоя чуть поодаль, а мальчики…

Двое мальчишек держали одного, темнокожего, в порванной одежде и со следами борьбы на лице. Губы разбиты в кровь, под глазом наливался синяк, сам он изо всех сил вырывался, дергался и пытался освободиться. А еще скалил зубы и старался дотянуться и цапнуть кого-нибудь из державших.

– Какой дикий, да? Настоящий звереныш! – засмеялся третий светловолосый мальчик. – Не стоит подходить к нему близко!

И в подтверждение своих слов отломил от ближайшего куста длинный прут, ловко, в одно движение, очистив его от листьев.

Я глазам не верила. И не верила в то, что он сделает.

Короткий замах и свистящий удар, от которого у темнокожего ребенка не было никакой возможности увернуться. Он пришелся по лицу, оставив полосу…

– Пустите его немедленно! – закричала я, чувствуя, как внутри все закипает.

Это плохо. Папа просил контролировать рано проснувшуюся магию. Но надолго мысль не задержалась.

Все обернулись, с недоумением глядя на меня. Будто это я творила какое-то непотребство и била другого человека.

– Да ты чего! – рассмеялся мальчишка с прутом. – Он вообще неразумный! Даже не говорит, представляешь? Вот, смотри! А ну, скажи что-нибудь!

И замахнулся снова.

Мальчик оскалился и задергался с удвоенной силой.

– Пусти его, – четко проговорила я.

– А то что? Нажалуешься мамочке? – с издевкой спросил все тот же белобрысый.

Видимо, именно он был главным заводилой. И про маму он зря.

Именно ее смерть подтолкнула магию, обычно не просыпавшуюся раньше десяти, а то и двенадцати лет. Поэтому от меня точно не ожидали того, что произошло дальше.

Собрав все, что кипело и бурлило внутри, я просто выпустила чистую силу – заклинаниям меня, разумеется, никто не учил. Но и сырой магии оказалось достаточно, чтобы сбить всех с ног, раскидав по площадке.

Я краем глаза заметила, как быстро поднялись и убежали девочки. Да и мальчишки поглядывали с опаской. Все, кроме одного. Нет, двух.

– Ты в порядке? – я подошла к темнокожему ребенку, поразившись, насколько он худой.

И про меня еще няня вечно твердит, что я тоненькая! Да этот мальчик вообще был кожа да кости! Только глаза выделялись на темном лице, яростно сверкая.

Я протянула руку и совсем не ожидала, что он больно ударит по ней и пружинисто поднимется сам, словно опасаясь удара и от меня.

Хотя да, я ведь, получается, и его задела…

– Прости, – я совершенно растерялась. – Я хотела помочь…

Но он продолжал смотреть исподлобья и тихонько рычать.

Стало обидно.

Но тут на шум или, скорее, на выброс магии прибежали взрослые. Среди них были мой отец, незнакомый невысокий мужчина в круглых очках и та самая женщина, хозяйка особняка.

– Что произошло? – женщина схватилась за сердце и бросилась к мальчишке-заводиле. – Алекс, боже мой, ты в порядке?

– Она, – он картинно всхлипнул и ткнул в меня пальцем. – Мы просто играли, а она подошла и ударила нас магией!

– Неправда! – я аж подскочила от злости и обиды. – Они били этого мальчика!

Я указала на спасенного мною темнокожего ребенка, который по-прежнему напряженно стоял в ожидании новых ударов. Но настороженнее всего смотрел именно на меня.

– Никого мы не били! Мы мирно играли!

– Он ведь избит! – к горлу подкатил ком, и голос сорвался.

– Конечно! Твой удар пришелся на него больше всего!

– Нет! Все было не так! – я бросилась к отцу, который с готовностью взял меня руку и задвинул за спину.

Но я сделала шаг в сторону, не желая прятаться.

– Джекоб, я понимаю, что они дети, – недовольно начала хозяйка дома. – И Джейн недавно пережила такое потрясение! Это ужасное горе и утрата для всех нас. Анна была прекрасным человеком… Но я не могу допустить, чтобы кто-то из гостей, особенно из детей, пострадал.

– Я не…

– Простите, – не дал договорить отец, снова задвигая меня за спину. – Видимо, мы поторопились с визитами. Мне жаль, что так получилось.

Что? Что?!

Я прикусила губу и отвернулась, заметив, как невысокий полный мужчина наклонился к темнокожему мальчику и аккуратно подлечивал его магией. Мальчишка сначала недовольно дернулся, но все равно терпел, хоть и морщился. Только когда мужчина провел ладонью по его коротко стриженной голове, увернулся, не желая принимать ласку.

Действительно, дикий.

И неблагодарный! Я же ему помогла!

Обидно было до слез. Но я сдержалась. Всю дорогу до экипажа смаргивала и разрыдалась уже внутри салона, забравшись к отцу на колени и уткнувшись в его рубашку.

– Все было не так! Не так! – сквозь рыдания проговорила я.

– Я знаю, Джейн. Я тебе верю, – отец вздохнул и покрепче обнял меня. – Но скандалы нам сейчас ни к чему. И лорду Хейвару тоже, он и так через многое прошел, когда назначил приемного сына своим наследником. Незачем опять привлекать к ним внимание.

– Наследником? – я не очень понимала.

– Да, он привез мальчика откуда-то с далеких островов. Спас от смерти – там его должны были убить по какому-то поверью или обряду. Но лорд, приплывший с экспедицией, не позволил. У того мальчика сильные и необычные магические способности, просто они пока спят.

– Он мог бы сказать, что я ему помогла, – уже спокойнее произнесла я.

– Научится говорить – обязательно скажет тебе спасибо, – улыбнулся отец.

Я кивнула. Спасибо мне бы точно не помешало. Хоть какое-то выражение благодарности.

Но через месяц меня отправили в закрытый пансион для одаренных девочек – выбросы магии происходили все сильнее и чаще. А там стало как-то не до благодарностей…

***

Одиннадцать лет – и вот я здесь. В стенах Королевской академии магии Ванлара.

Ректор, наконец, закончил свою дежурную речь.

– Лучшие и сильнейшие в этом году! – объявил он, раскрывая помпезно украшенный золотым тиснением и кисточками свиток.

– Анх Хейвар!

И без того приметный темнокожий студент вышел вперед. Действительно, сильный. Сильнейший в нашем потоке.

– Александр Даргнаут!

Мой взгляд метнулся в сторону холеного блондина. Алекс Даргнаут… А ведь именно он в тот памятный вечер держал в руке прут…

– Джейн Аберхау!

Я сделала несколько шагов, становясь рядом с Даргнаутом.

– Наша надежда и гордость! – закончил ректор.

Даргнаут презрительно хмыкнул. Анх Хейвар оставался все так же спокоен, как скала.

Помнит ли он о тех событиях? Столько лет прошло…

Или для него, мальчика из дикого племени, это не было чем-то из ряда вон? К тому же он, скорее всего, и после не раз сталкивался с подобным обращением.

– Новый учебный год в Королевской академии магии Ванлара объявляется открытым!

2. Огонек

Нас поздравили еще несколько человек из Попечительского совета академии и преподавательского состава. Ничего необычного, стандартные напутствия и наставления, так что я слушала вполуха, с куда большим интересом рассматривая куратора и одногруппников.

Куратором оказался молодой мужчина, наверняка недавний выпускник, оставшийся работать в академии. Стройный, рослый, русоволосый, с аккуратной стрижкой, достаточно симпатичный – Лиенна то и дело поглядывала в его сторону и улыбалась, когда он перехватывал ее взгляд. У подруги никогда не было проблем с кем-то познакомиться и подружиться. И флиртовать она умела и любила, пусть далеко никогда не заходила, но вскружить голову эффектная шатенка могла любому. Чем вовсю и пользовалась.

Среди наших одногруппников были еще две девушки, державшиеся вместе, – наверняка или тоже подруги, или успели познакомиться до начала учебного года. Они, наоборот, упорно игнорировали куратора с его предупреждающим покашливанием и активно переговаривались между собой.

И, кроме Хейвара и Даргнаута, еще четверо парней. Двое из них показались смутно знакомыми, возможно, мы встречались еще до моего отъезда в магический пансион. В целом парни как парни, ничего особенного.

Или это на фоне Анха Хейвара? Рядом с ним все кажутся обычными. Хотя Александр Даргнаут не терялся. Наследник влиятельнейшей семьи Ванлара, высокий – почти как Анх – золотоволосый красавчик подмигивал всем девушкам и снисходительно посматривал на парней.

Мой изучающий взгляд он тоже поймал и тоже подмигнул, но я сразу отвернулась. Вот уж с кем точно не повезло оказаться в одной группе.

Наконец, торжественная часть завершилась, и куратор, стараясь не выдавать собственного облегчения, повел нас в кабинет.

– Не отстаем! – командовал он, то и дело оборачиваясь. – Осторожно, высокие ступеньки! Девушки, потом пообщаетесь!

Он открыл дверь с номером один и пропустил нас вперед, кажется, пересчитав по головам. Мы с Лией переглянулись и улыбнулись – в младших классах пансиона к нам относились примерно так же.

В кабинете обстановка не слишком напоминала учебную. Магвизор на стене не активен, столы сдвинуты в угол, стулья расставлены полукругом.

– Фух! – куратор зашел последним и плотно прикрыл дверь. – Рассаживайтесь, сейчас коротко проинструктирую вас…

– Еще и вы? – не удержался один из парней.

– Я быстро, – пообещал куратор, выходя в центр и садясь на одиннадцатый стул перед нами. Прокашлялся, явно смущаясь десяти пар глаз. – Итак, поздравляю вас с зачислением в лучшую академию и попаданием в сильнейшую десятку! Меня зовут Роллан Вайнс, я ваш куратор на первом курсе.

– А на втором?

– На втором куратор вам уже не понадобится, там начнется распределение по факультетам, с третьего – по специальностям. Пока все занятия общие.

– А зачем тогда разделение?

Мы с Лией, да и остальные дружно посмотрели на крупного темноволосого парня, с недовольным видом задававшего вопросы. Тот и широкой бровью не повел, ничуть не смутившись от всеобщего внимания.

– Южане все такие неотесанные, – шепнула мне подруга.

– Разделение нужно для групповых заданий и соревнований, – терпеливо пояснил куратор. – Потом вы будете делиться в соответствии с выбранным факультетом и специальностью, а пока проще всего поделить вас по силе магии.

– Но в таком случае мы будем у всех выигрывать, – хмыкнул брюнет.

– Вот и посмотрим, как у нас получится с командной работой, – отозвался куратор Вайнс. – А чтобы с ней было проще, предлагаю сейчас познакомиться. Думаю, многие из вас знают игру «огонек». Я зажгу магический огонь, расскажу о себе и заодно покажу остальным пример. И передам следующему.

Лиенна закатила глаза, девушки опять зашептались, да и парни в восторг от детской игры не пришли. Но куратор будто не замечал ничего такого. Шторы за его спиной опустились вниз, на манер занавеса, погрузив кабинет в полутьму – свет все-таки немного проникал сквозь ткань. После чего куратор призвал магическое пламя на ладонь и заговорил:

– Я – Роллан Вайнс, выпустился в прошлом году, факультет призыва и подчинения, специализация – демонолог. Мой дипломный проект был выделен среди прочих, и я получил финансирование на его реализацию, поэтому остался работать в академии. И решил заодно попробовать себя в наставничестве, – он несколько нервно улыбнулся. – Увлекаюсь артефакторикой, в свободное время люблю делать заготовки под артефакты, также неплохо играю в магстрайк и настольные игры. Кстати, называть меня можете просто Роллан, у нас не такая большая разница в возрасте, мне двадцать шесть. По всем вопросам обращайтесь ко мне. Буду рад помочь вам освоиться в первый год, – закончил куратор и выдохнул.

Мы вяло похлопали и переглянулись. Подхватывать огонек добровольно никто не спешил, так что Роллану снова пришлось проявлять инициативу.

– Думаю, справедливо первым дать огонек сильнейшему студенту набора, – решил он и подошел к сидевшему с краю Анху.

Тот нехотя принял пламя из руки куратора, оно на секунду взметнулось вверх – разные магические потенциалы, но Анх тут же пригасил его.

– Меня зовут Анх Хейвар, – произнес он и замолчал, глянув на куратора.

– Чем ты увлекаешься? – дружелюбно подсказал тот.

– Магией и боевыми искусствами.

– Похвально, – кивнул Роллан. – Что-то еще?

Анх молча качнул головой.

– Ну что, кто следующий? – куратор опять заулыбался, высматривая новую жертву огонька.

Логично предположить, что ею окажется второй по силе студент.

Я будто заново услышала свист кнута и рывком встала со стула.

– Давайте я!

Лия удивленно посмотрела на меня снизу вверх. Да, раньше я особым рвением на таких мероприятиях не отличалась.

– Отлично! Анх, передай, пожалуйста, огонек.

Хейвар встал и подошел ко мне, а я поразилась, насколько же он теперь выше. Действительно на голову! А ведь был такой мелкий и щуплый…

Я протянула руку, и Анх осторожно отдал магический огонь.

Первое ощущение было неприятным, чужая магия обожгла, словно я схватила лист крапивы, но через секунду все прошло – собственная сила подстроила огонек под меня.

– Можно сесть, – подсказал куратор.

– Да, – я опустилась на стул, судорожно соображая, что говорить.

В такие моменты я особенно остро сожалела, что никаких интересных увлечений у меня не имелось. Но все ждали, пришлось что-то говорить.

– Меня зовут Джейн Аберхау, – начала я. – Можно просто Джейн. Я с отличием окончила пансион Лорвейн. Увлекаюсь чтением, люблю слушать музыку. В свободное время создаю магические картины, – вспомнила единственный интересный факт.

– О! Это замечательно! – похвалил куратор.

Я натянуто улыбнулась, надеясь, что меня никогда не попросят продемонстрировать. Создавать-то я создаю, но не сказать, что делаю это очень умело.

Без каких-либо слов я сунула огонек Лие, подруга шикнула, но быстро улыбнулась, тряхнув головой. Вот уж у кого навыки публичных выступлений были на высоте.

– Меня зовут Лиенна Карсто, – четко произнесла она. – Я тоже окончила пансион Лорвейн, без отличия в дипломе, зато с отличными воспоминаниями.

Все сразу заулыбались.

– Хорошо танцую, неплохо пою, умею делать коктейли и собираюсь на алхимию. Ах да! Я тоже люблю настольные игры, – и подмигнула куратору.

А еще отлично умеет находить подход к людям.

Дальше Лиенна без лишних заморочек передала огонек сидевшему справа от нее парню.

– Адам Брайнер, – представился он, тряхнув отросшими каштановыми волосами. – Магическая школа Сентас, без отличия, – он усмехнулся, покосившись на Лию. – Люблю магстрайк, болеею за «Красных демонов».

– «Черные драконы» лучше! – искренне возмутился южанин.

– Вот и расскажи нам об этом, – хмыкнул Брайнер и через человека передал ему огонек.

– Сантьяго Ларнега, – представился тот.

Голос у него был зычный, кожа смуглая, глаза темно-карие и черные вьющиеся волосы, которые он и не подумал привести в порядок в честь первого учебного дня. Волевой подбородок и крупный нос, присущие почти всем выходцам с юга, в целом смотрелись вполне гармонично.

– Магическая школа Сан-Тремо, лучший выпускник года, – не без гордости заметил он. – Капитан школьной сборной по магстрайку – между прочим, сильнейшей за много лет. Болею за «Черных драконов».

– Да они продули три последних матча! – не сдержался Адам.

– Потому что в игре с «Мантикорами» им травмировали пять игроков основного состава! – взвился Сантьяго.

– Позволили травмировать себя новичкам турнира! – подал голос сосед Адама.

– Молодые люди… – попытался влезть куратор, но куда там.

Парни повскакивали со своих мест, начав эмоционально доказывать, кто сильнейший и лучший в магстрайке. Девушки продолжали переговариваться и улыбаться, Лиенна только качала головой, она, как и я, была далека от игры.

На своих местах остались Анх и Даргнаут. И если первый по-прежнему сидел с каменным лицом, то второй как-то насмешливо-снисходительно следил за спорщиками и пытавшимся их разнять куратором.

В итоге Роллан все-таки сумел утихомирить парней, хотя их спор не закончился. Не сомневаюсь, что они еще не раз к нему вернутся.

Представился сосед Адама – Дерек Гройм, сразу выделив, что тоже болеет за «Красных демонов», к нему присоединился и следующий – Курт Шонс, вся троица была из Сентаса, давно дружила и болела за одну команду. Так что обстановка опять накалилась, и куратор быстренько попросил передать огонек оставшимся девушкам.

Мириам и Норин действительно были знакомы, они выпускницы одного пансиона Рейлих, и обе похвастались отличными дипломами. Ну хоть не любовью к магстрайку.

– Александр Даргнаут, – представился последний из группы, но второй по силе. – Можно просто Алекс. Магическая школа Шайор, диплом с отличием. Увлекаюсь, как и многие здесь, магстрайком.

– За кого болеешь? – требовательно спросил Адам.

Куратор тяжело вздохнул, предвидя новую ссору.

Но все оказалось еще хуже.

– Не болею – играю. За «Мантикор», – он насмешливо взглянул на побагровевшего Сантьяго. – И да, четыре игры назад мы раскатали «Черных драконов».

– Я тебя узнал! Это ты использовал подлый прием против нашего капитана! – подскочил с места южанин.

Но куратор быстро встал между ними.

– Так, парни! Все противоречия прошу оставить за воротами академии, – строго произнес он. – Здесь вы одна команда.

– Да я с этим!…

– Именно с этим, – стоял на своем Роллан. – И со всеми остальными тоже.

Сантьяго поморщился и плюхнулся обратно на стул, демонстративно отвернувшись и скрестив руки на груди.

– Алекс, спасибо, можешь потушить огонек. – Кажется, куратор и сам был не рад, что все это затеял. – Ваше расписание будет здесь, – он кивнул на загоревшийся магвизор, занимающий примерно половину одной стены. – Как видите, определенной дисциплине посвящен целый день. Сначала – теория, затем – практика. Прошу не опаздывать. За опоздание одного баллы снимают со всей группы. Баллы идут в зачет и выставляются наравне с экзаменами в ведомость. Так что старайтесь не портить успеваемость ни себе, ни другим.

– Как-то не слишком справедливо звучит, – заметил Адам.

– Маги обязаны уметь работать в команде, – отрезал Роллан. – Начинайте учиться.

Мы в который раз переглянулись.

– На сегодня вы свободны, получаете учебные пособия и осваиваетесь, – закончил куратор. – Будут вопросы и проблемы – обращайтесь. Связь со мной через карманный визор.

3. Первый день

– Как вам наш куратор? – с улыбкой поинтересовалась у одногруппниц Лия.

Мы, как-то не сговариваясь, пошли вчетвером в библиотеку за пособиями.

– Ну… опыта ему явно не хватает, – усмехнулась Норин, повыше и посимпатичнее из двух подруг.

Особенно бросались в глаза ее красивые волосы с медным отливом.

– Зато милый, – добавила Мириам, плотненькая, с толстой пшеничной косой. – У второй группы куратор – жуткий тип со шрамом на половину лица, а у третьей – строгая тетка, которая заставила своих выстроиться в два ряда по линиям. Еще бы за ручки взялись.

– Ужас! – вздрогнула подруга и посмотрела на меня.

Я только кивнула. Да, пока я вспоминала первую встречу с Хейваром и Даргнаутом и старалась слушать приветственные речи, другие времени зря не теряли и активно осматривались.

– Зато у нас парни ничего такие подобрались. Особенно тот, из «Мантикор», красавчик, да? – Норин мечтательно закатила глаза, а меня едва не передернуло.

На мой взгляд, натура Даргнаута так и лезла из-под его привлекательной внешности. Это напоминало первый год жизни в пансионе, когда мы наводили порядок в комнатах, засовывая перед проверкой весь хлам в шкафы. И если наставники распахивали створки – на них вываливалась куча вещей.

Вот и Алексу стоило открыть рот, как тут же становился ясен его характер.

– Тебе не понравился Даргнаут? – спросила Норин, заметив, как я поморщилась.

– Я с ним уже встречалась один раз, – ответила честно. – И тогда он повел себя просто отвратительно.

Рассказывать про Анха я не собиралась, не уверена, что он бы хотел вспоминать ту историю. Но и совсем промолчать не могла.

– А когда вы виделись? – поинтересовалась Лия. – Ты же в пансионе с семи лет.

– С семи? – удивились девушки.

Ну да, магия проснулась рано…

– В семь лет и виделись.

– Ой… ну ты вспомнила, – отмахнулась подруга. – В детстве чего только не случается.

– Да, он из очень хорошей и влиятельной семьи, – подхватила Норин, которой Даргнаут очевидно понравился. – Уверена, и воспитание получил соответствующее.

Я только вздохнула, не желая спорить. Вдруг Алекс действительно изменился? Хотя…

Я видела его надменное лицо, когда он сообщал, что играет в «Мантикорах»… Вряд ли.

– Кстати, Сантьяго тоже ничего, – заметила Мириам. – К тому же южане должны быть очень горячими.

Мы засмеялись, продолжив обсуждать парней из группы. Девушки мне понравились, веселые, общительные, думаю, с ними мы подружимся. Да и парни вроде нормальные, если не считать Даргнаута.

Но, может, я все-таки не права? Вдруг он достаточно изменился за минувшие годы, просто я смотрю на него предвзято?

С такими мыслями я и зашла в библиотеку за пособиями.

Разумеется, там толпился весь первый курс, а сотрудники только и успевали, что призывать магией нужные книги и формировать стопки.

Пока мы стояли в очереди и обсуждали парней, дошли и до Анха.

– Странный он, конечно. И дело не только во внешности, – охарактеризовала его Мириам.

– Я бы сказала, что Анх Хейвар – темная лошадка, – пошутила Норин, и даже я невольно улыбнулась.

В целом, она была очень недалека от истины. Уверена, Анх себя еще проявит и всех нас удивит.

– Вообще, про него когда-то ходило очень много нехороших слухов, – Мириам чуть нахмурилась, вспоминая. – Так что я бы лучше держалась от него подальше.

– Он просто отличается от других, – вступилась я за Анха. – Необычное часто кажется странным. У нас, кстати, в пансионе тоже была необычная девочка, правда, наоборот – альбинос. И ее тоже все сторонились.

– А Джейн ее защищала, – со смешком подхватила Лия. – Так что не обращайте внимания, это нормальное явление, я уже привыкла.

Дальше мы вспоминали учебу в пансионе и любимые предметы, а также строили планы, на какой факультет можно пойти на втором курсе.

– У нас поэтому столько предметов на первом курсе – чтобы проще было определиться, – озвучила очевидное Норин.

– А вы куда планируете пойти? – поинтересовалась я.

Лия давно была нацелена на алхимию, она и про коктейли не шутила – подруга правда любила возиться с разными жидкостями, смешивать их и получать необычный результат.

Даже ее коктейли порой удивляли, а уж на курсе зельеварения (алхимию в пансионе не преподавали) она вообще отрывалась. Не всегда удачно, зато всегда эффектно.

Наставник так до конца нашего обучения и не сумел определиться: ругать ее за самодеятельность или хвалить за изобретательность. Поэтому и балл вывел средний.

– Для девушек традиционно три факультета: алхимия, артефакторика и целительство, я, скорее, на целительство, – пожала плечами Мириам.

– А я хочу на артефакторику. Люблю что-то ваять руками, – улыбнулась Норин. – А ты, Джейн?

– Не знаю пока, – я тоже улыбнулась. – Надеюсь, к концу года определюсь.

К женским направлениям у меня душа не лежала, и я даже завидовала подруге, сразу полюбившей зельеварение. У меня так не получалось.

На магию призыва идти не очень хотелось: что с демонами, что с мертвяками работать – то еще удовольствие.

В боевую магию с моими параметрами просто глупо соваться, там слишком важна физическая сила.

Оставалась магия разума и прорицание…

Но мои магические картины, по сути – иллюзии, пока выглядели слабовато. И с прорицанием все тоже было туманно, как и с будущим, которое я так и не научилась видеть.

Получается, к чему-то у меня нет способностей, а к чему-то – желания.

Я так задумалась, что в итоге не заметила опустившейся передо мной стопки. Зато на секундную задержку обратили внимание другие.

– Что, для сильнейшей студентки учебники слишком потертые? – едко спросила незнакомая девушка из другой группы.

Учебники были не в лучшем виде, что неудивительно: многие из них – редкие издания, служащие далеко не первому поколению студентов.

– Я смогу учиться по любым книгам, не переживай, – отозвалась я, магией поднимая стопку в воздух и оставляя недовольные реплики за спиной.

Базовым заклинаниям нас, разумеется обучили еще на первой ступени в школах-пансионах, как и основным навыкам владения магией.

– Завидуют, – со вздохом прокомментировала подруга, когда я подошла к своим.

– Здесь все обучение построено на соревновании, – заметила Норин. – Мой старший брат окончил академию три года назад. Говорил, что даже внутри группы подстегивают соперничество.

– В нашей, кажется, и подстегивать не надо, достаточно завести разговор про магстрайк, – усмехнулась Лия.

– Да! – мы дружно засмеялись.

За шутками про магстрайк и его опасность для командного духа мы дошли до общежития, где в холле и распрощались с одногруппницами, свернувшими в другую сторону. Жили традиционно по двое, заселялись за день-два до начала учебы, так что мы с Лией уже завезли вещи и обжились. Ночевали, правда, в нашем столичном особняке – родители Лиенны небогаты и живут далеко, даже на поступление приехать не смогли.

– План минимум на сегодня мы выполнили, – заметила в комнате подруга, опуская стопку учебников на свой стол. – «Боевая магия и навыки самообороны», – прочитала она на одном из корешков и скривилась. – Всегда мечтала.

– Не то что «Алхимия. Вводный курс», – усмехнулась я, тоже рассматривая выданные пособия.

– Именно! – Лия взяла учебник и прижала к груди. – Вообще не понимаю, зачем мне все остальное, – вздохнула она, недовольно оглядывая высокую стопку.

Я осмотрела учебники и пожала плечами. В целом любому магу важно понимать, как устроены артефакты, как действует боевая магия, основы целительства тоже не помешают. Да и остальное лишним не будет.

Вещи мы более-менее разложили еще вчера, когда заезжали в общежитие. Комнаты были небольшими, но со всем необходимым, и условно разделенные вдоль на две части. У окна два стола друг напротив друга, над ними полки, рядом тумбочки, потом две кровати и два вместительных шкафа до потолка. У стены Лии была дверь, ведущая в маленький санузел, так что кошмар в виде общих душевых и туалетов нам не грозил. Правда, подруга все равно недовольно ворчала, вспоминая, что в пансионе у нас с ней тоже был один санузел на двоих, который я вечно занимала на полчаса, а ей приходилось потом наскоро умываться.

– Скоро обед, – Лия взглянула на карманный визор, откликнувшийся на ее мысленную просьбу и показавший время. – Посмотрим, какая кухня в академии.

В пансионе кормили хорошо, не в смысле – вкусно, а в смысле – исключительно здоровой пищей. Каши утром, супы на обед и овощи с мясом на пару. Возвращаясь домой, я непременно просила нашу кухарку нажарить мне чего-нибудь самого вредного и по-настоящему вкусного.

Территория академии была огромной, но везде висели указатели, а студенты со второго курса и старше уже ориентировались вполне свободно. Зато первокурсников было видно сразу, все внимательно следили за указателями и шли строго по ним, не пытаясь срезать через вытоптанные на газонах дорожки.

В огромной столовой стоял гвалт и витали запахи еды.

– Жареной курицей пахнет, – сразу определила Лия, принюхавшись, и расплылась в блаженной улыбке.

Да, кажется, здесь не собираются так настойчиво заботиться о нашем здоровье!

Взяв подносы с раздачи, мы огляделись в поисках свободных мест. Как ни странно, их уже не осталось. Многие столики были сдвинуты: там сидели большие компании, что-то бурно обсуждая.

– Вон наши, – заметила Лия, указывая на один из столов, тоже сдвинутых из двух.

За ним уже собрались все парни, только девушек пока не видно.

– Идем? – кивнула на наших подруга.

А я, наконец, заметила того единственного парня, которого не хватало за столом.

Анх Хейвар сидел один за крайним столиком у окна. И, несмотря на дефицит свободных мест, подсаживаться к нему никто не спешил.

– Я туда, – указала на Анха, и Лия закатила глаза.

– Джейн, не дури! – попыталась остановить меня подруга, но я уже решительно шагала к выбранному столику, и Лия, громко цыкнув, пошла следом.

– Привет, ты не против? – спросила я парня и, не дожидаясь ответа, опустила поднос на столешницу.

Анх поднял глаза, несколько удивленно посмотрев на нас. Лия тоже поставила свой поднос рядом и со вздохом села, недовольно поглядывая на меня.

Я же старательно игнорировала ее взгляды, отлично зная, что, когда мы останемся вдвоем, она мне точно все выскажет – за Лиенной не заржавеет.

Хотя по-настоящему мы никогда не ссорились, как-то быстро сдружившись. Лия была на год старше, но попала в пансион в тот же год, что и я. Как и у меня, ее магия проснулась слишком рано, только о том, что именно подтолкнуло первые выброс, я не знала до сих пор. Ее родные и близкие точно были живы и здоровы. Этой темы Лия всегда избегала, а я не давила. Знала, что ничего хорошего точно не услышу.

Интересно, как все эти годы жилось Анху? Что-то мне подсказывало, что совсем не сладко…

– Анх, – я обратилась к нему, нарушая повисшее за столом молчание, – а где ты учился раньше? В какой школе?

Он ведь единственный, кто не назвал первое учебное заведение.

– Ни в какой, – отозвался он.

– Эмм… – мы переглянулись с Лией. – В смысле, ни в какой?

В Королевскую академию брали не только по силе магии – вступительные экзамены по пяти предметам были более чем серьезным. Даже мне, отличнице, пришлось непросто.

– Я был на домашнем обучении, – нехотя ответил парень и вернулся к обеду.

Лия бросила на меня еще один красноречивый взгляд.

Я тоже не стала больше задавать вопросов: Анх явно не расположен к общению, будто его вовсе не тяготило одиночество. Привык?

Не удержавшись, я бросила на него еще один взгляд, и он, словно почувствовав, поднял голову. Наши глаза встретились, и я быстро отвернулась, смутившись. После чего парень, аккуратно сложив приборы, поднял поднос с пустой посудой и ушел, не сказав ни слова.

– Фух! – Лия откинулась на спинку стула. – Вот куда тебя вечно несет, а? Что в пансионе помогала всем сирым и убогим, теперь в академии продолжишь?

– Тебе я тоже помогала, – напомнила ей.

– Домашки не в счет, я про другое.

На самом деле я отлично поняла, про что говорит Лиенна. Я действительно вступалась за девочек, становившихся объектами издевок и насмешек. Одна толстая, другая бедная – в пансион брали по силе дара и на бесплатной основе, третья прыщавая, некрасивая, недостаточно умная – попадались девочки, не умевшие при поступлении читать и писать.

А мне претило, что их задирали за внешность, за бедность, за происхождение. Каждый раз я вспоминала Анха и свист кнута…

И понимала, что должна была остановить Алекса раньше.

Я невольно бросила взгляд на столик, где собрались остальные из нашей группы, включая девушек, открыто флиртующих с парнями. И в этот момент в нашу сторону повернулся сам Даргнаут. Заметив меня, он приветливо улыбнулся и помахал рукой, привлекая внимание других одногруппников.

Я выдохнула и отвернулась.

Анх изменился до неузнаваемости, не внешне, конечно, хотя и внешне тоже. Но самые разительные перемены были в его поведении. При нашей первой встрече он и разговаривать по-нашему не умел, а только рычал и пытался кусаться. Теперь же аккуратно и даже изящно ел, не говоря уже про сдержанную, но грамотную речь. Видимо, его учителя постарались.

Домашнее обучение…

Я бы ни за что не променяла пансион с кучей девочек на подобную изоляцию. А Анх продолжает держаться особняком и сейчас, не пытаясь наладить связи.

Алекс Даргнаут выглядел его полной противоположностью. Интересно, он все-таки изменился? Очень бы хотелось…

После обеда мы присоединились к нашей группе, устроившись на лавочках во дворе общежития, и проболтали до самого ужина. Все, кроме Анха. Ребята подобрались веселые и интересные, и если не касаться темы магстрайка, то общаться с ними одно удовольствие. Даже Алекс казался просто душкой, шутил и немного острил, но границ не переходил.

Девушки напропалую строили ему глазки, даже мимо проходящие студентки заглядывались.

На ужин мы тоже пошли все вместе и в итоге сели за один стол. Уже под конец я заметила Анха, прочно обосновавшегося в углу в гордом одиночестве, но пересаживаться было уже глупо.

К тому же он сам даже не попытался подсесть к нам. Может, ему и не нужно?

Остаток вечера также прошел с одногруппниками, за исключением Анха. Мы разошлись совсем поздно, чтобы хоть немного выспаться.

Завтрашний день по расписанию был посвящен боевой магии и самообороне – парни предвкушали, девушки тоже, но с ровно противоположными чувствами. Лия вообще ныла, что ни на что ей не сдалась эта самооборона.

А перед сном подруга выдала интересную мысль.

– Знаешь гадание: спишь на новом месте – приснись жених невесте?

– Лия… – простонала я, уткнувшись в подушку.

– Что? Кто из нас все время думает в сторону магии разума? Вот и развивай, – наставительно заметила подруга.

Признав ее правоту и решив, что ничего не теряю, я мысленно произнесла эту короткую фразу, усилив ее магией, волной пробежавшей по телу. На самом деле в таких простых заговорах что-то было, нам даже наставники говорили.

Ну что ж, увидим.

4. Боевая магия

Я шла в красивом платье к алтарю, глядя прямо перед собой. В руках – букет лилий, который я судорожно сжимала, словно от него зависела моя жизнь. От их резкого запаха, а может, от волнения кружилась голова. Каждый шаг давался с усилием, как в толще воды. Но сложнее всего было держать лицо и сохранять улыбку, когда улыбаться совсем не хотелось. Вокруг множество разряженных людей, храм утопает в цветах, а красный торжественный ковер под ногами навевает мысли про кровь…

Я подхожу к алтарю и впервые поворачиваюсь к тому, кто ждет меня в таких же торжественных белых одеяниях…

Александр Даргнаут смотрел на меня с улыбкой победителя.

***

Из сна я буквально вынырнула, хватая ртом воздух. За окном едва брезжил рассвет, подруга сладко спала, а я судорожно дышала, не в силах полностью вернуться в реальность.

В которой свадьба с Даргнаутом выглядела полным бредом!

Рывком сев на кровати, я растерла лицо и, не выдержав, направилась в ванную, где несколько раз умылась ледяной водой, смывая остатки сна и той приклеенной улыбки, от которой сводило лицо.

Сердце до сих пор отчаянно колотилось в груди, и я оперлась о раковину, окончательно приходя в себя. Выбившиеся из заплетенной на ночь косы светлые пряди делали меня похожей на какую-то нежить, так что я поспешно привела себя в порядок. Расчесала волосы, нормально умылась, вспомнила освежающее заклинание, убиравшее красносту с глаз, чтобы ничего не подмешивалось к их естественному голубому цвету. А искусанные губы наоборот чуть посветлели и стали менее пухлые. Зато привычные.

Спустя несколько минут мне уже было не страшно смотреть на себя в зеркало.

Сон. Это просто дурной сон.

Я так много думала о Даргнауте и Хейваре, что один из них слишком ярко отпечатался в моем подсознании. Но почему именно Алекс? Лучше бы Анх.

Поймав себя на такой мысли, я криво улыбнулась отражению – с Анхом мы так же далеки, как и с Алексом. С Алексом даже ближе, он вчера весь вечер болтал без умолку, как-то незаметно перетянув на себя все внимание. Наверное, поэтому и приснился.

Уж точно не из-за дурацкого заговора на жениха!

До подъема оставалось еще полтора часа, так что я взяла учебник по боевке, поразившись, сколько в этом виде магии теории, и начала листать. Жаль, что не прихватила из дома никаких книг поинтереснее, нужно будет в ближайший выходной это исправить.

Приготовленная форма из красной короткой юбки с пиджаком в тон – королевские цвета, принятые и в столичной академии – и светлой блузки с оборками и кружевами ждала на вешалке. Бросив очередной взгляд на часы, я решила, что пора одеваться.

Лиенну я привычно растолкала, она была той еще засоней. Ругаясь и причитая, подруга ушла в ванную, откуда вернулась через десять минут посвежевшей, но не подобревшей. До завтрака она традиционно пребывала не в духе.

– Как там сон? – неожиданно поинтересовалась Лия по пути в столовую.

– Да никак, – отмахнулась я, не собираясь рассказывать про привидевшуюся свадьбу с Даргнаутом.

Сама только-только успокоилась на этот счет, не хватало еще, чтобы Лия заново начала подливать масла в огонь.

В столовую мы пришли в числе первых, не зря я разбудила подругу пораньше, но Анх уже был здесь, опять один у окна.

– И не думай! – предупредила Лия, но я упрямо подхватила поднос и направилась к нему.

– Джейн, он явно не нуждается в компании, – попробовала остановить меня Лиенна. – И вообще, сдался он тебе!

– Можешь сесть за другой стол, – предложила я.

Подруга только раздраженно цыкнула – мы всегда были вместе, с первого года в пансионе. Так что бросать меня Лиенна не собиралась.

– Привет! – поздоровалась я, уже не спрашивая разрешения.

– Привет, – чуть помедлив, отозвался Анх, переводя взгляд с меня на Лию.

Кажется, он не меньше Лиенны задавался вопросом, что мы рядом с ним забыли.

– Доброе утро, – проворчала она, садясь рядом со мной.

– Освоился в академии? – спросила я, отпив горячий чай.

– Да.

– А с кем ты в комнате?

– Ни с кем.

– Разве так можно? – теперь уже и Лиенна не могла остаться в стороне.

– Можно, – последовал очередной лаконичный ответ.

– А тебя не напрягает наша компания? – вдруг спросила Лия, и я легонько толкнула ее локтем.

– Нет, – к ее разочарованию, отозвался Анх.

Он совершенно не выглядел напряженным или смущенным. Просто ел, почти не обращая на нас внимания.

– А почему ты не сидишь за столом со всеми? – продолжала расспросы Лия.

– Не хочу.

Подруга выразительно глянула на меня: дескать, он отлично сидит один. Я же упрямо жевала пышный омлет и запивала слишком сладким, на мой вкус, чаем.

Я и сама чувствовала себя глупо и неуютно. Анха никак не назовешь несчастным и, кажется, он действительно не нуждался в компании. А я раз за разом ему навязываюсь.

Может, Лиенна права? И стоит оставить однокурсника в покое? Он меня не узнал, а может, давным-давно забыл о том дурацком вечере. Только я все никак не могу отпустить воспоминания.

Анх поел первым и, как и вчера, молча взял свой поднос и ушел.

– Джейн, тебе не кажется, что это просто глупо? – не сдержалась Лия. – Давай только честно.

– Может, немного, – призналась я. – Но это же неправильно, что он сидит один! К тому же он сам сказал, что не против нашей компании.

– Да, потому что ему без разницы! А мне нет. Сидели бы спокойно с нашими, а при этом темнокожем даже не поговоришь.

– Лия!

– Что Лия? Разве я неправа? И мы тут только что мило и непринужденно болтали, а?

Я лишь вздохнула – не признавать же ее правоту? Но, видимо, мне стоило оставить Анха в покое и больше ему не докучать.

Впрочем, долго злиться подруга не умела, тем более – после вкусного завтрака, так что по дороге в аудиторию мы вовсю обсуждали боевую магию и ее нужность или ненужность в обычной жизни.

– И, представляешь, в первый же день практика! – не переставала возмущаться подруга. – Ладно бы теорию по касательной прошли, так нет же!

– Ну кто-то может и про твою любимую алхимию так говорить, – улыбнулась я.

– Алхимия – это другое! Там драться не надо.

– Там надо зелья варить, это тоже не всем нравится.

– В мире много странных людей, – согласилась Лия.

Вторую улыбку я усилием воли сдержала.

На занятиях собрался весь поток, хотя студенты все равно предпочитали рассаживаться группами вместе со своими. К нам с Лиенной быстро подсели Мири с Нор, да и парни потом подтянулись. И только Анх сидел с краю, в отдалении ото всех. Вокруг него образовалась какая-то зона отчуждения, ребята из других групп тоже не спешили садиться рядом с необычным студентом.

Наверное, стоит все-таки признать, что он одиночка по жизни и оставить его в покое.

***

Боевку вел тот самый напугавший девушек куратор второй группы, магистр Горн Майрин. Выглядел он действительно впечатляюще. Высокий, здоровенный, очень коротко стриженный, и без того с не самым привлекательным лицом, да еще и со шрамом.

Он быстро представился, окинул нас грозным взглядом и принялся рассказывать о классификации заклинаний, которые нам предстоит выучить.

– Заклинания дальнего боя – основа основ боевой магии, – говорил он хорошо поставленным голосом. – Чем ближе вы подпускаете противника к себе – тем хуже. Устранять угрозу надо на подходе.

– У него, смотрю, не слишком-то получилось, – себе под нос заметила Лия, намекая на шрам через все лицо.

Я пихнула подругу локтем.

– Такие заклинания бывают точечные и площадные, последние требуют большого резерва и доступны далеко не всем, – продолжал магистр. – Дальше идут заклинания ближнего боя, не подразумевающие контакт. Это когда вам еще удается удерживать некоторую дистанцию с противником. Ни о какой площадности в таком случае речи не идет, особенно если вы сражаетесь не один на один.

– Или вообще не сражаемся, – не унималась Лия, сразу уворачиваясь от нового тычка.

– И третий вид заклинаний, которые вы освоите у меня все, – магистр обвел нас суровым взглядом. – Контактные боевые заклинания. Если уж противник прямо перед вами, то что мы делаем прежде всего?

– Вырубаем его! – весело крикнул кто-то из парней другой группы.

– Заботимся о собственной защите, – строго поправил весельчака магистр. – Заклинания брони вы должны знать как собственное имя! А дальше идут заклинания усиления – «Каменная рука», «Каменная нога» и разное призываемое оружие, чтобы вы точно не оказались с пустыми руками против нападающего. Это самые простые заклинания, требующие исключительно усердия в отработке, а не какого-то огромного резерва или особых способностей. Они доступны каждому из вас. А потому начинаем освоение базовой брони и базовых приемов ближнего боя.

Сначала мы чертили схему заклинания, образ, который должен мигом всплывать в голове – визуализироваться – и позволять преобразовывать магию в нужную форму.

Затем магистр показывал точки на теле, куда нужно магию стягивать, чтобы броня вышла однородная.

Дальше он объяснял местное усиление, когда, например, нужно взять что-то из огня: усилить броню на руке и сунуть руку в пламя.

– Магистр, можно вопрос? – донеслось откуда-то с последних рядов. – А не проще ли потушить огонь, а потом уже брать предмет?

– Логично, – заметила Лия.

Ее скепсис проявлялся во всем. Она даже в тетради писала кое-как, хотя вообще имела весьма неплохой почерк.

– Проще, – согласился магистр. – Но это не всегда возможно и даже не всегда нужно. Например, в артефакторике есть заготовки, которые нельзя доставать из огня до полной готовности. Все манипуляции с ними проходят в огне. И да, заклинание брони знает каждый артефактор. Такое встречается и в алхимии, – Лия тут же вскинула взгляд. – Есть вещества, в которые нужно погружать ингредиент сразу на дно котла в специальной защитной сфере. Сфера снимается уже в кипящей жидкости.

– Вот видишь, – шепнула я подруге.

Теперь она выглядела задумчиво и слушала внимательнее, без едких комментариев.

Рассказав всю теорию базовой магической брони, магистр объявил обеденный перерыв.

– Жду вас в форме на полигоне, – его предупреждение прозвучало угрозой, но студенты горели желанием опробовать новое заклинание на практике.

И не только парни, даже девушки активно обсуждали занятие и придумывали новые варианты применения брони.

– Можно прихватку не использовать, когда готовишь, – предложила Мири. – Кстати, в зельеварении это тоже удобно: накастовала броню на руку – и бери котелок.

– С одной стороны – да, – задумчиво проговорила Лия, которая и сама прикидывала разные варианты. – Но в алхимии и так используется уйма заклинаний, нужно ли это усложнение?

– Магистр сказал, что контактные заклинания мы доведем до автоматизма, – напомнила Нор. – Так что вряд ли потом возникнут сложности.

– Да, – со вздохом согласилась Лиенна. – Сложности возникнут уже сейчас.

На этот раз мы с ней сели за стол со всеми нашими. Парни тоже придумывали варианты использования брони, но их фантазия шла в другом направлении.

– Можно по камням ходить. Или за острые выступы хвататься, – предложил Сантьяго, выросший в гористой местности. – И раскаленный песок не страшен.

– От комаров в лесу тоже поможет, – поддержал его Адам.

– От комаров есть куча простых и экономных заклинаний, – отмахнулась Лия. – А еще артефакты или там зелья, которыми достаточно сбрызнуться. Так что не усложняйте.

– А если нет такого артефакта или зелья, а ты в лесу? – не унимался Адам. – И я, например, не знаю заклинания от комаров.

– Оно общее от насекомых, – вспомнила я. – И вопрос: что ты делаешь в лесу такой неподготовленный?

Обсуждение сразу перекинулось на варианты, как, почему и зачем маг может оказаться в лесу с пустыми руками и как ему при этом выжить. Тут же встал вопрос: в каком именно лесу? В Тагостском, с тропическим климатом и кучей ядовитых растений и тварей, или, к примеру, Даврийском, на севере. Следующим пунктом обсуждения стало: поможет ли броня от переохлаждения или, наоборот, защитит ли от солнечных ожогов? Я лично очень сомневалась, но народ ставил на то, что, если модифицировать заклинание, добавить к нему огненную составляющую для обогрева или ледяную для охлаждения…

– Посмотрим на практическом занятии, – под конец обеда резюмировал Адам.

И, удивительное дело, даже Лия, столько нывшая из-за боевки, шла на нее с немалым энтузиазмом. Вот что значит – правильная подача!

5. Так нечестно!

Переодевшись в серые тренировочные костюмы – широкие брюки и майки, мы дружно направились в большой ангар, где нас уже поджидал магистр Майрин. Он стоял, по-военному широко расставив ноги и заложив руки за спину, пристально оглядывая каждого из нас. И, судя по недовольному выражению лица, зрелище ему не слишком-то нравилось.

– Построение по группам от самых сильных к самым слабым, – скомандовал он.

Анх встал первым, за ним Даргнаут, дальше я, потом Адам, Сантьяго, Лиенна…

Строй вышел не очень стройным, так что магистру пришлось создавать магическую линию, по которой все и выровнялись.

– Итак, студенты, сейчас вы начинаете оттачивать заклинание брони. Скорее всего, с первого раза она мало у кого получится качественно, но все-таки постарайтесь меня порадовать, – начал Майрин, неспешно вышагивая вдоль шеренги. – Час на то, чтобы вообще научиться создавать хоть какую-то броню. Дальше, после свистка, – он оглушительно свистнул для примера, – разбиваетесь на пары. Один кастует броню, другой – бьет. Если первый почувствовал удар – значит, он что-то сделал не так. Бить нужно в разные части тела, чтобы проверить покрытие и однородность брони. Так и быть, удары в пах на первом занятии запрещены.

– Магистр, а магией бить можно?

– Только физическое воздействие, – отозвался Майрин, отходя в сторону. – Разошлись по залу и начали!

Я сосредоточилась сначала на магии, потом на теле, как объекте воздействия, дальше перед глазами визуализировался знак-схема. Легкое свечение окутало меня с головы до ног, и я с восторгом поняла, что получилось. С первого раза! Надо же!

Мои руки, которые я изумленно разглядывала, покрывала тончайшая пленка. Я попробовала потрогать одежду, но тактильные ощущения отсутствовали. Попыталась ущипнуть себя – и не смогла! От восторга я улыбнулась и огляделась по сторонам, отметив, что почти никто не сумел призвать полную броню. У кого-то легкое свечение было только на руках или ногах, у кого-то вообще покрывало тело кусками-заплатками.

Полностью светились только я, Анх и Алекс. Посмотрев в конец зала, где стояли самые слабые группы, наткнулась взглядом на магистра. Он, прищурившись, разглядывал меня недоверчиво и несколько удивленно. Но коротко кивнул в знак одобрения.

– Продолжайте попытки те, у кого не получилось, – приказал он. – У кого получилось – пытайтесь уплотнять и усиливать броню как полностью, так и локально, на отдельных частях тела. Особенно на жизненно важных органах.

Через час около половины студентов могли похвастаться полной броней. Не у всех она была стабильной, но и это уже неплохой результат.

Все разбились на пары, я, конечно, встала в пару с Лиенной, у которой броня то и дело слетала.

– На руки накладываю без проблем, а больше мне и не надо, – заявила подруга, не особенно напрягаясь.

– А если зелье взорвется?

– Пфф! У меня-то? – самодовольно усмехнулась Лия и ударила.

Я рефлекторно попыталась уклониться, но не успела. Правда, удара в плечо не почувствовала.

Лия осмотрела свою руку.

– А удобно, – одобрительно кивнула она. – Бить тоже не больно. Ух, сейчас я за все годы оторвусь! Сколько я тебя из душа жду, а? А кто меня вечно будит по утрам, стаскивая одеяло? Из-за кого мы не попали на прошлогодний праздник урожая? О! Ты же мне как-то на блузку невыводимое пятно посадила, помнишь?

Каждый вопрос сопровождался ударом, от которого у меня от смеха не получалось уворачиваться. Мне тоже имелось, что припомнить, но у Лиенны уж больно хорошо получалось, так что она от души меня «избила» и погоняла по залу.

В итоге мы весело провели время. Под конец выдохшаяся Лия заявила, что в целом в занятиях боевкой что-то есть и иногда проводить их даже полезно.

Все пары сбрасывали броню и прекращали тренировку. Все, кроме одной.

Хейвар и Даргнаут продолжали бой, явно вышедший за рамки тренировочного.

Когда Анх говорил, что увлекается боевыми искусствами, он явно не преувеличивал – вот кто дрался отлично. И Алекс ему не уступал, не сомневаюсь, что он хорош в своем любимом магстрайке.

Они держались примерно на равных, но Анх постепенно брал верх. На его лице, как и всегда, не проявлялось ни единой эмоции, и двигался он четко, ни одного лишнего жеста. Тогда как Алекс дышал все тяжелее и, кажется, становился все злее. В какой-то момент Анху почти удалось уложить его на лопатки – Даргнаут в последнюю секунду вывернулся. По его руке в броне пробежала рябь, и он пробил защиту Хейвара, все-таки беря верх.

Зал одобрительно загудел.

Я закрутила головой, ища магистра. Почему он молчит?!

– Весьма неплохо, – кивнул он вместо замечания. – Победа за Даргнаутом.

И тот расплылся в высокомерной улыбке, от которой у меня невольно сжались кулаки.

– Так нечестно! – выкрикнула я, не сдержавшись. – Он использовал что-то, кроме брони!

Все обернулись на меня, а подруга и вовсе громко хлопнула себя ладонью по лицу.

Но я не собиралась идти на попятную.

– Магистр, вы же видели!

– Видел, что один победил, а другой проиграл, – отрезал Майрин.

– Но…

– В настоящем бою никто не задумывается о методах, Аберхау! – начал выходить из себя преподаватель. – И благородство ведет к гибели, запомните. К тому же он не использовал атакующие заклинания, только собственное физическое усиление.

– Но у нас же тренировки! – все-таки высказалась я.

– Да, и раз вы так радеете за правду, то со следующего занятия стоите в паре с Хейваром до тех пор, пока не сумеете его победить. Любыми методами. А сейчас занятие окончено.

Вообще-то, меня подобная перспектива не пугала, а вот Анх тяжело вздохнул и закатил глаза. Это едва ли не первое проявление эмоций, которое я у него увидела.

Студенты, хихикая и обсуждая произошедшее, покидали тренировочный зал.

– Ты неисправима, – прокомментировала Лия. – Из-за тебя мне придется искать кого-то на спарринги. Причем надолго, если тот темнокожий тебе не поддастся.

– Его зовут Анх, – напомнила ей.

– Ох, Джейн…

Подруга покачала головой и направилась вслед за остальными в раздевалку.

В проходе образовалась толкучка, так что мы замедлились в ожидании своей очереди. И у самых дверей я краем глаза заметила, как ко мне приблизился Хейвар.

Подойдя вплотную, парень наклонился, колокольчики в его прическе зазвенели над моей макушкой.

– Я не нуждаюсь в защите, – тихо, но четко произнес он.

На этой фразе мы как раз миновали дверной проем, и Анх ловко обогнул нас и свернул в мужскую раздевалку.

Ну хотя бы по руке не ударил…

Я невольно обернулась ему вслед, успев увидеть, как он завернул за угол, тряхнув головой. Колокольчики, которых я не могла слышать с такого расстояния, отчетливо звякнули в ушах.

Расстроенная, я зашла в душевые, а из них в раздевалку.

По дороге на ужин Лия то и дело косилась на меня, но больше никак не комментировала. Все-таки мы были лучшими подругами, и она отлично знала, когда нужно промолчать.

У меня же настроение было хуже некуда. Во-первых, теперь я точно знала, что Александр Даргнаут ничуть не изменился: как использовал подленькие приемы, так и продолжает. Во-вторых, Анх тоже не выглядел довольным моим вмешательством, и, к сожалению, я его понимала.

Вряд ли парню будет приятно, что за него вступилась девчонка. В конце концов, ничего страшного ведь не произошло, Алекс не навредил Анху, даже больно вряд ли сделал – броня бы не позволила.

Но я не могла смолчать и остаться в стороне. Не могла – и все тут!

За ужином студенты только и обсуждали прошедшее занятие и бой Хейвара с Даргнаутом. И, как ни странно, поддерживали исключительно последнего, отмечая, как он классно дрался. А уж завершающий удар!..

Алекс благосклонно принимал восторги. Даже Сантьяго, так и не простивший ему любимых «Драконов», одобрительно похлопал одногруппника по плечу.

– Конечно, без дополнительной магии ты бы с ним никогда не справился, – едко заметила я, опять не сдержвашись.

Все тут же повернулись в мою сторону, а глаза Алекса превратились в щелочки.

– Ты так активно его защищаешь… запала на нашего дикаря? – усмехнулся он.

– А если и так, тебе-то что?

Лия уже не просто пинала меня под столом, а обнимала за плечи, пытаясь успокоить.

– Вы будете классно смотреться вместе, как кофе со сливками, – пошутил Даргнаут. – Хотя с его стороны я что-то заинтересованности не заметил. Он с тобой даже сидя за одним столом не общался.

– А ты, смотрю, внимательно за нами наблюдал. Может, тоже запал, а? На меня или на него?

Алекс рывком поднялся, с грохотом опрокидывая стул, я тоже с вызовом встала, игнорируя мысль, что совершенно ему не соперница. Парни тут же подскочили к нему, Лия оказалась рядом со мной, Мири и Нор тоже были на ногах…

– Я не собираюсь драться с девчонкой, – сквозь зубы проговорил Даргнаут, сбрасывая руку Адама.

– Боишься проиграть? Ты же смелый, только когда двое других держат жертву за руки, а у тебя в руках оружие!

– Что за бред ты несешь?! – Алекс от души саданул ладонью по столу, и посуда жалобно звякнула.

– А лучше сразу спрятаться за мамочкину юбку и перевести стрелки на кого-то другого, да?

И тут его лицо удивленно вытянулось, а в его глазах мелькнуло понимание, всего на секунду, но я уверена! Все-таки не зря собираюсь именно на магию разума. И Алекс все отлично помнил.

– Видимо, ты с головой не дружишь, Аберхау, – процедил он. – На первый раз я тебя прощаю, но впредь советую не нарываться. Я не дерусь с девчонками, но раз уж ты такая боевая…

– С удовольствием с тобой сражусь!

– Ты еще дикаря не победила, – напомнил он.

– Что тут у вас? – подошел Роллан.

Я и забыла про нашего куратора, а он, оказывается, за нами все-таки приглядывает.

– Притирка, – зло хмыкнул Алекс, развернулся и ушел, оставив на столе поднос.

Роллан вопросительно посмотрел на меня, но объяснять ему ничего не хотелось. Так что, в отличие от Даргнаута, я убрала за собой и пошла из столовой вон, оставляя переговаривающихся одногруппников. И уже на выходе заметила стоявшего неподалеку Анха. Он наверняка все видел и слышал, но непонятно, что подумал и какие выводы сделал.

Тоже, наверное, решил, что я ненормальная. Да и плевать.

Через полчаса в комнату вернулась Лия.

– Джейн, что с тобой сегодня? – подруга села рядом на кровать. – Какая муха тебя укусила?

– Никакая.

Выдавать подробности нашей первой встречи с Алексом и Анхом я по-прежнему не планировала, как бы глупо ни смотрелось мое поведение со стороны. Пусть Лия не из болтливых, но мало ли случайно проговорится, что Алекс бил Анха прутом… не уверена, как это отразится на последнем. Он и без того сам себя записал в изгои, не хватало еще открывать такие неприятные подробности его прошлого.

– Ты всегда была за справедливость, но сегодня превзошла сама себя, – усмехнулась Лия, похлопав меня по руке. – День был трудный, давай спать. Ничего, завтра будет алхимия, – она мечтательно улыбнулась.

На самом деле до сна было еще прилично, хотя, учитывая, что вчера мы легли поздно, а проснулась я с рассветом, можно лечь и пораньше.

Но спать все равно не хотелось. Я раз за разом прокручивала в голове происшедшее, сама не зная, правильно поступила или нет. Снова вспомнились тихие слова Анха, что он не нуждается в защите…

Будто я не понимаю, что он, сильнейший студент потока, не нуждается в помощи! Вот только и он не сможет меня понять.

Даже в последних классах пансиона, после изнуряющих тренировок и многочасовых медитаций мне снился свист прута. И я резко просыпалась, опять ощущая бессильную злость прежде всего на саму себя. Сколько раз я думала о том, могла ли в тот вечер как-то помешать Алексу? Перехватить удар. Выпустить магию раньше. Закричать, позвать на помощь. Или хотя бы доказать, что именно он был зачинщиком того отвратительного избиения.

Наверное, в семь лет не могла.

Но неужели за одиннадцать лет ничего не изменилось? Неужели – прежде всего – я не стала сильнее? Вон как изменился Анх, из дикого забитого мальчика стал взрослым и сильным парнем. Мужчиной.

Он не нуждается в моей защите, но я нуждаюсь в том, чтобы стереть те кошмары. И чтобы не добавились новые.

А значит, мне нужно стать еще сильнее. Может, и хорошо, что меня поставили с ним в пару, у него точно есть чему поучиться.

6. Алхимия

На этот раз Лиенна встала первой, что неудивительно – я проворочалась полночи, пытаясь заснуть. Подруга, уже полностью собранная, выглядела бодро и находилась в приподнятом настроении, то и дело поторапливая меня.

– Наконец! – восторгалась она, пока мы шли на завтрак. – Настоящая алхимия! Как думаешь, что мы будем готовить на практике? Наверняка будет интересное задание, чтобы дать возможность себя проявить!

По правде говоря, я не разделяла ни ее восторгов – сама относилась к алхимии более чем ровно, ни ее ожиданий. Что-то мне подсказывало, что ничего интересного нам сегодня не светит.

Но подругу решила не расстраивать. Пока что я не на факультете магии разума и прорицания, и мои предположения – не более чем предположения.

В столовой я огляделась – Анха нигде не видно.

– Даже не думай, – шепнула Лия, плечом подталкивая меня к столу нашей группы.

На самом деле я бы и не села к Анху. За ночь размышлений пришла к выводу, что пока от моего вмешательства ему больше вреда, чем пользы. Так что постараюсь не лезть.

За столом поздоровалась с одногруппниками и устроилась с краю. Даргнаут меня показательно игнорировал, остальные иногда косились, но вчерашнее не припоминали – уже хорошо. Завтрак прошел на удивление тихо-мирно, и мы дружно направились в аудиторию, зайдя в которую окрыленная алхимией Лиенна едва не споткнулась.

– О нет… – тихо простонала она.

– Ты чего? – удивилась я.

Подруга скривилась и ответила, только когда мы сели на место где-то в центре зала.

– Помнишь, девчонки говорили про грымзу-куратора из третьей группы? Вот это она, – Лия кивнула на преподавательницу, строго взирающую на студентов поверх очков.

Даже на вид женщина средних лет производила какое-то отталкивающее впечатление. Закрытый костюм с воротником под горло, застегнутый на все пуговицы, волосы, собранные в такой тугой пучок, что, кажется, даже кожа на лице натянулась. Губы она то и дело кривила и выглядела заранее в нас разочарованной. И очки ее опять же…

– Да ладно тебе, – неуверенно проговорила я, желая хоть немного поднять упавший боевой дух подруги. – Главное же, чтобы она предмет хорошо преподавала…

– Прошу всех занять свои места! – объявила магистр. – Сегодня я еще допускаю какие-то вольности, но впредь прошу приходить не менее чем за пять минут до начала занятия.

Лия кинула на меня красноречивый взгляд. По залу разнеслись шепотки.

– Никаких разговоров! – взвизгнула магистр.

Мы с Лией переглянулись.

– Меня зовут магистр Турулла Лабро, – объявила дама. – Я почетный член гильдии алхимиков, автор двенадцати книг, две из которых удостоены Красной звезды как бестселлеры года. Больше сотни моих статей опубликовано в журнале «Алхимический вестник». За свою более чем двадцатилетнюю карьеру я совершила десятки открытий и вывела несколько принципиально новых рецептур и формул! Я консультирую даже алхимиков его величества! На наш факультет отбираю исключительно лучших из лучших!

Дальше магистр Лабро перечисляла требования к будущему алхимику, по мере оглашения которых лицо Лиенны вытягивалось все сильнее. И я могла ее понять. Аккуратность, четкость и пунктуальность выглядели логично. А вот умение по цвету и запаху различить базовые ингредиенты, которых, на минуточку, около сотни, – уже не очень. То есть для обученного алхимика – вполне нормальное требование, но для выпускника первого курса…

– Сегодня мы изучаем технику безопасности! – добила Лию магистр. – Пока все не будут знать ее наизусть – ни о какой практике не может идти и речи!

Подруга окончательно скисла. Готовить зелья нам сегодня не светит. Но и это был не конец.

– И вы же помните о коллективной ответственности? Сдать должна вся группа! Только группы в полном составе допускаются к практике!

Лиенна не выдержала и застонала. Негромко, но слух у магистра Лабро оказался на высоте, как и ее алхимические достижения.

– Вы чем-то недовольны, студентка? – магистр подалась вперед и впилась взглядом в Лиенну.

– Нет, магистр, все в порядке, – выдавила из себя Лия.

Но прищур Туруллы Лабро заранее не сулил ничего хорошего.

В итоге до обеда мы переписывали правила техники безопасности. А поскольку правил была целая методичка, то руки у всех под конец просто отваливались.

Из аудитории Лия вышла мрачнее тучи. Магистр пригрозила, что после обеда будем учить записанное наизусть.

«Как вас допускать к опасным опытам, если вы элементарное запомнить не способны?» – заранее предрекла всем неудачу магистр.

Надо ли говорить, что не понравилась она не только нам с Лиенной?

– Как такую стервозину вообще можно допускать до преподавания? – возмущалась Мири за обедом, высказывая общее мнение. – Видите ли, в «Вестнике алхимии» ее опубликовали! Да там кого только не публикуют! У меня его бабушка выписывала, все искала примочки от бородавок.

– И как? Нашла? – заинтересовался Сантьяго.

– Нашла. Только бородавку сожгла вместе с кожей. Потом месяц целители ожог лечили, – скривилась девушка.

– А сразу что к целителям не пошла? – поинтересовалась я.

– Так бабуля считала, что глупо к целителям идти, они за какую-то бородавку втридорога сдерут, – развела руками Мири. – А в этом «Вестнике» рецепты из подручных средств, вот она и экспериментировала. Не удивлюсь, если она ожог получила из-за рецепта этой Туруруры.

– Одного из принципиально новых, – с улыбкой вспомнил Адам.

– Вот-вот! Ей бы принципиально новый подход к лекциям и практике!

Весь обед мы костерили преподшу и все было нормально, так что я невольно расслабилась и развеселилась, придумывая с остальными прозвище магистру. Пока что мы никак не могли выбрать лучшее из «Дурулла» и «Дура-Дура». Даже Лия включилась в обсуждение и немного оживилась. Она точно не ожидала подобной подставы от любимого предмета. Ее алхимию могли вести только лучшие и интереснейшие специалисты, а не всякие Дуры-Дуры.

Я поставила тарелки на поднос и отнесла к мойкам. Развернулась и едва не влетела в Даргнаута, тоже подошедшего с подносом. С трудом удержалась от замечания, что хотя бы сегодня он за собой убрал, – стол положено оставлять чистым, иначе можно нарваться на штраф, причем для всей группы. Но решила не трогать то, что будет вонять.

Увы, некоторые субстанции пахнут независимо ни от чего.

– Надеюсь, наш дикарь научился читать, – мимоходом заметил он. – А то не видать твоей подруге ни практики, ни факультета алхимии.

– За себя беспокойся, – огрызнулась я. – Как бы ты с такими скудными способностями не потянул всех ко дну.

– Рад, что ты за меня переживаешь, но я был лучшим в школе, – усмехнулся Алекс.

– А с виду и не скажешь…

– Внешность вообще обманчива, – справедливо заметил Алекс. – Например, Анх совсем не такой безобидный, как может показаться.

– Смотрю, ты всех по себе судишь, – начала заводиться я, но закончить мысль не успела.

– Опять ссоритесь? – Роллан подошел к нам и строго взглянул на обоих.

– Наоборот – ищем точки соприкосновения, – оскаблился Алекс и ускорил шаг.

– Джейн, у тебя все в порядке? – поинтересовался куратор.

– Да, Роллан, спасибо, – теперь и я выдавила улыбку и отправилась вслед за Алексом.

Лия уже ушла, столовая почти опустела, и, последний раз обернувшись, чтобы проверить, не забыли ли чего, я наткнулась взглядом на Анха, опять сидевшего у окна и наблюдавшего за мной. Ему я улыбнулась вполне искренне, но парень сразу отвернулся, сделав вид, что ничего не видел.

Интересно, он собирается все четыре года учебы нас сторониться? А дальше как? Так и продолжит жить сам по себе?

Впрочем, какая мне разница? Я же решила не навязываться, пусть делает, что хочет.

Магистр Лабро, как и обещала, заставила нас зубрить правила. Всего их оказалось больше сотни, сегодня мы должны были выучить «хотя бы первые десять».

Я сначала честно не понимала: почему только десять? За два с половиной часа можно легко осилить несколько десятков. Но, стоило магистру начать принимать ответы у первых, как мы осознали всю глубину той части тела, в которую угодили.

Дурулла требовала говорить слово в слово и без запинок. Даже малейшая и незначительная замена или просто другой порядок слов вызывали ее категоричный возглас: «Следующий!»

Так что да, пришлось зубрить дурацкие правила наизусть и идти сдавать. Пока не сдал первые десять – магистр не принимала следующие. А сдать обязана вся группа…

В нашей первым сдал… Анх. И не только в нашей. Он в принципе вышел одним из первых и рассказал именно так, как требовала преподша. Она в некотором недоумении посмотрела на него своим фирменным взглядом поверх очков.

– А неплохо… – протянула магистр Лабро. – Не ожидала… Анх Хейвар, значит… Вы подаете надежды, молодой человек.

Следующей после Анха пошла сдаваться Лиенна, и тоже успешно. Все правила она и так знала (пусть и не всегда соблюдала), ей оставалось только заучить формулировки. Лия справилась, и Дурурура даже расщедрилась на похвалу и ей, правда, подругу это все равно не порадовало. Она ждала практику, до которой мы доберемся такими темпами к концу семестра. Если доберемся.

Слабыми звеньями у нас оказались Мири и Сантьяго. Мири тяжело давались зазубривания, она могла все рассказать своими словами близко к тексту, но совсем наизусть…

– Это же не стихи! – всхлипывала она после занятия. – Почему нельзя просто передать суть?

Дело осложнялось еще и тем, что Мири хотела идти на целительство, где алхимия изучалась достаточно плотно и балл по ней должен быть высоким. При этом она и первую десятку правил зазубрить не сумела.

Сантьяго же просто не понимал, зачем это нужно, он-то ни на алхимию, ни на целительство не собирался. Мы, конечно, дружно принялись объяснять ему про групповую ответственность и все прочее, но парень только глаза закатывал.

– Ладно, выучу-выучу, – проворчал Сантьяго на наши увещевания. – Обещаю, к следующему занятию все будет. Но вот же вредная женщина! Сразу видно – не замужем!

– А это здесь при чем? – удивилась Норин, обнимавшая и утешавшая подругу.

– Ну как, всем же известно, что неудовлетворенная ммм… жизнью женщина – злая, – пояснил южанин.

– Ну так давай, исправь ситуацию, помоги группе, – подколол его Адам, на что Сантьяго только поморщился.

Лиенна ковырялась в тарелке, Алекс тоже вел себя на удивление спокойно, хотя нет-нет да и бросал на меня странные взгляды.

Я же честно держалась, чтобы не напомнить ему, кто сдал те дурацкие правила первым. Не стоило накалять обстановку. У нас ведь командная работа.

– А вы видели, как быстро все выучил Анх? – заметил Дерек – тихий и спокойный студент, вечно сидевший в тени бойкого Адама.

Спокойнее был только Курт, вернее даже стеснительнее – рыжеватый, лапоухий и не слишком симпатичный, он постоянно терялся и краснел. И несчастные правила сдам магистру одним из последних именно из-за волнения.

– Я тоже удивился! – подхватил Адам. – Я еще и первое правило наизусть выучить не успел, а Хейвар их все рассказал без единой запинки!

– Он, кстати, и по баллам был в числе лучших, – вспомнил Курт, сразу начав привычно смущаться. – Кажется, второй после Джейн…

Теперь все смотрели на меня.

– Но я так быстро выучить правила не успела, – улыбнулась я, внутренне ликуя, что про Анха заговорили в хорошем ключе.

– А чего удивляться? – хмыкнул молчавший до этого Алекс. – Он привык все зубрить, сначала наш язык, теперь правила.

– Он не знал наш язык? – удивился Дерек. – Вы с ним знакомы?

– В некоторой степени, – ушел от прямого ответа Алекс и перевел взгляд на меня.

Но если уж остальные и узнают про ту позорную историю, то не от меня.

Так, за болтовней, и прошел наш вечер.

В комнату Лиенна плелась в ужасном настроении, и я не представляла, как ее подбодрить. Если бы дело было исключительно в ней, то Лия бы ночами не спала, но выучила назубок проклятые правила. Только сдать должна вся группа, и я совсем не уверена, что для всех это, во-первых, так же легко, а во-вторых, так же важно. Больше никто из наших на алхимию не собирался.

И тут-то я впервые подумала о том, что при таком подходе преподавателей сохранить мир в группах будет не так уж и просто…

7. Артефакторика

На артефакторику все шли в напряжении. Если боевая магия оставила относительно неплохое впечатление, то вчерашняя алхимия обернулась полнейшим провалом. Чего ждать от артефакторики – никто не знал.

Тем интереснее оказалось встретить вполне добродушного старичка, поджидавшего нас у входа в аудиторию и раздававшего из огромного мешка… подарки.

– Так, красавицы, что же дать вам? – он хитро улыбнулся при виде меня и Лиенны, покопался в мешке и выудил подвеску и кольцо.

Подвеска досталась Лие, кольцо магистр протянул мне. Я, совершенно сбитая с толку, приняла подарок, в последний момент вспомнив о благодарности, и прошла дальше.

Подруга выглядела не менее обескураженной, рассматривая простенькое, но изящное украшение. На витой цепочке был камень, оплетенный тончайшими нитями. Сначала я подумала, что они из металла, но потом поняла – магия. Она едва заметными блестящими ручейками бежала вокруг гладкого камня.

– Ух ты! – выдохнула Лия. – А покажи свое!

Мое кольцо тоже на первый взгляд нельзя было назвать произведением искусства, но это если не вглядываться. Простой гладкий камень овальной формы в оправе не был драгоценным. На вид – обычная галька. Но нем мерцали едва заметные искры. Я прикрыла кольцо ладонью, чтобы немного затемнить, – и точно! Десятки искр хаотично вспыхивали и гасли в его глубине.

Мы восторженно переглянулись и направились к Мири с Нор, тоже разглядывающим и обсуждающим доставшиеся подарки.

– Надо же, какой интересный у меня студент! – раздалось от двери, и я невольно обернулась.

В зал-аудиторию зашел Анх – кто же еще?

– Держи, – магистр что-то протянул ему на ладони. – Тебе точно пригодится.

Жаль, нельзя увидеть, что именно. А Анх быстро убрал подарок в карман и направился на самую галерку. На занятиях он так же, как и в столовой, держался особняком.

У наших одногруппниц оказались серьги и браслет.

– Итак! Приветствую всех новичков на занятии артефакторикой! – объявил старичок, одарив весь поток. – Меня зовут магистр Алдар Гайсон, я, кажется, самый старый из ваших преподавателей, но пусть вас это не смущает. Пока вас всех не обучу – не помру!

Мы невольно улыбнулись его настрою, сам он довольно погладил жидкую седую бородку под стать таким же белым и редким волосам. От его глаз разбегались мелкие морщинки, улыбка добавляла живости и без того приятному лицу. Магистр Гасон казался добрым дедушкой каждому из присутствующих.

– Вы все поблагодарили меня за подарки, но открою секрет: их делал не я! Ведь вас много, а я один, старый, дряхлый и немощный, – он показательно закашлялся.

Выглядел магистр еще крепким, его руки уверенно держали объемный мешок, а пальцы не дрожали. Да и ходил он вдоль магвизора бодро и с идеальной осанкой.

– Все это – работы предыдущего первого курса! – огорошил он нас.

Теперь мы по-новому посмотрели на украшения. То есть это все – дело рук первокурсников?!

– Да-да, – магистр вновь заулыбался. – Есть у нас такая традиция: в качестве выпускного экзамена по артефакторике первокурсники делают подарки для следующего первого курса! Конечно, комиссия все тщательно проверяет, вещи абсолютно безопасны, не сомневайтесь. Правда, и пользы от них не всегда много, но ведь приятно!

Мы переглядывались, удивляясь все больше и больше.

– Я хочу сказать, что каждый из вас к концу года будет в состоянии создать простенький артефакт! – заявил магистр Гайсон. – Ведь в артефакторике важнее всего что? Усердие и желание! – он наставительно поднял палец. – Самые упорные всегда достигают цели – запомните это. И уже сегодня я начну показывать вам, как создавать заготовки для артефактов, чтобы они впитывали в себя магию и сохраняли все наложенные чары.

По аудитории прокатилась волна одобрительных шепотков. Нор, сидевшая рядом со мной, тихонько захлопала в ладоши. Она ведь как раз собиралась в артефакторы.

– Технику безопасности проходить не будем, уверен, вы достаточно изучите ее на алхимии, – усмехнулся магистр.

И шепотки в аудитории сменились нервным хихиканьем.

– А еще – мы рады всем на своем факультете! Он у нас самый многочисленный и дружный! – закончил вступительную речь наш уже горячо любимый старичок.

– Может, ну ее, эту алхимию? – я наклонилась поближе к Лие. – Пойдем все вместе на артефакторику.

– Не удивлюсь, если к концу года я именно так и решу, – вздохнула подруга, сразу помрачнев.

Объяснял магистр Гайсон доступно, вел лекцию интересно и задорно, периодически вставляя шутки или какие-то курьезы из практики. И в такой форме материал запоминался намного лучше. Пусть и не наизусть, но суть мы все уловили и запомнили, разумеется, сразу начав обсуждать за обедом.

– Все, я у мамы артефактор, – объявил Адам за столом.

– Ты же на демонолога хотел идти? – напомнил ему Дерек.

– Да ну! Там семь шкур спустят, пока обучат. А на артефакторике сиди себе спокойно да клепай заколки с бусиками.

У него у самого на руке красовался браслет из кожи с металлическими бусинами разных размеров. Никто из нас не догадывался о назначении своих артефактов, но магистр заверил, что через месяц наше практическое занятие будет посвящено распознаванию свойств магических предметов.

«Тогда-то вы все и узнаете. Хе-хе», – он довольно погладил бороду, а я решила, что до тех пор, пока не выясню свойства кольца, носить его не стану. На всякий случай.

***

На практическое, ради которого все облачились в фартуки и перчатки поверх формы, мы пришли с небывалым энтузиазмом. И пусть ничего сложного и серьезного на вводном занятии не было, но все равно оказалось интересно ковыряться в заготовках, изучать их структуру.

Сложностей и тонкостей в артефакторике хватало. Где-то требовалась плоская поверхность для удержания заклинания, где-то – сфера или полусфера для увеличения магической емкости. Все это нам еще предстояло освоить, а пока мы просто впитывали то, что показывал магистр.

– У кого хорошо получалась на боевой магии броня, тот может использовать ее вместо перчаток и фартуков! – объявил он.

Алекс показательно скинул фартук и стащил перчатки, наложив на себя заклинание. Анх предпочел оставить все как есть. Я тоже решила не выпендриваться.

– А вы точно не можете вести у нас алхимию? – поинтересовалась Лиенна перед уходом.

Тот рассмеялся.

– Я себе пары у первокурсников всегда после Туруллы ставлю, чтобы, так сказать, на контрасте, – подмигнул он.

– Какая-то несправедливость, – вздохнула Лиенна, когда мы направились на ужин. – Еще и эта дурацкая система с коллективной ответственностью…

– Не переживай, я точно видела студентов с факультета алхимии, как-то же они туда попадают, – подбодрила подругу.

– Интересно, Дурулла и дальше алхимию ведет? Или ею запугивают только первокурсников?

– Чтобы на алхимию шли самые целеустремленные, – пошутила я.

– Или те, кто не прошел отбор на другие факультеты, что бы там про самых лучших ни говорили, – Лия обреченно вздохнула.

– А завтра у нас что? – спросила я больше, чтобы перевести тему.

Лиенна умеет накрутить себя до головной боли и бессонницы. Незачем ей циклиться на плохом.

– Целительство. Мири волнуется, что ждет нас там.

– Вот бы как магистр Гайсон! – я улыбнулась, вспомнив добродушного старичка.

– И с какими же подарками нас будет встречать препод? – поддержала шутку Лия.

За столом мы принялись думать, что бы нам могли подарить целители. Но, как ни крути, варианты выходили сомнительные, хотя и смешные.

– Во всяком случае, мы знаем, что не все магистры у нас, как Дуруллы, – заключил Адам, когда поток вариантов от слабительного до возбуждающего иссяк.

– Мы увидели две крайности. И магистр Майрин где-то посередине, – согласился Дерек. – Завтра узнаем, чего ожидать от целителей.

– Я бы от них ничего хорошего не ждал, – поежился Сантьяго, который целителей отчего-то откровенно недолюбливал.

Но над его словами мы только посмеялись.

В комнате я убрала кольцо в шкатулку с украшениями, подумав, что артефакторика действительно интересный предмет. И к нему стоит присмотреться получше.

8. Целительство

На новое занятие мы привычно сели группой, за исключением Анха, снова ушедшего на галерку, отдельно ото всех. И я почувствовала на него иррациональную обиду: неужели нельзя хотя бы попытаться подружиться с одногруппниками? Нормальные же парни, ну кроме Даргнаута, но если его игнорировать и абстрагироваться от его существования…

– Ты всерьез запала на нашего дикаря? – наклонившись ко мне с ряда выше, полюбопытствовал Алекс. – То и дело на него смотришь.

Ладно, признаю, полностью от такого не абстрагируешься.

Сидя на ряд выше, Даргнаут, разумеется, заметил, как я оборачивалась, ища Анха. И не сумел удержаться от вопроса, хотя ему-то, спрашивается, чего?

– Алекс, – я вздохнула, поворачиваясь уже к нему, – Ты в прошлый раз так и не ответил, кого именно из нас ты ревнуешь?

– Даже если дикаря к тебе, то, боюсь, у тебя нет шансов, – нагло хмыкнул он.

– Переживаешь за меня?

– Предлагаю сменить объект симпатии, – он так резко подался вперед, что я с трудом не отшатнулась.

– По тебе видно, что ни одной юбки не пропускаешь, – поморщилась я и отвернулась, не желая продолжать странный разговор.

К тому же остальные одногруппники на нас уже косились.

Но Алекс так просто отставать не собирался. Пользуясь ростом, он перегнулся через парту ко мне.

– Джейн, советую тебе по старой дружбе: держись от Анха подальше. Ты совсем ничего о нем не знаешь, – неожиданно тихо и веско прошептал он.

– Ну, знаешь! – я резко обернулась, чтобы высказать этому мерзкому типу все, что думаю о распускании сплетен.

Но тут пришла преподавательница, молодая привлекательная женщина, мгновенно захватившая внимание аудитории. Эффектная брюнетка с алыми губами улыбнулась всем и сразу, быстро поздоровавшись и начав занятие.

– Меня зовут Милара Накторн, – представилась она приятным мелодичным голосом. – На первом году обучения я буду вести у вас целительство. Сам предмет изучается все четыре года, поскольку является обязательным. Каждый маг должен уметь оказать помощь пострадавшему.

– А вы ведете занятия только у первых курсов? – поднял руку парень из другой группы.

– Нет, еще преподаю алхимическое целительство непосредственно на факультете, – с улыбкой ответила преподаватель.

И, кажется, только что рейтинг факультета целительства у мужской части потока вырос на несколько пунктов, а ведь при поступлении большинство парней было решительно настроено на боевку. Но сначала артефакторика сбила прицел, теперь целительство…

Только алхимия никому не понравилась.

На вводном занятии нам рассказали про основные направления целительства, про организацию процесса обучения и, конечно, про практическую часть.

– На первом курсе проходят исключительно простые заклинания, которые в принципе не способны нанести вред человеку. Это простейшее обезболивание и заживление. Разумеется, они не рассчитаны на серьезные повреждения, например, сегодня мы будем лечить синяки, – объявила магистр.

– Даже здесь практика с первого занятия, – себе под нос пробормотала Лия.

– После обеда вы разобьетесь на пары и будете по очереди пробовать выполнять заклинание, – предупредила преподавательница. – А пока я коротко расскажу технику безопасности, коротко! – быстро добавила она, заметив наши вытянувшиеся лица. – И покажу схему заклинания.

В целом вся техника безопасности сводилась к одному главному правилу: «Не навреди!» Не знаешь – не пытайся. Не умеешь – не берись. И контролируй силу воздействия.

– Единственное исключение – смертельная опасность для жизни, – назидательно произнесла магистр Накторн. – Если человек истекает кровью и у него серьезные раны, а профессиональный целитель подоспеет нескоро – делайте все возможное. Иногда желание мага само по себе, без заклинаний и навыков, творит чудеса.

А дальше магистр показала схему заклинания, и если до этого на нее даже многие девушки смотрели влюбленными глазами – такая она была красивая и приятная, то заклинание ощутимо поумерило общий пыл. Оно оказалось очень сложным.

На фоне базовых, которые проходятся на первой ступени в школе, это выглядело по-настоящему зубодробительным. Сложное переплетение линий, векторов, еще и поток магии не однородный, как мы привыкли, а с разной интенсивностью в разные моменты…

– И это самое простое?! – высказал общую мысль Сантьяго.

– Увы, да, – развела руками преподавательница. – Воздействие на человека всегда очень сложное. И чем сложнее воздействие – тем сложнее заклинание.

– Значит, целительство – самое сложное направление? – спросила студентка другой группы.

– А вот и нет, – хитро улыбнулась магистр. – Самое сложное – магия разума и прорицание. Поэтому их факультет самый малочисленный. Там нужны особые способности и особый склад ума, как бы странно это ни звучало.

– Туда никто нормальный и не собирался, – усмехнулся Сантьяго.

И я не стала его разубеждать, поскольку и сама не была уверена. К тому же вдруг у меня ни способностей, ни склада?

Обед традиционно прошел за обсуждением нового предмета.

– Я, конечно, на целительство и не собирался, а уж с такими заклинаниями и подавно, но на занятия буду ходить с удовольствием, – со смешком заметил Адам.

– Я бы на твоем месте не питала надежд и иллюзий, у магистра обручальное кольцо на пальце, – спустила его с небес на землю Лиенна.

– Ну и что? Помечтать-то можно, – не смутился Адам. – К тому же на нее приятно смотреть, не то что на Туруруру. Правильно заметил Санта: удовлетворенная женщина – добрая женщина.

К счастью, углубляться в тему парни не стали, но магистр Накторн явно произвела на них неизгладимое впечатление.

Возвращались в аудиторию мы в предвкушении практики. Пусть заклинание сложное, но все равно интересно попробовать свои силы, а не зубрить правила техники безопасности.

– Итак, студенты, – магистр со звонком зашла за кафедру. – Сейчас я всем поставлю синяки, бить не буду, не переживайте! – рассмеялась она. – Как вы понимаете, если маг умеет исцелять, то и обратный процесс тоже способен запустить. Я магически имитирую ушиб – легкое повреждение сосудов. Ваша задача: убрать синяк на партнере по практике. Прошу закатать рукав рубашки и приготовить верхнюю часть предплечья.

Далее она прошлась по аудитории, оставив на каждом синяк. Я уже напряглась в ожидании пусть и легкой, но боли, но толком ничего не почувствовала. Разве что приятное тепло от пальцев преподавательницы, под которыми тут же начало багроветь небольшое пятно, как после свежего удара.

– Надеюсь, вы уже определились с парами? – спросила магистр, когда закончила обход аудитории. – Если нет, то разбивайтесь так же, как на боевой магии, чтобы не тратить время на поиски.

– Джейн, – начала Лия, но я не стала ее дослушивать.

Как на боевке – значит как на боевке. Кто я такая, чтобы спорить с преподавателем?

– Бери в пару Санту, – посоветовала ей.

С Алексом тот все равно постоянно цапался – южанин никак не мог простить Даргнауту травмирование и поражение своей любимой команды в магстрайке.

Сама же встала и решительно направилась к Анху.

Он сидел на последнем ряду один, но все равно мельком оглянулся, будто желая убедиться, что я иду именно к нему. И, что удивительно, радости на его на лице не прибавилось, наоборот, он подобрался и напрягся, словно я тоже шла ставить ему синяки.

– Бить не буду, не бойся, – с улыбкой заверила я, садясь рядом с Анхом.

Он только обреченно вздохнул, и я в который раз остро почувствовала, что навязываюсь. Но менять что-то и уходить уже слишком глупо. К тому же я кожей чувствовала направленные на нас взгляды не только одногруппников, но и других студентов. Их внимание было настолько пристальным и осязаемым, что хотелось передернуться.

– Кто первый лечит? – спросила как можно непринужденнее.

– Давай ты, – нехотя ответил Анх и положил на стол руку.

Синяк на его коже был не слишком заметен – чуть более темное место на предплечье, которое я накрыла ладонью.

И невольно вспомнила сравнение Алекса – «кофе со сливками». Моя белая кожа так резко контрастировала с его, что не сразу удалось оторваться от созерцания и сосредоточиться на сложнейшем из известных мне заклинаний.

Надо ли говорить, что с первого раза ничего не вышло? Хотя стало немного обидно: на боевке-то получилось…

Но я продолжала призывать образ заклинания и распределять магию по схеме.

Убрав руку после очередной, наверное, двадцатой по счету попытки, я не сразу осознала:

– Получилось?!

Не удержавшись, я наклонилась ближе и принялась ощупывать руку Анха, глазам не веря. Неужели синяк все-таки сошел?

Остановила меня усмешка парня, заставившая отпустить его конечность и немного отодвинуться.

– Извини, увлеклась, – смутилась я.

– Ничего, у тебя хорошо получилось, – неожиданно похвалил Анх.

– После пары десятков попыток, – я все равно улыбнулась, пусть и не считала похвалу заслуженной.

Мы впервые с ним общались, и почему-то одно это радовало.

– Кажется, у большинства дела обстоят еще хуже.

Анх обвел взглядом аудиторию, где некоторые откровенно ругались на неподатливое заклинание. С броней и то вышло проще.

Так что мысленно я с ним согласилась.

– Не хочешь пойти на целительство? – задал он вопрос, и это окончательно сбило с толку.

Раньше из него и двух слов было не вытянуть, а тут сам проявляет инициативу.

– Не знаю, – честно ответила я. – Не могу определиться. Точно не на алхимию.

Анх понимающе улыбнулся, блеснув белозубой улыбкой, дико ему шедшей. Надо же, каким он может быть очаровательным!

– Теперь твоя очередь! – встрепенулась я.

Время шло, вдруг у него тоже не получится с первой попытки?

Но Анх отчего-то медлил, разглядывая мою руку и не решаясь к ней прикоснуться.

– Боюсь, у меня не получится, – заявил он, даже не попытавшись.

И я сразу вспомнила, что контакт с однокурсниками кое-кто тоже не пробует наладить.

– Нет уж, давай, – я придвинулась ближе. – Вдруг целительство твое – истинное призвание?

– Поверь, точно нет, – Анх отодвинулся от меня.

– Не поверю! У сильнейшего студента так или иначе должно получаться все!

И опять придвинулась.

Было забавно наблюдать, как Анх пытался от меня сбежать. Но лавка не бесконечна, и он сам это понимал.

– Я не хочу сделать тебе больно, – через силу признался он, хотя бы перестав отодвигаться.

– Это самое простое заклинание из целительства. Магистр сказала, что им в принципе нельзя навредить. Максимум – ничего не получится, – успокоила его.

Анх еще какое-то время сомневался, и моя вытянутая рука начала подрагивать.

– Ладно, – сдался парень, обхватывая мое предплечье.

А пальцы у него были длинные и красивые, с аккуратными овальными ногтями. Он был так осторожен, будто боялся навредить одним прикосновением. Так что я в некотором нетерпении поерзала на скамейке, ожидая, когда уже начнет кастовать.

Но Анх опять медлил, осторожно держа мою руку.

– Давай уже, – со смешком поторопила его.

И Анх кивнул, быстро сглотнув.

По ощущениям – мне на руку словно плеснули кипятком. Я вскрикнула от неожиданности и выдернула руку.

Анх испугался больше моего.

– Целителя! – выкрикнул он, вскакивая с места. – Джейн, ты как?

А я пораженно смотрела на него снизу вверх, прижимая пострадавшую руку к груди. Этот спокойный, как скала, парень был близок к панике, будто я тут кровью истекаю, не меньше.

– Что случилось? – подбежала к нам преподавательница, переводя взгляд с одного на другого.

– Да вот… – я протянула ей руку, будучи уверенной, что на ней если не волдыри от магического ожога, то как минимум сильное покраснение.

Но кожа оказалась абсолютно чистой. Более того, у меня на запястье была небольшая царапина – случайно поранилась о короб, когда разбирала вещи. Исчезла даже она.

– Что именно? – магистр выглядела напряженной, тоже изучая мою конечность.

– Все получилось… – я перевела пораженный взгляд на Анха. – С первого раза! Анх, ты просто невероятен!

Парень поморщился и отвернулся, словно я ему не комплимент сделала, а наоборот – оскорбила.

– Так что произошло? – все еще допытывалась магистр Накторн.

– Анх Хейвар с первого раза убрал синяк, представляете?! – я восторженно взглянула на одногруппника. – Наверное, он немного не рассчитал воздействие, и получилось… больновато, – я улыбнулась, стараясь сгладить впечатление.

На самом деле, больновато – это мягко сказано. Но боль была хоть и сильной, но скоротечной, и сейчас о ней не напоминало ничего. Ни синяков, ни ожидаемых ожогов, ни даже царапины на запястье.

Потрясающе! Или нет?..

Сам Анх радостным не выглядел, зато преподавательница всерьез заинтересовалась.

– С первого раза? – черные брови идеальной формы взметнулись вверх. – Это действительно интересно… Возможно, вы еще раз продемонстрируете…

– Нет, – отрезал Анх, не став даже дослушивать. – Одного раза вполне достаточно.

Кажется, его резкий отказ обескуражил не только меня, но и магистра Накторн.

– Но если есть такие способности к целительству…

– У меня нет никаких способностей к целительству, – снова перебил ее парень. – И, если вы позволите, магистр, я бы предпочел заниматься без партнера.

Теперь уже и я уставилась на него во все глаза.

– А как вы собираетесь отрабатывать практику? – задала магистр резонный вопрос.

– Никак.

– Анх, да ничего же страшного не случилось! – попробовала успокоить его. – Я вскрикнула больше от неожиданности…

– Нет, – парень был непреклонен. – Экзамен я как-нибудь сдам и лекции буду посещать…

– Знаете что, молодой человек, – не выдержала магистр Накторн, – не вам устанавливать правила. Вы учитесь на общих основаниях по общей программе. Поэтому практики избежать не получится.

Анх шумно вздохнул, его и без того широкие ноздри на миг раздулись сильнее, а на лице отразился целый спектр эмоций, на короткое мгновение придав ему какое-то хищное выражение. Но длилось это все буквально пару секунд, после чего парень взял себя в руки и ровно ответил.

– Хорошо, магистр, как скажете.

– То-то же, – преподавательница немного смягчилась. – Хотя болевой эффект при таком заклинании – очень странное явление. Я впервые сталкиваюсь… Возможно, вы высвободили слишком много магии? Часть ушла в заклинание, а часть осталась в сыром виде. Именно ее и почувствовала ваша партнерша.

– Возможно, – не стал спорить Анх.

Он закрылся, забрался, как улитка, в свою раковину. С лица снова исчезли эмоции, оставив нейтральное выражение отстраненности и безразличия. Черные глаза будто немного выцвели и потеряли яркость и блеск, которые я успела заметить в начале нашей практики.

– В таком случае вам определенно нужно еще потренироваться, – заключила магистр, тепло улыбнувшись. – Подставляйте руки, оставлю вам еще синяков.

Я с готовностью протянула руку, Анх, пусть и без особой охоты, тоже позволил поставить на себя новый синяк.

– Твоя очередь, – Анх положил руку на парту, и я начала пытаться убрать синяк.

Опять не получалось!

Магистр немного понаблюдала и отошла. Собственно, стоило нам остаться вдвоем, как я перестала волноваться – и сразу все получилось! Попытки с десятой – уже прогресс!

– Ура, – я торжествующе похлопала Анха по предплечью в том месте, где у него был синяк. – Теперь ты.

– Нет, – снова удивил меня Анх.

– Почему? – я немного понизила голос и подалась к нему.

– Ты не поняла? – парень удивленно посмотрел на меня. – Я опять сделаю тебе больно.

– Да брось! Просто используй меньше магии – и все.

– Дело не количестве, – Анх показательно отвернулся, не желая продолжать разговор.

– То есть ты оставишь меня с синяком? – в шутку укорила его.

– Попроси магистра помочь. Или свою подругу, – пожал плечами парень, даже не взглянув на меня.

Прекрасно. Вот и позанимались.

И я как-то сразу вспомнила, что не собиралась навязываться. И, наверное, лучше бы и не навязывалась.

До конца практики мы досидели молча. Анх больше на меня не смотрел, листая конспекты. У меня и конспектов с собой не было, пришлось разглядывать аудиторию, в которой остальные студенты продолжали осваивать заклинание, то и дело бегая к магистру за новыми синяками. Несколько парней попытались уговорить ее поставить синяк в другом месте, например, на груди. Но преподавательница неизменно отказывалась. Зато подключались наши шутники, предлагая свои услуги: синяк под глазом и безо всякой магии.

В целом занятие прошло легко и весело. Для всех, кроме нас.

Анх не отсаживался от меня, не пытался отодвинуться, но между нами пролегла пропасть или встала каменная стена. Парень упорно делал вид, что меня рядом нет, не пытался заговорить и даже не смотрел в мою сторону.

Ощущать себя невидимкой было неприятно.

И, что еще неприятнее, пару раз я ловила откровенно злорадный взгляд Даргнаута. Он, разумеется, все заметил и понял, работая в паре с тихоней Куртом.

Как только прозвучал звонок, я поднялась и, не прощаясь направилась к своей парте. Анху это, видимо, было не нужно.

Алекс перегнулся через парту и, понизив голос, произнес:

– Я же говорил – ничего не получится.

И совершенно издевательски хмыкнул.

Будучи и в без того растрепанных чувствах, с ответом я не нашлась, а он ждать не собирался, сразу направившись на выход.

Я раздраженно покидала писчие принадлежности в сумку, подхватила ее и вместе с Лией и девчонками покинула аудиторию.

Они наперебой обсуждали, как прошла практика и у кого лучше получалось сводить синяки. Лия шутливо жаловалась на волосатую руку Сантьяго, где надо еще постараться разглядеть синяк. Я же шла молча, понимая, что свою практику обсуждать не готова. Вроде заклинание получилось, а в итоге вышло все плохо.

И только после ужина, когда я, не дожидаясь подруги, вернулась в комнату общежития, поняла одну важную вещь.

Алекс действительно знает про Анха больше остальных.

Еще в детстве отец говорил, что у Анха какая-то очень сильная и необычная магия. Может ли она быть настолько сильной и необычной, что…

Заставляет Анха держаться особняком?

Может, дело не в его цвете кожи, а в нем самом?

Правда, обдумать мысль до конца я не успела. Лия вернулась и принялась расспрашивать о целительской практике.

Пришлось обтекаемо отвечать.

– Джейн, надеюсь, больше ты не станешь меня бросать хотя бы на целительстве, раз уж с боевкой так получилось, – попросила подруга. – Санта, конечно, нормальный парень, пусть и повернутый на своих магстрайковских драконах, но все-таки с тобой мне заниматься привычнее.

– Да, думаю, дальше будем практиковаться вместе, —успокоила ее.

Но в ближайший выходной стоит не только прихватить пару книг из дома, но и поговорить с отцом. Он знаком с лордом Хейваром и наверняка знает об Анхе больше.

Вот бы еще застать папу дома.

9. Призыв и подчинение

Сегодня у нас по расписанию был пятый предмет. Призыв и подчинение. Мы с Лией предположили, что он окажется еще сложнее целительства. Как-то складывалось впечатление, что уровень сложности занятий шел по нарастающей. Наверное, чтобы сразу не напугать впечатлительных первокурсников.

Так что завтрак мы традиционно провели за игрой-угадайкой: что ждет нас на занятиях?

– Как думаете, на практической части мы будем кого-то призывать или подчинять? – с горящими глазами поинтересовался главный заводила группы – Адам.

– Надеюсь, что нет, – Мири поежилась.

– Вот уж где точно не помешало бы вызубрить правила безопасности, – присоединилась к подруге Нор.

– Я на призыв и подчинение вообще бы не ходила, если б было можно, – призналась Лия. – Как представлю: призраки, демоны, зомби… Бррр!

– Круто, да? – не унимался восторженный Адам. – Я как раз выбираю между боевкой и призывом.

– Если на призыве заклинания такие же сложные, как на целительстве, то я бы выбрал боевку, – подал голос Курт.

– Я не боюсь сложностей, – Адам, кажется, всерьез нацелился на предмет.

– А если призыв ведет какая-нибудь Дурулла? – Дерек насмешливо смотрел на друга.

– Давайте не будем заранее загадывать, – поморщился Адам. – Но если что, попросим Санту ее задобрить.

– Да что сразу я-то? – возмутился южанин. – Тебе надо – ты и задабривай!

Дальше разговор перетек в шутливое русло. Мы с девушками больше обсуждали планы на выходные – на факультет призыва и подчинения никто из нас идти не собирался. Я для себя этот предмет тоже не рассматривала, придерживаясь мнения Лии – бррр!

В аудитории все привычно расселись группами. Я же сделала над собой усилие и не стала высматривать на галерке Анха. Отца при встрече обязательно расспрошу, но пока продолжать общаться и, чего уж там, навязываться мне больше не хотелось. Сколько можно натыкаться на стену из холода и отчуждения?

Хотя где-то в глубине души засело беспокойство. Ведь я видела, что поначалу Анх очень даже охотно со мной общался, а закрылся после того, как применил заклинание и нечаянно сделал больно.

Он же действительно за меня испугался.

Может, стоит все-таки попробовать поговорить с ним еще раз? Заодно рассказать, что мы раньше встречались: судя по всему, он меня не помнил или не узнал.

Или вообще предпочел забыть тот жуткий вечер.

И тогда мне тем более не нужно к нему лезть и снова напоминать об издевательствах…

Из таких мыслей меня выдернул дружный вздох всей женской половины потока.

В аудиторию зашел преподаватель. Если вчера парни пускали слюни на магистра Накторн, то сегодня наступила очередь девушек.

Молодой, высокий, с собранными в хвост черными как смоль волосами и красивыми чертами лица мужчина легким шагом пересек расстояние до кафедры, положил на нее учебные пособия и обвел нас взглядом.

На этом моменте все девушки вытянулись, кто-то начал спешно поправлять прическу или игриво накручивать локон на пальчик. Признаться, я не стала исключением и тоже замерла, разглядывая преподавателя. Лет тридцать, не больше, худощавый, но не тощий, а очень даже хорошо сложенный. В нем чувствовалась южная кровь, как в Сантьяго.

Вообще я слышала, что у южан есть определенная склонность к магии призыва и подчинения, так что неудивительно.

– Приветствую всех, – глубоким баритоном поздоровался преподаватель.

Кажется, он отлично знал, какой эффект производил, и беззастенчиво этим пользовался.

– Меня зовут Эктор Дельгадо, – подтвердил он мой вывод о его южном происхождении. – Я веду призыв и подчинение у первого курса, а также демонологию на профильном факультете.

– В нем точно есть что-то демоническое, – завороженно прошептала сидевшая рядом Норин.

Девушки опять судорожно вздохнули.

– Наши занятия на первом курсе будут отличаться от остальных минимальным количеством практики, – удивил нас преподаватель.

– Почему? – не сдержался Адам, возлагавший на предмет такие надежды.

– Потому что доверить первокурсникам призыв опасных иномирных существ или подчинение не менее опасной нежити, согласитесь, как-то негуманно по отношению к студентам, – усмехнулся магистр. – Боюсь, после наших практических до второго курса не доживет и половина.

– А с какого курса начинается полноценная практика? – протянул руку Адам.

– Со второго на факультете, – терпеливо ответил магистр Дельгадо. – Сначала вызов и подчинение нежити, работа с демонами начинается с третьего курса.

– Еще вопрос, магистр! – не унималсяу Адам. – А для призыва и подчинения нужны какие-то способности или склад ума, или еще что-то специфическое?

– Хм… – магистр задумчиво потер гладко выбритый подбородок. – Интересный вопрос! Официально принято считать, что данный вид магии доступен каждому, как и остальные, кроме магии разума и прорицания – только там должны иметься ярко выраженные способности. Но я бы сказал, что наш предмет основывается на характере и воле прежде всего. Чтобы призвать и подчинить, а еще удерживать и контролировать нужно обладать очень сильным характером. Поэтому все-таки магия призыва и подчинения тоже подходит далеко не каждому.

– А как понять, подходит она или нет?

– Вижу, вы всерьез заинтересованы предметом, – одобрительно улыбнулся преподаватель. – Кое-какая практика у нас все же будет, там и станет видно, даются вам призыв с подчинением или нет. А теперь приступим к теории…

Если на целительстве зубодробительным было заклинание, то на призыве уже на теории стало тяжело. Во-первых, она целиком держалась на рунических символах, которые нам предстоит изучить. Во-вторых – на начертательной магии: почти для всех заклинаний требовалось рисовать схемы. В-третьих, призвать и подчинить мало, дальше объект нужно контролировать и использовать, и для этого имелись свои заклинания. Визуальные схемы для них просто поражали воображение…

– И это еще не самые сложные, – заметил магистр.

В его словах чувствовалась затаенная гордость, и это понятно. Если магистр Дельгадо выучил все, то однозначно обладает нетривиальными способностями. Тут даже техника безопасности по алхимии отдыхает.

А ведь наш куратор тоже с факультета призыва и подчинения. Если мне не изменяет память, то Роллан – демонолог. И теперь я точно буду относиться к нему с куда большим уважением, даже ту странную свечку забуду.

За обедом у нас появилась новая тема для беседы.

Девушки обсуждали магистра, парни – заклинания.

– Нет, я, конечно, понимал, что будет сложно, но чтобы настолько! – сокрушался Адам. – Но я не сдамся! Ведь это и есть испытание воли: сумею ли я осилить такой предмет?

– Удачи, – пожелал ему Дерек. – Я на боевку. Курт?

– Тоже, – кивнул парень, не отрываясь от тарелки.

– А бы попробовал свои силы в демонологии, – протянул Сантьяго. – Боевка от нас никуда не убежит.

– Считаешь, что там будет легко? – удивился Алекс.

– Ну хотя бы схемы заклинаний чертить не надо, – пожал плечами южанин.

– Нет, на факультет призыва я точно не пойду, – вздохнула Мири. – Даже ради такого магистра…

– Может, он ведет какие-нибудь факультативы? – предположила Нор. – Жалко было бы с ним расставаться после первого курса.

– Да вы с ним и не встречаетесь, чтобы расставаться, – резонно заметил Санта.

– А почему бы не попробовать? – Лия быстро поела и, отодвинув тарелку, достала косметичку, чтобы немного освежить макияж. – У него, в отличие от магистра Накторн, обручального кольца на пальце нет.

– Кажется, у тебя будет серьезная конкуренция, – пошутила я, обводя взглядом столовую.

Многие девушки последовали примеру Лиенны и начали прихорашиваться. Кто-то спешно делал прически, вспоминая все известные на тему укладки заклинания. Кто-то, наоборот, распускал волосы.

Подруга относилась к первым и подкручивала пряди, собирая их как-то по-хитрому. Я всегда завидовала ее внешности, у Лиенны тоже имелась примесь южных кровей, за счет чего она была яркой и видной. Каштановые волосы, карие глаза, пухлые чувственные губы, которые она сейчас старательно подкрашивала. Да и фигура не подкачала. Так что пуговичку на блузке Лия расстегнула, зная, что ей есть что показать.

Мы были с ней полными противоположностями. Я со своими светло-русыми волосами, бледной кожей, голубыми глазами и тонкими чертами лица, а еще отнюдь не выдающимися формами всегда смотрелась на фоне подруги бледной молью. И честно старалась не завидовать ей из-за выигрышного типажа.

– Ты бы пошла в уборную, там нормальные зеркала, – предложила я Лиенне, наблюдая, как она пытается понять, одинаково ли у нее получились стрелки, глядя то на один, то на второй глаз в крохотное зеркальце.

– Уверена, там сейчас не протолкнуться, – отмахнулась Лия и подалась ко мне. – Одинаково?

Я пригляделась к ее стрелкам.

– Да.

– Посмотрите, какое интересное заклинание, – заметила Мири, кивнув на девушек через стол.

Они накастовали себе вполне приличных размеров зеркало, которое могло поворачиваться и наклоняться под разными углами.

– Здорово! – одобрила Лия. – Нам тоже такое нужно.

– Не уверена, что они поделятся схемой, – завистливо вздохнула Нор. – Но при случае надо заглянуть в библиотеку и поискать. Действительно удобно.

– А ты почему не присоединяешься, Джейн? – насмешливо поинтересовался Алекс. – Поверь, с магистром Дельгадо у тебя и то больше шансов, чем с Анхом.

– У тебя их еще меньше, – парировала я, не уточняя, с кем именно.

Даргнаут скрипнул зубами и отвернулся.

***

Оставаться в столовой до конца обеда одногруппницы не стали, а быстро собрались и пошли покорять красивого преподавателя.

– Жаль, что мы сидим не в первых рядах, – посетовала Мири, заходя в аудиторию. – И, боюсь, уже не сядем…

Впереди расположились одни девушки. А те, кто не успел занять стратегически выгодные позиции для обольщения преподавателя, пытались их отвоевать. И, судя по нарастающей громкости, спор грозил перерасти в скандал.

– Да, не для того я локоны укладывала, чтобы их повыдергивали, – согласилась Лия, занимая прежнее место.

– Страшные вы, девушки, существа, – заметил Адам, сидевший на ряд выше. – Нам вчера тоже магистр Накторн понравилась, но, заметьте, никто не бросился драться из-за первого ряда.

– Они тоже не дерутся, – неуверенно проговорила Нор.

Отборные ругательства, достойные опытных портовых грузчиков, плохо сочетались с наведенным марафетом.

– Это пока, – усмехнулся Адам, потирая ладони и готовясь к захватывающему зрелищу.

– Женщины вообще страшные существа, – согласился Санта. – Не хотел бы я на боевке быть против девушки, боюсь, никакой щит не поможет.

В итоге ситуацию спас зашедший магистр, при котором все тут же притихли, поправили прически и расселись на свободные места. Женская половина потока заметно «сползла» на первые ряды аудитории-амфитеатра, вытеснив парней наверх.

Преподаватель никак не прокомментировал это явление, словно и не заметил. Наверное, привык. Интересно, как много девушек на факультете призыва и подчинения?

– Итак, продолжаем занятие! – объявил магистр Дельгадо. – На практических мы будем изучать руны, их сочетание и основные принципы использования. А также освоим простейшие схемы. Как я уже говорил, в отличие от других предметов, где схемы нужно запоминать, а потом просто визуализировать в воображении, для призыва и подчинения существ схемы чертятся на полу. Такие схемы – более надежные и мощные, они позволяют удержать призванного и не дать ему наброситься прежде всего на вас. Кто скажет, с чего начинается любая схема призыва?

Народ притих, переглядываясь.

– С круга, – подсказал магистр. – Это простейший символ защиты. Берите карандаши, начинаем зарисовывать.

Круг был самой простой фигурой, каждая следующая выглядела все сложнее и сложнее. А для рун, кажется, вообще требовался неплохой художественный талант – попробуй изобрази.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.