Ольга Мурашова
Комета Сорена

Если у меня проблемы – я иду к Кайсе.

Чёрт побери, я взрослый человек, женатый – пока ещё женатый, но, если у меня проблемы, я иду к ней. Потому что Кайса – моя подруга, мой ментор, мой мотиватор, моя вторая голова, мой бесплатный психоаналитик и мой литературный агент. А ещё она русская. Это важно.

Её полное имя очень сложное для меня, хотя я не обделён чувством языка, даже наоборот. Когда я слышу его – я слышу, словно большая волна набегает на берег, врезается в серые камни скал и медленно откатывается обратно. У неё длинное всё, и имя, и middle-name, которое в России называют “отчеством”, и фамилия, поэтому я не могу произнести это вслух целиком – мне не хватает дыхания. Поэтому я бешу её, называя Кайсой. Но это только одна из причин. Её муж и мой соавтор Эрик не делал так ни разу – он бывший профессиональный спортсмен и с дыхалкой у него всё в порядке. Да и бесить жену ему гораздо менее выгодно, чем мне.

Как писателю, мне жутко интересно наблюдать за этой странной парочкой. Когда Эрик, непривычно пьяный в лоскуты и с бескрайней тоской во взгляде по утерянной навсегда, как ему тогда казалось, любви, первый раз рассказал мне о Кайсе и истории их знакомства, я даже не сразу поверил в его рассказ. Это звучало, как фэнтэзи. Как бульварный детектив. Или как пьяный бред. Второй раз я не поверил, когда впервые увидел её – восхищённая речь Эрика, пересыпанная превосходными формами слов, никак не сочеталась с очень посредственной внешностью Кайсы. Она не то, чтобы была некрасивая, нет – хорошо сложённая, с правильными чертами лица и круглыми славянскими глазами, но… какая-то незаметная, что ли. Я бы мимо такой прошёл, не зацепившись взглядом. И сама Кайса никак не сочеталась с Эриком, холёным, атлетичным и ослепительно красивым мужчиной, который просто отлично бы смотрелся на рекламных брошюрах “Посетите Швецию”. Но, как только я познакомился с ней поближе… В общем, как писатель, я изучал их, а как человек – страшно завидовал им обоим. Потому что они, чёрт возьми, любили друг друга так, что в упор не видели никаких препятствий, которых между ними было довольно много. И они все их снесли к чёртовой матери, как вскрывшаяся горная река сносит всё на своем пути, вне зависимости от веса и габаритов. Начать хотя бы с того, что при нашем знакомстве с Кайсой она очень аккуратно и небыстро формулировала предложения на английском, а шведского не знала вовсе. А уж когда с ней познакомился Эрик, она вообще знала хоть какой-то язык, кроме русского, крайне плохо, и как они общались – я могу представить с трудом. Но, тем не менее, в настоящий момент они были вместе, они были женаты, и, если честно, я им не был особо нужен.

А вот друг ради друга они были готовы на всё. Я имею в виду – совсем на всё.

Пусть я никогда ничего такого не видел своими глазами, но я очень легко мог представить спокойного, словно даже подмороженного, Эрика, сжимающего длинными пальцами горло своего соседа, и объясняющего ему в литературных выражениях, что “эта грязная русская” – неподходящие слова для описания его жены в кругу общих знакомых. И я очень хорошо мог представить Кайсу, с милой улыбкой подающей критику, обдавшему дерьмом последний роман Эрика, кофе, куда она только что щедро плеснула яду. Почему они взялись меня опекать – загадка, которую я за несколько лет нашего знакомства и нашей дружбы так и не разгадал, но греться в лучах их любви мне нравилось.

Поэтому, когда Биргитта сказала, что наш брак больше не имеет смысла – я пошёл к ним.

Кайса умная. Кайса хитрая. И именно Кайсу невозможно было обмануть с этим чёртовым браком – она видела меня насквозь. Эрик до сих пор думал, что у меня была какая-то воля, когда я женился, но Кайса своим непостижимым шестым чувством чуяла правду.

И у этой правды было имя.

Анна.

Её имя гораздо короче, но моё дыхание каждый раз сбивается, ещё на первом слоге, а сердце словно пропускает удар, когда я открываю рот, чтобы произнести его. Мы так давно знакомы, но это случается каждый раз, без сбоев и пропусков. С первого дня, с того момента, когда я увидел её на приёме, устроенном русскими продюсерами, купившими наш сценарий для адаптации в России.

Я помню, как мои руки, влажные от волнения, мяли рукав дорогого смокинга Эрика, пошитого ещё в те времена, когда его имя было гораздо известнее моего. Сейчас-то дело обстоит ровно наоборот. Я даже не слушал, что он мне говорил, хотя общий смысл был мне понятен – мне следовало моментально перестать портить хорошую вещь, проявить немного наглости и подойти к Анне, пользуясь тем, что на неофициальной части мероприятия всей съёмочной группе были представлены сценаристы, чья история и должна была лечь в основу нового русского сериала. Но я не мог. Она была слишком ослепительна, ее точёные белые плечи вскипали из нарядного бирюзового платья, как пена из обрушившейся на берег волны. Я словно присутствовал при рождении Афродиты, и чувствовал себя муравьём, ставшим свидетелем этой сакральной сцены не по своей воле. Я смотрел на неё и не мог оторваться, каждую секунду очень чётко осознавая, что оскорбляю её совершенство своим чересчур пристальным вниманием.

По дороге домой Эрик, будто между делом, посоветовал мне поговорить с Кайсой, как только она вернётся в Стокгольм. И это был первый раз, когда я отказался. “Это не любовь” – краснея, сказал я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.