Прожить «Пятницу»
Максим Воробьёв

«Что произойдет с человеком, если официально дать ему возможность жить вторую жизнь один день в неделю?»

© Максим Воробьёв, 2025

ISBN 978-5-0067-0303-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Июль 2028

Макс стоял у озера и молча смотрел на горизонт. Запах смолы напоминал ему детство, летний лагерь. Тогда Макс был по-настоящему счастлив, впервые чувствуя не только полную свободу, но и самостоятельность. Сейчас Макс лишь жадно вдыхал сосновый воздух – угроза войны миновала, и он просто наслаждался спокойствием.

– Макс, ты что, завис? Проверь угли, – вернул его к реальности Александр.

– Прости, что-то задумался. Мозг – классная штука. Оставляет только приятные воспоминания. У меня последние месяцы как будто стерлись из памяти, со всем этим страхом, что в любой момент в нас может прилететь ракета. А запах смолы напомнил, как мы в лагере на дискотеке под System of a Down головами трясли, – сказал Макс.

– Как раз в ту смену у вожатых гитару подрезали, начали бренькать. Классное время было! – поддержал Александр.

– Как думаешь, что нас ждет? Все так изменилось. Я уже не понимаю, кто прав, кто виноват, – Макс помотал головой и сделал глоток пива.

– Решать не нам. Нам, как всегда, адаптироваться, – Александр так и не дождался, пока Макс займется углями, и сам подошел их потормошить.

– Они там уже нарешали! Пол-Франции разнесло к чертям, со всеми их круассанами, лягушками и «Месье, же не манж па сис жур», – немного завелся Макс.

Лиза незаметно подкралась сзади.

– Ребята, ну хватит! Я и так спать спокойно не могу, давайте хоть сегодня без этого.

– Она на самом деле ворочается всю ночь! – усмехнулся Макс и в шутку подтолкнул жену.

– Не смешно, муженек! Вот сегодня Сашиной дочери годик исполнился, нашему Костику недавно два было, а скольким детям во Франции в этом году уже не исполнится ни сколько? – губы Лизы задрожали.

Она часто переживала из-за ситуаций, на которые не могла повлиять. Не счесть, сколько вечеров Макс наблюдал ее зеленые глаза, в ужасе бегающие по новостным лентам. И каждый раз пытаясь отвлечь жену, он, в конце концов, повторял примерно одно и то же: «В нашей семье все хорошо».

– Лиз, хватит, мы вместе, живы, и все закончилось. Пойдем к остальным поздравлять Нику.

Все самое страшное произошло год назад. Правительства мировых держав заигрались со своими амбициями, по всей планете разгорелись локальные конфликты, и не нашлось другого выхода, кроме как запугивать друг друга ядерным оружием. Деньги отошли на второй план. Умы затмевала жажда власти, глобального лидерства. До третьей мировой войны оставалось рукой подать. И случилось то, что боялись предсказать даже псевдоаналитики-пропагандисты. Две ядерные ракеты все-таки полетели навстречу друг другу. Сотни тысяч мирных жителей заплатили страшную цену за препирательства отлично знакомых стариков, регулярно и лицемерно жмущих друг другу руки.

Но тем и хороша история, что ее невозможно предсказать. Произошедшее настолько сильно ударило по сознанию и кошелькам этих самых стариков, что они, наконец, осознали, что вся власть мира не нужна, если ты уже мертв.

Повсеместные протесты, беспорядки, забастовки. Экономика большинства стран летела в пропасть. У властей не осталось выбора, кроме как договариваться. Мир словно прозрел. Целые армии складывали оружие во всех боевых точках планеты. Демонстрации «за мир без войны» очень скоро стали насчитывать сотни тысяч человек.

Лидеры приступили к переговорам, которые дали миру больше, чем пара предыдущих столетий. Приняли единую валюту, полезные ископаемые, независимо от места их добычи, признали достоянием всех стран. Даже в Ливийской пустыне, наконец, раскопали воду и перестали искусственно сдерживать развитие континента. По сути, границы стерлись, делить было больше нечего. Для сплочения человечества власти предложили программу льготного переселения. Каждому, согласившемуся на участие в ней, предоставляли кредит под два процента на открытие бизнеса, развитие сельского хозяйства или любую образовательную деятельность на территории чужой страны. Но для того чтобы план нового единого государства заработал, а культуры переплелись и дали толчок к развитию технологий, медицины, искусства, должно было пройти еще много времени.

                                           * * *

Спустя полгода реформы стали давать свои плоды. На Кавказе появились испанские фермы для производства хамона, норвежцы открыли в Сибири лыжные школы, а португальцы стали выращивать на юге России виноград – для своего знаменитого портвейна. И для закрепления успеха повсеместно ввели четырехдневную рабочую неделю. Власти посчитали, что дополнительный выходной позволит людям больше общаться со своими новыми соседями, учить язык, познавать культуру.

Мир, наконец, выдохнул и начал жить спокойно.

Однако людские пороки, как и организованная преступность, никуда не исчезли и так же переместились с континента на континент. Влиятельная американская байкерская группировка «Steel phoenix MC», замешанная в торговле оружием, открыла свои филиалы в Москве и еще двух крупных русских городах. Все как в Америке – под прикрытием законных автосервисов и стриптиз-клубов.

Москва, где жил Макс с семьей, ожидаемо привлекала большинство желающих переехать в Россию. Крупные города всегда легче справлялись с наплывом иностранцев, чем провинции. Они и до войны были многонациональны, только раньше многонациональность определялась в рамках одной страны, а после объединения границ десятки тысяч смельчаков, соблазнившись низкими ставками, сменили локацию. Конкуренция выросла в несколько раз. И фирма, в которой работал Макс, эту конкуренцию категорически не выдерживала.

На руках у Макса оказались двухлетний сын и жена с затянувшейся послеродовой депрессией.

Два с половиной года назад все складывалось идеально, если не обращать внимания на геополитику. Лиза была на последних месяцах беременности, а уровень дохода стабильно рос. Поверив в себя и скопив на первоначальные взносы за квартиру и машину, Макс влез в кредиты. Все казалось логичным. Во-первых, семье с ребенком желательно жить на своей жилплощади и не зависеть от арендодателей. Мало ли что им взбредет в голову. А во-вторых, маленького ребенка намного безопаснее, быстрее и комфортнее возить на личном транспорте, а не на общественном.

Последний год все изменил не только в мире, но и в этой семье. Проблемы на работе сильно ударили по кошельку.

– Купи подгузники после работы, – попросила Лиза сонным голосом.

– Может, ты уже научишь его не писать в штаны? Два года уже этому ссыкуну! – недовольно ответил Макс, которого злила любая необходимость покупок чего-либо.

– А, может, ты уже начнешь зарабатывать на эти подгузники и не будешь учить меня, что с ребенком делать? – огрызнулась Лиза.

– Я делаю что могу! Ты же знаешь, что мы сейчас две трети зарплаты отдаем за кредиты, а еще коммуналка, интернет, а этому зассанцу постоянно нужна новая одежда, он вырастает из всего за три месяца, – Макс попытался сгладить ситуацию.

– Надо было думать об этом, когда ты настаивал завести ребенка. Я хочу быть отцом! Огурцом ты быть не хочешь, отец? А еще у тебя теперь жирная жена, нет денег ни на что и постоянно орущее наказание? – из глаз Лизы брызнули слезы, которые она даже не пыталась спрятать.

– АААА!!! – закричал Макс. – Да сколько можно?

– Иди отсюда на свою долбаную работу! – уже вовсю ревела жена.

– Лиза, ну прекрати, я что-нибудь придумаю, и никакая ты не жирная! Ты уже пятнадцать килограмм сбросила, – поняв, что криком делу не помочь, начал успокаивать Макс.

– Нет, мне еще десять надо. Разнесло, блин, как корову. И купи эти хреновы подгузники, – взяв себя в руки, еще раз напомнила Лиза.

Макс, не снимая обуви, подошел к ней и обнял, прижав ее голову к своей груди.

– Все наладится. Обещаю, сегодня поговорю с шефом о прибавке к зарплате. И нужно вторую работу найти. Может, в такси пойти? – гладя Лизу по волосам, тихо предложил Макс.

Оба почувствовали, как за ноги их щипают маленькие ручки.

– Писька, – прошепелявил Костя и поставил перед ними горшок, в который он только что первый раз пописал.

Лиза заулыбалась, а Макс вытер ей слезы.

– Все, мне правда пора.

– До вечера, мы тебя любим! – шмыгнула носом Лиза.

                                            * * *

В тот день Макс выбил прибавку к зарплате. Он был на хорошем счету на работе. Но пара следующих месяцев показала, что и этих денег не хватает.

Продавать надоевшие ему за столько лет ревизионные люки только на «территории» России, означало медленно загнуться в водовороте пришедших со всего мира компаний. Нужно было искать выход на мировой рынок, и единственной проблемой оставалась логистика. С появлением общего экономического пространства предложение выросло, а спрос остался тот же. Объем продаж падал, и компенсировать его можно было только открытием филиалов со складами и отделами продаж на других «территориях». Крупнейшие компании, они же крупнейшие налогоплательщики, заручились поддержкой «территориальных» управлений, ставших аналогами довоенных правительств. А вот небольшим фирмам, вроде той, в которой работал Макс, приходилось выгребать самим.

– Максим, я два месяца назад прибавил тебе оклад на тридцать процентов не из жалости, а потому что верю, что ты вытащишь нас из этой задницы. Шевели мозгами! Если мы не придумаем, как поднять продажи сейчас, то через полгода у нас обоих будет ноль процентов оклад и ноль процентов премия, – уравновешенно, но с давлением в голосе сказал Виктор.

– Нужно филиалы открывать в Америке и Франции, – сдерживая эмоции, ответил Макс.

– Согласен. На восстановление Франции много сейчас денег вливают. А Америка, понятное дело, самый емкий рынок мира. Только как мы это реализовывать будем? Более крупные конкуренты лезут туда с господдержкой, а у нас одни затраты на логистику сожрут всю маржу, и цена будет не интересна местным подрядчикам, – сложив руки на груди, заключил Виктор.

– Да, в России частенько можно было людей на откат подсадить, а там у них эти схемы не прокатят, – нервно усмехнулся Макс. – Ладно, проблема понятна, буду думать.

– Да уж, постарайся. На одной нашей «территории» мы с такими продажами года два протянем максимум, а дальше пойдем сувениры продавать нашим новым согражданам, – серьезно сказал Виктор и вышел из кабинета.

По пути домой Макса разрывали изнутри бессилие и злость. Бесило абсолютно все! Каждая машина в городском потоке. Один ехал слишком близко, второй тормозил, третий врубил долбаный сабвуфер так, что у Макса в машине вибрировали стекла. А еще накрывала дикая усталость от всего произошедшего за последние годы. Он с утра до ночи пытался обеспечить семью всем необходимым, но все заработанные деньги продолжали утекать как песок сквозь пальцы. Не спасала даже подработка в такси по выходным. К тому же Макс понимал, что Лизе было не легче – два года в четырех стенах малюсенькой квартирки с утра до ночи вытирать какашки. Кормить, гулять, готовить, мыть. И каждый новый день очередной «день сурка».

У дома Макс заглушил мотор, но из машины не вышел, а лишь тяжело выдохнул и замер, уткнувшись в одну точку. Последнее время он часто так «зависал». Словно мозг пытался спасти его от гнетущей реальности.

– У вас все хорошо? – постучала в окно соседская бабулька.

– Да, а что? – удивился Макс.

– Вы уже давно сидите и не двигаетесь. Я тут с собачкой гуляла, обратила на вас внимание. Подумала, вам нехорошо, – участливо пояснила бабушка.

– Извините, спасибо за беспокойство, – смущенно ответил Макс и заторопился домой.

Один вечер в неделю Макс выделил для сына. И этот вечер был сегодня.

– Как дела на работе? – спросила Лиза, только лишь Макс переступил порог.

– Ничего нового, болото, – снимая обувь, ответил Макс, – думаем, каким образом нашу продукцию в Европу и Америку продвинуть.

– Придумали? – усмехнулась Лиза.

– Все не так просто. С одной стороны, границ и пошлин теперь нет. Ну, точнее есть, но сейчас все сильно проще. А с другой стороны, как логистику выстроить? Если честно, я не хочу говорить о работе, зачем тебя этим грузить? Лучше расскажи, что у вас интересного? – сбивчиво затараторил Макс.

– Да, как всегда. Поели, погуляли, поели, поспали, теперь, вон, бегает, кота гоняет.

В этот момент в узенькую прихожую с бешеными глазами вбежало обезумевшее животное, а за ним Костя с игрушечной хоккейной клюшкой.

Макс поймал сына, поднял над головой и немного подкинул. Тот задорно засмеялся.

– Кота бю, – деловито заявил Костя.

– Не обижай маленьких, сынок, – сказал Макс, чмокнув сына в щеку.

– Можно я сегодня с подругами схожу в кафе? – с трудом выдавила Лиза.

– Что за вопрос? Конечно! Я понимаю, тебе надоело сидеть одной, как в темнице. Хочется к настоящим, живым людям, а не к этим, из телевизора. Тем более завтра пятница. Не зря же нам новый выходной придумали. Поспишь с утра, а я попозже таксовать поеду, – быстро сообразил Макс.

– Я деньги тратить не буду, – скромно сказала Лиза. – Девчонки приглашают.

– Да у нас и нету! – засмеялся Макс.

– Грустные шуточки вообще-то, – заметила Лиза.

– Ладно, ты сходи, отдохни с подружками, а я пока погуляю с Костей и подумаю в относительной тишине, что же мне все-таки с работой делать. Меня, кстати, Александр тоже зовет завтра в бар. Давай сегодня ты, а завтра я, – предложил Макс.

– Как я устала, что мы не можем отдохнуть вместе. Помнишь, как нам было хорошо раньше? Я очень люблю сына, но мы же вообще теперь не проводим время вдвоем, – Лиза подошла и обняла Макса вместе с сидящим у него на руках Костей.

– Прорвемся. Всегда прорывались. Все будет хорошо, – уверенно сказал Макс.

                                            * * *

Лиза вернулась домой, когда Макс уже спал, уткнувшись носом в макушку Кости. Она некоторое время просто стояла и смотрела на мужа и сына, не чувствуя, что по щекам текут слезы. Как они будут жить дальше? На что? Смогут ли выбраться из этой ямы?

Утром Макс в очередной раз поехал таксовать. Подработку эту он ненавидел до глубины души. Путь от начальника отдела продаж до таксиста серьезно бил по самолюбию. Да что там бил? Макса буквально тошнило от своей ничтожности.

«Последний маршрут, и домой», – подумал он, принимая заказ в приложении.

В машину сели двое крупных мужчины с большой сумкой. Конечная точка маршрута была на окраине города.

– Не уезжай, мы на десять минут. Назад в центр отвезешь, заплатим нормально, а не по твоему счетчику, – скрипучим голосом сказал один из пассажиров.

Они сразу показались Максу неприятными, но деваться уже было некуда. По пути сначала закончились многоэтажки, потом и частный сектор. Спустя еще несколько напряженных минут Макс уже ехал по грунтовке в каком-то поле. Он не бывал здесь раньше. Кромешная тьма вокруг и тяжелое молчание двух подозрительных лиц на заднем сиденье делали ситуацию зловещей. Наконец, машина достигла финального флажка на карте.

– Здесь жди, – грубо приказал один, и оба, пыхтя, вышли.

Дорогу мужчины не оплатили.

Чуть поодаль виднелась постройка, то ли сарай, то ли коровник, а вокруг не было ни единого фонаря. Не находя себе места от волнения, Макс ритмично и быстро качал ногой, от чего вибрировала вся машина. Прошло около двадцати минут, и место стало казаться жутким.

– Твою ж мать, свалили, что ли? Заехал хрен знает куда, и назад теперь пустым тащиться, – подумал Макс, запуская руку в волосы. – Все, курю и уезжаю.

Макс заходил вокруг машины, озираясь по сторонам. Темнота давила. Луны не было. Внезапно тишину разорвал выстрел в сарае. Макс на секунду присел от испуга и помчался к водительской двери, не разгибаясь. Последовал второй выстрел, а спустя пару секунд из здания выбежал человек с двумя сумками.

Бухнувшись на водительское сиденье, Макс судорожно пытался попасть ключом в замок зажигания, но смог сделать это, лишь когда на заднее сиденье запрыгнул незнакомец с сумками.

– Move, Russian, move! – закричал он.

Времени на раздумья не оставалось. Макс рванул с места задним ходом. Из сарая, сильно хромая, вышел один из его недавних пассажиров, и, как показалось, с ружьем. Но Макс уже развернулся и отчаянно давил на газ, быстро переключая передачи.

– Move! – продолжал кричать незнакомец.

Вслед прозвучали два выстрела. Мимо. Макс гнал до первой заправки, уже в городе.

– Я пустой, смену откатал, денег дай! – в полном шоке сказал Макс.

– Ты мне жизнь спас, – на неплохом русском ответил незнакомец и бросил на переднее пассажирское кресло несколько купюр и визитку. – Позвони завтра, поговорим. Я – Рик.

– А я чуть не обделался! – безумно улыбнулся Макс.

– Позвони! – повторил Рик Максу, выходя из машины.

                                            * * *

После прогулки с сыном Лиза вспомнила, что ей нужно купить что-нибудь на ужин. В магазине она долго бродила между полок, пытаясь выбрать что-то подешевле.

– Нужен сыр, Косте на макароны потру, – размышляла она. – Еще гречку и вот эти сосиски по акции нужно взять.

Немного подвыпивший мужчина около кассы долго объяснял кассиру, какие ему нужны сигареты. В это время Костя взял коробочку с мармеладом и какой-то пустяковой игрушкой. Лиза вдруг увидела свою бывшую одноклассницу, с которой она не виделась со школы. Встреча не предвещала ничего приятного, в школе они не ладили. Лиза попыталась повернуться к ней спиной, но было поздно.

– Привет! – помахала рукой Нина, будто специально демонстрируя количество золотых украшений на пальцах и запястье.

Она вся лоснилась. В дорогой одежде, увешанная дорогими побрякушками, но, как и в десятом классе, с отвратительно безвкусным сочетанием всего этого.

– Привет, отлично выглядишь, – с трудом подобрала слова Лиза.

– И ты тоже, – неестественно протянула Нина.

Выглядела Лиза, на самом деле, не очень. Распущенные русые волосы, давно не бывавшие в руках хорошего парикмахера. Старая толстовка с потертым логотипом. Какие-то штаны, не по своей воле ставшие oversize и явно потрепанные, не раз стиранные кроссовки. Но она была все так же красива, как в школе. Немного пухлые губы, выразительные скулы и изумрудные глаза.

– Мама! – дернул Лизу Костя, держа в одной руке коробочку с мармеладом.

– Да, бери, – с раздражением ответила она и положила сладость на кассовую ленту.

– Ой, какой у тебя сыночек миленький, тяжело дался? – приторно улыбнулась Нина.

– Да, я была как колобок после родов! Зато сейчас уже полколобка. Работаю над собой дальше, – попыталась отшутиться Лиза, одновременно приложив карту к терминалу оплаты.

– Недостаточно средств, – противным голосом заявила кассирша.

Копеечный мармелад, который в последний момент схватил Костя, сделал ситуацию отвратительно неловкой. Лиза посмотрела на сына – васильковыми глазами, доставшимися от отца, он нетерпеливо всматривался в мармелад и уже тянул к нему руку.

– Простите, сосиски случайно здесь оказались. Наверное, сын бросил в корзинку, а я не заметила. Отмените их, пожалуйста, – попросила Лиза.

– Света, у нас отмена! – еще громче заорала кассирша.

– Ладно, я тогда не буду брать свое вино, они тут сейчас долго возиться будут, – надменно, как в школе, сказала Нина, – меня машина ждет. Рада была повидаться.

Нина тут же исчезла, а Лиза, через несколько минут выйдя из магазина, со злостью бросила пакет с гречкой на землю так, что он лопнул и содержимое разлетелось по всей улице. Бросила и разревелась.

– Не плачь, – робко сказал Костя, обняв маму под коленку.

– Все хорошо, сынок, не обращай внимания, – вытирая слезы, сказала Лиза.

Всю дорогу домой, сидя в коляске, Костя что-то лепетал про свою игрушку из пакетика с мармеладом, отчего на заплаканном лице матери все-таки появлялась улыбка.

                                            * * *

Приехав домой, Макс все еще был в шоке от инцидента со стрельбой. Костя уже спал. А Лиза сидела на кухне, тускло освещаемой светильником, и молча смотрела в пол.

– Еды нет, рассказывать не хочу, – обреченно сказала Лиза.

– Еда есть! – ухмыльнулся Макс и поставил на стол огромный пакет с различными вкусностями. – А я, наоборот, хочу рассказывать.

– Тебе, наконец, надоело честно зарабатывать? Кого-то ограбил? – вяло пошутила Лиза.

В ответ Макс рассказал свою жутковатую историю сегодняшнего вечера, а Лиза поведала свою, печальную.

– Я вина купил, после такого дня нужно немного выдохнуть, – предложил Макс.

– И, пожалуй, покурить, – согласилась Лиза.

– Ты же три года не курила, может, не надо? – попытался проявить заботу Макс.

– Может, и не надо, но сегодня хочется!

И они долго пили вино на лестничной клетке. Тихо разговаривали, смотрели на звезды сквозь грязное окно подъезда, иногда заглядывали в свою маленькую, но уютную квартирку, проверить, не проснулся ли сын. Вспоминали время, когда познакомились, как не могли часами напиться друг другом, как ездили на концерты любимых рок-групп, отдыхали на море и планировали семейную жизнь. Совсем не похожую на ту, что получили в итоге.

                                            * * *

Все утро Макс перебирал визитку Рика меж пальцев, словно четки. Вчерашнее приключение одновременно напугало и вырвало из привычной депрессивной рутины последних месяцев. Набравшись смелости, Макс все же позвонил Рику. Тот предложил встретиться в стриптиз-баре «Steel phoenix».

Немного нервничая, Макс приехал раньше назначенного времени. Рик не заставил себя ждать. Он зашел, словно в замедленном повторе. Коричневые сапоги, темно-серые джинсы и белая футболка под черной косухой. Бармен приветственно кивнул, а Рик в ответ показал два пальца, и на барной стойке тут же появились два стакана с виски. Макс с интересом наблюдал за происходящим, и когда Рик повернулся спиной, чтобы забрать виски, увидел на его спине огромную нашивку «Steel phoenix MC».

– Так это твой бар? – спросил Макс, пожимая руку.

– «Steel phoenix МС» – это мой байк-клуб, а этот стриптиз – просто наш бизнес. Один из… – пояснил Рик.

– Здесь очень, как бы сказать, атмосферно, – с трудом подбирая слова, выдавил Макс.

Несколько секунд Рик молча смотрел на своего вчерашнего спасителя пронзительными, как сталь, глазами, поглаживая рукой по небольшой бородке. Повисла напряженная пауза. Рик запустил руку в свои почти белые волосы и, наконец, прервал молчание.

– Давай сразу к делу. Часть моего бизнеса заключается в том, что я доставляю грузы в Европу. А оттуда уже отправляю в Америку. И сейчас мне нужны толковые водители. Вижу, ты не из робких, можешь мне подойти. Да и по глазам ясно, что никакой ты не таксист, – почти без акцента объяснил Рик.

Макс тут же понял, что это его шанс. Пазл в голове сложился мгновенно.

– А три водителя тебе не нужны? Все надежные. Понимаешь, я как раз ищу выход в Европу и Америку для сбыта того, что производит моя фирма. Просто здесь, после наплыва иностранных конкурентов, с продажами совсем грустно стало. Мы возим общие грузы по твоим маршрутам, а я размещаю свой товар на твоих складах. Товар в ящиках, металлические люки в основном. Места не много занимает. Транспортные расходы пополам, хранение на твоих площадях бесплатно, – затараторил Макс.

– Металл? В ящиках? Да, похоже, что наша встреча – это судьба, – довольно засмеялся Рик. – Будут тебе клиенты, где там нужно, только производить успевай. У меня есть пара знакомых. Они с радостью вернут мне должок. Сделают так, чтобы твой товар пользовался спросом у местных подрядчиков.

– Я готов с понедельника! – загорелись глаза у Макса.

– Всему свое время. Скоро с тобой свяжется мой человек, все подробно объяснит, – успокоил Рик, залпом выпив свой виски. – Твое здоровье!

Рик так же плавно вышел из бара, как и появился в нем, а Макс еще несколько минут просидел за столом, пытаясь переварить открывающиеся перспективы. Он привык спокойно выстраивать стратегию продаж, не поддаваясь необоснованному оптимизму, но в этот раз чувствовал приближение большого успеха.

                                            * * *

Преисполненный оптимизма, Макс примчался домой. Он давно не позволял себе расслабиться, но открывающиеся перспективы, приправленные парой сотен граммов виски, быстро спутали его сознание. Он бросил взгляд в детскую кроватку, где мирно спал сын, и направился к Лизе, которая задумчиво попивала чай на кухне, листая ленту новостей в телефоне. Обняв жену сзади, почти повиснув на ней, Макс прошептал:

– Наконец все изменится!

– Отстань, ты пьян, – недовольно сказала Лиза.

– Я нашел выход на мировой рынок! – громко прошептал Макс, пытаясь таким образом не разбудить сына.

– Ты его в баре нашел? – ухмыльнулась Лиза.

– Ну да, тот парень, которого я спас с сумкой денег, предложил мне работу. Он какой-то важный делец. Подробностей я пока не знаю, но мы получим бесплатные склады и дешевую доставку в Европу. Я заработаю на своей фирме, и плюс мне еще этот Рик платить будет, – возбужденно тараторил Макс. – А еще… еще… снимай трусишки.

– Как же мне надоело на кухонном полу на пледе трахаться, как подростки на вписке.

– Лиза, скоро все будет, как мы мечтали, обещаю. Нормальная квартира с детской и спальня для нас с огромной кроватью. Скоро все будет лучше, чем сейчас…

И «лучше» на самом деле наступило.

Рик свел Макса с крупными, на удивление, сговорчивыми застройщиками в Польше, Франции и Америке. Макс доставлял для них свой товар на склады Рика, а после «ночной переупаковки», в которой водители не участвовали, развозил по назначенным адресам. Макс не задавал вопросов, а клиенты платили вовремя. Всего за год и фирма, и семья Макса крепко встали на ноги. Макс погасил кредиты. Рик каждый месяц передавал небольшой конверт со значительной суммой, на котором неизменно писал: «Move, Russian, move!»

                                            * * *

Сентябрь 2029

– Ну как тебе? – Лиза красовалась перед зеркалом в коротком облегающем красном платье.

– Шикарно, страшно одну отпускать, – равнодушно ответил Макс, развалившись на диване.

– Вот и грустно, что одну. Мы уже сто лет вместе не отдыхали. Я иногда смотрю старые фотки, мы там такие беззаботные, – сказала Лиза, рассматривая себя со всех сторон в зеркале.

– Ты хочешь сказать, свободные? – зло усмехнулся Макс.

– Ну да, мы куда-то всегда стремились, дома почти не появлялись. А теперь только по очереди куда-то можем пойти. Словно график дежурств, – сокрушалась Лиза.

– А мне и дома с сыном нормально. Я не хочу никуда. Да и вообще какая-то апатия ко всему. Вот вроде все налаживается, но ничего не радует по-настоящему. Кроме твоей похудевшей попы, – Макс потянулся с Лизе, чтобы ущипнуть ее.

– Ну хватит, – не без удовольствия от услышанного комплимента Лиза увильнула от Макса.

В этот момент раздался звонок в дверь.

– Это девчонки за мной заехали, – сказала она и побежала открывать дверь, даже не взглянув в глазок.

На пороге стоял Рик. Его тяжелый взгляд гладил Лизу, словно кошку, от локонов волос, спадающих на глаза, вдоль облегающего платья, до черных туфель на высоком каблуке.

– Вы к Максиму? Проходите, – потерявшись под томным взглядом Рика, сказала Лиза и вышла.

Закрыв за собой дверь, она на пару секунд остановилась, с удивлением почувствовав легкий холодок по спине. Ноги стали ватными, словно в школьные годы, когда самый красивый мальчик пригласил ее на танец на выпускном.

– Ты не говорил, что у тебя такая красивая жена! – пройдя в квартиру, восхитился Рик.

– Я тебе и свой адрес не говорил, – немного напрягся Макс.

– Да успокойся, я умею доставать нужную информацию. Мы ведь можем говорить при твоем сыне? Он нас не сдаст? – пошутил Рик, кивнув на Костю, играющего на полу в машинки.

– Давай все же выйдем на балкон, – предложил Макс.

– Знаешь, почему я так хорошо знаю русский? – неожиданно спросил Рик.

– Хочешь, чтобы я спросил почему? – ухмыльнулся Макс.

– Да я сам расскажу! У меня бабушка из России. Приехала в Америку совсем молодой, в театре играла. Я уж не знаю, что у нее там с театром не вышло, но сказки рассказывала, словно на представление попадаешь. Вот по ним меня языку и учила потихоньку. Не хотела корни забывать. Я лучше всего про Колобка запомнил, – объяснил Рик.

– Да ладно, – удивился Макс.

– Вообще, это ужас какой-то! Круглый пирог, который всех обманул, а потом его все равно Лиса сожрала. Мрачные у вас сказочки, конечно. Вот скажи, почему вы, русские, такие депрессивные? – все дальше отходил от темы Рик.

– Это только так кажется… – серьезно ответил Макс, не понимая, к чему ведет этот разговор.

– Нет, ну посмотри на себя. Год назад ты работал в такси, а сейчас, я слышал, собираешься квартиру новую покупать, жена красавица, ребятенок вон бегает, а рожа у тебя все равно такая, словно умер кто-то, – сказал Рик.

– Ты к чему все это? – раздраженно спросил Макс.

– Я уезжаю домой. В Америку. А ты делай все, как мы прежде. Мои клиенты вашим товаром довольны. Еще несколько месяцев – и будете возить им напрямую, без нашей «переупаковки». Держи, назовем это твоей премией, – Рик вложил Максу в руку туго набитый бумажный пакет.

– Хорошо, – покорно сказал Макс.

– Может, еще пересечемся. И Александру передай часть моей благодарности, которую посчитаешь нужной. Он у вас самый толковый водитель. Ну все, мне пора, – Рик крепко пожал руку Макса, а затем быстро покинул квартиру.

Макс тут же дал волю эмоциям. Подхватил на руки Костю и закружился в каком-то совершенно нелепом танце, чем сильно развеселил сына. Эйфорию вызвал не пакет с деньгами. Макс радовался, что отладил каналы сбыта товара, а нелегальная составляющая бизнеса исчезала его жизни. Можно снова будет спокойно спать по ночам.

Макс написал жене сообщение и пошел купать сына.

– Тебе сообщение пришло, пока ты в туалете была, – сквозь шум караоке-бара сказала Алина.

Лиза взглянула в телефон, и ее глаза тут же загорелись.

«Завтра едем оставлять залог за ту квартиру, о которой ты мечтала! Я нашел недостающую сумму!»

Глава 2

Май 2031

Прошло полтора года. Нации активно перемешивались, а редкие протесты националистических группировок легко подавлялись местными правительствами. Четырехдневная рабочая неделя приносила свои плоды. Мир менялся и был настроен на конструктив и созидание.

По четвергам на центральных прогулочных улицах города бурлила жизнь. У когда-то переехавших иностранцев уже подрастали дети. На этих юных гражданах, как на клею, держалось новое общество. Дети адаптировались быстрее взрослых, легко налаживая между собой контакт, начиная от песочниц и заканчивая темными лавочками в скверах и парках.

Семейная жизнь Макса не менялась. И это его устраивало. Неделя была расписана почти поминутно. Каждый будний день, сразу после работы, Макс отвозил ребенка на футбольные тренировки или занятия по английскому языку, а сам в это время ездил в магазин за продуктами по списку, подготовленному женой. Вечером был ужин в семейном кругу, вечерний туалет и примерно час на сериал или книгу. В таком довольно скучном графике пролетала неделя за неделей. По четвергам, поздним вечером, Макс позволял себе выпить пива: в одиночку, под хороший фильм или просмотр футбольного матча. Лиза же в четверг вечером уезжала на сутки к своей подруге Алине. Их женские посиделки всегда представлялись Максу какими-то таинственными, хоть, естественно, таковыми и не являлись. За девять лет брака у Макса не появилось ни одного повода для ревности. Впрочем, как и у Лизы. Костя же это время проводил у бабушки, которая спустя четыре года после рождения внука, наконец, решила поучаствовать в его жизни и воспитании.

В такие одинокие пятницы Макс максимально четко понимал, что молодость вместе с задором и желанием сотворить что-то безрассудное ушла безвозвратно. Осознание скучной взрослости ярко проявлялось как раз отсутствием желания реализовывать эти самые безрассудности.

– Я же хотел еще со вторника собрать народ с работы в пейнтбол сегодня поиграть, а в итоге сижу дома и стреляю зомби на компе, – разочарованно подумал Макс. – Как там, интересно, дела у Кости и Лизы?

Любовью Макс считал именно это чувство постоянной нехватки близких людей, как только они оказываются не рядом, заботы о них и ответственности. И пусть эта любовь могла показаться скучной, но Макса она прельщала гораздо больше, чем свобода юных лет, которая шла рука об руку с опустошением и одиночеством в холодной постели после шумных вечеринок.

Музыканты заурядных групп, в одной из которых Макс играл тогда, редко пользовались успехом у девушек. И мало кто из них приходил после концертов на жуткие тусовки с литрами алкоголя. Видимо поэтому еще тогда Максу так опостылело одиночество, что он был готов завести семью, как только встретит подходящую девушку. И когда он на два часа застрял в лифте с Лизой, то, выйдя из этого плена, твердо был уверен, что когда-нибудь она станет его женой. Эти два часа в замкнутом пространстве с незнакомым мужчиной стали переломными и для Лизы. Несмотря на свою привлекательность, она страдала от неуверенности. Сальные комплименты и шуточки одногруппников, соседей и прочих ухажеров только смущали Лизу, а не приближали их к ее сердцу и тем более постели. Макс казался совсем другим. Уже на пятой минуте знакомства он рассказывал о количестве подтекстов в творчестве русских поэтов и утверждал, что русский рок идет по тому же пути в построении своих песен. Дальше в ход пошли рассуждения о вероятности существования мультивселенной, загадках древних цивилизаций и конспирологические теории вперемешку с мемами о котиках. Никто и никогда доселе так не обволакивал, не уносил Лизу в другие миры, а тем более на застрявшем между этажей лифте. В нем они оба и поняли, что идеально подходят друг другу. Но, не обменявшись телефонами, снова встретились только спустя два года.

И теперь, через столько лет, в своем настоящем Макс чувствовал себя счастливым человеком. Скучным, но счастливым. Особенно сейчас, когда все наладилось в мире и кошельке.

И вот однажды, в абсолютно не примечательный четверг, Макс по обыкновению открыл глаза с первыми звуками будильника. Костя, как всегда, посапывал между родителями, закинув ногу на папу. Каждую ночь, поспав всего пару часов в своей кровати, он сквозь сон шлепал босыми ножками по ламинату в постель к родителям с подушкой в руках.

Так продолжалось целый год, с тех пор как они переехали в новую квартиру. Косте уже исполнилось пять лет, а он все еще путешествовал ночами между комнатами. Макс с Лизой настолько привыкли к этим ночным перебежкам, что даже скучали, когда сын ночевал у бабушки. Хорошие родители ведь и отличаются от плохих отсутствием чувства безрассудной свободы в момент, когда их ребенка нет рядом с ними. Такие родители уже никогда не смогут на трое суток зависнуть не пойми где с друзьями и не думать каждые пару часов о своем чаде, даже если оно под присмотром у любящей бабушки. Наверное, это и есть ответственность взрослого человека. Любить кого-то больше самого себя.

Лиза работала из дома, продвигая продукцию фирмы Макса на маркетплейсах, которые продолжали вытеснять с рынка старомодные магазины с прилавочной торговлей. Она долго подбирала себе работу, чтобы не приходилось куда-то ехать, впопыхах собираться, краситься и, что больше всего ее пугало – делать все это в шесть утра.

Макс каждое утро оставлял жену и сына спящими, а сам потихонечку, чтобы никого не разбудить, отправлялся на работу на своей новенькой Toyota Highlander. Надежной, как его семья.

Но не сегодня. Неделю назад Макс сдал машину в сервис – поменять задний бампер, в который въехал очень древний дедушка на чуть менее древнем, чем он сам, автомобиле. Макс решил не вызывать такси. Погода отличная. Захотелось прогуляться и впервые за несколько лет проехаться в метро. Наушников с собой не было, поэтому пришлось коротать время, разглядывая разнообразных пассажиров. Как назло, ни на одном человеке в его вагоне нельзя было задержать взгляд.

«Ну и куда же прячутся все эти приезжие иностранцы по утрам?» – подумал Макс.

Контингент был абсолютно предсказуем. От скуки и неспешного покачивания на рельсах Макс понемногу начал проваливаться в сон, который еще до конца не убил утренний чай.

Вагон вдруг пошатнулся, вернув соню в сознание. У дверей лицом к выходу стояла девушка. Невысокая, с черно-оранжевыми дредами, собранными в пальму на макушке, и стройными ногах в черных джинсах с разрезами на коленях. Руки девушки покрывали разнообразные татуировки, гармонично дополняющие друг друга.

Макс не мог не обратить на нее внимания, но еще больше удивился, когда девушка обернулась. Кира. Они выступали на одной сцене много лет назад. Кира уже тогда считалась рок-звездой, колесила по всей стране с концертами и была широко известна в уже не очень узких кругах. В тех самых, в которых вращался Макс.

На том концерте их группы получили общую гримерку, что сильно огорчало Киру, уже избалованную рано пришедшим успехом.

– Нас что, кто-то разогревает? – недовольно спросила она у своих музыкантов, делая вид, что не замечает Макса и его группу в паре метров от себя.

– Ну да, вот эти парни, – ответил гитарист Киры, показав на Макса и его друзей. – Нормальные парни, я их на чеке послушал, музон качает. И завязывай теперь на всех наезжать, они хотя бы гитары настраивать умеют и не бухие в слюни, как те придурки на вчерашнем концерте!

– Не напоминай, – поморщилась Кира и вышла из гримерки.

– Все нормально, парни, она молодая еще, первый раз в туре, звездит немного. Хотя отчасти это понятно, вокал у нее просто инопланетный, – восхитился гитарист.

На концерт все билеты были проданы. Группа Макса ярко отыграла свою программу и выпивала в баре на втором этаже клуба. Несмотря на хороший прием публики, они понимали, что большинство пришли на группу Киры.

– Ладно, парни, я спущусь, посмотрю, как профи играют, – сказал Макс.

– Посмотрит он, поди пошел яйца подкатывать к этой певичке. Видел я, как ты на нее пялился, – пьяным голосом на ухо Максу прошипел барабанщик.

– Да отстань ты, не усни тут лучше, как в прошлый раз, – отшутился Макс и вышел из-за стола, а про себя подумал: «А может, и подкачу, если шанс предоставится!»

Выступление Макс пошел смотреть не из зала, а из-за сцены. Концерт был удачным, Кира, как всегда, великолепна. Во время одной из пауз между песнями она быстро забежала за сцену, схватила первую попавшуюся бутылку воды и, сделав пару глотков, с отвращением выплюнула прямо на пол.

– Твою мать, что это за дрянь? – закричала Кира.

В бутылке барабанщик группы Макса оставил разбавленный спирт. Он за каким-то чертом вечно таскал его с собой с формулировкой «пригодится».

– Водички? – протянул Макс другую бутылку.

Кира начала жадно пить воду, молча одними глазами поблагодарив Макса. И тут же побежала на сцену.

Они оба почувствовали, что между ними промелькнула искра. Набравшись смелости, Макс решил дождаться Киру после концерта и немного пообщаться. Он никогда не создавал себе кумиров из известных музыкантов, но, чтобы оказать знак внимания, решил взять у Киры автограф.

После окончания концерта Кира со своей группой не спешила покидать клуб. Они веселились и немного выпивали за сценой в честь окончания гастрольного тура.

– Простите, что отвлекаю, а можно ваш автограф? – немного робко вмешался Макс.

– Смотрите, какой скромняжка! – заржал пьяный басист.

– Не слушай его, где расписаться? – поинтересовалась Кира, надвинув кепку басисту на глаза.

– А можно на ремне, маркером? Он матерчатый, не сотрется, буду с собой носить, – предложил Макс

– Гы-гы, рядом с самым ценным! – снова заревел из-под кепки басист.

– Да заткнись ты уже! – с этими словами Кира влепила звонкий подзатыльник своему напившемуся музыканту.

Она подошла вплотную к Максу, расстегнула его ремень, глядя прямо в глаза, затем медленно опустилась на колени и оставила свой автограф под восторженные крики и свисты всей группы.

Макс в шоке вылетел из гримерки. Ему хотелось немедленно поделиться произошедшим с кем-то из своих друзей, но разговаривать было уже не с кем. Вокалист уехал со своей девушкой домой, а гитарист и барабанщик перешли в стадию «Ты меня уважаешь?». Максу ничего не оставалось, кроме как заказать еще пива и пойти смотреть на последнюю выступающую сегодня группу. И когда Макс потянулся к двери, которая вела в концертный зал, эту дверь изнутри ногой открыла Кира, выбив пластиковый стакан из его рук. Все содержимое, конечно же, выплеснулось на лицо и грудь начинающего музыканта.

– Ой, опять ты, – веселым и немного пьяным голосом засмеялась Кира, – теперь, похоже, тебе нужна водичка?

– Ага, умыться не помешало бы, – усмехнулся Макс.

– Эх, не панк ты, а то был бы рад пивом умыться! Что стоишь, теперь растерявшись? Пойдем тебя мыть, – продолжала улыбаться Кира. – Только в мужской туалет, а то в женский вечно очередь.

– Да я просто выкину эту футболку, у меня в рюкзаке в гримерке сменная есть, я всегда на концерт беру, – сказал Макс, снимая футболку.

Год назад он начал ходить в спортзал и, будучи в неплохой физической форме, был рад покрасоваться перед Кирой. Это казалось ему продолжением флирта, начавшегося с автографа на ремне.

– Ух, да у нас тут фитоняшка! – ткнула пальцем в пресс Макса Кира.

– Занимаюсь немного, – наигранно смутился Макс.

Кира не страдала от скромности, а виски с колой вообще отбили остатки смущения. Оказавшись в туалете с человеком, с которым познакомилась всего несколько часов назад, она взяла залитую пивом футболку, промыла ее под струей воды и принялась водить по груди Макса. Макс смотрел на Киру, не отводя глаз. Когда между их губами осталась всего пара сантиметров, Кира положила одну руку на голый торс Макса и посмотрела в его глаза.

– Другого шанса меня поцеловать у тебя не будет…

                                            * * *

И вот сегодня, узнав Киру, спустя четырнадцать лет после того концерта Макс смущенно опустил взгляд. «Как правильно поступить? – размышлял он. – Окликнуть, поздороваться? А вдруг она меня не помнит? Глупо получится. Все же столько лет прошло. Сделать вид, что не вижу ее, может быть, она скоро выйдет из вагона, не заметив меня? Черт, я все такой же нерешительный, как на том концерте».

Эти сумбурные мысли прервал резко затормозивший поезд. Вагон качнуло из стороны в сторону, и Кира, потеряв равновесие, упала прямо на Макса, развеяв все вопросы в его голове.

– Вот так сюрприз! Мне кажется или мы именно на этом остановились лет десять назад? – весело засмеялась Кира, нисколько не смутившись.

– Тринадцать, – растерянно ответил Макс.

– Рада тебя видеть. Ты такой, такой… – задумалась Кира, – другой!

– Да, я остепенился немного, а ты? – спросил Макс.

– А я тебе потом все расскажу. Напиши в сети, найди меня. Давай вечером встретимся, вспомним тот концерт. А то мне сейчас нужно выходить, – быстро сказала Кира, все это время не вставая с рук Макса.

После этих слов она выбежала из вагона, оставив Макса в странном состоянии между прошлым и настоящим.

И то, и другое Максу нравилось. А вот это пресловутое «между» было очень сложным периодом перелома в его жизни. В юности он видел себя только в рок-группе. Но пять лет безуспешных попыток пробиться на большую сцену разбили мечты о полных залах и ликующих фанатках. Группа разбежалась по «взрослым жизням», не добившись ничего. И Макс остался наедине со своей бас-гитарой, разбитой мечтой и начальной стадией алкоголизма. Спустя полгода бессмысленного прожигания жизни и ежедневных попоек любимая гитара полетела с девятого этажа съемной квартиры, чуть не убив проходившую мимо Лизу. Да-да, ту самую Лизу, с которой он случайно застрял в лифте два года назад. Видимо, у вселенной были планы на эту парочку. Макс побежал к подъезду извиняться, попутно собирая обломки гитары. А затем они проговорили до двух часов ночи, сидя на лавочке около подъезда. Только в этот раз уже не забыв обменяться телефонами. Эта ночь стала началом их долгого совместного пути. Лиза получила немного бедового, с бунтарским прошлым, но надежного и ценящего ее мужчину. А Макс – скромную, неиспорченную, немного наивную красавицу, готовую все свое время посвятить возлюбленному.

И вот сегодня утром Кира, упав в руки Макса, будто вернула его на тринадцать лет назад, когда он держал в своих руках не только ее, но и свои мечты стать рок-звездой. После такой встречи день на работе прошел кое-как. Все мысли касались прошлого и попыток придумать, как сообщить жене, куда он собирается вечером. А еще Макс совершенно не представлял, о чем говорить с Кирой. Их знакомство продлилось всего один вечер, так еще все эти годы они провели по-разному. Кира стала еще ярче, а Макс носил свитер с треугольным вырезом.

Макс все же нашел Киру в сети и написал, чтобы она назначила время и место встречи. А затем вместо работы начал с интересом разглядывать ее фотографии с концертов, съемок клипов и отдыха в разных странах. За последние два года не было ни одной новой публикации. Это казалось подозрительным.

«И чем же вы, барышня, занимались все это время? Почему пропали с радаров, когда группа была на пике? И почему не отвечаете уже три часа? Может быть, в метро это была такая суперлюбезность? И она вообще не хочет встречаться? – снова задавался вопросами Макс. – А хочу ли я вообще этой встречи?»

Эти путанные мысли оборвало всплывающее сообщение: «В 22:00 в «Диком западе».

«Ок», – чтобы не выдавать своего волнения, кратко ответил Макс.

По пути домой он размышлял, как отреагирует Лиза на желание пойти на ночь глядя в бар с незнакомой девицей. И все еще сомневался, хорошая ли вообще эта идея. Макс даже подумывал соврать, что идет выпить пива со старым приятелем, но решил, что если все вскроется, то обман по поводу пола этого старого друга вызовет еще больше подозрений. А зачем ставить себя под удар, если намечалась просто безобидная встреча?

Конечно, Макс обращал внимание на красивых женщин на улицах. Как все мужчины, иногда смотрел порно и даже иногда в фантазиях представлял секс не с женой, но всерьез никогда не думал об изменах. Секс слишком переоценивают, считал Макс. Из-за нескольких минут выплеска гормонов рисковать сложившейся жизнью, что выстраивалась годами, – что может быть глупее. Конечно, спустя годы в браке происходящее в спальне у всех пар становится менее ярким, иногда даже рутинным, а для кого-то и вовсе пресловутым «супружеским долгом». Но это все было не о Максе с Лизой.

Дома Макса встретил Костя. Он всегда готовил папе подарки собственного производства. Какие-то склеенные фигуры, вырезанные из бумаги, или карту сокровищ, с помощью которой нужно было найти поделку, которую сын заботливо изготовил и спрятал в квартире. Сегодня это был просто рисунок. Макс обрадовался, что в этот раз не пришлось долго возиться с поделками сына, так как до Костиной тренировки оставался час, а нужно было еще объяснить жене, куда он собирается вечером.

– Привет, как день прошел? – издалека начал Макс, подойдя сзади и обняв Лизу, пока она разогревала ему ужин.

– Ну что за вопрос? Как обычно. Я работала, Костя в игрушки играл и мультики смотрел, потом поели, погуляли и продолжили в том же духе, – немного раздраженно ответила Лиза.

– Ясно. А я утром одного человечка встретил, – стесняясь, и от того медленно выдавил Макс. – Он хочет пообщаться вечером в баре, молодость вспомнить, так сказать.

– Да иди, конечно. Ты и так давным-давно никуда, кроме своего футбола, не выбирался, я даже рада, что хоть кто-то тебя вытащил, – с воодушевлением сказала Лиза, – тем более нас с Костей не будет, так что хоть всю ночь с ним пьянствуй.

– С ней… – опустив глаза, робко произнес Макс.

– Ооо! – протянула Лиза. – Ну когда-то это должно было случиться.

– Да ты о чем? Мы виделись всего один раз тринадцать лет назад, один концерт вместе сыграли. Она тогда прямо рок-звезда была. А сегодня случайно в метро пересеклись. Просто пропустим по пиву! – будто оправдываясь, сказал Макс.

– А что рок-звезда в метро делает? – саркастически заметила Лиза.

– Да я откуда знаю? А я что в метро делал? Может, у нее тоже машина в сервисе. Если ты против, то я все отменю! – перехватил инициативу Макс.

– Делай, как хочешь. Что же нам, эту пятницу зря придумали? Я уже полгода провожу ее как хочу, проведи и ты как хочешь. Я пошла собираться, – сказала Лиза и вышла из комнаты.

«Этот разговор изначально был обречен, – подумал Макс. – Ну, как хочу, значит, как хочу».

Лиза раньше обычного уехала к подруге, а Макс повез Костю на тренировку. Обычно он наблюдал за занятиями сына, подмечал успехи и неудачи, но сегодня Максу было не до футбола. Кира и предстоящая встреча не выходили из головы. Макс понимал две вещи. Во-первых, она чертовски харизматична и привлекательна, во-вторых, у них вообще нет ничего общего. Тот концерт не в счет.

«О чем мне с ней говорить? Буду тупить сидеть! – словно зеленый юнец перед первым свиданием, размышлял Макс. – Да и пофиг, будет как будет!»

После тренировки он отвез сына к бабушке, затем поставил машину около дома и отправился на такси в «Дикий Запад», понимая, что без алкоголя сегодня не обойдется.

– Ну и как вам наш новый мир? – начал таксист, прервав неловкое молчание.

– Да в целом ничего особенного, – хотел соскочить с темы Макс, но шансов у него, конечно же, не было.

– А по-моему, черт знает что придумали с этим переселением! Понаехали всякие, кредиты им дешевые раздали, а местным как быть? Что же они всем-то их не дают? – возмущался водитель.

– Чтобы у людей стимул был уезжать, нести свою культуру в другие страны, – нехотя пояснил Макс.

– У меня из-за этой стимуляции бизнес загнулся. Я корпусную мебель на заказ делал, а кому я потом нужен стал? Теперь подавай всем табуретки от итальянских мастеров! А чем они лучше-то? Тем, что им такую аренду не вкручивают, да кредиты под материалы дают дешевле уровня инфляции. А ты гуляй, Вася, крути баранку, – сокрушался, судя по всему, уже не в первый раз водитель.

– Я был в такой же ситуации, что и вы. Мне удалось выкрутиться. Может, еще не поздно подумать, предпринять какие-то шаги, чтобы адаптироваться? – включился в разговор Макс.

– Нет уж, буду теперь таких умников возить! Поздно уже думать. Оплачивать тоже их новыми «тугриками» будете?

– Рубли. По безналу с карты спишется, – пораженный грубостью водителя, сказал Макс, выходя из машины.

– Тьфу! – донеслось из машины.

Бар Максу сразу понравился. Громкая тяжелая рок-музыка погружала в нужную атмосферу, а бельгийское темное пиво приятно обволакивало. Настораживало только то, что Кира опаздывала уже на пятнадцать минут.

«Развод какой-то, с чего ей вообще со мной встречаться?» – думал Макс, допивая первый бокал.

Но в этот самый момент в бар зашла Кира. Но направилась она не к Максу, а к барной стойке. Дала пять бармену, что-то сказала ему на ухо и только после этого направилась к Максу, буквально рухнув на свой стул.

– Прости, задержалась, – отстраненно сказала она.

– Ничего страшного, здесь пиво вкусное, помогло скоротать ожидание, – ответил Макс и с наслаждением сделал еще один глоток.

– Фу, ты пьянствуешь, что ли? – нахмурилась Кира. – Я надеялась, что ты нас отвезешь.

– А что же мне еще делать в баре? – удивился Макс. – Погоди, в смысле, отвезу? Куда? Я думал, мы тут посидим, вспомним молодость.

– Да что там вспоминать-то? Главное то, что будет! – загадочно сказала Кира и вновь направилась к барной стойке.

Кира здесь не впервые, это бросалось в глаза. Спустя минуту девушка вернулась с тарелкой овощей гриль и каким-то синим коктейлем.

– Ну, так что? Рассказывай. Кто же ты теперь? – хрумкая болгарским перчиком, спросила Кира.

– Кое-что для ремонта произвожу и продаю, тебе не будет интересно. Сам в офисе сижу, скука. Сыну шесть лет, ну а музыку я давно бросил, – разложил по полочкам Макс.

– Ну и как тебе спокойная жизнь? Без туров, концертов? – нагловатым тоном поинтересовалась Кира.

– Да у меня и не было никаких туров. Я же не был звездой, как ты. А вообще, нормально живется. Я когда играл, тоже думал, что другой жизни не бывает. А потом втянулся. Экшена, конечно, не хватает, зато все стабильно, дома ждут вкусный суп и стабильный секс, – попытался пошутить Макс.

– Стабильный? Тебе это от секса нужно? – рассмеялась Кира.

– Зря смеешься, я в молодости больше времени с гитарами проводил, чем с женщинами, – немного смутился Макс.

– Я помню, какой ты робкий был, другой бы уже тащил меня в темный угол на том концерте, а ты весь такой «я так не могу, ты пьяна, кем я буду, если тобой воспользуюсь», – с сарказмом спародировала Кира. – В общем, я так понимаю, что ты таким же хорошим мальчиком и остался.

– Только злым на весь мир. Хороший, но злой мальчик. Вот такой парадокс, – ответил Макс.

– Почему? – спросила Кира с неподдельным интересом, подложив руку себе под подбородок и пристально посмотрев на своего собеседника.

– Было несколько тяжелых лет, не хочу сегодня об этом говорить. Главное, что сейчас все в прошлом. Лучше расскажи, куда ты внезапно пропала? Судя по фото в сети, у группы было все очень хорошо, а потом ты просто пропадаешь на два года. И вот мы сидим здесь, а о твоей группе давно не слышно.

– Слушай, я сейчас не готова откровенничать сходу. Возьми лучше свою машину, покатаемся. А пока ты будешь ездить, я с Сэмом поболтаю, тебя подожду, – Кира помахала бармену, и тот кивнул ей в ответ.

– Хорошо, сейчас такси вызову, – согласился Макс, – думаю, пока я буду ездить, полбокала пива уже выветрятся.

Сев в такси, Макс решил позвонить жене, хотя понимал, что она вряд ли ждет его звонка. Трубку Лиза ожидаемо не взяла. Позвонив еще пару раз с разницей в несколько минут и не получив ответа, Макс написал эсэмэс.

«Задержусь. Немного по городу покатаемся».

Ответа не было. Подойдя к своей машине, Макс со злобой пнул пустую жестяную банку, кем-то брошенную рядом с передним колесом. «Сама ведь неоднократно просила меня сходить куда-нибудь и не киснуть дома. А теперь обиделась она!»

Но когда Макс завел свой внедорожник, наконец, пришел ответ от Лизы.

«Я же сказала, делай, как считаешь нужным. Проживи уже свою «пятницу».

Формулировка показалась странной, но переписываться уже не было времени. Несмотря на то что Макс довольно быстро съездил за машиной, время уже приближалось к двенадцати. Кира безмятежно сидела за барной стойкой и о чем-то смеялась с барменом.

– Поехали? – спросила она, увидев подошедшего Макса.

– Я готов! – бойко ответил тот.

Кира смело взяла своего спутника за руку и вывела на улицу.

– И где же тут твой большой семейный автомобиль? – пошутила Кира.

– Ну хватит, не на мотоцикле же мне семью на дачу и в торговый центр возить? – попытался отшутиться Макс, подходя к своему огромному внедорожнику.

– Хорошо. Но, судя по всему, куда ехать, ты не догадываешься? – уточнила Кира, ловко запрыгнув на пассажирское сиденье.

– Понятия не имею, – замотал головой Макс.

– Район Пятница, дом 7, – сказала Кира в навигатор на своем телефоне и протянула Максу.

– Сто лет навигатором не пользовался. Работа, дом, спортзал. Все, – проговорил вслух свои мысли Макс.

– Господи, какой же ты лапочка, – то ли всерьез, то ли в шутку сказала Кира.

Следующие пару десятков минут Макс напряженно смотрел в навигатор и на незнакомую дорогу, иногда переводя взгляд на Киру. Не в таком положении он хотел оказаться сегодня. Хотя если семь-восемь лет назад из-за подобных шуточек, пущенных в его адрес, он чувствовал бы себя не в своей тарелке, то сейчас ему было все равно. Все было как в тумане, он не понимал, что вообще происходит и куда они едут. Но это, безусловно, очень интриговало. Забытое чувство за годы размеренного брака. Кира завораживала уверенностью в себе, хотя почти все время молчала, смотря на ночное небо сквозь панорамную крышу автомобиля. Вскоре навигатор вывел сначала на окружную дорогу, а затем на какой-то съезд, за которым начинался туннель. Такой длинный, что выезжать из него пришлось около минуты.

– Сто раз ездил по окружной дороге, но ни разу не обращал внимания на этот съезд. Его ведь и не заметить, если бы он не был подсвечен, – разбавил тишину Макс.

– Так и задумано, чтобы сюда не ездили лишние люди, – серьезно ответила Кира.

– Здесь какой-то закрытый коттеджный поселок?

– Скоро все увидишь, – Кира загадочно улыбнулась.

После выезда из туннеля Макс увидел компактный квартал, состоящий из нескольких десятков высотных зданий с зеркальными стенами, что производило еще большее впечатление. В огороженный высоким кирпичным забором район можно было попасть только по одной дороге.

– Тормозни тут, – сказала Кира примерно за сто метров до шлагбаума, преграждающего им путь.

Макс молча съехал на обочину и заглушил мотор.

– Я не знаю, окажешься ли ты здесь еще когда-нибудь. После сегодняшней ночи это будет уже твой выбор. Поэтому сейчас мы соврем охраннику, чтобы не платить членский взнос. Просто здесь сразу за год нужно оплачивать. Как абонемент в хороший фитнес-клуб. Только дороже, сильно дороже! – серьезно продолжала Кира. – Ты молчи, я сама с охранником поговорю.

Макс чувствовал себя как в старом боевике, когда нужно тайно проехать через КПП по поддельным документам. В голове даже крутились мысли, а есть ли пистолет у охранника.

– О, Валера, привет! – помахала охраннику Кира.

– Привет, мое золотце, – буквально брызнул слюной из-под старомодных усов неопрятный человек в серой форме.

– Валер, это мой друг детства. Он второй раз здесь, не в твою смену оформлялся, браслет свой дома забыл, пропустишь нас? – Кира потянулась через окно Макса прикладывать браслет к считывателю.

– Золотце, тебе можно все! – ответил Валера.

– Спасибо, красавчик, – Кира послала ему воздушный поцелуй и тут же подняла стекло на водительской двери.

– Быстрее поехали от этого урода, – с отвращением сказала Кира и поднесла два пальца ко рту, имитируя человека, вызывающего рвоту, – я его однажды застала, как он дрочил на мое фото. Теперь он мне иногда делает одолжения, а я делаю вид, что ничего не было.

– Какой нехороший человек, на рабочем месте, ай-яй-яй, – усмехнулся Макс.

– Посмейся, конечно!

– Кстати, я такой браслет где-то уже видел, у жены, что ли? Да! Она говорила, что в него, как в универсальный ключ от домофона, можно много электронных ключей клонировать: от садика, от подъезда, от фитнес-центра. Удобная вещь, – рассуждал Макс.

– Да что ты говоришь! От садика, от фитнес-центра… – рассмеялась Кира.

В это же мгновение она откинулась на кресле и потянулась. Максу становилось все интереснее с ней. Память настойчиво восстанавливала образы Киры из их молодости, когда Макс впервые увлекся ею.

Машина медленно катила по хорошо освещенным широким улицам. От бордюров дороги до зеркальных высоток простирался коротко постриженный газон, отличавший это место от привычной городской серости. Возле каждого фонарного столба стояли скамейки. И почти все занимали парочки или небольшие компании. Пары были довольно примечательными, будто специально подобранными по принципу противоположности. Молодой человек, типичный панк, о чем-то мило беседовал с женщиной в строгом костюме. На другой скамейке пили кофе грузная женщина и ее худющий кавалер. Еще через несколько метров целовалась пожилая пара в компании людей, распивающих алкоголь и курящих самокрутки, явно не с обычным табаком. А чуть поодаль сидел одинокий старик и, не обращая ни на кого внимания, читал книгу.

– Останови напротив него, – попросила Кира. – Дед Федор, ты опять в этом шуме читаешь? – окрикнула Кира старика.

– Да разве это шум, милая? – добродушно ответил дедушка. – А ты все ищешь?

– Ну, не начинай, а? – улыбнулась ему в ответ Кира. – Рада была тебя увидеть.

– Кто это? – спросил Макс, как только они отъехали на пару метров.

– Крутой дед! Представляешь, у него пять детей, двенадцать внуков и три правнука уже, и они все его любят. Со всеми смог сохранить отличные отношения. Он счастлив там, за забором, а сюда приезжает побыть в тишине, один. Все бегут сюда от одиночества, а дед наоборот.

Макс заехал на подземную парковку дома. Кира была полна энергии, и пока Макс осматривал все вокруг, она уже выпрыгнула из машины, открыла водительскую дверь и потащила своего спутника за руку в нужном направлении. Макс покорно шел, все больше погружаясь в новую для себя реальность, атмосферно похожую на смесь запутанного триллера и прелюдии к порнофильму. На лифте они поднялись на последний этаж. Кира вышла первой, не отпуская руку Макса. Она вела его по длинному коридору, выстеленному темно-красным, почти бордовым ковролином, словно загипнотизировав. В ее карих немного раскосых глазах уже не было усмешек. Теперь это был взгляд хищницы.

Зайдя в нужную дверь, Кира скинула ботинки и приказала «умной» колонке включить музыку. Заиграл какой-то старый гранж. Тихо, не навязчиво. Квартира метров в тридцать представляла собой единое пространство с очень грамотным зонированием. Все оформлено в серых тонах. Минимум мебели. Кухню отделяла барная стойка из белого мрамора. Противоположная от входной двери стена представляла собой одно громадное панорамное окно, возле которого стояла большая кровать с кожаной отделкой спинок.

Пока Макс осматривал квартиру, Кира достала два стакана, налила в них джин, кинула по паре кубиков льда и разбавила тоником.

– Теперь можно и выпить, – позвала Кира к барной стойке.

Макс медленно, словно стесняясь, подошел к ней.

– За совершенно случайную встречу! – улыбаясь, сказал он и ударил стаканом о стакан.

Кира, не отрывая бокала от губ, в несколько глотков выпила содержимое до дна и громко поставила рокс на стол. Затем потянулась через барную стойку, схватила Макса за волосы на затылке и сочно поцеловала его в губы. Этот поцелуй словно ударил его током. Спокойная семейная жизнь, за которую он так долго боролся, словно встала на паузу. Все происходящее казалось сном. Прервав поцелуй, Кира медленно обошла барную стойку, смотря Максу в глаза. Затем повернулась к нему спиной, стянула с себя просторный свитер и медленно пошла к кровати, на каждый шаг понемногу приспуская джинсы. Подойдя к кровати, она откинула их ногой в сторону, резко сдернула покрывало и легла на бок на черную шелковую простыню.

Она выглядела идеально. Подтянутое, покрытое татуировками миниатюрное тело в белом кружевном белье на черном шелке простыней.

– Так ты будешь пить джин или уже подойдешь? – поманила Кира.

Заветное желание сбывалось с опозданием в десяток лет. Все происходило даже лучше, чем Макс мечтал, когда был влюблен в Киру в молодости.

Он второпях сбросил с себя всю одежду прямо там, где стоял, и подошел к кровати уже нагой. Повернувшись на спину, сдвинув ножки вместе, Кира плавно сняла трусики, бросила их на пол и медленно развела ноги. Время, казалось, остановилось, и, обрушившись на свою соблазнительницу, Макс начал медленно двигаться. Он молча смотрел в ее глаза, а Кира, закрыв их, негромко стонала. Внезапно она толкнула Макса в грудь, чтобы тот откинулся на спину, а сама встала над ним в полный рост, повернулась спиной, расстегнула бюстгальтер и отправила его на пол.

– Музыка, громче! – приказала она и задвигалась в такт музыке, медленно опускаясь все ниже, пока не села на своего любовника спиной к нему.

Макс увидел шикарную татуировку на спине Киры. Огромная красно-черная бабочка, будто порхала своими крыльями в такт ускоряющимся движениям Киры. Макс чувствовал невероятное возбуждение, которого не ощущал много лет. Это был тот самый запретный плод, оказавшийся необыкновенно сладким. Но Макс не привык быть настолько пассивным в постели, поэтому, привстав на одну руку, другой взял Киру за грудь и повалил ее на бок, продолжая находиться сзади. Макс старался двигаться все быстрее и входить все глубже, одновременно рукой массируя самую чувствительную зону девушки. Кира стонала все громче, понемногу переходя на крик.

– Да, да, дааа! Кончай в меня, – прошептала Кира.

Макс совсем потерял голову и сделал это. А после, откинувшись на спину, запустил руки в волосы и так завис не несколько секунд.

– Да не волнуйся, детей ты мне не заделаешь при всем желании, – повернувшись к Максу лицом, сказала Кира. – Я не могу. И давай без сожалений, пожалуйста.

– Хорошо, то есть плохо, – смутился и запутался Макс.

– Завязывай. Не хочу об этом сейчас. А для женатика ты очень даже хорош, – улыбнулась Кира, положив руку под голову.

– Интересное экспертное мнение. Такого я никогда о себе не слышал, – усмехнулся Макс.

– Только не говори, что ты за все, сколько там у тебя лет в браке, ни разу не изменял жене? – спросила Кира.

Макс молчал. Вопрос выдернул его из тумана происходящего. Он понимал, что сокрушаться в стиле «что же я наделал» нет никакого смысла. Макса завораживал мир, в который он попал этой ночью, но здравый смысл потихоньку начинал бить тревогу.

– Да, – спустя несколько секунд ответил Макс.

– Ну, тогда ты динозавр! Такой же древний и такой же глупый, – Кира нагишом пошла к бару, снова наполнила два бокала джином, разбавила тоником и принесла в постель. – Если хочешь, уезжай, но что-то мне подсказывает, что дома тебя сегодня никто не ждет. Расслабься, как сделал это десять минут назад.

Обаяние, сексуальность Киры и терпкий вкус джина ударили в голову и очень складно сконструировали оправдание в голове Макса.

«Я уже нарушил все, что можно. Сегодня оторвусь за все годы на двух работах, за все те нервы с ночной контрабандой, за самокопание, что не могу обеспечить семью, за каждую одинокую пятницу, за все последние пять лет практически затворничества. Винить себя буду завтра».

Всю ночь они пили джин и вспоминали такую разную для них молодость. Занимались сексом, играли голышом на гитаре, смеялись, словно помолодев на тринадцать лет, и уснули уже на рассвете.

«Ты напомнил мне, какой я была до всего этого дерьма», – подумала Кира, глядя на уже отключившегося Макса.

Глава 3

Открыв глаза, Макс не сразу понял, где находится. Но с осознанием произошедшего резко поднялся с кровати и окинул взглядом комнату. На барной стойке лежала записка.

«Мне вчера было очень хорошо. И я рада, что ты прожил свою первую „пятницу“ со мной. Понимаю, что тебе нужно время все осознать, поэтому я оставила тебя наедине с собой. Уходя, просто захлопни дверь. На выезде браслет предъявлять не нужно. Надеюсь, еще увидимся. Кира».

Макс нашел в себе силы принять душ, сунул записку в карман рубашки и поторопился на парковку. До возвращения домой Лизы с Костей было еще полно времени. Макса переполняли чувства: опустошение, раскаяние, стыд и полная неопределенность, что делать дальше.

«Нет, я в себе это не удержу, звоню Александру», – подумал он.

Макс назначил встречу в «Диком западе», подсознательно надеясь застать там Киру. Он хотел увидеть ее еще раз, чтобы понять, что почувствует при встрече. Растерянный, Макс был похож на игромана, который только что проигрался в дым и не мог понять, как он дошел до такого.

Бар оказался почти пустым. Макс заказал кофе и беспокойно цедил его в ожидании друга.

– Хватит ногой трясти, вокруг тебя все ходуном ходит, – усмехнулся Александр, подойдя к Максу со спины.

– К чертям кофе, возьми два по пятьдесят водки и два пива, – неожиданно сорвался Макс.

Когда Александр вернулся, Макс, не чокаясь, залпом выпил водку и запил пивом. Александр, пораженный увиденным, повторил его маневр.

– Так в молодости перед концертами пили, – вспомнил Александр.

– Если бы тогда не бухали столько, а репетировали, может, не ходили бы сейчас 5/2 на работу, – злобно заметил Макс. – Или точнее 4/3 теперь.

– Ну, хватит, лучше рассказывай, что у тебя за срочное дело?

– Я очень плохо с Лизой поступил, – начал Макс.

– Обидел ее? Вы же с ней не ругаетесь даже, ни разу не помню, чтобы ты жаловался, – удивился Александр.

– Да, может быть, поэтому все и произошло. Решил, видимо, что все слишком пресно, – задумался Макс. – Помнишь, мы как-то много лет назад группу разогревали? Там девочка пела.

– С которой ты в сортире зажимался потом? Ты же тогда на пару месяцев жестко на нее запал, – вспомнил Александр.

– Да тогда не было ничего, – Макс опустил глаза, – вчера было…

– Кх! – подавился пивом Александр. – Как? Ты где ее нашел?

– Она на меня в метро случайно упала. Оказалось, что помнит меня, назначила встречу в этом баре, а потом… Она буквально заворожила. Покатались сначала, потом поехали к ней в какой-то странный район, весь в зеркальных высотках. Выпили немного, ну и там все и произошло. Черт, столько лет семейной жизни коту под хвост! Я ведь старался быть хорошим отцом и мужем, а вчера все сам перечеркнул, – сокрушался Макс.

– Боюсь, ты со своими старомодными идеалами кое-что упустил. Ты сколько лет дома сидишь? С тех пор, как Костя родился? Посмотри вокруг, мир изменился. И он живет по другим законам, – зашел издалека Александр.

– Да ты о чем? Я тебе говорю, что другую женщину трахнул, а ты мне про мир! – горячился Макс.

– Послушай, друг, давай, чтобы твою психику не сильно травмировать, я тебе по порядку все расскажу, – вкрадчиво начал Александр. – Мы же все пользуемся социальными сетями? Вот! И кое-кто решил пойти дальше. Года полтора назад хозяева двух крупных социальных сетей запустили некую «реальную» сеть. Согласовали проект с правительством и получили разрешение на застройку целого района. Насколько я знаю, пока такое только в Москве запустили.

– И какое это все имеет отношение к моей ситуации? – спросил Макс.

– Подожди, всему свое время, – ответил Александр, не без удовольствия приложившись к своему бокалу. – В общем, третий выходной, который нам дали для «дружбы наций», пропиарили как выход за границы своей привычной жизни. И в этот новый закрытый район стали продавать абонементы с посещением только по пятницам. Платишь, значит, годовой членский взнос, можно даже в рассрочку, и получаешь там в аренду квартиру, а, по сути, новую жизнь. И можешь быть кем хочешь, но только один раз в неделю. Там свои законы, и, кажется, многое можно, чего здесь нельзя. Это все, что я знаю…

– Похоже, там я вчера и был, – медленно произнес Макс, немного успокоившись.

– И еще организаторы всего этого безобразия активно внедряют идею, что это очень хорошо и чуть ли не полезно, представляешь? Якобы человек скидывает с себя груз накопившихся проблем, проводит время в свое удовольствие, а потом возвращается к семье, но уже свежим и готовым к труду и обороне. И там популяризируется идея, что за стеной свободные отношения, главное, их оттуда не выносить. Короче, всю пятницу секс, наркотики, рок-н-ролл, потом два выходных «откисаешь» дома и в понедельник, полный сил и энергии, шуруешь на работу. И никаких вам протестов против глобализма. Как говорится, занимайтесь любовью, а не войной. Вот такой нью-пацифизм, – поделился своими мыслями Александр.

– Содом и Гоморра какие-то узаконенные, а не пацифизм, – удивился Макс.

– Они это называют «Прожить пятницу», – спокойно ответил Александр.

Макс понимал, что все сказанное Александром было максимально логичным в действующих реалиях. Совсем недавно мир мог погибнуть из-за решений нескольких дедов, которые владеют всеми деньгами и властью в мире. И теперь люди должны по их указке раз в неделю предаваться всяким нехорошим излишествам, лишь бы забыть о том, что они натворили.

– Я, получается, теперь тоже часть всего этого? – спросил Макс.

– Не это сейчас главное, а то… – Александр взял паузу – …что твою жену туда уже полгода Рик возит, – ошарашил Макса Александр.

Макс уставился в стол. Александр даже немного отодвинулся, опасаясь дальнейшей реакции. Что будет? Разбитый бокал, крик, оскорбления? Ничего не случилось. Макс лишь выдохнул и с усмешкой сказал:

– Чудненько!

– Чудненько? Ты в своем уме? Ты понял, что я тебе сказал? – удивился Александр.

– Да, Саш. Спасибо, я все понял. Рик вернулся в Россию? – с абсолютно потерянным взглядом спросил Макс.

– Да. Прошлой осенью приехал, позвонил мне, работу предложил. Не так, как раньше, но тоже что-то нелегальное. Один рейс в две недели. Деньги отличные. Грех было отказываться. Оплату он мне передавал за городом, недалеко от съезда в «пятницу». Иногда он был с девушкой. Знаешь, сложно не узнать Лизу даже издалека, когда столько лет ее знаешь, – Александр стыдливо отвел глаза.

– Ничего не понимаю, – находясь в полном замешательстве, сказал Макс.

– Не тупи, Рик всегда восхищался твоей женой. А когда он вернулся, его с тобой уже ничего не связывало. А тут еще эта новая тема с однодневной сменой жизни. С ней уже каждый носится, кто может себе позволить. Вот он и подкатил свои американские яйца, – объяснил Александр.

– Но почему ты мне раньше не сказал?

– Макс, ты прости, но я просто водитель. Мне семью кормить надо, а Рик шикарно платит. И еще у меня две дочери. Сдавать тебе его связь с твоей женой мне казалось рискованным. Замочит на хрен. И тем более она с ним только в «пятнице». Я же не знал, может, вы сами так договорились и оба в ней тусуетесь? Зачем мне лезть в чужие дела, если не спрашивают? – оправдывался Александр.

– Ясно. Если ты не против, я, пожалуй, пройдусь, – решил уйти Макс, услышав больше, чем он мог себе представить.

– Позвони из дома, что добрался. И вообще, не гоняй сильно. Мне кажется, в этом что-то есть. Я о «пятнице», – сказал напоследок Александр.

Макс понимал, что за руль садиться нельзя, и побрел к метро. Его мир за последние сутки сделал невероятный кульбит на 360 градусов. Но почему нет злости? Ни на себя, ни на жену. Макс с удивлением осознал, что испытал – облегчение. Это удивительно. Макс мог объяснить свой поступок разовой слабостью, попыткой вернуться в прошлое, в молодость, да чем угодно, но почему, узнав об изменах жены, он не разозлился, а испытал облегчение?

«Почему мне так легко принять ее измены? Чтобы не винить себя за то же самое? Или, может быть, я больше не люблю ее? Нужно увидеть Лизу, чтобы понять».

                                            * * *

Дома еще никого не было. Легкое опьянение от выпитого утром сменилось головной болью. Макс решил поспать пару часов, но из-за всех потрясений мозг никак не давал уснуть. Макс долго возился, но все же смог отключиться, даже не услышав, как вернулись жена и сын. Костя убежал в детскую смотреть мультики, а Лиза, сразу почувствовав запах перегара, терзала себя сомнениями: был ли Макс «в пятнице» с той девушкой? «Может быть, как и говорил? Покатался со своей певичкой и потом пьянствовал дома один, как всегда? Но почему тогда он до сих пор спит?»

Обнаружив на полу около кровати телефон мужа, Лиза решила проверить онлайн-банк, чтобы по платежам восстановить хронологию.

«Хм, крупных списаний нет. Бар, такси, утром опять бар! Получается, про „пятницу“ он все еще не знает», – призадумалась Лиза.

Она не могла разобраться, что чувствует. Ведь уже полгода сама почти каждую пятницу переключала семью на Рика. Узнав вчера, что Макс именно в ночь с четверга на пятницу идет куда-то с женщиной, половина Лизиного естества протестовала против возможной измены мужа, но вторая осознавала, что не имеет морального права вмешиваться в это решение.

Еще пару лет назад Лиза и подумать не могла, что будет еженедельно убегать из своей жизни. Но продуманная концепция «пятницы» как отдушины для уставших от бытовухи и желающих сменить обстановку людей, подкрепленная грамотным маркетингом и виртуозной рекламой, произвели поразительный эффект. Даже она подсознательно стала оправдывать свой выбор. С каждой неделей Лиза все сильнее верила в принципы и пользу этой чудесной однодневной жизни.

Вслед за проверкой телефона Лиза кинула взгляд на запястье Макса. Не увидев там пропуска-браслета, Лиза одновременно испытала радость, что муж остался верен, и злобу на него за то же самое. Ведь в таком случае получалось, что он морально выше ее и не повелся на искушение. С нескрываемым раздражением Лиза схватила джинсы и рубашку, лежавшие на полу, и обшарила карманы. Разбудить Макса Лиза не боялась. Ее трясло. Горло сдавило, и она почувствовала, что вот-вот заплачет, но в этот же момент нащупала в кармане рубашки Кирину записку. Быстро пробежав ее глазами, Лиза выдохнула, а потом перечитала еще раз: «Мне вчера было очень хорошо. И я рада, что ты прожил свою первую „пятницу“ со мной».

«Все же он был с ней! Теперь мы оба в этом по уши».

Макс заворочался, и Лиза быстро сунула записку обратно и бросила одежду на пол.

– Вернулись? – пролепетал Макс сонным голосом.

– Только что, – сухо ответила Лиза, – ты, я вижу, хорошо отдохнул?

Макс сел на кровать, потрепал одной рукой волосы, внимательно посмотрел на жену и саркастично усмехнулся:

– Думаю, как и ты, любовь моя.

– Я хотя бы после «пятницы» не приношу домой ее последствия, вся квартира перегаром провоняла, – злобно парировала Лиза.

С этого момента они оба все понимали. И им как-то нужно было уложить это в своих головах и отношениях. Два разных мира. Молча, кое-как они дожили этот день.

                                            * * *

«Ну что ж, попробуем поиграть в эту игру», – подумал Макс, проснувшись.

– Иди завтракать! – как ни в чем не бывало крикнула с кухни Лиза.

– Пап, а бабушка мне конструктор купила! – прибежал из детской с коробкой Костя.

Все напоминало абсолютно обычное утро субботы. Завтрак, душ и следующая за ними традиционная поездка в парк аттракционов. Костя веселился, не обращая внимания на хмурый вид родителей, которые делали жалкие попытки быть той семьей, которой были еще два дня назад. Для Макса все было в новинку, он пытался понять, что же теперь чувствует, зная все о жене. Он не мог принять, как можно так умело разделять чувства на две жизни, пусть одна из них и длится всего один день в неделю. Макс был далек от такого самоконтроля. А еще из его головы не выходила Кира.

– Подождешь здесь, на лавочке, я за кофе схожу? – предложил Макс.

– Да, возьми мне латте без сиропа.

– Да хватит тебе уже со своей задницей бороться, – с неожиданной для самого себя злой усмешкой сказал Макс и тут же попытался сгладить, – побалуй себя сладеньким.

– Я ни с чем не борюсь! – обиделась Лиза. – Если ты не заметил, то я сейчас вешу меньше, чем до родов. Но куда тебе? Ты только свои заслуги замечаешь.

– И много ты людей знаешь, кто чужие заслуги подмечает? – заметил Макс. – Все зациклены только на себе. Ладно, я за кофе, без сиропа так без сиропа.

Через пять минут Макс вернулся с кофе. Костя по третьему кругу катался на электромобиле, а Лиза что-то писала в телефоне.

– Любовникам строчишь? – усмехнулся Макс.

– Да иди ты! Мама пишет, что не сможет в следующий четверг забрать Костю. Какие-то там дела у нее в деревне неотложные, уедет она, в общем, – расстроилась Лиза.

Оба понимали свое странное положение, при котором вынуждены недоговаривать то, о чем оба знают. Лиза осознавала, что теперь и у Макса есть своя «пятница» и он не захочет весь день проводить с Костей. Проблему мог решить детский лагерь, который тоже был в «пятнице», но Лиза терзалась догадками, знает ли Макс, что она уже полгода встречается с Риком, поэтому первой не могла предложить отвезти туда Костю.

«Сказать ей прямо, что я все знаю? Признаться и о себе? – думал в свою очередь Макс. – Хотя зачем торопиться, нужно сначала поговорить с Кирой, понять, что вчера произошло».

Они молча сидели на лавочке и пили кофе, пока их задумчивое молчание не прервал Костя.

– Мам, пап, поехали пиццу есть, – выпалил он.

До конца дня они ездили по магазинам и кафе, покупали Лизе новую одежду, Косте – игрушки, а Максу – его любимое крафтовое пиво. Они все больше напоминали нормальную семью, без того винегрета, который творился у них в головах. Уставшие, но довольные, они вернулись домой, когда уже стемнело. Возле подъезда соседские мужички уже привычно выпивали на лавочке.

– Привет, шопоголики! – окрикнул их один из соседей.

– Привет, Артем, – поздоровался Макс.

– А мне папа робота на пульте купил! – начал громко хвалиться Костя.

– Костя, пойдем скорее домой, у меня пакеты тяжелые, – окликнула сына Лиза.

– Вы похожи на очень счастливую семью! Так держать! – захмелевшим голосом заявил Артем, чем заставил на пару секунд застыть в недоумении Макса и Лизу.

Придя домой и отправив Костю спать, Макс уединился с пивом на небольшом диванчике на лоджии и с любопытством глядел на звездное небо.

– А ведь некоторых звезд, которые мы видим, уже нет. Это просто свет, идущий через космос. А они уже давно сгорели, – сказала Лиза, зашедшая на балкон в короткой ночной сорочке.

– Словно любовь в браке, – шутил немного захмелевший Макс. – Люди влюбляются, в них разгорается огонь, женятся, заводят детей. В зависимости от силы чувств какое-то время горят, а потом их съедает бытовуха, и страсть угасает. Получается, что первая страсть – это звезда, а любовь за годы в браке – свет сгоревшей страсти, летящий через космос жизни.

– Спасть пошли, философ хренов! – Лиза взяла из рук Макса бокал с недопитым пивом и вышла с балкона.

Пока Лиза относила бокал на кухню, Макс скинул с себя всю одежду и устроился на кровати.

– Ох ты ж! Лежит, готов уже, – прищурилась Лиза, – презерватив неси, второго Костю я не потяну.

– Блин, доспехи эти достали, – Макс недовольно пошел в ванную.

Лиза тоже разделась и легла, оставив свет включенным. Вернувшись, Макс поймал себя на мысли, что уже не испытывает того возбуждения и трепета, как шесть-семь лет назад, и которые вернулись позапрошлой ночью с Кирой. В ближайшие несколько минут его ждал набор хорошо знакомых формальных процедур. Поцеловать, надеть, смазать, где нужно, погладить, где нужно, потереть, плавно, быстрее, молодец!

– Может, музыку включим? Тихонечко, – предложил Макс.

– Ты чего, Костя проснется! – одернула Лиза.

Через мгновение Макс залез на кровать, закинул Лизину ногу себе на плечо, медленно вошел и почти сразу начал ускоряться.

– Помедленнее, я тебе не дупло, – осадила Лиза.

«Ну что за человек? Накинулся, как на кусок мяса, – думала Лиза, молча пытаясь нащупать хоть какие-то приятные ощущения. – Ну почему нельзя настроиться, поцеловать, запустить руку в волосы, сказать, как любит меня? Или уже нет?»

– Лиза, а ты можешь кое-что сделать? – вдруг остановился Макс.

– Что еще? – лениво спросила она.

– Да… таким тоном уже ничего… – осекся Макс.

– Говори, раз начал.

– Сядь на меня сверху, только спиной ко мне, – предложил муж.

– Нет, мне так неудобно, я уже на фитнесе наприседалась, – недовольно ответила Лиза, – вечно ты всякие неудобства норовишь предложить.

В детской закопошился Костя. Они понимали, что он проснулся и через пару минут прибежит со своей подушкой.

– Шикарно потрахались! – со злостью кинул Макс. – Выключил свет и пошел в ванную.

Через несколько минут Костя действительно прибежал досыпать на их кровать. Какое-то время Макс и Лиза молча пялились в потолок, пока Костя мирно посапывал между ними. Макс не выдержал возникшего напряжения, пошел на кухню, взял из холодильника последнюю бутылку пива и сел на балконе. Спустя несколько минут появилась Лиза и молча закурила.

– Когда я пытался всеми силами найти деньги для нашей семьи, мир казался проще, чем сейчас, – начал Макс. – Я не думал ни о чем, кроме своей цели, и был вечно злым и уставшим. Но безумно любил вас.

– А сейчас не любишь? – затянувшись, сухо спросила Лиза.

– Не говори ерунды! – перешел с шепота на голос Макс. – Просто сейчас, когда все надежно, в голове появляются мысли, а все ли у нас правильно? Вот ты довольна своей жизнью?

– Я устала, – ответила Лиза.

– От чего? – удивился Макс.

– Я не чувствую себя собой. А хочется вернуться к настоящей жизни, делать хоть иногда то, что хочется, а не то, что нужно. Снова почувствовать себя живой, а не машиной по выполнению функций жены. Приготовь, уберись, поработай, покачай задницу, чтобы себя уважать, а не выглядеть как эти тетки в форме тумбочки, с четырьмя сумками курсирующие по рынкам. Выгуляй сына, покорми, помой и так по кругу, – Лиза вновь глубоко затянулась.

– Да, я тоже устал быть примерным отцом. Мы же ничего не делаем, что бы нас на самом деле радовало, – вновь перешел на шепот Макс.

– Да кого мы обманываем? Ты же был там! Понравилось? – неожиданно спросила Лиза.

Макс не мог ничего держать от нее в секрете. Возможно, поэтому весь день на него то накатывали, то отпускали странные приступы легкой тошноты. Последние два дня Макс чувствовал неимоверную тяжесть, но с этим вопросом она как будто исчезла.

– Был, – выдохнул Макс.

– Спал с ней? – напирала Лиза.

– То, что происходит в «пятнице», давай оставим в «пятнице», – словно оправдываясь, через паузу выдавил Макс.

– Значит, спал, – неожиданно спокойно заключила Лиза.

– А тебе разве от этого не легче? После полугода измен с Риком? – ошарашил ее Макс. – Совесть не мучила все это время?

– Еще как мучила, только ты, Максим, не все знаешь. Догадываюсь, что тебе Александр все рассказал. Я знаю, что он нас видел. Ты думаешь, я туда трахаться бегаю? А вот и не угадал. Рик такой, каким раньше был ты! Он мной восхищается, смотрит в глаза, а не отводит взгляд. Кто я для тебя? Домработница? Сиделка для твоего сына? Стабильная давалка? Ты все починил в нашем быте, но главное сломал. Мы больше ничего не чувствуем, – чуть не плача, выпалила Лиза, словно этот текст давно сидел у нее в голове и ждал повода вырваться.

– То есть это я виноват? Я жопу рвал с утра до ночи, чтобы у нас все было хорошо! И ты меня обвиняешь, что я остыл? Я не остыл, я устал! – разозлился Макс.

– Отдохнул позавчера? – подначивала Лиза.

– Последовал твоему примеру, – в ответ шикнул Макс.

– Знаешь, Максим, я не дура! Пока ты вчера спал, я посмотрела твои списания с карты. Ты вечером в четверг и утром в пятницу был в баре. Ну то, что вечером ты был там с ней, это ясно, ты заранее мне об этом сказал. А утром, видно, решил с другом поделиться о бурной ночке, – обида в голосе Лизы сменилась злобой. – Ты звонил ему утром, не нужно быть детективом, чтобы понять зачем. Думаю, тогда тебе Александр все и рассказал, потому что со следующего дня ты изменился, начал косо на меня смотреть.

Лиза сделала паузу, нервно смяла сигаретный фильтр в пепельнице.

– А это значит, что когда ты пялил свою певичку, ты еще ничего обо мне не знал. Ты принял это решение не назло мне, а просто потому, что так захотел, – раскусила Макса Лиза.

– Ты права. Ты всегда права. Вот такое мы с тобой дерьмо. Вопрос в том, что мы будем теперь с этим делать? – выдохнув, спросил Макс.

– Спать. Больше не о чем сегодня говорить, – Лиза вышла с балкона и выключила свет в комнате.

Глава 4

Апрель 2018

– Сука, вали отсюда! – заорала на всю гримерку Кира.

– Ну, я с-с-случайно, чес-с-с слово, – еле ворочая языком, сказал в стельку пьяный барабанщик группы, открывающей сегодняшний концерт.

– Кир, не нервничай. Все будет хорошо. Я сейчас скажу организатору, чтобы этих оленей сегодня на сцене не было! Они на ногах-то уже еле стоят, – сказал Сергей и начал выпроваживать музыкантов из гримерки.

– Манатки свои заберите! – крикнула Кира из-за спины Сергея. – И как мне теперь петь? Эти уроды мой любимый микрофон сломали.

Чуть не плача от обиды, Кира рухнула на диван.

Это был предпоследний концерт первого для Киры гастрольного тура. Тридцатидневный марафон из восемнадцати концертов. Киру заводила «движуха», сотни поклонников в каждом городе, энергия переполненных залов, то, как ее приняли в уже состоявшуюся, довольно известную группу. Правда, силы были на исходе. И нервы иногда сдавали. Большая часть тура прошла идеально, и Кира думала, что так будет всегда. Но последние три концерта стали просто стихийным бедствием. Сначала у барабанщика поднялась температура, и пришлось играть под записанные партии ударных. В следующем городе за час до концерта произошла авария на электростанции, и концерт пришлось срочно переформатировать в акустический. Да еще и при свете свечей. Ну и напоследок сегодня. В стельку пьяная разогревающая группа устроила погром в гримерке и сломала микрофон, который Кира бережно возила с собой.

– Не расстраивайся, сейчас споешь в штатный. А послезавтра мы уже будем в Москве. Купим тебе такой же и вечером триумфально закончим этот тур, – успокаивал Киру Сергей.

– Они вот все говорят, что я пафосная. А как с ними разговаривать, если они дичь творят? Я уже так устала сегодня, а еще даже на сцену не вышла! – шмыгала носом Кира.

– Соберись! Ты же сильная! – подбодрил Сергей. – Слышишь? Нас уже на сцену требуют.

– Ладно, – улыбнулась Кира, схватила микрофон и помчалась на сцену, чтобы «порвать» очередной зал.

Оставив на сцене последние силы, Кира свернулась калачиком в микроавтобусе и отключилась до Москвы.

Дома, после горячей ванны, Кира потихоньку пришла в себя. Концерт в Москве должен был стать мощной точкой в туре, но из-за проблем на последних выступлениях Кира невольно ждала подвоха. Чем меньше времени оставалось до начала, тем больше ее захлестывал мандраж, который она пыталась скрыть под маской рок-звезды.

– Смотри, новенький, точь-в-точь как у тебя был.

Сергей заехал за Кирой и достал из рюкзака коробку с микрофоном ее любимой марки.

– Ты супер! Теперь я уверена, что все пройдет хорошо! – Кира обняла и хотела поцеловать Сергея в щеку, но тот в последний момент неожиданно подставил губы.

Получился очень странный и скомканный поцелуй, явно смутивший обоих.

– Ты больше так не делай, – неуверенно сказала Кира и приложила большой палец к своей нижней губе.

Тяжелое молчание сопровождало их всю дорогу по московским пробкам, пока Сергей, наконец, не решил хоть как-то снять это напряжение.

– Мы очень привыкли друг к другу за последний месяц, ведь практически жили вместе весь тур. И я ни на что не рассчитывал этим поцелуем, это что-то из рефлекторного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.