Fite ReTret
Грани Грез. Тень Кошмаров

Пролог

Ты когда-нибудь видел во сне совершенно незнакомого человека? Возможно, он приходил к тебе не один, а два или даже три раза. Однако, ты до сих пор не узнаешь его в толпе, среди твоих друзей и знакомых, пытаясь понять откуда в голове возник этот образ…

Ой, прости, наверное, непросто запомнить свои сны, не то, что упорно вспоминать детали лица. Но кто знает, может быть, тебе встречался один из наших неопытных сотрудников. Если ты вспомнишь описание твоего таинственного преследователя, советую рассказать мне. Ведь, как недобросовестный исполнитель, работник должен понести заслуженное наказание. Не волнуйся, я его всего-то чуть поругаю и заставлю очистить пару комнат архива.

Но сначала мне стоит представиться. Меня зовут Вэйт, и сегодня я твой личный гид. Ты оказался в довольно непростой ситуации, мой друг. Чувствуешь, как твой разум блуждает в безграничной фантазии?

Мир Грез обычно существует лишь в нашем сознании, поэтому люди могут попасть в измерение исключительно во сне или во время медитации. Здесь возможно материализовать любые безумные идеи. Например: летающий бутерброд с глазастым соусом или собственная говорящая вселенная.

Для тех, кто видит сны, этот мир открывает почти все возможности, за исключением того, что чудеса заканчиваются вместе с пробуждением. Но мы – нечто иное. Нас избрала сама судьба и наградила возможностью существовать в райском измерении. Избранники Грез – именно так прозвали себя люди, которые должны спасать сознание людей, защищая их сны от нежеланных гостей, приносящих кошмары.

Кошмарами мы называем любого виновника неприятных сновидений. Особенно опасны Иллинты – Кошмары, которые чаще всего даже умнее человека. Опережая вопрос, отвечу, что твой учитель, неразделенная любовь или же актер, сыгравший убийцу, не являются настоящими Кошмарами! Ну… я надеюсь. Когда-то эти паразиты населяли огромную территорию измерения Грез. Порождения хаоса окутывали мир тьмой, несли след разрушения, пожирали души других жителей Грез. Но и у любой страны или целой планеты есть свои границы. Каждый мир не бесконечен. Закончив мрачный пир, Кошмары захотели найти очередной оазис. Жребий пал на мир, в котором находится наш дом.

К великому сожалению Кошмаров, устроить жатву у них так и не вышло. Не имея физического тела, монстрам оставалось только проникать в наш мир через ослабевшие сознания живых существ. Лучший способ ослабить разум – напугать его, запутать, заставить принять иную реальность за свою. Именно поэтому Кошмары всегда тебе неприятны. Но паразит не остановится, пока не завладеет вместилищем. Как ни странно, две души не могут существовать в одном теле, поэтому исходники, если оказываются слабее, мучительно умирают еще в процессе переноса сознания.

Известно, что вселенная любит баланс. Чтобы человечество не сместили существа из другого измерения, было решено позволить людям бороться с захватчиками. Как именно избирают людей на эту роль, Избранникам по сей день неведомо. Им может стать человек любого возраста, пола или расы.

Через несколько лет группа избранных людей объединилась и создала наш приют и работу – Отдел. Уничтожая Кошмаров, охотники с древних времен спасали миллионы человеческих жизней. Сотни лет назад избранные Созвездиями воины сражались ради чести и божественной власти. В современном мире нам не только позволяют использовать свои способности дома, но и прилично платят за работу. В конце концов риски для жизни есть, а страховку не оформить.

Избранников уже который век делят на группы. Хоть их и придумал сам Отдел, никто пока не задумывается над изменением существующих правил.

Ловцы и Охотники, как следует из названия, занимаются уничтожением или арестом Кошмаров. Ловкие и сильные ребята, которые часто погибают на поле боя. Обычно, в год мы не досчитываемся 60% наших героев границ. Их униформа – любая одежда небесно-голубого цвета, с воздушными белыми перьями, в знак уважения погибшим коллегам.

Ирты – самые загадочные люди Отдела. Их первостепенной задачей является поддержка разума человека. Они защищают мысли, изменяют воспоминания, пережитые за сон, или вовсе стирают их из памяти. Униформой Иртов обычно являются балахоны цвета багряного пламени и фиолетовых лепестков лаванды. Но в некоторых исключениях можно увидеть деловые костюмы или вовсе теплый свитер с шортами.

Прыгун – это личность с особой харизмой и коммуникативными навыками. Задача Прыгуна – обеспечить безопасность нашего мира. Если простой зритель вдруг углубится в мир Грез или, того хуже, начнет бродить в Отделе, а также близ Кошмаров, Прыгун должен вернуть разум блудного в свой мир, пока тело не попало в неприятности, а после внушить, что все произошедшее – лишь плод его воображения. Прыгуны носят черные куртки, иногда толстые пончо или пальто. Всегда в белых перчатках, чтобы не оставлять следов и светло-бирюзовые рубашки с красными пуговицами, символизирующие закат.

Кори – истинные исследователи мира Грез. Они изучают строение, виды, возможности, силы, влияние Кошмаров и заносят данные в архив. Разработки Кори спасают жизни многих людей, поэтому они редкие и уважаемые кадры Отдела. Вот только беспечность многих исследователей приводила к тому, что в список чрезвычайных ситуаций был введен пункт: «При обнаружении в поле зрения Кори неизвестной жидкости – немедленно оповещать всех тревогой второй степени».

Пожалуй, в уважении у нас ученые уступают только Советникам. Представители власти – опытные многогранные личности. Каждый мечтает войти в их узкий круг и принимать судьбоносные решения наравне с ветеранами Грез. Наши главы всегда в ослепительном белоснежном одеянии, украшенном настоящим золотом звезд. Советники, а также их младшие помощники Шумсы и Охранники следят за порядком в Отделе и исправной работой сотрудников.

Предлагаю нам остановиться на этом. Возможно, тебе стало понятно даже меньше, чем в начале моего рассказа. Но, как любой гид, я обязан сказать: Все вопросы после экскурсии!

Глава 1 «Прогулка»

Червь

Весь мир рожден был ради нас,

А мы рождались ради мира.

Но, без желаний, ориентира,

Наш хрупкий мир в глазах угас…

Ночь в синих лугах всегда была тёплой и звёздной. Полная луна серебрила поле, закрытые бутоны маков, ромашек, ирисов. Тонкие паутинки сверкали во мраке, как алмазы, вшитые в синий бархат. Такое благородство полей может показать только безоблачная лунная ночь. Тишина полностью поглотила все поле. Лёгкий ветер беззвучно бродил сквозь травы, разнося их аромат по всей округе.

Среди сияния лунного моря уже двадцать лет стоял большой красный дом, потрепанный не одним стихийным бедствием. С недавних пор его единственным жителем оставался старый любитель цветов Дэн. Крупный нос, приятная улыбка и часто сощуренные глаза, над которыми нависали седые от возраста брови. Он часто выходил по ночам любоваться мерцанием звёзд, но неделю назад сменил эту привычку на крепкий сон со скудными сновидениями. Но в эту тихую ночь сновидение Дэна не пустовало.

Сон, с самых первых секунд, заставил бы любого зрителя заснуть дважды. Бессмысленная история раз за разом проигрывалась в подсознании. Дэн сидел в засыпанном снегом саду с высокими белоснежными деревьями, уходящими далеко в тучи, и внимательно изучал чистую книгу. Мороз просачивался через одежду, слегка обжигая кожу. Но было в сновидении нечто, выходящее за рамки обыденного. Среди ослепляющих стволов стояла беловолосая девушка. Её голубой итальянский костюм, с тремя золотыми полосами, закольцованными на рукавах и брюках, значительно выделялся ярким пятном на холсте реальности.

Этим феноменальным человеком была Ловец из Отдела – Мун Хатсон. В свою первую рабочую смену, ей повезло встретить давнего знакомого. Если бы Мун знала, что ей попадётся прежний сожитель, она бы ни за что не пришла ловить Кошмар именно сюда. Ожидаемая, казалось бы, радость от встречи улетучилась при виде бывшего соседа. Ужасное, скорбящее чувство возвращалось каждый раз, как она вспоминала свой первый дом. Встрепенувшись, Мун направила мысли в сторону работы. Подумать только, недавний переезд до сих пор жестоко откликался как в жизни, так и во снах.

– Зачем меня сюда отправили? Я готова биться с самым кошмарным монстром, но не с ужасами скуки. – Мун обошла весь сад, в поисках чего-либо необычного.

Окаменевшие от холода стволы потрескивали, создавая монотонный зловещий звук. Как подснежники, через прохладный снег росли редкие цветы лаванды. Они оставались единственными пахнущими растениями, среди этого безжизненного сада.

Немного побродив по округе, Ловец зашла в беседку. Внутри постройка обросла инеем, но без характерного блеска наледи. Крыша, как на вид, так и по ощущениям напоминала плотный картон. А все остальные элементы никак не притягивали к себе внимание, повторяя структуру крыши. Это был не более, чем бумажный домик, собранный мастером. Единственное, что заставляло Хатсон уверовать в жизнеспособность сновидца – стены этой коробки, которые приятно пропахли везде растущей лавандой. Этот цветок пророс тут из-за совета Мун. Дэн уже давно жаловался на бессонницу или пустые сны из-за старости, когда семейство Хатсон еще проживало в соседнем доме. Поразмыслив над проблемой, девушка предложила поставить под окном символ чистоты снов, чтобы разнообразить запах и успокоить мысли. Даже после ее ухода Дэн пробовал успокоить кошмары запахом свежих цветов. Но в итоге предложение не так успешно усовершенствовало белую пустошь.

Становилось все скучней. Первый рабочий день, точнее ночь, проходил, как дежурство в классе. Единственное, что заботило невезучего Ловца в тот момент – бездействие.

– Но почему именно сегодня? Что тут не так? Ну нет, я так долго не продержусь. Даже разминка не поможет мне спастись от невыносимых испытаний скуки. – думала Мун, перебирая ногами снег.

Холодный воздух, казалось, заморозил даже время. Крупное тело старика еле дышало, а полузакрытые глаза, спрятанные за толстым стеклом очков, казалось покрылись тонким ледяным узором.

– Ну что можно ожидать от Дэна? – возникали мысли в голове Хатсон. – Флорист достаточно медленно думает и испытывает эмоции только при работе с цветами или общению с ее тетей. А сейчас он видит сон. Глупо и безнадёжно ожидать от бедолаги что-то сверхъестественное.

Тут, к своему счастью, Мун заметила движение. На странице книги, которую держал в руках Дэн, самостоятельно начали вырисовываться слова. Этот метод часто используют в Отделе, когда необходимо передать информацию сотрудникам. Но Хатсон не предупреждали о послании. Нрав и этика не позволяли девушке читать чужие письма. Мун старалась себя сдержать и отошла от Дэна на пару метров. Но любопытство неизбежно одержало победу, и Ловец все же прочла появившуюся надпись.

Неизвестно, что больше ее удивило: то, что в этой снежной пустыне произошли изменения или то, что почерк был невероятно аккуратен. Мун с опаской вытащила темно-зеленую книжку из рук сновидца, стараясь его не побеспокоить. На белоснежных бумажных листах вновь образовалась странная надпись.

Послание было написано на языке Грез. Этот язык известен каждому человеку еще с рождения. До постройки Вавилонской башни его называли первым языком человечества. Сейчас его не существует на Земле, но если ты вдруг увидишь причудливые буквы Грёз, то неизбежно поймёшь, что они хотят рассказать.

"С возвращением в Грезы. Наконец-то Хатсон вновь вернулись. Без вас здесь ужасно тоскливо."

Мун оцепенела. Избранники могли передавать сообщение друг другу разными способами. Одним из них была передача информации через бумажный источник и особых чернил. Однако, бумага, пропитанная чернилами, полностью черная. Чернила, словно магнитная стружка, собираются с уголков листа в заранее записанное сообщение, которое остается неизменным. Мун решила, что она могла не заметить изначальный цвет страницы из-за ослепительно белого окружения. Поэтому с недоверием ткнула палец в книгу.

– Может ошиблись Отделом? В конце концов их несколько, не так ли? Да, точно так. Сколько есть людей с такой фамилией? Думаю, немного… И как они узнали, что в этот сон прибуду именно я? – рассуждала Мун.

Сосед продолжал держать руки в том же положении, что и при чтении. На удивление сильные кисти даже не дрогнули. На белых страницах проявилась новая надпись в сопровождении похожего на скрежет звука. На этот раз Мун даже вздрогнула от такой неожиданности. Буквы заполняли пространство с невероятной скоростью, будто в данный момент какой-то невидимка печатал эти послания. Может, это кто-то так неудачно шутил?

" Чудная ночь для прогулки, правда? Для нас она – вестник удачи."

Если она была и не чудной, Ловца все равно бы отправили сюда. И каков был шанс, что этим Ловцом окажется Хатсон? Было бы намного приятнее самостоятельно выбирать участок снов. Но это невозможно. Если внутри сознания спрятан Кошмар, то в него сразу же отправляют свободного сотрудника. Отдел направляет Ловцов в зависимости от предполагаемой сложности работы, которую определяют следящие за снами датчики Иртов. Мун же только выпустилась со специальных курсов и не могла рассчитывать на опасную добычу.

– Кто бы ни оставил послание, эта работа не для исполнителя. Убийцы Кошмаров не должны думать ни о чем, кроме как о работе. Именно этому и учат новоиспечённых Ловцов. Ведь, если новички часто отвлекаются, их убивают уже на первой неделе. – с этими мыслями Мун захлопнула книгу и бросила вглубь снега. Она не чувствовала ни паники, ни страха перед неизвестным, однако её не оставляло чувство, что совсем скоро ей придётся встретиться с самыми глубинами омута мира сновидений.

Книга терпеливо лежала в снегу в ожидании читателя. После загадочных текстовых явлений Мун была уверена, что мелкий паразит, подосланный из тьмы, прячется у неё под носом. Ведь единственный способ создать подобное чудо – использовать книжного Червя.

– Ну хватит. Я раскусила тебя, скользкая гадость. – Мун подняла книгу и разрезала ее своим фантомным ножом.

Оружие у сотрудников Отдела может быть любым: от арбалета, до ядерной бомбы. Форма и сила зависят от точности и количества вложенной в него энергии. Например, запуск небольшой ракеты будет сравним, по ощущениям, с забегом на пять километров. Это означает, что если использовать мощное оружие, то ты быстро потеряешь сознание. Грёзы – пространство вне материального мира, поэтому почти любая фантазия здесь реальна, конечно, за определенную плату.

Из книги, с неохотой и осторожностью выполз жирный двухметровый Кошмар. Курносый червивый демон, больше похожий на змею, выпрямился как кобра и, с опаской, посмотрел на Ловца. Его чёрная гладкую кожу покрывала тёмная липкая смазка, которую Кошмар использовал для проявление текста на бумаге. Вдоль спины тянулись тонкие синие полосы, сплетаясь у головы в единое пятно. Сверкнув яркими бирюзовыми глазами, беспозвоночный прижался к плотному снегу и прыгнул в сторону Ловца. Прыжок Червя был похож на непрерывное отрывание всего тела от земли. Словно баг, встречающийся в программах, монстр несся на Ловца. Девушка, заучившая на тренировках действия противника, ловко увернулась от его многочисленных зубов. Червь врезался в ствол, и дезориентировался. На него, с верхушки незримой кроны, просыпался снег и залепил глаза. Монстр в панике вновь ударился о то же дерево, и на него упала новая порция сугроба.

Мун воспользовалась случаем и быстро сдернула с пояса специальную клетку в форме белого куба. Способ заточения Кошмара был очень прост: следовало только приоткрыть или отломать одну из граней белого куба, и демона тут же затаскивало в тюрьму. Таким же простым способом буйный Червь был пойман в маленькую коробку. Его так быстро заперли, что Мун не успела определить возраст. С первого взгляда, эта особь не взрослая. Анализируя движения и размер не нужно было быть специалистом, чтобы понять: Кошмар молод и неопытен. Обычно данные особи вырастали больше пяти или десяти метров.

– Ну вот и все. А теперь, кто тебя прислал? – Мун усердно потрясла куб. Из него только доносилось хриплое недовольное шипение. – Что же, наверное, двухметровому существу тесно в кубе на двенадцать сантиметров. – размышляла Хатсон, пытаясь выяснить насколько потяжелела ловушка, качая в руках, как весы, пустой и заполненный куб. – Но это ли причина вести себя так бесцеремонно?

Мун осознала, что немного поспешила с его заточением. От Червя без книги не дождёшься объяснений. Но, с другой стороны, это работа учёных Кори. Верное решение – спихнуть всю работу на специалистов. Пусть сами выпытывают из него всю информацию.

Мун ещё раз обошла сад, рассчитывая найти автора посланий. Сами по себе эти существа по снам не ходили. Но поиски прошли безуспешно. К сожалению, книжный Червь оказался единственным недоброжелателем.

Дэн вдруг опомнился. Он рассеяно огляделся и стал медленно вставать. Стул, со скрипом, выпрямился. Бывший сосед усердно что-то искал, раскапывая снег. На Мун и её заложника он не обратил внимания. Наверное, хотел найти книгу? Жалко, что вместо захватывающей истории его ожидали мокрые клочки бумаги.

В руке у неудачливой Мун лежал жалкий Червь, пойманный в коробку. Такое разочарование не постегало ее со времен первого прокисшего молока. Эти гады просто проедают во снах логику действий. Пустая трата времени, ведь сны и так хаотично собирают в себе самые разнообразные эмоции, пережитые за день. Но Черви выворачивают наизнанку заготовленный разумом сценарий, разрывают его на мелкие кусочки. Книжных Червей очень много, иногда в одном разуме можно поймать десяток этих туповатых Кошмаров. Их и паразитами называть сложно, сон и без них – частенько сплошная бессмыслица.

– Ещё бы попался Пэззл – невидимка, который не даёт зрителю бежать. Более известный под именем «сонный паралич». – разочарованно бубнила Мун – Вредный, но до ужаса неуклюжий тип. Этих Кошмаров так же много, как бактерий в человеке. Со схожим уловом в Охотники не перейти.

Хатсон, с грузом на душе, достала свой телепорт. Этот прибор выглядел, как маленькая желтая капсула, которую нужно раскрыть. В ней находилась жидкость, проводящая в пространство между двух разных измерений или точек одной планеты. Вещество окутывало атомы и клетки плоти, сохраняя их живыми при перестройке их в заданном месте. Проще говоря, устройство создавало портал. Открыв портал, вещество мигом оплело девушку, и Мун помчалась назад, в Отдел грёз.

Нелюдимый коридор

Пылали земли, звезды гасли.

Кошмаров мир рос и крепчал.

Кто скажет слово – замолкал

И в страхе хаоса сны погрязли…

Пути к измерению Грёз существуют по всей вселенной. Не думаешь же ты, что у жителей космоса нет снов, верно? Но Избранниками Грез выступали исключительно люди. Среди всего космоса только Землю не могли защитить даже самые высокотехнологичные устройства. Причиной тому, служило их отсутствие.

В землях Грёз стояло всего три ослепительных, высоких здания Отдела. «Нижний» Отдел образовался всего несколько столетий назад, когда в его землях обнаружили узел – скопление энергии, позволяющей использовать власть Грез, без серьезных затрат собственной силы. Однако его основной проблемой, как и преимуществом, стала близость с допустимой для людей границей измерения. Высокие башни Отдела сплетены друг с другом часто встречающимися мостами, похожими из далека на порванную сеть. У окон дрейфовали облака, а вокруг оснований целую вечность цвел пышный сад.

Отдел – место не похожее на остальной мир, настоящее осиное гнездо Избранников. Повсюду ходили Ниточники и Ловцы. Ниточниками отдел называл учеников Иртов. Причиной этого прозвища являлся их знак – перекрещенная золотая нить в круге.

Определяющие род занятий знаки имел каждый сотрудник. Знак, как и цвет формы, помогал определить уровень опыта, возможности и власть в Отделе. Рассматривая количество золотых полос на одежде, можно было определить, насколько силен или умен человек. Новые сотрудники, как Мун, получали от четырех, до двух полос. Если их количество уменьшалось до одной, Избранник получал повышение и мог побороться за возможность стать Советником. Золотые знаки – обязательная часть работы. Только благодаря им люди Отдела имели возможность использовать власть изменять грёзы и воплощать любое желание.

Ирты и Ниточники считались в Отделе сборщиками любой информации. Для сотрудников каждое их слово могло оказаться дороже золота, а могло испортить им всю жизнь. Советники и Прыгуны очень любили заваливать бедолаг работой по зачистке воспоминаний людей тем «мусором», который они услышали. А Охотники и Ловцы просто всегда рады с ними посплетничать об очередном случае в Отделе.

Именно слухов старалась избежать Мун. Обычно у Ловцов всегда есть такой трофей как Червь и Пэззл, но находятся и те, кто тащит за собой монстров покрупнее. К примеру, Фобы – опаснейшие кошмары! Не имея собственной формы, Фобы могли принять любой облик. Они легко превращались или проецировали страх смотрящих, пользуясь этим при уходе от Ловцов. Очевидно, не лучших Ловцов, раз они допустили побег.

Существовали и Орди – они быстрые и практически неуловимые пожиратели цвета. Выглядели Кошмары, как полуметровые куклы из пыльных тканей или старой бумаги. Делая сон черно-белым, Орди мастерски маскируются и сбегают от охотника, в разум следующей жертвы. Их укус может навсегда сделать сон черно-белым, как и реальный мир вокруг вас самих. Паркки, Нотуру, Фультеры… Можно долго перечислять имена всем знакомых, надоедливых Кошмаров. Правда, опасных существ тащили чаще всего взрослые Ловцы.

У Мун же цель была достичь статуса и звания Охотника. Их знак говорил сам за себя. Золотой меч, пронзающий саму луну. Этот ранг мог задать трепку любому ужасу человечества. У них есть доступ в таинственное зеркальное отделение, куда стремилась попасть Мун, чтобы легально посмотреть воспоминания дорогого ей человека. Охотники выполняли самые сложные задачи, уничтожая опаснейших представителей в мире Грез, а ловлей обычных Кошмаров занимались ради смены обстановки.

Очень печально, но сейчас Мун шла вперёд совсем не Охотником. Маленький Ловец, которого только вчера выпустили в этот опасный мир. Ей хотелось поскорее избавиться от этого гада, а вместе с ним и от сопутствующего стыда. Казалось, все взоры Отдела обращены на ничтожную добычу Ловца.

Чтобы избежать лишнего внимания, Мун решилась пройти через самый нелюдимый коридор. Он остаётся самым быстрым способом пройти к точке сбыта. Почему же его так не любят люди? Причиной тому – погасшие звезды на пенсии. Звезды, привязанные к потолку, чтобы не упасть, освещали все тёмные коридоры без окон. Но именно на этом пути собрались самые вредные, язвительные и надоедливые светила.

– Погляди, ни это ли та самая многообещающая выпускница? Она ведь сдала экзамен с лучшим результатом за последние пол века. Поговаривают, сама Венельт приглядывает за ней. Хотя, кто знает, возлагает ли Советница надежды, или следит за тем, чтобы в очередной раз это семейство не предало Отдел. – одна из тусклых звёзд подлетела к Мун прямо к лицу – Ну же, расскажи, что ты там поймала, маленький Ловец?

Мун наклонила голову и постаралась спрятать куб поглубже в рукав. Вот только от вездесущих звезд это не спасло.

– Не ожидай от человека чего-то стоящего! Или забыла, как сами сотрудники просили у нас исполнить их желания? – звезду поддержали другие.

– Это верно. Но, когда ты упал с неба, тебя спутали с мусорной кучей. А здесь всё отшучивался, когда с потолка свалился прямо в кучу макулатуры. – залилась смехом соседская звезда.

– Завидуешь? На меня ещё хоть что-то возлагали. Будь люди хоть чуть умнее, не стали бы доверять мечты таким, как вы, а всегда обращались бы ко мне. – коридор становился все шумней.

– Так, мисс, покажите же мне свою первую добычу! Только не говорите, что вы ее отпустили. В этот раз вам следует выбирать правильную сторону. – Одна из надоедливых звёзд выхватила куб и стала крутить его сквозь нити своих собратьев.

Спросишь, есть ли у звёзд руки? Конечно, нет, но у любого небесного тела более эффективный метод притягивания предметов.

– Это же … Червь! – после этих слов весь коридор засиял от радости и смеха.

– Слышали? Слышали новость?! Потомки Хатсон в этот раз превзошли сами себя! Любимчик дарующего удачу Ротто вдруг стал никем в его глазах! Какой стыд! Или же опасного Кошмара ты оставила во снах? Глупое дитя!

Звезды буквально облепили Мун. Их яркий свет окружил еще недавно тёмное пространство. С высоких сводов стен и потолка полезли светящиеся колючие шары.

– Если желаете потешить себя человеческими неудачами, то имя великих звёзд вам пора забыть. Самое время менять их на номера гелевых лампочек. – от слов девушки толпа на секунду затихла. «Лампочки» или «низшие светила» – оскорбление, которого звезды не выносят больше любого другого.

В тот же миг на Мун набросилась сотня маленьких яростных шариков. Даже малая температура, оказалось, достаточно горяча для ожогов. Мун вовремя выхватила ловушку из нитей звёзд и быстро помчалась через анфиладу. Вспышки света преследовали ее до самого конца пути, сопровождая погоню жалобами и угрозами в сторону Избранника.

Мун вылетела из коридора. Звезды до последнего тянулись к противнику, но расстояние оказалось слишком большим. Недовольные, пенсионеры вернулись на свои места. Испытание было пройдено почти без потерь. Пара прожжённых дыр на рукавах и подпаленные концы волос – малая цена за сохранение достоинства.

Пройдя через центральный коридор, увешанный угасшими звездами, можно найти приёмную для Кошмаров. Большой стол, заваленный бумагами, справочниками по Кошмарам, записями Кори, цветными капсулами и мелкой канцелярией. За массивным дубовым столом сидела крупная женщина. Рядом с ней трудились пара Кори, которые усердно таскали стопки бумаг.

Лори Вект из отдела по борьбе и уничтожению темных тварей. Ответственное лицо, на которого скидывают весь распределительный процесс. Поговаривают, что её много раз пытались повысить в должности, за собственные заслуги и исключительный ум, но Лори предпочла остаться рядом с сестрой, вечно попадающей в опасные неприятности. К ней всегда можно обратиться за советом, но она непредсказуема и зависит от погоды. А ведь сегодня обещали туман…

Мун с грохотом бросила ловушку на стол. Рядом стоящая стопка бумаг рухнула прямо на макушку Лори. На удивление, в кудряшках приёмщицы, листья почти не застряли. Вект спокойно поправила очки и потянулась за кубом.

– Знала, что ты не просто так прошла через адский коридор. – Лори громко усмехнулась. Из большого завала можно было только разглядеть её голову – Твой улов должен быть настолько великолепен?

– Ха, ха. Можно и так сказать. С такими трофеями я вечно буду ходить в Ловцах! – Ловцы, как испытательный срок перед вступлением в ряды Охотников. Если справился с ответственностью, то повышают. В обратном случае, после ряда ошибок происходит суд и, вероятнее всего, Избранника переводят в бумажно-исполнительный отдел, кратко БуИО.

– Ну, Ловец, тоже не плохой вариант. В любом случае, ты мелковата еще для крупных дел. Вон, сколько тебе? Лет тринадцать? – Лори рассматривала улов и, казалось, говорила сама с собой. Еле протиснув пухленькие руки через завал, она дотянулась до клетки и пристально вгляделась в белые грани. Её кривые зубы немного торчали изо рта, а маленькие темно-синие глаза никак не сочетались с пышной русой шевелюрой.

– Мне шестнадцать, но разве разница велика? Вспомни Мари, ей всего восемь лет, а она уже один из ведущих исследователей. Я знаю, ещё же есть время, но не хочется вечно оставаться позади… – Мун скривилась. Утешать себя оказалось не лучшей идеей.

– Глупая, разве можно по чужим достижениям судить о своих? Главное не сдаваться. И почаще сдавать мне крупных Кошмаров. Я говорю тебе истину, тогда до Охотника быстро доберёшься. А ещё было бы неплохо позвать сюда еще подмогу. А то, как всегда, понаставили мне тут свои каракули. – Лори закинула белую ловушку в общую кучу идентичных кубов. Мун постаралась улыбнуться, в знак согласия. Вышло ужасно. Подобная улыбка была схожа с оскалом.

– А про что здесь написано? – спросила Мун, когда увидела рисунок огромной гарпии с человеческими ногами и спиной. Среди бумаг часто встречались иллюстрации с мифическими существами. К некоторым папкам даже были прикреплены фотографии.

– Да тут ерунда, присланная Кори. Понатащили свои легенды. Мол, идут работы, в архивах места нет. А вашим людям стоит почитать… Хотя, мне лично даром не нужны эти стопки! Жаль их нельзя сжечь. – Лори, в знак протеста щёлкнула рядом лежащей зажигалкой. Стоящий рядом Кори содрогнулся. Он попытался перехватить зажигалку, но Вект в ту же секунду затушила огонь.

– Подождите, я забыла сказать, что Червь оставил послание во сне. Оно было адресовано мне, но хозяин так и не объявился. Не могли бы вы, прежде чем переработать его, узнать отправителя письма? – сказала Мун, заметив, что Вект стала вставать с кресла. Лори одобрительно кивнула в ответ.

Небрежным движением женщина смахнула непослушные локоны со стоящего рядом испуганного коллеги и гордо ушла. Удивлённый Кори даже не успел ответить убегающей Лори. В холле послышалось только далекое цоканье каблуков. Мун заметила, что среди существ не было ни одного Кошмара. Только мифические существа и помеси их, с людьми. Довольно странно держать эту информацию Отделу, работающих только с Грезами, но архивы всегда полны неожиданных находок.

У Мун из головы не шли слова, прочитанные из книги старого Дэна. Какой смысл несло то послание, и что более важно, кто его отправил? Такой фамилии, как Хатсон никто не носил. Да и репутация ее семьи оставила глубокий неприятный след в истории Отдела, поэтому, даже в шутку, люди не стали бы шутить с ней. Правильно ли спихивать ситуацию на ошибку или неудачный случай? Но пока Мун решила оставить это при себе. Уж больно быстро люди разносят слухи.

Бесполезный отдых

Но найден путь – желанья власть!

Прошла сквозь тьму душа пришельца.

И, чудных грез пожрав владельца,

Познал Кошмар и жизни сласть.

По пути в свою следующий пункт, Хатсон решила подлечить свои ожоги, ведь если проснуться с ранениями, они всегда каким-то образом появляются и в земной жизни. Чтобы не допустить повреждений тела, Мун пошла к врачевателям – дипломированным Кори и их все исцеляющей мазью.

Все пути Отдела проходили через центральный зал, который на любом уровне был узнаваем. Дело было в том, что на каждом этаже, в самом центре, находилась огромная дыра, создающая туннель, ведущий от основания до самой вершины. Такое архитектурное решение задумывалось для обеспечения безопасности: если Кошмар проникал в Отдел или вырывался из ловушки, то люди сбегались сразу со всех уголков, придавливая монстра всеми своими силами. Однако, со временем этим небезопасным спуском стали пользоваться экстремалы, поэтому отверстия перекрыли специальными барьерами. Эти необычные заслонки всегда видны с нижних этажей, ведь они пропускают односторонний свет. Поэтому, идущий никогда не увидит пропасть под ногами, но, подняв голову может насладиться светом со звёздного сада, расположенного под крышей. Хотя, пусть страх высоты отступает, в первый раз люди пугаются, когда видят зависшие в воздухе многочисленные фигуры Избранников.

Выслушав от медицинского работника советы по безопасности, Мун нанесла неприятно холодную плотную мазь на обожженные участки и недовольно поплелась к информационной стойке, в надежде, что ей дадут шанс поймать больше Кошмаров. Но, к сожалению для Хатсон, правила Отдела под нее не подстроились. Как и для любого новичка, Ловцу можно было лишь раз входить во сны, пока не закончится ее первый месяц практики.

Остаток ночи Мун провела в комнате отдыха. В том помещении сотрудники, отработавшие свой ночной план, могли играть в игры, читать, и просто наслаждаться видами из окна, лишь бы занять свой разум делом. Мун не любила это место. Лучше прыгать по снам, рискуя жизнью, чем бездельничать в окружении диванов. Но большинство обожало эту комнату за большой арсенал видеоигр и библиотеку художественной литературы.

Светлое помещение с ватным облачным потолком, золотистыми декоративными элементами в форме четырехконечных звезд на нитках, мягкими диванами и креслами приглашало в гости людей. Размером комната была ненамного меньше парка, среди улиц города. В её пределах можно было бы легко провести крупный забег и даже усадить зрителей с судьями. Большое окно от потолка до пола и шары-светильники освобождали сотрудников от болтливых звезд. Большие подушки часто заменяли сидения, или же оружие во время известной всем игры, как и мягкий ворсистый ковёр, чаще всего служащий фортом. На стенах висели плакаты, панно и картины, написанные местными художниками. На холстах чаще всего изображались высшие чины, также сцены из жизни людей разных профессий. Серьёзные лица Советников разбавили абстракции, а баталия прошлого величественно возвышалась над пейзажами.

До Мун донеслись приятные запахи мяты и клубники, вместе с ними играли нотки орехового печенья. Пройдя вглубь комнаты, Хатсон заметила одного молодого Прыгуна. Ах, это знакомое лицо жевало свой бутерброд! Черноволосый парень с зелеными глазами удобно устроился на золотом кресле – мешке. Геут, как и Мун, сегодня впервые отправился на настоящее задание. Неделю назад эти двое работали в паре, на выпускном экзамене. Геут неуклюжий и физически слабый человек, но очень убедительный, что и нужно для его работы. Если тебе кажется, что булавка не сможет править миром, этот парень докажет обратное.

– Привет, уже закончил? – Мун уселась на соседнюю подушку.

– Работы как-то маловато. Недооценивают двух лучших выпускников. Я быстро справился с этим типом. Хорошо, что он поверил в мою туфту. Может я зря это говорю, но этот индивид достаточно наивен. Не повезло ему в жизни. – Геут сидел очень расслаблено. Его прическа сайд парт была хорошо уложена, а на коже не было ни пылинки.

Даже не похоже, что парень сегодня вообще работал. Только потрепанная куртка, песок на ботинках и заляпанный знак месяца выдавали, что сегодня была продуктивная смена. Как и у всех молодых Прыгунов, у Геута висел тонкий месяц. Его задача – ловить людей, которые проникли в Грезы, помогать их сонливым телам, идущим в неизвестность по улице, а также докладывать о возможных Кошмарах в реальном мире. Работа сложная, ведь надо убедить очевидца, что это сон или они просто сомнамбулы. Детали зависят от ситуации и места, где они разговаривают. Но чаще всего люди просыпаются на полпути к измерению снов и оказываются потерянными посреди улицы.

– А ты чего так скоро? Я на себе прочувствовал твою подготовку. Тебя же можно отправлять на бои с самыми физически сильными Иллинтами. Скажем, в кошмар моей сестры, ух! Там точно Охотники не справляются. – заметив равнодушие подруги, парень наклонился к ее голове и, нахмурившись, грозно уставился. – Ну ты чего такая мрачная? Не понравился сон? Эй, да ладно, ты же классно бьёшь. Наверное, первый улов… Кошмарный Орди? – поинтересовался Геут.

Мун была уверена, что ее друг давно все знал. Но его взгляд действительно был полон любопытства. Это – главная проблема Прыгунов. Они так хорошо играют любую роль, что в жизни, зачастую, нельзя понять настоящую эмоцию.

– Нет, мой первый честный противник – Червь… – В ответ послышался ехидный смешок. Геут чуть не засмеялся во всю силу. Еле сдерживал себя! Мун видела, как вся жизнь в одно мгновение просто падает вниз. Но друг быстро успокоился, заметив очевидное раздражение собеседницы.

– Червь, как Червь. Мы не выбираем ни сны, ни противника. Ну не повезло разок, что из-за этого о жизни судить? У многих на работе смены неприятные ежедневно. Просто мы выходим из чудесной системы "Новичкам везёт". – Геут продолжал хихикать, но теперь уже над ситуацией. Червя поймать смог бы любой, даже ученик.

– Да, я смотрю тебе неизвестно такое слово, как поддержка. – Мун стукнула Геута по макушке. Зачем она это сделала? Уж слишком довольным он выглядел.

– Почему? Я про него где-то читал, только не понимаю значение. Увы, на него не оставляют сносок. – Геут доел бутерброд и посмотрел на электронные наручные часы. Через секунду на часы поступил звонок. Геут быстро собрал ланч бокс и удалился.

– Проницательно. Эх… Ты совсем не меняешься. – вздохнула Мун.

– Не парься на счёт этой ночи. У тебя ещё будет шанс все изменить! Ты покажешь всему Отделу мира, что Мун Хатсон – человек тысячелетия! Вот увидишь, я всегда прав! – крикнул на прощание Геут и захлопнул дверь. Как напоминание, на его мешке остались лежать крошки. Хорошая же компания: портреты, подушки и крошки.

Чтобы не сидеть в четырёх стенах, Мун вышла на террасу. Оставшееся время она ходила по саду "Эдем". Это сад, который сажали сотни лет все Избранники снов, самых разных рангов. Тут росли и ели, и яблони, и кусты с малиной. На отдельном участке прижились не только пшеница, помидоры, горох, но и те растения, которые давно вымерли на Земле. Все это разнообразие природы цвело, пахло, давало сочные плоды. Но их вкус ощущался не так, как в обычной жизни. Вкусовые рецепторы в измерении грёз немного изменены. Но это не мешает многим гурманам экспериментировать с блюдами.

Приятно находиться в таком месте, после напряжённой работы. Дремать и видеть сны в Отделе невозможно. Он расположен в измерении Грез, а значит, все уже находятся в сновидении. Сны работники могут видеть только в особых случаях, но они случаются крайне редко и могут просматриваться коллегами.

Ночь пролетела незаметно. Мун проснулась ужасно разбитой от чувства тоски. Белые перепутанные волосы и уставшие голубые глаза наводили ужас на отражение в зеркале. В такие моменты поневоле завидуешь вампирам. После ночной прогулки Мун было не по себе, и это сказалось на самочувствии и внешнем виде.

Утренние лучи неяркого солнца освещали висящий на шее маленький кулон в форме ловца снов. Мун открыла окно, чтобы хоть немного развеяться. Нити сверкали на свету и качались от холодного горного ветра. Приятный аксессуар и практичный символ уровня, если встретится кто-то из своих в нашей общей реальности.

Бывает так, что самое страшное уже позади, но жизнь любит преподносить сюрпризы. Мун думала, что червь, это плохо, но были и те, кого обрадовали куда большей проблемой.

Глава 2 «Спасение»

Странник

В то время, пока новички грустили о своих неудачах, Прыгун Роланд сидел, озадаченный более сложной ситуацией. Перед ним лежал поджаренный, почти мертвый человек. Можно было бы подумать, что у пострадавшего чёрные волосы и на удивление бледная кожа. Однако, из-за копоти, образовавшейся от электрического удара, все тело было покрыто липкой сажей.

Как же произошла эта трагедия? Два часа назад в Отдел поступила очередная жалоба на заблудшего сомнамбулу. Его описали, как молодого человека, бродившего в опасной близости от стаи электрических светлячков. Вразумить пришлого отправили Роланда Мекки. Но пока Роланд добирался до места назначения, через коридор Отдела, неуклюжий человек прочувствовал на себе несколько сотен вольт.

– Эйдж, у меня тут странник сильно ударился током. Не уверен, жив ли он, но если да, то состояние критическое. Я не могу переубедить труп, понимаешь? Что мне делать? – Прыгун оттащил тушку неудачника подальше от мелких Кошмаров. Временно отступив на безопасное расстояние, Роланд передал сообщение в Отдел. Ответ Эйдж не заставил себя долго ждать.

"Говорит Эйдж Венельт. Мекки, для начала научись подробно излагать все детали. Что касается странника, отправляй его к нам на осмотр. В описанном тобой состоянии, нельзя отпускать его обратно. А после, напишешь подробный отчёт о том, почему допустил очередную ошибку."

Роланд нахмурился. Такой ответ был очевиден, но все равно не устраивал Прыгуна. Он не хотел писать стостраничную пояснительную балладу о том, почему медленно добегает до портала. Но глянув на побитого странника, Роланд взял себя в руки. Его еще можно спасти, а значит нельзя медлить и секунды!

Неизвестный гость оказался лёгким, но ужасно грязным. На чёрном пончо грязь от опаленной ткани была мало заметна, чего не скажешь о свитере светлого мятного цвета. А вот от запаха спастись уже трудней. Дымчато-пурпурный волос также испачкался в саже, как и лицо с перчатками. Но стая Натуру, маленьких электрогенерирующих светлячков, не давала Прыгуну и шанса на отдых. В таких случаях принято звать на помощь Ловцов, но прежде, чем Роланд успел дотянуться до передатчика, его груз проснулся.

– Твой голос… Какой громкий и звенящий голос… Пожалуйста, помолчи. – незнакомец пошевелил кистью, но сил вырваться из хватки не хватило. Прыгун хотел замедлить шаг, но вовремя вспомнил, что агрессивные Кошмары в любую минуту могут их обнаружить.

– Так, приятель, без паники. Тебя сильно пришибло. Боюсь, что ещё бы немного и ты не досчитался пары конечностей. Сейчас я отведу тебя к врачам, и они тебя подлатают, надеюсь. А после ты всем нам расскажешь, как же попал в самое сердце Нотуру. Так еще и не через свой сон…

– Рассказать? Я не понимаю, кто вы и куда меня тащите. Может, это вам следует мне что-то объяснить? – мысли странника все никак не собирались. Даже при допросе, он не смог бы ничего рассказать. Последнее, что помнил пострадавший, это как когда-то давно, он целенаправленно шёл в сторону высокого здания. Там находился кто-то важный для него. Но ни лица, ни характера странник вспомнить не мог.

Силы давно покинули неизвестного. Голова кружилась, каждое слово давалось через острую боль. Руки и ноги, все тело совсем не слушались. Когда тьма попыталась вновь забрать сознание сновидца, странник услышал мягкий далёкий голос. Он звал его, просил поскорее очнуться от грёз. Жаль, зов все время прерывали крики Роланда.

– Ты чего задумал? Нет, не просыпайся прямо сейчас! В таком состоянии все раны могут перенести в тело, и ты умрешь! Стой… Слышишь?!.. Не… Просыпайся…

Голоса постепенно утихли. Через миг темноты, над головой уже нависала большая белая луна. Ее свет не слепил, но и не успокаивал. Скорее, это напоминало, момент, когда человек смотрит в потолок, пытаясь смириться с тем, что время вставать. Иногда светило закрывали тучи и ветки высоких сосен, качающихся от ветра. Не так давно в этой местности прошёл дождь. Земля была мокрая и холодная, а с верхушек периодически падали ледяные капли воды. Тело ничуть не изменилось. Та же боль распространялась по всему телу.

– Ветер в горах поднимает лучше ведра воды. Вот только тебя почему-то разбудил не он. Хорошо поспал? – Этот мягкий журчащий голос уже был знаком. Верно, именно он пробудил ото сна жертву Нотуру!

Странник повернул голову. Перед ним сидел рыжеволосый человек в белом, светящемся от луны, пальто. Тёплая улыбка приветствовала вернувшегося из мира Грёз. Широкая шляпа и вязаный розовый шарф придавали личности ещё более мягкий характер. Но кое-что не давало ему покоя… Сверкающие бирюзовые глаза с пурпурным оттенком хищно оценивали состояние спасённого.

– Меня называют Гроф Хэнг. Я успешный владелец частной почтовой компании. Но для некоторых, как и для тебя, я – Иллинт по имени Смог. Не знаю, сколько ты помнишь из этой бесполезной терминологии людей, но справедливо считать, что я твой спаситель. Понимаешь? Я защитил твою жизнь, а значит теперь за тобой должок.

– Вы помогли мне?.. Не очень похоже, что все в порядке. Я же… Знать не знаю, кто вы. – странник привстал. Ему хотелось сбежать, но адская боль вновь и вновь отнимала силы и подгибала колени.

– Какая досада, я ведь только что представился. Не принимаешь это за знакомство? – странный человек задумчиво наклонил голову. – Согласен, верное суждение. Но, при любом исходе, я знаю тебя. И советую доверять мне, если не хочешь провести остаток жизни под шипами этих отвратных цветов. – Смог достал из сумки таблетки. – Это обезболивающее, оно помогает телу обмануть себя. Твоя боль временно успокоится. Хватит времени дойти до города и обсудить твое «место» у меня на почте.

Принимать неизвестное лекарство из рук подозрительного человека? Мало кто решится на такое безрассудство. Странник собирался отбросить таблетки в сторону, но Смог, вдруг резко навалился на него всей массой тела. Боль резко пробежала по спине, заставив руки дрожать, а зубы, прикусить губы. Но именно действие Смога спасло странника от быстрой атаки прилетевшего неизвестно откуда снаряда.

На стволе, о который секунду назад опиралась голова Смога, образовалось немалое отверстие. Послышались крадущиеся шаги. Следом за шуршащим звуком молниеносно вылетел второй снаряд. На этот раз, Смог оттолкнул приятеля в ель, а сам прижался к земле. Снаряд, по форме напоминающий дротик, бесшумно поглотил землю, оставив за собой метровую воронку.

– Вечно ты все усложняешь. Не считай себя неприкосновенным, Смог. Мне передали, что где-то в этой области был обнаружен пострадавший странник, которого ты силой вытянул из Грёз. – Голос разносился глухим эхом по чаще. Шаги в этот раз послышались со спины.

– Не сочти за грубость, но шаблонная реакция Прыгунов мне порядком осточертела. Добавь же в свои действия хоть толику остроты и неожиданности! – Смог отошёл поближе к тонкому дереву.

В тот миг, как звук шагов прекратился, он резко упал. Поглощающий боеприпас пронесся лёгким дуновением над ухом Смога. Стойкость ловкого Иллинта подвёл лёгкий шарф, который слегка всколыхнулся воздушной подушкой. Третий удар пробил древесину и ствол с оглушающим хрустом упал на землю.

– Скажи спасибо, что тебя запретили убивать. Иначе, ты давно повторил бы судьбу этого растения. Не думай, что я забыла тот случай. – Смог заметно разозлился. Все потому, что дерево чуть не завалила нору лисицы, которую часто навещал Иллинт.

– Дай угадаю, Избранникам в радость найти очередной предлог, чтобы угрожать мне. Твой отпрыск сам полез к опасным людям. – усмехнулся Хэнг, придерживая шляпу. Мужчина выстроил в голове четкий план, и, наконец был полностью в нем уверен. – Ты хоть цель свою помнишь, снайпер?

– Моя цель? Она уже давно на примете. – Как и раньше, снаряд полетел совершенно бесшумно. Но отличием стало не оружие, а цель.

Из кустов показалось тонкое сверкающее дуло. Направлено оно было в сторону пострадавшего от тока прохожего. Странник не успел даже понять, как его левую руку, а также грудную клетку и часть шеи что-то поглотило. Это был четвёртый снаряд. Боль моментально ушла. Причиной тому мог быть шок или же приближающаяся смерть. Случайный свидетель рухнул в заросли пушистого букашника, так и не успев осознать, что стало причиной направленных на него действий.

– Отдел в очередной раз избавляется от трудных жителей или же причиной стало моё вмешательство? Если считаешь, что я разгадал загадку перемещения миров, то нет, Узел для всех – вечная загадка. Я просто нашел его спящее тело в лесу. – Смог без колебаний подошёл прямо к засаде снайпера.

В кустах сидела укутанная в темные лоскуты ткани женщина. В руках она держала длинную трубку и привязанный к ней значок полумесяца. На поясе висели еще три поглощающих снаряда. Жаль, если бы они продержались бы еще три выстрела, снайперу пришлось бы отступить, чтобы восполнить запасы…

– Ему оставалось прожить не больше часа. Бедняга, умер бы в агонии от полученных травм. Раны души можно залечить только в мире Грёз, тебе ли этого не знать. Но что интересно, я не нашла информации об этом человеке. И если его не существовало, то я почти уверена, что информация изменена твоими руками. Не думай, что я забуду эту встречу, несущий смерть демон. – девушка выкарабкалась из кустов. В последний раз холодно глянула на силуэт жертвы, а после ушла вглубь леса.

– Я-то демон? – наклонившись к телу спросил Хэнг. – Убила она, а виновным выставляет меня? Избранники такие лицемерные. – на слова Грофа пострадавший так и не отвечал, безмолвно лежа в дикоросах.

В эту ночь неизвестный странник умер из-за глупости своего спасителя. Но в лице Смога не было ни намёка на разочарование. Теперь невезучего сновидца сочтут мёртвым, а, значит, носитель придуманного имени Клавис или же Армелхейд сможет жить независимой полной жизнью.

Дом

Безжалостный будильник продолжал звенеть даже после того, как хозяйка давно проснулась. Обычно стены в это время ярко желтели от утренних лучей. Но сегодня город накрыл туман, от чего темный дом казался Мун еще более страшным. Девушка взглянула на новую школьную одежду. Темно-синяя юбка, синий кардиган с эмблемой школы – пурпурного цветка лаванды в зелёных крыльях птицы. На соседних плечиках висела светло-коричневая рубашка, а также приготовленный заранее плащ от дождя.

Семья Хатсон переехала в прибрежный город Монс Понтис неделю назад. Дорога была не из простых. Хатсон ехали почти неделю до точки назначения и многое пережили. В первый же день путешествия им попался хитрый вор. Тётя Мун – Анна остановилась в мотеле, недалеко от небольшого леса, а на утро обнаружила, что все вещи из чемодана раскиданы по округе. С такой же проблемой обратились и другие гости. Многие из вещей бесследно исчезли. По камерам видеонаблюдения сотрудники отыскали и поймали виновного. Им оказался юркий енот, который залез внутрь каждой припаркованной машины в поисках еды. Но слишком заигрался с плохо убранными сумками приезжих.

А на второй день дядя, заслуживший за свой круглый живот и неуклюжесть кличку Перышко, отравился местным острым блюдом. Его ещё два дня мутило, до самого города. Каждый раз, когда он видел что-то зелёное и длинное в супе, сразу панически отказывался пробовать. Но вскоре отравление ушло, и Перышко опять стал пробовать новые экзотические блюда. К концу поездки мужчина так осмелел, что вновь дегустировал все подряд. Тёте Анне оставалось только неодобрительно качать головой и держать наготове аптечку.

С каждым днем Хатсон отдалялись от прежнего дома. Поля сменялись сопками, а сопки заснеженными горами. Высокие колосья злаков остались далеко позади, стали все чаще попадаться кустарники, затем высокие деревья и, наконец, столетние ели и годовалые пихты. Но было и то, что преследовало семью на протяжении всего пути. Частые гости дороги – дикие курицы. Фазаны, что на полях, что в лесу одинаково бесстрашно и напористо летели прямо перед лобовым стеклом, спасаясь от части шашлыка, только хорошей реакцией водителя.

Мун совсем не впечатлили горы. Большие булыжники торчали из земли и иногда сбрасывали свои частички из-за землетрясений. Их заснеженные верхушки задерживали облака, от чего в низинах часто шли дожди. Горный хребет выглядел так холодно и бесчувственно, несмотря на то что все подножье заросло густым лесом. Даже через окна слышались сильные порывы ветра. А скрипучая Волво – верная машина семьи – покачивалась от новых ударов стихии.

У подножья огромных гор стоял портовый город Монс Понтис. Трудно сказать почему порт до сих пор пользовался спросом. Но ни одного грузового судна в тот день на море не стояло. Только редкие товарные лодки и два пассажирских парохода ежедневно продляли жизнь сооружения. Вдалеке показались первые домики на побережье тёмного моря. Цветные маленькие, аккуратные постройки пригорода разбавляли серый ландшафт. Внутри Мун все съёжилось. Из достопримечательностей: старая церковь с колокольней и сверкающими витражами, музей истории города и любимые туристами руины осадочной крепости или замка, на вершине сопки. А всё остальное занимали магазины, дома, школы и офисные здания.

Новый домик Мун стоял за городом, на краю скалы. Небольшая лужайка раскинулась за домом. Её богатством были: одинокое старое дерево и примятая широкая трава, ненамного выше мха. В траве цвели мелкие жёлтые цветы, они напоминали те, что росли у дома, в котором остался Дэн. Воздух был очень чистый, влажный и холодный. Красивое живописное место навевало грусть, привыкшей к солнечным полям Мун. Небо почти затянуло облаками, и только редкие лучи пытались прогреть мелкую рябь воды.

Внутри дом казался ещё меньше. Его тёмные стены сжимали пространство. Пахло отсыревшим деревом и древней пылью. Под полом сквозило, а на потолке красовался лишайник. Особая красота царила в ванной. Там уже давно никто не убирал скользкие стены и плитку. В одной из комнат под высокой крышей тетя Анна обнаружила гнезда ласточек. Да и дом словно сто лет пустовал.

– Ух, работы тут много. – проворчал Перышко, брезгливо отрывая проникшую растительность с порога – Боюсь даже заходить в подвал.

Тётя Анна рассказала, что дом им предоставила компания, в которой они работают. Что за компания такая, если они отдают полу – развалины своим дорогим служащим? Комната, которую забрала себе Мун, находилась на чердаке. Не было ничего похожего на старую комнату. Она была больше, но размер не мог уберечь визуальное пространство из-за давящей тьмы стен. Её бурый дуб вытянул даже самые яркие цвета одежды. Хорошо, что на чердаке не решили обустроиться животные или насекомые. Иначе бы маленьким существам не повезло оказаться под прицелом ловкого охотника.

Воспоминания прервал новый звон будильника. Быстро одевшись в школьную форму, Мун помчалась вниз по крутой лестнице. За ночь жилище не изменилось. Как бы школьница ни старалась, в душе жил лишь милый старый дом и тёплая поляна. Но Мун встречали всё те же каштановые комнаты, мокрое дерево и любопытные глаза птенцов, которых семья решила не беспокоить.

Дядя Перышко приоткрыл массивную дверь, чтобы занести дрова. Холодный воздух тут же ударил в нос. Пахло ручьём, который тёк рядом с большим обрывом у дома.

– Отопление для заброшенного здания временно отключили, поэтому приходится использовать старый метод, пока не приедет мастер. Но нам не впервые бороться с трудностями, верно? – тётя Анна улыбнулась. Её блондинистые волосы ещё больше кудрявились от влаги, а веснушки совсем потемнели. Теперь тётя Анна ещё больше походила на солнце, отчего ее племяннице сразу полегчало.

Школа Инока была совсем рядом, у подножья. Пока Хатсон шли по извилистым улочкам, увидели рабочее парусное судно с тяжёлыми пушками. По рассказу проводника, корабль еще стоит на военном учете и считается полностью боеспособным судном. Над горами и городом каждые двадцать минут летал спасательный вертолёт. Шумели прохожие, обсуждали последние новости у информационного столба.

Школа, как и многие сооружения Монс Понтиса, ничем не выделялась. Серое здание, с высокими узкими окнами и маленьким двориком. Краска, хоть была новой, успела отсыреть от вчерашнего дождя. Главный вход украшали маленькие синие ели и горные камни. По обе стороны двери развивались два флага с гербом Инока. Уроки уже начались, поэтому безумная толпа школьников почти полчаса сидела притихшая под надзором преподавателей. Для Мун же это означало – спокойное передвижение по учреждению.

Внутри школы стояли зелёные диванчики, высокие фикусы и даже кактусы. На стенах висели зеркала, стояли витрины с наградами за достижения школьников и учителей. Рядом с художественным классом к стене прикреплены доски, на которых ученики могли писать сообщения или рисовать, вместо того чтобы портить имущество школы. А для любителей спорта у территории школы расположился малый стадион и тренажерная комната. Так же на большом участке стены и пола была сложена мозаика из стекла с изображением моря, елей и гор. Даже в туман, цветное стекло переливалось на свету и отражалось цветными лучами на потолок и стены.

Тётя Анна и Мун прошли в кабинет директора, чтобы познакомиться с руководителем учреждения. Тётя Анна взволнованно пыхтела и на каждом шагу слегка подпрыгивала. Они прошли мимо обклеенных наклейками ящиков и кабинета химии, от которого ужасно пахло химикатами. Ох, не завидная участь у сидящих там детей. Мун стало немного плохо. Это чувство принято называть бабочками в животе. Но в ее случае бабочки не порхали, а носились на мотоциклах по арене. Наконец-то Хатсон нашли кабинет директора. Над матовой стеклянной дверью висела табличка: Норсон Верли.

Кабинет оказался просторным и светлым. Стол стоял напротив большого окна. Рядом со столом пристроилась маленькая тумба из светлого дерева. На стене лоскут перламутровой ткани и прикрепленный к нему серебряный старый месяц. На полках, среди документов стояли пугающие цветные баночки. В одних находились речные камушки, в других конфискованные вещи как учеников, так и недобросовестных сотрудников школы.

"Может он был знаком с Прыгуном? Или же директор им и является? " – вдруг пронеслось в голове Мун. Но не секрет, что многие люди любят месяц. И не обязательно все они Прыгуны. Любой может украсить комнату месяцем, вот только цвет, на котором он висел, без остановки прокручивал навязчивую мыль в голове Мун.

В кабинете сидел мужчина с каштановыми волосами и темно лазурными глазами. Одет директор был в каноничный коричнево-синий костюм, как и учителя с учениками. Квадратные очки подчеркивали схожий тип лица, отчего директор казался молодым, но опытным человеком. На руке висел плетёный кожаный браслет с золотым полумесяцем.

– Ах, ты должно быть новая ученица! Я как раз вчера записал тебя в класс. – объявил хозяин кабинета. Его голос был громким и уверенным, немного весёлым, хитрым и играющим. Мун все больше убеждалась в поражающей гипотезе.

– Знаете, мы только переехали в город и … – тётя Анна всегда говорила немного неуверенно, когда дело касалось Мун. Она беспокоилась за упрямый, прямолинейный характер своей подопечной. Или за то, что в прежней школе у Мун был не лучший послужной список? В какой-то момент ее чуть не выгнали за очередную шалость.

– Не успели все осмотреть? Вы волнуетесь за девочку, вдруг её не примут? Или же причина в том, что она немного импульсивна? Я могу вас заверить, что все будет хорошо. Я ознакомился с жалобами прошлого директора. Неприятная новость, но с нами Хатсон раскроет себя с лучшей стороны. Обещаю лично проследить за этим. Ученики часто жалеют о своей жестокости в будущем, но наша школа всегда вовремя усмиряет их жаркий пыл. Ведь откуда берутся проблемы? Я думаю, от простого непонимания поколений, как я с отцом в детстве. – директор глянул на тётю Анну.

В яблочко! Этот прием Мун точно знала и даже испытывала на себе! Геут вечно перебивает её таким способом, как и многие другие Прыгуны! А еще этот тембр навевал воспоминания о тренировках друга. Девушка решила осторожно проверить, чтобы в будущем тётя Анна не стала задавать лишние вопросы.

– Простите, директор. Ваш акцент мне немного знаком… – начала Мун – Способность предугадывать слова о многом говорит. Я знаю одного человека, который точно так же, как и вы, общается с людьми. Забавное совпадение, да?

Тётя Анна удивилась. Дома у Мун был один друг, и он точно так не разговаривал. Во-первых, потому, что это была соседская дворняга Аркен. А во-вторых, потому, что Мун жила в нескольких километрах от города и часто училась дистанционно, посещая учреждения только по особым случаям, на которых всегда успевала набедокурить. Хатсон, заметив смятение Анны, решила увести разговор подальше от неудобной темы, но Норсон сделал это раньше.

– Что ж, хороший директор знает подход к каждому своему подопечному. Первый урок ты пропустила, но поспеши на следующий. Вот расписание, учебники в библиотеке. Ну, или, если хочешь, попроси поделиться заданиями у своих новых одноклассников. Это был бы верный толчок к хорошим отношениям. А теперь, поторопись. – Верли, как кот на солнце, прищурил глаза. В заметках к расписанию занятий Мун нашла интересную запись, подтверждающую предположение.

«Я думаю не стоит пренебрегать даже, как считают школьники, скучными занятиями, иначе второй хороший выпуск нам обоим только приснится.»

Долгожданный звонок

Мун воодушевилась. Было очень приятно встретить здесь Избранника. Может, был и ещё кто-то? Но этот кто-то оказался не в новом классе. Мун поплелась на алгебру. Класс встретил ее удивительно равнодушно. За передними партами сидели самые низкорослые ученики, в углу кто-то, не отрываясь от телефона выигрывал командный матч, крича в наушник нецензурную брань. Рядом с невнимательным игроком стоял друг, который все время, невзначай, стаскивал пронесенные одноклассником чипсы.

К Мун, все еще стоявшей посреди класса, подошла невысокая девочка с короткими чёрными волосами и такими же темными карие глазами. Она была немного крупная в теле, а на носу рассыпаны веснушки, прямо как у Анны. Девочка была одна из немногих учениц, одетых не по форме: жёлтая толстовка и чёрные джинсы.

– Привет, ты новенькая? Я Алис, староста нашего класса. – девочка указала на парту у окна – А там твоё место. – оглядев почти пустую, тонкую на вид сумку Хатсон, Алис сжала губы и задумалась. – Смотрю, ты не получила учебники. Наверное, не хватило времени узнать, где наша библиотека… Директор рассказал, что у тебя была личная программа обучения. Если возникнут проблемы, обращайся ко мне. Я могу тебе все показать в школе. Ну знаешь, будет сложно если… – Алис перешла на шепот – ты захочешь в туалет, но не будешь знать где он.

Одноклассница весело улыбнулась Мун и хотела еще расспросить новенькую, но в кабинет вошёл учитель. Это была маленькая дама в длинных красных сапогах и нежно – фиолетовом платье. Она сбросила пальто и важно встала у доски.

– Ещё вчера вам должны были рассказать, но я напомню о Мун Хатсон. Ее доверили именно вашему классу, поэтому не пугайте девочку в первый же день учебы. Прошу относиться подружелюбнее. Ладно, думаю вы ещё пообщаетесь, а сейчас добро пожаловать в удивительный мир формул, билет в который вы завалили на прошлом уроке. Поэтому готовьте ручки, нас ждет долгое повторение. – Весь класс тяжело вздохнул.

Предпоследнее предложение учительница особо подчеркнула. Мари Долсон – учительница в возрасте. На её кругленьком лице красовались квадратные очки, прямо как у директора. Короткие прямые волосы до плеч, немного ювелирных украшений и присущий каждому учителю особый, порой навязчивый, запах.

В режиме тянущейся карамели все изучали трапеции и формулы. Потом шла география нашей славной планеты. Алис поймала Мун на перемене и, по пути за учебниками, расспросила про первый дом. Оказалось, что и она приехала сюда четыре года назад. До этого Алис жила в столице, пока не решила изучать геологию с отцом.

– Так, ты была рада переехать сюда? – спросила Мун, ожидая очередного радостного ответа от Алис.

– В первый день я… Просто ненавидела этот город. Хотелось, чтобы все здесь разрушил какой-нибудь сильный обвал. – ответила Алис, упираясь о подоконник коридора, куда согнали детей, чтобы те не разрушили хрупкую технику учебного помещения. – Вот только в один день мое желание почти исполнилось. Я, папа и его команда с проводником пошли изучать ущелье. Но вдруг, без видимой причины случился обвал. Мне было до ужаса страшно. Папа тоже испугался, но пытался делать героическое лицо. В тот момент, да и сейчас, это казалось забавно.

– Но вы благополучно выбрались, и ты стала больше ценить город?

– Ну, это довольно близко. Почти вся группа пострадала. Но наш проводник выглядел не испуганным, а очень злым. Как сейчас помню, он ворчал про младшего брата. – девушка немного рассмеялась от нахлынувшего воспоминания. – Это тоже меня так рассмешило.

– Так… Как же вы выбрались? – Мун сжала учебники. Эта история напоминала ей сюжет любимого фильма, про ловушку в разломе. К сожалению, финал кинематографической картины был весьма мрачен.

– Не ожидай, что мы прорыли туннель или пустили сигнальную ракету, хорошо? Проводник вызвал спасателей, и мы просидели под завалом несколько дней, дожидаясь, пока нас освободят. Страшно стало, когда у ламп начала иссякать энергия. Проводник все посылал какие-то координаты. Еще полтора дня мы просидели без еды. Ужасное тогда было чувство. Хотелось поскорее вернуться домой. Но не в столичный дом, а в наш с отцом. Я тогда поняла, он такой милый и уютный. Когда мы наконец выбрались, к нам помчалась толпа волонтеров с горячим супом, одеялами. Я поняла, что Понтис добрый, маленький город, в котором все знают друг друга. И поэтому меня здесь не бросят и помогут. Вот такая история. К тому же, наш город удивительно загадочен. Монс Понтис скопил немало тайн, на первый взгляд кажущимися аномальными или скорее мистическими. Но только копнув в них, ты понимаешь, насколько ошибаешься.

– Они оказываются простыми преувеличенными фантазиями? – словно ведущий из программы по разоблачению фальшивых легенд, саркастично спросила Мун. Но Алис на удивление серьезно посмотрела на собеседницу.

– Они оказываются еще черней и глубже, чем предстают в первый раз. – неожиданно серьезно ответила одноклассница.

– Так ты любишь искать тайны? – Мун была все еще скептически настроена. Будучи Избранницей, она могла представить, что одноклассница сталкивалась с Кошмаром, проникшим на Землю в теле животного. Однако, зная впечатлительную натуру людей, Хатсон могла лишь посочувствовать травме бедного ребенка.

– Нет, совсем не люблю. – чувствуя недоверие, Алис казалась расстроенной. Но черноволосая девушка не сдавалась, пытаясь доказать правоту своих слов. – Ты знаешь, что наш город имеет странную планировку? Монс Понтис разделен горой Фель, и его единство поддерживается лишь нешироким трактом и стоящими вдоль него домами. Одна его часть «Монс» лежит по ту сторону горы. Там обрабатывают камни и изучают эндемиков – каких-то особенных белок. На нашей же стороне «Понтис» – портовая часть. Хотя, начиная с осени к нам редко заплывают суда, но, как начнет теплеть, ты увидишь, что эти старые причалы еще пользуются спросом.

– Вы поэтому называете город просто Понтис? – задумалась Мун.

– Ага, так ты легко определишь, кто из какого района прибыл. – радостно ответила Алис, выпрямляя от усталости ноги, которые все время норовили соскользнуть и уронить тело подростка.

– Но, неужели нельзя было окончательно разделить города? Получилось бы два крупных поселка, но с меньшей запутанной системой. Все-таки, гора – не маленький холмик. Мы даже не видим ту часть, спрятанную за вершиной.

– Я не знаю подробностей, но, видимо, оставить единый пункт на карте все еще выгоднее, чем выделять отдельно управляемые области. Да и сама гора является частью города, хотя, вроде, у нее есть владельцы. – на секунду Алис усомнилась в рассуждении. Девушка хотела было потянуться за телефоном, чтобы подтвердить свои слова фактами из местных информационных сайтов, но громкий звонок и открывающий дверь учитель заставили бедняжку послушно спрятать прибор обратно в рюкзак.

Мун все еще не могла разделить любовь Алис к городу, но теперь окружающие казались не такими уж и скучными прохожими.

После карт одноклассники перешли к изучению испанского. Мисс Лупита с детства была мастером своего дела. Она родилась в Саламанке, на северо-западе Испании, где обучилась своему ремеслу, а после переехала в Монс Понтис. Интересно что её суда привлекло? Лупита рассказала по-испански историю о том, как она чуть не попала в полицию из-за выброшенной ореховой пасты прямо в лицо проходившему мимо аллергику.

Учительница была самым молодым сотрудником школы. Ей не так давно исполнилось двадцать лет. Среднего роста, с объёмными волнистыми русыми волосами и чистыми карими глазами. Испанский пролетел незаметно и интересно, жаль Мун ничего не понимала без перевода Алис. Вот бы все могли говорить на языке Грез. Как удобно жилось бы людям!

После занятий Алис и Мун немного поболтали с одноклассником Голдоном о местных развлечениях. Парень больше всего любил ходить под парусами. Он пол дороги описывал, как правильно швартовать парусник, и что шкот и штат – принципиально разные вещи. Мун понимала только половину слов. Алис тоже мало разбиралась в парусных терминах, от того быстро перетянула одеяло на себя.

Маленькая девушка рассказала про поход к дальнему горному озеру и о местном зале видеоигр, набирающем людей для клуба киберспорта. Каждый раз, когда Алис говорила про цифровые рекорды, Голдон недовольно ворчал. Ему так и не удалось победить в этой виртуальной битве с главным городским боссом – Алис. А вот гонки под парусами были по его части. Он предложил и Мун попробовать устроить морской поход весной, когда льды в бухте оттают. После шестой попытки уговорить, она все же согласилась попробовать. После, Алис решила, что Мун необходимо выпить воды из главного городского фонтана. Оба поморщились и решили, что из-за монет, валяющихся на дне, вкус будет отвратителен. Это и к лучшему.

На вопрос о том, где расположен дом Мун, она рассказала, что живет у расщелины. Около дома протекает ручей, а потом обрывается и водопадом впадает в поток ниже. Он будет течь до середины зимы, пока снег с верхушки полностью не заморозит исток. Услышав это, ребята пришли в восторг. Алис даже решила, что на днях придёт полюбоваться природной красотой. Мун тоже хотелось бы так же реагировать на это необычное и временное явление. Но если Алис смогла стать таким оптимистом спустя четыре года, то есть в Монс Понтисе место и для Хатсон.

Глава 3 «Что бы прорычал Орт?»

Грань: «Мир сна»

Что за места мы видим, когда спим? Мы часто видим красочный или серый мир. Иногда он похож на то, что мы видим на Земле, порой мир уникален. Не знаю, замечаешь ли ты, что на фоне некоего дома, где проходит твое приключение, стоит та самая гора, которую ты иногда покоряешь, в другие ночи. Причина этого проста. Мир снов – одна большая площадь, где, в зависимости от человека, находятся места для разнообразных приключений. Они бывают размером с город или даже целый континент. И всегда, каждую ночь, во снах планируют как проведет время сновидец.

Часто, когда мы прогуливаемся по обратной стороне улицы, она кажется нам незнакомой. Или если носящий очки человек в один день снимает их и внешность кажется уже совершенно другой. Мир снов работает по тому же принципу. Благодаря тому, что мы можем забыть сон, повторение окружающего мира не является проблемой для его обитателей. А для тех, кто детально запоминает сновидения, единый мир лишь повод для изучения и попытки исследовать его увлекательные уголки.

Единственная возможность создать новый мир – изменить уже существующий. Чтобы сделать это, человеку нужно немного: проявить фантазию, наблюдательность и веру. Можно создать море в пустыне, взрастить город в лесах. Главное – быть уверенным, что ты на это способен! Иногда нам встречаются люди, способные полностью переписать свой мир. Для Избранника эта способность человека в разы хуже, чем проделки Кошмара. Представь, что ты бежишь за недругом по степи и вдруг, под ногами появилась болотистая тина!

Ты можешь оспорить мою информационную сводку. Я же не могу доказать свою правоту. Могу лишь сказать, что в мире сна есть земли. Они являются целым миром. Миром, где хозяин лишь ты.

Охота

Сегодня ночью в отделе снов все Кори ходили хмурые. Хотя среди них и попадались встревоженные сотрудники. Они всегда беспокойно бегали, когда переводили очередное предсказание про конец света. При обычных обстоятельствах, Кори всегда весёлые, но сейчас их бледные силуэты бродили из угла в угол с очень задумчивыми лицами. Они что-то бубнили под нос и быстро листали свои блокноты. Резкий звук перелистываемой бумаги эхом разносились по непривычно тихому Отделу. Это настораживало. Мун не стала расспрашивать про их тяжёлые думы, но такое поведение определённо не вело к чему-то хорошему.

По пути Хатсон встретился Геут. Он тащил за собой одного из нарушителей. Как подумала Мун, человеку рассказали о Избранниках, и тот специально пробрался в Отдел. Пленник даже не сопротивлялся и покорно шёл со связанными руками. Мун невольно поймала тяжелый взгляд разбойника. Такой мрачный и желающий знать правду. Обычно нарушителей передают Охранникам, а затем Ирты стирают им всю информацию, конечно, после долгой неприятной беседы, что и случилось.

– Геут, привет! – крикнула Мун, зазывая рукой. Тот удивлённо посмотрел в сторону Ловца.

– Мун? Я думал тебя ограничили. Как и всех остальных Ловцов. Ну, я имею ввиду особый указ, после утечки некоторых данных.

– Погоди, от чего отстранили? Так, если меня понизят, я устрою им весёлую жизнь. За один день никто не имеет права лишать меня работы!

Геут усмехнулся. Другой реакции подруги он не представлял. Прыгун отвёл Мун в сторону, сопровождаемый недовольным взглядом Охранника.

– Говорят, в измерении грёз вновь появился Негл. Пока его не поймают, всех, кто имеет доступ ко снам, ограничили. Многих сейчас проверяют. Особенно осторожны с Ловцами, Охотниками и Иртами. Но я думаю, что особый приказ Эйдж касается именно тебя.

Мун чуть не закричала от удивления и восторга. Конечно, ее совсем не радовали принятые Советниками методы. Но само ощущение того, что прямо на ее глазах оживает вечная легенда Отдела, будоражило Мун от пяток до макушки.

– Но как? Тебе уже известно, кто он? – глаза Мун пылали огнем. Геут постоянно осматривался. Разговор был опасен, среди возможных сторонников Кошмара и любителей сплетен. Стоит им только услышать, что великий Негл вновь пробудился, начнутся междоусобицы.

– Никто не знает. Я слышал, этим уже занялись Шумсы. Но они не из тех, кто быстро выполняет свою работу… Скажем, эти ограничения надолго. – Сейчас Геут был прав. Шумсы – работники выявления темных существ. Они как шпионы, изучают, наблюдают и раскрывают личности Иллинтов или других Кошмаров и часто работают детективами в обоих мирах.

Разговор прервал маленький белокожий человечек по имени Уайт, известный на все башни своими разведывательными дронами. Неизвестно, закрывала ли его лицо белая круглая маска или же это и был настоящий лик человечка. Но на мордашке виднелись только нарисованные большие глаза и маленькая улыбка. Голубая туника и такие же волосы гармонично сочетались в образе. К белой пелерине, неизвестно для чего, был грубо пришит кусок длинной узкой ткани, болтающейся, как кончик шарфа на груди. На макушке торчало два фиолетовых плоских рога разной длины. Сотрудники Отдела до сих пор не знают, что за житель Грез скрывается за этим причудливым обликом. Многие думают, что он и вовсе – миролюбивый разумный социальный Кошмар. Однако, глаза существа всегда скрывала маска, поэтому никто не решался определить вид Уайта.

Иллинтов всегда можно было узнать по их глазам, если те не были под чем-либо скрыты. Когда Кошмар смотрит прямо на тебя, у его красноватой радужки можно едва заметить бирюзовый отблеск. Все меняется, как только Иллинт немного наклоняет или поворачивает голову. Снизу радужка до зрачка светится ярким розовым цветом, а верхняя часть бирюзовым.

– Геут Ниса, я к тебе от Советницы Эйдж. Должен ли я поздравить тебя со скромным, но все же повышением? Ха! В любом случае тебе дали одно важное задание, от которого зависит не одна жизнь. Советница уже ждёт у себя. И советую не злить её своим долгим отсутствием. Уж не знаю, что сегодня произошло, но настроение у Эйдж скверное. – Уайт без конкретных объяснений схватил Геута за руку и быстро поволок в сторону лестницы. Интересно, он проигнорировал рядом стоящий лифт специально или его задачей было сопроводить Прыгуна лично?

В любом случае, многие Ловцы были в коридорах, а, значит, возможность входить в сны оставалась. Мун пошла к большому телепорту, в надежде, что ее все же отправят на задание.

Устройства мгновенного перемещения стояли во всех углах Отдела, рядом с лифтами. Самое страшное то, что по внешнему виду телепорты почти копировали подъемники. Незнающие ученики часто путают их с менее функциональным способом перемещения. Жаль, что после этого, Ловцы и Прыгуны ищут их по всевозможным снам. Телепорт чаще всего похож на круглый стеклянный подиум с панелью управления. Но в исключительных случаях их могут маскировать под двери, высокие вазы или же душевые кабинки. Последнее особенно пугает Избранников. Бывают случаи, когда ты хочешь отмыться от кусков кошмара, включаешь воду и… Ты уже стоишь посреди нового боя, но в совсем неподходящем виде.

Сегодня прогулка Мун началась во сне директора крупной фирмы из Швеции. По крайней мере об этом можно было рассуждать, так как за окнами офиса виднелась знаменитая на весь мир Стокгольмская сферическая Авичи-Арена, а на деловом костюме сотрудницы красовался тонкий золотистый бейджик. Мун надеялась, что на этот раз ей попадётся дичь покрупнее.

Сюжет сна вновь оставлял желать лучшего, но жаловаться сейчас было бессмысленно. Компьютерный офис вмещал в себя двадцать человек, но все кресла, кроме одного, пустовали. Шведка сидела за столом, покрытым ветками белой колючки. Девушка нанизывала на мелкие шипы кусочки неизвестной серой желеобразной массы. Её руки и лицо, а также, все стены и пол офиса были запачканы толстым слоем все той же жижи. Около сотрудницы стоял высокий черный призрак с большим ореолом на лбу. Такие призраки на самом деле являлись частью сновидца, от лица которого они видели сон. Иногда они выглядели в точности как хозяева, иногда как силуэты. Черными тенями сновидцы становились, когда находились на грани отчаяния, поэтому Мун беспокоилась за психологическое состояние человека, но помочь ей никак не могла.

– Где же ты? – Мун осмотрела мякоть кактусов, но ничего подозрительного не нашла. В серых каплях тоже не наблюдалось следов Кошмаров. Сам человек был чистый. Однако, его движения были слишком напряжёнными для сновидца. – Что же это?! Если этот сон был ложным, мне никогда не подняться. Кто вообще режиссирует такие отвратительные сны? Местным нужно поработать над этим.

Мун решила проверить улицу, но окна и двери не открывались. Оконные рамы тоже не таили в себе что-то новое. Кажется, собственная судьба Ловца намертво застряла на мели.

Надежда почти оставила Мун, когда в одной из тысячи игл что-то пошевелилось. Многие бы не заметили этого движения, но только не Мун. Когда живёшь среди полей, нужно быть начеку. Всегда есть шанс, что в траве затаилась шипящая опасность.

– Ну, и кто тут у нас? – Мун осторожно вытащила иглу из растения, с помощью созданного властью Грез пинцета. – Так и думала, это близнецы Южи. Зараза снов, не лучше Червя, но хоть более редкая.

Южи – маленькие и глупые Кошмары. Сами-по-себе они ничем не вредны, только кусаются в два раза больнее ос и часто оставляют шрамы у Ловцов. Для измерения снов такие способности излишни, но близнецы призывают Ортов своими отвратными песнями. Если, конечно, тот есть поблизости, он обязательно услышит манящий ор. Южи выглядят как полуметровые осы, но крылья больше и ярко-желтые, а сопровождающие звуки просто вытягивают душу, на много дней тревожа того, кто их услышит. Иногда, крик Южи доводил до безумия тех, кто несколько раз слышал его. Близнецами их прозвали за то, что их толстые боковые усы с рождения срощены, как у сиамских близнецов.

– Глупые насекомые, хватит уже орать!

Мун быстро прихлопнула их фантомными бирюзовыми парными ножами, из-за невыносимого шума в ушах. Но она надеялась, что Орт все же придёт на адский зов.

– Я легко с ним справлюсь! А с Ортом есть шанс доказать, что я стою больше Червей. – В предвкушении думала Мун. Надежды оправдались. Уже через минуту из-под пола послышался треск. Куски бетона разгромили столы, а серая субстанция активно полилась на нижний этаж. Уже через секунду пыльная голова Кошмара очутилась в опасной близости с хозяином сна. Перед призраком стоял огромный Орт.

Его неестественно уродливая жабья морда и мохнатое жирное тело летучей мыши были срощены у шеи. Под темной фиолетовой шерстью выделялся зелёный секрет, а кожа была пронизана алыми острыми наростами. Орты – глупые существа, которые просто съедают все в поле зрения, не разбирая ни вещей, ни людей, ни собратьев. Из-за животного инстинкта разрушения, Орт признан не очень опасным Кошмаром, однако физически сильным, поэтому ловить его в одиночку рискует не каждый.

Мун дернула вниз одно из трех перьев звенящего на груди знака. Нить ловца снов потянулась вслед за металлическим пером. Её цвет постепенно из золотого стал нежно пурпурный, а старый материал преобразовался в сеть из самого прочного вещества миров – мифтодии.

Орт отпрыгнул и набросился на шведку.

– Ну нет, не уйдёшь! – Мун в прыжке перехватила огромную пасть монстра и повязала полупрозрачные крылья.

Орт пытался подцепить сеть зубами, но вместо ожидаемого освобождения, только больше запутался в верёвках. Нить затянулась и сжала Кошмара, однако удержать его оказалось труднее, чем думала Мун. Большими сильными лапами зверь упёрся в землю, а после стал усердно тянуть Ловца к себе. Он с трудом разинул пасть. Мифтодия натянулась до тонкой нити и почти прорезала десны Кошмара, повредив его язык. Мун несло к Орту с такой скоростью, что если её не покромсали бы зубки чудовища, то это обязательно сделала бы сковывающая его сеть. Ловец сжала в руках перо, от которого отходили нити и бросила его за спину Кошмара. Наконечник не плотно прибило к грязному столу. Инерцией Хатсон продолжила бежать прямо в сторону глотки Кошмара. Выставив ногу вперед, Ловцу, в прыжке, пришлось ударить Орта по морде, чтобы тот не откусил девушке голову.

Мун оттолкнулась от ноздрей и зацепилась за отросток. Орт попытался сбросить Ловца со спины, но сеть помешала ему перевернуться. Перо на последних силах сдерживало живой танк. Дыхание пленного участилось. Все его тело, кожа, покрытая спутанными назойливыми нитями волосами, кровоточила. Орт, через силу снова открыл пасть, но в этот раз он стал втягивать воздух в себя.

Поле боя занимали руины кабинета. Серая склизкая субстанция стянулась со столов на пол. Теперь помещение можно смело называть настоящим катком. Вот только Мун совсем не устраивало на нем кататься. Она покрепче схватила Кошмара за шкуру и попыталась завалить его. План основывался на том, что монстр стоял на той же скользкой площадке, что и человек. Но когти прошли через деревянный настил и намертво впились в бетон пола. В такие моменты Ловец могла только позвать поддержку, но Избранницу смущала обстановка в Отделе.

Было бы приятно сделать пару дыхательных упражнений, но времени на это, к сожалению, не оставалось. Мун захватила с шерсти Орта моток сковывающих нитей и со всей силой потянула на себя. Руки, даже защищенные властью Грез, заныли в ту же секунду. Не выдерживая давления, ладони сначала покраснели, а до самого предплечья волнами пронеслась колющая боль. Одна из кистей не выдержала. Нить разрезала кожу девушки, а вскоре и вторая ладонь присоединилась к медленной казни. В таких условиях человек чувствует нарастающую жгучую боль, но адреналин заглушил почти все неприятные ощущения. Жертва не прошла даром. Пасть Орта вновь удалось захлопнуть, а лапы сместить ближе к центру. Монстр медленно, но уверенно терял равновесие. Мун резким движением вытащила из чехла за спиной карманный нож и выколола жабий глаз. Орт не отвлёкся на рану, но слепая зона позволила Хатсон прижать перо плотно к пузу Кошмара.

– Ещё повяжем передние лапы и будешь ты пойман. – напевала Мун, обездвиживая Орта крепким узлом. И вот, через мгновение, он уже лежал на полу, поверженный. Ему оставалось только кусать сеть и нервно подергивать задней лапой.

Уверенный Ловец сорвала с пояса белый куб – клетку, чтобы поступить с нарушителем также, как и с Червем. Куб может вмещать в себя почти бесконечное количество материи. Если бы он за раз не сбрасывал все свое содержимое, то получился бы отличный рюкзак. Но в эту ночь, куб неожиданно… Перестал функционировать. Все дело было в ограничении, объявленном Отделом. Чтобы предостеречь сотрудников от глупости, вроде действий Мун, следящие за устройствами Кори временно отключили все их функции.

– Да ладно?! Не верю! Мне в самом деле придется тащить эту громадину на своих двоих? – Мун глянула на ладони. Боль еще не дошла до апогея, но их разорванный вид пугал героиню. Хорошо, что в Отделе подобные раны заживают за час, если, конечно, не вернуться назад в наш мир. – Ох, минутку… Я опять слишком быстро справилась и теперь моим единственным заданием на сегодня будет очередная трата времени в обители лентяев? Почему это в самом деле происходит?

Расстроенная Ловец хотела уже уходить, но увидела, что с призраком что-то не так. Он стал быстро ходить по сну. Его тело разрывало на части, а после он вновь появлялся целым в другом месте.

– Это ты сделал? – спросила Мун Орта, но в ответ получила только рычание и пронзительный взгляд, посылаемый уцелевшим глазом.

– Ч-человек на границе. Он-на больше н-н-не спит. – тихо прошелестел появившийся неподалёку призрак. Его голос колебался от низких до высоких частот. Постоянное изменение собственного черного силуэта выглядело пугающе, вызывая только неприязнь и желание поскорее покинуть сон. – Думаю, те-е-бе уже пора.

– Ой, да? Тогда мне пора! Спасибо?!.. – вообще-то с призраками, из которых уже ушла душа сновидца, запрещено было общаться, ведь неизвестно, кто захватил тело. Но, если сон исчезнет, то Избранник вместе с Ортом потеряются в вечном лабиринте Грез. Странно было, что пустая кукла заговорила, но, как подумала Мун, в жизни и не такое случается.

Хатсон вернулась в Отдел с Кошмаром, превышающим её рост почти в три раза. Она потащила монстра Лори Вект, в этот раз через общий холл. Ее поступок действительно привлек много внимания. Слухи… Как быстро они разойдутся? Сегодня, на Лори было воздушное пестрое платье и блестящий яркий макияж. Нарядный вид был очень непривычен для Лори. Если вспомнить, по Отделу давно ходил слух, что холодная Вект наконец-то нашла своего спутника жизни. Наверное, сегодня у них намечалась особая ночь.

– На этот раз получше. Но… Секунду, он же из сегодняшнего сна? Видимо, это наказание судьбы. Тебе, как всегда, везёт на проблемы. Это ещё с курсов, или того раньше, не так ли? Ваша семейка всегда отличалась. Хотя, прогресс на лицо. Свалилась на мою голову опухоль. Ладно, только, если что, ты его повязала у границы Отдела! Или в крайнем случае вчера так вышло, что случайно зашла в телепорт, ну и понеслась история сегодняшней ночи. – Лори позвала двух Охранников, помочь дотащить Орта. Она была весёлой и мягкой. Но за краской на лице было не скрыть очевидного волнения. Лори была очень бледной, как Анна, когда её с дядей уволили с работы. Опять нам не дано понять всего того, что творится в Отделе.

– Ну да, что может быть лучше Ортика?.. – Мун, постучав по столу, решилась расспросить Вект. – Вам плохо Лори? Вы выглядите неважно. Может поделитесь со мной?

– Эх, Хатсон, научись уже манерам! – внезапно вспылила Вект. – Между прочим, даме о таком говорить неприлично. Что значит, выгляжу неважно? У Нисы научилась, да? Всё нормально, но, прости, душу изливать у меня настроения нет. – Лори одной рукой уволокла Орта, который весил почти пол тонны, разогнав ошалелых помощников. Недовольно ворча, она давила плитку пола и кидала гневный взгляд в сторону отражений. Истинно сильная женщина, особенно когда злая. Мун даже не успела спросить про её наряд.

По пути на пост, Мун перехватил страж – Дон. Человек с сияющей трех-лучной звездой, в темной серой рубашке с ярким фиолетовым воротником и идентичными ремнями, набросился на Хатсон. Эта эмоционально необъяснимая личность уже неделю работала младшим Охранником. Дон выглядел уставшим. Все волосы были в колтунах, а по лбу стекали редкие капли пота.

– Ух! Привет. – переведя дух, сказал Дон. – Я ищу тебя уже часа два! Бегаю, как во время тренировок. Туда – сюда.

– Зачем ты меня искал?

Дон для Мун не просто друг из Отдела. Они встретились в нашем мире ещё три года назад. Правда, в интернете, но это не мешало хорошо общаться. А когда Хатсон узнала, что он Избранник, то, в прямом смысле этого слова, вскочила до потолка от счастья. Пришлось ей потом чинить крышу класса по изучению аномалий мира Кошмаров. Дома бы Мун не встретила Дона… Думая об этом, Хатсон вновь вспоминала дом. Даже ночь не могла унести настолько большую печаль.

– Мне так и не сказали. – пропыхтел Дон.

Парень был метисом, но глаза, на удивление, выделялись чистым изумрудным цветом. Жил Дон в районе западных гор и местность, которую он описывал, очень напомнила Мун ее новый дом. Возможно, в соседнем от Монс Понтиса городе стоит прибежище мальчика. При большой удаче Мун хотела бы съездить к нему в гости и наконец-то увидеть дом друга. Как Охранник, Дон носил длинную серую рубашку и коричневые штаны, на поясе повязывал толстую мифтодию и электрическую дубину с острым наконечником. Очень забавно, что его голос был высоким и совсем не ассоциировался с ним. Но, как говорил юноша, его время еще не пришло.

– Ну да… Интересно, почему ты ничего не сказал мне в напутствие? – тихо ответила Мун, натирая пальцами кончик пера своего знака.

– В какое напутствие? – изумился Дон.

– Ты что, так и не прочёл!? Я тебе пол дороги писала про переезд! – возмутилась Мун. – Зачем печатать сообщения в интернете, если получатель их не читает?

– Вы уже переехали?! Вот же капуста с головой, хе-хе… – Дон растерянно почесал затылок. – Я не знал, прости. Хотя живёшь и высоко, связь бывает обрывиста. Да и я не всегда успеваю читать сообщения. – пытаясь исправить ошибку, Дон виновато качнулся и, словно ничего не произошло, снова заговорил. – Ну и где вы сейчас?

– Эй, правило двадцать шесть! Ты же знаешь. – Мун стукнула друга по плечу. – Читать не успеваешь, что за детские отговорки?

Дон приуныл. В реальной жизни эти двое никогда не встречались. Представьте, что каждую ночь вы безмятежно плаваете в океане, а просыпаясь, в реальности не видите ничего, кроме барханов. Грустно, верно?

– Ну так, ладно. Я могу только сказать, что тебя ждёт Укрей. У него очень важный разговор. – Дон указал на верхние этажи.

Если Избранника ждёт Укрей – дело дрянь! Мун либо ждёт выговор, либо что-то хуже. С Советниками дела вести опасно, а тем более с Укреем! Но почему? Лори права, Хатсон – магнит для проблем! Ещё этот Негл… С ним у Отдела печальная история. Интересно, он решил отомстить за прошлое? Или это просто очередная попытка возвысить Кошмары? Что-то определённо будет, причём в ближайшее время. И это что-то опять происходит с Мун. Многие мечтают о путешествиях, но сами не понимают заплаченную для них цену. У Мун приключения всегда перенасыщены событиями, эмоциями, опасностью. Но желанные события не всегда проходят так, как вы мечтали. Они всегда перевернут историю в обратную сторону.

Напарник

Сидеть в совете – дело не из простых. Эта профессия заставляет идти человека на крайности. Многие совершают страшные вещи, ради знака солнца. Но Советники, помимо того, что обязаны помнить каждого Иллинта, должны уметь управлять и решать проблемы Избранников. Их жизнь – вечные переговоры, решения, заговоры и тайны.

Знак солнца был особенным даже среди прочих символов воинов снов. Изогнутый луч на круглом золотом светиле был показателем статуса Советника. Чем больше таких лучей окружает солнечный круг, тем выше власть и возможности Советника. Укрей имел максимальное число в двадцать лучей. Униформа Совета была белым костюмом или платьем с золотой полосой на боку, золотистым плащом и янтарными рубашками. Головы Советников часто украшали заколки в форме четырех лучных звезд и зодиакальных созвездий. А бывшие Охотники пришивают к плащам или ботинкам легкие брошки из перьев.

Когда-то Укрей был самым знаменитым Охотником, убивающим Кошмаров исключительно издалека. Его любимым оружием даже сейчас являлись пропитанные ядом перья. Лёгкий, незаметный и быстрый способ избавиться от опасности. Даже его внешность соответствовала воздушному символу. Светло русые, как шерсть каракала, волосы, вытянутое лицо с тонким длинным носом, а гетерохромия выделяла его глаза: один был серо-голубой, а другой настолько белый, что казался слепым или ненастоящим. А истинная мания Советника к перьям – неотъемлемая часть образа Укрея.

Суровый взгляд мужчины просачивался в душу и передавливал все внутри. Сейчас он спокойно сидел за рабочим столом и постукивал по дереву перьевой ручкой. За спиной Укрея слепил свет, исходящий из трех панорамных окон, выходящих в самый центр Отдела. На столе лежали папки, тикали треугольные часы. Кабинет освещали те же шары, что и в комнате отдыха. На полу и стенах украшения из любимых Укреем перьев. И лишь одинокое золотое кресло как бы приглашало будущую жертву устроиться поудобнее.

– Присаживайтесь, Мун Хатсон. У меня к вам очень важный вопрос. Вы же ответите честно? – Его голос был точен и приятен. Простота слова и определяла всем известного Укрея.

– Да, как и всегда. Какой вопрос настолько важен, что потребовал нашей личной встречи? Я что, не выполняю работу? – Мун поймала себя на мысли о том, что сейчас разговаривает с Советником на равных. Ей стало даже приятно, хотя по глазам Укрея, было видно небольшое недопонимание. Тут Мун вспомнила, что даже не поздоровалась, однако и собеседник не проявил должного уважения.

– Нет, работа соответствует порядку плана, однако, не оправдывает надежд Эйдж… Но это проблема второго плана. Сейчас Отделу важно избавляться от сорняков. До тебя уже дошли слухи, не так ли? – Укрей даже не улыбнулся, хотя в любой другой раз он бы давно это сделал. Однако его глаза засияли.

– Возможно, у вас будет более достоверная информация с некоторыми подробностями? – Если это связано с Неглом, то точно будут проблемы, думала Мун. Но, с другой стороны, девушка не могла упустить шанса найти эту опухоль измерения. В случае победы, уважение было бы обеспечено до конца истории Отдела, как и место Хатсон среди Охотников.

– Что ж… Уверен ты знаешь. Не так давно «Центральный» Отдел обнаружил следы власти Грез, вне человеческих возможностей. Есть даже те, кто считает, что дело вовсе не в измерении, а его детищах. Многие специалисты пришли к более интересным выводам, но держат их при себе, поэтому мне сложно объяснить их ход мыслей. Но я точно знаю, что где-то проснулся опаснейший паразит. Поговаривают, что это предводитель ужасов – Негл. Может это просто слухи, а может и нет… Как считаешь? – От слов Укрея Мун стало чертовски плохо! Нет!

Она все не могла понять зачем Советник рассказывает секреты Отдела? От нее же после этого не избавятся, как от лишнего свидетеля? Надо сохранять хладнокровие. Ловец постаралась держать уверенное, серьезное лицо, но взволнованные глаза – беспроигрышное зеркало души.

– Мы не можем делать точные выводы, основываясь на сплетнях. Но я хочу перестраховаться. Если слухи правдивы, то над нами нависла угроза. Что именно вам необходимо от меня? Вы ведь понимаете мой уровень. – Мун смутилась, понимая, что сейчас у нее нет должного опыта для таких ответственных миссий. Если нанять неопытного ребенка, эта операция может закончиться, толком не начавшись.

– Именно, что я понимаю уровень. Ты лучший выпускник, хороший практик. Но что самое главное – Негл всегда предстаёт в форме ребёнка и для взрослых большая проблема даже приблизиться к нему. Думаю, тебе не привыкать работать с Кошмарами, если вспомнить события на курсах. Я так же выделю средства, такие как: личный телепорт и доступ в архивные данные. К тому же, в тебе нет стремления подтянуться до Охотника? – Укрей сплёл пальцы рук и пристально посмотрел на Мун.

Советник все ещё ни разу не улыбнулся. Такого безэмоционального Укрея не видел ни один Избранник. Но упускать такой шанс Хатсон не имела права. И что ещё больше привлекло Мун, так это обещание дать на эту миссию многоразовый телепорт.

– Верно, но я все же спросила, что от меня требуется. Я бы хотела узнать подробности задания чуть… подробнее. – Мун сжала рукава рубашки от волнения. Ей хотелось уже прямо сейчас выбить дверь и помчаться навстречу с легендой Отдела.

– Хотелось бы нейтрализовать опасное существо. Скажу сразу, одной тебе не справиться с Неглом. Твоей задачей будет защита и помощь Шумсу – Сури Акеру. Найдёте, как выглядит и где находится предводитель ужаса, доложите мне. И мы вместе избавим мир от очередного представителя хаоса. – Укрей не дожидаясь ответа выставил Хатсон за дверь. Мун ещё пол минуты не могла переварить это все. А Сури, это который Избранник? Неважно. Все равно, Мун уже не сбежать.

Десять минут спустя Ловцу пришло сообщение по рации. В нем описали довольно необычное место и время встречи. И этим божественным, всеми обожаемым местом оказалась не комната отдыха, где всегда мало народа, а шумная столовая. Мун сильно удивила локация, но она все равно уверенно направилась на особое знакомство с новым напарником.

Большие столы каждую ночь расставляли по-разному и меняли им форму самой столешницы. Например, сегодня их форма напоминала распустившиеся цветы мака. Щедрый шведский стол предлагал блюда любой кухни мира. Думаешь, зачем питаться во сне? Но не стоит забывать о людях, которые медитируют сутками, не возвращаясь в реальный мир. К тому же приятно иногда разнообразить жизнь турецким водяным пирогом или жареным пауками.

Потолок освещали молодые звезды. Они висели на нитках, как и их старые собратья. На первый взгляд казалось, что это была экономия электричества, фонарей или свечей. Но на самом деле молодых звезд готовили висеть над толпой людей неподвижно и молча, но почти ни у кого этого не получалось. Иногда, самые задорные звездочки отвешивали неудобные шутки в сторону Избранников. Самые тихие же, обычно были страшно наглые и просто жевали обеды зазевавшихся рабочих. А после, взлетали так высоко, что голодный Избранник никак не мог достать наглеца. Да, если тебе интересно, то знай, что у звёзд тоже есть чувства и характер.

Мун взяла чай и любимый грибной кекс, чтобы не привлекать лишнее внимание, затем пошла к тридцатому призрачному столу. Этот столик славился своим тёмным прошлым и настоящим. Дело в том, что его всегда ставили в угол, где не висят звезды и не попадает свет из окон. Кто знает, может за этим столом обсуждали новые законы, планировали заговоры или мятежи… Люди тоже сторонились тридцатого столика. Все из-за легенды о том, что, если просидеть на нем тридцать минут и более, тебя утащит окружающая мебель тьма. Забавное совпадение, но Избранники не редко пропадали у этого столика, после получасового перерыва. Хорошее место для переговоров с тайным умыслом. Но не слишком ли оно очевидно?

Когда Мун подошла ближе, сидящий за столом Шумс включил ручной фонарик и поставил его на середину доски. Мун вздрогнула от неожиданности. Этот юный детектив был в тёмном пальто, с накинутом на голову капюшоном, поэтому Хатсон не замечала Сури до последней секунды. Да и при свете фонаря человека выдавали лишь отблеск в глазах и сияние маленького знака Сатурна.

Мун долго не подходила к столику. Тянув время, она отвлеклась на звезды или изучение содержимого шоколадного кекса. Но кажется напарника совсем не раздражало то, как ползёт испуганный до полусмерти Ловец. Он продолжал смотреть на девушку и время от времени что-то записывал в записную книжку. Успокоившись, Мун села напротив Избранника и залпом выпила весь чай.

– Вы Мун Хатсон? Не ожидал такой странной реакции от Ловца – Сури усмехнулся, хотя и чувствовал себя виноватым. Его каштановые волосы светлели к концам. Серые глаза серебрились, как покрытые инеем камни. Кожа юноши была немного загорела, а сладкий фруктовый запах переносил Мун в теплые южные страны. Все детективы ходили в серо-синем пальто и тёмных штанах. Мун заметила, что у Сури было всего две золотых полосы на рукавах, а значит перед ней был более опытный страдник, чем она. Это ее удивило. Возможно, цель ее защиты не такая уж безнадежная.

Сейчас этот серый колоритный наряд, даже при свете фонарика, затемнял Сури. Да так, что Мун казалось, она разговаривает с приведением.

– Да, а вы… Сури Аккер? – Сперва Мун думала, что это девушка, поэтому фигура парня в разы сильнее вывела из строя Хатсон. Наверное, ей стоило пересмотреть именные значения.

– Сури Акер, без паузы на букве. Есть предположения? Или, может, вы знаете что-то?

– Нет. Я думаю, ты должен знать больше. Все-таки информационная часть и есть работа Шумсов, а не Ловцов. – На слова Мун, Сури мило, но устало улыбнулся.

–Есть только слухи и пара очевидцев, а с ними горы дезинформации. В архивах полый бардак из-за плановой перестройки. Но, я все равно их проверил. Думаю, достаточно для хорошего первичного анализа, не так ли? Не могу сказать точно, скорее всего Негл проснулся с погрешностью в возрасте. Наверное, ему сейчас от шести до семнадцати лет, хотя по архивным данным этот Кошмар чаще всего появлялся в возрасте трех или пяти лет. Я считаю, что Негл в теле школьника или студента. Но проверить это никак не получается.

– Почему? – почти перебила его Мун.

– Разум детей легко поддаётся захвату и имеет более хорошую форму оболочки. Я могу даже предположить, что для Негла предпочтительнее простой эмоциональный человек, а не избранный снами. К тому же у него скрытная натура, присущая подросткам, а не маленьким детям. Это свело бы маскировку на уровень обыденности. – Мун ему не верила, точнее не хотела, но уверенный в теории Сури не оставлял шанс усомниться в его мышлении. Спустя неделю исследований, он знал, о чем говорит. Однако, анализировать Кошмара по слухам и устаревшим архивным записям, немного не точно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.