Предостережение
Максим Гречин

Иллюстратор Нина Бабаева

Редактор Екатерина Демидова

© Максим Гречин, 2025

© Нина Бабаева, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0067-0364-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава I.
Влюбленные

Макс стоял перед могилой Висконти-Сфорца в Павии. В этот момент к нему пришло озарение. У всех историй есть точка входа. И у его истории точка входа была именно здесь.

Павийская чертоза.

Именно сюда привела его Баркова и показала, что колода Висконти-Сфорца не просто картинки, а наполненный смыслами. Он раскрывает и показывает тот или иной символ в зависимости от ситуации и вопроса.

Макс задал Барковой перед отъездом в Италию такие вопросы:

«Почему картам можно верить?»

«Как связать их с историей?»

«Почему Таро выбрали именно меня?»

Общий посыл считывался, но хотелось понимать детали. Сейчас становилось все понятнее. Ведь должна была существовать какая-то точка входа, сигнал свыше, который однозначно говорит: «Да, Макс, с этого момента все по-другому. Ты кое-что познал, и теперь высшие силы к тебе расположены и приоткрывают ряд ответов на твои вопросы. Только пользуйся ими с умом. Цени это».

Макс никогда не рассматривал свою колоду Таро как элемент предсказания будущего. Она всего лишь подкрепляла интуицию, давала силы и уверенность для понимания истины, усиливала или охлаждала намерения. Сложно было научиться трактовать увиденное, надо было не только смотреть, но и чувствовать арканы. Их тепло или холод, магнетизм или отторжение, мягкость или бескомпромиссность. Человеку, которого этому специально не учили, приходится самому подбирать ключи, тестировать свои варианты и смотреть, что получается, а что нет. И самым важным помощником здесь была Баркова. Вот ее настроение он всегда чувствовал и понимал. С уголка ее губ он мог считать принятие или отторжение, от ее взгляда всегда шли тепло или холод, в осанке читался позитив или негатив. Жесты рук указывали на ту либо другую сторону, смотря как посмотреть, а набухание сосков чувствовалось через ткань кофты. Она была живая. И именно она подсказала, как идти по жизни дальше.

Максу на ум пришла картина «Аллея в Мидделхарнисе» Мейндерта Хоббемы.

По сути, обычная картина. Пейзаж с унылой сельской дорогой. Таких картин в галереях миллионы. Макс только после больницы начал понимать, что дорога, по которой уходят в даль невидимые герои, полна смыслов. Знаки и сюжеты с других картин тоже потихоньку начинали вырисовываться. Прежде это были обыденные, слишком простые и поэтому непонятные вещи. А вот сейчас – не просто дорога, а образ пути обычного человека, который двигается по жизни под постоянным надзором Бога

Дорога эта довольно скучна – она такова, какой является обычная жизнь обычного человека: в меру ровная, в меру глинистая, в меру вязкая, в меру проезжая. По этой дороге неспешно идет человек с собакой, проходя свой жизненный путь без суеты, с достоинством, трудолюбием и богобоязненностью.

Нормальный человек со здоровыми моральными настройками идет по дороге. А его сопровождают церковь с верой в Бога и подворье с отсылкой к мирным делам. И вот так всегда, человек идет между двумя мирами. Материальным и духовным, между суетой и молитвой. Невозделанный сад в левой части картины символизирует душу человека, над которой ему еще предстоит работать. И работа эта – с помощью церкви в глубине – будет плодотворна и радостна. Уверенности в этом придают и светлое небо над головой странника, и тянущиеся навстречу небесному своду ветви деревьев ольхи, напоминающие руки гигантских защитников, которые укроют крошечного человечка от любой угрозы.

Если посчитать деревья на переднем плане, то их будет шесть с одной стороны и шесть с другой – всего двенадцать. Будто двенадцать апостолов вот-вот вознесутся на небеса. Их покровительству и вверяет себя человек, двигаясь своим путем.

Автор «Аллеи в Мидделхарнисе» не забыл и про Иуду. Почти в любой галерее есть полотно с изображением Тайной вечери, последнего ужина Христа, и многие художники соревнуются в маскировании Иуды. Иногда получается удачно, и приходится простоять не один десяток минут перед картиной, чтобы угадать, где же тот прячется. Вот и здесь его удается увидеть не сразу. Хорошо, что от Макса не смогла ускользнуть тоненькая ольха справа, почти сливающаяся со своими собратьями, но все же отстоящая от них. Вот она, аллегория Иуды – вечная отстраненность белой вороны на фоне соплеменников.

Остальные элементы теперь без труда поддавались расшифровке.

Река – символ переменчивости.

Мост – метафора перехода между двумя мирами, мирским и духовным.

Дорога к мосту берет свое начало у воды, как духовный путь начинается с крещения.

Небо диктует волю Божью. Оно управляет путем, которым мы следуем.

А в небе неизменно светит путеводная звезда, указывающая верное направление.

Это полотно Хоббемы поглощает, втягивает в себя, словно воронка, гипнотизируя глубокой перспективой.

Макс мысленно представил себя на той самой дороге и понял, что оказался там помимо воли. Ощутив это, он стремительно унесся в сторону горизонта, разминувшись с человеком и его собакой.

Размышления о картине и о человеческом пути помогли скоротать время от Милана до Павии. Трасса была почти свободна, навигатор ни разу не подвел, на парковке мгновенно нашлось место. Пока все складывалось отлично.

Макс с Натальей, его женой, любили путешествовать, особенно на машине. Когда едешь и смотришь по сторонам, легко погрузиться в мысли о цели приключения и испытать душевный подъем.

В этот раз целью стала Чертоза ди Павия – бывшие охотничьи угодья миланских герцогов Висконти, позднее перешедшие во владение семьи Сфорца. Центральное место в них отведено могиле Людовика Сфорца (Моро) и Беатриче д’Эсте с мраморным надгробием. Мраморные супруги лежат в парадных одеждах на подушках, будто спят, хотя похоронены вовсе не здесь.

Макс понимал, что сам он едет, по сути, в место, в котором начала когда-то свой путь колода Висконти-Сфорца. Наталья же просто хотела прикоснуться к истории и посетить достопримечательность неподалеку от Милана, не более.

Макс всегда считал, что изучать историю лучше не по событиям, а по жизням конкретных личностей. Каждое время знаменуется биографиями выдающихся людей, и, вникая в хронологии их жизней, проще всего представить тот период. Ведь события, как правило, искажают, причем часто специально, приукрашивая их или подстраивая под чьи-то интересы.

Ещё Максу всегда нравились истории любви. Он неизменно интересовался, как люди нашли друг друга и как сделали свой выбор. Макса всегда мучил вопрос правильности выбора супруги.

«Можно ли прожить с одной женщиной всю жизнь? Как сильно он любит свою супругу? А она его? Является ли сексуальная измена поводом для расставания? Как вести себя, если чувства остыли?»

Ему было ясно, что с такими вопросами лучше идти к психологу, но хотелось самому найти ответы и поступить как нужно. А вопрос выбора спутницы жизни Макс считал наиболее важным.

Тут, в Павийской Чертозе, родились Великие Арканы Таро, которые сегодня носят название Висконти-Сфорца. Сама суть оккультного символизма зародилась именно здесь. Геральдика, эмблемы, девизы окружили сюжеты внутри карт, подчеркивая эпохальность династических событий, в том числе и брачного союза.

История Людовика и Беатриче началась с любви родителей Людовика Моро. Именно на их свадьбу была изготовлена первая колода карт Висконти-Сфорца, ровно за 50 лет до того, как Моро взял в жены Беатриче.

Такой подарок не был просто набором картинок – он нес в себе глубокий смысл. В то время Арканы Таро являлись неким лекалом, по которому формировалось мировоззрение как отдельных личностей, так и целой цивилизации. Внутри них были зашиты колоссальные знания и обучающие материалы.

В эпоху Ренессанса Марсилио Фечино попытался воскресить античные механизмы этого посвящения. Во Флоренции во времена Медичи была воссоздана Академия Платона. Благодаря арканам эпоха Возрождения запестрела визуальными подтверждениями существования союзов посвященных, ведь создатели произведений искусства были либо их активными членами, либо находились под их чутким влиянием.

Арканы изготовлялись вручную и, конечно, не предназначались для игры. Это были источники визуального смакования, их вешали на стену для обозрения, как картины.

В старших арканах подразумевалась проекция жизненного пути. Это был некий механизм разъяснения, что нужно кропотливо трудиться для того, чтобы достичь жизненного успеха.

Карты Таро использовались в качестве учебного пособия, мнемонического инструмента для понимания и запоминания новых философских течений. Все это было нужно, чтобы «герой» нашел свое место в жизни, познал истинное призвание, обрел рядом значимых людей и приступил к исполнению предназначения. Путь к счастью может быть извилистым. Дорога может быть ухабистой. Герою предстоит еще многому научиться, а сейчас он подобен сосуду, открытому для всех потоков информации.

Именно анализ изображений, погружение в символику и считывание знаков могут дать очень многие ответы. Здесь и связь с тайными обществами, с мировым закулисьем, и разъяснение простых истин, и акцент на действительно значимом.

Иными словами, Таро – — это своего рода путь человеческой души, где каждая остановка соответствует детали карты. Это долгое путешествие через мучения и испытания, необходимые ради накопления опыта.

Душа подразумевает бессмертие. Мирская жизнь нужна лишь для накопления опыта. А арканы были тем ключом, который запускал процесс инициации.

Здесь, в Чертозе, недостающий фрагмент пазла нашелся и встал на место.

Теперь были понятны ответы на многие вопросы, от которых раньше дымилась голова. Но ряд ответов все еще оставался в тумане.

«Как применить знание к своей ситуации? Как понять, что и как работает? Как должен вести себя главный герой?» Максу еще предстояло пройти долгий путь, чтобы узнать об этом. А сейчас он стоял и слушал речь экскурсовода, который рассказывал что-то интересное небольшой группе туристов.

– И речь здесь идет не об оккультной инициации, а именно об инициации самого героя. Под этим термином понимается посвящение – само слово мистическое и не совсем понятное.

«Ничего себе», – подумал Макс.

Было похоже, что инициация – это посвящение в некую тайну, которая известна только ограниченному кругу лиц. Макс начал складывать в голове картину из обрывков фраз экскурсовода и своих познаний.

Он вспомнил, что на одной из могил была надпись «Познай себя». Видимо, стремление к самопознанию – это и есть ключ к инициации.

Возможно, процесс инициации запускается каким-то стрессовым событием, происшествием. Когда человек сталкивается с большой проблемой, проходит через кризис, он встречается не только с внешними событиями, но и с самим собой. Это такое состояние, когда возможно посмотреть на себя с другой стороны. И становится ясен смысл жизни, свое предназначение в мире и, самое главное, теряется страх смерти. Кто прошел через этот обряд, тот не боится умереть. А дальше начинается общение со своей душой без посредников.

Многие романы и произведения визуального искусства – именно об этом. Герой проходит некий путь и познает самого себя.

Этот процесс может произойти сам по себе, а может быть вызван искусственно. Но запустить его не так легко. И поэтому во все века существовали различные общества, помогающие человеку войти в нужное состояние и вызвать его, пройти этот процесс. Тайные общества, те самые, о которых столько говорят.

И вот на могиле можно произнести инициирующую фразу, утверждая: здесь начинается новая жизнь. А дальше – тишина и молчание. Вряд ли тот, кто никогда не проходил через подобное, сможет описать впечатления от инициации. И, чтобы избежать кривотолков, обет молчания просто необходим.

«Дальше нужно додумать все самому», – были последние слова гида, которые Макс разобрал.

Эта фраза прошлась по Максу словно электрический разряд. Он вздрогнул, на миг закрыл глаза, его даже пошатнуло. Хорошо, что жена была рядом и помогла устоять на ногах. Через мгновение, придя в себя, Макс уже потерял из виду группу, затерявшуюся в потоке многочисленных туристов.

Он несколько раз обошел вокруг могилы и попытался взглядом найти хоть какие-то подсказки. Зацепки, которые указали бы ему дальнейший путь.

Максу было однозначно понятно, что символы несут в себе глубокий смысл, служат источником вдохновения. Они же добавляли происходящему и некую ауру тайны, загадочности. А также призывали к самосовершенствованию и поиску внутренней силы.

«Знаки, символы, подсказки… Как их искать? Как с ними работать? Как понять их суть? От чего отталкиваться? Что все эти образы значат?»

Максу хотелось найти какой-то один ответ. Но вопросы рождали новые вопросы и погружали еще глубже.

Мысли вернулись к колоде Висконти-Сфорца. Макс продолжил искать взглядом символы и знаки вокруг. Именно сегодня он впервые задумался о том, какой смысл они таят в себе, какое влияние могут оказывать, какие ответы могут давать.

Выходя из Чертозы, Макс увидел меч с фамильными эмблемами на фасаде здания. Именно эти изображения наполняли колоду Висконти-Сфорца.

Змея с разинутой пастью, заглатывающая младенца с раскинутыми руками – герб Висконти.

Змея – сложный, но универсальный символ. Как существо, убивающее змея, означает смерть и уничтожение; как существо, периодически меняющее кожу – жизнь и воскресение.

Черный орел с высунутым из огнедышащей пасти языком и повернутой в правую сторону головой – семейный герб Висконти.

Орел – властелин воздуха, воплощение мощи и скорости. Это символ правителей и воинов, священная птица Зевса. Здесь он расправил крылья, растопырил когти и хвост.

Орел ассоциируется с величием, отвагой и властью. Властью над всеми, в чью сторону повернута голова.

Хотя этот орел, сильно напомнил Максу птицу Феникс. А она уже символ духовной победы и возрождения творческой энергии.

А где-то и вообще двуглавый феникс является прототипом андрогинного человека, потому что, согласно тайным учениям, придет время, когда в человеческом теле будет два спинных мозга и в теле утвердится колебательное равновесие.

В отношении того, как это будет сделано, существуют две точки зрения. Одна школа утверждает, что человеческая душа была разделена на две части (мужскую и женскую) и что человек остается несовершенным созданием до тех пор, пока эти части не воссоединятся посредством эмоций, которые человек называет любовью

Белый крест на красном фоне – исторический герб Павии, символ объединения фамилий. И вряд ли это просто декор, в котором не следует искать смысла.

Родовая геральдика. Сильные вещи. Но ни один из этих ключей не подходит ко всем замкам. Здесь все двойственно, смыслы изменчивы и подвижны. Есть силы добра, а есть и дьявольское. И мир так устроен, что эти силы уравновешивают друг друга.

Общий посыл Макс понял по-своему: «В каждом аркане был заложен символизм – скрытый, наделенный силой. Раньше этому уделяли огромное значение. А сегодня мы разучились зрить в корень» – подытожил он.

Ему всегда хотелось проникнуть немного глубже простых размышлений. И сейчас Макс ломал голову над тем, как раскрывался смысл Великого Аркана Влюбленные здесь, в Чертозе.

Первый и самый важный шаг молодого человека во взрослую жизнь – это обдуманное решение жениться. Моро взял в жены, как и его отец, девушку из древнего интеллигентного рода. Родной сестрой Беатриче была та самая Изабелла д'Эсте, первая дама Ренессанса.

– Наташ, а ты помнишь историю про ту самую первую даму Ренессанса, коллекционершу шедевров Возрождения? – спросил Макс жену, немного отвлекшись от своих мыслей.

– Конечно нет, но с удовольствием послушаю.

– Маркиза Мантуанская, женщина с сильным духом, властительница умов, интеллектуалка. По одной из версий, именно с нее писали аркан Императрица. Изабеллу д’Эсте уважали как ценительницу искусства и покровительницу художников. Причем современники называли ее не только «примадонной Возрождения», но и «женщиной с мужской душой» не просто так. Именно она на самом деле управляла всем герцогством вместо своего мужа.

Однажды она заказала картину художнику Перуджио и дала четкие указания.

Указания звучали именно так:

«Наш поэтический замысел, который мы очень желаем, чтобы вы изобразили, – это битва Целомудрия и Любви, то есть сражение Паллады и Дианы против Венеры и Купидона. Паллада должна быть показана почти победившей Купидона, сломавшей золотую стрелу и бросившей на землю его серебряный лук, держащей его одной рукой за ленту, которую этот слепой носит на своих глазах, а другой рукой поднявшей копье, которым она готова поразить его. А Диана, сражающаяся с Венерой, должна явить себя, чтобы показать, что она равна с Палладой в своей победе; ею должна быть поражена в одном месте кожа Венеры, ее корона и гирлянда или же только покрывало, скрывающее ее тело

И так далее, и тому подобное. Это примерно десятая часть описания. В целом, согласись, все четко, грамотно и убедительно.

Правда, Изабелла не была полностью удовлетворена работой. Вместо благодарности она заявила, что предпочла бы, чтобы картина была написана маслом, а не темперой. «Хотя рисунок и цветовое решение мне нравятся, но картина могла бы быть лучше, прояви вы побольше старания».

Наталья слушала вроде внимательно, но без интереса. Макс закончил лекцию и снова погрузился в свои мысли.

«Баркова, ну что же нам делать с этими символами?»

Взгляд Натальи был направлен вдаль, но будто отвечал мужу:

– Все, что хочется, у тебя ведь есть свобода воли. Она помогает тебе идти своей дорогой, постоянно делая выбор. Твое дело, Макс, слушать подсказки от проводников свыше или игнорировать их. Но если ты задумаешься и присмотришься к знакам, то легко признаешь, что благодаря им поступаешь правильнее и меньше ошибаешься.

Внутренний голос Макса не замедлил с ответом.

– Получается, как говорил кто-то из великих, «миром правят не люди, а символы и знаки». Выходя каждый день из дома, мы видим вокруг тысячи подсказок. Мир разговаривает с нами на своем языке. Это флаги стран, значения цветов и растений, эмблемы автомобилей, знаки зодиака, логотипы компаний. Это история, зашифрованная и донесенная до нас.

Наталья хранила молчание, но ответ был очевиден. Все так и есть.

Так, на гравюрах в книгах алхимиков, масонов и Розенкрейцеров, помимо традиционных оккультных символов, имеются так называемые «магические ключи». Они могут быть зашифрованы, например, в количестве камней замковой стены или зубцов его башен. На начальную букву шифра указывает какая-нибудь неправильность в изображении: скажем, шляпа персонажа надета «не по правилам» или шпага висит не с того бока.

Макс достал Великий Аркан Влюбленные из колоды Висконти-Сфорца и начал его разглядывать, проговаривая увиденное вслух.

– Я хочу понять смысл этого аркана, хочу соскрести слой за слоем его значения, хочу, чтобы мои глаза увидели то, что не видят другие. Хочу научится улавливать исходящие от символов волны.

Это была своеобразная установка, четко озвученное намерение.

Ответ на вопрос Какой аркан здесь и сегодня самый актуальный, дался ему легко. Конечно, аркан Влюбленные.

Второй вопрос не заставил себя долго ждать.

«Так в чем заключается скрытый смысл аркана Влюбленные?»

Внутренний голос Макса снова ожил.

«Что мы видим на карте? Мужчина и женщина заключают между собой сделку или союз. Отцы церкви в раннем христианстве видели в браке плоды первородного греха, совершенного Адамом и Евой. Поэтому брачные союзы отвергались, и лишь к XII – XIII векам брак начали благословлять в церквях.

Начали признавать генетику и то, что с кровью передаются качества родителей – так простолюдины отделялись от знатных родов, ведь от «правильной» крови зависело процветание рода и его благополучие.

XIV век стал переломным. Экономический кризис, разгром Тамплиеров, военные конфликты… Чего только стоит столетняя война Англии и Франции. Отношение к семье и браку стало противоречивым.

С одной стороны, брак – этот союз, этот вектор, заданный еще храмовниками, был признан. Никуда не делись и культ прекрасной дамы, и каноны нерушимого церковного брака. Соитие признавалось необходимым только для оплодотворения, но не для удовольствия.

С другой стороны, супружеские измены и повторные браки случались повсеместно, фольклор был тому подтверждением.

Но чем дальше, тем больше люди требовали соблюдения канонов. Появилась полиция нравов. Да, существовали и публичные дома, и содержанки. Посещение проституток считалось нормой и не нарушало моральных догм.

Бордели стали своеобразным «защитным клапаном» от поползновений холостяков в отношении замужних дам. В фольклоре, разумеется, по-прежнему воспевалась любовь к женщине и рыцарские доблести. Но уже тогда дамы умело пользовались подобными канонами и вили веревки из добродетельных рыцарей. Нередко они грешили любовными связями на стороне, а скрывая их, поступали корыстолюбиво и похотливо, нечестно.

Так чувственность вышла на первый план. И брак стал восприниматься как реализация плотского влечения.

Человеческая душа продолжала искать истину и со временем пришла к пониманию действительно «правильного» брака. Теперь это был равноправный союз, долговременное партнерство двух людей. Компаньон и инвестор как одно целое, альянс. Воплощение сотрудничества и соработничества… Купидон – Эрос – по-прежнему символизировал движущую силу, желание и волю. И выходило так, что смысловой посыл аркана Влюбленные заключен именно в признании силы прочного брака.

Да, эта карта, безусловно, символизирует сплоченность. Но в ней заключен и смысл объединения двух путей, двух выборов.

Примерно в это же время художники начинают экспериментировать с пластикой, жестами и мимикой персонажей. Они пытаются передать весь сложный спектр обуревающих человека эмоций: злорадство (палачей), скорбь (Девы Марии и Иоанна Богослова, стоящих у креста), ликование (праведников в Царствии Небесном).

И уже на аркане Влюбленные можно заметить такие проявления. Да, все же здесь изображена сцена заключения брака. Леди (Бьянка Мария Висконти) и Лорд (Франческо Сфорца) протягивают руки навстречу друг другу. У рук есть два разных значения: левая рука символизирует честь, а правая, согласно Библии, означает благословение Бога. Обычно правая рука – ведущая, поэтому Франческо протягивает Бьянке именно ее.

Выбор зеленого и красного цветов тоже имеет свое толкование. Зеленый означает надежду, красный – любовь. Вместе они складываются в пожелание удачного союза и счастливой совместной жизни.

Что ж, погрузиться в аркан вышло с головой. Значит надо не просто буквы в слова переводить, а смысл искать, головой думать. Нужно исследовать и каждый раз задавать вопрос – зачем это здесь? Что хотели донести лично для меня? Как я могу использовать это?»

Символы соединялись со знаками и создавали смысловое поле, которое Макс пытался интерпретировать в меру своих знаний и желаний. Было ощущение, что знаки сами подают сигналы и подсказки. Чувствовалось, что молчавшие много лет струны души оживают и вот-вот зазвучат приятными мелодиями.

От аркана будто исходили и визуально ощущались волнистые движения снизу вверх. Много-много тонких энергетических нитей, колеблющихся с одинаковой амплитудой. И Максу даже показалось, что вместе с их движениями до его восприятия донесся мимолетный аромат.

Потихоньку аркан открывался и выстраивалась осмысленная картина. Давняя история любви, воплощенная в карте, становилась еще одним подтверждением мыслей Макса о сакральности выбора спутницы жизни.

Людовик Моро был хорошим правителем, сумел собрать вокруг себя лучшие умы тех времен. Интеллектуалы всей Европы стекались в Милан. И Лука Пачели, и Леонардо да Винчи служили у Моро. Построенные дороги, мосты, здания, транспортные артерии, каналы – тоже его заслуга. Он покровительствовал художникам, при нем Миланский двор стал одним из самых значимых в Европе.

Солнцем его жизни герцог считал свою юную супругу Беатриче. Беатриче принимала активное участие практически во всех общественных делах Милана, включая политические. Герцог души в ней не чаял, потакал всем капризам, осыпал нарядами и драгоценностями.

Затем на герцога обрушилась череда неудач, одна хуже другой. Точкой невозврата к беззаботной жизни стала смерть любимой супруги, после которой Моро так и не смог оправиться.

После смерти жены он впал в депрессию, его двор превратился «из радостного рая в мрачный ад», и в конце концов он сдался королю Франции Людовику XII, который взял его в плен во Франции, где тот и закончил свои дни.

Но в историю любви Моро и Беатриче закрался один очень интересный факт, который тоже хорошо вписывается в трактовку аркана Влюбленные.

Когда ЛюдовикоУзнав об измене мужа, и рождении Лукрецией сына от герцога, герцогиня поставила резкий ультиматум, в обмен на прощение супруга. Герцог молниеносно охладел к совей возлюбленной, купил ей виллу на озере Комо и удалил от двора.

До Лукреции любовницей Лодовико Моро была Чечилия Галлерани.

Так вот второй факт: из 4-х женских портретов Леонардо да Винчи на двух изображены любовница Лодовика Моро: «Дама с горностаем» – Чечилия Галлерани, «Прекрасная Ферроньера» – Лукреция Кривелли.

Почему так?

Ответа нет.

Но есть понимание, что это шедевры. На втором портрете Леонардо уделил больше внимания одежде чем лицу.

И эта нетипичная поза настолько разгоняет наше воображение, что ментально-чувствительный аппарат, не найдя логического объяснения говорит нам, что девушка находится в движении. Чувствуется движения ее головы, плеч, туловища.

Леонардо удалось в этом портрете вдохнуть иллюзию жизни в девушку. Получился эталон живой мимики.

Эта история только подкрепила уверенность Макса в правильности хода его мыслей. Совсем недавно Макс сам стоял над могилой отца и думал примерно о том же – как важно все-таки в жизни сделать правильный выбор спутницы.

Видимо, дух отца подсказывал Максу именно эту мысль. Не то чтобы при жизни Макс с отцом мало разговаривали. Отец любил поболтать. Иногда его шутки очень заходили, но иногда, конечно, он надоедал пустой болтовней. Однако он привил Максу одну важную мысль – общение это всегда главное. Секс, еда, работа – безусловно, тоже, но разговаривать важнее. И Макс это помнил. Отец тоже это понимал.

Был ли он счастлив с матерью?

По-своему да, они прожили вместе без году полвека. Но идеал женщины у отца, конечно, был другой. Он всегда видел этим идеалом свою мать, Нину Петровну. Она была властной женщиной, деревенской, но сумевшей перебраться из Курской губернии в самый центр Москвы и благополучно вырастить четверых детей. Свои студенческие годы Макс прожил с бабкой в одной квартире, и именно эта квартира досталась ему по наследству. Это был существенный бонус в продвижении по жизненной дорожке. Все-таки дух ЦАО и энергетика, впитанные там, в Казанском переулке, сохранились до сих пор в теле Макса.

Но сегодня связь с отцом через могильную землю мысленно закружила воронку в залы Боргезе. Эта картина, по сути, была импровизацией аркана Влюбленные. Рим, Милан, Павия, Бергамо – это итальянские приключения Макса с женой Натальей. Это были приятные, сладостные воспоминания, но они должны были чему-то учить, давать правильные наставления, не только подслащивать привкус жизни, но и помогать избавляться от ненужного и двигаться дальше, выбирая правильный путь.

Верный ли выбор женщины он сделал?

Правильно ли, что женился на Наталье и удочерил ее дочь?

Может, надо было брать в жены молодую без детей и опыта?

Эти вопросы все еще мучили Макса. Он до сих пор колебался. К тому же отец никогда не одобрял такой выбор, хотя и очень любил Наталью.

Макс же все-таки больше склонялся к правильности своего выбора, но до окончательного, непоколебимого решения было пока что далеко. Хотя путешествия по Италии укрепляли их союз существенно. Они много разговаривали, спорили и беседовали. Это нравилось обоим.

– А сейчас поворачиваемся и смотрим на картину. Это Тициан, «Любовь небесная и любовь земная», – сообщила шустрая экскурсовод с острым маленьким носиком. – Шедевр раннего творчества…

Дальше Макс ее не слушал. Все экскурсоводы описывали картину практически одинаково. Заученные быстрые фразы, резавшие слух. В целом все эти рассказы навевали атмосферу уныния, и от таких экскурсий «мухи дохли». Ни одной истории, ни одного интересного факта, ни интриг… ничего. Все только про певучесть линий да яркость красок.

– Жена, ну скажи, что ты этот бред не слушаешь. Население стремительно тупеет. Причина, если коротко, в том, что современное стадо перестало искать в своей среде умнейших, как это было принято во времена Ренессанса, например. Сейчас интеллект как таковой заменен в шкале приоритетов чем угодно, но только не способностью соображать.

– Ты хочешь меня опять сбить с сознательных мыслей, – процедила недовольная Наталья.

– Это не я придумал, это исследования. Нет концентрации на деле, нет конкуренции, нет независимости. Всех интеллектуалов кормит система, потому что без подкормки эти никчемные существа не выживут и месяца. Она же, то есть система, гнобит и отрицает всякую конкуренцию, которая могла бы разоблачить этих свиней у корыта, стерев с них макияж. И потому в итоге мы имеем тупых и ленивых блядей обоего пола, единственное достоинство которых – солидный прикид и соответствующая внешность. А ведь сколько интересного и захватывающего можно рассказать об этом сюжете!

– Я согласна, что засорение ненужной информацией сплошь и рядом. Мне кажется, от этого вся тупизна и идет. Ну и давай, расскажи я послушаю.

– Многие искусствоведы трактуют этот сюжет следующим образом… Но я по-другому это тебе интерпретирую. Когда на полотне есть две женщины и купидончик, это отсыл к мыслям о выборе, к великому аркану Влюбленные.

В голове сразу всплыла картина Рафаэля с аналогичным сюжетом.

«Сон рыцаря». Молодой воин отдыхает под лавровым деревом в римских доспехах. Изможденный битвой, он прикорнул на своем красном щите, завернувшись в зеленый плащ, который приоткрывает синие латы, украшенные рельефной фигурой в гротескном стиле.

С одного бока взрослая женщина протягивает ему книгу и меч, с другого – юная девушка в коралловых бусах подает зацветшую веточку. Обе они сдержанны и вместе с тем грациозны, но, очевидно, Рафаэль хочет сравнить их между собой. Возможно, ключ к пониманию того, кто эти персонажи, таится на втором плане. За женщиной, держащей книгу, видны три кавалера на развилке, а на вершине скалы вдалеке возвышается замок, к которому подобраться можно только через откидной мост. Дорога за спиной этой дамы запутанная и сложная, но ведет к надежной цели. Эта женщина олицетворяет Добродетель, которая обещает рыцарю славу, но предупреждает его, что путь к ней нелегок.

Гораздо удобнее дорога, открывающаяся за спиной девушки, одетой в декольтированное платье и более привлекательной. Она воплощает Удовольствие, которое предлагает немедленные радость и спокойствие. Рыцарь находится в той же ситуации, что и множество героев, на распутье между пороком и добродетелью.

Например, у Петрова-Водкина есть аналогичная картина, под названием «Сон». Петров-Водкин искал новый художественный язык, обращался к наследию Ренессанса и там, через призму символизма, нашел ответы на все те же беспокоящие мир вопросы.

Какую женщину выбрать?

Выбор, выбор между двумя желаниями. У одной женщины светлые волосы, у другой – темные: традиционный в Европе символизм, где темное обозначало злое, а все женщины символизировали искушение. Значит, выбор предполагался между чем-то почтенным, но, возможно, скучным, и чем-то глубоко желанным, но аморальным.

Все эти значения сводятся к выбору между светом и тьмой в самом широком смысле. Сексуальное желание выводит нас из изоляции, подталкивает к жизненно важным отношениям с другими людьми и, в конце концов, открывает дорогу любви. Благодаря любви мы не просто достигаем единства с кем-то другим, но начинаем постигать глубинное значение жизни.

Влюбляясь, мы частично отказываемся от самоконтроля, который обособляет нас от других и от самой жизни. По этой причине над головами мужчины и женщины возникает ангел: его невозможно увидеть поодиночке, только вместе. Именно такой купидончик завис над героями пары с аркана Влюбленные.

– Получается, главная идея этой картины, как и всех перечисленных, это выбор, – подытожила свою мысль Наталья. – Выбор своего пути, своей роли, своей идентичности. Выбор как жизненная и философская категория.

– Да, природа выбора – центральный сюжет аркана Влюбленные. На старинных картах Таро мы видим юношу, стоящего между двумя фигурами, и это наводит нас на идею выбора между ними – матерью и возлюбленной. Также это напоминает нам классический средневековый сюжет «Выбор Геракла». Согласно мифу, Геракл оказался между двумя женскими фигурами, одна из которых символизировала праздность и временные наслаждения, а другая – героический путь. В эпоху средневековья этот образ был очень популярен. Но самый важный и главный выбор на жизненном пути мужчины – это выбор женщины.

Все зависит от выбора женщины…

– Я поняла и вникла, с твердой уверенностью сказала супруга, у Тициана ответом служит пейзаж за спинами женщин. Каждый выбирает по-своему. Мне больше приглянулся просвет и небесная даль за обнаженной женщиной.

Макс помнил много удачных исторических примеров, но все сводилось обычно к тому, что за каждым счастливым мужчиной практически всегда стояла любящая женщина.

История великих пар говорила также о том, что сексуальная девиация не есть повод для расставаний и не представляет угрозы для крепкого брака. Но красные линии переступать нельзя.

Вопрос с любовницами – это пограничная черта. Удовольствие нельзя ставить в приоритет семейным отношениям.

Макс снова поймал себя на мысли, что самое главное в этой жизни – сделать правильный выбор женщины.

Сделал правильный выбор – вся остальная дорога будет проста и позитивна. Сделал неправильный – высосет все соки, и помрешь дураком еще в молодости.

А почему же так важно выбрать правильную женщину?

А потому, что еще Пушкин говорил:

Блажен <…>

Кто в двадцать лет был франт иль хват,

А в тридцать выгодно женат;

Кто в пятьдесят освободился

От частных и других долгов…

Важной здесь является строчка «выгодно женат».

Все зависит от женщины, еще раз подытожил свои мысли Макс. А чтобы быть счастливым, нужно проснуться одновременно с женой, в ее объятиях провести первые полчаса утра, потом, потягиваясь-почесываясь, встать, приготовить две чашки кофе, выпить их вместе в постели, затем не спеша пойти в душ, а к полудню с ленцой и с совершенно счастливым лицом приехать в офис.

То есть человек может работать эффективнее, если у него благополучная личная жизнь. Если он при этом находит радость в работе и отдых в увлечении, это влияет непосредственно на его здоровье и любовные отношения.

Известно немало случаев, когда человек жил не тужил и вдруг, например, встретил женщину. И благодаря этой встрече у них не только сердечная связь образовалась, но и совместное хобби. Она его заразила каким-то увлечением. А это увлечение, в свою очередь, принесло в его жизнь и новые знакомства. И среди этих знакомых нашлись люди, которые стали его близкими друзьями.

Женщина важна для счастья, это была вторая мысль. Случится стрессовая ситуация, возникнут какие-то трудности – они человека не ранят, потому что его общее состояние счастья, гармонии, баланса заполнит эти борозды. А несчастливый человек уязвим. Конфликт в троллейбусе, непогода за окном, повышение цен способны нанести такую рану, которая приведет его в состояние бешенства, в состояние крайнего несчастья. Даже пустяковая новость, которая его никак не касается, будет воспринята так близко к сердцу, что разорвет это сердце на части. Счастье – это защита от царапин, благодаря любви все они заполняются, нивелируются, и все в жизни остается гладким. У несчастного человека этого защитного слоя нет.

Макс вспомнил недавний разговор с другом, где они обсуждали роль женщины в жизни мужчины:

– Кореш, ты в этом плане счастливый. Твоя жена умело держит тылы и создает такую атмосферу, где ты, хозяин и воин, отдыхаешь и набираешься сил. У меня же диаметрально противоположная картина. Меня жена держит в ежовых рукавицах и считает, что все имущество – исключительно ее и детей. Соответственно, полностью подавлена моя способность к действиям, моя уверенность и все позитивное. Все мои накопленные годами ресурсы забрали, умножили на ноль. Я оказался дезориентирован, деморализован. Я правда ослаб в последнее время, мне необходимо заново возродиться, как фениксу. Твоя жена умеет дать эмоциональную поддержку, а моя – только на отлично совершить эмоциональный террор. Ты сам прекрасно понимаешь, что поведение мужчин очень сильно зависит от статуса. А вот статус мужчины исключительно в женских руках, и они им управляют. Поворачивая «переключатель» в одну сторону, они убивают в нас всю охоту действовать, творить и активничать. Подкручивая в другую сторону – дают задор, драйв, желание. Так вот моя жена со старшей доченькой сделали все мыслимое и немыслимое, чтобы этот переключатель остался на минимуме. Поэтому у меня ни сил, ни желания, ни возможностей просто нет. Вот он, весь секрет женского успеха.

– Ну, Кореш, ресурсы мужчин, вся их жизнь, тратятся не на воспитание и образование нового поколения, не на стратегическое накопление собственности семьи, не на усиление социума, а на удовлетворение сиюминутных хотелок женщин и на заслуживание секса. Я предположу, что «переключатель», о котором ты вспомнил, подразумевает под собой как раз секс.

«Сильный мужчина + женщина в режиме любви + их потомство» – эта формула является базисом цивилизации. На самом деле именно она отражается в египетской мифологии, откуда, по сути, растут корни христианства. И крест – это не знак распятия, а триединство: отец + мать + ребенок.

– Да, я об этом тоже могу долго говорить, об этой связи с произведениями искусства и древними мифами. Во многих странах женщине достаточно просто факта регистрации брака, чтобы претендовать на долю не совместно нажитого, как в России, а всего имущества мужчины. И даже его будущих доходов. Все это превратило брак из правовой поддержки семьи и репродукции в обыкновенный лохотрон.

Макс всегда, с самого детства, чувствовал тягу к визуальным произведениям искусства. К картинам великих мастеров.

Откуда это взялось?

Первое, что приходило на ум, – от деда. Дед Макса по материнской линии, фронтовик, настоящий офицер, во время войны получил орден Красной звезды. Но в послевоенные годы, как и большинство фронтовиков, жил обычной жизнью. В головах того поколения не было понятий частной собственности и передачи по наследству материальных ценностей. Люди жили правильно. Честь, порядочность, достоинство – сейчас это дикие слова, но дед был именно такой, строгих правил. И он собирал марки. Обычные почтовые марки, но собирал вдумчиво. Имел подписки, брал марки негашеные, аккуратно раскладывал их по сериям и темам. И вот именно этим он с маленьким Максом и занимались, когда он приезжал к деду с бабкой на выходные. Раскладывали марки по темам и обсуждали картинки. Советские марки были красивые. Серии – совершенно разные. Макса всегда притягивала серия искусства. Картины из Пушкинского музея, Третьяковки и, конечно, Эрмитажа. Наверное, дедовы марки и были тем самым фундаментом, тем дном культуры, оттолкнувшись от которого Макс в дальнейшем приобрел тягу к визуальному изобразительному искусству.

Любимый марочный блок деда был с изображением картины Джорджоне, «Юдифь» из коллекции Эрмитажа. Дед практический каждый раз рассказывал Максу эту библейскую притчу, о том, как юная красавица пробралась в тыл врага. Усыпила своей сексуальностью бдительность опытного военноначальника, напоила его вином и дождавшись пока он уснет, хладнокровно отрубила ему голову. Дед всегда делал акцент на слове «хладнокровно», произнося его леденящим командным тоном. Этим тоном дед хотел подчеркнуть, что жизнь надо прожить так, чтобы не потерять головы от красивой обольстительности.

Но именно из марок, из серии с искусством, в голову Макса пришел образ идеальной женщины. Именно такую жену ему хотелось, по крайней мере, внешне. Мужчина всегда рисует в голове образ единственной, своей богини. И вот образ с картины Ватто «Венецианский праздник» был идеальным. Именно вид той блондинки с взбитыми формами и узкой талией.

Тусовка собралась на поляне. Корпоратив. И, если приглядеться, у каждого есть пара. Каждая пара в своей фазе: у кого-то прелюдия, у кого-то страстная беседа, а кто-то уже перешел и на ближний контакт.

Женщина в белом платье притягивает внимание. Скоро она попадет под влияние человека в красном, и веселая нимфа распущенности заберет и эту пару.

Игра шелка… Обнаженные шеи… Распутные нравы. Но.

Но образ будущей жены Макс узрел в этой обнаженной деве с правой стороны в верхнем углу картины. Именно такое сочное тело застряло в подсознании Макса на всю оставшуюся жизнь. Силой своего воображения Макс оживил и приблизил к себе свою дорогую, бесценную и любимую супругу. Да, именно такую блондинку, с такой длиной волос, с именно такими изгибами талии и ножками с тонким запястьем.

В итоге женщина с такими данными стала законной и единственной женой Макса.

Еще одна картина Ватто говорит, что у любви три стадии. Эта картина называется «Паломничество на остров Киферу». Как же изящно здесь выписаны интимные эмоции: нежность (как хорошо было бы …), ревность (она моя…), меланхолия (как грустно расставаться…), беспокойство (а что теперь?). И главное все в движении, все в красивом танце, все легко и непринужденно.

Первая – обхаживание. Вторая – галантное ухаживание и третья – «теперь ты моя». И Макс очень хорошо помнил первый день знакомства с Натальей, где первая стадия вообще отсутствовала, вторая была максимально сокращена до кавказских танцев с кинжалом в зубах, а вот третья была великолепна. Он до сих пор, спустя более двадцати лет брака, с вожделением вспоминал этот чувственный миг соприкосновения своей набухшей головки пениса с узкими стенками ее безумно сладкой пещерки.

А сейчас, медитируя и вспоминая, Макс ушел в себя.

Правильный ли он сделал выбор?

Как бы поступил он сейчас?

И учась в техническом университете, Макс придумал и, как он полагал, просчитал математически успех своего будущего брака.

Критерии выбора четко легли в эти рамки:

женщина старше его не менее чем на пять лет;

с ребенком, желательно девочкой, не старше 10 лет;

блондинка с длинными волосами;

естественно, разведенная и необремененная тяжелыми материальными проблемами (долги, кредиты, судебные преследования).

Взрослая женщина всегда интереснее, она больше знает, она опытнее, и с ней лучше как в повседневной жизни, так и в постели. Взять хотя бы вопросы питания. Обычно по ним все мимоходом пробегаются, а по сути, ведь огромную часть времени супруги проводят за покупками продуктов, приготовлением пищи, ее поеданием и перевариванием. В современном мире нет критерия «женщина должна готовить», сейчас даже в школах нет предмета труд, на уроках которого давались первоначальные навыки. И уж тем более все позабыли про пословицу «путь к сердцу мужчины лежит через желудок». Даже в современных квартирах не всегда есть кухня, и уж тем более – холодильник. Все привыкли есть вне дома.

А с ребенком потому, что Макс знал – характер у него сложный, и жить с ним тяжело.

Детей он любил. Его отец всю жизнь проработал тренером в спортшколе, Макс ему помогал проводить занятия по большому теннису. Сестру он тоже любил с детства. И прекрасно понимал, что сладится и сдружится с ребенком будущей жены легко.

Логика была проста. Раз есть навыки общения с детьми, раз они не раздражают – значит, это верный вариант. Плюсом также должно было стать то, что, подружившись и проявив заботу к чужому ребенку, женское сердце удастся растопить быстрее. И именно это станет основным «магнитиком» в отношениях и позволит сглаживать непростой характер Макса.

Так же хотелось верить, что, приняв, полюбив, воспитав чужого ребенка, мужчина получает как бы дополнительный бонус. Это некая дополнительная якоризация отношений. Хотелось думать, что будущая жена этот поступок считает благородным, ценит его и на подсознательном уровне больше доверяет, нежнее становится.

О том, что по факту в жизни бывает все наоборот, думать не хотелось и в критерий списка не включалось. А такое бывает часто, что мужчине просто подыгрывают, позволяют ему играть эту роль, пока он «дойная корова», пока чем-то полезен. Например, до окончания платного образования в вузе, или до крупной сделки, или просто пока деньги дает.

На взгляд Макса – теория была бесподобна.

И как по сюжету, Макс притянул именно такую женщину. Напротив всех критериев были поставлены крестики.

Наталья была блондинка с длинными прямыми белыми волосами, старше его на 7 лет, самостоятельная предпринимательница и самое главное с маленькой, шустрой, беззубой девчонкой по имени Анна. Ангельский ребенок четырех лет. Шепелявая, с всегда открытыми добрыми глазами. Ее в основном воспитывала бабушка, интеллигентная женщина в самом расцвете сил, учительница, почетный гражданин города, очень умная и толковая женщина. Она все свои знания Анне и передавала, а та с большим аппетитом все впитывала.

Получалось, что, женившись на Наталье, Макс получал бонусом готовую прекрасную семью. Да, именно так он и думал. Именно этого он и хотел. И желания, и чувства были искренними.

После женитьбы на Наталье жизнь Макса складывалась успешно. Жена действительно была огонь. Крепкая, сексуальная, здравомыслящая, ответственная и сексуально притягательная. Последнее было на высшем уровне. Ее правда всегда хотелось, и ее образ неизменно разжигал Макса.

Макс, как и планировал, удочерил Анну, дал ей свою фамилию, перевез в Москву, устроил в первый класс в отличную школу с углубленным изучением английского языка. Он распродал свои квартиры и купил большую трешку около метро «Беговая». Квартиру, конечно, выбирала Наталья. Ей понравилось, и она смогла воплотить свое творчество в ремонте. Максу нравилась ее деятельность, и, самое главное, все было направлено на семейное благополучие. Квартира была большая, и всем хватало пространства. Жили дружно и позитивно. Потом Наталья забеременела Никой. И в семье появилась вторая, а точнее, третья красавица.

Макс считал себя обычным, среднестатистическим горожанином. Не бедным, не богатым, а обычным. Таких в одной Москве миллионы… Но мир развивался, и хотелось съесть побольше плюшек в этой жизни. Конечно, о духовном наполнении на тот момент мыслей не было. Базовые вещи, такие «как цени родителей», «уважай ветеранов», «не убий – Бог все видит», сохранялись. В божественную карму на тот момент верилось мало, но страх всевидящего ока все же был.

Глава II.
Иерофант

– Ты знаешь, кто раньше жил в нашей квартире? – спросила Наталья, улыбаясь. – Она изначально мне показалась загадочной и энергетически емкой. Ее явно не хотели продавать. Но мне кажется, нам повезло.

– Честно, нет, – ответил Макс. – Я знаю, что в нашем переходе под третьим транспортным кольцом раньше был знаменитый антикварный «толчок». На той стороне работал комиссионный магазин, и у антикваров Москвы была здесь своя тусовка.

– А раньше тут жил, по всей видимости, коллекционер, старый еврей, не зря же наши «узбеки» палаш в дымоходе нашли. Видимо, он здесь антиквариатом и прочим подобным промышлял, – продолжила Наталья.

– Да, в свое время это было и модно, и денежно, – ответил Макс, – а ты куда клонишь?

– Сегодня в нашем почтовом ящике я обнаружила вот это письмо:

«Ну, вот и здравствуй, моя дорогая! Привет, Ленок!

Ты там еще не забыла меня, красавицу? Да, дорогая, выныриваю таким вот образом – это же в моем репертуаре. Прости, что пропала так надолго, но, как выясняется, не насовсем. Ты же знаешь, что не тонет, так это про меня. Я готова назвать себя этим словом, только бы не потонуть. Как ты уже догадалась, я в очередном… том самом. Ну не могу я, Лен, без этого, ты же знаешь. А я знаю, что есть у меня подруга, которая все простит и вытянет меня.

Да, зайка, снова буду просить тебя спасать мою шкуру, снова буду говорить, что это вопрос жизни и смерти, снова буду надеяться на своего единственного «Ангела-спасителя» и обещать, что в последний раз. Лен, ну извини, что ни звоночка, ни словечка за это время. Все думала: вот устроюсь там, тогда вас с Серегой (или кто там у тебя сейчас) и приглашу к себе на побережье Средиземного моря. Ну а теперь небольшая оттяжечка, ну да прорвемся!

Вкратце хоть что-то расскажу, а то и уехала, не попрощавшись. Мама говорила, что вы заезжали, она обо мне рассказывала, но ты же не могла подумать, что у меня все как по маслу, как в сказке. Ну, в общем, охмурить Андрюшку, чтобы вырваться из совка, много ума не понадобилось. Баран он и в Израиле баран! Короче, по приезду оказалось, что я его не люблю. Деньги мне зарабатывать легче, чем ему, а зачем мне его кормить? Я решила, что лучше собачку завести, от нее хоть прок есть. Сколько работ поменяла, посчитать трудно, в семьях работала и т.д., специфика тут своя, но с головой жить можно.

Так вот, в семьях работала, работать можно, и неплохо. Да вот, как назло, семья попалась некрепкая, а я виновата, что ли? Полюбил меня, Лен, толстый Аркаша, по сравнению с его кошельком сам он – Дюймовочка! Трое детей, правда, но денег бы там на всех хватило. В общем, ставку я сделала крупную и выиграла! Он оставил семью, купил домик в живописном городе Наталья. Казалось бы, все, чего хотела, но скучно, блин! Он много работает, дома бывает редко, да и то уставший, ну ты поняла! Застукал он меня с тинейджером соседским. До оформления нашего брака было восемь дней. Осталась я одна у разбитого корыта, все, что подарил, забрал, свинья! Вот такой оборотик. Ну и пришлось мне старое ремесло вспомнить (ребята здесь довольно-таки состоятельные). Но видно – не судьба! На первой же пробе меня взяли. У клиента случился приступ, но, как потом оказалось, не от клофелина. Но подробно при встрече. Дело в том, что письмо это я пишу из тюрьмы. Вот. Так что свои 25 я встречала в «романтической» обстановке. Конечно, это не совковые тюрьмы, но приятного мало, а еще перспектива оставить здесь 2—4 года жизни совсем не прельщает. Суд будет через два месяца, после него два варианта: забыть об этом как о страшном сне или прожить в Израиле еще пару лет, после чего – депортация.

Адвоката мне дали из нашего посольства. Он говорит, что все будет нормально, но понадобится около двухсот восьмидесяти тысяч шекелей – это примерно шестьдесят пять тысяч наших рублей. Я посмотрю, что наскребу, но этого очень мало. Так что, дорогая, выручай – одолжи пятьдесят тысяч! Шутка. Я знаю, что таких денег у тебя нет, но они есть у меня, на Украине, и тебе надо мне их передать. Ленчик, выручай!!! Маму просить об этом, естественно, не могу. «Любимого» братца тем более – деньги он возьмет, но потратит на наркоту. Однако ближе к теме. Пока мои кредиторчики сбились с ног в поисках меня любимой по всей Москве, я перебралась на Украину, в Чернигов. Там подружилась с девушкой и переехала к ней. Русланой звать, она одна жила. Папину коллекцию я забрала с собой, чтобы Слава не пропил, но и мне все время нужны были деньги. В итоге от коллекции осталось всего две вещи: Армановский и Павлинов, они у Русланы. Я напишу ей записку, нужно будет поехать к ней в Чернигов (пусть Серега смотается) и картинки забрать, они небольшие, но на них наклеены регистрационные номера. Только скажи ему, пусть матери сообщит. Купи, пожалуйста, ей хорошие духи, передай с запиской, скажешь, что от меня. Ее адрес: ул. Текстильщиков, д 3. кв. 3., тел. 81038 (0462) 67-77-20, но они эту квартиру могли продать, позвони и бабушке, тел. 65-22-22, Галина Андреевна, узнай, как ее найти.

Продать: первым делом позвони в Германию, тел. +491651906888.

Игорь Семенович умолял меня продать эти работы за сто тысяч евро, но тогда для меня это было дешево, я хотела их забрать в Израиль.

Сказали, что Иванна, дочь Льва Яковлевича из Москвы, просила их через тебя продать. Если он жив-здоров, то примчится сразу, если не получится, здесь я нашла человека, он купил бы их для себя и за сто пятьдесят тысяч, деньгами он располагает и понимает, что вещи редчайшие, но на Украину вряд ли захочет ехать. Но попробуй, скажи, какие работы, скажи, если он придет, то готовы отдать за сто тридцать тысяч, позвони, мало ли, тел. (972) 58623820, Алекс.

В Киеве за них больше восьмидесяти тысяч не дадут, в Москве немногим дороже (проводник их перевезет за сто-двести баксов), и то это если оставить на комиссию. Но на это времени у меня практически нет.

Может, цены и поменялись, но вряд ли. Ты на месте, тебе проще, ну не маленькая, разберешься. Но я тебя прошу, не начуди чего-нибудь, ведь это мой единственный шанс.

Завтра у меня встреча с адвокатом, письмо я передам через него. В конце недели его жена должна полететь в Россию к родителям, она письмо и отправит.

Лен, должна буду тебе по гроб жизни!

Деньгами распорядись так: две тысячи – на расходы и себе за беспокойство, еще две – завези, пожалуйста, Русланочке, пятьдесят семь тысяч – передай адвокату, он скажет, как, остальные сохрани пока у себя.

Иванна.

Р. S. Суд будет в Тель-Авиве, меня повезут туда. Должны дать позвонить, звонить я буду тебе».

– Интересно… – задумчиво произнес Макс. – Может, развод какой?

– Не похоже. Письмо адресное, и я все уточнила у прошлого хозяина. Имена все соответствуют. Да и интуиция моя склоняется больше к правде.

Тяга к авантюризму у Макса всегда была. Но в последнее время она начала прогрессировать и приносить материальную выгоду. А причиной всему стала дружба и совместные проекты с Корешем.

Макс на интуитивной волне всегда понимал, что в жизни особую ценность играет дружеский совет, наставничество. Он умел слушать, и порой обычные люди, с опытом и интеллектом, давали в нужный момент дружеские советы, и те работали, помогали.

Но Кореш отличался от всех прочих. Помимо своей неповторимой харизмы, крупного телосложения и умения подбирать правильные слова, он был настоящий ходячий «триллер». Он мог любую историю, любой пример пересказать с элементами «боевика», подав под нестандартным углом.

В менеджменте такой вариант называется по-разному: незамеченный взгляд, менторский подход, стратегия «Адвокат дьявола» или «Шаг назад». В друге все это сочеталось. Он был уникален – настолько грамотно, красиво и искусно подходил к этому.

Основной заработок им приносили машины. Макс был начальником отдела выплат страховой компании, а Кореш владел автосалоном по продаже битых автомобилей.

Это был хороший бизнес. Очень часто побитая, искореженная машина стоила дороже новой. Сейчас это высказывание сходит за чистую ложь, но раньше это была правдой.

В те годы рынок только зарождался, и красивые, огромные стеклянные автосалоны отпугивали «бизнесменов» из регионов. Они еще не привыкли к западному подходу и стратегии Red Carter, по которой работали дилерские компании. Здесь они чувствовали себя на своем «колхозном поле», уверенно.

Вторым фактором была супруга Кореша, которая встречала клиентов и показывала им битые авто. Милая, всегда улыбчивая, миниатюрная блондинка Вероника. И, конечно, каждый «колхозник» уже считал, что он больше шарит, лучше понимает и выше стоит в вопросе поврежденных авто.

Ну и третий фактор – так сказать, небольшой развод. Так называемые «дружеские продажи». Это когда с покупателем приходил мастер, предварительно «замазанный» Корешем, и уверял покупателя, что повреждения – ерунда, что он ему все за два дня и пять копеек сделает и машина будет лучше новой. И многие на это велись. Правда, потом, как правило, вылезала куча скрытых дефектов, не увиденных до разборки и снятия поврежденных деталей.

Но этот бизнес проработал долгое время и очень успешно. Это был как раз тот вариант, когда говорят, что на говне можно больше денег сделать, чем на конфетке.

Друг по своей натуре был мошенником и аферистом. Но он был красавец и делал всегда все просчитывая, раскладывая на варианты и минимизируя риски.

Если даже поместить его голову в печь, для исправления мыслей, вряд ли что-то бы изменилось. Он любой ситуации придавал драматизм и брутальность. Он предпочитал мистические сюжеты, трагические и мрачные образы, его мысли были полны резких контрастов и глубоких теней, он был певец нуара, причем иногда оглушающего своей натуральностью.

– Кореш, дорогой, как сам? Как дела? Давно не слышал тебя! – эмоционально поинтересовался Макс.

– Дела как на шахматной доске.

Кореш всегда отличался изобретательностью и изворотливостью. Он умел спустя годы находить ахиллесову пяту у своих обидчиков. Глубоко проанализировав причины неудачи в предыдущем сражении, он с удивительной легкостью возвращал себе шахматные партии, раскладывая комбинации, подбирая нужные варианты.

Он продолжал:

– Вот думаю, какую стратегию применить – под «дурака» или острокомбинационно зарядить? Анализирую, оцениваю свои силы, размышляю, кого подключить.

Шахматная партия развивается в голове у опытного игрока в обратном направлении: вначале формируется стратегия, а от нее – шаг за шагом – промежуточные ходы. Важно понимать, что с самого начала игрок ставит цели, которых хочет добиться в середине игры.

Жизнь, как и шахматы, – это задача по выбору альтернатив, и задача сложная. Сложность состоит в том, что взаимодействие людей – двустороннее. Взаимодействовать с другими людьми – значит решать эту задачу по выбору альтернатив. Тот, кто ее лучше решает, тот и побеждает.

Жизнь – это игра игр, это высшая игра. Если воспринимать жизнь как игру и не относиться к ней слишком серьезно, она обретает глубочайший смысл. Если при этом быть простодушными и невинными, то эта игра дает очень многое.

Игры подобны курсам университета. Проходя каждый курс, ты чему-то учишься и затем переходишь на следующий уровень. Игра жизни требует определенного умения. Если его нет, это очень плохо. Не будет осознанности.

– Ты ж сроду в шахматы не играл. Откуда такие познания? Это к чему? – недоуменно поинтересовался Макс

– Игра зашита в нашей подкорке.

Все можно трактовать через игру – ответить на все вопросы, выбрать стратегию действий. Мы живем в аду. Наши страдания постоянны – все религии говорят об этом, все концепции. Наш социум организован как игра. Но кто играет? Кто нами движет?

Играет сам Господь. Например: испытание Иова… Господь с Сатаной спорят: «выдержит или не выдержит Иов?». Насылают на него все возможные несчастья, которые он не заслужил, и Господь ждет результат этой игры.

Лучше Лукаса Кранаха в картине «Плоды ревности» вряд ли это кто-то лучше покажет. Сцена борьбы за обладание женщиной самый наглядный пример. Скрытая тревога и внутренняя борьба, в этих контрастах и кроется расшифровка конфликта. Одни облака чего значат, словно дым от огня, который может очистить, уничтожить или возродить.

В одном эксперименте мышам создали идеальные условия, и они все погибли.

Бесконфликтное существование невозможно. Оно противно природе.

Если ты проиграл, но показал умение держать удар, красивый бой, умелую тактику – это тоже ценится. И это дает возможность перейти в высшую лигу.

Некоторые фигуры более ценны, чем другие. Значимыми фигурами не так охотно жертвуют. Но и пешка может стать ферзем. У всех игр единые правила, но у каждой – специфические черты. И выбирать свое поведение можно, анализируя эти игры.

Какие качества нужны, чтобы подняться в следующую лигу?

Оставаться самим собой, осознавать себя и свой характер, проявлять упорство в развитии.

– Ты сегодня в философском угаре. Скажи по существу, что делать?

Важно «приподняться» над поляной и увидеть процессы, происходящие «в целом». Сделать это можно двумя путями: обобщив большой массив исходных данных, в том числе секретных, или наблюдая за первоисточником.

Первый вариант невозможен – информация всегда фрагментируется и скрывается. Второй – большая редкость.

Для того, чтобы понимать или хотя бы качественно предполагать, что происходит у первоисточника, первым делом следует определить – кто играет? Затем задать себе вопрос: каковы интересы игроков? А все остальное – уже производные, которые можно корректировать.

Несмотря на окружающий хаос, Максу хотелось навести порядок в голове и в жизни. Очень поучителен в этом был Урус Верли.

Этот швейцарец – настоящий гуру в наведении порядка. У него дома на стене висела картина одного кубиста. Он любовался, всматривался, пытался найти в ней тайные смыслы и в один прекрасный день понял, что пока на этой картине не навести порядок, смысл невозможно интерпретировать.

И он стал наводить порядки – в ней, а потом и в других картинах. Он аккуратно складывал элементы с картины друг на друга в углу. Например, с картины Пауля Клее. У него все очень неструктурированно, наверное, художник куда-то спешил. Начал с оранжевого, но потом закончилась краска, а на этом квадрате художник, видно, решил передохнуть.

А Урус немного прибрался, швейцарцы вообще очень педантичны в уборке. Семнадцать красных и оранжевых квадратов сопоставимы всего двум зеленым.

Максу тоже захотелось разложить свои мысли по полочкам, на квадратики.

– Макс, давай, направляй свою активность на поиск «богатеньких Буратино», пока есть порох в пороховницах, завел свою пластинку Кореш.

– Кореш, ну вот ты всегда эту песню заводишь, а почему других направлений нет? Почему только в таком ключе?

– Ну, во-первых, вселенная равнодушна, и ей «все равно, куда двигаться». Если есть вектор приложения силы, то она будет двигаться по этому вектору. Я и создаю свой вектор – намерением, волевым усилием. А за этим вектором уже двигается само тело, объединяясь с Духом.

– Инерционное движение создаешь, – с пониманием покачал головой Макс.

– А, во-вторых, кто знает, что у этих «сладких пирожков» в семье творится? Всегда есть куча наследников – читай нахлебников: сынки, зятьки, дети, племянники, которые с детства с золотыми ложками родились и всю жизнь на готовых харчах выросли. Они ни работать, ни думать, ни подстраховать, ни развиваться не могут. Это сейчас настоящая беда «высшего общества».

Я как-то проездом, в одном областном музеи видел картину Маковского Владимир Егорыча. Делать нечего было, надо время было скоротать, вот зашел в музей. Он, кстати, один из лучших художников, который показал быт и жизнь сословий России. Так вот, зажиточная купеческая семья, богатый дом, со вторым светом и ажурной лестницей. Накрытый стол со вкусностями и самоваром. Глава семьи с густой бородой, служанки суетятся, а вокруг жена с детьми сидят. Вроде все по богатому, со вкусом, а с картины так и веет тревожностью. Я остановился, начал всматриваться в детали, мысли унесли меня далеко. Я понял, что счастья то нет в этой семьи. Ряд искусно подчеркнутых живописцем моментов усилили мои предположения. Никто не разговаривает между собой, все зажаты, теплой связи между поколениями не чувствуется. Все заигрались в свои игры, скрытность, утайки, эмоциональная связь полностью отсутствует.

И сейчас все тоже самое в богатых семьях, таже атмосфера эмоциональной напряженности.

Вот тебе еще визуализация: «Купчиха» Кустодиева. Сидит толстуха, чаи гоняет. Стол заставлен аппетитной снедью и сладостями: здесь плетеная корзинка-хлебница с кренделями, булочками, печеньем, кексом с изюмом и всякие фрукты – гроздь винограда, яблоки, спелый и сочный арбуз – сахарный, ярко-красный, с черными косточками. Словом, обилие всего, включая ларец с драгоценностями – вон он на картине, прикрыт ажурным полотенцем. Все так аппетитно выглядит, сплошное изобилие, только надо не забывать, что на дворе 1918 год. Голод, разруха и братоубийственная война.

И сейчас все тоже самое, кто-то от пуза жрет, а кто-то хрен без соли доедает.

А есть такие, как мы, голодные, но порядочные. Умелые управленцы, которые и дело разовьют, и себя не обидят.

– Другими словами, ты хочешь уравновесить этот несправедливый баланс?

– Я хочу открыть их чулан проблем и помочь разобраться. Да, будут конфликты и столкновения, но в финале появится свет. У многих из этого списка не так много времени – ни на новые достижения, ни на исправление совершенных ошибок. А они люди волевые и целеустремленные, и рядом им нужны такие же. Они привыкли быть на гребне волны. А их наследники на это в принципе не способны. И я предлагаю направить вектор усилий в это русло.

– Но где их взять?

– Поищи в своих базах в страховых. И поторопись. Будешь тормозить, попадешь под классификацию нашего бессмертного классика: «Теперь я вижу, что вас не только за злодея, но и за слишком испорченного человека считать нельзя. Вы, по-моему, просто самый обыкновенный человек, какой может быть, разве только что слабый очень и нисколько не оригинальный». Потеряешь оригинальность, уйдет конкурентное преимущество, а за ним и все прочее уплывет. Я верю, что ты владеешь «искусством понимания».

– В базах я уже искал, не нашел, а вот Наташкин контакт один отработать можно. Я сейчас про Айрата.

– Не грусти. Рано или поздно все станет понятно, все встанет на свои места и выстроится в единую красивую схему, как кружева. Станет ясно, зачем оно было нужно, потому что все будет правильно. Подумай лучше, как тебе втереться к нему в доверие.

– Я уже это сделал. Нас одна история по рукам связала. Он был нашим страхователем. И, как и многие другие в наше время, имел молодую любовницу. Она на полном его содержании. Развод и уход из семьи были практически невозможны, по причине совместного бизнеса с женой, которая держит это в ежовых рукавицах. Ну так вот, отправилась эта красавица в мае в Италию, кататься на серфе. Говорят, там в это время изумительная волна. Ну и, наверное, адреналин ловила не только на волне, но и после, в хорошей компании. Короче, умерла от передозировки кокаина. Как можно умереть от передозировки кокаина? Это другая история.

Вопрос к хахалю – что делать? Страховка не покрывала транспортировку тела, да еще и в том случае, когда вскрытием было подтверждено наркотическое отравление с летальным исходом.

Итальянские власти, как и все в Европе, такой процесс сильно затягивают. Может годами длиться. Мне же пришлось вписаться в процесс, и заняться организацией транспортировки тела в Москву. Задача была устроил похороны в соответствии с христианской традицией. Я лично курировал каждый шаг, и ни один этап не выбился из заданных рамок.

К Итальянской мафии на поклон ходил. Мафия в Италии тоже ленива. Это в том смысле, что мафия ждет «чертей», которые приходят к ней на поклон. Сама она не занимается «знакомствами» и «расширением». Вывели на албанцев, потом с албанцами все порешали по правильному.

Подробности описывать не буду, суть не в них, суть в успехе операции и благодарном Айрате.

Лучшем навыком, развитым у Кореша, был навык критического мышления.

Кореш был эталоном такого мышления. Он не просто подвергал любую входящую информацию анализу, но и ставил под сомнение любой вариант развития событий, особенно позитивный. Он придавал такой негативный окрас любой ситуации, что просто порой становилось страшно. Но зато после разрешения этой ситуации сомнений в верности выбора не оставалось.

Так Кореш поступал, даже разговаривая с Максом о картинах, в которых, надо отдать ему должное, он неплохо разбирался.

Сам по себе он был неплохим. У него не было явно отрицательных черт характера, он очень внимательно подвергал анализу все происходящее, но он был настоящим профи в развитии любого события через криминальный сюжет. У него всегда были очень яркие и выразительные чувства и эмоции. Он умел находить врагов и борьбу с ними делал главным стимулом жизни.

Визуализировать Кореша можно было картиной Пуссена «Великодушие Сципиона». В современном мире было очень мало людей, к описанию которых подходило бы это слово. На своем полотне Пуссен все подчинил этой добродетели – великодушию. С картины явно считывалось, что великодушный человек не только на поле боя может одержать победу, но и над своими желаниями может одержать победу тоже. Возвращаю побежденному врагу нетронутую женщину.

Хоть Кореш был и не правитель, и не восседал на троне, но придерживался в борьбе с «врагами» именно этой стратегии.

Его твердым убеждением было то, что «запрещая себе грусть, печаль, горевание, злость, мы сужаем нашу эмоциональную палитру. Это, как если бы художник сказал: черный цвет я не использую в своем творчестве. Он плохой».

Кореш всегда говорил, что нет плохих или ненужных эмоций. Эмоции адаптивны, то есть необходимы для жизни и адекватного ответа на внешние стимулы.

Он был твердо убежден, что перепрожив эти «черные» эмоции снимается аффект, и эмоция превращается в опору. Она начинает служить, становится проводником и звоночком для новых потребностей. Кореш

Макс же категорически был с этим не согласен.

– Во-первых, Кореш, дорогой, эмоции – это энергии, из которых построено все живое на Земле. Они бывают только двух видов: созидательные и разрушительные. Закон сохранения говорит, что если убрать все отрицательное из себя, то реакция на мир станет положительной. А во-вторых, все без исключения психологи утверждают, что в человеке должен быть баланс положительных и отрицательных эмоций. Я с этим не согласен. Это получается, они хотят, чтобы человек был наполовину заполнен светлыми, а наполовину – демоническими энергиями. А я считаю, что чем меньше демонического, тем меньше силы и энергий для плохого и тесного. Поэтому надо искоренять отрицательные эмоции, убирать их и усиливать положительные черты характера в себе. Это работа, и она нелегкая.

– Мне интересным показалось слово «искоренять» – процедил сквозь зубы Кореш, – У меня возник образ клумбы с цветами. Можно то, что нам кажется «сорняками», вырывать и выбрасывать несколько раз в сезон. Но они, вероятнее всего, прорастут опять. А можно, например, интегрировать их в общий дизайн клумбы. И создать из этого более целостную композицию.

– Я бы даже сказал, что эмоции – это энергия души, ее строительный материал. Соответственно, именно эмоции определяют, как будет построено любое действие. Я делаю вывод, что из каких эмоций будет собраны действия, то и получится. Работаем с созидательными эмоциями – будет качественная, крепкая клумба, работаем с отрицательными – получится разрушительный эффект, а не клумба.

– Остается открытым вопрос: как в итоге поступать с отрицательными эмоциями? Пережить, сделать выводы и забыть? Трансформировать в положительные? Или оставить все как есть, просто научиться их контролировать?

– У современных людей души загажены, они требуют исцеления и очищения. И сделать это может только сам человек по своей инициативе, проявив свободу воли. Для самоочищения годятся различные духовные практики, которые давно известны и хорошо отработаны. Именно этот процесс древние и назвали инициацией.

– Но самый важный вопрос: как, как это сделать? Душевно очищаться, изменить направление мыслей, найти наставника… Или как ты делаешь? Взять из запыленного шкафа самую толстую книгу с репродукциями или потрепанный альбом с марками. Сдуть пыль и начать перелистывать. И ждать, пока мозг среагирует эмоционально на какую-нибудь картину. Так, что ли?

– А мне кажется, что эмоции, любые, это проводники наших потребностей. – продолжал с умным видом мой собеседник.

Как пишет Джулия Кэмерон в книге «Путь художника»:

«Гнев – это голос, крик, требование. Гнев нужно уважать. Почему? Потому что гнев – это карта. Он фиксирует размеры наших рамок. Он показывает, насколько мы желаем из них выйти. Он позволяет нам видеть, где мы уже побывали, и дает знать, если нам там не понравилось. Именно гнев – а не просто стрелка – указывает нам путь. Во время творческого возрождения гнев – признак здоровья».

Агрессия может разрушать, а может двигать прогрессом.

Тревога парализует или переходит в креатив.

Тревога – это оттенок страха.

Любопытство – это оттенок удивления. Удивления, которое побуждает исследовать дальше, вникать в суть.

Я бы еще подумал о том, а отрицательные ли эмоции запускают стрессовый аппарат или же наоборот. Стресс включает в нас голос эмоций, которые говорят нам о том, что что-то для нас стало слишком сложно. Прекрасно, если мы чувствуем и позволяем себе широкий спектр своих эмоций, не боимся их, а слышим то, о чем они нам говорят.

Макс не хотел продолжать этот разговор, но от разговора не так просто было соскачить. Вопросы Кореш задавал правильные. Но на все вопросы четких и конкретных ответов у Макса не было. Нужно было двигаться по жизни дальше и искать ответы.

В целом все было ясно, но вот сама суть ускользнула. Но в этом и был весь Кореш.

Согласен я с ним или нет?

Прав он или нет?

Что делать с эмоциями и так ли все, как говорит Кореш?

Макс так и не понял, как отрицательные эмоции могут служить на пользу.

– Кореш, ну не понимаю я иногда тебя вообще. Объясни понятным мне языком, как работают эти триггеры, отрицания, страшилки и пугалки?

– Макс, тормозишь. Объясню понятными тебе схемами. На примере.

И Кореш начал объяснять.

Энди Уорхол известен широкой публике, прежде всего, работами, посвященными знаменитостям и культовым предметам мира потребления. Однако еще одной важной темой в его творчестве была смерть. Вот что он говорил про себя сам: «В какой-то момент я понял, что все, что я делаю, имеет некое отношение к смерти».

А почему?

А потому, что он обожал беспорядки на почве расовых конфликтов, крушения самолетов, дорожные аварии и прочие несчастные случаи, и катастрофы. Через эти сюжеты Уорхол показывал темную изнанку «американской мечты».

Впервые эта тема стала раскрываться в серии с Мэрилин Монро, выполненной мастером вскоре после гибели голливудской дивы. А потом серия «Смерть и катастрофы» размножалась в ярких цветах изображений пугающих сцен и объектов, превращаясь в пестрый узор образов, маскирующих экзистенциальный ужас человека перед неизбежным.

Но именно эта пища нужна была набирающим аудиторию масс-медиа. Смерть становится одним из главных инфоповодов и потреблялась намного лучше позитивных новостей.

– А может он хотел по-новому донести до людей старую традицию изображения символических напоминаний о смерти вроде черепов или гниющих цветов, которые призваны были направлять зрителей-христиан на путь праведной жизни и предостерегать их от пагубного тщеславия.

Некая отсылка к традиции vanitas.

– Я резюмирую, – сказал Кореш – Уорхол расщеплял целое на части. Использовал классику как пищу для масс, переосмысляя работы Возрождения, выбирал фрагменты и печатал их. Его серия «Смерть и катастрофы» актуализировала тему, особенно для СМИ, которые с радостью печатают плохие новости для большего охвата с целью продаж рекламы. Послание здесь одно: помнить о смерти, но в позитивном ключе. Язык живописи более понятен и близок, чем разговорный, а трактовка сюжетов позволяет развивать воображение и рассказывать истории.

Как думаешь, есть ли в работах Уорхола глубина или это чистая коммерция?

Макс не знал. А друг продолжил:

– Что происходит внутри творчества, какова его философия – понимаешь? Вот, например, эти банки с супом: ты знаешь, чем они отличаются друг от друга? Или они для тебя все одинаковые?

Вот у нас так же диалог начался. Вроде одно и то же обсуждаем, но ощущение, что говорим о разном. Как с этими банками. На самом деле, они все разные. Там мелко-мелко написано, из чего тот или иной суп сварен: куриный, говяжий, свекольный и так далее. Вот мы тоже долго-долго обсуждали, беседовали, спорили… и пришли к определенным договоренностям.

– Ну, видишь, для таких философских вещей нужна высокая способность к осознанию. Все, что с нами происходит, – это результат прошлых выборов. Я же хочу выбрать позитивизм. Только на позитивной волне можно двигаться к успеху.

– Ты сейчас опять перешел к вопросу эмоций.

– Эмоции – это реакция. Наши ожидания и желания или подтверждаются, или нет. Если ожидание подтверждается, если оно равно потребности или больше нее – у нас появляется позитивная эмоция. Если не подтверждается, то негативная.

Другими словами, эмоции – это лакмусовые бумажки, мы сразу можем понять, кто перед нами, с какими намерениями. И вот твои картины как раз и могут помочь распознать эти эмоции. Сразу понятно, что для конкретного человека важно, а что нет. Что у него вызывает гнев, а что восторг. Узнав это, можно общаться дальше, корректируя диалог.

Негативно настроенный человек – он в гневе или презрительно относится к тебе? Может, в нем разыгрались зависть или ревность? А может, жена с утра не дала?

– А какой смысл распознавать и подстраиваться?

– Смысл в том, чтобы контролировать себя и избавляться от отрицательных эмоций. Должны оставаться только положительные. Если чувствуешь, что в тебе начинает зарождаться негатив, тормози себя. Если чувствуешь негатив от других людей, все тормози. Заканчивай разговор. Возьми время на трезвый анализ ситуации.

Глава III.
Жрица

Максу сразу захотелось поучаствовать в раскрутке ситуации с полученным письмом. Анализ и просчеты привели его к выводу, что риски минимальны, а история вполне может быть реальной.

Кроме того, мозгу всегда нужна питательная среда – мысли, интриги, неожиданности. И вот это письмо как раз и стало той самой пищей для мозга.

Почему-то на ум пришли сразу две современные картины Дмитрия Шурина, увиденные на выставке в Манеже. На одной было изображено красивое женское лицо, дрейфующее на поверхности водной глади, а на второй – красная машина, удаляющаяся по горной дороге. Картины висели рядом, на одной стене, и между собой неожиданно сочетались. Макс подумал, что они связаны, и к нему пришло понимание: пора на машине ехать в Харьков.

Макс с Натальей отправились в дорогу. Все прошло гладко и спокойно. Приехали, позвонили. Руслана сказала, по какому адресу находится, приехали туда. Она вышла со свертком, Макс отдал ей деньги, она отдала сверток. Сели в машину и поехали обратно.

Но в какой-то момент вспыхнуло дикое желание развернуть сверток и рассмотреть картины получше.

Их было две. Одна – темная, небольшая и непонятная. А вот вторая притянула своим магнетизмом сразу. Это был портрет женщины.

Едва ее развернули, в нос ударил масляный запах. Макс с Натальей увидели женщину, сидящую на стуле, на четверть, развернутую к ним с довольно неоднозначным взглядом.

Ощущение было двояким. От «нахер нам это надо?» до восторга. Хотя мысли о денежном куше почему-то сразу улетучились. А вот чувство владения артефактом и чем-то значимым начинало расти.

Наталье сразу не понравилась картина, она быстро перестала о ней думать и вскоре вообще про нее забыла. А у Макса, наоборот, мысли забивали голову, но не находили выхода. И он начал с азов.

Для чего писались женские портреты?

В чем их смысл?

Что они могут говорить и какие знаки и символы можно с них считать?

Единственное, что Макс знал точно, – когда он в первый раз развернул холст, то чуть не упал в обморок, настолько изображенное там лицо напоминало его бабку, Нину Петровну, в молодости. Даже фон – нейтральный фон цвета голубой глазури был как розочка на любимой бабкиной сладости, торте «Сказка».

Статная, высокая, жилистая женщина с невыразительным, но аккуратным лицом. В косынке, покрывающим голову. Бабка так и носила всегда платок, хотя волосы у нее были длинные. Чуть изогнув массивный стан, левой рукой женщина опирается на бок, а правая расслабленно положена на колени, складываясь в какой-то знак, а может, придерживая подол юбки, чтобы создать интересные складки. Блики на груди притягивают взгляд к довольно открытой блузе, но намека на красоту грудей или сексуальность вообще нет. Здесь это больше для подчеркивания серьезного взгляда и желания поймать глаза собеседника, донести до него мысль, необходимую с женской точки зрения. Умные женщины ведь часто прибегают к этому приему – поймать взгляд мужчины и грамотно его перенаправить.

И все-таки – зачем писали женские портреты?

В коллекциях практически всех музеев очень много портретов, и в основном это как раз портреты женщин. С картин на стенах галерей с мировым именем смотрят на нас неизвестные красавицы, на страницах книг мы находим утешение и радость, открывая для себя новые миры, не задумываясь, чего стоили эти строки тем, кто брал в руки перо. За каждым романом, поэмой, стихотворением или картиной, даже за флаконом духов, оставшимся в мировой культуре, скрываются истории любви или ненависти, романтичные и страстные отношения между мужчиной и женщиной.

Но зачем все это рисуют и пишут?

Вариантов несколько. Муж заказал портрет своей жены в качестве подарка или по другим причинам. На некоторых картинах – супруги королей и баронов, балерины. Есть мифически-религиозные сюжеты – Венера, Богоматерь, Афродита.

Были, конечно, случаи, когда живописец не мыслил творческую жизнь без Музы, без вдохновительницы, дарующей энергию, преобразованную из своей любви. Художник как бы настраивался на ее индивидуальную волну и создавал произведения, которые несли в себе особый код только автора и его близкой женщины.

Про великих личностей тоже все понятно, им по статусу положено иметь портрет. Про мифы и религию тоже, это классика. А вот про портреты жен надо бы копнуть поглубже.

По каким еще причинам их писали?

Зачем мужья заказывали портреты жен?

Женщин в эпоху Ренессанса писали обычно по трем поводам – в случае помолвки, свадьбы или же смерти. Если портрет являлся свадебным, то обычно он был парным к портрету мужа, и женщина в таком случае изображалась в правом повороте.

Выразить любовь.

Показать динамику возраста (приукрасить или состарить).

Сохранить память в случае утраты.

И, оказывается, есть еще один значимый пункт: присутствие, пристальный взгляд.

Развивая тему: портрет супруги в гостиной ассоциируется с ее присутствием в ней, и, соответственно, мужчина становится менее расслаблен, у него меньше дурных мыслей, он более сосредоточен и четок в словах и поступках, более интеллигентен, галантен, как и в присутствии дамы сердца.

Так это работало. В чьих гостиных висели портреты жен, те мужья меньше приставали к прислуге, меньше приводили в дом девушек легкого поведения, меньше пили, играли в азартные игры и сквернословили. По сути, мужчина всегда был галантен, интеллигентен, приятен и в общем был «красавцем». А женский портрет, вися у него в гостиной, бдил за этим красавцем в отсутствии его очаровательной половинки.

Почему-то первый вопрос у Макса возник спонтанно.

Куда показывают сложенные вместе пальцы на правой руке Барковой?

Ассоциативная цепочка привела к картине «Аркадские пастухи». Мужики указывают пальцами на надпись на могильнике, а милая дева, мягко опустив правую ладонь на плечо, по всей видимости, тихо шепчет: «Прежде чем ответить на этот вопрос, надо определиться с главным…»

«Аркадские пастухи»… Женщина – аллегория Аркадии, которая говорит о том, что женщина – это самое важное и ценное в жизни мужчины.

Однажды они уже спорили с женой, обсуждая эту картину. Вообще у них в семье была заведена традиция: за ужином или после него вспомнить какую-либо картину и освежить ее сюжет. Раскрыть, так сказать, в новом ракурсе.

– Мне от этого саркофага веет смертью, – проговорил Макс, глотнув красного вина. – Наташ, может, ты как-то в действующие реалии вольешься? Может, правда пора заканчивать с мистической страной Аркадией? Есть такое выражение: «помни о том, что будешь умирать». У тебя, судя по твоим действиям, состояние напоминает кому. Когда человек в таком состоянии, его нельзя пробудить. Цикл сна и бодрствования не работает, тело не реагирует на раздражители, даже на боль. Вот ты так же… вообще не реагируешь на изменчивый мир. Ты как будто застряла где-то и не хочешь адаптироваться. Тебе гран-при надо дать за самое неэффективное расходование ресурсов. Надо продать дом в Поляне и уехать. Как говорят итальянцы: «Я ценю не то, что стоит, а то, что можно потратить».

Макса явно несло после выпитой наполовину бутылки сухого итальянского вина из Венето. Вино было не дорогое, но проверенное. Конечно, не Пьемонт, но для обычного ужина вполне подходило. Но он вовремя тормознулся от раскрытия темы по продаже Поляны.

Вообще вино, помимо еды, тоже считалось важным атрибутом их семейной жизни. Максу с Натальей тут было что вспомнить. Одно время Наталья пригубливала вино ежедневно и потихоньку становилась зависимой от этого божественного напитка. Но, надо отдать должное ее силе воли, однажды она сказала «стоп», и с тех пор даже на кончике языка у нее не бывало и капельки алкоголя.

Вино надо чувствовать, пытаться ощутить всеми каналами восприятия: его цвет, запах, вкус. Это тоже особый вид искусства.

– Жена, давай вспомним итальянские мотивы. Так приятно сесть в ресторанчике, попросить бутылочку красного сухого из Ломбардии…

Помнишь, как приятно было сидеть за маленьким столиком, было уютно и тепло. Там создавалась особая атмосфера задумчивости. Блик на тихих водах канала побуждал потянуться к бутылке вина, открыть ее, наполнить бокалы. Покрутить бокал за ножку, насытить вино летней прохладой и смаковать маленькими глоточками, вспоминая интересные истории.

– Да, официант наливает немного, и мы смотрим на просвет. Чем больше вино блестит, тем оно кислее. Чем больше густоты, тем выше концентрация танинов. И я помню, что маслянистость на стенках бокала указывает на старость, – в спокойном тоне ответила супруга.

– Поболтать, насытить кислородом. Это, конечно, не декантер, но пойдет. Запахи раскрываются – земляные, цветочные, сразу понятно, на какой почве росли лозы. Глина или известняк.

– Сделать небольшой глоток, ощутить вкус. Ягодный, приторный, фруктовый или цветочный… Здесь нужно замедляться. Чувствовать в каждом глотке прелесть жизни.

– Да уж, светлый виноград – это свежесть лета, ветер с моря, шелест в кронах деревьев. Темный – это надежность, тяжеловесность, это конец лета и ощущение близкой осени в воздухе. И солнце в его ягодах совсем другое – уставшее, мягкое, матовое…

– Прелесть простых продуктов – это тоже такой кайф. Сыр, горячий лаваш, зелень и вино – я бы так смогла питаться до конца жизни. Итальянские сыры – это музыка. Симфония голосов, ароматов, вкусов, цвета и его оттенков, света и тени. Ароматы сыра смешиваются с ароматами свежей клубники, сухих трав и специй, колбасок-салями и жесткого вяленого шпика…

– Ты же знаешь, что обычно говорят о «женитьбе» вина? Его «женят» с сыром или с какими-то закусками. Теперь еще стали говорить, что есть особая связь вина и музыки. Легкие игристые вина требуют рока, тяжелые, насыщенные – например, Баха. Классические требуют классики – ноктюрн Шопена.

Хотя Наталья и не пила, сидя с Максом она всегда держала бокал за ножку, покручивала его и вдыхала нотки божественного напитка. Не пила, но нюхала. И они с Максом обсуждали, какая нотка в этом вине преобладает над другими. Однажды они дошли до того, что стали сравнивать запах вина… с помидором.

– Абхазский, бакинский, армянский или подмосковный с дачи?

– Вообще в теории дегустации вино сравнивают по следующим критериям: кислотность, танинность, прозрачность, цвет и насыщенность. И это хорошо, когда есть четкие критерии оценки, – сказал Макс. – Это отсекает много спорных и ненужных вопросов.

Вот было бы так с женщинами. Хотя ведь тоже есть критерии оценки женщины: внешность, хоть она и зависит от вкуса и моды. Грудь, ноги, попа, губы, фигура… Характер – податливый, позитивный, гибкий. Изюминка – нежность, улыбка, изящество. Хозяйственность, умение поддержать разговор, принять гостей, следить за детьми, кормить мужа и заботиться. Образование, место рождения, наследственность. Умение накапливать, не транжирить, создавать уют в семье, хозяйничать. У женщины также должно быть хоть что-то свое. Дорогие вещи – показатель умения копить и вкуса. Также возраст – это важный критерий. Хотя есть и очень много примеров, когда возраст не равен опыту и мудрости. Ну и сексуальность – боязнь или бревно. Мужчины все же зависимы от секса. Умеет ли женщина доставить удовольствие или в руки член не брала ни разу?

После бесед о вине и женщинах Макс с Натальей продолжили обсуждать «Аркадских пастухов», и настало время жене ответить на выпад мужа:

– Ты хочешь сравнить Сочи с Аркадией и сказать, что смерть есть даже здесь? Что Сочи начинает умирать, все здесь потихоньку обесценивается, и придет упадок? Правильно я тебя поняла?

Макс кивнул.

– Нет, этого никогда не будет, я в это категорически не верю. Хотя, если Сочи равно Аркадии, с этим я согласна, потому что Сочи – почти рай на земле, место блаженства и красоты. Этому городу не присущи недостатки и уныние. А надпись «помни о смерти» здесь может ассоциироваться с чем-то другим. Я бы это трактовала как: все мы умрем, но жить надо здесь и сейчас, идти по жизни с кайфом, не заморачиваясь и не зацикливаясь на отрицательном и депрессивном.

– А я все же настаиваю, что на этой картине именно надпись играет главенствующую роль. Надпись – это речь о смерти, это сама смерть с нами разговаривает, а точнее, хватает за горло «зажравшуюся золотую молодежь» и напоминает христианские морали, которые мы все почему-то начинаем забывать в сытные времена. Смерть преподает двойной урок, предостерегая от безумного стремления к богатству в ущерб более реальным жизненным ценностям и от бездумного наслаждения недолговечными радостями.

– Ты все правильно говоришь. Но суть в том, что в этой стране живут беззаботные люди, они счастливы, наивны, беспечны и не знают ни горя, ни бед. И вот однажды трое пастухов и нимфа, гуляя по лесу, находят полуразрушенную гробницу. На ней они видят надпись: «И я жил в Аркадии» … и до них начинает доходить, что они тоже смертны. Их посещает мысль, что умерший говорит о себе, что он тоже был жителем этих благословенных краев. Их лица наполняются задумчивостью и меланхолией. Смерть – это закат чего угодно, будь то физическая смерть или окончание проекта, и думать об этом надо заблаговременно. Вот мой основной посыл.

– Но ты забыл главное, а корчишь из себя искусствоведа.

– И что же?

– А то, что главная на этой картине – женщина. Именно она стоит и смотрит на злую надпись спокойно, без тревоги и печали. Вопрос, аллегорией чего она является? Если женой – это одно, если образом Богоматери – это другое, а если образом всего искусства, то смысл тогда таков, что искусство может победить смерть, способно воскресить близких, утолить печаль, избавить от одиночества и выразить невыразимое. Вот это и есть твоя, муж мой дорогой, тема, а опять растолковываю ее тебе я.

Макс оказался на лопатках. Мало того, что от выбора женщины зависит вся жизнь мужчины и ее качество, так еще и женщина в образе искусства способна победить непобедимое, саму смерть.

Получается, что во многих случаях изобразительное искусство – это и есть то, что поддерживает нас и не дает упасть на самое дно. Теоретически это и так было ясно, но Максу еще предстояло убедиться в этом на практике и понять, что в жизни все именно так и происходит.

Вот и сейчас «Аркадские пастухи» становились порталом во внутренний мир и пробудили в Максе самые разные эмоции.

Макс синхронизировался с картиной. Закрыл глаза, почувствовал ее запах, вспомнил все об этой эпохе. И процесс пошел.

Что я вижу?

Что я чувствую?

Что это мне напоминает?

Такие вопросы всплыли из подсознания.

Ведь не зря психологи говорят, что наше тело реагирует на ситуации раньше, чем мы успеваем сформулировать сознательную мысль о чем-то. Например, учащенное сердцебиение или напряжение в мышцах могут сигнализировать о стыде, страхе, вине, которые мы еще не готовы или не способны признать.

Мир так работает, и доказано, что подсознание (или тонкий мир, интуиция, предчувствие, как угодно) многое знает наперед и пытается нас уберечь, предостеречь от опасных, ненужных, сложных событий, подсказать, какое действие для нас будет наилучшим. Обычно оно делает это, посылая нам символы, знаки, сны. На этом и основана работа всех психологов, тарологов, священников – всех, кто работает, словом, а не руками.

Максу расшифровка снов вообще не давалась, а психологам и священникам он скорее не верил. А вот картинки и считанные с них образы, символы и знаки, ему кажется, давали намеки и подсказки для более качественного выбора. Но четкости и автоматизма еще не было. Была лишь уверенность, что подсознание подает сигналы.

И сейчас получалось, что «Аркадские пастухи» толкали вперед девушку. А ее образ и вибрации подталкивали к жене. Все-таки в жизни мужчины главное – это женщина. И картина может служить напоминанием о том, что, хотя мы все живем в общем мире, каждый человек воспринимает его по-своему, через призму своего личного опыта и культурных влияний.

Словом, жена опять уделала Макса. На самом деле, Макс считал, что это исключительно его фишка, его ключ, с помощью которого можно открыть практически любую дверь. Он это называл стратегией «пойдем поговорим в музей».

Очень простая технология: обдумывание – настройка – осознание вариантов – помощь в принятии решения. Главное, подобрать откликнувшуюся в этот момент картину.

Сегодня откликнулась картина «Пигмалион и Галатея». Она вызвала в памяти древнегреческий миф. Однажды скульптор вылепил из слоновой кости идеал своих мечтаний. Богиня Афродита удивилась и оживила статую. И Пигмалион искусился своей Галатеей…

Макс же оживлял свое воображение и его силой приближал к себе свою дорогую, бесценную и любимую супругу. Сила любви к ней всегда помогала возродиться и преобразоваться. И это работало.

Посмотрел на картину – убрал отвлекающие мысли – вспомнил сюжет – сосредоточился на своем вопросе – соединил путь героев с этим вопросом – настроился на светлое – уловил направление – и вперед, к действиям. Макс ценил и часто использовал эту стратегию. Она была, конечно, не нова, еще Карл Юнг этим увлекался, но все новое – это хорошо забытое старое.

В статье «Творческие писатели и мечты» 1908 года Фрейд пишет, что творчество художника является продуктом его фантазии и имеет корни в бессознательном. А произведение искусства – не просто визуальное выражение, а «портал», наполненный символами, эмоциями и скрытыми повествованиями.

В упрощенном варианте – создавая полотно, художник вкладывает в него свои переживания и чувства, и они появляются на холстах, а затем эти эмоции отражаются в глазах зрителя. Соприкасаясь с этими эмоциями, зритель начинает задавать себе вопросы, замечать новые грани чувств и переживаний. Все это очень схоже с методом свободных ассоциаций, который используется в психоанализе.

Гуляя по галереям, музеям и выставкам, Макс с Натальей выбирали понравившуюся картину, соединялись с ней, по очереди высказывали свое отношение к ней, спорили, ругались и считали это своим любимым досугом. Вместе они смотрели картины, обсуждали свои впечатления, искали образы и скрытые смыслы.

Так они посетили практически все крупные картинные галереи в Европе. Начиная от Адриатики – Гуггенхайма в Бильбао и заканчивая польским Краковом с его «Дамой с горностаем». Много было открыто и высказано, много, но не все. А значит, было над чем работать дальше.

Однажды они простояли больше часа в Берлинской галереи рассматривая Фламандские пословицы Питера Брейгеля.

Спорили, ругались, доказывали что-то друг другу. Часто переключались между фрагментами и пытались вспомнить русские аналогии этих пословиц. Максу больше нравилось выискивать дальний план и разглядывать его. Самым дальним оказался силуэт трех слепых, идущих не понятно куда на мысе уходящий косы. По всей видимости этот отсылка к притче о слепых.

А Наталья с удовольствием разглядывала передний план крыши с блинами и играющих в карты мужиков, с непристойным поведением.

Наталье также очень зашел горюющий мужик ровно по середине, у опрокинутого колеса. Нет смысла горевать над чем-то, если что-то уже свершилось.

Каждая точка на картине – человеческая жизнь с глазами и эмоциями.

Чем дольше они там находились, тем сильнее было чувство, что картина оживает и и по-настоящему отдает сильную эмоцию.

Супругом казалось, что эта живопись их обволакивала, пропитывала и словно ягодный пирог готова была отдать свой вкус.

Это произведение потрясло их глубиной мысли, разумеется, и красотой тоже, но прежде всего мыслью, которая ушла глубокое обдумывание. И это обдумывание взаимодействовало с эмоциями.

Важно было верно распознавать и признать появившиеся эмоции, контролировать их и изменять поведение. Умение контролировать эмоции это и есть тот самый ключ к открытию дверей успешных отношений, как Золотой Ключик для двери в каморке Папы Карло.

К этому моменту Макс уже порылся в интернете и архивах, сходил в антикварные салоны, музеи и выставки. И нашел кое-какую информацию про Баркову.

Баркова (1916 – 1921 гг.) – дочь аристократа, изысканная, с утонченными манерами. Есть картины, где она изображена в вечерних платьях и драгоценностях. Несмотря на высокое происхождение, ее черты лица слегка лошадиные. Все указывает на мужской стержень.

Она строго воспитывалась и унаследовала от родителей состояние. Но наступил кризис, и встал вопрос: куда вложить средства? И тогда Баркова взялась за коммерцию. Она крепко дружила с Ольгой Хохловой, женой Пикассо, и имела связь с Дягилевым, русским антрепренером.

Портрет Барковой писался тридцать дней. Смысл был в том, чтобы создать именно портрет, без помпезности, без модного тогда кубизма. Его задача заключалась в том, чтобы напоминать: нужно работать и развиваться, а не бездельничать.

Она была строгая, резкая, вообще не нежная, и это читается на ее лице. Утешать она не умела, а вот жилка предпринимательства у нее была.

Примерно так отзывались о ней многие друзья: «Принадлежала к высшему обществу, еще из старинных семей, и была такой бледной, невозмутимой и однообразной, что казалось, будто из нее выкачали часть крови. Она была образцом хладнокровия, ее никогда ничего не раздражало и не расстраивало, и хоть красавицей она не была, ее спокойствие притягивало взгляды не хуже красоты: стоило ей войти в комнату, и вокруг нее все будто бы перестраивалось до самых молекул. Стоило ей войти – и к ней, словно к ожившему модному эскизу, устремлялись все взгляды, а она рассеянно скользила мимо, будто бы и не замечая, какая за ней вихрится буря; глаза у нее были широко расставленные, уши – маленькие, высокие, плотно прижатые к голове, а тело – удлиненное, узкое, будто у элегантной куницы».

Другие же говорили:

«Ей был присущ особый вид женского характера: гордость, решительность, исключительное чувство собственного достоинства и яркий темперамент».

Грустно, но сильные и умные женщины нравятся далеко не всем. Стендаль в 1817 году написал:

«Если бы надо было снова выработать идеальную красоту, пришлось бы избрать следующие качества:

1) необычайно живой ум;

2) много грации в чертах лица;

3) сверкающий взгляд, но сверкающий не мрачным огнем страстей, а блеском остроумия. Самое живое выражение душевных движений – в глазах, которые недоступны скульптуре. Следовательно, современные глаза должны быть очень большими;

4) много веселости;

5) большой запас восприимчивости;

6) стройный стан и, главное, юношески живое выражение лица».

Макс же, изучая портрет, делал свои выводы.

Девушка смотрит прямо перед собой неподвижным взором, но его сложно расшифровать. Что в нем – следы гнева, упорство, решимость, отказ или призыв? Девушка внешне спокойна, но в лице и позе угадывается смятение духа. Ее лицо утонченное и глубоко эмоциональное, сдержанное и торжественное, полное внутреннего достоинства. И в то же время – надменное, указывающее на замкнутость характера. Мудрая суровость сквозит во взгляде…

Ее взгляд – это особый диалог с тем, кто стоит перед картиной. Смотришь на нее, и возникают «коридоры» по которым устремляется мысль. Слова не нужны. Здесь все понятно по глазам, они полны частоты, но в них чувствуется и грусть, а также погруженность в себя. А бирюзовая штора за ней почему-то остро подчеркивала глубину ее бархатного взгляда.

Художник выбрал для героини физически сложную позу с развернутым к зрителю корпусом и немного повернутой вбок головой. По идеи одна из рук должна была сдвинута назад для опоры о стул, на котором она сидела. Создав тем самым мощное внутреннее напряжение модели, подчеркивающее красоту контуров ее тела. Но нет, здесь это напряжение создано по-другому.

Красота женщины в том, что она может быть разной. В разных ролях, в разных проявлениях себя. Роль женщины многогранна, многолика и глубока. И для этой роли нет единого облика, тем она и прекрасна. Женщина – и хрупкая, и уязвимая, и сильная, и решительная, и заботливая, и эгоистичная, и хладнокровная, и полная любви…

Макс так и не понял, его это мысли или Баркова вложила их ему в голову. Посмотрев на нее в упор, Макс спросил:

– Баркова, я сегодня тебя не понимаю. На твоем лице доброта и умиление или меланхолия и грусть?

Святым является Богородица и указывает путь следования. Таких историй много. Максу Богородица не являлась, а вот другая женщина, он чувствовал, подсказывала, как поступать. Оставалось не пренебрегать ее знаками.

А вообще, если все заканчивается «Тайной вечерею», то начинается – Благовещением. В Благовещение Дева Мария принимает Святой Дух в себя. А само слово означает благую и радостную весть. Бог послал архангела Гавриила к Деве Марии с целью сообщить новость, что ей предстоит зачать от Духа Святого и родить младенца.

Сюжет Благовещения – это точка входа. Это ангел, извещающий о предназначении, это луч, указывающий дорогу, это дева, которая принимает падший на нее выбор.

А Максу в руки легла Баркова, и именно из ее мимики и жестов со временем он научится считывать знаки и следовать им. Кто-то скажет, что это просто интуиция, которая разработалась с годами, кто-то упомянет везение, но Максу хотелось верить, что именно Баркова была его путеводной звездой, его началом, его Благовещением.

Глава IV.
Императрица

Конечно, далеко не сразу к Максу пришло озарение, что это именно тот артефакт, с помощью которого можно считывать символы, знаки и подсказки, идя по жизни. Сильная мудрая женщина рядом – всегда на пользу и здравомыслящему мужчине, и его спутнице. История знает лишь единичные случаи, когда мужчина добивался успехов без опоры и путеводной звезды, и в большинстве случаев такой звездой была женщина. Мать, сестра, тетя, дочь, любовница, но чаще всего – жена.

И вот, смотря каждый раз на Баркову, Макс пытался вникать в ее настрой и улавливать ее мысли.

Она сидела вполоборота, и он чувствовал, как она внимательно за ним наблюдает. Юбка терракотового цвета и бирюзовый нейтральный фон. Снизу фигура обрезана парапетом, что традиционно для портретов. Никаких украшений. Ее длинные черные волосы собраны в пучок и открывают часть лба. Она так бледна и невозмутима, что кажется, будто из нее выкачали часть крови. Образец хладнокровия – ее никогда ничего не раздражает и не расстраивает…

В целом у Макса все было хорошо. Страховая в рабочие дни, семейные ужины, уикенды, дочки… С мелкой всегда была няня, Анна же была достаточно самостоятельной, тихой и спокойной, хотя и большой выдумщицей. С Корешем бизнес шел тоже неплохо. В целом – рутинная, но не скучная жизнь. Наталья не работала. На лето уезжали в Сочи. У Натальи там жили родственники, и сидя с ними под пару пузырей красного вина, можно было послушать неплохие местные истории.

В один из годов они уехали на лето в Хосту. После отпуска Макс вернулся в Москву и продолжил жить в своем обычном ритме. Август уже подходил к концу, когда он задал супруге вопрос:

– Любимая, вы когда приедете?

– А мы не собираемся.

– Не понял?..

– Я решила, что мы остаемся жить в Хосте. Мелкую я определила в частный детский сад «Ступеньки», а Анна с первого сентября идет в Хостинскую школу.

– А как же я? Мне что делать?

– Хочешь, приезжай. Мы не поедем больше в Москву. Хватит быть менеджером, надо делать что-то существенное, надо меняться, развиваться. В Москве в твоем кругу нет развития. А в Сочи скоро Олимпиада, и надо запрыгнуть на эту волну.

Наталья относилась к тем женщинам, с которыми не договоришься. После беседы с ней, чтобы успокоиться, Макс листал каталог с работами Пьера Боннара. Максу нравилась его «Обнаженная в ванне» – мягкая, желанная. Атмосфера картины наталкивала на мысль, что женщина еще мокрая, причем везде. Это успокаивало и вызывало сексуальную тягу к жене. Художник очень естественно изобразил женскую грудь и весь силуэт. Лицо прорисовано не очень четко, но тело – изумительно.

А какой интересный эффект с зеркалами! На переднем плане зеркало, а за ним – еще одно. Здесь же обнаженная, а за ней – еще одна, только нарисованная.

«Стоя напротив большого зеркала, я не вижу в нем себя, а значит, я – бесплотный дух в комнате с ничего не подозревающей незнакомой женщиной», так отзывался сам автор о картине.

Его обнаженная словно растворена в интерьере, и Максу тут же захотелось раствориться в объятиях жены.

Войти в эту картину – все равно, что двинуться навстречу античной красоте и ощутить тепло живого тела, пожелать приблизиться к женщине и почувствовать жар ее дыхания. Именно так думал Макс трепеща от желания.

Сам Пьер Боннар писал: «Мои картины – это сплошные пятна, которые соединяются друг с другом, чтобы в итоге создать предмет». Почти на всех его работах изображена единственная жена Боннара и по совместительству натурщица – Марта. Однажды Пьера попутал бес, и он связался с молодой блондинкой Рене. Но Марта не дала сопернице перехватить инициативу и вовремя организовала свадьбу.

Через месяц после свадьбы Боннара Рене покончила с собой, вскрыв вены в ванной. А супруги прожили долго и счастливо.

Макс тоже хотел жить долго и счастливо, а для этого нужно было уступать властной супруге.

Все произошло как в туманной дымке с картины Боннара. С одной стороны, жена была права. Надо развиваться, надо попытаться запрыгнуть на волну Олимпиады, но с другой…

Хоста – просто тошниловка, особенно после любимой цветущей Москвы. Отношение Макса к этому городу невозможно было описать без мата.

Но и оставаться жить одному в Москве не хотелось совсем. И Макс рискнул. Бросил все – работу, друзей, родителей, сестру, порвал все отношения с коллегами и уехал в Хосту.

Это был осознанный выбор. Любимая жена, любимые дети, ну и в финансах надо было попробовать что-то изменить. Лучше рискнуть и разочароваться, чем не сделать этого и жалеть. Пара негативных событий, естественно, усиленных Корешем до катастрофы, тоже способствовали этому решению. Против руководителей страховых компаний начали возбуждать дела, арестовывать их и присуждать реальные сроки. Один случай с Волковым чего стоил. Так что Макс однозначно решил: надо уезжать.

Какое-то время после переезда Макс пребывал в глубокой депрессии. Без Москвы с ее волшебным и лечащим душевные раны Замоскворечьем, без родителей, которые уже были близки к старости, без институтских друзей, которые хоть и были пустозвонами, но с ними все еще можно было хорошо поболтать за бокалом красного вина. Без любимых мест притяжения – как спортивных, вроде Чайки, так и культурных: музея изобразительных искусств им. Пушкина.

Олимпийская стройка дала импульс к развитию многих отраслей в регионе. Строительный бум захлестнул город. В Сочи начинался Олимпийский цикл.

Все в жизни имеет волновой характер развития. Все подвержено колебаниям, а колебания определяют циклы. И каждому циклу свойственна своя экономическая активность. И тут нужно было не пропустить точку входа этой активности.

Существуют разные взгляды на теорию экономических циклов. Карл Маркс был одним из первых экономистов, который начал уделять этой проблеме пристальное внимание. Он выделял четыре фазы цикла, последовательно сменяющих друг друга: кризис, депрессия, оживление и подъем. Существуют, однако, и другие классификации. Например, Национальное Бюро Экономических Исследований США (NBER) выделяет вершину (пик, бум), сжатие (рецессию, спад), дно (депрессию) и оживление (расширение). Экономический цикл – это колебания экономической активности, образующие последовательность подъемов и спадов на фоне общей тенденции.

Применительно к процессу организации и проведения Олимпийских игр повышенная экономическая активность со стороны государства и бизнеса длится на протяжении промежутка времени между решением руководства страны и национального олимпийского комитета о выдвижении претендента на проведение Олимпийских игр и моментом окончания соответствующего туристического сезона в стране, проводившей Игры. Олимпийский деловой цикл длится десять лет, и он совпадает по длительности с деловым циклом Жуглара. Последний связан с привлечением инвестиций и непосредственно влияет на рост ВВП, являющийся основным фактором, отражающим экономический рост. Таким образом, решение о проведении Олимпийских игр дает экономике импульс для начала нового делового цикла, который совпадает с олимпийским деловым циклом. Прежде всего это связано с большими инвестиционными расходами, их объемы резко повышаются, как со стороны государства, так и со стороны бизнеса.

Хорошие результаты достигаются за счет притока инвестиций и инновационных разработок, роста предпринимательской и деловой активности, развития строительной, транспортной, гостиничной индустрии, индустрии туризма и сферы услуг, банковского и страхового бизнеса, роста доходов граждан и занятости трудоспособного населения, а также других качественных изменений в экономике и социальной сфере.

Но надо не забывать, что в Олимпийском деловом цикле, как и в классическом, присутствуют фазы оживления и подъема, а также депрессии и кризиса. И тут надо не упускать шанс, а вставать на волну вовремя. История знает случаи, когда Олимпиада давала предпосылки и для спада. Олимпийский цикл может усилить или ослабить обычный деловой цикл: если он начинается в период спада, то помогает экономике страны быстрее выйти из состояния кризиса и депрессии, если же он начинается в период оживления или подъема, то создает предпосылки для ускорения экономического развития. Таким образом, он может, с одной стороны, сгладить циклические колебания, а с другой – усилить их.

И вот эти аргументы Макс использовал, чтобы пролоббировать проект «Восход». Он также делал упор на то, что влияние Олимпийских игр на экономику бывает прямым и косвенным. К прямому относится все, что связано непосредственно со спортивными видами деятельности, а к косвенному – внешние экономические эффекты, обусловленные деятельностью в рамках олимпийского делового цикла. Сюда входит все остальное: влияние туризма, активность за счет развития транспортной, деловой, культурной и жилой инфраструктуры и, конечно, растущий спрос на качественные дома с хорошим видом. И вишенкой на торте было то, что Сочи положили начало появлению нового типа городов – круглогодичного города-курорта. Именно это и было целью проекта «Восход».

Макс подготовил презентацию и поехал на встречу в Москву – к Айрату.

Это была их первая встреча после ситуации с вывозом тела любовницы из-за границы. Она длилась недолго, но прошла на позитивной волне. Айрат одобрил проект, задал пару уточняющих вопросов и довольно легко согласился на инвестирование в данном направлении. После чего закрепил за проектом своего смотрящего по имени Денис.

Сам по себе проект «Восход» изначально находился в так называемой серой зоне. Много вопросов решалось через выкуп земли, оформление участка, получение разрешительных документов. Все эти вопросы в Олимпийском Сочи могли быть закрыты исключительно на коррупционном уровне.

Макс пошел на то, чтобы пренебрегать многими рисками, и ставил в приоритет получение прибыли. Возможность была хорошая, тренд Сочи шел вверх. На этой волне можно было заработать.

Но чтобы в случае чего не лишиться всего нажитого, Макс решил, что его имущество и денежные средства будут оформлены на жену и детей. Многие умные мужчины сейчас должны отбросить книгу в стенку и сказать: «Какой же дурак этот Макс!»

Но он шел на это осознанно. И чем больше в семье становилось денег и недвижимости, тем круче Наталья меняла тактику поведения. Вожжи были в ее руках, и она начала управлять так, как хотелось ей.

Первые отголоски начали проявляться в тактильности. Макс любил ее тело, любил ее обнимать и прижимать. И вот именно это начало ее бесить и отталкивать.

Появились подружки с советами: ты заслуживаешь лучшего, цени себя, ты вон какая, а он кто?

Новый год встретили в компании интеллектуальной семьи медиков – мило, по-домашнему. Разговор зашел о пяти мужах общей подруги. Когда у мужчины было четыре жены, то еще куда не шло, но у бабы пятый муж – это, конечно, весьма специфично. Причем все пять мужей, как-то быстро затухли после свадьбы, и по разным причинам отошли в мир иной. Дружба с такой подруженцией Макса настораживала.

Второго января за окном все горы были в снегу. Полный утренней неги, Макс потянулся к жене, лежащей рядом в весьма соблазнительной позе. Но в ответ получил порцию отторжения. Раньше даже бы не екнуло, а в этот раз стало обидно… Вроде же все сделал так, как она хотела!

И внезапно Макс понял, насколько жена его ненавидит, насколько он ей противен, насколько ее коробит спать с ним и как ей тяжело дается любая близость. Ее аж всю сводит от ненависти, злости, от его прикосновений.

В этот раз это было так явно – то ли Макс научился читать язык тела и чувствовать биополе, то ли жена стала четче показывать свое отношение. Колкие выпады тещи окончательно испортили картину.

Так Макс вывел «аксиому Сочи»: не делай добра, не получишь зла. Про Анечку говорить даже не хотелось, но вот теща… Та преподнесла сюрприз.

В очередной раз Макс думал: ну умудренная же годами умная женщина, историк, всегда с ней уважительно общались, и вот теперь даже она не может удержаться от того, чтобы не кинуть в него камень. В целом, классика, но такого не ожидал даже его готовый к любым поворотам ум.

«Покушение на жизнь! Квартиру – тому, в ком дочкина и моя кровь! Максиму – никогда, я знаю, кто он такой! Я все знаю, кто как умрет, мне ничего не страшно. Меня травят… Ты нигде не работаешь, тебе деньги нужны, отжать квартиру хочешь! Ну ничего, получишь сполна! Я все чувствую: я мыслеформы создаю, я получила ответы на все вопросы! А денег надо – работай…»

Насколько сильно жена и теща похожи, думал Макс. Какое же подлое чувство внутри их обеих. Унижать людей, которые их любят, которые ради них столько всего сделали – как же у них это изумительно получается!

В мозгах крутился следующий вихрь: «Для вас бездомные кошки и чужие люди во сто крат ценнее и ближе родных. Это настолько мерзко и ничтожно, что волосы дыбом встают. Ты считаешь, что не видеть мужа две недели, а потом проснуться с ним, не спав полгода в одной постели, и высказать кучу мерзостей – это нормально? Да еще твоя мать, для которой я просто ничтожество! Никакой объективности, никакой благодарности. Чистое манипулирование и ничего больше».

При любой попытке Макса начать диалог и высказать свои претензии события развивались примерно по одному сценарию.

– Какой же ты негативный, сколько же в тебе желчи! У тебя раздвоение личности, как у мистера Хайда и доктора Джекила.

– Я тебе что-то плохое сделал? Ты почему меня всегда говном поливаешь?

– Заткнись. Живи со своим дерьмом сам, я тебе не психолог. Колдуй со своими картами и не лезь ко мне и детям. Надо было все Анины вещи выкинуть, чтоб Светку водить трахать.

– Таро – это мое развитие духовности и настройка на позитив.

– Да какой от тебя позитив, в тебе и его, и ума – ноль.

– А кто, по-твоему, тогда умный мужчина?

– Умные мужчины у Соловьева на передаче.

Мысль к Максу пришла во время прогулки по окрестностям после ссоры. Это была идея картины Мунка «Вампир». Может, действительно Мунк прав, и Наталья вообще его не любит?

Каждая женщина является ключом к характеру любящего ее мужчины. Видимо, Мунк в это не верил.

Если не знать, чего боялся художник в жизни, сложно понять смысл его картины. Ведь боялся он не вампиров, а… серьезных отношений с женщинами.

Мунк считал, что любая женщина лишает мужчину внутренних сил и свободы. И он не хотел, чтобы какая-то роковая красотка сломала ему судьбу. Он боялся, что из-за возникшей страсти забудет про творчество, и смеялся над женатыми друзьями, которые в чем-то уступали своим женам.

– Кореш, дорогой, ну скажи, все бабы со временем становятся стервами или нет? Они все вампиры или нет? Давай подытожим, что у нас осталось от института брака? Невинности у невесты нет, приданого тоже. Фамилию мужа брать не хотят, кольцо носить не желаю. Требуют «личного пространства». Поварихой, уборщицей, нянькой в дом не нанимались. Жаждут равноправного партнерства, но при этом хотят быть «как за каменной стеной» и чтобы муж взял всю ответственность на себя. А к моей женушке можно плюсом еще добавить массу всего: неадекватная любовь к облагораживанию пространства и постоянный ремонт, негибкость в путешествиях, нежелание готовить и работать, отказ от секса. Прогулки, спорт и прочий досуг вообще не переносит.

– Наташа, твоя обычная женщина, а ведет себя словно столбовая дворянка времен Елизаветы Алексеевны Арсеньевой. В ту пору могли, если понравилось платье, выкупить не только всю партию этих платьев, но и скупить всю ткань из которого эта платье сделано было.

Вели ночной образ жизни, спали в бальных платьях, засыпали только под шум разговоров. А перед сном дворовая девка нагревала постель.

Пока муж не прекращал эти баловства, делали что хотели.

А чаще всего и муж не мог возразить и поставить на место, никто не мог…

Твоя тоже не знает никаких границ, распущенность бьет все рекорды 18 века.

Наталья становилась похожа на «Безумную Грету» Питера Брейгеля. Была ли в этом вина Макса? И мог ли он все исправить?

На эти вопросы стоило дать ответы.

Картина «Безумная Грета» Питера Брейгеля-старшего лучший пример женской неадекватности. Главным ее героем является известный фламандский фольклорный персонаж. Эта женщина долго терпела все, что ей преподносила жизнь (пьющего мужа, отсутствие денег, уход супруга из семьи, смерть детей), а потерю сковородки пережить не смогла. Однажды утром она хотела взять сковородку, чтобы приготовить завтрак, но не нашла ее и разозлилась. Потом женщина вспомнила, что в церкви рассказывали, как в аду на сковородках жарят грешников, и решила отправиться на поиски своей вещи прямо туда. Пережив столько земных ужасов, она не побоялась двинуться в ад. Ее беспокоила лишь сковородка. После такого путешествия Грета лишилась рассудка окончательно. И вот именно это неадекватное женское поведение автор и показывает на картине.

А тут еще и отношения Макса с Анной достигли предела. Макс всегда воспитывал дочь как родную. Покупал все самое лучшее и новое, всегда дарил любовь и внимание. По сути, она жила и воспитывалась в более парниковых условиях, чем родная дочь.

Но по мере ее взросления Макс становился жестче, но не потому, что девочка его раздражала, а для того, чтобы лучше ее подготовить ко взрослой жизни. Гете писал: «Есть две вещи, которые родители должны дать своим детям: корни и крылья». Родители своим примером демонстрируют, что у них есть память и традиции, которые принадлежат детям. Это тот порядок вещей, куда можно вернуться, когда неспокойно. Но также у детей есть свобода действовать и жить своей жизнью, когда они узнают границы мира. Из гнезда можно вылететь, но можно и прилететь обратно.

Почти каждые выходные вся семья куда-нибудь выезжала из города. Анна всегда была легка на подъем, она не раздражала, была спокойной, любопытной и прикольной. Путешествия с ней совершенно не обременяли ни психологически, ни материально. Она была радостным, веселым ребенком. После жизни в Сочи большой город с его возможностями, конечно, привлекал и радовал. В дороге она не уставала, ее не укачивало, и она, как правило, не капризничала. Родители общались с ней как со взрослой. Она присутствовала при всех взрослых разговорах, смеялась вместе со всеми и была компанейской. За все время ни со стороны родителей, но со стороны Анны не было никакого негатива. Конечно, чувствовалось раннее бабушкино воспитание, но родители как могли устраняли его проявления.

Анна ненавидела убираться, практически не смотрела за младшей сестрой, но в целом все было нормально. Училась она хорошо, ей все легко давалось. Здесь, конечно, сыграли роль и бабушкины гены, и бабушкино воспитание. Макс и дед приобщили ее к спорту, но ей это было в тягость, не по физическим возможностям, а именно из-за лени. Макс все-таки побаивался полностью брать инициативу и твердо настаивать на спортивных секциях, а бабушка Альбина и мать всячески защищали Анну и сводили на нет его рвение. Но они ходили и на спортивные соревнования, и в спортзал, и дед учил ее играть в теннис.

Анна была очень ленивой, но и очень везучей. Она никогда не делала уроки, но ей всегда попадался именно тот вопрос, ответ на который она прочитала перед экзаменом. И так было во всем. Наталья этому очень радовалась и всячески поддерживала дочь. Она тоже не любила учиться, но ей все давалось легко, да и не была она такой уж ленивой. А вот Анна была. И, естественно, Максу это в корне не нравилось. На примерах и поучительных историях он вел с Анной разъяснительные беседы, делая акцент на том, что везти всю жизнь не может, жизнь полосатая, и в тот момент, когда маятник качнется в другую сторону, надо будет переступить через себя и перестать лениться.

Это и была точка входа в их конфликт.

Макс так и не понял, что произошло с его дочерью, когда она изменилась. Он долго анализировал всю хронологию их жизни, разбивал каждый год на события, но не смог найти ту точку, в которой пошел надрыв.

Единственное, до чего Макс дошел логическими рассуждениями, – это Хоста. Там у самого Макса произошел надрыв, и, видимо, здесь были упущения и отсюда пошло другое развитие ситуации. Многие подумают – что за бред, винить место! А Макс винил, сильно винил. Ему это место было в корне отвратительно.

Впитав все это, со временем Анна превратилась в настоящую стервозину. У нее полностью атрофировались человеческие качества и эмоции. Она стала бетонной бесчувственной глыбой. В ней не было ни благодарности, ни доброты, ни даже помощи по дому. Аура негатива от нее так и фонила.

Любой разговор с Натальей об Анне приводил последнюю в еще большее бешенство. Наталья боялась, что недодает любви Анне, и ее чувство вины перерастало в чувство страха. А дочь это понимала и пользовалась. Она знала: все, что она хочет, мама даст и сделает. Все ее потребности удовлетворялись моментально и автоматически.

Макс хотел, чтобы Анна поработала с психологом.

– Она уже взрослая, у нее своя жизнь – хватит ей помогать, пусть сама делает выбор. Не надо ее вести по своему пути. Пусть психолог поможет ей найти место в жизни, научит пускать «свои корни», твердо стоять на ногах, гордо нести ощущение своей ценности. Да, она может опереться на нас при случае, но у нее свой путь, и она не раненая девочка. Смотри на мелкую – она сама учится, сама делает все в быту, да, с оглядкой на нас, с нашей поддержкой, но сама!

Но Наталье было от этого больно, и она переносила негатив на Макса. Ее необоснованные претензии по пустякам загоняли обоих в угол и топили отношения все глубже и глубже. Она обижалась, а Макс тщетно пытался спасти брак и семью. Он понимал, что эмоционально и сексуально зависим от жены, но любил ее и хотел быть с нею.

Немного переключаться с ссор помогало обсуждение произведений искусства.

– Мне сегодня настроение навеял Пармиджано. Мы с тобой за ним по всей Европе охотились, чтобы посмотреть в оригинале. Ты бы смогла собрать воедино все его морали, каждой морали присвоить балл от нуля до десяти в зависимости от значимости для тебя и озвучить свой топ?

– Математикой заниматься не буду, а вот основную мораль озвучу. Мораль заключается в том, что его искусство имеет ценность и важно уметь наслаждаться, и понимать его, не сравнивая с повседневными заботами и материальными благами.

Смотреть и наслаждаться, я, например, именно поэтому за ним по Европе гонялась. От него я научилась ценить то, что у нас есть сейчас, проживать каждый день осознанно и с благодарностью.

– А у меня перед глазами его фреска «Девы разумные и девы неразумные». Вообще это евангельский сюжет про десять дев с маслом и свечами. Мудрые девушки взяли с собой достаточно масла, чтобы их светильники не погасли. А Пармиджано хотел показать, как много зависит от разумной женщины. Мир так устроен, что мы не знаем, когда что-то произойдет, но заботливую деву и отличает то, что она заблаговременно готова ко всему. Только с разумной и любящей женщиной мужчина может быть готов к неожиданным изменениям и вызовам в жизни. Это посыл ко всем мужчинам – выбирайте в жены разумных женщин и берегите их как зеницу ока.

Обычно после разговоров с женой Максу нужно было с кем-то пообщаться и найти поддержку, утешиться, отвлечься. В таких ситуациях обычно помогают мамы, любовницы, занятия спортом, пиво в баре с друзьями, иногда психологи. У Макса был более универсальный и проверенный способ – звонок Корешу. Он, при всей своей занятости, всегда брал трубку и был готов общаться на любую тему.

– Кореш, дорогой, побудь сегодня моим психологом, пожалуйста.

– Ага. угу… – и что-то еще невнятное пролепетал Кореш.

– Почему мне не везет в последнее время, ну скажи?

– Жизнь – зебра. Она состоит из белых и черных полос. Жизнь – маятник, качается в одну сторону, потом в другую. Жизнь – это циклы, то спад и волна вниз, то подъем и волна вверх. А вообще все проблемы внутри тебя. Разберись со своей головой. Перестань делать то, что не приносит результата. Ты провалился на уровень маленького мальчика. От страхов надо избавляться.

Все корни из детства. Научись любить себя. Тебе нужно избавиться от токсичных людей, мыслей, отношений. Выбери свой темп и иди по своему пути. Это путь чудес, путь к себе, путь к миру в душе – без манипуляций, обид, страхов, жалости, вины и ревности. Этот путь – результат освоенных навыков и выборов, которые мы делаем каждый день. И на нем ты достигнешь белой полосы, маятник качнется в твою сторону, и волна успеха вынесет тебя наверх.

Я воспринимаю это через историческую призму, и тебе советую взять это на вооружение. Исторический дискурс помогает проникнуть в прошлое, погрузиться в вопросы культуры, религиозные темы, развить интерес.

Так или иначе, чтобы устремиться в будущее, нужно хорошо понимать уроки прошлого. Благодаря изучению истории можно не только приблизиться к пониманию прошлого, но и узнать больше о самих себе, четче осознать свои цели и увидеть свое отличие от предыдущих поколений.

Вот картина Васнецова «Сирин и Алконос», на ней изображены мифические птицы Сирин и Алконост, которые в византийских и русских средневековых легендах символизировали райских птиц. Изначально считалось, что птица Сирин, как и морские сирены, одурманивала путников и увлекала их в царство смерти. Даже по своему звучанию имя этой птицы напоминает древнегреческих сирен, губивших отважных моряков своими сладкоголосыми песнями. Однако позже Сирин наделили магическими функциями защитного характера, птица стала олицетворять красоту и радость бытия.

Алконост – это райская птица-дева, приносящая счастье. Ее изображали на удачу. Считалось, что голос Алконоста так прекрасен, что услышавший его забывает обо всем на свете. У Алконоста светлое оперение, румяное лицо, раскрывающиеся крылья. Песни птицы считались утешительными и ассоциировались с радостью.

Васнецов все-таки красавец, разделил картину условно на две части. Левую – темную и правую – светлую. Так повелось в русской традиции, что левая сторона всегда была «дурной», связанной с печалью и увяданием. Правая, наоборот, была «хорошей», воплощала надежду, радость и наслаждение.

Но птицы сидят на ветвях одного дерева, а за их спинами фоном изображен рассвет. Они как бы неотделимы друг от друга. И неизвестно, что принесет новый день – радость или печаль. Какая птица «перепоет» другую. Обе девы-птицы едины и неделимы – они вечные спутники каждого человека. И в этом великая дуальность жизни.

– Уловил мою мысль хоть немного? – поинтересовался Кореш.

Но тут же продолжил:

– А касательно воспитания чужих детей, тут тоже нужно в историю окунуться. Дореволюционная интеллигенция очень любила ездить в деревню – просвещать людей. Учителей слали, деток учить. Только мы забыли, чем эти попытки кончились. Революцией и сжиганием живьем этих самых интеллигентных учителей. Самое неблагодарное занятие на свете – учить чужих детей. Они вырастут и забудут педагога, благодарности от них не дождешься. Нити традиций, воспитание, семейный код – все это надо давать очень дозированно. Делиться и раскрывать секреты, как в закулисье, должны только кровные родственники. Крайне отрицательный эффект будет, если делиться с чужими, не кровными родственниками – ценность истоков пропадает.

– А как же практически единое мнение всех психологов, что все из семьи? Что, обращаясь к опыту предков, переосмысляя культурные традиции, которые формировались в течение многих поколений, мы размышляем о том, как любовь внутри семьи и культурные обычаи влияют на наше восприятие себя и отношений с окружением? От радости семейных событий и истинного единения до разочарований и утрат… Что истоки семейные очень важны?

– Это все очень относительно. Литературы, где бы было все четко и ясно описано и разложено по полочкам, просто не существует. Есть либо сложные, путаные и неубедительные теории психологов, либо восторженные ахи и охи поэтов, либо злобная агрессивная демагогия феминисток, либо нелогичные в своей озлобленности сочинения женоненавистников. Мое мнение, что развитие цивилизации идет через конфликт. Страсти, соблазны, грехи – и кармический узелок завязался. Без противоречий прогресс невозможен – и вот основная причина наших диалогов. Конфликт и противоречие – единственные вещи, которые позволяют цивилизации двигаться вперед и развиваться. Только выход из противоречий дает развитие. Если бы мы не умели выходить из этого состояния, мы бы все умножились на ноль.

Тут смысл в том, что нет задачи дружить или идти на компромисс. Просто полярные взгляды на одну и ту же ситуацию порождают полярные идеи. Только разнообразие способно двигать эволюцию. Конфликт с женщиной – это обязательный этап. Другое дело – надо учиться управлять конфликтами и выходить из них победителем.

Отсюда же вытекает и так называемая троица. «Сильный мужчина + женщина в режиме любви + их потомство».

Эта формула – базис цивилизации. На самом деле именно она отражается в египетской мифологии, откуда, по сути, растут корни христианства. И крест – это не знак распятия, а триединство: отец + мать + ребенок. Египетский крест анкх символизирует гармонию, соединение мужского и женского, Изиду (круг) и Озириса (крест). Только преодолевая половые желания и эмоции, связанные с этими желаниями, мы развиваемся. Надо постоянно выходить из зоны комфорта, это дает драйв и вектор движения вперед.

– А вообще все проще. Мужчина ради сексуального удовлетворения готов практически на все. Потребность человека в красоте, красивом такая же неизбывная, как потребность в хлебе насущном. Можно ли заменить или подменить это желание чем-то другим? Может ли красота женщины быть заменена красотой произведений искусства? Можно ли перенаправить сексуальную энергию в поиски и разгадки произведений искусства? Способно ли разжечь такие же чувства произведение искусства: пасть с этой женщиной и низвергнуться в экстазе, испытать сладостную чувственность, гореть вожделением, пожирать ее глазами и обладать ею…

Тут вспоминается Достоевский. Настасья Филипповна своей красотой поражает даже другую героиню-красавицу – Аглаю Епанчину. Та смотрит на портрет Настасьи Филипповны и произносит слова: «Такая красота – сила… с этакою красотой можно мир перевернуть!»

Бог создал мир именно по законам гармонии, красоты и порядка. Красота – это улыбка Бога.

Рисуночная речь, так сказать, была дана людям задолго до того, как появилась речь словесная и тем более письменная. Древние люди общались между собой образами без слов.

Именно поэтому, смотря на картину, важно ответить на вопрос:

что автор хочет, чтобы мы уловили?

Расшифровали?

А что такое язык образов? Это язык души, это душа разговаривает. Далеко не все художники «академий кончали» … а как изумительно рисовали! Какое наслаждение для глаз!

Если есть цвет – то есть и психологическое содержание. Ведь от предметов исходит аура… Вот обычный стул: на нем сидела и причесывалась перед свиданием влюбленная девушка или на нем сидел приговоренный к казни мошенник? Чувствуешь разницу?

Искусство учит смотреть на мир иначе. Оно, как увеличительное стекло, показывает нам то, что мы не видим, не замечаем.

Бог отдал распоряжение не рвать плод. Однако женщина под влиянием Змия сорвала его. И не только сорвала, но и дала мужчине попробовать, чтобы не нести личной ответственности. Так женщины и поступают в реальной жизни. Мужчина же вместо того, чтобы принять самостоятельное решение, пошел на поводу у женщины. Тем самым он взял на себя ответственность за ее инстинктивные действия.

Во всех бедах мужиков виноваты женщины.

– А может, не стоит разжигать затухающий костер? – спросила Наталья. – Может, все само закончится? Может, раз наше общение так тяжело идет, нужно его прекратить?

– Жена, помнишь маленький городок под Ароной? Там мы с тобой видели картину неизвестного итальянского живописца, но мы у нее долго простояли, и она нас зацепила.

– Где мужчина раздувает уголек? Кажется автор по фамилии Анджело, «Фермер зажигающий свечу угольком».

– Именно. Так вот, я – тот мужчина. Я хочу выдуть огонь из уголька, чтобы вновь зажечь факел нашей любви.

Вообще уголь – неоднозначный образ. Будучи в пассивном состоянии (то есть не соединяясь с огнем), он противопоставляется Свету, символизирует холод, грех, беззаконие. Но при соединении с огнем символика угля резко изменяется. Он получает светлые, позитивные свойства: теплоту, светозарность и возможность жечь. Эти свойства позволяют углю символизировать очищение, божественную Любовь и даже самого Бога.

– Я хочу дуть на него, распалить огонь наших души. Хочу избавиться от отрицательных эмоций и вновь зажечь костер нашей любви.

Глава V.
Император

Макс сразу понял, что его новый куратор – просто везунчик. Вот прямо как Анна, только в мужском роде.

Денис был прожженным атеистом, для которого обман, любая форма насилия и даже «заказ» мешающих ему людей являлись нормой жизни, а точнее, любимым занятием. Он проводил массу времени в размышлениях, как, кого и когда пора убрать с его пути – больше, чем за любым другим занятием.

Макса всегда удивляло, как человек, находящийся в центре разрушения, остается таким неразрушимым и везучим. Видимо, его «крышует» некий невидимый маг, отодвигающий действие этого разрушения посредством какого-то волшебства.

Что бы он ни делал, куда бы ни посмотрел, все обращалось в его сторону. Как подсолнух всегда поворачивается за солнцем, так и Денис поворачивался за удачей.

Он, как и Ван Гог, обожал солнце. Ван Гог рисовал подсолнухи, потому что для него это были сверкающие солнца в миниатюре, застывшие в движении. А Денис возглавил проект «Восход» в Сочи, потому что он был очень ярким, как бы светящимся.

А может, не магия, а оптимизм давал ему такое везение и задор?

Все великое и трудное, что было достигнуто, каждый прорыв на самом деле требовали очень сильного чувства оптимизма. А у Дениса надежда всегда перевешивала страх.

Оптимизм – это принятие проблем, потому что проблемы ведут к их решению, а решения – к новым проблемам. И поэтому все плохое, что случалось с Денисом, вело в основном к новым решениям и лучшим возможностям.

«Подсолнухи» – тоже очень позитивная картина. Солнечная, радостная, яркая. Как Великий Аркан Таро «Солнце» – самая позитивная карта в колоде, и все негативные карты теряют свою силу в соседстве с ней.

Лучи Солнца – пути реализации желаемого и энергетическое наполнение человека светом для движения вперед. Солнечный свет изгоняет дурные предчувствия. Рассвет сжигает вампиров и всякую нечисть. Он возвращает нам зрение, ибо ночью мы слепы.

Но на солнце можно и обжечься.

Давным-давно жила-была девушка по имени Клития – нимфа, любовь которой отверг бог Аполлон. Страдая от его равнодушия, Клития следила за солнечным диском без сна и отдыха. Ослабевшая без воды и пищи, несчастная нимфа превратилась наконец в цветок подсолнуха, поворачивающий свою головку вслед за солнцем.

Но любой позитив при передозировке может привести к печальным последствиям. У Тициана есть полотно «Вакханалия». На нем изображен пейзаж с полуодетыми людьми, пьющими вино. На нижнем переднем плане лежит обнаженная женщина, на заднем плане, на холме, виднеется фигура античного бога Бахуса. На картине представлены все возрасты, все расы – от людей до зверей, все чувства – материнская любовь, испуг, удивление, любовная страсть, жажда… Показаны и все стадии опьянения.

«Так что на ней изображено?» – спросил Макс сам себя.

И сам же ответил: «Оргия на ней изображена, самая настоящая».

Денис пребывал по жизни именно в таком состоянии. Дикий разгул вперемешку с животными страстями, сопровождающийся насилием и убийствами.

А Макс же пробубнил себе под нос: «Главное, чтобы все не закончилось Пиром Сарданапала, Делакруа». И вспомнил этот сюжет. Сюжет сладострастия и смерти.

Легенда об ассирийском царе такова: он был известным распутником, своим равнодушием к делам страны доведшим ее до восстания. После неудачной попытки подавить мятеж Сарданапал решил покончить жизнь самоубийством – умереть вместе со всеми своими наложницами, лошадьми, верными слугами. Подобной концовки, конечно же, Максу не хотелось.

Денис был обычным, но очень смазливым. Две дочки, спокойная простенькая жена, вполне позитивная. Так они с Максом и сдружились. Младшая дочка Макса и старшая дочка Дениса были ровесницами. Сразу нашлись темы для бесед – все-таки дети сближают. В разговорах про детей раскрываешься, хочешь показать себя с лучшей стороны.

На момент знакомства с Дениса Макс с Натальей уже имели арендный бизнес в Поляне и позиционировали себя как девелоперы. Они ориентировались в ценах, знали местных, были вхожи во внутренние процессы Олимпийской стройки.

Денису это было по душе, он считал себя спортсменом, а Поляна располагала к спорту. Такого уровня трасс и сервиса, как уже имелись на тот момент в Эсто-Садке, нигде в России не было. Здесь все было сделано по западным лекалам, ничуть не хуже швейцарских Альп. Конечно, было над чем работать, но в целом это был качественно новый уровень.

На фоне всех этих факторов Макс и Денис нашли общий язык для совместного продвижения проекта «Восход», которому дал старт Айрат.

Денис в целом был достаточно гибким. Власть, авторитет, управление – то, с чем он был на «ты». Он всегда был настроен на битву и считал себя хозяином положения. Весь его вид как бы говорил: «меня обмануть не получится, за любую оплошность я жестко спрошу». Он был деспотом, но разумным и логичным, умеющим подстроиться, если надо.

Это все было присуще Денису, но чувствовалось, что его спокойствие и оптимизм что-то скрывают за собой и он держит не один козырь в рукаве.

Но тем интереснее с ним становилось общаться, и процесс превращался в большую игру. Интуитивно Макс понимал, что Денис играет более умело и далеко не все рассказывает. Но Макс пока не понимал полной картины, он не знал название лиги, в которой ему придется играть.

Макс знал, что нельзя расположить доверие Дениса с помощью проверенных страховых фишек. Айрат отзывался о нем положительно, но не раз упомянул, что он «ссыкло». А любому «ссыклу» однозначно присуща определенная манера поведения. И самое наглядное, при любом «кипише» громко прокричать: «Это не я…»

Отрицание. Первая фаза. Но у людей такого типа эта фаза возникает всегда, при любом раскладе. И очень редко она переходит в другую.

Он всегда был в фазе работы Караваджо «Отречение святого Петра». На ней изображен один из самых драматических моментов биографии апостола Петра – первое отречение от Иисуса, которое он совершил, чтобы обогреться у огня. Во время Тайной вечери Христос предсказал, что после ареста Петр трижды отречется от него прежде, чем пропоет петух. Так все и случилось, однако, услышав пение петуха, Петр вспомнил слова учителя, раскаялся и был прощен. Но это Библейская история, а Караваджо не так прост. Автор управляет нашим взглядом при помощи света, двигает наш взгляд, от менее освещенного пространства к более. К направлению служанки, подталкивающей Петра и держащий два пальца, и на указательный палец солдата. И эти три пальца открывают нам сюжет на троекратное отречение.

А это уже движение мысли. А это уже гениальность автора.

Мы уже не только смотрим, но видим, мыслим.

А еще здесь темнота указывает на тяжесть души, на внутренний страх, на самое интенсивное чувство. А свет указывает на того, кто раскаялся и будет прощен.

У Караваджо не просто сюжет из Библии, но рассуждение, подталкивающее мысль в направлении озарения.

Денис, как и Караваджо, очень любил играть в теннис. Правда, для Караваджо эта игра оказалась роковой, чего нельзя было сказать о Денисе.

В мае 1606 года Караваджо договорился о встрече с Рануччо Томассони на корте, главой одного из районов Рима, они собирались поиграть в реал-теннис недалеко от Палаццо Фиренце, одной из резиденций, подведомственных кардиналу дель Монте. Во время игры что-то пошло не так, между Караваджо и Томассони разразилась ссора, и в результате последний был смертельно ранен. Чтобы не пойти под следствие и избежать грозившей ему смертной казни, художник сначала скрывался в Палаццо Мадама, а затем бежал из Рима, как оказалось – навсегда.

Роковая ссора могла возникнуть из-за дорогой проститутки, которая позировала художнику. Папа Римский объявил художника «вне закона», то есть разрешил любому желающему не просто прикончить Караваджо, но и получить за это вознаграждение.

Денис же держал себя в руках. А Макс ему всегда подыгрывал и технично сдавал сеты. Диалоги и точки сближения при игре в теннис, конечно, имелись. Это было хорошим началом.

Взаимодействие через игровые жесты и мимику может наладить эмоциональную связь и доверие. Четкие удары, красивые подачи, технические приемы меча или уверенный пробег к сетке символизируют не только умение играть в теннис, но и взаимное уважение и уверенность. Взгляды, направленные друг на друга, показывают уровень внимания и заинтересованности, которые являются основой для развития доверия. Эмоциональная открытость и поддержка в игре, может также рассматриваться как отражение внутренних желаний и потребностей в доверии.

Но тут главное было не увести ситуацию к картине Джованни Батиста «Смерть Гиацинта» из Мадридской коллекции. На ней запретная любовь между богом Аполлоном и смертным Гиацинтом заканчивается трагедией. Они играют в теннис, сильный удар Аполлона ракеткой по мячу приводит к тому, что мяч попадает в голову Гиацинту, и тот умирает.

Максу надо было быть начеку. И он продолжал искать варианты.

Чем еще можно было зацепить Дениса?

Макс размышлял над этим и смотрел на свою Баркову. Ему казалось, что она смотрит снизу вверх некой дугой, мотивируя Макса подняться со стула и куда-то пойти.

На тот момент, с теми мыслями, единственное, куда мог отправится Макс, это в музей. И до него дошло, что первую встречу-знакомство в Москве лучше всего провести именно в музее. И там показать себя знающим искусствоведом и интеллектуалом.

Осталось выбрать, в каком музее организовать эту встречу?

В Москве всего три настоящих картинных галере в которых Макс мог «надуть щек»: изобразительных искусств имени Пушкинский, Третьякова и Новая Третьяковка на Крымском валу.

Макс подумал, что начинать надо с позитивных эмоций. А самые позитивные эмоции исходили от импрессионистов. В Москве они выделены в отдельную коллекцию и расположены в особняке рядом с основным зданием музея изобразительных искусств имени Пушкинский. Вот туда Макс и пригласил Дениса.

– Я предлагаю встретиться в кафе музея изобразительных искусств им Пушкина. Не только прикоснуться к сокровищам мировой классики, но и душевно поговорить. В той атмосфере, среди унаследованного от минувших поколений изящества, сложно быть не искренним. А значит дружеская позитивно-конструктивная беседа получится.

Только нужно не в центральное здание входить, а в рядом стоящее. В особняк «Искусство Америки и стран Азии». Спуститься в подвал здания, можно даже оставить куртку в гардеробе, и с правой стороны напротив экскурсионного бюро будет маленькое уютное кафе с великолепным кофе сорта Арабика. Они используют тут уже много лет именно этот сорт с максимальной обжаркой.

– А почему встреча именно здесь? – с удивлением спросил Денис.

– Я подумал, что в этих стенах наш диалог от дотошного копирования банальных фраз плавнее перейдет к некоему конструктиву. Наш проект связан с красивой визуальной картинкой в будущем, а где, как не здесь, насытиться позитивными образами? Я уверен, что эти ощущения придут не сразу, но обязательно придут. И поможет в этом, конечно же, она – ее величество живопись.

И Макс с Денисом выпили по чашке крепкого двойного экспрессо и почти французским круасаном и пошли в залы музея. Поднялись по массивной старинной лестнице и зашли в первый левый зал.

Встретила их дышащая безмятежным спокойствием жаркого дня картина. Свет в ней, который в других произведениях импрессионистов является главным героем, отступает на второй план, скрывается за верхушками деревьев. От этого картина приобретает особую глубину – взгляд медленно обегает фигуры и уходит вдаль, рассеиваясь на солнечной поляне.

Именно картиной «Завтрак на траве» открывалась выставка.

– Да, – утвердительно покачал головой Денис, – импрессионисты – сплошной позитив. Здесь тоже выставка прямо-таки дышит положительной атмосферой, дает заряд бодрости.

– И очень правильно поставлены вопросы самой выставки, которые и задают общий фон и логику погружения в художественные композиции, – поддакнул Макс.

– Удачно подобраны сравнения французов и русских живописцев, сравнения коллекции, городов.

– А что касается городов, то все начиналось с Парижа. Именно он стал точкой входа нового переломного направления – импрессионизма. И за ним потянулись все ниточки – и художники, и коллекционеры, и модели. Париж стал законодателем моды, стиля и искусства на многие века.

Но здесь особое место, конечно, нужно выделить градоначальнику Парижа – барону Осману, превратившему Париж в современный комфортабельный город, с отелями, бульварами, театрами и передовыми средствами передвижения. Вот что значит креативный сити-менеджер, не крадущий бюджетные деньги!

Именно эта атмосфера и создала среду, в которой выросли и сформировались импрессионисты. Их объединило то, что все они стремились запечатлеть «дух современности». Вот именно этот дух и породил такую красоту. Я тоже очень надеюсь, что наш дух, заряженной этой выставкой, поможет нам сдвинуть горы в Сочи и реализовать проект «Восход». А атмосфера города сейчас как раз к этому и располагает – к красивым, качественным проектам.

– Сейчас имеется качественно новая перспектива, соответственно, нужны другие настройки и резонансы.

– Понятно, что диалог должен строиться на других волнах.

Тут как у импрессионистов: их картины нравятся не потому, что они что-то изображали и о чем-то рассказывали, а сами по себе, своей выразительностью. Это художники радости, света и оптимизма, чувства человеческого достоинства. В их работах нет депрессивно-мрачного настроения, ужасов нищеты, безнадежности и безысходности. Они передают ощущение благополучия и гармонии. Это вдохновляюще-оптимистичная живопись, побуждающая творить.

Когда я смотрю на эту картину, мне хватает нескольких секунд, чтобы погрузиться в состояние медитации и в ощущении трепетного восторга, восхищения попытаться понять ее вековую тайну. Вот, например на этой картине автор остановил мгновение.

Тюбики для красок и складной мольберт позволили художникам выйти из мастерской на природу. А новая теория цвета внесла коррективы в понимание о красках мира. Под их началом тень и свет в буквальном смысле расцвели на полотнах. Так рождалась магия импрессионизма. Божественная гармония, покой и умиротворение.

Вот я хочу сделать так же. Чтобы наши цели совпадали, чтобы нам было комфортно. Проще говоря, чтобы мы видели один «пейзаж из окна». Работать будем только по позитивному сценарию, без пессимизма. Давай договариваться. Договориться всегда дешевле, чем не договориться. Хочешь, также сядем на лужайке, устроим пикник, переломим хлеб с вином и поговорим.

– До импрессионистов картины были в основном жанровые, – подчеркнул свои знания Денис и продолжил: – Портрет, бытовая тема и так далее. А они стали размывать четкие линии. Мане заработал первые деньги на рисовании карикатур и поехал в Париж – учиться.

Цвета – никакой прорисовки, только мазки. В зависимости от цвета меняется предмет. В живописи сложно передать быстротечность и изменчивость. Сюжеты в обычной жизни теряют нарратив – нет истории, нет сюжета.

А потом началась урбанизация. Барон Осман переделал город. С быстротечностью, мимолетностью и изменчивостью жизни пришли перемены и в искусство. Мазки завихрились, добавляя динамику.

Мане рисовал с одного ракурса, но при разном освещении. Для него характерны яркие сочные краски. Ни социальных, ни политических вопросов нет – только цвета. Его философский принцип – через движение к изменениям.

Чем быстрее меняются фазы, тем быстрее движение и тем быстрее одна сторона переходит в другую. Рассвет – утренний туман – первые лучи солнца – полное солнцестояние – обеденный зной – тень скрывается за фасадом – закат – сумерки – и так далее. Основа всего – это циклы, и чем быстрее они проходят, тем ближе мы к позитиву. Всегда одно сменяется другим, всегда после роста есть спад, а после глубокого падения – взлет. Именно этому учат импрессионисты.

– Думаю, следует воспринимать импрессионистов как художников, которые отражают реальность, стремятся воспроизвести впечатление от природы и не сосредотачиваются на деталях, уделяя все внимание целому. Чтобы показать человека таким, каким ты его видишь, вовсе не обязательно рисовать все его морщины. Нужно передать ту живую атмосферу, которая его окружает.

Потом Денис резко остановился, изменился в лице и твердо произнес:

– С философией заканчиваем, переходим к сути. Я педант, и поэтому мы будем делать все в точности так, как я хочу. Мы будем сосредотачиваться на деталях, мы будем рисовать морщины, для нас будут важны и целое, и детали. И сейчас наступает наш цикл. И я не хочу опоздать.

– Да, ты шеф, какой вектор задашь, так и поедем. Но я бы хотел сказать еще пару слов о выставке. Наш проект называется «Восход», и картина Клода Мане, с которой пошел отсчет творчества импрессионистов, тоже называется «Восход».

Я тебя поддерживаю и согласен, что положительные эмоции приходят из мелочей, из умения их видеть и наслаждаться ими. Вот именно импрессионисты этому и учат.

А вообще импрессионисты ведь действительно – переломный момент в изобразительном искусстве. После них все поменялось. Все стало по-другому, и восприятия, и подходы, и цена живописи.

Это как раз тот случай в истории, когда смело можно сказать о точке перегиба. А ведь сколько лет их гнобили, не принимали… Один Салон отверженных чего стоит.

Но они смогли, и теперь они – отправная точка. Эта выставка – продолжение заданного ими тренда. И он с тех пор идет только вверх. И я уверен, что под твоим руководством проект «Восход» будет идти только вверх.

Вся гениальность Мане в его картине «Восход» нацелена на то, чтобы ухватить неуловимый утренний свет, который играет на поверхности воды, сияя бесчисленными отсветами. В этой вселенной маленьких мазков с трудом устанавливается граница между морем и небом. И взгляд беспорядочно блуждал бы здесь, не предложи ему художник опорные точки: лодку, единственное явное свидетельство человеческой деятельности, и приглушенное солнце в рассеянном свете зари.

Толстый кружок – это солнечный диск. Что до красных и розовых полос, которыми передан свет восходящего солнца, то они резко контрастируют с темными горизонтальными мазками, изображающими волны, и формой лодки с двумя пассажирами. Вот и мы с тобой эти два пассажира положившими начало проекта. Пожав руки и понимая, что он договорились Макс с Денисом разошлись.

Далее общение сместилось в детали проектной теории.

Денис, помимо всего прочего, обладал отличным качеством российских политиков – умением говорить умные фразы, которые вообще не понятны. А проект надо было раскладывать по полочкам и просчитывать.

Макс же придерживался книжного алгоритма ведения проектной работы.

Первый шаг: оценка текущей ситуации и ответ на вопрос – работаем или нет?

Пройти первый этап было несложно, поскольку никакой особой структуры здесь не требуется. Надо просто немного подумать и решить – да или нет?

Ключевые вопросы этапа:

Что каждый из участников проекта думает о проблеме?

Каковы грани этого проекта?

В чем могут быть первопричины проекта?

Что будет означать успех этого проекта?

Действительно ли мы сможем выполнить проект?

Имеет ли смысл его выполнять?

Как только разобрались с центральными вопросом, можно переходить ко второму шагу. Второй шаг: сбор фактов.

Факты – это кирпичики, которыми выкладывается дорога к решению проблемы. Решение проблемы начинается со сбора фактов. Нужно перелопатить огромный массив информации. Просмотреть множество статей и материалов внутренних исследований, понюхать рыночные тенденции, пообщаться со знающими людьми, которые проливают свет на тот или иной аспект.

Третий шаг: выдвижение гипотез.

После второго шага выдвигаются рабочие гипотезы о том, как можно решить поставленную задачу, с подкрепляющим материалом.

На вопрос Дениса, почему Макс выдвинул именно такую гипотезу по «Восход», Макс с уверенностью ответил:

Прежде всего потому, что я хорошо изучил эту тему. Я познакомился с соответствующими публикациями, сформулировал гипотезу и проверил ее в ходе полевого исследования – опросил несколько творческих людей. Записи этих увлекательных и порой поучительных бесед – это больше сотни страниц, которые я тщательно проанализировал в поисках общих мотивов и закономерностей. Используя этот вроде бы стандартный научный метод, хорошо известный мне как выпускнику MBA, я тем не менее гораздо глубже проникся темой, чем при обычном исследовательском процессе. Я выбрал самые достоверные факты и сделал на них свой упор.

Четвертым шагом было: риски.

Это был самый любимый раздел Макса. Именно на него он учился и работал в страховании. И именно этот раздел проводит красную черту, за которой нет смысла ввязываться в проект. Некоторых проблем лучше избегать, нежели решать их.

Есть проекты настолько рискованны, что лучше не браться за них. Другие могут содержать риски, которые, если к ним подойти должным образом с самого начала, поддаются ограничению.

В отличие от Кореша, который только генерировал в огромном количестве возможные проблемы, Макс обожал разрабатывать сценарии, подробно рассказывающие о том, как справляться с вероятной негативной ситуацией.

И только после этих предварительных этапов, начинается пятый: сама работа.

А сама работа, как часто на практике и бывает, стала развиваться не по классическому проектному сценарию, а как игра на шахматной доске.

С шахматной доской получается весьма любопытная комбинация: черные и белые клетки, сменяющие друг друга, настойчиво говорят нам о присутствии в мире добра и зла и об их борьбе внутри человеческой души. Надежду на то, что добро одержит победу над злом, нужно отбросить сразу. Очевидных победителей здесь нет, по щелчку пальцев здесь результата не будет. Распасовки начали проявляться практически сразу.

Ситуация начинала походить на серию из двух полотен голландца со сложной фамилией, висевших в залах Пушкинского музея. Одна называется «Сцена в кабачке», а вторая называется уже – «Драка». Кабак. Хата. Мещанский быт. На первой мирно весело выпивают, на второй – уже яростно дерутся. Невоздержанность и грубость нравов, внутреннее кипение и невоздержанность переросли в бойню. Именно такие эмоции начали проявляться в самой работе в проекте «Восход». До фактической бойни еще было далеко, но сама атмосфера улавливалась практически сразу.

Денис же в жизни стал с каждым днем все больше походить на «Заклинателя змей» Мариано Фортун-Марсала или «Дрессировщика черепах» Османа Хамди Бейа.

Обе картины изображают жанровые сцены из восточной жизни.

На первой мужчина в тюрбане занимается заклинанием змей. Монотонная мелодия дудки приводит змей в сонное состояние, а дальше можно показывать с ними различные фокусы. Он также хотел: заклинать и показывать фокусы.

На второй – мужчина все в том же тюрбане, и тоже пытается дрессировать, но уже черепах. Делать это с помощью листов салата получается лучше, чем с помощью музыки. Денис тоже так думал, что можно кормить не деньгами, а листьями салатов.

– Ты не даешь и слова вставить, Макс начинал нервничать и переходить на повышенный тон, Денис, ты опираешься в своих решениях исключительно на свое мнение. Но это в корне неправильно, ни с точки зрения менеджера-управленца, ни с точки зрения простой обыденности. У нас командная работа, у нас проект.

Я не сдерживаюсь и хочу высказаться. Мне правда хочется поставить в ряд всех участников проекта и спросить:

Прекраснейший – это как?

Мы должны все ослепнуть, как от взгляда на солнце?

Но Денис не реагировал на эмоциональные всплески Макса и продолжал гнуть свою линию. В его голове была другая картина, а именно «Серый кардинал» Жана-Леона Жерома. Все должны оглядываться, а кто ниже поклон отвесит, тот молодец. По струнке смирно стоять и не дышать. Вот так он хотел выдрессировать всех членов проектной команды.

А Макс все продолжал держать в голове шахматное поле и бубнить себе под нос:

– Мы не шахматисты, но нам тоже постоянно приходится в меняющейся среде анализировать множество ходов и вариантов, как твоих, членов команды, так и реакции рынка.

Твои убеждения, которые основаны на прошлом опыте, не годятся, они не позволяют видеть перспективы игры и лучшие ходы. Не всегда прошлый опыт применим в наше время, ведь все меняется. Законы экономики Маркса уже не работают. Риски совсем другие, методики расчетов поменялись. Инертные убеждения тоже не годятся. Мы идем по течению, забывая оценивать существующие факторы. Способность к предвидению полностью уходит. Нам нужен опережающий способ мышления. Обдумывать варианты, оценивать их, атаковать или уйти в оборону или сдать слабые фигуры. Твоя переоценка собственных возможностей и недооценка будущих угроз приведет к отказу от активных действий и переходу к обороне. А это остановит стройку и продажи, и проект станет не живучим. А мы все здесь хотим поработать еще как минимум лет десять.

Но проект шел, а точнее, скользил исключительно по «хотелкам» Дениса. Он разделился на ряд векторов: покупка участков, проектирование домов, разрешительная документация, освоение и расчистка участков, развитие продаж.

Так как это был проект, Макс под него выработал и согласовал с Денисом технологию. За основу была взята картина голландца «Каток», навеянная офисной суетой. Хороший пример голландского протестантизма.

У голландцев все же есть характерная строгость, их пейзажи и натюрморты всегда узнаваемы, но в этом и прелесть. Жизнь голландцев всегда проходит между делами и церковью. Работать надо. Маленькими шажочками двигаться. Все время держать «строй». Анализировать, корректировать, но двигаться. Не мытьем, так катаньем.

Зимний ландшафт. Замерзшая река. Разные люди. Все чем-то заняты. Каток на замерзшей реке – это каток жизни, полной неожиданных опасностей скольжение людей вслед за призрачной и обманчивой удачей. Никто не катается просто так, все куда-то спешат, все заняты реальной деятельностью. Нет ни одного праздного человека. С одной стороны ратуша – с другой колокольни церкви.

Лодки примерзли – это отсылка к тому, что жизнь деятельного голландца остановилась, но картина говорит – нет. Торговля не встала, голландец всегда трудится. Это его идеальная жизнь.

Вот как должен работать офис в организации – как у голландцев. Все знают, что делать и как делать. При этом все довольны, все на позитиве. И этот процесс при любом раскладе качественен и легок.

Именно так Максу казалась идеальная работа, и он начал к ней стремиться.

Вода – принцип созидания и принцип разрушения. Она поит людей и разрушает своим течением постройки. Медитативная жизнь – в праведности. А праведность – это работа, каждодневная и трудная.

Вот и Макс решил, хватит бурчать, надо работать, как голландцы много и эффективно.

Но давление и несговорчивость Дениса росли в геометрической прогрессии.

Да и Баркова к тому времени начала кривиться в гримасе – от немного улыбчивой до совсем неулыбчивой и даже хмурой. Взгляд ее явно говорил о предупреждении. А один раз Макс встретился с ее глазами и ему показалось, что они не то, чтобы не довольны, не то, чтобы злы, а вообще вывернуты на изнанку. Демонстрирую отвращение от общения с Максом и его работы.

Но люди порой даже произнесенные вслух слова по-разному трактуют, что уж говорить о неоднозначном взгляде. Однако Макс все-таки уловил на подсознательном уровне что-то переменчивое, но точность трактовки дошла до него намного позже.

Но все же свои сомнения решил обсудить с женой:

– Наташа, «Восход» не вечен, давай искать другие варианты.

Наталья поначалу была всегда той супругой, с которой хотелось говорить. Бывало, что Макс не мог с ней наговориться. Вообще Макс уделял большое внимание общению. Секс длился минут пять, ну максимум десять, плюс прелюдия и объятия, еще двадцать, ни и все. А все остальное время нужно было уметь разговаривать. Подбирать темы по настроению, обходить острые углы. Другими словами, должен быть набор общих интересов. Это очень важно. И вот на этой фазе нужно было находить варианты дальнейшего движения и не циклиться на проекте «Восход».

– Это все опять одни слова. Докажи делом. Что из пустого в порожное переливать? Я не люблю пустозвон. «Иные мне нужны картины», так Онегин описывает свои новые предпочтения в красоте природы и жизни. Он больше не ищет величия и волнения, а наслаждается простыми и спокойными моментами. Мораль этой ситуации заключается в том, что человек может изменить свои предпочтения и получать удовольствие от обычных вещей. Совет – научись ценить простые и маленькие радости жизни, не всегда стремись к великим и сложным вещам.

– В Малом театре есть одна очень интересная постановка с Башметом и Гармашем, по Достоевскому, называется «Кроткая», начал переводить разговор в другое русло Макс.

Сюжет банальный. Старый офицер берет в жены молодую девушку. Дабы избежать ошибок жизни с молодой женой (по мнению друзей и коллег), он придумывает свою стратегию совместного проживания.

Первый пункт в этой стратегии – строгость с женой, чтобы не расслаблялась. Из него вытекает второй пункт – уважение.

А молодая женщина, конечно, дав согласие до брака, после первой ночи стала со всем категорически не согласна. Естественно, стала спорить, пытаться доказать свою правоту.

Он стал «обдавать ее холодной водой». За основной инструмент воспитания жены взял молчание и сухость. И она стала умолкать, а потом заедать. А он все больше разговаривал молчанием. Хотел уважения.

Он был мастером говорить молча, сейчас много таких, кто сам с собой общается и проживает молча целые трагедии. И думал: «Дескать, сама догадаешься». А она не догадывалась, поначалу огрызалась, а потом примолкла, даже совсем. И улыбка стала недоверчивая, молчаливая, нехорошая.

Вот так и жили, молча ходили, молча возвращались. И ссор уже не было, было только молчание. И оно день ото дня усиливалось. А он все хотел уважения.

И ее кроткое лицо становилось все дерзче и дерзче. И все пуще и пуще молчание усиливалось, появлялись холодность и отвращение. А он все думал: «Она сама подойдет». И специально разжигал в себе обиду на нее. И злодейств никаких не было, но любовь начала исчезать… Дальше я картину сокращу. Много драматических событий, но в финале – ее смерть, самоубийство.

А он в конце читает монолог, весь в слезах от потери самого родного и близкого человека, которого не вернешь, и признается в своем бессилии и неправильно выбранной стратегии. А все, душа в страшном отчаянии. Но ведь можно было просто обнять и сказать: «Поговорим… Знаешь… скажи что-нибудь». И все возможно наладить, перейти на новый виток, простить и забыть. В этом, конечно, сила классики, она подсказывает нам, как делать не надо и что, может быть, если мы сделаем, как не надо.

Вывод самый простой: надо разговаривать. В семье, в любых отношениях. Да, бывает невпопад, но может и очень смешно получиться. А бывает, что один говорит, а другой не хочет слушать, но слушает. Но в любом случае это не молчание. Все пройдет, главное – не молчать.

Поэтому, моя дорогая и любимая супруга, я с тобой разговариваю, подбираю интересные темы, подстраиваюсь под твое настроение, вспоминаю позитивные приключения и истории из жизни и напоминаю о классике

Глава VI.
Колесница

Вектор прояснился окончательно. Денис хотел играть «в долгую», а Макс хотел денег «в быструю». «В быструю» денег можно было заработать тремя способами: на стройке домов, на скупке участков для расширения пятна застройки участков, ну и, конечно, на оформлении разрешительной документации. В любом варианте игра была многоходовая.

Но обыграть Дениса или просто играть одному и даже с Натальей Максу уже было не под силу. Так на сцене появился Вачик.

Он был именно таким, как все армяне. Армяне вообще – особая нация. Адлер они считают своей второй столицей. Армяне бывают местные и ереванские. Первые полагают, что их родственники переехали после турецкой резни в начале XX века на побережье и здесь ассимилировались, вторые – что их предки переехали после землетрясения в Ленинакане или по экономическим соображением из Еревана. Друг друга они недолюбливают, и язык у них разница сильно, одни других не всегда понимают, но в целом армяне везде одинаковые.

Но только в Адлере армяне ведут себя настолько нагло, невоспитанно и пошло.

Армяне здесь целенаправленно ведут себя бескультурно, похабно. Любая мерзость их лучший друг. Это китч, это пошлость, и никто в этом не виноват, кроме них самих.

И никто в Адлере лучше армян не орет, не ворует, не ведет себя неприлично.

Азербайджанцы и турки вызывают на порядок больше уважения. У многих мусульман есть порядочность, честь и достоинство, однако это не относится к армянам.

Армяне отважно горлом поставят всех на место, но категорически откажутся воевать с вооруженным противником. Другое дело – напасть толпой со спины, на одного и безоружного. А воевать с силой? «Нет! – говорят отважные армяне, – не будет такого никогда!»

Случайно ли так получилось или нет, но в реальности 90% российского теле-бомонда – армяне.

Главное, что они едины. Они живут и существуют единым обществом.

Раскола у них нет никакого: Их президент не поддержал Арцах не потому, что он предатель, а потому, что нечем было поддерживать. Иначе они охотно пошли бы бить азербайджанцев на их собственной земле, как это уже было тридцать лет тому назад.

Армяне все делают вместе, гурьбой – живут, нападают и грабят, галдят и бегут. У них нет никакого разделения и плюрализма. Они все – ничем не отличаются один от другого.

Для Макса же сотрудничество с Вачиком означало одно, самое главное: на армян всегда все, в любой момент, в любом объеме можно было все списать.

Но была у них и положительная черта. Они все вопросы решали с помощью пистолета. Конечно, это шутка. Решали армяне вопросы исключительно при помощи богато накрытых столов. Они умели приготовить покушать и были в этом неотразимы.

Вачик был умным армянином, и в диалоге про еду любил повторять следующее:

– Основа всего – это пища, это еда, это жрачка. Самое вкусное, самое сытное – это, конечно, мясо. Вегетарианцы – ничего хорошего в них нет. Господь призывает есть мясо. Это необходимая потребность для физического существования.

Мясо – главный индикатор происходящих процессов. Дорожает мясо – значит, все плохо, будут дорожать все продукты, люди станут есть меньше и, соответственно, меньше рожать. Голод – самый страшный всадник апокалипсиса.

В эпоху Ренессанса еда была дорогая, и из-за этого население росло медленно. Потом еда резко подешевела, и сразу случился демографический скачок. Но в текущем тренде интеллектуальное развитие не прогрессирует, а наоборот.

Людей стало больше, а ума – меньше. Пропорции изменились.

Население стало расти, так как продовольствие стало доступно, но ничего хорошего это для планеты Земля не принесло. Уничтожение лесов, плохая экология, грязь, мерзость, криминал. Это все ведет к катастрофе.

И сейчас все возвращается к подорожанию продуктов, а для этого создается дефицит. Болезни крупного рогатого скота, птичий грипп, засуха. Заканчивается эпоха дешевого питания.

Чего следует ожидать? Прежде всего, того, что африканские страны и страны Латинской Америки, а также Индия испытают продовольственный кризис. Европе этот коллапс не грозит. Начнется падение рождаемости.

Невкусно, некрасиво, непривлекательно – вот проблема. Голодные страны все вытопчут.

Однажды, когда Вачик гостил у Макса, после обильного застолья они сидели и курили сигары. Макс достал свои альбомы с репродукциями и показал Вачику. Вачик учился в Санкт-Петербурге и был поклонником картинных галерей и выставок.

Но зацепила его только одна картина – «Туша быка» Рембрандта. Он почувствовал себя в роли мясника, только что разделавшего тушу. Чувствовалось, как он опустил взгляд, и хотел увидеть свои окровавленные руки с топором, с которого еще капает кровь.

Он стал глазеть на говядину Рембрандта с тупым ожиданием, что сейчас кто-нибудь вылезет из-под пола, на который капает кровь с топора и рассеет его беспредметную тоску и усталость. И очень удивился, что ничего не случилось.

– Вачик, – сказал задорно Макс, – давай я лучше покажу тебе другую картину с едой и попытаюсь донести ее смысл. «Ужин в Эммаусе» Караваджо. Смотри, какая интересная деталь – тень от корзинки. Полумесяц хвостового плавника, явный хвост рыбы. Рыба – символ Иисуса, христианский символ. Вот он, ключ ко всей картине. В нем и заключается весь смысл – призыв к духовному и физическому преображению, даже во время пышного застолья.

А этот сюжет из Евангелия – переломный момент. Христос, изменившийся внешне после пришествия, раскрывается перед двумя учениками, не узнавшими его изначально.

«Преломил он хлеб. Открылись у них глаза, и они узнали его. И он стал невидим для них».

– Да, я понял! – воскликнул радостно Вачик. – Для того, чтобы что-то увидеть, нужно «преломить хлеб», то есть сесть, покушать, пообщаться, и сразу все станет намного понятнее и прозрачнее. Да, ты прав, я никогда не сяду за стол и не преломлю хлеб с тем, чья наглая рожа мне неприятна.

Сначала Макс хотел дополнить разговор картинами Хаима Сутина, любителя бычьих туш. Хаим очень любил изображать туши сырого мяса на своих холстах, причем делал это обязательно с натуры: покупал у мясника тушу, приносил к себе в квартиру и начинал творить. А кровь капала на пол и просачивалась к нижним соседям. У соседей это вызывало дикий ужас, сразу приходили на ум мысли об убийстве. Но нет. Это всего лишь Хаим Сутин писал свои работы.

Но потом осекся, пологая что Вачик тоже любит творить свои рабочие дела с кровинкой, и этот отсыл может его обидеть.

И тут пришла другая идея. Он вспомнил картину «Искушение Христа» Ари Шеффера.

Картина показывает практически двух равных соперников. Бес здесь – не страшный, но очень сильный и сложный образ. Равный Христу, мятущийся между дух страстей.

А Христос показывает на небо, говоря – истина там, не здесь.

После сорока дней, в течение которых Христос постился в пустыне, ему явился Сатана и начал его искушать. Было три искушения: сбросься вниз, и ангелы подхватят тебя – на что Христос сказал: не искушай господа Бога своего; если ты сын Божий, бросься вниз с вершины храма, ибо написано, что ангелы сохранят тебя. Но сказано также, что нельзя требовать от Бога ненужных чудес. Если ты царь земной, то накорми всех хлебами – но не хлебом единым сыт человек. Если ты сын Божий, прикажи, чтобы эти камни сделались для тебя хлебами. Но не только хлеб нужен человеку для жизни, а и слово Божие.

– Я все это тебе дам, только поклянись мне!

– Отойди от меня, Сатана.

– Я дам тебе власть над всеми земными царствами, если только ты мне поклонишься.

– Отойди от меня, Сатана! Только Богу следует поклоняться и служить одному ему.

Дьявол от него отошел, и ангелы стали служить Иисусу.

Возникает вопрос: какой из моментов показывает на картине ее автор? Макс был уверен, что именно «прикажи, чтобы эти камни сделались для тебя хлебами».

Он подумал: «А смог бы я не искуситься едой и отвергнуть ее?»

И ответ пришел однозначный: в обществе армян – точно нет.

Чуть позже, когда Макс пересказывал этот диалог с Вачиком, Кореш резко оборвал его и сказал:

– Макс, извини, конечно, но у меня здесь рисуется другая картина.

– Какая?

– «Тайная Вечеря», давай возьмем самую распространенную и красивую версию Леонардо Да Винчи из Миланского храма.

– А она тут каким боком?

– Нет, давай лучше «Тайную Вечерю» Тинторетто возьмем.

– Почему?

– Она темнее, она больше создает пространство, из которого нет выхода, за исключением выхода в Гефсиманский сад. За этим сюжетом следует ночной арест, истязание и смерть на кресте. Несмотря на то, что эта картина – трапеза, по факту – это картина-эпилог. В ней запечатлен конец всего. Эта картина трагическая. На нее смотришь, и с языка срываются слова: «Прощай!». Это пророческая картина, говорящая тебе: «Не садись кушать с армянами». При любом раскладе конец печальный, несмотря на вкусный шашлык.

– Ты практически повторил фразу Христа при этой трапезе. «Один из вас предаст меня». И вот миг после этой фразы, когда слова сошли с уст, но еще не переварились мозгом, и запечатлен у Леонардо. Его версия мне все же больше нравится. Апостолы в смятении, эти слова застали их врасплох и вызвали самые разные реакции. Вот и сейчас я застыл, смотрю на тебя и недоумеваю.

– Ты лучше не в беспорядочном забытье пребывай, а мозгами шевели. Вот тебе цитата из свежей прессы: «По воспоминаниям Битмамы, проблему тогда решили. Однако в один день Гулакян попросил взаймы: он сообщил, что это нужно для будущих сделок, оформления кредита в банке и заключения контракта на полсотни тонн золота. Предприниматель пообещал, что все долги и расходы покроются в сентябре. По версии Федякиной, она дала полтора миллиарда рублей, но позже поняла, что ее обманывают: после ухода Степаняна из общего дела Гулакян снова начал с опозданием переводить деньги. Мужчины стали перекладывать ответственность перед ней друг на друга. При этом они вывели с общего счета все собственные средства и инвестиции, и свои сделки совершали за счет средств Федякиной». Вот в этих строках вся классика армянского бизнеса. Да, до какой-то раздачи они играют честно, иногда даже скидывают хорошие карты, чтобы интересно было, чтобы банк поднять. Но потом, по договоренности между собой, молниеносно разыгрывают свою партию и забирают банк. Так всегда было и так всегда будет.

Наталье не нравились выводы Макса.

Наталья была чистокровной армянкой. Их семья приплыла из Трабзона в 1904 году в Сочи – на плоту, в период турецкого геноцида армян. И они не просто перебрались в Адлер, они смогли обосноваться, организовать совхоз и достаточно безбедно жить огромной диаспорой. «Верхне-Хостинский Чай Совхоз» в советские времена входил в ТОП лучших совхозов страны.

Наталье, видимо, передалась генетика деда и его коммерческая жилка. Ей были свойственны все армянские черты, хотя она пыталась это мастерски скрывать. У нее имелась деловая хватка и хорошая интуиция.

А у деда была очень интересная история. Она случилась задолго до известного случая Беллы Бородкиной. Она в начале восьмидесятых заведовала Сочинским общепитом, считалась уважаемым человеком. И тут внезапно ее арестовали, и приговорили к высшей мере наказания. Так поступали с женщинами в период после сталинских репрессий всего дважды, да и то только с серийными убийцами.

Дед Миртад, по-русски Миша, начал свой путь с руководителя Полянского сельпо в 1949 году. Его туда привезла жена, бабка Натальи. И там он нашел свою жилку – в отличие от Макса, которого туда тоже привезла жена, но свою жилку он там так и не отыскал.

Карьера деда развивалась стремительно: за девять лет руководства Полянским сельпо он построил большой красивый дом и сумел выбить себе должность начальника «овощеторга» в Адлере. Именно благодаря деду за «овощеторгом» закрепилось название «Армянторг».

По сути, все местные столовые, кафе и рестораны находились в его ведении. Распределение продукции шло исключительно через его цепкие руки. Когда в Адлер наведывались высокопоставленные гости, угощать их доверяли только Миртаду. Ведь только он умел так распорядиться на кухне, что столы просто ломились от яств и деликатесов. Миртад входил в команду Медунова. В материалах одного дела даже была такая формулировка: «Это были самые близкие ему люди, которые весь период работы с ним составляли его экономический тыл, и зная, кто стоит за его спиной, могли творить в овощеторге все, что им вздумается».

В обмен на такое «хлебосольство» Миртад получал высокопоставленных покровителей, закрывавших глаза на махинации, которыми занимался хозяин базы общепита. А ведь там было на что обратить внимание. Но дед не раз выпутывался из лап ОБХСС и даже судебных процессов по растрате. Он был гениальным «шахматистом».

Когда в «овощеторге» наступал кризис, покровители сразу же проводили реорганизацию, которая состояла в том, что они то разъединяли структурные подразделения в самостоятельные компании, то объединяли их, но опять-таки под эгидой «овощеторга». И все это находило поддержку у руководства горкома и горисполкома, в главке Министерства торговли РСФСР.

И в отличие от Беллы Бородкиной, дед Натальи до конца своей жизни занимал важный административный пост в Адлере. Но сердце, видно, не выдержало таких хитросплетений, и он умер от инфаркта в довольно молодом возрасте.

Максу очень хотелось изучить и применить на практике эти дедовские методы работы, но, к сожалению, никаких документов не сохранилось, а поговорить было не кем. Родственники не дотягивали до его уровня от слова совсем.

Приходилось все изобретать заново самому. И все изобретения касались проекта «Восход».

Один из первых выкупных участков принадлежал Оксане. Денис просто скомандовал – «фас» и не хотел погружаться в детали работы, хотел услышать по результатам положительный отчет. И Макс его предоставил:

– Ну мне выговориться нужно! Поэтому сразу – прости за слэнг, но по-другому не могу пересказать случившееся. Если общаешься с нормальными людьми, то даже когда тебе отвечают «нет», можно превратить «нет» в «да» с помощью волшебного слова «почему?» или хотя бы «сколько?». На нашей же горке эти вопросы не объясняют причину несговорчивости и всеобщего кретинизма.

Но, во-первых, Оксаночка отсидела за убийство первого мужа приличный срок. Второго поселила на ПМЖ в диспансер. С третьим пока ходит, но надолго ли?

Принесли Оксане пятнашку – на, смотри, считай. Поехали на сделку.

Собирается, бодро так, быстро. Улыбается.

– Документы взяла? – спрашиваю.

– Конечно, вот, – отвечает уверенно.

– А согласие Толян сделал? – спрашиваю, этот третий муж.

– Ой, а зачем, мы его потом донесем, – отвечает.

Я говорю:

– Ты чего, дура? Без его согласия нам не зарегистрируют сделку!

И понеслось. В общем, семья у них специфическая. Как я уже ранее говорил, они наркотой балуются. Толик в Краснодаре лечится, а Оксаночка уже другого «мужа» нашла, четвертого. С Толиком поругалась, ну а он в обиду ушел. Хрен вам, а не согласие, и точка!

Все, думаю, хана. Беру Севака с «Лексусом», Оксану, Вачика для подмоги – и в Краснодар, к Толяну. Ну, дорога понятно, блюешь дальше, чем видишь, но Оксанина болтовня – это что-то.

Четыре часа она не закрывала рот и постоянно что-то рассказывала.

«Я начала вести дневник в шестнадцать лет и до сих пор веду. Я отражаю там все свои сексуальные фантазии. В погоне за новыми ощущениями я и попробовала легкие наркотики». Ну и так далее. Почти про всех своих любовников рассказала. Когда ее девственности лишили, как она в техникуме в групповушке участвовала. «Их было семь, а я с подружкой вдвоем» – и так далее, и тому подобное.

Надо было все на диктофон писать.

Доехали, в конце концов, нашли медицинское заведение. А это наркодиспансер. Туда вход по спецпропускам и то два раза в неделю.

Когда нельзя попасть через забор, включаются армянские терки. Вачик как-то там опять брата на воротах нашел. «Вах, брат, ты этого знаешь? Он двоюродный брат моей тети, которая была у нас на свадьбе с Ануш, ты что, забыл?»

В общем, я не знаю, что бы мы делали, если бы не этот кавказец, ставший очень добрым после пяти тысяч рублей, вложенных Вачиком в его мозолистую ладонь. Он нас по-тихому провел в административный корпус.

Но это было еще не все. Оксана не знала ни номера палаты, ни корпуса. Территория огромная – пара гектаров, и уже темнеет. Одни дурики ходят, закурить просят. Я только потом понял, что они не табак хотели.

В общем, нашли еще одного молодого кавказского санитара. Он журнал посмотрел, сказал, где наш «пассажир» обитает.

Ты, наверное, думаешь – зачем мы к нему поперлись без нотариуса? Но по закону нотариус в этом диспансере не может провести необходимую процедуру по установлению дееспособности.

Пока мы преодолевали диспансерский забор, Наталья на телефоне связи старые поднимала. У нас подружка одна в Сочи жила, потом второй раз замуж вышла и уехала в Краснодар. И как раз работает секретарем у нотариуса.

Наталья ее и так, и сяк уламывала. «Миленькая, дорогая, за любые деньги вези шефа в диспансер!».

И деньги сделали свое дело.

Продолжу. Пока мы Толяна искали, Наталья организовала нотариуса к воротам этого диспансера. Приходим – постель застелена, а Толика нет. У меня аж земля из-под ног чуть не ушла. Оказалось – педант аккуратный, чистюля, покурить отошел.

А мы этой дуре сразу: не уговоришь – хана тебе точно!

В общем, сцена: Толян по коридору ковыляет, а там запах, вонь и эти рожи психов. И Оксаночка наша со всего разбегу как на Толяна кинется! «Толечка, любимый, дорогой, живой! Люблю, хочу, не могу, твоя навеки…» – ну и так далее.

Десять минут лобзаний в коридоре и слез ведро. Вачик аж прослезился.

В общем, хорошо то, что хорошо кончается.

Согласие получили, не поверишь, прямо в машине, с печатью и на бланке. Только нотариус попросил день на регистрацию, типа не светить пока, но это уже детали, они тебе точно не интересны.

Толяна еле оцепили от Оксаны, он ее чуть в машине не взял. Сказали, завтра сделку проведем и привезем ее тебе, твоя навеки будет. Только Вачику поверил, отцепился.

Ну Севак газ в пол, и помчали в Сочи. Потом сообразили, что, если так гнать будем, приедем под утро и Оксану придется домой везти. Нет, думаем – сразу в минюст, он с девяти и банк тоже. В общем, не торопясь, останавливаясь почти у каждого кафе, доехали без приключений до Сочи.

Ну а дальше все по отработанному плану. В банк – деньги проверять, в минюст – регистрацию в ускоренном варианте, и участок с кадастровым номером 1059 наш!

Вот такая история.

Дальше был Гена. Денис вел себя стандартно: «ничего не хочу слышать, хочу результат и отчет о выполнении». И такой отчет по Гене в письменно виде он получил:

Денис, привет!

Не хотел тебе подробности приключений с Геной рассказывать до положительного результата, но ты сам настаиваешь. Вот, рассказываю, читай.

Писать буду о вранье и лжи. Русское вранье – это песня! Это такое восторженное, безудержное самовыражение. Яркие образчики и примеры вранья есть у многих персонажей русской литературы. Как там люди потрясающе фантазируют, изобретательно лгут, а порой – просто нагло врут.

Федор Михайлович Достоевский писал: «У нас, в огромном большинстве, лгут из гостеприимства. Хочется произвесть эстетическое впечатление в слушателе, доставить удовольствие, ну и лгут, даже, так сказать, жертвуя собою слушателю. Деликатная взаимность вранья есть почти первое условие русского общества – всех русских собраний, вечеров и проч. В самом деле, только правдивая тупица какая-нибудь вступается в таких случаях за правду».

Да и не только в литературе, в живописи тоже масса примеров. Вот, например, безобидные «Охотники на привале», о которых отзывается сам Достоевский:

«Один горячо и зазнамо врет, другой слушает и из всех сил верит, а третий ничему не верит, прилег тут же и смеется. Что за прелесть! Конечно, растолковать – так поймут и немцы, но ведь не поймут они, как мы, что это русский враль и что врет он по-русски».

У нас тоже деликатная взаимность вранья получилась.

Участок принадлежит Курякиной Светлане Николаевне. Гена приходится ей гражданским мужем, то есть сожителем.

Когда осенью прошлого года мы на него вышли, он вопрос продажи не рассматривал. Потом несколько раз встречались, Гена рассказывал, что жена больна раком, плоха очень и так далее.

Позже, ближе к декабрю, Гена пришел к нам и рассказал, что жена умерла, показал свидетельство о смерти и завещание. Рассказал, что имеет желание продать землю, но вот по завещанию не может найти общих взаимопониманий с племянницей – Викторией Александровной и ее матерью Надеждой Константиновной.

Позднее мы с Вачиком общались с этими женщинами, сделали им предложение, и они обещали обдумать его. Потом они позвонили и сказали, что готовы приехать и обсудить на месте все нюансы сделки.

Ну а дальше можно открывать Гоголя «Мертвые души» и читать с любой страницы.

Павел Иванович Чичиков был человеком упорным, трудолюбивым, бережливым и очень изобретательным. Он прекрасно знал Россию и умел найти контакт почти с любым собеседником. Мечтал жениться и оставить детям наследство. Хотел разбогатеть. Жаль, что у него не получилось. Не получилось пока и у Гены.

Отправили денег на дорогу, женщины прилетели. Мы с ними мило побеседовали, и они обосновали запрашиваемые денежные суммы. Обговорили нюансы сделки. По Гениным расчетам прошло шесть месяцев с даты смерти, и можно в досудебном порядке, при согласии сторон, указанных в завещании, организовать сделку купли-продажи.

Все просто, но закралось подозрение. Все как-то чересчур складно получалось. Вачик первый среагировал, ну и понеслось.

Пришли по адресу. Я ожидал увидеть что угодно – пустую квартиру, родню, бардак, но не это! Посреди большой комнаты за столом сидел Гена, смотрел телевизор и что-то жевал. На столе блестела бутылка водки, таял шоколадный торт, и, что самое удивительное – рядом на раздвижном диване лежала женщина и тоже смотрела телевизор. И, судя по всему, – это и была Светлана Николаевна, и она была совершенно и недвусмысленно жива. Гена глянул на нас и продолжил смотреть телевизор, только спросил, тыкая на бутыль: «Будете?».

Из соседней комнаты поспешили две вышеуказанные родственницы. Я их оглядел и почувствовал, как снова надвигается стресс.

В гоголевских «Мертвых душах» именно такая ложь, где Ноздрев, изрядно подвыпив, выдает вранье и фантазию за чистую монету. Но там ложь безобидна. Она даже трогательна. В ней есть фантазия, есть глупость или наивная хитрость, в ней есть попытка обмануть для собственной корысти, но в ней нет мерзости, озлобления и «далеко идущих планов», которые присутствуют в нашем случае.

Вот именно поэтому у нас выездная регистрация и именно поэтому нет 100% уверенности и гарантий!

В общем, закончу философской цитатой: «Власть может быть подлой, ум – коварным. Сила – это здоровье; умноженная на мудрость – эта мудрая сила; она не обидит младшего и обуздает сильного, чтобы не допустить зла».

Мы и его победим, потому что в нас сила, умноженная на мудрость.

В итого – все получилось и все остались довольными. Радовало и то, что женщина действительно была больна раком, и что наши деньги скрасили ей остаток дней, и она смогла распорядится ими еще при жизни.

В целом диалоги с Денисом велись примерно в следующем ключе:

– Денис, привет!

– Что там с движением? Рассказывай, я слушаю, – жуя свой сытный обед или ранний ужин, произносил Денис.

– Чем дольше длится лето, тем больше хочется в отпуск, но нельзя. Рабочий процесс в разгаре. Приходиться довольствоваться мыслями и воспоминаниями из предыдущих поездок. В одной из них меня зацепили картины, написанные Вермеером. Это голландская школа, и он, в отличие от большинства художников, за всю жизнь написал всего несколько десятков картин, это очень мало. Одна из самых выдающихся его работ – «Девушка с сережкой».

Но мне сегодня навеяло с картины «Ужин в Эммаусе». Вот если просто смотреть, ничего особенного, но интересна не столько картина, сколько ее история. А история следующая.

Но прежде я хочу рассказать о необычном и ужасном человеке. Это Герман Геринг. Геринг был правой рукой Гитлера во время Второй мировой войны, его избранным наследником. Как и Гитлер, Геринг был коллекционером искусства. Во время войны он проехал по Европе, крадя, вымогая и изредка покупая различные картины для своей коллекции. Он очень хотел что-то, написанное Вермеером. У Гитлера было две картины, а у него ни одной. Наконец он нашел голландского посредника по имени Хан ван Меегерен, который продал ему отличного Вермеера за 10 миллионов в пересчете на современные доллары. Это было его самое любимое произведение искусства.

Вторая мировая подошла к концу, Геринг был схвачен, осужден в Нюрнберге и в конце концов приговорен к смерти. Затем силы союзников разобрали его коллекции, нашли картины и начали разыскивать людей, продавших их ему. В какой-то момент голландская полиция прибыла в Амстердам и арестовала ван Меегерена. Ему было предъявлено обвинение в измене, само по себе караемое смертью. Проведя шесть недель в заключении, ван Меегерен сознался. Но не в измене. Он сказал: «Я не продавал великое произведение искусства этому нацисту. Я нарисовал его сам. Я фальсификатор». Ему никто не поверил. Он сказал: «Я докажу. Дайте мне холст, немного краски, и я нарисую Вермеера намного лучше, чем тот, что я продал тому отвратительному нацисту. Еще мне нужен алкоголь и морфин, без них я работать не могу». С ним пошли на сделку. Он нарисовал отличного Вермеера. Обвинения в измене были сняты. Он получил обвинение в подделке, год заключения и умер героем в глазах голландцев.

Геринг был, по всем меркам, ужасным человеком. Даже для нациста ужасным. Американские следователи описывали его как дружелюбного психопата. Но можно посочувствовать его реакции, когда ему сказали, что его любимая картина была подделкой. Его биограф написал: «Он выглядел так, как будто в первый раз узнал, что в мире есть зло». Вскоре он совершил самоубийство.

Это я все к чему? Ценность произведения искусства основана на затратах сил на его создание. Это и объясняет разницу между оригиналом и подделкой. Они могут быть одинаковы, но у них разная история. Оригинал обычно является результатом акта творчества, а подделка – нет.

Вот и у нас тут, на Восходе, спустя месяц терзаний и перипетий начинаешь ощущать оживление. В проект действительно вдохнули душу, и он – полноценный акт творчества.

– Здорово, что сегодня расскажешь?

– Наша жизнь очень зависит от того, как мы о ней рассказываем. В этом и есть главная опасность, потому что истории могут нас запутать. Но в этом также их сила. А это значит, что если мы можем изменить свою историю, то можем изменить и свою жизнь.

Ты когда на эту абракадабру смотришь, понимаешь что-нибудь? Ничего особенного, ведь правда?

Жесткие мазки, расплывчатое изображение, приторно яркие краски, отсутствие, на первый взгляд, смысла. Мазня, одним словом.

А если попытаться понять картину с помощью биографии художника?

Это Нильс Инъян, норвежский художник времен Мунка. Но ему не повезло, и он оказался в нацистском лагере. Однако выжил и спас сестру, а выжил только благодаря тому, что рисовал портреты нацистов, охранников в концлагере, с медалями и эполетами. И ему это прекрасно удавалось. Освободившись, он дал слово себе и сестре, что больше никаких изображений лиц.

И вот он пришел к такому абстрактному стилю. И именно этот мазок на холсте олицетворяет душу умершей на его коленях сестры Норы и ее отход в мир иной.

Караваджо в своей картине «Смерть Марии» запечатлел именно этот момент, момент исхода духа из тела. Именно тот миг, когда дух еще только начинает свое движение, и апостолы наблюдают за ним, он еще в комнате, он еще не вышел в свет. И это ощущение передает Мария, как бы зависшая в воздухе.

Конечно, манеры письма несравнимы, и вообще это разные весовые категории живописцев, но смысл схожий. Его надо понять, уловить.

Я раньше тоже не понимал, зато пообщавшись вплотную с нашими регистраторами, судьями и прочими чиновниками, понимаешь, что даже самая глубокая абстракция более понятна, чем их логика действий. Если их без философии воспринимать, мозг точно взорвется. То зайдите завтра, то жара, то отпуск, то потеряли, то занесли мало, то устали, ну и так далее.

Вот ты тоже думаешь: «А, ерунда, мазня полная. Что там рисовать? Раз, и готово, и смысл столько денег платить?». Но нет, здесь тоже есть своя история, и она действительно непростая. Кто не знаком с внутренними инструкциями регистраторов, кто не знаком с технологией перераспределения дел, кто не сдавал больше десяти документов за раз, кто не присутствовал на внутренних совещаниях госрегов – сложно сформировать мнение о данном вопросе. Для того, чтобы замешать и выпечь нашу работу, понадобилось много усилий. На дно стакана положили переходы права с одного физлица с суммой сделки, не соответствующей рыночной стоимости, с кучей объектов недвижимости, требующих при каждой сделке переоценку стоимости. Четко принять, распределить в нужные руки, грамотно завести в базу. Далее всю эту гремучую смесь нужно залить Краснодарской проверкой кадастровой палаты, покрошить процесс незатягивания, всыпать четкость и аккуратность, приправить работой по неотложным делам в период форума в городе, добавить надежности в условиях непредсказуемости. И выдать готовый «пирожок» в срок, чтобы не остыл. Вот нам его и выдали еще теплым. Все бумаги со сделок получили. Поэтому я считаю, что все четко и грамотно сработали. Я думаю, что ты должен быть доволен.

Малевич тоже с коммунистами пообщался и стал заниматься изображением действительности в такой форме. Он так и говорил: «Нельзя вылечить чиновников одним лекарством, но можно попытаться привить всем любовь к искусству на примерах».

Только аналитический взгляд способен вычленить абстракцию из любого объекта окружающей действительности. Вот и приходится варьировать между их настроениями, требованиями, новыми законодательными актами и прочим.

Вот я тоже с помощью искусства прививаю любовь и тебе, и им.

– Что с Федоровичем?

– Сегодня сходили с семьей на «Ожившие полотна» Ван Гога. Такие выставки, конечно, очень полезны, они позволяют лучше понять искусство и окультуриться. Пытаешься вникнуть, что художники хотели донести до нас, какие смыслы. Я, например, полностью уверен, что живопись сильно влияет на наш образ мышления, позволяет лучше понять историю, открывает новые смыслы для обдумывания и понимания.

Вот, например, одна из работ – она показывает грязь и тяжесть труда, рассказывает о тяжелой жизни хозяина обуви.

А вот мои кеды Восходовские. Они показывают, каким образом я исполняю свою роль куратора и катализатора данного проекта.

«Спальня Винсента в Арле» – одна из самых популярных работ Ван Гога. Изображение спальни и убранства комнаты крайне нереалистично и непропорционально, что делает картину уникальной и легко узнаваемой.

У меня почему-то возникают ассоциации с убранством и непропорциональностью домика «Федоровича». Я хочу сказать, что «Федоровича» очень активно убираем, разбираем и выкидываем.

– Надо год подбивать, ускоряйся.

Вторая фраза от Дениса в телефонном разговоре была в диковинку. Это был признак хорошего настроения и повод продолжить беседу. А то ежедневные монологи Макса начинали утомлять.

А Денис продолжал:

– Подошел последний месяц уходящего года. Ну и мы в этом году неплохо поработали. Главное, не снижать темпы в будущем. Хочу, чтобы мы строго по моим пунктам отрабатывали. Фильм смотрел – «Афера Томаса Крауна», в ней Пирс Броснан в роли главного героя картину из музея ворует. Именно «Восход солнца» Моне. Я помню, что именно с нее началась эпоха импрессионизма, и я помню, как мы ее обсуждали с тобой на выставку в Пушкинском музеи. А еще я помню замечательную фразу Моне: «Через наблюдение и размышление открывается путь. Поэтому мы просто обязаны все глубже и глубже проникать в смысл».

– Я рад, что ты в своих словах опираешься на картины импрессионистов. У них, помимо традиционных зарисовок городской жизни, очень раскрыта тема осеннего леса. Как умели они превратить увиденное в живописное зрелище! А через эту визуализацию очень хорошо воспринимается наша горка. Очень «Восходом» навевает. Тоже осень, те же яркие осенние краски и, самое главное, тоже вдохновение. Но в отличие от московских галерей, у нас есть возможность окунуться в живую симфонию света и цвета.

И еще один факт. Почти все импрессионисты писали свои картины дома и, как правило, запечатлевали вид именно из своего окна. Моне, например, когда прибыл в Живерни, начал с того, что расчистил заросли и пересадил кусты и деревья с учетом цветовой палитры и времени их цветения. Ох, если бы у них открывался бы такой вид, как наш, какой бы шедевр они написали!

Наслаждение впечатлением, одним словом. Расположились на берегу моря, лицом к нему, и наслаждались бы открывающейся панорамой и свежим морским воздухом. А картины наполнялись бы спокойствием и мирной красотой.

– Макс, ты меня переставай картинами задалбывать. Меня интересуют только деньги, искусство оставь при себе, хорошо? – жестко и твердо произнес последнюю фразу Денис.

Но Макс не мог не обращаться к связям с искусством.

– Что там у нас, докладывай?

– Не обижайся, но ты слишком прочно укоренился в материальном мире. Это важно, без сомнения. Но я пытаюсь как-то развеять обыденность и посеять позитив в твоем сердце. С помощью проекции на визуальное искусство я интерпретирую наши успехи, а порой и неудачи. Иначе мы растеряем умение воображать. А для нашего проекта это важный навык. Мы еще не спроектировали дома, а для этого нам нужно хорошо пофантазировать. Вот я и пытаюсь направить вектор в эту сторону. С визуальными творениями прошлых веков вряд ли кто-то может потягаться. А вот вдохновение оттуда вытянуть – это вполне реально. Поэтому я и пытаюсь сделать тебя неравнодушным к таким сюжетам.

И Макса понесло.

– Сейчас многие специалисты говорят, что любой отрезок работы нужно рассматривать с точки зрения отдельного проекта. И цитируют Петра Первого: «Все прожекты зело исправны должны быть, дабы казну зряшно не разорять и Отечеству ущерба не чинить. А кто станет прожекты абы как ляпать – чину лишу и кнутом драть велю!». Указ от 1717 года.

Вот, например, отдельно взятая картина у художника – это тоже проект. Амедео Модильяни воспринимал все свои картины как отдельные проекты. Его обнаженные натуры – это не абстрактные рафинированные образы, а реальные портретные изображения. Техника написания и теплая световая гамма в картинах Модильяни «оживляют» его полотна.

А как интересны версии касательно таинственных глаз. Ведь Модильяни рисовал глаза далеко не всем своим моделям. Есть версия, что девушки смотрят внутрь себя, что их глаза как бы вывернуты внутрь. Есть версия, что это античные статуи, к которым глаза можно дорисовать только тогда, когда будет понятна их душа. А есть версия, что Амадео специально хотел отвлечь внимание зрителя от глаз, и показать, что не только они могут быть зеркалом души, и тем самым делал акцент на тело и его пластику. А может таким образом он хотел показать, что мир ослеп, что люби перестали видеть прекрасное. И именно поэтому его картины не продаются.

В отличие от классических импрессионистов, Модильяни порой приходилось выменивать эскизы и рисунки на чашку чая прямо в кафе «Ротонда» в Париже. Картины Амедео не продавались, а критики даже не считали нужным комментировать его полотна. Он скончался, так и не добившись широкого признания, зато его агент вскоре очень хорошо разбогател.

В наши дни картина Модильяни «Лежащая обнаженная» была продана в ходе торгов на аукционе Christie’s в Нью-Йорке за сто семьдесят миллионов долларов. Картина заняла вторую строчку в рейтинге самых дорогих произведений, проданных на публичных торгах. Оценочная стоимость картины составляла сто миллионов, торги длились девять минут, наивысшую цену предложил покупатель из арабской страны по телефону.

А может быть, действительно художника обманывал его же агент и специально занижал достоинства?

Так вот, чтобы видеть прекрасное мы не разучились, и чтобы агенты нас никакие не надурили, мы будем очень внимательно и детально анализировать наших архитекторов и постараемся выбрать самого достойного, самого оригинального, самого ответственного, самого порядочного. Мы вышли на финишную прямую по выбору. Я тебе пришлю несколько писем, в каждом письме в хронологическом порядке видение того или иного архитектора, визуализация и планировочная схема. Посмотри, подумай, посоветуйся.

Основная наша задача – выбрать архитектора, который сможет спроектировать на нашем земельном массиве коттеджи для постоянного проживания семьи из четырех человек, с панорамным видом с основной фокусной точки. Архитектура здания должна состоять из нескольких блоков, ориентированных фасадом вглубь участка. Ну и расположить жилые помещения надо таким образом, чтобы это стало изюминкой данного проекта. Скажи свое мнение и давай, пожалуйста, двигать наш Восходовский проект дальше.

– Хорошо, – сухо ответил Денис.

– Денис, добрый вечер! Сегодня эмоциональный день был, по телефону не выговориться, поэтому напишу. Мы закрыли сделку.

Да, сложная, однако, штука – удача. Ведь это нечто, что от наших усилий не зависит и выпадает нам случайным образом, как флэш-рояль в покере. Давным-давно известно, что случайные явления подчиняются закону Гаусса, а это значит, что у большинства людей удач и неудач в жизни примерно поровну, у немногих удачи или неудачи превалируют, а количество людей, в жизни которых наблюдаются только удачи или неудачи, должно стремиться к нулю.

А вот сегодня я уверен, что и в этом году нашему проекту будут способствовать сплошные удачи.

Без удачи мы бы их никак не выкурили с горки этих персонажей. Пять человек по беспределу – тоже без вариантов, а идти на их условия по покупке двух домов, которые им понравятся, это вообще на несколько лет геморроя! Да, очень и очень дорого нам решение обошлось, но мы колоссальную проблему устранили. У нас крупный девелоперский проект, завязанный на работе огромной команды: архитекторы, дизайнеры, инженеры, строители, органы власти и местной администрации. Мы создаем оазис, в котором семьи будут жить поколениями, и они все будут ценить и наши дома, и, самое главное, окружение. Мы формируем стиль и образ жизни. А эти люди нам очень мешали в таких планах. А теперь все, земля наша.

Пофилософствую немного.

Гуляя по галереям и музеям, я ищу вибрирующую картину. Хожу по залам и включив свои локаторы пытаюсь уловить такие картины. Я много раз был в Лувре, и много раз проходил мимо, быстрым шагом вдоль этой картины, а в этот раз она меня остановила.

И эта картина была огромное полотно Теодора Жерико «Плот Медузы». Ничего необычного, на первый взгляд – трагизм, накал, выплеск чувств. Но мне захотелось узнать, что же описано на ней, что же произошло на самом деле?

На картине изображена не библейская тема, а конкретный жизненный случай. Летом 1806 года во Франции произошло страшное кораблекрушение. «Медуза» – название довольно большого судна, четыреста человек было на борту. Среди них – много чиновников губернской администрации. Плыли они в Сенегал. Второго июля «Медуза» села на мель в ста двадцати километрах от берега. На воду спустили лодки, на которых, естественно, разместились высокопоставленные пассажиры и сам капитан с командой. Остальным ничего не оставалось делать, как смастерить из остатков корабля большой плот размером двадцать на семь метров. Его поначалу привязали на буксир к лодкам. Но вскоре тросы оторвались или были обрублены, и люди на плоту остались в бушующем океане наедине со стихией.

Голод, жажда, палящее солнце, болезни, убийства. Вскоре плот был усеян человеческими останками. Семнадцатого июля плот обнаружил проходящий мимо фрегат «Аргус». В живых осталось меньше десяти человек.

В 1817 году капитана и команду судили, приговорили к разжалованию и тюремным срокам. Именно этот судебный процесс, на котором присутствовал художник, и побудил его к написанию данного шедевра. Эскизы он делал со слов людей, оставшихся в живых. И встречались они в морге, чтобы почувствовать запах настоящий гнили, запах мертвечины, увидеть куски человеческого мяса, сопровождавшие и жертв «Медузы».

Говорят, что оставшиеся в живых люди дружили всю оставшуюся жизнь, были единой командой и написали несколько поучительных книг в соавторстве.

Сам художник неоднократно говорил: «Это полотно – любая кризисная ситуация, погруженная на плот. Человек подлинного признания не боится препятствий, чувствуя себя в силах их преодолеть, они даже, подобно дополнительному двигателю, часто становятся причиной самых поразительных дел».

Выводы, конечно, каждый делает для себя сам, но в меня эта картина дополнительно вселила командный дух, уверенность в успехе при командной и слаженной работе, которую мы сегодня все и продемонстрировали. Мы все молодцы! И тебе большое спасибо, что развеял сомнения и первым поверил в успех сделки!

В целом все шло хорошо. Участки выкупались, переговоры велись успешно. Проектировщики проектировали, разрешительные документы на стройку получались, земля докупалась и межевалась по необходимым формам и площадям.

Самым слабым звеном на этом этапе было получение разрешений на строительство.

– Рассказывай, только быстро и четко, – оборвал Денис с первой фразы.

– Как про разрешения начинаю, у меня сразу пульс учащается. Боюсь, скоро стенокардия появится, как говорят армяне: «Только дэнга могут исключить инфаркт».

По разрешениям всегда случались самые неожиданные повороты. Это и так всегда был щепетильный вопрос, а тут опять – эпоха перемен, выборы нового мэра.

Нам дали отказы, но отказы носят сугубо формальный характер, по указанию нового руководства все их дают. Все проверки нашего дела прошли, все параметры согласованы с департаментом. Но отказывают всем. Я частично разделяю твое решение потребовать возврат денег. Но свое мнение процитирую словами Степана Бахчеева – героя повести Достоевского «Село Степанчиково»:

– Ну, так и есть! – вскричал господин Бахчеев, дав полную волю своему негодованию. – Я, батюшка, еще прежде, чем вы рот растворили, догадался, что вы философии обучались! Меня не надуешь! Морген-фри! За три версты чутьем услышу философа!

Здесь и правда вопрос философский. Придираться можно и нужно, но город маленький, профессионалов мало, все горячие и мстительные. И самое главное, в нашем вопросе замешан очень узкий круг лиц. Здесь обвинить «нашу девочку» в некомпетентности и плохой профпригодности сложно.

Но я свою философию засунул себе в одно место. Пригласил «офисных друзей» и поехал на «разборки».

Эрудированная беседа не получилась. Разговор имел чисто дуэльный характер. Превентивная акция превратилась в какой-то «вышибной сценарий». В целом жестковато вышло.

– Плохо следишь. Много говоришь. Эффективность твоя – никакая. Деньги забирай, других ищи, форсаж включай.

– Я бы подождал немного. Прогнозы такие по варианту. А: вероятность успеха – 65%. Вес сложности – 0,75. Риск неполучения – существенный, но не катастрофичный.

– Дальше.

– Вариант Б. Привлекать к получениям разрешений твоих инвесторов и с помощью их связей перекладывать риск неполучения разрешительной документации на них. Пусть своими ресурсами и работают, а мы будем результат принимать.

По крайней мере, этот вариант обладает неоспоримыми плюсами. Это и существенное сокращение наших рисков, и снижение неопределенности в получении разрешений, и создание условий для более качественного строительства не армянским способом, а профессиональным. У будущих покупателей сформируется совсем другое видение. Имиджевая составляющая поднимется в разы, и репутационный имидж будет на высоте.

Они реальные эксперты в этом. Поэтому первый шаг – встреча на этой неделе в Москве. Я думаю, что это именно та веревочка, которая летит нам навстречу.

Вероятность успеха – 95%. Вес сложности – 0,6. Риск неполучения – минимальный.

– Подумаю.

Письма Макса так и пылали позитивом, добротой, любовью к Восходу и желанием в прямом и переносном смысле сдвинуть горы. А как реагировал на них Денис? Отвечал ли он на них? Как правило, сухо, однозначно и кратко. Но читал, смаковал и излучал позитив – это точно.

Они были и интеллектуальными, и интересными, и позволяли за разговорами об искусстве протолкнуть ту или иную рабочую идею. После посещения с Денисом музея дверца интеллекта открылась, и просто сухие цифры и вопросы уже не заходили в нее.

Начал работать канал через изобразительное искусство.

Считывая информацию с картины через сенсорно-очевидный механизм, у Дениса возбуждались позитивные чувства и эмоции, и заставляли принимать правильные решения.

А Макс с легкостью и интересом продолжал находить новые смыслы в старых картинах. И подталкивать его мысли, которые раньше не осеняли в сознании Дениса.

Вариации были разные, но факт был однозначным: объект визуального искусства вызывал новые положительные эмоции.

В его голову стали приходить мысли, которые начали изменять мышление.

А это помогало безапелляционно и с легкостью направлять решения в ту или иную сторону.

Это была рабочая, причем красивая и интеллектуальная, схема для склонения к нужному решению оппонента.

Правильно подобранная картина могла грамотно заметить смысл. Что позволяло заполнить поле восприятия оппонента. У него пища для обдумывания подменялась смысловым кодом с картины. И он был доволен своим решением. «И овцы целы и волки сыты».

Бывало, Денис сильно психовал, когда что-то шло не по его плану или затягивалось. И тогда Макс его успокаивал, убаюкивал своими письмами. Он это любил, и Денис принимал целительные картины великих мастеров как психологический бальзам на душу.

– Денис, у тебя сейчас лицо с картины «Крик» Мунка. Никто это лицо не примет за спокойного человека. Давай спокойно. Я пребываю в состоянии осмысления. Ситуация сложная, но контролируемая.

– Каковы твои действия? Мне нужны результаты.

– Сейчас ничего не следует предпринимать, кроме того, что уже каждый из нас делает. Надо ждать. Все будет хорошо.

Это как с кофе. Вот я сейчас сижу, пью его и пытаюсь тебя и себя успокоить. Время, необходимое, чтобы кофе в чашке остыл до комнатной температуры, определяется по законам физики. Обычно температура чашки кофе – около шестидесяти трех градусов по Цельсию. Но со временем она опускается следующим образом. Каждую минуту кофе теряет три градуса. Если продолжать дальше следовать такой логике, то мой кофе через полчаса замерзнет. Но это абсурд. В расчет не брались ограничения: температура кофе не может упасть ниже температуры внутри комнаты.

Крутизна кривой не сохранится, а станет более пологой.

Вот так и у нас здесь: надо понимать суть процесса и все его сложности, немного терпения, и наша кривизна тоже станет пологой. Все получится, все сделаем, ведь мы вложили много ресурсов.

Я хочу закончить рабочую неделю на позитивной ноте и тебя тоже настроить на успех. Все будет хорошо, просто нужно немного подождать.

– У меня давно есть традиция: когда нужно принять какое-либо решение или немного заглянуть в будущее, я советуюсь вот с этой картиной. «Странник над морем тумана», – вдруг спокойно ответил Денис.

Макс изумился. Такого еще не было, чтобы Денис сам первый заговорил об изобразительном искусстве, да еще и разоткровенничался.

– Я ее когда в Гамбурге увидел в оригинале, прямо что-то щелкнуло внутри, и столько мыслей открылось. 1818 год, а картина свежестью отдает. А потом повесил копию, порой к ней мысленно обращаюсь, и открывается что-то и подсказывает. Я проверял – реально показывает правильный путь. Иногда картина работает лучше всего. И она меня успокаивает.

Видно, одиночество, концентрация мыслей, свежий воздух гор и сказочный туман, вычерчивающий удивительные образы, как-то правильно работают вместе. У каждого, кто бы ни смотрел на картину, свое видение: кто-то видит скалу, похожую на медведя, кто-то – мужской профиль с крупным носом, а я разглядел двадцать восемь разрешений на строительство.

Макс сразу вспомнил о Барковой. Он с ней тоже советовался, и она его тоже успокаивала, и это тоже работало. Столько совпадений, да еще и с Денисом. Денис раскрылся в позитивном ключе, и это радовало.

После такой реакции Дениса Макс стал верить в то, что он нашел свой непревзойденный стиль, через который общение идет намного лучше и быстрее, чем при оперировании обычными аргументами и сухими фактами.

И Макс стал практически любой вопрос, тему и ситуацию переводить на разговор про изобразительное искусство.

А Денис продолжал наращивать свою любимую стратегию «достать вопросами». И несмотря на всяческие торможения со стороны Макса, не сбавлял их скорость и количество.

– Почему так долго? Сколько можно ждать? Ты что там делаешь? Что, сложно ускорить всех?

Вопросы лились как из рога изобилия, они шли пулеметной очередью, и ни тормознуть, ни перебить и уж тем более не ответить на них было невозможно.

Макс выждал паузу и сказал:

– Я буду отвечать через призму изобразительного искусства. Сформировать свою точку зрения и дать полные ответы на все твои вопросы обычным текстом не получается. Ты на один мой ответ вдогонку присылаешь еще пять вопросов.

Я не успеваю по-другому, да и мысль теряется, и вся картина искажается. Поэтому – только визуализация с помощью картин великих мастеров.

Сегодня я отвечу тебе картиной из Русского музея.

Она так и называется – «Вопрос и ответ» художника Стефана Бакаловича.

Кто эти люди, стоящие перед нами?

Когда это было?

Вчера или две тысячи лет тому назад?

Какая разница, если их вопросы и ответы звучат так, как будто задаем их мы сами и сами ищем ответ?

Так что за вопрос и что за ответ?

Не нужно быть большим психологом и знатоком душ человеческих, чтобы понять, о чем может спрашивать этот мужественный юноша, пытаясь заглянуть в глаза прекрасной девушке на закате в римском садике у фонтана.

Но ответ, какой ответ дает она ему?

А ответ она дает, вычерчивая необычную фигуру на песке. Это похоже на рыбу.

При чем здесь эта рыба?

Но девушка смотрит на рыбу, а не на юношу, значит, знак важен, и боюсь, ее ответ не сулит скорого успеха нашему герою.

И все же, почему рыба?

Рыба, символ Христа, была знаком узнавания между первыми христианами в то время, когда за эту новую веру можно было поплатиться головой.

Можно, конечно, порассуждать и предположить, что таинственный знак вовсе не знак Христа, а например знак местной валюты. И девушка намекает своей тростинкой, что она взамен любви хочет финансовых благ.

Я это к тому, что ты нарисовал кучу вопросов, а я предположил, что все вопросы решаемы, но придется щедро платить за их решение. Никто здесь никакими возвышенными и просвещенными взглядами руководствуется не будет.

Денис ничего не ответил. Не в его практике было так легко соглашаться в финансовых вопросах. Взял паузу, а через пару дней прислал картину Пименова «Ожидание» со словами: ну сколько можно ждать?

Макс предположил, что он хочет иметь четкие ответы, а разговоры на посторонние темы и отвлекающие маневры вроде картин в данном случае не проходят.

Снятая трубка создавала ощущение тревожности, а пасмурная погода добавляла тоски и безысходности. Но отвечать было нужно. И Макс начал стучать по клавишам.

Стояла задача выкупить оставшиеся участки и дома на горке, для расширения проектного пятна застройки и увеличения проектируемых домов. Что влекло за собой увеличение всех статей расхода проекта. Но некоторые товарищи имели упрямство и просили слишком дорого. И здесь Максу нужно было проявлять изворотливость. И садоводов немного охлаждать, и Дениса убеждать не жадничать. А чтобы убедить Дениса не жадничать, и все же купить участок с сараем, Макс решил зайти с другой стороны.

– Каждый день смотрю на нашу горку и понимаю, что мы на правильном пути. Еще немного, и будет ничуть не хуже, чем в Ницце или Каннах.

Лето, солнце. Что-то сегодня вспомнилось, как год назад мы с Натальей сидели в Ницце у берега моря в кафе и наслаждались ароматами французского вина. Какое же там вино, не зря его сравнивают с нектаром богов! Оно дурманит, но не пьянит, и приятно возбуждает воображение.

А в голове всплыл портрет Ивана Морозова руки Серова. Но разговор пошел не о не, а о другом представителе этой знатной фамилии. О Савве Морозове. А точнее о версиях его смерти в отеле «Ройял».

Роль личности в истории, на мой взгляд, имеет большое значение, ведь все делают люди. Не зря так много учат именно управлению людьми. Одной из самый противоречивых и интересных личностей в период революции был Савва Морозов. Помимо всего прочего, он был основным и самым главным «спонсором» революционеров, без его денег ничего бы не случилось.

Но интересно другое – его таинственная смерть. Поехал отдыхать с женой в Ниццу и загадочным образом умер. Прибывшие на место полицейские рядом с телом обнаружили браунинг и странную записку, оборванную на полуслове: «Прошу, никого не вините.»

Есть несколько версий его смерти, вот основные:

– самоубийство (официальная версия; не смог выносить этого контрастного душа, сорвался);

– убийство женой (ревность, боязнь потерять все, все официальные показания построились на ее словах);

– убийство революционерами (ссора с роковой любовницей Андреевой, гражданской женой Максима Горького);

– убийство с целью сохранить семейные богатства, организованное родной матерью;

– инсценировка самоубийства (начать новую жизнь в связи с невозможностью избежать наказания за бомбу, изготовленную на его фабрике, с помощью которой убили дядю – царя Николая).

Тебе какая версия больше нравится?

Какая же из этой грустной истории moralite?

Денис внимательно, не перебивая, выслушал Макса. Но потом задал вопрос, после которого все настройки Макса дали сбой:

– Moralite из этой истории – что надо найти людей, которые смогут так же сработать. Человек должен просто уйти в мир иной. А мы будем ходить и версии придумывать.

Такого Макс не ожидал услышать. Вот уж удивил так удивил. Получается, Денис хочет начать новую игру, повышает ставки, приглашает сесть за игорный стол. И Макс не мог пока понять, как играть за этим столом.

Здесь спасал только дружеский совет.

– Кореш, под лежачий камень вода не течет. Надо действовать. Если без подготовки сесть за такой стол играть, он на нары всех отправит по щелчку, а сам придет к сытному корыту. Здесь надо четко понимать, что играть в такую игру – не значит разбивать себе голову. Не нужна работа ради работы. Это самообман, эта работа ни к чему не ведет. Тут надо садится за стол играть, выигрывать и забирать бабло. У него иммунитет хороший, но на любой здоровый организм, существует новый вирус. Вот его и надо найти.

На самом деле ключ к смерти Кощея лежит совсем в другом месте. Долбить стоит целенаправленно, узко и четко – против того, где у него слабые места. А они всегда есть. Игла Кощея находится именно в этом яйце.

– Макс, как я и говорил, – продолжил Кореш, – «лучший способ заработать денег – это стратегия от проблем». Чтобы эту стратегию воплотить, нужно пойти простым путем. Выписать, вспомнить, придумать всевозможные проблемные ситуации на горке. Так что, Макс, бери ручку и вперед.

– Короче, мне нужно перечислить все риски. Я понял.

– Да, кореш, вспоминай открытие Олимпиады. Помнишь, там все было построено по алфавиту? Буква «К» – Кандинский, «Т» – Толстой, «Д» – Достоевский. Так что ты тоже ручку бери и с буквы «А» – авария водопровода – начинай.

– Я понял. Все хотят чего? На букву «Д» – денег. Сразу картины Юрия Пименва вспоминаются. Он любил изображать работу, мощь коммунизма, мотивацию социализма. У него даже картина с таким названием есть – «Даешь тяжелую индустрию».

Мы тоже можем показать вот такую сверхчеловеческую динамику. Смотри, какие пластичные, мускулистые, уверенно стоящие мужчины перед тобой. Все могут делать, все сейчас вытянут.

Вот мы так же можем подойти к рабочему процессу. Крепко взяться за трос и вытянуть его. Весь фокус – на прорыв, несмотря на сложность и невероятные усилия, это можно сделать. Успех неминуем. Как говорил Маяковский об этой картине: «Гвозди бы делать из этих людей, не было б в мире прочнее гвоздей».

– Мне на букву «Д» больше нравится слово «детектив». Игра с входом в новый проект. Снимая слой за слоем с твоего списка, есть шанс добраться до проблем, которые вполне могут стать источником дохода. Собственно, сама буква «Д» восходит к пиктограмме, изначально обозначающей дверь.

И Макс начал свой список рисков.

А. Авария водовода. Но это больше вопрос сдвига земли, оползня. Почва в результате дождей набухает и сдвигается по склону, в результате образуется оползень. Они бывают очень опасны. Для этого и сооружаются подпорные и укрепляющие сооружения.

Б. Оползни – это вообще беда всей горки. Есть на горе активные оползневые участки, есть и старые, которые были засыпаны в результате передвижения земляной массы с участков в ходе подрезки.

В. Лесники. Территория граничит с Кудепстинским лесничеством. Пилить деревья нельзя. Дорога, по сути, – их. Проблемы с 418 участком, он входит в лесничество. На нем стоит куча коммуникаций. Резервуар для канализации огромный, на пятьсот кубов, плюс газовая станция понижающего давления.

Г. Проблемы стройки. ЧП. Мигранты.

Д. Месть старых врагов. Алекс. Галоша. Виктор.

Е. Соседи. Бабка. Жалобы в компетентные органы.

Ж. Проблемы с арестом участков, граничащих с нацпарком, по крупному уголовному делу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.