# Королевы и разноцветная магия. Фэнтези-терапия

Ирина Ягодкина

Фэнтези-терапия – это отдых для души в мире разноцветной магии.Искать и преображать себя можно легко и изящно, просто отправившись в путешествие вместе с юными королевами. Через тайны и приключения, мистику и испытания – постичь красоту собственного сердца, раскрыть сверхспособности, почувствовать свою ценность и обрести тех, кто любит и принимает.Прыгнем в карету и смело помчимся по жизненному пути, чтобы открыть секреты внутренней алхимии и стать полновластной королевой собственной судьбы!

© Ирина Ягодкина, 2025


ISBN 978-5-0067-0315-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Глава 1. Королевства по соседству

Что, если, отпраздновав седьмой день рождения, вы пошли бы не в школу, а взошли на престол? Не верится?! Однако, такое иногда случается.

Некоторое время назад, когда ещё принято было ходить в длинных платьях и передвигаться в каретах, в одной далёкой-далёкой стране жила была необыкновенная принцесса. Магия вмешалась в её жизнь задолго до рождения, поэтому судьба девушки сложилась особым образом. Так вышло, что ей пришлось стать королевой, когда обычные девочки становятся школьницами. Но, обо всём этом позже. Сейчас – некогда, ведь молодая королева собралась в гости.


– Надену-ка я самое роскошное и пышное платье, – заявила Агнесса.

– Ваше величество, но в дороге оно может помяться и запылиться, – возразил Советник – молодой остроглазый брюнет в безукоризненном чёрном фраке и высоком цилиндре.

– Ничего ты не понимаешь! Надо сразу произвести впечатление! И показать, какой должна быть настоящая королева, – Агнесса вздёрнула голову и нервно взмахнула веером. – А то ишь, ходят слухи – подданные соседнего царства свою простушку-королеву буквально боготворят! А своё захудалое государство считают чуть ли не раем на земле, – королева топнула ножкой, наморщила нос и презрительно фыркнула.

– Конечно, конечно! – кивая головой, поддакивал Советник. Хотя, и сам он порой с завистью вздыхал, слушая истории о добродетелях соседней королевы. Не раз ему приходилось попадать под горячую руку своей госпожи, и только покорностью, хитростью и лестью удавалось приспособиться и сохранить должность.

– И непременно надо надеть побольше украшений, – продолжала Агнесса, открывая ларец с драгоценностями. Глаза её сверкнули, подобно изумрудам, россыпи которых составляли ослепительное, но очень уж массивное ожерелье, – Правда, они давят шею, и от этого болит голова… – перебирая многочисленные шкатулки, размышляла королева. – Но, ради статуса я должна потерпеть!

Она снова вскинула свою хорошенькую головку, и локоны густых волос цвета топлёного молока всколыхнулись, словно окружая её ореолом величия и самозабвения.

– Да, да, моя госпожа! Какое самопожертвование! На что только вам не приходится идти во имя престижа государства, – усердно подпевал Советник, стараясь скрыть иронию.


Та, о ком они говорили, была ровесницей Агнессы – королевой по соседству, которую звали Мелисса.

О, как правы оказались король с королевой, назвав дочку этим чудесным именем. Ведь Мелисса на одном из древних языков означает «пчела». Вот так принцесса, а затем и королева с самого детства была прилежной и трудолюбивой как пчёлка.

К счастью, усердие и послушание вовсе не означают холодность и скуку. Четырнадцатилетняя Мелисса была настоящей хохотушкой; чуточку полноватой, но очень симпатичной, подвижной и доброй девушкой. Когда она улыбалась, на её щеках появлялись очаровательные ямочки, а карие глаза лучились миром и доброжелательностью.

«Королевство у меня небольшое, зато очень красивое и уютное», – радовалась Мелисса, выходя на широкий мраморный балкон делать зарядку. Если кто-то думал, что королевы до обеда валяются в постели, а потом лениво завтракают, чтобы только к вечеру собраться на бал, то это не так. Как и подобает царственной особе, Мелисса строго соблюдала режим, и весь её день был расписан буквально по часам. Просыпаясь с первыми лучами солнца, девушка умывалась, расчёсывала свои густые каштановые волосы, делала утреннюю гимнастику и только потом шла завтракать. Ну, а после ароматного чая с хрустящими булочками, королева отправлялась на работу.

С раннего детства во всех играх и затеях Мелиссе помогала верная подруга Фрейлина. Дело в том, что сама королева была не слишком смелой. Она часто робела, порой сомневалась, а иногда и всерьёз пасовала перед трудностями. А вдвоём – всегда веселее и почти не страшно! Когда рядом друг – чувствуешь себя увереннее. И даже как-то ответственнее что ли. Потому что, какая-никакая, а ты всё-таки королева.

Фрейлина была очень высокой и худощавой девушкой, с длинными ресницами и большими янтарными глазами. Они выглядели несколько выпуклыми, так что казалось, она смотрит на мир всегда с удивлением. Она и впрямь была очень впечатлительна.

Когда девочки подросли, то вместе продолжили заниматься и взрослыми государственными вопросами. Каждое утро они одевались в простую удобную одежду: без всяких там шлейфов и рюшечек, и отправлялись по делам. Мелисса считала, что работать в кабинете скучно и не слишком-то плодотворно. Поэтому, в руках её был походный зонт-трость, а на голове – аккуратная соломенная шляпка от солнца. Головной убор Фрейлины имел настолько широкие поля, что её вытянутая фигура сама напоминала зонтик.

Нужно было собственными глазами увидеть: колосится ли на полях хлеб, хорошо ли вычищены дорожки, всем ли хватает еды и питья, и довольны ли жители своими домиками. И обязательно заглянуть в школу: нравится ли детям учиться, а учителям – учить. Юная королева понимала: если в классах царит тоска и скука, то подданые не будут счастливы, а государство не сможет процветать.

Благодаря заботам Мелиссы и её министров маленькое королевство благоденствовало в красоте и достатке. Все жители от мала до велика были образованны и по своему выбору могли заниматься тем, что им нравилось: искусством, наукой, техникой, или сельском хозяйством.

Пейзажи этого небольшого, но ухоженного кусочка земли очаровывали и умиротворяли. Поля разнообразных злаков, луга с душистыми травами, фруктовые сады и теплицы с овощами. Широкой зелёной каймой окружал королевство смешанный лес. Он был густонаселён животными и птицами, а в тёплое время года щедро одаривал грибами и ягодами. А совсем недалеко от дворца красовалось большое почти круглое озеро с прозрачной водой и разноцветными рыбками. Конечно же, их никто не ловил, ими только любовались.

«Замечательное у нас государство! Самое лучшее в мире! – часто восклицала Фрейлина, искренне восхищаясь родными просторами, – и всё благодаря вашей заботе, ваше величество».

«Ну, какое я тебе «величество? – возражала Мелисса, – самая обычная королева. А забота о царстве – это моя работа, причём, очень и очень любимая».

Подданные отвечали ей тем же: добросовестно трудились и любили свою правительницу за её доброту и радение. Зайдя в мастерскую к портнихе, или в пирожковую к пекарю, а тем более – в оранжерею или сад, можно было услышать:

– Наша королева такая удивительная! Никогда не показывает своего превосходства.

– Правда, правда! И разговаривает всегда так уважительно, не важно – с министром ли, с садовником.

– Да и к тому же, как все мы, много работает.

Действительно, Мелисса была скромной и приветливой, хотя, по-прежнему немного застенчивой и робкой. Она ходила пешком, не держала большой свиты, а из украшений всегда носила только одно – самое своё любимое ожерелье из мелких разноцветных камушков. Королева никогда с ним не расставалась, будто оно было её оберегом – символом внутреннего покоя.

Мирно и радостно текла жизнь в этом маленьком государстве.


Пока однажды к ним в гости не собралась королева Агнесса из соседнего государства. Она тоже была очень симпатичной молодой девушкой – изящной и стройной, с длинными светлыми волосами и ярко-зелёными глазами. Но, характер её сильно отличался.

Нет, не стоит думать, что она была плохо воспитана. Хорошие манеры, знание этикета и острый ум – всё это было присуще Агнессе. Но, вспыльчивость и раздражительность заставляли её часто капризничать и становиться несносной. Никто не знал этого лучше, чем её верный Советник. Он, несомненно, был человеком преданным, но хитрым и пытался стать незаменимым в исполнении взбалмошных причуд своей госпожи. Вот почему ради подготовки к путешествию были отложены почти все государственные дела. Королева только и думала, как преподнести себя, чтобы выглядеть роскошно и значительно.

Несколько недель приготовлений к визиту пролетели для Агнессы мгновенно, зато стали сущим испытанием для её слуг. Казалось бы, все давно привыкли к прихотям своей королевы, но почему-то именно это путешествие раззадорило её капризность и требовательность.

Ежедневно она примеряла десятки нарядов и недовольная, возвращала портным всё перекраивать. Лучшие ювелиры страны представляли ей эскизы новых украшений, но Агнессе все они казались примитивными. Парикмахеры и парфюмеры трудились, изобретая сложные причёски и ароматы. В каретном дворе без устали дрессировали лошадей, украшали экипажи и наряжали кучеров. Казалось, вся жизнь королевства была подчинена сборам и подготовке.

Однако, королева Агнесса по-прежнему была неудовлетворена. Какое-то смутное напряжение и беспокойство не оставляли её. Она будто соревновалась, будто боролась с кем-то, будто что-то кому-то доказывала. И эти внутренние противоречия отнимали все её силы, заставляя сердиться и грубить окружающим.

Неизвестно, сколько пришлось бы ещё вытерпеть подданым, но к счастью, настал день отъезда.

Королеву в её роскошном лиловом платье с длинным золотистым шлейфом не без труда поместили в карету, и делегация тронулась в путь. Жители с восторгом и завистью смотрели на блестящее и вычурное убранство экипажа. А когда процессия скрылась за массивными городскими воротами, все наконец-то вздохнули с облегчением.

Агнессе очень хотелось смотреть в окно во время путешествия. Красивые пейзажи всегда действовали на неё успокаивающе. Но, пришлось опустить тяжёлые бархатные шторы, чтобы яркое солнце и свежий ветер не испортили цвета лица, а дорожная пыль не замарала бы парадного платья. Недолгая и, в сущности, приятная дорога показалась девушке утомительной и нервирующей.

## Глава 2. Злополучный приём

И вот, наконец, кортеж прибыл. Пышность его сложно описать словами! Карета, хоть и запылилась в дороге, всё же блестела, как новогодняя игрушка. Кучера, лакеи и даже лошади – все были разряжены, как на карнавал. Советник был напудрен и напыщен, как индюк.

А уж о королеве и говорить нечего! Золотое кружево её платья-кринолин первым показалось из дверцы экипажа. Но, как не стремилась Агнесса к эффектному появлению, всё вышло совершенно наоборот. Её высокая резная корона зацепилась за потолок кареты, широкое платье застряло в дверях, а драгоценный каблук из горного хрусталя увяз в пушистом ковре. Смешно и неловко балансируя, ещё чуть-чуть, и королева полетела бы на землю. К счастью, бдительный Советник вовремя подхватил свою госпожу, хотя и уронил при этом свой цилиндр.

Ситуация была настолько комичной, что могла бы превратиться в занятный анекдот, но деликатная Мелисса пришла гостям на помощь. Она взяла на себя вину за несуществующие шероховатости дороги, которые могли затруднить подъезд её дорогим гостям.

Агнесса изо всех сил пыталась прийти в себя и вернуть обычное своё высокомерно-снисходительное поведение. Она поправила массивные украшения, её свита подхватила богато расшитый шлейф, а Советник водрузил на место свою высокую шляпу. Правда теперь всё это казалось Агнессе каким-то вычурным и излишним. Тяжёлые, вышитые золотом ткани, увесистое колье с россыпью драгоценных камней… Всё это сковывало движения, давило и тянуло. Но, такова уж была цена гордыни и пафоса…


Итак, наши королевы встретились и раскланялись, как того требует дипломатический этикет. Свита тоже обменялась приветствиями. Однако приезжий Советник, подражая своей госпоже, сразу решил подчеркнуть превосходство, поэтому лишь слегка кивнул: «Нечего раскланиваться с этими провинциалами. Да один мой цилиндр дороже, чем весь гардероб ихней королевы». Конечно, он знал, что правильно говорить «их королевы». И конечно, он не мог не заметить, как элегантно и со вкусом была одета Мелисса. Но то ли преданность своей хозяйке, то ли собственное чванство, заставляло его быть придирчивым и необъективным.

Почётных гостей провели в просторный светлый зал, благоухающий запахом жасмина и роз. Мелисса очень любила цветы и выращивала их не только в тёплое время года, но и в зимних садах и оранжереях. Однако это увлечение не откликалось Агнессе. Садоводство она не относила к модным занятиям и отдавала предпочтение верховой езде, фехтованию и коллекционированию.

Она была очень образованной, прекрасно разбиралась в скульптуре и живописи, неплохо музицировала, но на самом деле – страстно любила театр. К сожалению, в те времена подмостки не считались делом достойным монаршей особы, и этот талант Агнессы оставался невостребованным.

Вообще, странно чувствовала себя гостья. В королевстве Мелиссы всё для неё было необычно и очень занимательно. Но принятое дома решение – показать своё превосходство – мешало ей проявлять искренний интерес. Агнесса то и дело спохватывалась, чтобы не увлечься милой беседой и старалась выглядеть надменной. О себе и своём государстве она говорила много и помпезно. О других говорила мало, обычно покровительственным тоном, с оценкой или даже критикой.

Будучи радушной хозяйкой и терпеливым человеком, Мелисса старалась сгладить неровности беседы. Она была внимательной и чуткой к любым прихотям своих гостей. Окончив трапезу и осмотрев, как выразилась Агнесса, «миниатюрный дворец», вельможи отправились на прогулку. Следом за королевами шествовала и их свита.


Ажурная лесенка с округлыми мраморными ступеньками буквально утопала в цветущих растениях. Великолепные клематисы: от нежно-розовых и светло-сиреневых – до оттенков цвета индиго и тёмно-лиловых. Заканчиваясь, спуск, подобно ручейку, перетекал в мощёную тропинку, которая мягким песчаником струилась через весь сад.

Мелиса рада была показать гостям простую и уютную красоту своего королевства:

– Между домиками жителей мы проложили аккуратные дорожки, чтобы люди чаще могли ходить друг к другу в гости. Вдоль дорожек посадили деревья, чтобы для взрослых летом была тень, а детям было где лазить и строить шалашики. В тёплое время года у нас везде много-много цветов. А сами домики мы решили покрасить в разноцветные оттенки, чтобы даже зимой было радостно и празднично.

Но что бы не показывала приезжей королеве Мелисса, та презрительно морщила нос и во всём находила изъян:

– Дорожки можно было сделать прямее и вымостить мрамором, – заявила она авторитетным тоном. – Деревья – это, конечно, неплохо, но есть гораздо более интересные и экзотичные сорта. Ну, а домики и вовсе непривлекательны, если в них меньше двух этажей.

Смотреть поля и сады она решительно отказалась:

– Огороды?! Фу! Скукотища, – Агнесса фыркнула и театрально взмахнула веером, – это зрелище для крестьян, а не для цариц!

Советник королевы во всём подражал и поддакивал своей госпоже. Надменно вздёргивая бровь, он смотрел на всех и вся свысока, будто сам был царственной особой.

– Да уж, бедновато королевство, – видя, что это неправда, тем не менее, говорил он громким шёпотом нарочно, чтобы услышала Фрейлина Мелиссы.

И та слышала. Он мог бы уже и не трудиться, ведь с самого начала этого приёма подруга королевы чувствовала, что что-то не так. Во всём присутствовала какая-то натянутость, какое-то лицемерие и даже вызов. Такое отношение казалось для неё очень странным и непривычным. Сначала Фрейлина оправдывала гостей тем, что они, должно быть, устали с дороги. Или, быть может, у них в стране другие порядки? Но чем дольше шло их общение, тем становилось горше и досадней.

В итоге, Фрейлина совсем поникла. Она так низко наклонила голову, что в своей белой кружевной шляпе с широкими полями стала похожа на состарившуюся бледную поганку. Девушка перестала слушать разговоры свиты и погрузилась в безрадостные размышления: «Неужели, мы и впрямь так бедно живём? Правда ли, что мы отстали от моды? И как может быть, что жизнь крестьян, которые нас кормят, не заслуживает внимания?» Она всегда любила и ценила своё королевство, и ей было горько и непонятно, как кто-то может не заметить царившую тут красоту и благодать.

Так делегация прогуливалась ещё некоторое время. Гостеприимная Мелисса старалась развеять мрачность приезжих вельмож прелестью и одухотворённостью местных пейзажей. Деревья, цветущие кустарники, клумбы и альпийские горки, всё это умиротворяло и восхищало.

Однако настроение гостей, напротив, становилось всё более склочным и задиристым. В глубине души завидуя покою и гармонии Мелиссы, они хотели уязвить хозяйку, поселить в её сердце сомнения и недовольство.

Тем временем, процессия подошла к озеру. Оно было округлой формы, с кристально-чистой водой, в обрамлении раскидистых ив и широколиственных вязов. Художники по ландшафту ни раз предлагали Мелиссе разбить тут парк с беседками и скамейками, но она предпочла сохранить нетронутую природную красоту. Девушка приходила сюда, когда ей хотелось побыть в уединении, когда нужно было о чём-то серьёзном подумать, или просто о чём-то приятном помечтать.

Частенько на берегу озера можно было встретить маленькую пастушку, которая в тени невысокого кустарника пасла своих беленьких козочек. Так было и сегодня. Королева хорошо знала девочку и всегда подолгу разговаривала с ней.

«Может быть, встреча с этим очаровательным ребёнком порадует наших капризных гостей? – надеялась Мелисса. – Даже если моё королевство и впрямь такое жалкое, зато в нём живут добрые и трудолюбивые люди».

Королева приветливо помахала девочке, приглашая подойти к ним.

И тут гостья буквально разъярилась:

– Не пристало мне – августейшей особе общаться с простолюдинами! – она встала, руки в боки, и завопила, – Да от неё, козами, наверное, за версту несёт! И разговаривать эта девчонка, поди, не умеет! – королева выкрикнула ещё несколько крепких словечек, которые упоминать здесь было бы неприлично. Она научилась им в конюшне, когда брала уроки верховой езды.

И вдруг произошло что-то странное. Откуда ни возьмись налетел сильный ветер! Ветки на деревьях затрещали, и ураганом пронеслись сорванные листья. Вода в озере взволновалась, покрылась крупной рябью и приобрела свинцовый оттенок. Уже через несколько секунд небо представляло собой настоящую фантасмагорию: фиолетово-серые тучи сгустились, и чёрная мгла стала наползать на королевство. В воздухе запахло озоном, ударил гром, засверкали молнии и полил ливень!

– Караул! Спасите! Помогите! Моё платье, мои бриллианты! Проклятый дождь! – закричала Агнесса.

Перепуганный Советник сначала совершенно растерялся, но видя рассерженную не меньше грозы королеву, побежал ей на помощь.

– Спасите! Помогите! Кара-у-у-у-у-л! – вторил он, в панике браня слуг и сопровождающих. В суматохе он попытался ухватить шлейф королевы, да так неуклюже, что наступил и оборвал его край.

Спутники Мелиссы тоже не сразу опомнились от испуга. Они растерянно жались друг к дружке, но потом спохватились и поспешили раскрыть свои зонтики, чтобы укрыть гостей от дождя. Однако, истерика Агнессы будто заразила всё её окружение, так что помочь им было решительно невозможно. Хозяевам оставалось только сочувственно наблюдать, как гости добежали до своей кареты и умчались восвояси, забыв даже проститься, как предписывал этикет.


Сразу после этого дождь прекратился так же внезапно, как и начался.

Но по щекам нашей королевы всё ещё текли ручейки. Это капали слёзы. Ей было больно и обидно, и пусто на душе, будто она потеряла что-то очень важное. Всхлипывая, она даже закрыла глаза руками. А когда через несколько минут стала вытирать слёзы и машинально коснулась шеи, то вскрикнула, словно её укололи:

– Ой… Где же моё ожерелье? Оно пропало?!

– Ах, нет, что вы! – подбежала Фрейлина. – Вот же оно! – девушка подняла с земли украшение.

– Должно быть, оно расстегнулось и упало, – с облегчением пролепетала Мелисса. Но мелькнувшая радость тут же сменилась недоумением. – Почему-то все камни стали бледными и мутными, – растерянно пробормотала она, перебирая пальцами потухшие самоцветы.

Королева совершенно расстроилась. Она бережно взяла драгоценное ожерелье, которое теперь казалось грязно-буро-зелёным, и прижала его к груди, будто это было живое существо. Она снова заплакала, не в силах больше скрывать своё горе. Злые и язвительные слова гостей больно ранили чуткое сердце Мелиссы.

– Как могло получиться, что моё любимое королевство оказалось каким-то нескладным? – всхлипывала она, утирая слёзы кружевным платочком.

Фрейлина едва держалась сама. Её нос припух, а глаза были красными, и только огромные поля промокшей шляпы помогали ей скрыть свою горечь. Видя, что госпожа никак не может успокоиться, она овладела собой и помогла королеве застегнуть ожерелье. Руки Мелиссы, да и вся она дрожала не то от сырости, не то от пережитого потрясения. Больно и стыдно ей было от злых оскорблений, которые выкрикивала гостья в адрес маленькой пастушки.

Королева не выдержала. Одним решительным движением она развернулась и побежала к озеру. Не обращая внимания на промокшие туфли, упавшую шляпку и испачканное персиковое платье, она спешила прямо по лужам. Скорее, скорее – извиниться перед девочкой.

А та, как ни в чём ни бывало, вместе со своими козочками стояла под сенью раскидистого вяза. Плотная листва надёжно защищала от дождя, а толстый ствол закрывал от ветра. Казалось, непогода и вовсе обошла это место стороной, так что малышка совсем не выглядела испуганной или огорчённой. Лучики солнца снова заиграли на воде озорными искорками. Прошедший дождь оживил и усилил аромат цветов, и его капли хрусталиками поблёскивали на стеблях травы и бархатистой шёрстке козочек.

Опустив глаза, Мелисса медленно подошла к пастушке. Чувствуя свою вину в том, что произошло, она была не в силах говорить… Тогда маленькая девочка сделала шаг навстречу, нежно обняла её и сказала:

– Вы самая лучшая королева, и у нас самое замечательное королевство! Пожалуйста, не плачьте, а то ваше разноцветное ожерелье окончательно промокнет.

Благодарная Мелисса посмотрела в искрящиеся глаза ребёнка, а потом – на своё украшение. Все камни снова переливались чистыми и ясными оттенками.

Так мир и радость возвратились в это королевство.

## Глава 3. Попытка разгадать секрет

Между тем, живущая по соседству королева Агнесса никак не могла восстановить своё душевное равновесие. Мало того, что её план – показать своё превосходство и разрушить идиллию соседнего государства – провалился, она ещё и опозорилась, спешно бежав от непогоды. «И чего я так перепугалась?! Подумаешь, ливень», – размышляла королева, а саму аж передёргивало от жуткого воспоминания.

День и ночь Агнесса не знала покоя: она всё думала и думала, и думала: «Почему в соседнем царстве все так обожают свою королеву? Ведь их страна в три раза меньше! Дворец – смешно сказать – двухэтажный. Ходит пешком! Платья, прямо скажем, скромные… А свита вообще – простодушные провинциалы».

Тем временем, Советник, привыкший к балам, приёмам и ассамблеям, откровенно скучал.

– Ваше величество, давайте устроим банкет.

Но Агнесса только раздраженно фыркнула.

– Тогда, может быть, концерт? – он многозначительно поднял бровь.

Королева скривила лицо, показывая ещё большее презрение.

– О! У меня гениальная идея, – не унимался Советник, – давайте пригласим цирк!

И тут Агнесса не выдержала. Она выплеснула всю свою желчь и досаду на помощника, заорав и затопав ногами.

– У нас тут и так цирк! Ты что не понимаешь политическую обстановку?! – королева упёрла одну руку в бок, а второй, словно шпагой, грозила веером. – Соседнее царство процветает, горожане расхваливают свою королеву на все лады, и молва о ней скоро полетит по всему свету. К Мелиссе устремятся послы и делегации за советом и обучением, а к нам будут ездить только пировать и развлекаться.

Королева сама пришла в ужас от нарисованной ею же самой картины и снова накинулась на помощника:

– На лицо ужасная несправедливость, а ты – бездействуешь!

Опасаясь гнева свой госпожи, встревоженный Советник решил задобрить её очередным приобретением. Раньше это всегда у него получалось: с каждой новой оригинальной покупкой королева на время успокаивалась, сменяя гнев на милость. Так в их зверинце появился жираф, ради которого пришлось прорубать дыру в крыше. На балконах были высажены пальмы, кокосы с которых нередко падали на головы вельможам. А для парусной яхты подданным пришлось выкопать огромное озеро, ведь страна их была абсолютно сухопутной.

Почувствовав прилив оптимизма, Советник набрался храбрости и сказал:

– Ваше величество, у меня как раз есть отличное предложение. Давайте купим новую карету – двухэтажную! А вместо лошадей запряжём в нее слона. Я выпишу его из самой Индии. И тогда вас уже точно никто не превзойдёт!

Однако, сжатые кулаки и яростный взгляд королевы заставили Советника пожалеть о своём предложении. Стиснув зубы и вытянувшись, словно кобра перед броском, Агнесса чёрной тучей, двинулась к нему.

– Это тебя надо запрячь в двухэтажную карету и отправить в Индию!

Советник впервые серьёзно испугался королеву. Он весь сжался, забормотал извинения, втянул голову в камзол, и опасаясь побоев, попятился к спасительной двери. А затем пулей вылетел из покоев своей госпожи.

А та, истратив на гнев последние силы, расплакалась и в беспомощности рухнула на диван.

Ничто больше не привлекало Агнессу в этом пафосе, во всех этих вычурных и, по сути, бесполезных затеях. И каким бы огромным не было её богатство, у соседней королевы всё же было что-то такое… ценное, чего Агнесса не имела, и даже не понимала. Но, очень хотела заполучить!

Желание превзойти Мелиссу стало для неё каким-то наваждением, подчинив себе все чувства и мысли. Она стала едкой и придирчивой, раздражительной и недовольной; она постоянно критиковала, взвешивала, оценивала. И чем больше Агнесса сравнивала, тем хуже себя чувствовала.

Совсем обессилив, королева задремала, и ей снова приснился давно виденный, но уже позабытый сон. Её отец, которого Агнесса едва помнила, строго, но с любовью обращался к ней: «Живи, дочка, честно, никогда никого не обманывай и чужого не бери. И всегда ты будешь уважаема и богата. А если сумеешь победить в себе ревность и зависть, то найдёшь сокровище ещё более ценное».

С этой не то дрёмой, не то воспоминанием Агнесса и проснулась. На душе у неё стало как-то легче и спокойнее. Она подошла к окну, вдохнула свежего воздуха и, увидев величие и ширь своего государства, – довольно улыбнулась. Королева почувствовала благодарность своим родителям, своим министрам и подданным за то, что страна её богатела и процветала. Её внутренний мир снова наполнился уверенностью и достоинством.


Тем временем Советник, опасаясь потерять свою должность, решил действовать немедленно. Сменив парадный камзол на скромный плащ простолюдина, он отправился в соседнее государство.

Под видом торговца он выслеживал и подсматривал, расспрашивал и подслушивал. Дни и ночи он обшаривал резиденцию королевы и нашёл способ скрытно пробраться во дворец, чтобы тенью следовать за Мелиссой. Он приложил всю свою хитрость, находчивость и смекалку, чтобы разгадать её тайну, чтобы помочь своей госпоже превзойти соперницу, и конечно же, самому сохранить пост. И вот, наконец, он кое-что нашёл.


Ничего не зная о новом настроении Агнессы, Советник с чувством победителя буквально ворвался в её приёмную:

– Я знаю, знаю! Ваше величество! Я раскрыл секрет успеха соседней королевы!

Агнесса вздрогнула. Первым её чувством была досада и какая-то неловкость. Ей больше не хотелось вражды и ссор. За последние дни она так увлеклась государственными делами, культурой и образованием, что вовсе не стремилась снова погружаться в пучину мрачных переживаний. Но Советник так спешил выслужиться перед своей хозяйкой, что принял её молчание за согласие и выпалил:

– Сила Мелиссы в её ожерелье! Оно волшебное! Королева бережёт его и никогда с ним не расстаётся! – Советник сделал паузу. Он весь вытянулся в струнку, как на параде, и закончил рапорт. – Это магия!

Агнесса сначала растерялась и побледнела. Несколько секунд она стояла в нерешительности, а затем губы её сжались, глаза превратились в щёлочки, а лицо покраснело от возмущения и досады.

– Я так и знала! – она топнула, и звук каблучка эхом разнёсся по комнате. – Мистика! Вот почему все так любят Мелиссу! Дело вовсе не в ней самой, а в колдовских чарах ожерелья!

Советник кивал головой и буквально сиял. Он вновь почувствовал свою значимость и был уверен, что вернул благосклонность своей королевы. А та, стараясь укротить своё возбуждение, чинно присела на бархатное кресло и медленно расправила атлас своего платья.

– Браво, мой дорогой Советник! – сказала она покровительственным тоном. – Я в тебе не ошиблась.

Агнесса сделала знак рукой – приблизиться и, слегка прикрыв лицо веером, тихо добавила:

– Теперь ты знаешь, что делать, – она сощурилась и прошептала, – а в награду за тайную службу я удвою твоё жалование.


В это время по соседству – Мелисса занималась повседневными делами государства. Юная королева не только старательно вникала во все вопросы культуры и воспитания, торговли и ремёсел, медицины и сельского хозяйства, но и сама училась. А как же?! Чем выше пост – тем серьёзнее ответственность, тем больше нужно знать и уметь. Именно так с пелёнок её настраивала няня и все министры, зная, что девочке вскоре суждено стать правительницей.

– В этом месяце мне надо получше разобраться в теме градостроительства, – размышляла она, сидя в резном кресле из белого бука и накручивая волосы на палец. – Может быть, пора перенять опыт других королевств? – Мелиса вопросительно посмотрела на стоящую рядом Фрейлину, но та опустила глаза.

– Да и в культуре мы несколько отстаём, – продолжила королева, обводя глазами свой кабинет. Резной стол светлого дерева, обои цвета небесной лазури, камин розового мрамора… Её взгляд вдруг упал на картину – старинное эпическое полотно кисти неизвестного мастера. И тут пришло озарение. – Устроим фестиваль творчества!

Мелисса, словно бабочка вспорхнула со своего места, и подбежав к окну, воскликнула:

– Соберём художников, скульпторов, поэтов и музыкантов.

– Прекрасная идея! – поддержала Фрейлина. – Организуем выставки, концерты, а в заключении – великолепный бал, – пританцовывая, добавила она.

– И пусть участвуют не только наши соотечественники, но и гости со всего света! – в порыве вдохновения королева совсем забыла о своей застенчивости и неопытности международных отношений.

Фрейлина на миг засомневалась, вспомнив малоприятный визит недавних гостей. Но спорить с Мелиссой не стала. Её госпожа светилась таким воодушевлением и радостью, что казалось, всё ей по плечу, и никакие горькие воспоминания не остановят творческого порыва. Девушка учтиво поклонилась и сказала:

– Как пожелаете, ваша светлость. Завтра же объявим о фестивале, – затем она подошла поближе и с теплотой подруги добавила. – А сейчас уже поздно, вам пора отдыхать.

Довольные королева и Фрейлина разошлись по своим покоям, ничего не подозревая о том, что в силу уже вступил коварный план их соседей. И тёмная тень уже крадётся по коридору к спальне её величества.

## Глава 4. Коварный план

В эту ночь у Мелиссы был необычный сон. Ей снились родители. Они ушли из её жизни очень рано – вскоре после рождения дочки, и она не могла их помнить, зато часто видела смутные образы во снах. Мама и папа всегда очень ласково разговаривали с ней, утешали, подбадривали и даже смешили. А когда Мелисса выросла, её грезы, как и вся жизнь, стали более деловыми и даже серьёзными.

Накануне коронации дочери, оба родителя пришли к ней в очень ярком сне. Папа взял за руку и, посмотрев в глаза, сказал: «Заботься о королевстве, дочка, трудись радостно и ничего не бойся». А мама нежно обняла и прошептала: «Будь искренне добра и внимательна к людям, тогда внутренний покой и счастье всегда будут с тобой».

Они надели Мелиссе прекрасное ожерелье из разноцветных драгоценных камней. Оно было необычайно лёгким и таким светящимся, что казалось волшебным. И каково же было удивление юной королевы, когда наутро она обнаружила его у себя на шее.

С тех пор Мелисса во всём следовала тем наставлениям, что дали ей мама и папа и берегла их ожерелье, как самое дорогое, что есть на свете. Оно было для неё благословением родителей и символом внутреннего покоя, с которым девушка никогда не расставалась.

Именно этот сон вновь приснился королеве этой ночью. Мелисса хотя и удивилась повторению, но от долгожданного свидания с родителями чувствовала себя совершенно счастливой. Она будто наполнилась какой-то новой энергией. Королева потянулась и, пританцовывая, побежала на балкон – навстречу рассветному солнышку. Вспомнив о предстоящих приятных хлопотах к фестивалю, она улыбнулась новому дню и с особенным энтузиазмом принялась делать зарядку.

Одеваясь к завтраку, Мелисса подошла к туалетному столику, чтобы надеть любимое украшение и вскрикнула:

– Моё ожерелье! Где оно? Пропало!

Тут же в её спальню прибежала испуганная Фрейлина. Она давно не видела свою подругу и госпожу такой встревоженной. Вместе с королевой они стали всюду искать украшение. На шум сбежались слуги и даже министры. Оставив все свои дела, жители дворца бросились на поиски ожерелья.

Они знали, как дорожит Мелисса этим оберегом – единственной живой памятью о своих близких. Были проверены все закутки и лестницы, перевёрнуты все ковры и подушки, тщательно осмотрены все клумбы под балконом. Минута шла за минутой, час за часом, но всё было тщетно. Украшение исчезло.

Королева сначала очень расстроилась и горько заплакала. Потом она увидела огорчение и растерянность дорогой Фрейлины, которая так ей сочувствовала. Мелисса заметила, как старательно и самоотверженно все её подданные были заняты поисками. Они так искренне стремились ей помочь, будто вся жизнь королевства сосредоточилась на этой пропаже. Королева почувствовала такую поддержку и заботу всех этих дорогих ей людей, что сразу успокоилась и сказала:

– Очень жаль, что я не уберегла свой талисман. Но ведь со мной всегда остаётесь вы – такие честные, преданные и готовые прийти на помощь, – Мелисса благодарно поклонилась собравшимся, и ей в голову пришла мысль: «И со мной всегда остаются добрые наставления моих родителей».

Королева вытерла слёзы, привела в полный порядок себя и свою комнату и отправилась по делам.


Тем временем в соседнем государстве – королева Агнесса не находила себе места, ожидая возвращения Советника. Голова её шумела от мыслей: «Сможет ли он тайно проникнуть во дворец Мелиссы? Получится ли заполучить магическое ожерелье? Как оно работает? Подействует ли на меня его волшебство? Смогу ли стать такой же счастливой и обворожительной как Мелисса? Получится ли у меня наконец-то превзойти её?»

Чем дальше шло время, тем чаще Агнессу охватывала паника: «А что, если моего Советника схватят, и наш коварный план будет раскрыт? Какой случится скандал! Я буду посрамлена. Да что я – всё моё королевство будет опозорено. Ни один честный человек больше не приедет к нам в гости. Не будет ни учёных советов, ни балов, ни состязаний. Что же я наделала»?! – не в силах выдержать тревоги, королева вскочила со своего роскошного кресла и уже готова была выбежать прочь. Скорее – отозвать своего помощника! Предотвратить бесчестие, которое, как она чувствовала, нависло над ней и её королевством.

Но в этот же миг дверь распахнулась, и вошёл он. Закутанный в плащ, Советник нёс на ладони маленькую шкатулку. По его гордому и смелому виду королева поняла, что в ней лежит заветное ожерелье. Агнесса похолодела и почувствовала отчаяние, будто свершилось что-то страшное, повернуть которое она уже не в силах. В отличии от неё, сообщник чувствовал полный триумф и даже некоторое покровительство своей госпоже.

Не смотря на бурю внутренних переживаний, королева вспомнила о статусе и собрала всю свою волю, чтобы выглядеть спокойной. Она глубоко вздохнула, расправила плечи и приняла привычную горделиво-повелительную позу.

– Подай его сюда!

Советник в почтительном поклоне передал шкатулку. Агнесса жестом велела ему отойти. Она трепетала и волновалась, руки её дрожали, и ей не хотелось выказывать своё беспокойство подчинённому.

Давая себе паузу, чтобы унять биение сердца, королева медленно подошла к креслу. Она неспеша расправила платье, села и приняла царственную позу. Взяв украшение кончиками тонких пальцев, Агнесса робко надела его на свою прекрасную шейку. Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох, чтобы наконец-то ощутить внутренний покой.

Бесконечно преданный, её Советник, будто сам должен был надеть ожерелье. Он вытянулся, затаил дыхание и вслед за королевой закрыл глаза, ожидая чуда. И вдруг раздался пронзительный крик:

– Что это!? Как тяжело! Оно давит! Я задыхаюсь! Сними его немедленно!

Совершенно ошарашенный Советник бросился к королеве. Она теребила ожерелье, пытаясь его расстегнуть. Но, не тут-то было! Перепуганная Агнесса, стараясь освободиться, дёргала украшение со всей силы. Шея её покраснела, прическа взъерошилась, а кружевной воротник оторвался. Советник поспешил ей на помощь.

– Не волнуйтесь, ваше величество. Я мигом его расстегну, ведь я мастер по тайным замкам, – очень аккуратно, стараясь не раздражать перепуганную королеву, он стал перебирать звенья украшения, чтобы найти застёжку.

– Скорее! Что ты медлишь?! Спаси меня! Не видишь, я задыхаюсь, – шипела Агнесса, и лицо её из красного стало бледным.

Отбросив деликатность, Советник со всей силы дёрнул нежное ожерелье, надеясь его порвать. Но нет! Оно не поддавалось. Ни расстегнуть, ни разорвать, ни разрезать… никак не снять. Совершенно выбившись из сил, королева поняла, что всё это бесполезно. Ожерелье, действительно, волшебное, но для неё эта магия оказалась губительной.

Немного оправившись от первоначального ужаса, Агнесса попыталась овладеть собой. На самом деле, она никогда не считалась робкой или трусливой. Королева с рождения была очень храброй и решительной девочкой, хотя часто это выглядело как дерзость. Именно за эти качества её ценили, уважали и слегка побаивались подданные.

Собрав последние силы, чтобы не разрыдаться, она выпрямилась и велела Советнику выйти вон. Он был всерьёз обеспокоен и искренне сопереживал своей госпоже, но ослушаться не посмел.

Когда помощник удалился, Агнесса закрыла дверь на ключ, упала на кровать и разревелась. Она плакала навзрыд. Она сокрушалась не только от тяжести ожерелья. Она стенала от злости на себя и на Советника за эту дурацкую идею – похитить украшение. Когда сил на громкое рыдание уже не осталось, королева стала затихать и лишь изредка всхлипывала. Она жалела себя и сетовала на несчастливую судьбу.

И вот, когда Агнесса дошла почти до полного отчаяния, она вдруг вспомнила о Мелиссе… «Боже, как стыдно! Что я наделала! Ведь я никогда не брала чужого. Зависть и ревность совсем меня ослепили», – подумала она.

Будто стряхивая с себя морок злых чар, королева встала с кровати. Она медленно подошла к зеркалу и прикоснулась руками к ожерелью. И вдруг вместо своего отражения она увидела Мелиссу. Добрую, приветливую и немного грустную. Ошеломлённая Агнесса на мгновение замерла перед «своим» отражением, а потом в раскаянии упала перед ним на колени. Всем сердцем королева взмолилась небесам: «Помогите!»

И в этот же миг, будто ярким светом, её ум озарила мысль: «Надо вернуть эту вещь во что бы это ни стало!» И как будто одобряя эту идею, ожерелье сразу же стало легче и перестало её душить.

Приняв решение, Агнесса больше ни секунды не сомневалась. Девушка всегда была самоуверенной и дерзновенной, и понимала, что она сама несёт ответственность за каждое своё действие. Именно эта черта характера всегда давала ей уверенность и силу. Вот почему, не будучи ласковой и милой, королева тем не менее, пользовалась уважением и почитанием не только среди сограждан, но и далеко за пределами своей страны.

Агнесса встала, вытерла остатки слёз, привела себя в порядок и только после этого позвала помощника.

Надо признаться, Советник вошёл не без страха. Он знал крутой нрав своей госпожи и опасался наказания за всю эту сомнительную историю с ожерельем. К тому же, проклятое украшение вселило в него настоящий мистический ужас. Будучи неробкого десятка, хитрым и проворным, Советник тем не менее, трепетал и бледнел, не зная, чего ожидать от своей королевы и её заколдованного колье.

Строгим, но уже вполне спокойным голосом Агнесса сказала:

– Ожерелье придётся вернуть!

Советник замер в полном недоумении, так как видел, что украшение по-прежнему на её шее.

– Я сама готова просить прощения у Мелисы, лишь бы так не мучаться, – она смягчила тон и добавила, – но я не знаю, как показаться на глаза её подданным… Ведь опозорюсь не только я, но и всё моё королевство! Соседи будут думать о нас, как о ворах и мошенниках. Больше никто не захочет вести с нами торговлю, посещать наши балы и спортивные соревнования. Наше государство придёт в упадок, а жители обнищают. Я не могу этого допустить.

Сказав это, Агнесса чуть было снова не разрыдалась. Но не о себе она думала. Она пришла в ужас от того, как один её бесчестный поступок может погубить благополучие всей страны.

Советник был поражён! Его взбалмошная и капризная госпожа, тем не менее, была добропорядочной правительницей, но сейчас он увидел в ней новое качество. Благородство! Он стоял в изумлении, вспоминая, как ещё недавно чувствовал к Агнессе жалость и снисходительность из-за её жажды присвоить силу ожерелья. И ему стало стыдно. Видя в своей королеве такой возвышенный порыв, Советник не мог оставаться безучастным и предложил:

– Ваше величество, вы можете встретиться с Мелиссой инкогнито.

Королева не сразу сообразила, что он имеет в виду. Она привыкла к ярким и пышным делегациям с многочисленной свитой. О её визите всегда предупреждали заранее, чтобы хозяева успели подготовиться и обеспечить достойный прием её персоне.

– Вы можете переодеться крестьянкой и пойти к тому озеру, где Мелисса часто бывает, – видя, что королева всё ещё сомневается, Советник добавил. – Тем более, у них объявлен международный фестиваль, и никто не удивится незнакомцам.

Королева была в восторге! На смену сомнениям пришло нетерпение – поскорее отправиться в путь. Агнесса так благодарила Советника за его идею, что он был необычайно удивлен и даже растроган. Видя её самоотверженность, он дал себе слово – рыцарски защищать её на пути. Чтобы не смущать королеву и не нарушить её планов, он решил действовать тайно.

Агнесса совершенно успокоилась и более того – даже развеселилась. Она взяла Советника под руку и, приплясывая, проводила до двери. Королева подмигнула и вежливо попросила его поскорее раздобыть ей платье простолюдинки.

«С ней явно творится что-то странное, – задумчиво проговорил сам себе Советник, – однако, почему-то мне это даже нравится».

## Глава 5. Предначертанная встреча

В тот же день, не желая медлить ни минуты, Агнесса переоделась деревенской девушкой и отправилась в путь. Свои роскошные светлые локоны она спрятала под платком, нежные белые ручки прикрыла длинными рукавами из грубой ткани, а вместо элегантных туфелек одела простые, но как оказалось, очень удобные башмачки.

Выйдя из дворцовых ворот, королева немного растерялась. Она толком не знала, в какую сторону и по какой дороге надо идти. Не известно, сколько бы ещё она стояла в нерешительности, как вдруг услышала:

– Эй, цветочница, подвести что ль?

Агнесса не сразу поняла, что обращаются к ней. Потом вспомнила, что, продумывая новый образ, они с Советником решили нарядить её продавщицей цветов. В большую корзину ей уложили сырую траву и срезали орхидеи из королевской оранжереи. И если кто-нибудь из соседнего государства спросит, зачем она пожаловала, Агнесса представится цветочницей. Она скажет, что направляется на фестиваль, где будут выставки не только картин, но и букетов. Зная, что Мелисса не делает различий между бедными и богатыми, своими и приезжими, Агнесса была уверенна, что её образ не вызовет никаких подозрений.

– Глухая что ль? – её окликнули снова. – Куда путь держишь, спрашиваю. Корзина, поди, тяжёлая. Давай подвезу!

Агнесса встревоженно повернулась. Голос был грубоватый и с хрипотцой, но всё же показался ей знакомым. Однако, увидев, что это крестьянин, она сразу успокоилась. Он сидел в обшарпанной телеге, в которую была запряжена одна единственная старенькая лошадь. Продолжая уговаривать нерешительную девушку, кучер пояснил:

– Еду в соседнее государство на праздник. Тамошняя королева выставку затеяла, да ещё конкурс на самые большие и красивые овощи. Вот я и решил попытать счастья со своими тыквами.

– О, какая удача, – с облегчением сказала королева, – значит, нам по пути.

Она быстро подошла к телеге, но тут же остановилась в замешательстве. Как в неё залезть? Агнесса с детства привыкла к самым новомодным каретам. Предупредительные лакеи всегда распахивали перед ней дверцы, откидывали ступеньку-подножку и расстилали ковры.

Будто угадывая её неловкость, крестьянин спрыгнул вниз и пришёл на помощь. Он отодвинул в сторону свои тыквы и на их месте постелил мягкое покрывало. Затем он галантно подсадил девушку, и когда она удобно устроилась, сам запрыгнул в повозку, и лошадка тронулась в путь.

Агнесса всегда была очень общительной, но в этом путешествии она дала себе слово говорить как можно меньше и даже лица своего старалась никому не показывать, поэтому они ехали молча. Для крестьянина это тоже было как нельзя кстати, ведь спутником королевы оказался ни кто иной, как её Советник. Чувствуя вину из-за похищения ожерелья, он решил, оставаясь неузнанным, помочь ей во что бы это ни стало.

Так они и ехали на старенькой коняшке в простой телеге по той же самой дороге, где недавно шествовали в пышной карете. Только на этот раз королева не беспокоилась о том, как произвести впечатление, не тревожилась о своём платье и короне. Она с интересом смотрела по сторонам, будто проезжала тут впервые.

Миновав обширные просторы своего королевства, они приблизились к лесу, за которым начиналась земля Мелиссы. Соседнее государство всегда было буквально под боком, но возможно, именно поэтому, лишь недавно заинтересовало Агнессу.

– И зачем только я всё это критиковала и высмеивала… Здесь, и правда, образцовый порядок, всё просто и мило. И как-то даже душевно… – задумавшись, сама с собой вслух говорила Агнесса, любуясь пейзажами соседнего королевства.

Как не прислушивался Советник, не смог разобрать, что там шепчет его госпожа. Может быть, она уже сомневается? Или снова сердится? Или боится? Он не догадывался, что новое видение открылось Агнессе. Во всём окружающем она теперь замечала красоту и заботливое отношение. От этого в душе у неё воцарились покой и благодать.

Но как только показались изящные кованные ворота королевской резиденции, тревога вновь охватила нашу цветочницу. С досадой и болью она вспомнила свой проступок, и ожерелье, и всё то страдание, которое принесла себе и другим своим скверным характером.

– Скоро я тебя высажу, – сказал крестьянин, отвлекая королеву от её тягостных мыслей, – выставка цветов около озера, а мне с овощами надо ехать дальше к теплицам.

Агнесса вспомнила свою роль и стала поправлять платок, чтобы получше спрятать под ним ожерелье. Она коснулась его пальцами, и будто тёплая нежная волна прокатилась по всему её телу. Королева снова почувствовала силу и уверенность, и даже какое-то радостное ликование. Но сейчас некогда было размышлять о своих чувствах.

Агнесса ловко спрыгнула с телеги и взяла в руки увесистую корзину с цветами. Кивком головы она поблагодарила попутчика и направилась по мощёной дорожке к озеру.

Советник, разумеется, не поехал к теплицам, а свернул обратно – к лесу. Там он оставил лошадку пастись на опушке, думая так: «Можно не беспокоиться. У Мелиссы граждане честные, чужого не возьмут» – и сам аж вздрогнул от воспоминания, как он вторгся в покои королевы и выкрал самое дорогое, что у неё было.


Тем временем Агнесса уже подходила к озеру. Удивительно, но каждый шаг на встречу Мелиссе давался ей всё легче и радостнее, а ожерелье совершенно перестало давить. Но королева об этом не думала. Она спешила. И будто заклинание всё повторяла:

– Извиниться! Вернуть ожерелье! Спасти честь государства и благополучие моих подданных!

Девушка остановилась. Сначала она никого не увидела и забеспокоилась, что уже слишком поздно, и все вернулись во дворец. Но вот закатное солнышко показалось из-за облака, и сверкающие на воде блики, как светящаяся дорожка, указали ей место на противоположном берегу. Там стояла королева Мелисса. Она была совершенно одна и будто кого-то ожидала. Агнесса бросилась к ней. Сердце в её груди стучало также громко, как и ботиночки по каменистой тропе.

Подбежав ближе, королева замедлилась и почти остановилась, не в силах идти дальше. Стыд и раскаяние не давали ей поднять глаза и приблизиться к Мелиссе. А та, увидев незнакомку, радостно пошла навстречу.

Когда между ними оставалось всего несколько шагов, Мелисса вдруг узнала гостью и замерла в оцепенении. Её вновь охватили: боль, обида, тяжесть и горечь от недавнего происшествия. Словно защищаясь, она прижала руки к груди, зажмурилась и поджала губы.

Не выдержав мучительной паузы, Агнесса подняла глаза, и, словно задыхаясь, стала хватать воздух, силясь что-то сказать. Слова комом стояли у неё в горле, мешая дышать и говорить. Чтобы утереть слёзы, девушка подняла краешек платка, и вдруг Мелисса вскрикнула.

Она заметила ожерелье. Казалось, в одно мгновенье весь мир для неё перевернулся. Внезапное озарение заставило её просиять. Словно мановением волшебной палочки вдруг разом исчезли все страдания и опасения. Мелисса посмотрела на небо и, будто улыбаясь кому-то невидимому, смело шагнула навстречу задиристой гостье. Подойдя, она бережно взяла за руку всхлипывающую Агнессу, которая теперь выглядела кроткой и молчаливой.

– Не плачь и не бойся, я всё знаю! – ласково сказала Мелисса. – Ночью мне приснился сон. Там были мои родители и они открыли тайну! Что у меня есть сестра, – на этих словах Агнесса вздрогнула и подняла глаза, – и как только доброта придёт в её сердце, мы встретимся и узнаем друг друга, благодаря волшебному ожерелью.

Агнесса по-прежнему молчала, а в голове её колокольчиками зазвучали пророческие слова отца: «найдёшь сокровище». Она вдруг посмотрела на Мелиссу глазами сестры, и только их изумрудное сияние могло рассказать, что она теперь чувствует. Это было какое-то новое состояние блаженства, она вся будто засветилась изнутри.


Однако, не совсем правда, что девушки у озера оказались совершенно одни. В густых камышах у самой кромки воды притаился Советник. Акробатически балансируя на сыпучем обрыве, он наблюдал эту сцену, словно заворожённый. Он не верил своим глазам. Где эта привычная горделивость и властность, где дерзость и всегдашнее превосходство? Его королева будто преобразилась. С одной стороны, он был очарован её искренностью и трепетностью. А с другой – беспокоился о том, сможет ли она теперь править, а он – вести прежнюю жизнь знатного вельможи.

Когда его мысли унеслись во дворец к балам и приёмам, раздалось громкое кваканье. Как обычно, никого не предупреждая, лягушки начали своё вечернее пение нестройным хором. От неожиданности Советник будто с небес свалился. Он оступился и плюхнулся в воду.

Шум и плеск привлекли внимание сестёр, и обе королевы устремились к камышам.

– Давайте руку, – первой подбежала Мелисса и стала помогать барахтающемуся юноше. Когда он выбрался на берег, королева хотела его отряхнуть, но тот изворачивался и прятал лицо. Как только приблизилась Агнесса он и вовсе ссутулился и, казалось, готов был провалиться сквозь землю.

– Что такое?! – возмущённо вскричала королева, тут же узнав приближённого. – Ты за мной шпионишь?! – она чуть было не накинулась на него с кулаками, как вдруг заметила ту самую одежду. Агнесса мгновенно узнала своего попутчика и благодетеля. В один миг в памяти пронеслась вся её дорога сюда. Вот благодаря кому она осталась неузнанной и с чьей помощью быстро и безопасно добралась до соседнего королевства.

Советник, ожидая гнева своей госпожи, зажмурился, поэтому даже не сразу понял, что его обнимают и благодарят. Королева взяла его за руки:

– Спасибо! Спасибо! Спасибо, мой дорогой верный Советник! Ты так меня выручил!

Придя в себя, помощник воспрял и даже сначала почувствовал гордость за свой поступок, но потом вдруг сделал шаг назад, почтенно поклонился и проговорил:

– Простите, моя королева. Я не заслуживаю вашей благодарности, а напротив – должен быть наказан. Ведь это я похитил ожерелье.

– Что вы?! Наоборот! – вмешалась Мелисса, – если бы не ваш замысел, мы бы никогда не распознали друг друга, – теперь и она узнала в этом промокшем крестьянине важного Советника.

Фрейлина Мелиссы долго не могла успокоиться после того злополучного визита и всё жаловалась на него своей госпоже. И вот он – тот же человек, но теперь раскаявшийся, смиренный и благородный.

– Ожерелье, и правда, волшебное, – проговорила вслух свои мысли Мелисса, – оно как будто помогает каждому стать лучше.

– Как это? – с недоумением спросила Агнесса, – ведь я из-за него пошла на преступление, и мой Советник тоже.

Она все ещё не сознавала своих внутренних изменений. А вот чуткая Мелисса сразу заметила и оценила, какое преображение случилось с её прежде заносчивой и резкой сестрой. Второй раз она видит Агнессу, и это – совершенно новый человек.

– Честно говоря, я и сама не знаю, как оно работает. Это ожерелье передали мне мои родители накануне коронации, – и тихо добавила, – во сне.

– Наши родители! – будто сердясь поправила Агнесса и сделала строгое лицо.

Мелисса засмеялась и обняла сестру. В этот волшебный день ничто не могло помешать её радости.

– Я поняла! – вдруг воскликнула Агнесса и ударила себя ладонью по лбу. – Именно об этом папа говорил мне в том сновидении!

Настало время и Мелиссе удивляться.

– Он сказал, что если я сумею победить в себе… – королева запнулась, – победить ревность и зависть, то найду сокровище, – она схватила за руки всё ещё не понимающую Мелиссу. – Ты! Ты – моё сокровище! Моя родная сестра, – Агнесса бросилась на шею Мелиссе, с новой силой переживая радость встречи. – А я-то думала, что круглая сирота.

– И я так думала, – согласилась Мелисса, – и даже жаловалась своей няне, когда была совсем-совсем маленькой. А та всегда мне отвечала: «кто знает, деточка, кто в этом мире сирота, а кто нет. Ты люби людей – и никогда не будешь одинокой». Потом она глубоко вздыхала, и её взгляд замирал, будто она кого-то вспоминает. А по щекам текли слёзы. Я думала, что это мои жалобы так её расстраивают и старалась больше на эту тему разговоров не заводить.

Агнесса глубоко вздохнула и как-то сразу загрустила. Она вспомнила, как годами изводила свою няню капризами, сетуя на несчастную судьбу сиротки. Добрая и терпеливая женщина старалась изо всех сил угодить своенравной девочке, но чувствовала, что подрастает настоящий тиран. Тогда она попросила помощи министров, и те сумели увлечь порывистую, но очень деятельную Агнессу государственными делами.

«Надо же, какие мы разные» – подумала королева, но не стала ничего говорить своей сестре. Ей очень не хотелось разочаровывать Мелиссу и портить этот чудесный день горькими воспоминаниями.

Тень огорчения на её лице не осталась незаметной, но деликатная Мелисса решила оставить задушевные разговоры до более подходящего момента.

– Какие же мы с тобой эгоистки, – деловито сказала она, – упиваемся своим счастьем, а твой бедный помощник стоит весь мокрый и уже, должно быть, замёрз. Пойдемте же скорее во дворец! Ему надо переодеться и согреться у камина. А потом я напою вас горячим чаем.

– Но… как я появлюсь при дворе в таком виде? – возразила Агнесса и небрежно дёрнула край холщового платья. – Не могу же я уронить королевское достоинство.

– Ваше величество, – вмешался Советник, – а что, если мы представим это как одну из ваших… э… творческих затей?! – он хотел сказать «сумасбродных», но вовремя спохватился. – Будто вы специально инкогнито отправились на фестиваль, чтобы проявить своё актерское дарование!

– Пожалуй, но … – неуверенно начала Агнесса. После недавнего скандального визита ей было неловко появиться во дворце Мелиссы в образе крестьянки, да ещё и с насквозь промокшим Советником.

Но хозяйка тут же пришла к ней на помощь:

– Я всем объявлю, что ты моя сестра, и они сразу же тебя полюбят! – сказала она так твёрдо и уверенно, что Агнесса тут же согласилась.

## Глава 6. Две королевы

Близился вечер, и не мешкая больше ни минуты, все трое зашагали по тропинке в сторону дворца. Тараторка Мелисса всю дорогу подбадривала своих гостей. Она рассказывала, как демократичны они в своем государстве, как мало беспокоятся о должностях и почестях, и уж тем более, не волнуются о нарядах и украшениях. Агнесса со своим помощником шли молча, и каждый по-своему думал о словах королевы-хозяйки.

«Как глупо и напыщенно я выглядела в тот злополучный приезд. Привыкла всех покорять красотой и роскошью, а тут совершенно другие нравы», – с досадой и сожалением думала Агнесса.

«Как можно не заботиться о должностях и привилегиях? Ради чего тогда жить?» – размышлял честолюбивый Советник. Новые мотивы и устремления ещё не успели в нем укорениться.


Как только Мелисса с компанией вошла во внутренний двор, навстречу им выбежала Фрейлина. В белом платье с длинными рукавами, всплёскивая руками, она была похожа на большую птицу, вот-вот готовую взлететь. Она ужасно беспокоилась из-за долгого отсутствия своей госпожи, но не могла ослушаться её просьбы. Мелиса велела не провожать её к озеру и не искать в случае задержки.

Тревога на лице подошедшей Фрейлины сменилась крайним изумлением. Она наморщила лоб и устремила свои большие янтарные глаза на гостей. А когда их узнала, то невольно отпрянула, затем вся будто сжалась в ожидании новых неприятностей.

Королева Агнесса полностью овладела собой за время ходьбы. Заручившись поддержкой сестры и поняв здешние порядки, она не стала дожидаться официального представления и заговорила первой.

– Здравствуйте, уважаемая Фрейлина, – она приветственно кивнула и продолжила, – я вижу, как вас удивил наш неожиданный визит. Но ведь и вы сами отчасти тому причина. Весть о фестивале творчества, к которому вы приложили столько сил, долетела и до нашего королевства.

Вне всякого сомнения, Агнесса умела быть обаятельной и подобрать нужные слова для достижения своих целей. «Браво!» – оценил Советник её манёвр.

– Как видите, мы с помощником решили поучаствовать в театральном отделении программы и переоделись деревенскими людьми, чтобы остаться неузнанными.

Королева держалась уверенно и с достоинством, чего нельзя было сказать о Советнике. Его одежда была насквозь мокрой, а в волосах запутались водоросли. В таком виде он чувствовал себя глупо и крайне неловко. К тому же, контраст с его прошлым помпезным образом был просто невыносим.

Видя, что помощник готов провалиться сквозь землю, а Фрейлина смотрит всё ещё с недоверием, Агнесса добавила уже менее официальным тоном:

– Кроме того, нам хотелось бы извиниться и загладить то неприятное впечатление, которое могло остаться у вас после нашего прошлого визита.

Напряжение момента тут же спало, и все вздохнули с облегчением.

Мелиса была восхищена выдержкой и тактом Агнессы. Она даже заговорила чуть более церемонным чем обычно, тоном:

– Дорогая Фрейлина, уважаемые министры, – обратилась она подоспевшей свите, – давайте поприветствуем мою сестру – королеву Агнессу.

После первого «ах» на минуту воцарилась тишина. Её наполняли очень разные эмоции: кто-то ликовал и радовался, кто-то был в ужасе и ожидании подвоха, некоторые замерли в растерянности и замешательстве. Мелиса решила рассеять общее оцепенение и со своей привычной непосредственностью весело сказала:

– Это моя любимая и самая дорогая на свете сестрёнка Агнесса! – девушки встретились глазами и взялись за руки с такой теплотой и искренностью, что всё недоверие вельмож тут же улетучилось.

Забыв опасения и скованность, все принялись горячо поздравлять сестёр. Многие поверили в театральную-фестивальную версию и даже похвалили талант гостей к перевоплощению. Понурый и до этого зажатый Советник сразу же ожил, распрямил плечи и с гордостью наслаждался неожиданно свалившимся на него триумфом артиста.

Уже почти совсем стемнело, когда вся процессия вернулась во дворец. Министры разошлись по своим делам. Фрейлина отправилась распорядиться о покоях для гостей. Советник был поручен заботам лучшего банщика королевства. А сёстры наконец-то остались наедине в маленькой чайной комнате.

– Мне так много нужно тебе рассказать! Так о многом расспросить, – затараторила Мелисса.

– И мне! И мне! Я даже не знаю, с чего начать. Я хочу всё знать о тебе и о наших родителях, – вторила ей Агнесса.

– А ты разве о них ничего не знаешь? – удивлённо проговорила Мелисса.

– Я думала, это ты мне всё объяснишь, – с ноткой разочарования произнесла Агнесса.

Тут в дверь вежливо постучали, и на пороге показалась няня.

– Ваши величества, позвольте войти, – с почтением произнесла она и поклонилась. Мелисса тут же вскочила и радостно побежала ей навстречу. Она редко виделась теперь со своей любимой воспитательницей, ведь та переехала жить в отдалённое крыло дворца. Королева бросилась ей на шею и ласково прошептала: «Няня», – так звала она самого близкого и дорогого с детства человека.

Агнесса сидела неподвижно и чувствовала некоторую рассеянность, недоумевая, какие ещё сюрпризы преподнесёт ей этот счастливый, но очень утомительный день.

Няня, видя усталость и замешательство гостьи, нежно высвободилась из объятий Мелиссы и подошла поближе. Присев в глубоком реверансе, она ласково сказала:

– Для меня большая честь и радость приветствовать ваше величество, – и вдруг женщина вздохнула, всхлипнула и, обняв ошеломлённую Агнессу, разрыдалась. К ним прильнула Мелиса, и все трое дали волю слезам, которые столько лет копились внутри.

– Бедные мои девочки, мои маленькие сиротки, – говорила няня, чуть успокоившись и гладила по головкам обеих девушек, – как много вы страдали и как мужественно всё преодолели. Теперь родители могут вами по-настоящему гордиться.

Агнесса вздрогнула и первой пришла в себя.

– Родители? Что вы о них знаете? – будто догадка или подозрение охватили её. – Вы гораздо старше нас. Значит, точно должны знать о наших родителях! И… – она не договорила, вспомнив о своей няне. Вот кого она должна была расспрашивать о своём происхождении, а вместо этого – упрекала и закатывала истерики. Досадуя на свою несдержанность, Агнесса постаралась взять себя в руки, чтобы и тут не повторить ту же ошибку. – Дорогая, пожалуйста, расскажите нам всё, что вы знаете, – уже более вежливо и терпеливо попросила она.

Мелисса всё ещё вытирала слёзы и наблюдала за всем как-то отстранённо. Она вспоминала, как много раз пробовала расспрашивать няню о своих родителях. Но та всегда находила способ отвлечь девочку и переключала её внимание на какое-нибудь интересное занятие. А когда Мелисса стала старше, и уходить от ответов удавалось всё сложнее, няня незаметно отдалилась и переехала в уединённые покои. Тем не менее, она незримо присутствовала в жизни юной королевы, направляя её воспитание именно так, как…

– Как завещали родители, – услышала она голос няни, продолживший её собственные мысли.

Обе девушки вопросительно посмотрели на женщину. Она почти оправилась от потрясения, которого так давно ждала и так опасалась, но к которому готовилась. Няня вздохнула и сказала:

– Я знаю тайну ваших родителей и тайну вашего появления на свет, – и как бы извиняясь перед Мелиссой, добавила, – но я не могла рассказать об этом раньше. Я дала слово. Как и твоя няня, – обратилась она к Агнессе.

Девушки смотрели на неё широко распахнутыми глазами, и казалось, обе готовы были упасть в обморок от усталости и нервного перевозбуждения.

– Все разговоры оставим до завтра, – ласково, но твёрдо произнесла няня, – сейчас вам обеим нужно отдохнуть.

– Нет! – в один голос воскликнули сёстры: одна с возмущением, другая – с мольбой.

Но воспитательница была непреклонна. Ведь сейчас перед её чуткими глазами были не две августейшие особы, а две маленькие уставшие и очень хрупкие девушки.

Женщина обладала поистине гипнотическим даром успокаивать людей. Она уложила едва стоявшую на ногах Мелиссу в постель и отвела зевающую Агнессу в её покои. Зная, что утром начнутся расспросы, няня не пошла в свои апартаменты, а легла спать в маленькой комнатке по соседству с Мелиссой, как делала это раньше.

Ночь прошла спокойно и мирно для всех, включая вымытого и накормленного Советника. Фрейлина постаралась забыть обиды, комфортно его устроила и угостила самыми изысканными блюдами. Она была рада долгожданному счастью своей госпожи и стремилась сделать всё самое лучшее для её новых спутников.


Мелисса проснулась с первыми лучами солнца. Её взгляд упал на туалетный столик, где, сияя золотистым светом, лежало возвращённое сестрой ожерелье. Она сразу вспомнила все события вчерашнего дня, и ей захотелось поскорее бежать к няне. Но было бы невежливым прямо сейчас вторгаться в её спальню с расспросами, так что, пришлось успокоиться и начать свой день как обычно. Умывшись и сделав зарядку, Мелисса аккуратно уложила свои каштановые волосы, надела любимое платье нежно-персикового цвета и направилась в соседние покои.

Как только дверь тихонько скрипнула, Агнесса открыла глаза и уставилась на сестру. Казалось, минуту она не понимала, где находится, и что с ней произошло.

– Доброе утро, сестрёнка, – ласково сказала Мелисса, подходя и усаживаясь на край прелестной кровати с шёлковым балдахином.

Тут и Агнесса разом всё вспомнила. Она засияла и нежно улыбнулась. Но уже в следующий момент опомнилась. Девушка вскочила, резко сбросив одеяло и начала одеваться. Она суетилась, раскидывая вещи, и нервно бормотала:

– Эх! Что же это я проспала! Скорее-скорее, идём к няне. Нам нужно срочно всё разузнать!

Зная темперамент сестры, предусмотрительная Мелисса поспешила её успокоить. Для этого уже была вызвана служанка с горячим шоколадом и ароматными булочками.