Рюкзак воспоминаний
Лина Югова

Оформление обложки ChatGPT OpenAI

© Лина Югова, 2025

ISBN 978-5-0067-0306-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

И снова здравствуйте.

С вами по-прежнему я – и мой рюкзак воспоминаний. В нём хранятся истории – кривые, косые, смешные, безумные, странные, простые и самые неожиданные.

По правде сказать, этой книги могло бы и не быть, если бы не вы – те, кто читает, спрашивает, пишет мне: «Когда будет продолжение?»

А я каждый раз в ответ удивленно хлопаю глазами, пожимаю плечами и думаю: «А что писать-то? Первая книга – так, баловство. Просто подарок родным и близким. А вы почему-то ещё просите… И что вы в этом нашли?».

Ну ладно, ладно. Мне не жалко. Рюкзак у меня большой, историй в нём ещё хватает.

Эта книга – собрание историй о дорогах, неожиданных встречах и путешествиях, в которых можно узнать себя. О том, как случайности меняют жизнь, как дорога бывает щедра на удивительные совпадения и как иногда нужно просто взять и сорваться навстречу неизвестности.

Так что устраивайтесь поудобнее – и давайте вместе разбирать этот рюкзак воспоминаний.

Приятного чтения!

Приветствие

Внезапно я начала задумываться о том, как происходят встречи.

Не заметила, как изменила своё отношение к приветствиям. Раньше я не любила тактильные проявления. Каждый раз, когда одноклассницы прощались и пытались обнять меня, меня передёргивало, лицо искривлялось, и это казалось пыткой. Тогда мне это казалось диким.

Всё изменилось, когда я стала ходить в походы. Там царила особая атмосфера. Люди встречали друг друга с широко распахнутыми руками, с улыбкой, с открытым сердцем, как будто ждали этой встречи всю жизнь. Это было непривычно, но почему-то даже мне, человеку, избегавшему объятий, в конце похода хотелось обнять каждого на прощание.

Со временем это стало естественным ритуалом – обниматься при встрече и при расставании. Иногда я настолько увлекалась, что, оказавшись в компании, где 90% – мои знакомые, могла обнять даже тех, кого видела впервые.

В городе всё иначе. Некоторые люди сами тянутся к тебе, и это чувствуется. Кто-то явно хочет обнять, а кто-то держит дистанцию. Постепенно я поняла, что с некоторыми мне нужно время, чтобы привыкнуть к тактильному контакту.

Сейчас чаще всего это простое «Привет!» или кивок головой. С некоторыми у нас свои ритуалы – например, ворваться в кабинет с криком «Здарова, Петушара!» и после громкого смеха всё равно обняться.

Некоторые протягивают руку для пожатия – но у меня теперь на это пунктик. Уже несколько лет я не люблю этот жест, он кажется мне отстранённым, даже оскорбительным, особенно от некоторых людей. В таких случаях я прямо говорю, что не принимаю такую форму приветствия.

Есть и те, с кем можно вообще не здороваться. Не потому, что мы враги или плохо общаемся. Скорее наоборот. Просто человеку это неважно. Можно воспринимать это по-разному: либо вы никогда не прощались, а значит, и приветствие не нужно, либо если хочешь загнаться – можешь напридумывать себе, что ты не достоин приветствия этого человека… Но мне больше нравится первый вариант.

Иногда я задумываюсь, что же делает приветствие настоящим. Это слова? Жест? Или, может, сам момент, когда два человека признают присутствие друг друга?

В какой-то момент я поняла, что нет универсального приветствия. Оно всегда разное – в зависимости от человека, ситуации, настроения. Иногда это бурный взрыв эмоций, иногда – едва заметный кивок. Главное, что стоит за этим жестом, – искренность.

И, наверное, лучшее приветствие – то, которое не ощущается как формальность, а действительно даёт понять: «Я рад тебя видеть».

Карлсон, который спит на крыше и Карлсон, который пьёт на крыше

Дело было в Перми. Эта история случилась со мной и Юлей, которая прекрасно рисует и лазает по деревьям, как обезьянка. Отличница нашего класса, маленькая, смелая девчонка, которая чаще всего составляла мне компанию в разведывании новых территорий.

– Лина! Хочу новые фото!

– Куда в этот раз?

– Поехали в город?

– Погнали.

Было лето, в ту ночь ожидалось лунное затмение. Мы приехали в Пермь из нашего посёлка.

– Хочу залезть на крышу… – говорит Юля, уже озираясь в поисках подходящего здания.

– Это, конечно, интересно. Но где нам взять открытую крышу?

Юля обожала высоту, а я её боялась. Поэтому энтузиазма в поисках у меня было немного, но всё же он присутствовал.

Мы пробовали проникнуть на несколько многоэтажек, но все выходы на крышу были закрыты. Оно и понятно. В какой-то момент я вспомнила, что мой одногруппник-фотограф недавно снимал фотосессию на крыше. Написала ему, объяснила ситуацию. Записала координаты и инструкцию, как туда попасть.

Уже около 21:00. Мы подошли к нужному дому – всего три этажа, но почти в самом центре Перми. Двор огорожен забором и домофоном с двух сторон. Юлька караулит у одного входа, я у другого. Зашли одновременно, караулим нужный подъезд. Бинго! Мы внутри. Поднимаемся и упираемся в железную вертикальную лестницу. Всего-то метра 2—2,5, но нутро протестует. Я терпеть не могу такие лестницы – шаткие, неудобные, ведущие в тесный проём с уступами.

Юля ловко лезет вверх, забирает мой рюкзак и шёпотом подбадривает:

– Лезь, всё нормально, давай быстрее, пока никто не увидел!

Звук открывающейся парадной двери придаёт мне виртуального пинка, и я, собравшись, влетаю на чердак. Закрываем за собой люк.

Чердак, как и большинство чердаков, тёмный и пугающий. Я, привыкшая к чердакам деревянных домов, осторожно ступаю, проверяя доски на прочность.

Крыша треугольная, но где-то здесь должен быть выход на ровную часть. Немного побродив, находим маленькое окошко на нужный выступ.

Я, наконец, выдыхаю. Юля достаёт из рюкзака бутылку вина.

– Ты серьёзно?! Всё это время таскала её с собой?

– Ну да, а что? – Юля хлопает глазами, искренне не понимая, что тут такого.

Чтобы успокоить мандраж, делаю пару глотков. Начинаем фотосессию. Уже заметно начало затмения.

– А давай останемся тут и встретим рассвет? – предлагает Юля.

– Хм. Ну давай. Только родителям напишем, чтоб не ждали.

Юля успокаивает своих тем, что я умею драться, а ещё у меня есть нож и тяжёлый фотик.

Ну да, нож и фотик у меня действительно есть в 90% случаев. Но как они могут помочь – ума не приложу. И вообще, с чего она решила, что я драться умею?

Становится прохладно. Достаю из рюкзака ветровку и кофтой делюсь с Юлькой.

Меня хватает до середины затмения. Затем я сворачиваюсь клубочком, подкладываю рюкзак под голову и засыпаю.

Просыпаюсь на рассвете. Юля не спала, но отчаянно зевает. Время около пяти утра.

– Ну что, как затмение? – я пытаюсь полностью открыть глаза.

– Краси-и-и-в-о-о-е! – радостно докладывает Юлька.

– Прекрасно. Домой поедем?

– Угу.

Вы же знаете, что спускаться всегда страшнее, чем подниматься? Это пипец.

Юля спрыгивает первой, берёт вещи и подгоняет меня. Я зависаю на середине лестницы. Тело как-то не особо стремится выполнять команды, а мозг почему-то в легкой истерике, но виду не подаёт.

Слышу звук поворачивающегося ключа в одной из дверей. Делать нечего, остаётся пара ступенек – просто спрыгиваю.

Дверь открывается.

На пороге – женщина средних лет и явно не в лучшем настроении.

– Вы чего тут делаете?!

– Эм… ну… в гости пришли, – на ходу придумываю я.

– На крышу?! В гости?!

– До свидания! – эту фразу я уже кричала, когда неслась по ступенькам вниз сверкая пятками.

Спустившись вниз, мы засмеялись. Не шумели, не бузили, не орали. И всё равно, в пять утра умудрились наткнуться на какого-то жаворонка. Во везучие!

Так и появилась история про Карлсона, который спит на крыше, и Карлсона, который пьёт на крыше.

Я всё-равно тебя достану!

Искала информацию про Чебаркуль, но наткнулась на переписку с парнем. Сижу и понять не могу… кто это, что за разговоры такие, что вообще происходит?!

И тут я потихоньку начинаю вспоминать – и дико смеяться.

Имён раскрывать не буду, конечно же. Заменю на другие. История произошла в 2018 году, если что.

Однажды одногруппник попросил разбудить его, чтобы мы вместе съездили в магазин – закупить снаряжение для похода на Приполярный Урал. Он вообще не походник, а я к тому моменту уже активно втянулась в походную жизнь.

В назначенный день пишу, звоню – в ответ тишина. Телефон не алё, а у меня других дней нет, до похода осталось всего пару суток. Сижу, бешусь.

Я знала, что он снимает квартиру с другим парнем. Пишу этому парню (благо мы были немного знакомы). Тот на работе, смеётся: мол, вряд ли его сейчас поднимешь.

В итоге прошу у него адрес квартиры и ключи. И он спокойно (!) мне их отдаёт, когда я доезжаю до его работы.

Не помню, каким образом, но в эту авантюру я ещё вписала подругу из походной тусовки. Они между собой не были знакомы.

Заходим в квартиру. Подруга сразу на кухню с фразой:

– Ну, разбирайся.

Пока я его будила, она там немного прибралась и чайник включила.

Так вот. Лежит тело на диване. Я его толкаю – отмахивается. Я сильнее пихаю – что-то бубнит и опять отмахивается. Я снова пихаю и говорю:

– Макс, блин! Хватит спать!

Он в шоке, поднимает голову, хлопает глазами и судорожно хватает ртом воздух. Надо было видеть его выражение лица! Это стоило того – хотя бы ради этого.

Когда он немного пришёл в себя, задал вполне резонный вопрос:

– Офигеть. Ты как сюда попала?

Я молча показываю ему ключи от квартиры.

– Ясно, – отвечает он.

В этот момент из кухни выходит подруга:

– Привет! Я Катя.

Лицо у него снова вытягивается. Глаза по пять рублей, судорожные попытки вздохнуть. Да, они ведь раньше не были знакомы.

– Давай вставай, приводи себя в порядок и поехали.

Пока он очухивался, я залезла в его комп и позвала подругу. У нас с ней была важная миссия – найти и выбрать болотники.

Когда вышли из квартиры, одногруппник сказал:

– Я в шоке. Я сначала подумал, что это сон… С тобой опасно иметь дело. Из под земли ведь достанешь!

Вижай

Предыстория

В то время я уже работала руководителем техотдела в компании по разработке сайтов и мобильных приложений – компании, которая при моем участии была создана с нуля.

Мой директор, Алёна, сначала заболела на две недели, а затем ушла в отпуск еще на две. Не помню точно, в какой последовательности, но причины были. Остальное не так важно.

Мне же пришлось частично взять на себя её обязанности. Замечу, что к тому времени я уже активно интересовалась походами и моталась по выходным в ПВД (походы выходного дня).

Как сейчас помню: был четверг. Первый рабочий день Алёны после долгого отсутствия.

Время почти 12, и вдруг мне пишет наш Команданте – человек, с которым я начала свой путь в туризме.

– Едем завтра на сплав? Для тебя особые условия. Тебе тренироваться надо перед Приполярным Уралом.

– Блин, ты мне сейчас всю работу сломал. Мне как минимум надо отпроситься и отменить две тренировки на выходных.

– Завтра в 7 встречаемся у Драма.

Через два часа я собралась с мыслями и пошла выпрашивать выходной у директора.

После моей фразы о том, что мне нужен выходной, в меня полетел ежедневник. Успела увернуться.

Пишу инструктору:

– Я сделала первую попытку, меня пытались огреть ежедневником. Чуть позже будет попытка №2.

– Ерунда.

– Ну, ты в общем знаешь, что мне нужно из вещей: спальник, пенка и т. д. (да, в то время у меня ничего своего не было).

– Я уже положил. С тебя фотик и шоколадки.

Еще через два часа я сделала вторую попытку.

Алёна тяжело вздохнула, сказала что-то вроде: «…дуй куда хочешь» и «Давай свои проекты сюда, рассказывай, что там и как».

Добби был свободен. Но Добби ошибался.

В 19:00 я вышла с работы, но внизу меня уже ждали мои отбитые друзья – Аня и мой одногруппник Игорь (который теперь, кстати, муж Ани). Шансов сбежать от них было крайне мало.

Мы поехали сначала в одно место, потом в другое, шатались туда-сюда.

Где-то в три часа ночи сидели в машине во дворе Аниного дома и болтали о какой-то фигне. Тут-то я и взмолилась о пощаде:

– Ребятушки, отвезите меня уже домой. Мне ещё вещи как-то надо собрать на три дня, а в семь утра я уже должна стоять у Драмтеатра.

Они услышали и отвезли.

Захожу домой. Мама спит. Свет толком не включить – разбужу. Достаю из дивана свой старый (ещё дедовский) рюкзак «Басег». Подхожу к шкафу, и в темноте, на ощупь и наугад пихаю вещи в рюкзак. После этого вызываю такси и еду на место сбора.

Забегая вперед, скажу: это был единственный мой поход, где вещи были собраны идеально. Ничего лишнего, и всё из них было использовано. Хватило ровно столько, сколько надо.

Сплав

Это был сплав по Вижаю в Пермском крае. Моя первая более-менее бодрая речка с препятствием в виде Пашийского прижима. Но, как оказалось, главное препятствие на этой реке было вовсе не оно.

Май на Урале выдался прохладным, по берегам местами лежал снег.

На мне были тёплые носки, резиновые сапоги, какие-то ветрозащитные штаны, под которыми были другие штаны. Футболка, кофта, мембранная ветровка. Обычные перчатки и какая-то шапка.

Сапоги на стыке со штанами перемотаны скотчем, чтобы избежать попадания воды. Тише-тише. Это был мой второй сплав в жизни. Я тогда еще не знала, что так делать нельзя.

Катамараны – огромные бананы, скреплённые трубами. Сидели мы на своих же гермах, потому что оборудованных сидушек не было.

Нас было 11 человек, два катамарана.

Я шла на кате с Команданте, на своём любимом месте – спереди слева.

Всё шло хорошо. Мы без проблем прошли Пашийский прижим и немного расслабились. А зря. Река снова сузилась и начала петлять.

И вот, выходя из-за очередного поворота, мы увидели поперёк реки дерево – в туризме такое называют «расчёской». Большинство из нас растерялось. Пристать к берегу не успели, но загасили скорость и насколько возможно – плавно воткнулись в дерево.

Та самая «расчёска». На фото, конечно, смотрится не страшно.

– Наклоняемся вперёд! Береги голову! – командует капитан.

Ветка заехала мне в левый висок – потом был синяк.

Мы зацепились привязанными вещами, но инструктор быстро нас освободил, и мы выбрались. Хотя в тот момент время казалось вечностью.

Но это ещё не всё.

Едва мы очухались, капитан заорал, чтобы мы гребли – часть катамарана тащило на огромный торчащий кол. Мы немного не успели, и Рома, который сидел сзади слева, принял удар на себя. Кол упёрся прямо в его спасжилет.

Катамаран остановился, нас начало подтапливать.

Но Команданте не растерялся. Он ухитрился вытащить Романа между гондолами, и мы снова освободились.

Следовала команда: «К берегу!».

Но второй катамаран, шедший за нами, растерялся.

Один из участников – пловец – сделал глупость: спрыгнул перед катамараном и попытался остановить его собой. Чудом там оказалось мелко, чудом его не размазало по дереву.

Катамаран замедлился и вошёл в дерево боком. Дальше – хуже. Люди один за другим начали падать в ледяную майскую воду.

Я услышала:

– Весло! Лови весло!

Вижу весло в реке. А оно вроде близко к берегу идет, как мне казалось. Куда же мы без весла-то дальше? Я и сама не поняла, как оказалась по колено в воде. И вот, оно почти рядом. Нужно сделать всего-то один шаг в сторону. И я делаю этот шаг. Хватаюсь за весло и тут же оказываюсь по самые уши в ледяной воде. Не помню, как, но я успела другой рукой схватиться за катамаран. Обошла его и встала между гондолами.

– Ты же меня подержишь? Подержи, пожалуйста, – говорю Лене.

Лена в шоке.

Роман в два прыжка оказывается рядом, вытаскивает меня за шкирку, ставит на землю, встряхивает, суёт Прикамский бальзам:

– Пей.

И я пью.

Тут уже и Команданте подлетел, рявкнул, чтобы все, кто сырые (7 из 11 человек) быстро переодевались в сухое.

Я пыталась развязать веревки, которые держали мой рюкзак, но все было тщетно, пальцы не слушались от холода. Но и тут, появился Команданте, быстро развязал и вытащил герму на берег.

В тот момент, я поняла, что переодеваться на виду – это все херня, особенно, если у тебя для этого есть веские причины.

Сам же Капитан ушел экстренно разводить костер.

Далее все, кто переоделся стояли у костра и грелись. Мы разговаривали о произошедшем и кажется, смеялись. Возможно, это было нервное. Когда все согрелись, нужно было продолжить путь, чтобы дойти до стоянки. Там, где мы сейчас находились – так себе место для ночлега. А до потенциальной стоянки всего лишь минут 10—15 ходу.

Честно скажу, было страшно садиться и идти дальше.

И вот, мы на долгожданной стоянке. Ставим лагерь, все вместе готовим ужин. А ночью, у большого костра сушили свою одежду и смеялись. В тот день, Команданте решил не ставить свою палатку и ночевал в палатке со мной и Леной.

Я закрываю глаза, а у меня встает картинка с быстрым течением реки и как я постоянно врезаюсь в камни, в скалы, в мосты, в деревья и разбиваюсь. Раз за разом на бешеной скорости. Кажется, до мозгов наконец стало доходить, что произошло сегодня. Я открываю глаза. Лежу. Пытаюсь снова уснуть. И всё повторяется. Я пытаюсь перебороть эту штуку и не открываю глаза, но тут меня начинает потряхивать. И кажется, это было не из-за холода.

– Эй, ты чего? – спрашивает меня Команданте.

– Потом расскажу. Все нормально, щас пройдет…

И спустя ещё какое-то время я, наконец, засыпаю.

Утром мне по-прежнему было страшно идти на воду. Но деваться было некуда.

Мы без приключений добрались до финиша. Начались сборы снаряжения. Команданте, уже тогда, без палева, прививал мне мысль о том, что я будущий инструктор. Он постоянно твердил мне: «Займись делом». До сих пор эта фраза звучит его голосом в моей голове.

Тогда мне дали задание собирать у людей гермы и что-то ещё из снаряжения.

Запомнился момент, когда кто-то из ребят подошел ко мне и спросил:

– А ты давно сплавами занимаешься?

– Это мой второй сплав в жизни и второй за последние 2 недели…

– Да ладно?! Серьёзно?

– Ну да

– Блин, а я думала ты уже давно этим профессионально занимаешься.

Я тогда очень сильно удивилась, но мне было приятно. С некоторыми ребятами мы до сих пор общаемся. А один из них стал инструктором КП. Вот так вот бывает.

***

Стивен Кинг пишет в своей книге о том, что большинство текстов рождается дома, в уютном закрытом кабине с письменным столом. Мои же тексты, в большинстве своём рождаются где-то в пути. Практически всегда вне дома. Либо вторая часть из них рождается на границе сна и яви, когда пытаешься уснуть или проснуться. И скорее исключением считаются тексты, которые написаны мной дома. Вот и этот текст я хотела написать дома утром, но почему-то пишу его пока еду в метро из точки А в точку Б.

25 годиков

25 годиков. Так много и так мало одновременно. Столько всего было за эти годы.

Где-то за неделю до моего дня рождения, в моей голове вдруг стали бродить мысли, одна за другой. Я не смогла их игнорировать и большинство записала. Получились некоторые откровения, убеждения, выводы и факты обо мне. Вот:

Люди и добро существуют. Так же, как и нелюди, и зло.

Юмор может спасти мир. И пускай даже если это мир одного человека.

Настоящие друзья существуют. Так же, как и предатели.

Амбиверт. Веду и ощущаю себя со всеми по-разному.

На моём лице всегда всё написано.

Иногда ловлю себя на том, что веду себя как зеркало.

Могу неосознанно копировать манеры, привычки, фразы некоторых людей.

Смысл жизни так и не найден. Возможно, его и нет. Но это не страшно.

Команда – вот что важно. А в ней понимание, забота, юмор.

Самовнушение – очень мощная штука.

Memento mori. Смерть всегда где-то рядом. Каждое мгновение.

Могу, не задумываясь, назвать как минимум пять случаев, когда была на грани этого мира… и почему-то выжила.

Я не люблю животных. Они мне просто нравятся – и то не все, и не всегда. (Не считая своих, конечно. Их – искренне люблю).

Агрессия в моей крови. Почти научилась с ней обращаться.

Баланс. Он нужен во всём, везде и всегда.

Нужно делать то, что нравится и не нужно делать то, что не нравится. (Увы, не всегда всё так, как хочется и можется)

Есть люди, способные к эмпатии. А есть те, кто не способен.

Не всем дано меня понять. И мне не дано понять всех.

Музыка может как спасти, так и добить.

Тоже самое со словами. Они могут убить или спасти.

Ответственность – за себя, за свою жизнь, за свои решения. Иногда – за жизни других. И даже непонятно, что из этого проще.

И чё?

Говорить нужно ртом. О том, что хочется или не хочется, о том, что чувствуешь или не чувствуешь. Кажется простым, но на самом деле… так трудно.

Люди слушают, но не слышат. И видят только то, что хотят видеть.

Утро бывает добрым, но крайне редко. Особенно если ты – сова.

Так и не понимаю, во что верю. Во что-то высшее – вполне возможно. В церковь – не верю.

Вот в себя точно нужно верить. И любить себя тоже. Но без фанатизма.

Судьба, может, и дура. Показывает очень и очень странные дороги. Но пока не подводила. И на том спасибо.

Мне нравится писать. И я надеюсь, что когда-нибудь напишу что-нибудь стоящее. Но это не точно.

Между двумя вариантами слишком велика вероятность найти третий вариант.

Безумство – заразно. :)

Мы сами выбираем свою реакцию на ту или иную ситуацию. (с)

Никогда не знаешь, где тебе повезёт (с)

Все всегда уезжают навсегда. Вместо нас всегда возвращается кто-то другой. (с)

Всё временно.

Внешность – обманчива. И первое впечатление тоже.

Ничто не случайно.

Я ценю в людях Человечность и искренность.

Полгода в походах равны нескольким жизням.

До сих пор считаю, что должна была родиться в другом году. (где-то в 1986-м примерно)

В тихом омуте черти водятся / философ / собачница – так меня называли в школе.

Я перескочила из третьего класса в пятый, пока все остальные одноклассники пошли в четвёртый.

С некоторых пор моя маленькая мечта (цель) – побывать в Италии. А лучше – объехать часть мира на машине в хорошей компании. Как и планировалось раньше.

Иногда кажется, что мир рухнул и всё потеряно (сильная драматизация, ага), но… со временем об этом забываешь.

Счастье, может и не в деньгах, но… с ними живётся как-то счастливее.

Бесит, что некоторые люди думают, будто знают меня лучше, чем я сама.

Жизнь научила: не зарекайся; -)

Есть люди, с которыми существует какая-то иная связь.

Читая книги – я вижу фильм. Ибо визуал :)

Могу сказать «А», затем провести у себя в голове какую-то невероятную логическую цепочку и сказать, например, «У». После чего словить на себе максимально удивленный взгляд и реплику: «Что?!». Приходится объяснять как я до этого дошла.

Минск. Случайная прогулка

Вы когда-нибудь случайно выходили из дома погулять в другую страну? Нет? А вот у меня – бывало.

1 января 2023 года. Если что, мы были абсолютно трезвые, как никогда.

– А какие у тебя планы на новогодние каникулы? – внезапно спросила у меня Аня.

– Ну, до 4-го в Питере, потом улетаю. А что?

– Хотела позвать погулять.

– Давай.

– 3-го норм? Пожелания будут?

Я залезла посмотреть билеты до Минска. Мне понравилось. Скинула скриншот Ане.

– А я бы вписалась…

– На день?

– Ну а что.

– А давай!

*******

Я сидела в комнате с мамой и в какой-то момент начала смеяться. Немного нервно. Мама удивлённо посмотрела на меня. Она пила чай.

– Ну, тут такое дело… – начала я издалека.

– Что?

– Я, кажется, через пару часов улетаю в Беларусь.

Мама немного подавилась.

– Ты бы хоть проверяла, прожевала ли я, когда говоришь такие новости.

– Прости, я думала, ты уже привыкла за столько лет.

*********

Через 5 минут мы уже купили билеты и спешно собирали вещи.

Билеты искали во всем известном приложении «Aviasales», но покупали на официальном сайте «Победа». Так было немного дешевле. Так как ехали всего на сутки – багаж нам не был нужен. Взяли сразу билеты туда и обратно. Купили их буквально за три часа до вылета.

В аэропорту мы были уже через час, сидели в бизнес-зале и ждали начала посадки. Попали туда благодаря Аниным Тинькофф-привилегиям.

Кстати, у Тинькофф есть программа Tinkoff Premium со всякими плюшками:

– увеличенный кэшбэк,

– проходка на двоих в бизнес-залы в аэропортах раз в месяц,

– страховка для путешествий по всему миру,

– ещё больше кэша за авиабилеты, концерты, кино, театры,

– бесплатная связь от Тинькофф,

– и прочее.

Стоя в очереди на посадку, мы задумались, где будем ночевать.

Жильё нашли и забронировали через Тинькофф Путешествия (он же Островок). В центре Минска за 2500 рублей за двоих. Можно было найти дешевле, но ввиду срочности и местоположения квартиры остановились на этом варианте.

По-моему, это было офигенное начало года. Мне нравится. Зря что ли мне так много желали путешествий?

Вышли, блин, погулять в другую страну.

Сначала был квест – уехать из аэропорта. Потом – заселиться в квартиру и не обделаться от страха. Затем – найти, где пожрать ночью. Ну и финалочка – дойти до дома, не зайдя в клубешник. Танцуем!

Итак, 1 января мы с Аней внезапно вышли погулять в Беларусь.

Валюты с собой не было. Всё путешествие мы обходились без бумажных денег. У меня была виртуальная карта MIR, у Ани – физическая. Иногда виртуальная карта не прокатывает, так что лучше иметь с собой обе. Кстати, кредитная карта MIR, скорее всего, не сработает. По крайней мере, у меня не работала. Только дебетовая.

Связь. Роуминг. Ради одного дня нет смысла покупать местную сим-карту, поэтому я взяла тариф роуминга в Мегафоне за 399 руб (60 минут звонков, 1 ГБ интернета). Карты Яндекса по Минску скачала в зале ожидания, музыку и пару фильмов тоже. В квартире был Wi-Fi, так что 1 ГБ хватило с запасом.

Добраться из аэропорта Минска до жилья можно на общественном транспорте: на большом автобусе или маршрутке. Мы попробовали маршрутку – не влезли. Ждать следующий автобус не хотелось, поэтому вызвали такси. Яндекс. Такси работает и там, но машина искалась долго, а у водителя были проблемы с предыдущим пассажиром, так что ждали мы почти полчаса.

Из неприятного: при заселении нас сначала попытались поселить в маленькую комнату с одной двухместной кроватью. Хотя бронировали мы трёхместный номер. После выяснения обстоятельств нам предложили переехать в квартиру, где была четырёхместная комната. За ту же цену. Квартира – а-ля коммуналка, но соседей мы встретили только один раз в коридоре.

Что нас реально испугало – так это люстра. Она жила своей жизнью. Плавно опускалась на проводе вниз, затем втягивалась обратно в потолок. Картина, честно говоря, жутковатая. На наши вопли и видео администратор сказал, что в квартире натяжные потолки, и, скорее всего, открыто окно. Из-за этого в потолке сквозняк. Закрыли окно – всё прекратилось.

После этого мы вдруг осознали, что неплохо было бы поесть.

Хотелось итальянской еды. Нашли заведение, но там уже закрылась кухня. Печаль.

Оказалось, что в районе 22 часов вообще не так просто найти, где поесть. В итоге зашли в местный Мак – там и поужинали.

Затем наткнулись на весьма тусовочную улицу – для ориентира «Ул. Герцена, 12». Там уже по звуку найдёте куда идти.

Я вообще тот ещё «тусовщик», но тогда мне захотелось танцевать. В клуб Аня меня не пустила, поэтому мы плясали прямо на улице. Было весело и атмосферно.

Из культурного: советую посетить музей миниатюр «Страна Мини» – идеально, если у вас мало времени на подвиги.

Не забудьте прокатиться в местном метро и заглянуть в главную библиотеку.

У нас были ровно сутки, чтобы оглядеться, поэтому мы носились по городу как в сапогах-скороходах. Забавно, что в тот момент неподалёку, в нескольких кварталах от нашей квартиры, временно жила моя бывшая директриса из Перми. Но мы так и не пересеклись.

Вот так мы просто вышли погулять… в другую страну.

Мой 2018-й

Изначально это была старая заметка-вырезка из диалога с подругой про 2018-й год. В процессе редактирования внезапно вмешался попутчик, и получилось то, что получилось.

В этот раз наш поезд стоял. Очередная плановая проверка содержимого вагонов и общего состояния состава.

Мы с попутчиком прогуливались неподалёку. Весна на календаре, но ещё не в природе. Солнышко пригревает, но при любом удобном случае норовит спрятаться за пробегающую мимо тучку. Ветра, словно играя в бу-ци-фа, решают, кто из них сегодня будет в приоритете. Южный или северный? Или сегодня ничья?

Мы вернулись к поезду и пошли вдоль вагонов. Попутчик с интересом их разглядывал. Они были абсолютно разные – цвет, размер, качество, состояние.

– О-о-о, а это что за повидавший виды вагон? – он ткнул пальцем в сторону несуразного, большого, разноцветного.

– А, это мой 2018-й. Потрёпанный, но очень насыщенный. Время от времени чиню его, чтобы не развалился. Многое тогда было. Он мне дорог.

– Ну я догадываюсь, по внешнему-то виду он прям такой… мощный, что ли, – задумчиво протянул он.

– Да, знаешь, мне он напоминает о важном, – я ненадолго задумалась. – Это как… до и после.

– Судьбоносный год? – ухмыльнулся попутчик.

– Ага. Причём не только у меня. Многие знакомые в том году переехали или кардинально изменили свой курс. Или, знаешь, в их жизни произошло что-то такое, что перевернуло всё. Тогда почти у всех был выбор. Сложный, но важный.

– Понимаю, о чём ты. У меня тогда полностью сменился круг общения. И помню, как потерялся среди всех этих новых людей и образов.

– Ага. Иногда в такие моменты страшно. Неизвестность пугает.

– И не только. Вдруг почему-то кажется, что ты один во всём этом мире и, чёрт возьми, просто не понимаешь, что теперь делать и куда идти.

– Именно. А ещё выбор… Выбирать тогда совсем не хотелось. Потому что то, из чего выбираешь, одинаково дорого и важно.

За разговорами мы не заметили, как дошли почти до конца состава. Мимо промчался другой поезд.

– Нет, даже не так, – я приостановилась. – Когда-то ты этого хотел. Начать заново. С чистого листа. И вот, спустя время, сотни дорог сошлись в одну. Ты стоишь перед развилкой. Идти по асфальтовой дорожке, где хоть что-то видно, или свернуть на едва заметную тропинку, где впереди сплошной туман и вообще нихрена непонятно.

– Что-то ты разошлась.

– Ну а что? Ты ведь когда-то этого хотел? Хотел. Вот и получи, распишись, как говорится, – не унималась я. – Рано или поздно судьба преподносит такие сюрпризы.

– Как будто раньше ей было не до тебя, а сейчас вдруг освободилась, вспомнила, что ты чего-то желал, и такая: «О, настало время!» – подхватил попутчик.

– Ага. И ей плевать, что у тебя только-только всё наладилось, и ты, в общем-то, никуда особо не рвёшься. Но нет. Выбирай, дружок. Пора. И ты не можешь сбежать от этого выбора, как, скорее всего, делал раньше. Не можешь просто плыть по течению. У тебя просто не получится так сделать. И обстоятельства, порой очень жестокие, всё ближе и ближе толкают тебя сделать выбор.

– Может, можно… отсрочить? Отложить? – неуверенно спросил он.

– Не, в таких делах лучше не медлить. Обстоятельства уже дышат тебе в спину. Если замешкаешься, судьба сделает свой ход. И, скорее всего, тебе это совсем не понравится. Возможно, даже будет больно. Очень. И ты подумаешь, что это несправедливо. (Хотя, может, тебе и правда повезёт, кто знает). Но это только в начале. Потом всё нормализуется, и ты поймёшь. Почему так. К чему всё это было. Для чего. И, скорее всего, осознаешь, что именно этого и хотел.

– Подожди… Дай угадаю. Вот тут-то и начинается новая жизнь? Полная чудес и открытий?

– Ну да. Что-то типа того, – я улыбнулась.

Мы вернулись к тому самому вагону, с которого начался разговор. На мгновение притормозили, уважительно его оглядели и пошли дальше. Всё так же разговаривая и вспоминая тот год.

Детские мечты

Навеяно разговором с дорогим для меня человеком.

Мама! Мама! Я хочу летать!
Нет, сынок, нельзя! Присядь.
Мама! Мама! Я хочу кричать!
Нет, сынок, нельзя! Молчать.

Детство не уходит, его просто предают.
Бьют его годами, всячески клюют.
Детство в человеке хочет долго жить
Но ребенок вырос и его гнобит

Как учили старшие, делал все малыш
Строго по линеечке он писал в дневник
Он молчал о слабостях, продолжал мечтать
Так, по тихо-скромному, глядя на тетрадь.

Вырасту когда-нибудь и начну летать!
И не скажет мама, что, сынок, присядь.
Полечу на небо и начну кричать!
Громко-громко крикну: «Я могу летать!»

Детские мечты надо исполнять
Их не надо бить или забывать
Детство не уходит, оно где-то тут
Посмотри внимательно, может оно тут?

21 апреля 2024

Зачем люди ходят в походы?

Сплав по реке Писта 2023 г

Таков был негласный девиз второго сплава – и частично первого. Вопрос, который задавали снова и снова разные люди, с разных сторон, разными словами, но об одном и том же.

Да, для меня эти сплавы оказались какими-то… философскими, что ли. С кучей инсайтов.

Перемены начались с моего первого шага на перроне в деревне Лоухи. Стоило мне приехать – я заболела. Ничего не предвещало, и тут – здравствуйте. Помню, как тогда подумала: «Так-так, организм почему-то резко решил перестроиться. К чему бы это?» Вечером в квартире ребята посмотрели на меня и сказали:

– Может, ты не пойдёшь? Отлежишься тут недельку?

– Ага, щас, – ответила я.

Первый день похода был тяжёлым. Он сам по себе непростой, а тут ещё и это.

Но через два-три дня организм всё-таки адаптировался, и стало легче.

В первом походе я вела себя так, как привыкла. По привычным шаблонам. С привычными жестами и реакциями. Всё шло штатно, стандартно, ровно.

Но одна ночь на днёвке всё изменила – и этот поход заиграл совершенно новыми красками.

Среди нас были хирурги, неврологи, врачи скорой помощи, пожарный МЧС, писатель и поэт, музыкант, горник и многие-многие другие. Тем вечером они все объединились.

И, конечно, не обошлось без ночных разговоров у костра. Когда остались только четверо, включая меня.

Мы говорили метафорами и глубоко молчали. Среди нас был ведущий – он задавал вопросы, на которые сложно ответить сразу. Сложно признаться себе в ответе, который знаешь, но почему-то боишься принять.

Но позже шлейф того разговора стал тянуться за мной по пятам. Догонял во втором походе. И даже сейчас, в городе, я иногда слышу его отголоски. Есть над чем подумать.

Пожалуй, одна из главных мыслей первого похода: «Хватит оставлять это (у каждого своё) в походах. Хватит возвращаться и тосковать до следующего. Пора забрать это с собой и научиться хранить в себе. В любых обстоятельствах. В любой точке мира.»

Это отдельное искусство. Ему ещё предстоит научиться.

Да, я пишу абстрактно. Но простыми словами тут не выразиться.

В первом походе была поддержка. Были залпы анекдотов, один за другим. Много смеха. Много песен. Отборные стихи. И дети-заяньки. Не всегда встречаешь детей, которых хочется баловать и обнимать, но в этот раз были именно такие.

И не было комаров и мошки. Что для Карелии в это время – удивительно.

Ладно, мошка была… но в пороге! Чего никто не ожидал.

Заходим в порог – а там плотная, чёрная туча из мошки, прямо в эпицентре. Я открываю рот, чтобы дать команду моему бравому экипажу… В общем, пообедала.

Комары вылезли только в конце похода. Но немного, чисто для вида.

А ещё в первом сплаве ужасно болели руки. Отвыкли от такой работы: верёвки, пыль, сажа, мелкая моторика, царапины. Кожа трескалась, несмотря на то, что крем употреблялся утром, днём, вечером и ещё где-нибудь между.

Солнце показывалось редко, но и дождь не нагнетал. Воды было много, а важные вопросы решались на бу-ци-фа.

***

Люди ходят в походы не только ради природы, экстрима или новых впечатлений. Они ищут там себя – настоящих, без масок, без суеты, без давления внешнего мира. Поход – это испытание, которое стирает всё лишнее, оставляя только главное. Это момент, когда тело устает, но душа пробуждается. Когда разговоры у костра дают больше, чем сотни книг. Когда понимание приходит не в словах, а в молчании. И если однажды ты это почувствовал – ты уже не сможешь не вернуться.

Что ещё сказать? Даже не знаю.

После этих двух недель хочется молчать. Слова кажутся лишними. А в голове – приятная пустота. Без тревоги о будущем. Без зацикленности на прошлом. Без заморочек.

Пистанутые маньяки

2-й сплав по реке Писта в 2023 г

Я не буду тут подробно расписывать все прелести походной жизни. Но расскажу про ключевые моменты похода и то, что мне особенно запомнилось. Фрагментами.

Подготовка

В первом походе завхозом была Танечка. Во втором эту роль предстояло взять мне. Я не люблю роль завхоза, откровенно говоря. Два года перерыва тоже дают о себе знать. Хорошо, что есть старая раскладка и отголоски старого опыта.

Тяжелее всего закупаться, когда тебя торопят. «Ну давай-давай, чего тащить?» – читалось в глазах напарников. Но, не в этот раз.

Мы с Андреем начали закупку вдвоём. Пришли в магазин, Андрей ушёл по другим делам, и я со спокойной душой пошла бродить по магазину одна, в удобном мне темпе. Это было прекрасно.

Позже мы поехали на вокзал за Женей и продолжили покупки уже втроём.

После закупки приехали в гараж, чтобы упаковать продукты в бочки и подготовить снаряжение. Андрей убежал в магазин запчастей, в аптеку и куда-то ещё, а мы с Женей остались паковать бочки.

Сначала я пыталась рассортировать всё в привычных категориях. Бочка с крупами, бочка с овощами, бочка с консервами, бочка сладкого и т.д., но… вскоре поняла, что так не получится. Ибо все ингредиенты не влезают в нужную бочку.

Сделали перекур. Озадаченно пялюсь на бочки и пакеты с продуктами.

– А давай всё как есть в бочки напихаем. Ну раздавится, ну и что. Будем порции прям из бочки в тарелки разливать! – Шутит Жека.

– Вот тебе смешно, а я ещё немного – и правда начну пихать как попало.

Итого: 8 полных, еле закрывающихся бочек, герма на 100 л с хлебом, и герма на 80 л с остатками продуктов и ужином завтрашнего дня.

Закончив дела в гараже и загрузив машины, мы отправились в квартиру.

В съемной квартире было людно. Андрей очень радовался приезду Жени: – «Ну наконец-то я не единственный мужчина в квартире!». На этом фоне творилось всякое, и в какой-то момент эти двое даже стали меня подбешивать. Но, когда Жека взял в руки гитару и они на пару с Андреем стали петь— я была готова простить им всё. И даже авансом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.