Mister G. Lazy
Запоздалое слово – увядшая роза…

"Любовь – как дерево; она вырастает сама собой, пускает глубоко корни во все наше существо и нередко продолжает зеленеть и цвести даже на развалинах нашего сердца."

Виктор Гюго.

Утренний кофе…

Теплом повеяло от благовоний чаши,
Простой глоток, и нет проблемы нашей!
А белой пены кислой нежности наряд -
Бодрит в том озере мой простодушный взгляд.

Там сладость с горечью сопряжены.
Печально на губах, ведь те обожжены…
Вкус авантюр в сознании парит!
Еще глоток, но тем сильней магнит…

Часть 1.

"Казалось бы, вчерашний выходной вечер, проведенный в уютном одиночестве, должен был пойти мне на пользу. Но даже так я не мог протеснить свой взгляд сквозь слипшиеся ресницы, хотя звон будильника принуждал меня к бодрствованию…

Алекс, черт возьми! – вбил сам себе в голову молодой мужчина, распластавшийся под пеленой белого одеяла, которое всей своей теплотой держало его в плену, словно облако. – Все-таки ты заместитель руководителя отдела – опаздывать будет ни к месту!"

Он проснулся, вырубив будильник, отображавшийся фиолетовым отблеском на экране его телефона, подключенного к зарядному устройству. Сбросив одеяло, он оголил свой торс и потянул руки к потолку, чтобы размяться. Отключив телефон от аккумулятора, Алекс медленно протянул правую ладонь к краю стола у своей широкой кровати. Обхватив кейс с наушниками и вытянув один из них, он включил спокойную музыку на английском языке, которая, на удивление, зарядила его энергией для выполнения утренних дел.

Он, зевая, покинул спальню, перейдя по узкому коридору в левый проход, где располагась ванная. Медленно вычистив зубы, Алекс умылся, после чего вытер лицо черным полотенцем, висевшем на батарее, попутно улыбнувшись в зеркало над раковиной и поправив браслет с черными бусинами на своей руке.

Следующим действием нужно было приготовить завтрак. Алекс всунул хлеб в тостер и достал из широкого темного шкафа кухни пачку шоколада, вместе с тем включив кофемашинку. Наблюдая за процессом механического приготовления напитка, который лился в широкую белую чашку, он еще больше проголодался. Перекусив, мужчина отправился в коридор, где присел на небольшой диван, чтобы переодеться. Он в спешке застегнул черную рубашку, слегка узковатую для его телосложения, и завернул её рукава до локтей. Помимо рубашки он надел офисные темные джинсы вместе с блестящими туфлями, подкрепив образ золотыми часами, которые подарили ему родители несколько месяцев назад. Схватив сумку с документами и сбрызгнув в воздух дорогие духи из продолговатой стеклянной колбы зеленого цвета, он отправился к месту своей "службы".

Минуя лестничный проем новостройки, он вышел на улицу, глубоко вдохнув свежий майский воздух, обдавший его плечи легким холодком. Тихая человеческая удволетворенность просвечивала в размеренном ритме городских хлопот. Оглянув парк своими глубокими карими глазами, мужчина поправил еще слегка мокрые темные волосы. Яркий солнечный свет еще сильней отбеливал и так достаточно бледную кожу Алекса, пока тот слегка прикрывался от освещения широкой сумкой. Выйдя из двора квартирных новостроек, он зашел в парк, сопряженный с небольшим прилеском. Алекс прошел по замшелому ряду ступеней, которые вывели его в край парка, за которым не так далеко находилась его работа.

Массивные городские здание контрастировали с недавно пройденным парком, но мужчина, по привычке, почти не обращал внимание на окружающий его мир, поскольку сильно спешил на работу, ведь его устройство дня требовало большего сна, из-за чего он передвигал расписание будильника ближе к началу рабочего дня. Он, оглядываясь по сторонам, перешел пешеходный переход, подойдя к огромному зданию – "синему аквариуму" (именно такая ассоциация возникала у него в голове).

Здание и вправду было похоже на аквариум – большая экосистема, заключенная в тонны стекла. Бродившие внутри люди напоминали рыб, которые, то и дело, сталкивались друг с другом.

Пройдя мимо вестибюля, он взял у сотрудника ключ от личного кабинета, поднялся по лестнице на второй этаж и зашел в комнату под номером четыре.

Открыв входную дверь, Алекс мигом оглянул помещение, подойдя к большому стеклянному столу с чугунным основанием, на котором стояла ваза с высохшей розой. Мужчина от недоумения почесал голову, пытаясь вспомнить: "Где же я раздобыл эти цветы? Наверное, это подарили ей на встрече, а она перенесла их сюда, – он медленно выдохнул, вспомнив четкий женский образ. – Как у себя дома! А я ведь хотел поставить на этот стол аквариум…"

После короткого размышления Алекс прошел к центру своего кабинета, отодвинув кожанное кресло от дорогого деревянного стола, на котором были по стопкам разложены документы. Выложив содержимое сумки, он медленно сел за стол, открыв ноутбук.

"Алиса опять разложила все по стопкам, – слегка разочарованно прошептал он. – Черт! Когда она уже поймет, что порядок не всегда обозначает удобство?!"

Алекс уперся кулаком правой руки в лоб, обдумывая происходящее. Он хотел глянуть в окно, но ему помешали бежевые шторы, из-за которых он чувствовал себя заключенным. Ему не очень сильно нравилась эта работа – скука смертная, только вот что-то мешало ему сменить род деятельности. Нет, он не беден, из-за чего ему приходиться заниматься таким, наоборот, Алекс родился в богатой семье – Кирс, и его родители были успешными экономистами, поэтому могли бы помочь ему в материальном плане. Его навыков, образования и, безусловно, таланта сполна хватило бы, чтобы найти себе дело по душе, но некая неопределенность смущала его. Что-то тянуло его назад, словно якорь, а общественные ожидания (в том числе и фамильные) привели его именно сюда.

Он не любил эту работу, да вот только менять привычный устой ему не хотелось. Что-то вроде Обломовской стогнации, но тут есть и нечто другое – она.

Дверь в кабинет распахнулась без стука, и легкая женская фигура мигом протиснулась сквозь дверной проем. Стройная девушка, одногодка Кирса, в офисном костюме, который подчеркивал её некую строгость, обрушила стопку бумаг на стол. Её белоснежные и мягкие руки оперлись на деревянную поверхность, и на её левой кисти не трудно было разглядеть такой же браслет как и у Алекса. Её зеленоватые глаза нервно бросались из стороны в сторону. Оба взгляда встретились, из-за чего заместитель руководителя покраснел, а девушка начала накручивать один из локонов своих темных волос.

– Алиса… – спросонья просквозил через зубы мужчина. – Доброе утро…

Девушка выдохнула, протерев пальцами правой руки четко выраженные мешки под глазами.

– Опять всю ночь не спала? – продолжил он. – Ты ведь могла отослать неустойки мне.

– Доброе утро, – сказала она, подойдя к шторам. – То, что неустойки появились – вина руководителя отдела, а это говорит о моей некомпетентности. Было бы еще глупей, если бы я переложила свои дела на других.

– Дурочка, – с легкой насмешкой и добротой проговорил Алекс. – Неужели, ты не могла попросить меня как друг, а не руководитель отдела?..

– Какой друг будет просить делать кипу бумаг? – с усталостью проговорила девушка, после чего резко замолчала, будто что-то вспомнив. – И какая я тебе дурочка? Ты хочешь остаться без премии?

– Начисляешь её все равно не ты, руководитель, – облокотившись на стол, произнес Алекс. – Тебе ведь нужно спешить, не так ли?

Вдруг мужчину накрыли странные мысли и чувства, будто бы он сделал оплошность. "Кто меня тянул за язык! – подумал он, нервно постукивая пальцем по столу. – Я ведь хотел ей сказать…"

Мысли Алекса прервались словами девушки:

– Ты как всегда не открываешь шторы! – с заботливым укором промолвила она. – А потом будешь скрываться от белого света, как крот.

К слову, ты сегодня выглядишь беспокойным. Неужто не смог пройти ту игру, о которой ты говорил два дня назад. Не хочешь обсудить это на обеденном перерыве?

Подойдя к окну, а она медленно подняла руки к шторам, после чего резко оттянула их. Увидев лицо Алекса, который, словно младенец, прикрывался от яркого света, девушка ухмыльнулась. Поправив бирку с должностью руководителя отдела по маркетингу и с собственными инициалами – Стоханова Алиса Владимировна, она всем своим невинным взглядом ждала ответа собеседника, который слегка замешкался, так как сам хотел это предложить.

– Раз уж это просит мой начальник, – переведя все в шутку, отреагировал Алекс. – я не могу отказать.

– Вот и хорошо, – быстро промолвила она, стоя у окна, лучи от которого покрыли её тело, украшая нежный румянец кожи на щеках девушки, на что обратил внимание заместитель. Напевая какую-то песню, она покинула кабинет.

Алекс выдохнул, закрыв ноутбук и обвалившись всем телом на спинку своего рабочего кресла. "Я думал, что будет тяжелее, – выдохнув, прошептал он. – Еще немного и я дойду до последнего рывка! Надо только не наговорить глупостей как сейчас." Образ девушки, расцветающей в лучах солнца, не покидал его еще долго, из-за чего он не мог спокойно проверять документы.

Алекс был с детства знаком с Алисой, и так уж свела судьба, или нечто другое, что оба шли по жизни вместе. Он помнит эту первую встречу еще с дошкольных времен, и с тех самых пор не может признаться ей в чувствах. Эта их связь очевидна как для них, так и для окружающих. Словно солнце и луна, они дополняют друг друга, но вот только встретиться они так и не могут.

Алекс давно осознал свою привязанность к ней, но вот признаться он так и не сумел. Она также его любит, без сомненья, но в признании не видит смысла, хотя почему-то ждет от него этот шаг. Странные взаимоотношения, но и без этого признания их можно по праву считать влюбленной парой. Зачем же говорить слова: "Я тебя люблю!"? Ведь для истинной привязанности не нужно словесное подтверждение, не так ли?

У них все наоборот. Именно окончательная победа над многолетними страхами подтвердит их намерения. Для друг друга они несомненно родные люди и даже больше – их взаимная поддержка словно выстроила в их отношениях идеальный баланс. Веселая и громкая девушка и тихий шутник – такими они себя считают.

Они и сами не понимали, как судьба привела их в одно место, но Алекс точно знал, что в этом есть и доля его решений, ведь, по большей части, он просто следовал за ней, словно луна, следующая за греющими душу лучами солнца, пытаясь достичь счастья.

Часть 2.

Алекс расправился с большей частью своей работы, и время близилось к обеду. Последние полчаса он позволил себе растратить на отдых и обдумывания долгожданного разговора. Переписывая заготовленные фразочки в телефоне, он вздыхал и нервничал. Кирс понимал, что по всем законам романтических фильмов – это не лучшая идея, но ничего не мог поделать, ведь кое-что не вылетало у него из головы, так как она всегда говорила, что признания ей не требуются, а около года назад, когда Алекс навещал заболевшю Алису, она обмолвилась одной фразой.

Он помнит это так, как будто бы было вчера. Лежавшая с растрепанными волосами под одеялом с покрасневшими от температуры щеками и кротким носом, смотря с ним романтический сериал, она промолвила: "Вот бы и мне признались в любви…" Тогда Алекс и начал мешкать, хоть и понимал, что эти слова могли оказаться бредом от жара, но что-то внутри него хотело заставить его поверить в то, что это было желание женщины, ожидающей первого шага от своего мужчины.

Так, замкнувшись в своих мыслях, он бурчал что-то себе под нос, пока не зашел высокий мужчина с рыжей бородой, такими же волосами и большими, но добрыми голубыми глазами. Он был одет в белую рубашку, заправленную в бежевые брюки, а на его шее был затянут алый галстук. Отбивая пол своими тяжелыми шагами в блестящих туфлях, он вошел в кабинет, чем сбил с толку заместителя.

– Утречко, Алекс, – поприветствовал он, подойдя к собеседнику ближе и хлопнув ему ладонью по плечу. – Обдумываешь признание?

– Черт, Демиан, – брякнул в ответ он. – В Англии знают про манеры?

– Конечно! – радосно ответил он, положив руки на пояс. – Даже очень! Только вот я в них не сильно разбираюсь.

– Уволил бы тебя, – отразил Алекс. – да вот только ты найдешь, как до меня "докопаться" даже после этого…

– Поэтому мы и друзья, начальник! – улыбнувшись во все свои идеально белые зубы, сказал Демиан. – И, как друг, я интересуюсь твоей жизнью – что там у тебя с нашим "general women"?

– Не делай вид, что ты коренной англичанин, – ответил Алекс, который знал друга от корки до корки и, в особенности, то, что он чуть ли не с рождения покинул с семьей родную страну, а русским языком владеет не хуже его самого.

– Неужели, тебе так трудно подыграть моему образу иностранца? – отшутился Демиан, игриво разводя руками. – Ты, то и дело, отталкиваешь девушек от меня, когда раскрываешь мою тайну…

Алекс глянул на часы в телефоне, после чего медленно поднялся со стула, разминая локти и кисти.

– Кому-то пора бы уже приструниться и обратить внимание на ту девчонку из отдела корректуры, которая вечно краснеет, когда тебя видит, – с небольшой долей серьезности посоветовал он. – А ты так и продолжаешь быть бабником, лезущим в дела друзей.

– Я Ромео не меньше чем ты! – немного разозлившись и покраснев, проговорил его собеседник. – Да и почему я не могу поговорить с тобой об этом. Ты ведь уже несколько лет пытаешься признаться одной девушке. Во всем отделе вас уже прозвали мужем и женой в гражданском браке.

– Вот так значит? – подходя к выходной двери, проговорил Алекс, слабо ударив друга кулаком по плечу, намекая на то, что им пора на обеденный перерыв. – Может быть подкинуть вам побольше работы, чтобы отбить ваше желание обсуждать других.

Разве ты не хочешь поскорее встретиться с Сотниковой за чашкой чая?

– Конечно хочу, "stupid boy"!

– Ха-ха-ха! – рассмеялся заместитель руководителя. – Сколько раз я говорил, что тебе это не идет? Пошли уже!

Оба пошли в коридор, после чего вышли в общее помещение, где располагался отдел, каждый член которого усердно работал за компьютером.

– Оставьте дела, – побудительным тоном лидера сказал Алекс. – Сделаете их позже, а пока мы должны прерваться. У нас штатный режим.

– Ты как будильник, зам… – проговорила низкая девушка с темными волосами и в очках. На её груди висела бирка с надписью "Елена Сотникова". – Лучше бы тебе поспешить к Алисе. Она вышла заранее…

Сотникова – девушка умная и не менее эмоциональная. Она состояла в компании Алекса, Алисы и Демиана еще с давних пор, и, так же как они, отличалась от других собственной странной чертой характера – наигранной серьезностью, но, тем не менее, девушка заботилась о своих друзьях и испытывала чувства к Демиану.

– Спасибо за совет, – поблагодарил Алекс. – Но и тебе тоже нужно поторопиться.

Он указал пальцем на Демиана, который стоял подле девушки в ожидании. Она резко покраснела, прикрыв лицо документами, которые до этого пыталась аккуратно сложить в отдельную стопку.

– Пошли уже, "lady"! – проговорил иностранец, положив свою большую руку на плечо девушки.

– Дурак, не спеши… – прошептала она, отложив стопки бумаг на стол.

Глядя на них, Алекс улыбался. Он будто бы наслаждался их отношениями, которые, по его мнению, были не менее странными чем у него с Алисой. Ему не оставалось ничего, как идти самому, не мешая другу. Покинув стены "большого аквариума", он перешел дорогу, подойдя прямо к прозрачной двери местного кафе неподалеку, за которой разглядел девушку, пристально наблюдавшей за проезжими машинами.

"Пора сделать новый шаг! – прошептал преисполненный смелостью Алекс. – Я смогу, наконец, смогу, Господи!"

Увядшая роза.

Лепесток нежно розовый пал,
Переполнившись утром росой…
В пустоте темно вечной он спал,
И паденья любуясь красой....

Стебель, глядя на творенье,
Вспоминая нежно то мгновенье,
Грубо плакал утренней росой,
Ведь шипы не блещут красотой…

Часть 1.

Трепетно обхватив левой ладонью холодную ручку двери, Алекс открыл её. Войдя внутрь, мужчина подошел к девушке-баристе в розовой кепке, которая с простодушной улыбкой вручила ему чашку свежего кофе, от которого веял ароматный пар, и крафтовый пакет, содержащий в себе два пончика в желтой и розовой глазури. Алекс включил телефон, увидев сообщение о списании средств за заказ, после чего глянул на баристу, кивнувшую ему. "Удачи, – шопотом пожелала она, прикрыв лицо рукой. – постоянный клиент!"

Кирс подошел к столу около окна, за которым сидела она. Алиса, в ожидании, размешивала ложкой сахар в черном чае. Еще горячий напиток источал едва заметный пар, остававшийся конденсатом на ложке.

– Запоздал, – проговорила она, устремившись на него обиженным взглядом. Её глаза сверкали, а щеки розовели.

– Я просто не расчитывал на то, что кто-то решит заранее выполнить все дела, – оправдался Алекс, который присел за стол, выложив на него свой обед.

– Ты ведь тоже сделал все до срока… – ответила Алиса. – Только вот кто-то опять задумался, не так ли?

– Ха-ха! – слегка захихикал собеседник, вытянув перекус из пакета. – Знаешь меня лучше всех…

– Но не лучше твоей матери, – шутливо продолжила диалог Алиса. – Она как раз звонила мне, чтобы упросить тебя не пить столько кофе.

– У меня скоро возникнет чувство, будто бы вы с ней общаетесь больше, чем со мной.

– С хорошей женщиной не стыдно посплетничать, – с трудом сдерживая смех, промолвила она. – Тетя Елизавета столько про тебя рассказала!

– Весьма ожидаемо от нее, – обессилено ответил он, немного покраснев. – Мать обожает болтать ни о чем.

– Ты похож на неё, не так ли? – с небольшим укором сказала Алиса.

В это мгновенье его сердце забилось сильнее, а все вокруг будто бы остановилось. Её игривый взгляд замер, а мир потерял цвет. Его голову начали окружать буквы, формирующие слова, которые переполняли его мысли. Океан переживаний в океане страсти.

"Скажи это! – тянуло его сознание. – Ведь не сейчас ты должен бояться. Это всего лишь первый шаг.

Наверное, поэтому я и боюсь – если этот первый шаг такой страшный и болезненный, то какие же будут дальше? А ведь это все из-за её слов. Она когда-то сказала, что встречаться бессмысленно, так как любимым не нужно признаваться в том, что они друг друга любят. Но теперь… Я чувствую, как Алиса хочет этого!"

Его сомненья тронулись, словно лед, который начал трескаться под грузом ответственности и нетерпенья. Сквозь страх быть высмеянным он решил начать:

– Завтра вечером! Ты и я… – громко, но с немного подрагивающим голосом. – В ресторане на Виастерской в шесть вечера. Ты хотела попробовать того большого лобстера? И теперь сможешь…

– Ха? – немного выдохнув, удивилась она. – Это… Это так мило, что ли. Тогда нам придеться взять отгул, чтобы провести день вместе, не так ли?

– Конечно, Алиса… – с облегчением промолвил Алекс, устремившись взглядом в глаза девушки, которые казались ему большими драгоценными кристалами.

– Ну что же, – широко улыбнувшись, начала она. – Продолжим этот день, но я с нетерпением буду ждать именно завтрашнего.

Прошло около получаса. Перерыв был окончен, и пара медленным шагом, держась за руки прошла обратно к рабочему месту. Зайдя в "аквариум", они, тем самым, оповестили всех, что теперь все в их отношениях поменялось. Это не игра в недотрог, а настоящая, чистая любовь.

Одновременно отпустив свои ладони, оба разошлись в стороны своих кабинетов, сопроводив друг друга легкой улыбкой и прощальным взглядом.

Алекс с победной улыбкой подошел к Демиану, с которым они дружественно столкнулись кулаками.

– Довольное лицо! – удивился рыжий мужчина. – Редко тебя таким увидишь, а это значит то, что ты справился.

– Ты во мне сомневался? – бросил Кирс, гордиливо глянув в немного удивленное лицо друга.

– Чуть-чуть, – ответил иностранец, сделав жест приближающихся указательного и большого пальцев.

Алекс рассмеялся, после чего отвлекся и задумчиво глянул в окно. Собравшись с мыслями, он продолжил идти дальше. Все его подчиненные увидели изменения в поведении начальника, что не могло их не радовать.

Никогда он еще не чувствовал такое сильное желание того, чтобы наступил следующий день. Это притяжение даже пересилило его стремление встретить Алису после их первого знакомства в младшей школе. Сейчас даже секунда казалась для него вечностью.

В это время, расставшись с ним, Алиса бросилась к своей подруге. Серьезная, по обыкновению, девушка едва ли сдерживала слезы от счастья.

– Лена, он позвал меня на свидание!.. – восторженным шопотом сообщила Стоханова.

Сотникова только вернулась на рабочее место после прогулки с Демианом, и была еще немного взволнованной, но радость подруги смела её неуверенность. Она поднялась со стула и без слов обняла Алису, которая была удивлена данным действием.

– Я всю жизнь ровнялась на твою уверенность, глядя на вас с заместителем Кирсом, – призналась Елена, очки которой накрылись волосами Алисы. – Ведь даже без всяческих признаний в любви и прочего вы казались для меня более "чистой" парой, чем большинство других. Я так рада, что он, наконец, сделал этот шаг…

– Ты хорошая подруга… – тихонько прошептала ей на ухо Алиса, обняв девушку в ответ. – Я желаю тебе только счастья.

Весь состав отдела незаметно приглядывал за этой парой, и сейчас каждый из них был просто по-человечески рад, ведь для них руководитель Стоханова и заместитель Кирс были сродни страшему брату и старшей сестре.

Часть 2.

Рабочий день прошел без лишнего напряжения. Алекс был полон сил и желания встретить следующий день. Вечер медленно клонил его плечи, которые все же чуствовали легкую усталость.

Послушав указания матери, он решил не заканчивать день очередной чашкой кофе. Вместо этого он, натянув на себя синий фартук приготовил себе говяжий стейк, который подарил ему знакомый мясник. Обжарив его вместе с дольками картофеля, он приступил к приему пищи. Запив все водой, он пошел в ванную, где тщательно умылся, почистил зубы и принял холодный душ. Увлажнив кожу лица кремом, Алекс отправился в постель, попутно выключая свет в комнатах, которые покидал. Побрызгав цветы водой, он оставил записку в телефоне – купить букет, и напоминание о свидании на семь часов. Раздевшись, он прилег на кровать, одев наушники и прослушав пару треков, после чего снял их и попытался заснуть.

Нетерпение и нарастающее волнение не давало ему спокойно уснуть, но как только он вспомнил её, сновидения в один момент заволокли его сознание. Гротескные видения и обыйденная рабочая жизнь, изображенная в ярких тонах юмора – все это сквозило через его сознание.

Ночь, освещаемая бликом луны, топила города и целые страны в своей темноте. Мрачность сумерок манила красотой, но и пугала загадочностью. Утро было не менее пугающим. Полотно света разводило пятна тьмы, вскрывая красоту мира и, одновременно, его ужасы.

Алекс отворил глаза. Его веки будто бы и не смыкались. По привычке, он подключил наушники к телефону, прослушивая, на этот раз, музыку, от которой веяло, исключительно, позитивом.

Как и обещал, он взял отгул. До семи часов вечера было много времени, поэтому Алекс решил слегка почитать. Ныне его интересовала античная литература, а, конкретно, "Государство" Платона. Попивая, к удивлению, чай, который был весьма хорошего качества, мужчина медленно перелистывал страницы трактатов, стараясь вникнуть в текст. Все-таки чересчур интелектуальные произведения не трогали его так сильно, как те же самые романы, но по совету друга из форума чтецов он решился прочесть нечто подобное.

В его голове проворачивались многочисленные события и исходы свидания. Нельзя было сказать, что таковых у него не было до этого, только вот сейчас, что, собственно, понимала и Алиса, он готовился к признанию. Словно шахматный игрок, Кирс в напряжении обдумывал как содержание книги, так и собственные ходы, подводящие его к долгожданному моменту. Так и пролетели два часа его дня.

Он решил пренебречь обедом, так как собирался сполна насытиться в ресторане. Перейдя в гостинную, он вольяжно воссел на диван, открыв телефон и просмотрев сообщения. Парочку его подчиненных, включая и Демиана, просили совета, как часто бывает и во время рабочего дня. Алекс быстро сообразил ответы на вопросы и также быстро напечатал их. "Ох… Без меня они буквально ничего не могут, – размышлял заместитель. – А ведь за внерабочую поддержку коллектива мне платить не будут…"

Посмотрев вышедший эпизод нового популярного комедийного сериала и отыграв шахматную партию в Chess.com, окончившуюся патом, в своем гаджете, он глянул на таймер. Осознав, что у него осталось, около трех часов, Алекс начал собираться.

Идеально выгладив свой черный костюм, он медленно натянул его на свое тело, после чего вышел из квартиры, по привычке, выбрызгнув на себя духи. "Все-таки мне надо купить машину!"– понял он, когда открыл навигатор и увидел ближайший магазин цветов.

Промчавшись у привычного парка, он сел на трамвай, в котором было достаточно много людей, что ему явно не нравилось. Гул, шум и гам слегка давили на его, и так, нервное состояние, поэтому в "аквариуме" свой рабочий коллектив он держал в умеренной тишине. Покинув трамвай, он огляделся по сторонам, огибая взглядом бесчисленные головы городского населения, которые чудились ему белой пеной, растекшейся по теплеющему асфальту. Оглядываясь по сторонам, Алекс прошел два пешеходных перехода, выйдя к небольшому торговому центру, который распологал в себе цветочный магазин.

Алекс глянул на часы, поэтому стал идти в спешке. Белые клетчатые стены центра показались ему твердыми ограненными облаками, по которым он отстукивал ногами. Открыв двери магазина, он сразу почувствовал чудесный запах сотен цветов, который был ему знаком. Выкупив букет наливных алых роз, он помчался в сторону ресторана.

Теперь носителем его тела стал автобус. Глядя на улицы из запотевшего и пыльного окна, Алекс чувствовал себя, на удивление, прекрасно. Даже небольшое опоздание казалось ему несмертельным.

Они должны были встретиться в половину седьмого вечера, но Алиса решила выйти раньше. Целый день она готовилась к моменту их встречи. Красное платье, яркая алая помада и роскошные распущенные волосы – облик истинной женской красоты. Из-за своей любви к природе, она решила прибыть на место за час, чтобы полюбоваться небом и расслабиться. Такой уж пунктуальной личностью она была. Заказав такси, молодая девушка добралась в парк, находившийся рядом с местом встречи. Проходя по нему, она ловила десятки восторженных её красотой взглядов. Словно нежный цветок, она возрастала в душе человечества, вызывая лишь искренние эмоции.

Покинув парк, она ступила на переход. Что-то вдруг остановилось. Её серьезность и внимательность были потушены любовью, из-за чего она забыла все окружавшее её пространство.

Казалось бы, случайность. Дрогнувший водитель наткнулся на черную кошку посреди дороги, из-за чего, ошарашенный её криком, свернул не туда, не успев выжать педаль тормоза. Подробности излишни для смерти человека. Важно лишь то, как поступает заведомый мертвец до своего рока судьбы.

Ни страха, ни боли – лишь разочарование, стыд и горечь, выраженная в крохотной слезе, оставшейся на её бархатной щеке.

Он пришел через десять минут, заранее, ведь знал, что она решит выйти до назначенного времени. Уронив букет, он замер. Глаза заволокло туманом. Вмиг растерянный и не осознающий все до конца мужчина оказался пред её телом, которое окружили толпы. Схватив её побледневшую руку, он склонился пред землей, притиснув её пальца к своему лбу. Его слезы стекались к земле, смешиваясь с кровавым пятном, окружившем тело его возлюбленной. Тепло её тела уже ушло, сердце перестало биться.

"Я не успел, я не успел!!!" – безнадежно вопил одинокий человек, глядя на то, как его драгоценное солнце, словно увядшая роза, роняющее собственные лепестки, затухало, оставляя его во тьме, которую окружила хлынувшая вокруг волна людских глаз.

Рождение любви.

Сомнений горьких пелена
Исходит ужас и вина.
Но вот любовь порождена!
Ей вся вселенная видна…
От "А" до "Я", и ты и я!

Нетленно то воспоминанье,
Которое бодрит сознанье,
И всякому оно дано,
И всякий чувствовать то может,
То, что своим финалом гложит,
Но надо помнить лишь одно!
В мечтаньях горькое вино,
Лишь выбор делает реальность.

Часть 1. Встреча.

"В тяжелые времена всегда хочется вспоминать счастливые моменты минувших дней, – думал я. – Воспоминание о человеке – то, что незабвенно дышит сквозь десятки лет после его смерти."

Я помню этот момент, как сейчас. Мне было около шести лет. Тогда жизнь была проще и, одновременно, тяжелей. Мальчишкой я любил играть в песочнице у двора под сливовым деревом, пока остальные ребята бегали и кидались в друг друга чем только угодно. Возводя из песка дома, я чувствовал радость от своего "нелегкого труда", но кто-то всегда замечал мои неказистые строения, собирал толпу и, по общему правилу, устраивал налет. И вот, я сижу на сыром песке, вытирая слезы грязной рукой. Темные волосы, опущенные вниз вслед за головой, скрывали мои глаза.

В один из таких дней, когда я строил новое здание в надежде, наконец, дать отпор обидчикам, ко мне подошла одна девочка, переехавшая со своей семьей на эту улицу. Она жила в новостройке, и, вспоминая, приехала на большом джипе черного цвета.

– Что ты делаешь? – спросила она.

– Какое тебе дело? – начал напирать я, зыркнув на неё. – Тоже пришла разрушить мой замок?

Она оглянулась, оценила взглядом мой песочный замок, который был гораздо более искусен, чем все мои ранние творения. Сначала расхохотавшись, девченка продолжала:

– Зачем же мне рушить это "нечто"?! Я же не дурочка. Вдруг ты обидешься!

Я с удивлением посмотрел на неё. Яркие лучи солнца накрывали её лицо, оставляя в воспоминаниях лишь красное платьице с белыми точками и большую бежевую шляпку.

– Другие всегда приходят, чтобы потом разрушить то, что я построил, – ответил я. – Ребята в нашем дворе не любят игры, в которые я играю, поэтому они меня донимают, но сегодня с меня хватит! Я побью любого, кто захочет разрушить мой песочный замок.

– Ты такой сильный? – воскликнула она.

– Не знаю.... Я ведь никогда ни с кем не дрался. Но теперь я не намерен терпеть эти обиды. Я буду защищать то, что я построил!

– Ух ты! – с удивлением сказала девчонка. – Можно мне построить что-нибудь из песка вместе с тобой? Тогда нам обоим придеться защищать то, что у нас есть!

– Ты круто придумала! – покраснев, сказал в то мгновенье я. – Меня зовут Алекс. А тебя?

– Алекс? Необычное имя! – улыбнувшись, хихикнула она. – А я Алиса! Теперь мы друзья!

"Теперь мы друзья!" – а ведь мы уже тогда стали чем-то большим. После нашего знакомства, парни мигом решили напасть на наш замок, но мы его с честью отстояли. Тогда мне выбили зуб и поставили фингал, из-за чего Алиса впала в бешенство и побила всех обидчиков. Уже тогда она казалась мне солнцем.

Часть 2. Школа.

Нас перевели в одну школу. Так уж вышло, что мы оказались в одной параллели как одногодки, но также сохраняли дружбу и всячески помогали друг другу. Вместо того, чтобы проводить время на переменах вместе со своими одноклассниками, мы, напротив, всегда были друг с другом.

Помню её милые две косички, которые вечно слонялись по коридорам, пока я вспешке пытался их догнать. Улыбка лидера, которая позволяла Алисе собирать людей вокруг себя, но я с искренностью чувствовал зависть от того, что наблюдал кого-то другого рядом с моим солнцем.

В те моменты я не осознавал, что такое любовь, и как она может проявиться в жизни. Такое уж воспитание мультфильмов! Хотя такое проявление чувств мне и не было интересно.

Вышло так, что предметы давались мне чересчур легко. Талант ли это, или, возможно, труд? Честно, я до сих пор не могу найти этому объяснение! Знаю лишь одно – люди, у которых все получается без "наглядного" пота от труда, вызывают ненависть у тех, чьи потуги тщетны. Меня считали гением-лентяем, с которым вечно бегает красивая девочка.

В один момент агрессия перелилась в откровенные нападки, но меня это волновало гораздо меньше, чем самих нападающих. Я быстро научился давать сдачу, из-за чего на меня часто писали жалобы учителя.

Лишь один учитель – высокий мужчина лет тридцати с седыми от некой болезни волосами, любивший носить черные водолазки независимо от ситуации и погоды, относился ко мне хорошо.

Завидный мужчина, так еще и имел патент на какое-то изобретение в сфере морской грузоперевозки. Помимо того, что он преподавал нам физику, умудрялся уместить в час урока еще парочку интересных историй из своей жизни. Юность, проведенная на корабле в роли морского инженера. Сотни прочитанных за бесчисленные ночи книг. И несравненные похождения за женщинами из других стран.

Правда это или нет – было загадкой. Только вот приличное состояние он так или иначе имел. Дорогие часы, менявшиеся каждые два месяца, и не менее дорогая машина, на которой он, подобно аристократу, заезжал в школьный двор.

Порой он звал меня, как "весьма накормленного всяческими знаниями" ученика, решать кроссворд. Наблюдая за тем, как Алиса, о которой я иногда забывал за решением данной головоломки, сидела на скамье, глядя в наш кабинет, учитель физики звал её к нам, несмотря на то, что она не была в его группе учеников. Так мы весело проводили время с этим загадочным и умным мужчиной, слова которого подолгу не вылезали из наших, тогда еще юных, голов.

До сих пор у меня в памяти остался один момент.

– Юрий Константинович! – спросила Алиса, указав ему на руку. – А зачем вам столько наручных часов?

Тогда мы втроем сидели у него в кабинете за большим резным учительским столом, держа в руках карандаши, которыми вписывали ответы, и только он держал в руках блестящую ручку с черной пастой, которой вписывал верный ответ, собранный из наших предположений.

– Часы значит? – почесывая подбородок, физик обдумывал яркий (в его манере) ответ. – Я ведь был инженером на корабле! Приходилось все смотреть по точному времени, а из измерительных средств у меня были только приборы профессиональной направленности. Мне приходилось бегать к единтвенным часам в кабине капитана, которые к тому же приходилось вечно настраивать.

– И вы решили покупать дорогие часы, чтобы, таким образом, сгладить плохие воспоминания? – наивно предположил я.

– Да ты прям психолог, Алекс! – отшутился он, глядя на мой излишне серьезный вид. – Суть моих действий была ни в этом – мне даже нравилось работать с капитанскими часами. Все-таки разнообразия в то время было немного. Просто я жил так, как будто все время гонюсь за призраком. Считал время так, словно оно у меня вот-вот кончиться. Глупо это было. Теперь я смотрю на время, с радостью считаю прожитые мной приключения, будто бы их было сотни, ровно так же, как и моих часов.

– Я всегда думала, что это хвастовство! – сказала Алиса.

– И в этом есть доля правды! – немного стыдливо признался учитель. – Но по большей мере это моя особенность. Такие люди как мы с вами имеют такие причуды.

Тогда я удивился. Каким образом он выделил нашу с Алисой констрастность на фоне других? Но я всегда знал, что он был безукоризненно прав.

Смеющийся от нашей неопытности мучина навсегда остался в моей памяти, в этой общей синергии текущих в теплых лучах солнца от проведенных втроем дней.

Умеренно и, как мне тогда казалось, вязко проходили год за годом. Я так и остался порицаемым всеми ленивым-гением, а Алиса, напротив, засияла лишь ярче – она стала руководителем совета учащихся, в который заставила войти и меня.

Мое призвание нашли в корректировке различных плакатов для тех или иных событий, взбредавших в голову Стохановой. Именно после её избрания наша судьба связалась в однородную нить, не сменившую себя за десять лет. Она – лидер, собирающий людей вокруг себя, но имеющий собственные недостатки, которые должен был подкорректировать я – её неизменный заместитель.

Перемены, проводимые раньше за решением кроссвордов, со временем прекратились. Мне не нравилась такая смена ролей на настоящих ответственных рабочих, но вот еще большее сближение с Алисой заставило меня отбросить скорбные времена.

Холодные слова.

Холод – чудное явленье!
Открывает теплоту…
Чудотворное мгновенье!
Видеть эту красоту!

Часть 1.

Тот самый день я помню так, будто бы он был еще вчера:

Зимнее утро, разбудившее мое теплое спящее тело прошмыгнувшим под одеяло холодком и звоном будильника. Именно в этот сезон морозов родительский дом казался мне необычайно родным и безопасным. Вкусный завтрак, который я имел привычку пропускать, из-за чего сейчас, безусловно, себя корю, и материнская забота – приятные мгновения, которые ребенок, чаще всего, не может оценить по достоинтсву.

Все было проще и не интересней. Телефона и прочих благ современного прогресса тогда у меня не было, поэтому я брал книги из домашней библиотеки (под неё у нас была выделена отдельная комната рядом с отцовской, да и у меня в шкафу было, что почитать) и вчитывался перед школой, в страхе ожидая второй сигнал будильника, который я ставил, чтобы оторваться от чтения.

Выходя из дома, я ощущал мимолетную грусть и покидавшее меня сокровенное тепло, которое я пытался сохранить, медленно шагая в пределах большого двора. Обледеневшая стальная дверь входных ворот казалась мне чем-то загадочным, и порой я чувствовал страх, отворяя её. Наверное, такое ощущение у меня появилось с тех пор, как в четвертом классе прямо около наших ворот на меня набросилась уличная собака – большое и черное клыкастое существо с черными глазами, вселявшими в ребенка ужас. Тогда меня вовремя спас подоспевший отец, но ощущение неизвестности за пределами дома терзало меня еще долго.

Наша улица была под наклоном, и тесная тропинка между магазином и соседским забором из неё была немного выше моего двора. Дальше был пешеходный переход от магазина и привычная прямая дорога к школе.

Вовремя пути я словно повторно засыпал, погружаясь в метафорическое пространство, заглушенное треском снега и топотом проходящих мимо людей. То, что мой дом находился рядом со школой, я считал небольшим достижением, ведь я мог дольше других оставаться в теплой постели, а короткая дорога лишь доставляла мне удовольствие. Ветер слегка пощипывал мой нос, но появлявшийся со временем утренний свет в окнах будто бы согревал его.

Так, пройдя в школьные стены, меня мигом встретила Алиса, которая, со всей важностью главы совета, уже была на посту. Сняв огромную шапку и закрывавший мое лицо шарф, я поздоровался с ней и тут же получил подзатыльник за опоздание, да и к тому же парочку листовок, оповещавших о ближайшем конкурсе лыжников, в котором принимала участие и сама Стоханова.

Вместе с ней я около получаса расклеивал данные бумаги в классах. Проходящие мимо парни косо всматривались в нашу пару, завидуя тому, что такой неприглядный заучка, как я, вечно ходит рядом с главой студсовета. Я понимал, почему эти взгляды были такими оссуждающими, ведь многие видели в ней свой женский идеал, только я единственный знал её по-настоящему.

Женственная и непринужденная, словно принцесса из сказок, так еще и умна – настоящий эталон. Только вот для других она была солнцем, притягивающим своей красотой, а для меня равной личностью, чьи недостатки также восхищали меня. Так я и понимал любовь – равенство, а не банальное восхищение. Прочие хотят лишь пожинать красоту цветка, но никак не ухаживать за ним.

Уроки шли медленно – это было иронично, ведь я ждал соревнование, как никто другой. Увидеть её радостное лицо от несомненной победы было моим желанием в тот день. Именно тогда, сидя за партой и скучая, я осознал, что хочу этого не просто так. Я, наверное, влюбился…

Зараннее проведенный лыжный заезд на последних уроках был восхитительным. Ослепляющее солнце, крики болеющих и, естественно, занявшая первое место Алиса. Договорившись пойти домой вместе после конца учебного дня, я ждал её, сидя у лесничного оконца, по которому нарос иней. Было уже темно, а яркие уличные фонари передавали предновогоднюю атмосферу. Краем уха я услышал разговор в вестибюле:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.