Михаил Гинзбург
Вторжение из бездны

Глава 1

Предгорья Альп, Королевство Франция

Лето Господне 1348

Холодный ветер сек лицо ледяной крупойперемешанной с дождем. Сэр Гийом де Рошфор низко склонился к шее своей измученной клячи, пытаясь укрыться под вытертым капюшоном плаща. Кожа под кольчугой зудела, а старая рана в боку тупо ныла в такт каждому шагу лошади по раскисшей дороге. Он возвращался с очередной бессмысленной войны на юге – войны, которую все равно скоро закончит та, другая, куда более страшная Война – Война против Черной Смерти.

Он видел ее следы повсюду. Поля стояли неубранные, колосья гнили на корню. Деревни встречали его мертвой тишиной и плотно закрытыми ставнями, на которых кое-где виднелись грубо намалеванные белые кресты. Воздух был тяжелым, пахло сыростью, гарью от погребальных костров и тем сладковато-тошнотворным духом, который Гийом уже научился узнавать безошибочно – духом Мора. Мир умирал. Медленно, неотвратимо, корчась в лихорадке и покрываясь черными бубонами.

Впереди, на невысоком холме, показались знакомые очертания – его родовой замок, Рошфор. Неприступная твердыня, как любил говорить его покойный отец. Небольшой, крепко сложенный из серого камня, с единственной массивной башней. Но что-то было не так. Над башней не вился дым из трубы оружейной мастерской. Не лаяли собаки на псарне. И ворота… ворота крепости были распахнуты настежь, одна створка неестественно скособочилась, словно ее выбили тараном. И тишина. Мертвая, звенящая тишина, нарушаемая лишь карканьем воронья, кружившего над зубцами стен.

Ледяные пальцы страха стиснули его нутро. Чума? Добралась и сюда? Или… что-то еще?

Он пришпорил клячу, заставив ее издать жалобное ржание. Подъем к воротам был коротким, но показался вечностью. Следы на грязи у ворот были странными – не только отпечатки копыт или человеческих ног, но и какие-то глубокие борозды, словно здесь протащили что-то тяжелое. И оплавленные пятна на камнях кладки у ворот – будто кто-то пытался прожечь их огнем невероятной силы.

Гийом спешился у самых ворот, выхватывая из ножен свой верный меч – тяжелый, прямой, без изысков, но не раз спасавший ему жизнь. Он осторожно шагнул во внутренний двор.

Тишина. Пустота. Ветер гулял между каменных стен, гоняя по земле клочья сена и… что-то темное, похожее на тряпье. Приглядевшись, Гийом понял, что это остатки одежды его стражников. Самих стражников нигде не было видно. Конюшня была пуста, стойла разломаны. Оружейная разграблена.

Он медленно двинулся к донжону, сжимая рукоять меча так, что побелели костяшки. Сердце глухо стучало в груди. Где все? Его люди? Старый кастелян Этьен? Его… семья? Он запретил себе думать об этом. Пока.

Дверь в донжон была выбита. Он вошел внутрь, в сумрак главного зала. Здесь царил хаос – перевернутые столы, разбитая посуда, следы борьбы. Но тел не было. И крови почти не было, если не считать нескольких бурых пятен на каменном полу.

И тут он услышал звук. Из небольшой часовни, примыкавшей к залу. Не молитву. Не стон. А странный, мерзкий звук – не то чавканье, не то скрежет, от которого волосы на затылке встали дыбом.

Гийом рванулся к часовне, выбив ногой рассохшуюся дверь.

В тусклом свете, падавшем из узкого окна под потолком, он увидел их. И замер, не веря своим глазам.

Их было трое. Они склонились над чем-то, лежавшим у алтаря – над телом старого Этьена, верного кастеляна Рошфора. Фигуры были высокими, неестественно худыми, их бледная, почти белая кожа туго обтягивала кости. Головы – большие, безволосые, с огромными, абсолютно черными, лишенными зрачков и белков глазами. Ртов не было видно, только щели, из которых доносилось то самое мерзкое чавканье. Их конечности были длинными, тонкими, с острыми когтями, которыми они… делали что-то с телом Этьена.

Демоны? Порождения чумного бреда? Гийом не знал. Но знал одно – это враги.

Он издал яростный рев и бросился вперед.

Существа обернулись на звук с неестественной быстротой. Их черные глаза уставились на него – без эмоций, без страха, как у насекомых. Одно из них, то, что было ближе, вскинуло свою тонкую, похожую на прут конечность. На ее конце не было кисти – только гладкое, темное утолщение. Оно слабо засветилось изнутри голубым светом.

Гийом инстинктивно поднял щит (старый рефлекс, хотя щита при нем не было), но было поздно.

Яркая вспышка света ударила из конечности существа. Не молния, не огонь. А плотный, ослепительный луч чистой энергии. Он ударил в стену рядом с Гийомом, выбив сноп искр и оставив на древнем камне глубокую, оплавленную борозду, от которой пошел едкий запах озона.

Гийом отшатнулся, чудом увернувшись. Еще мгновение – и его бы испепелило. Он поднял меч, готовый дорого продать свою жизнь, глядя в бездонные черные глаза существа, пришедшего из ночных кошмаров и древних легенд. Из Бездны.

Глава 2

Луч ослепительной энергии погас так же внезапно, как и вспыхнул, оставив на древних камнях часовни дымящуюся борозду и едкий запах грозы. Гийом де Рошфор инстинктивно прикрылся левой рукой, хотя щита на ней не было уже много лет – с тех пор, как он потерял его вместе с верой и половиной своего отряда в грязной резне под стенами Акры. Святая Земля… сколько же лжи и крови было пролито во имя Господа. Он мотнул головой, отгоняя непрошеные воспоминания. Сейчас перед ним был враг куда более реальный и непонятный.

Три бледных существа с бездонными черными глазами снова двинулись к нему, издавая тихий стрекочущий звук. Их тонкие конечности с острыми когтями подергивались, а то существо, что стреляло, снова медленно поднимало свою "руку"-оружие. Гийом крепче сжал рукоять меча. Он был один против троих, в ловушке. Шансов почти не было. Но рыцарь Рошфор не собирался умирать без боя, даже если мир вокруг летел в тартарары. Он приготовился встретить их атаку, возможно, последнюю в своей жизни.

И в этот момент тишину (если не считать стрекотания тварей) разорвал короткий, резкий свист.

Одна из тварей дернулась, захрипела – из ее тонкой шеи торчала короткая черная стрела. Существо рухнуло на каменный пол, извиваясь. Два других резко развернулись в сторону хоров – темного балкона под потолком часовни, куда вела узкая винтовая лестница.

Гийом тоже поднял голову. В полумраке хоров он увидел темный силуэт. Человек? Ловкий, быстрый. Силуэт снова вскинул руку – и еще одна стрела вонзилась во второе существо, попав точно в сочленение его руки-оружия. Тварь взвизгнула – звук был похож на скрежет металла по стеклу – и выронила свое смертоносное орудие.

Третье существо, поняв опасность, метнулось не к Гийому, а к своему раненому собрату, пытаясь оттащить его к темному проему в стене за алтарем – вероятно, к тому самому входу, которым они сюда и попали.

Кто бы ни был этот стрелок наверху, он дал Гийому шанс. Не раздумывая, рыцарь бросился вперед, обрушивая свой тяжелый меч на третье существо, пытавшееся утащить раненого. Клинок со скрежетом прошелся по бледной коже, больше похожей на хитин, оставляя глубокую рану, из которой брызнула не кровь, а вязкая, полупрозрачная жидкость со слабым запахом аммиака. Тварь взвизгнула и отпустила раненого, разворачиваясь к Гийому. Ее черные глаза горели холодной яростью.

В этот момент с хоров спрыгнул тот самый стрелок. Легко, бесшумно, как кошка. Это был молодой мужчина, невысокий, поджарый, одетый в практичную одежду из кожи и меха, явно не европейского покроя. Лицо – смуглое, с высокими скулами и узкими, невероятно внимательными глазами. В руках он сжимал короткий, тугой лук азиатского типа и несколько стрел с черным оперением. Монгол? Татарин? Гийом не был уверен. Но сейчас это было неважно.

Не говоря ни слова, монгол выпустил еще одну стрелу почти в упор – она вонзилась существу, с которым сражался Гийом, прямо в глазницу. Тварь дернулась и замертво рухнула на пол рядом со своими собратьями.

Второе существо, раненное в руку, все еще было живо. Оно забилось в угол у алтаря, издавая тихий, угрожающий стрекот.

Гийом и монгол переглянулись. Доли секунды напряженного молчания. Враги по рождению, по вере, по всей истории последних десятилетий. Но сейчас у них был общий враг – непонятный, чуждый, смертельно опасный.

Гийом кивнул монголу, указывая мечом на забившуюся в угол тварь. Тот понял без слов. Они начали медленно сближаться, заходя с двух сторон. Алтан – Гийом позже узнал его имя – двигался плавно, почти не касаясь пола, лук наготове. Он вырос в степях Алтая, где легенды о "шулмусах", бледных духах из-под гор, рассказывали шепотом у ночного костра. Он видел их следы и раньше, когда вел разведку для своего нойона. Видел разграбленные стоянки, странные символы на скалах. Его никто не слушал. Но он знал – легенды не лгали. И когда он увидел разоренный замок и те же следы, он понял, что шулмусы пришли в этот мир.

Тварь в углу зашипела и метнулась вперед, целясь когтями не в закованного в сталь Гийома, а в более уязвимого Алтана. Но монгол был быстрее. Он увернулся, и в то же мгновение его нож блеснул в тусклом свете, глубоко вонзаясь существу под нижнюю челюсть. Тварь захрипела в последний раз и обмякла.

Все было кончено. По крайней мере, эта схватка.

Они стояли посреди разрушенной часовни, тяжело дыша. Три мертвых существа лежали на полу в растекающихся лужах липкой, полупрозрачной жидкости. Запах озона и аммиака смешивался с запахом смерти и тлена.

Гийом посмотрел на своего неожиданного спасителя. Монгол спокойно вытер нож о штаны и поднял на рыцаря свои узкие, непроницаемые глаза.

"Шулмус," – сказал он тихо, указывая ножом на мертвых тварей. Слово было незнакомым, но тон не оставлял сомнений.

Гийом кивнул. "Демоны," – ответил он на ломаной латыни, единственном языке, на котором они, возможно, могли хоть как-то понять друг друга. Потом указал мечом на темный проем за алтарем, откуда, очевидно, и пришли эти существа. – "Ад?"

Алтан посмотрел туда, потом снова на Гийома. Отрицательно качнул головой. "Не ад. Глубже." Он провел рукой вниз, указывая под землю. Потом указал на себя, на Гийома, и снова на проход. Жест был понятен: нужно идти туда. Вместе.

Гийом колебался лишь мгновение. Идти во тьму, под землю, вслед за этими тварями, в компании язычника-монгола? Безумие. Но оставаться здесь, в разоренном замке, в мире, умирающем от чумы, было не меньшим безумием. Там, внизу, была опасность. Но, возможно, там были и ответы.

Он кивнул.

Глава 3

Тишина, наступившая после короткой, яростной схватки в часовне, была почти такой же оглушающей, как и предсмертный визг тварей. Гийом тяжело дышал, адреналин все еще гудел в ушах. Он посмотрел на монгола – Алтана, как он его для себя назвал. Тот спокойно вытирал нож, его лицо оставалось непроницаемым, но глаза внимательно изучали темный проем за разрушенным алтарем.

Алтан кивнул на проем, потом вниз. Идти туда. Гийом понял. Но рыцарский опыт, закаленный в десятках битв и осад, кричал об осторожности. Бросаться в неизвестную нору, откуда только что вылезли эти твари, не зная, сколько их там еще – чистое безумие.

Он отрицательно качнул головой, затем указал на выход из часовни, потом на себя и Алтана, потом снова на проем, изобразив жестом баррикаду. Сначала – безопасность. Потом – спуск.

Алтан на мгновение нахмурился, но затем, похоже, понял логику рыцаря. Он кивнул. Необходимость выживания создавала свой, понятный без слов язык.

Они быстро работали вместе. Вытащили из часовни тяжелые дубовые скамьи, опрокинутые во время боя, подтащили обломки алтаря, камни от разрушенной стены. Через полчаса проход в стене был завален грудой мусора – не неприступная преграда, но достаточно, чтобы задержать любого, кто попытается выйти, и дать им несколько драгоценных секунд.

Затем – быстрый осмотр замка. Гийом повел Алтана в донжон. Главный зал был разгромлен, но очаг еще хранил немного тепла. Кухни – пусто, если не считать объедков и следов паники. Чума или твари? Скорее всего, и то, и другое. В кладовых удалось найти пару бурдюков с водой и несколько кусков твердого, как камень, вяленого мяса. Не густо, но лучше, чем ничего.

Оружейная в башне пострадала меньше. Похоже, твари не интересовались человеческим оружием. Гийом отыскал несколько просмоленных факелов, огниво, запас масла. Сменил свой меч, видавший виды, на более надежный двуручный топор, висевший на стене – неуклюжий в тесноте, но сокрушительный в ударе. Алтан пополнил колчан несколькими добротными арбалетными болтами – наконечники он тут же принялся затачивать своим ножом – и нашел длинную прочную веревку в конюшенной кладовой.

Пока Гийом проверял запасы, Алтан вернулся в часовню к телам убитых существ. Он присел на корточки, внимательно их осматривая. Его пальцы – ловкие, уверенные – ощупывали бледную, прохладную кожу, похожую на дубленую шкуру рептилии, пробовали на прочность когти, заглядывали в бездонные черные глаза. Он что-то тихо бормотал на своем гортанном языке. Потом подозвал Гийома.

Указал на шею одного из существ, где вошла его стрела – там почти не было крови, лишь немного полупрозрачной слизи. Потом указал на суставы конечностей – они двигались с неестественной гибкостью, словно не имели костей в привычном понимании. Затем он постучал костяшками пальцев по большому черному глазу – тот был твердым, как обсидиан. Алтан покачал головой и снова указал на проход под землю. Мол, обычным оружием их взять трудно, если не знать, куда бить.

Они вернулись в главный зал. Зажгли один факел – его неровный свет выхватывал из мрака обломки мебели, потускневшие гобелены на стенах, тени, пляшущие в углах. Снаружи выл ветер, дождь со снегом барабанил по закрытым ставням. Замок Рошфор, его дом, превратился в осажденную крепость на краю мира, а враг был не снаружи, а под ногами.

Они стояли молча, спина к спине, прислушиваясь. Гийом – с топором в руке, Алтан – с луком наготове. Два воина из разных миров, объединенные общей бедой.

"Пора," – сказал Гийом, скорее себе, чем монголу.

Он поднял факел выше. Алтан кивнул.

Они вернулись в часовню. Отодвинули часть баррикады, открывая черный зев прохода. Оттуда пахнуло холодом, сыростью и чем-то еще – незнакомым, минеральным, тревожным.

Гийом посмотрел на Алтана. Тот встретил его взгляд спокойно, без страха. В его узких глазах горел огонь – смесь любопытства и готовности к бою.

Рыцарь кивнул. Первым пойдет он. Он шагнул в проход, подняв факел. Пламя зашипело, заплясало, выхватывая из мрака первые несколько грубых каменных ступеней, уходящих круто вниз.

Алтан скользнул следом, бесшумно, как тень.

Тяжелые камни баррикады с грохотом встали на место за их спинами, погружая спуск в окончательную тьму, нарушаемую лишь неровным светом факела. Путь в Бездну начался.

Глава 4

Спуск был крутым и долгим. Грубые ступени, выдолбленные прямо в камне, уходили вниз, во тьму, теряясь за пределами неровного круга света от единственного факела, который нес Гийом. Алтан шел следом, двигаясь с поразительной легкостью и бесшумностью, его глаза внимательно сканировали темноту, а рука не отрывалась от рукояти ножа. Воздух стал спертым, пахло влажным камнем, пылью веков и все тем же слабым, тревожным запахом озона или аммиака, который они чувствовали наверху, у тел убитых тварей.

Наконец ступени закончились, выведя их в широкий, гулкий туннель. Потолок здесь был высоким, теряющимся во мраке, а стены… стены были другими. Не грубый камень часовни или подвала замка, а гладкая, почти полированная поверхность неизвестного материала, холодного на ощупь, с едва заметными, идеально подогнанными швами между гигантскими плитами. Технология, немыслимая для мастеров Гийома, да и вообще для любого известного ему народа.

Они двинулись вперед, факел отбрасывал их гигантские, пляшущие тени на стены. Тишина здесь была почти абсолютной, нарушаемая лишь их собственными шагами, которые глухо отдавались в пространстве.

"Как… как это возможно?" – пробормотал Гийом, проводя рукой в латной перчатке по безупречно гладкой стене.

Алтан пожал плечами, его лицо в свете факела оставалось непроницаемым. Но его глаза внимательно изучали стены, пол, потолок. Он искал знаки. Его предки, кочевавшие по бескрайним просторам Азии, передавали из уст в уста легенды о "подземных дорогах" и "каменных змеях", построенных теми, кто жил до людей. Он всегда считал это сказками старых шаманов. До сегодняшнего дня.

Они прошли еще несколько сотен шагов, когда луч факела выхватил из темноты нечто на стене слева. Это была не просто гладкая поверхность. Вся стена на этом участке была покрыта резьбой. Не рунами или письменами. А изображениями.

Они подошли ближе. Это было огромное панно, тянувшееся на десятки метров, выполненное с невероятным мастерством и детализацией. На нем была изображена история.

Фигуры строителей. Они не были людьми. Высокие, тонкие, с вытянутыми черепами и большими, раскосыми глазами (не черными, как у тварей наверху, а светящимися?). Их тела были облачены в нечто похожее на облегающие комбинезоны или доспехи из того же материала, что и стены туннеля. Они управляли гигантскими машинами, похожими на механических червей, которые бурили породу, оставляя за собой идеально ровные туннели. Они строили подземные города – огромные светящиеся купола, соединенные сетью дорог.

Гийом смотрел на это с благоговейным ужасом. Кто были эти существа? Когда они жили? Что с ними стало?

Алтан ткнул пальцем в другую часть панно. Здесь изображалась иная сцена. Те же строители, но теперь они были облачены в боевые доспехи и сражались. Сражались с чем-то, поднимающимся из еще более глубоких туннелей, обозначенных на панно темными, хаотичными линиями. Враг был изображен схематично, но внушал ужас – нечто бесформенное, многоглазое, с щупальцами, или, в других местах, орды мелких, зубастых тварей, похожих на насекомых. И – да! – среди них были и фигуры, напоминающие тех бледных существ, с которыми они столкнулись в часовне. Но здесь они выглядели… слугами? Рабами? Пешками в чужой игре?

На последней части панно изображалось запечатывание нижних уровней. Гигантские врата, покрытые символами (Алтан узнал некоторые из них – знаки запрета и сдерживания из древнейших шаманских практик), закрывали проходы вниз. А сами строители… их фигуры исчезали, растворялись, уходили куда-то вверх, к поверхности? Или в иное измерение? Последнее изображение показывало поверхность земли и горы, под которыми раскинулась сеть туннелей, но уже без ее создателей.

"Они… ушли," – прошептал Гийом. – "Но запечатали зло… внизу."

Алтан кивнул. Он указал на фигуры бледных тварей на панно, затем наверх, откуда они пришли. Потом снова на панно, на изображения ужаса из глубин, и снова вниз. Смысл был ясен: те, с кем они сражались – лишь предвестники. Настоящий враг, тот, с кем сражались сами Древние Строители, все еще там, внизу. И, возможно, он пробуждается.

Они стояли перед древней фреской, потрясенные масштабом открывшейся им истории и грозящей опасности. Их собственная миссия – остановить вторжение "демонов" – только что обрела совершенно новый, куда более страшный смысл. Они были не просто солдатами, пытающимися защитить свой мир. Они были потомками тех, кто проиграл битву за эту планету тысячелетия назад, и теперь им предстояло столкнуться с врагом, которого боялись даже создатели этих невероятных туннелей.

Гийом посмотрел в темноту туннеля, уходящего вперед и вниз. Теперь он знал, что там не просто Бездна. Там – наследие войны, длящейся дольше, чем само человечество.

Глава 5

Величие и ужас древних фресок еще стояли перед глазами Гийома, когда он решительно повернулся к Алтану. Изображения битв Строителей с тварями из нижних миров были… тревожными, мягко говоря. Но это была древняя история. А враг, разоривший его замок и убивший его людей, был здесь и сейчас.

"Шулмус," – сказал Гийом, указывая сначала на изображение бледных тварей на стене (тех, что были слугами или пешками в той древней войне), а затем – в темноту туннеля, ведущего дальше от зала с фресками. Он провел ребром ладони по горлу. Уничтожить.

Алтан мгновение смотрел на него своими непроницаемыми глазами, затем кивнул. Он тоже понимал – чтобы добраться до логова дракона, нужно сначала разобраться со змеями у входа. Он подошел к стене, где заканчивались фрески и начинался обычный, хоть и странно гладкий, туннель. Присел на корточки, внимательно изучая пол в неверном свете факела Гийома.

Его движения были точными, экономными. Он касался камня кончиками пальцев, принюхивался к воздуху, рассматривал мельчайшие частицы пыли. Гийом, привыкший к грубой работе следопытов в европейских лесах, наблюдал с невольным уважением. Монгол читал эти древние камни, как открытую книгу.

Через пару минут Алтан поднялся и указал вперед, в один из нескольких туннелей, расходящихся от зала. Он показал три пальца, затем изобразил быстрое, скользящее движение – трое прошли здесь, и недавно. Затем он коснулся пола и показал на свои сапоги – след был четким, значит, пол здесь был чуть мягче или пыльнее. Они оставляли следы. Их можно было выследить.

Они двинулись вперед, теперь Алтан шел первым, низко пригнувшись, почти не отрывая взгляда от пола, его движения были плавными и бесшумными. Гийом следовал за ним, подняв факел повыше и держа топор наготове, прикрывая тыл и осматривая стены и потолок – неровный свет создавал пляшущие тени, в которых чудилось движение.

Туннель петлял, иногда разветвлялся, но Алтан безошибочно выбирал нужный путь, находя едва заметные царапины на стенах, оброненные чешуйки бледной кожи, или просто следуя чуть изменившемуся запаху – все тому же резкому, аммиачному следу "шулмусов".

По пути они находили и другие свидетельства их присутствия. В одном из боковых ответвлений – нечто вроде временного лагеря: остатки непонятной пищи, похожей на светящийся мох, несколько странных инструментов из темного металла, и – что вызвало у Гийома особую ярость – разорванные остатки одежды и доспехов его стражников, очевидно, притащенные сюда как трофеи. В другом месте они увидели на стене символы, нацарапанные когтями – не руны Строителей, а что-то иное, хаотичное, агрессивное. Алтан долго их рассматривал, потом покачал головой – эти знаки не были похожи ни на что из известных ему легенд. Язык отчаяния? Или безумия?

Чем глубже они шли, тем чаще Алтан останавливался, прислушиваясь, принюхиваясь. След становился все свежее. Напряжение нарастало. Гийом чувствовал, как по спине ползут мурашки. Он крепче сжимал рукоять топора.

Наконец, Алтан резко поднял руку, останавливая Гийома. Он прижался к стене, указывая вперед, за поворот туннеля. Оттуда доносились звуки – тот самый тихий, стрекочущий или щелкающий звук, который издавали твари в часовне. И виднелся слабый голубоватый свет.

Алтан жестом показал: "Тихо. Смотреть."

Они осторожно выглянули из-за поворота. Туннель здесь расширялся, переходя в просторную пещеру или зал, частично освещенный несколькими светящимися кристаллами, вросшими в стены – наследие Строителей? В центре пещеры находилась группа "шулмусов" – штук пять или шесть.

Но они не готовились к атаке и не пожирали останки. Они делали нечто странное. Они стояли полукругом перед одной из стен, где свечение было особенно ярким, и монотонно раскачивались, издавая свой тихий стрекот. Некоторые из них держали в руках инструменты, похожие на те, что Гийом видел в их лагере, и водили ими по стене, словно пытаясь что-то активировать или прочесть. Их черные бездонные глаза были устремлены на стену с почти религиозным трепетом. Или со страхом?

Гийом и Алтан переглянулись. Что делают эти твари? Молятся? Пытаются использовать технологию Древних? Или ждут приказа?

Одно было ясно – они нашли их. И теперь нужно было решать, что делать дальше. Нападать на эту группу? Пытаться захватить одного? Или обойти их и двигаться дальше, к источнику, о котором предупреждали фрески?

Глава 6

Алтан решительно покачал головой, останавливая рвущегося в бой Гийома легким движением руки. Он приложил палец к губам, затем указал вперед, на пещеру, и сделал знак "смотреть". Рыцарь поморщился – ждать и наблюдать было не в его правилах, особенно когда враг так близко. Но что-то в спокойной уверенности монгола, в том, как он читал следы и двигался в этой проклятой тьме, заставило Гийома подчиниться. Он снова почувствовал себя не опытным командиром, а зеленым оруженосцем рядом с матерым следопытом.

Они затаились за большим выступом скалы, откуда открывался вид на пещеру. Факел Гийом почти притушил, оставив лишь небольшой пляшущий огонек, достаточный, чтобы видеть Алтана и свои руки. Основное освещение шло из самой пещеры – от светящихся кристаллов и особенно ярко – от панели на дальней стене, перед которой собрались "шулмусы".

Их было шестеро. Они стояли полукругом, их бледные, тонкие фигуры казались призрачными в голубоватом сиянии. Они монотонно раскачивались из стороны в сторону, издавая все тот же тихий, стрекочущий, почти гипнотический звук. Двое из них держали в руках странные инструменты из темного металла, похожие на камертоны или хирургические зажимы, и медленно водили ими по светящейся панели, словно пытаясь найти нужную точку или вызвать резонанс.

Их сосредоточенность была абсолютной, почти фанатичной. Они не смотрели по сторонам, полностью поглощенные своим занятием. Гийом наблюдал за ними, и странное чувство поднялось в его душе. Эта слепая, почти одержимая концентрация на чем-то непонятном… она напомнила ему Женевьеву. Его Женевьеву. Он вспомнил ее – не бледное, изможденное чумой тело, которое он видел в последний раз, а живую, смеющуюся, склонившуюся над своими вышивками при свете свечи. Она так же могла часами сидеть, погруженная в сложный узор, ее пальцы порхали, создавая на ткани целые миры, недоступные его, Гийома, простому пониманию. Он тогда злился на ее отрешенность, ревновал к этим ниткам и узорам. А потом пришла чума, и он опоздал. Опоздал сказать, что понимает. Или хотя бы пытается.

Рыцарь стиснул зубы, отгоняя воспоминание, обжигающее, как клеймо. Не время для скорби. Время для битвы.

Он посмотрел на Алтана. Тот сидел на корточках абсолютно неподвижно, его узкие глаза неотрывно следили за действиями "шулмусов". В его взгляде не было страха – только холодное любопытство охотника, изучающего повадки опасного зверя.

В пещере что-то изменилось. Стрекотание "шулмусов" стало громче, раскачивание – интенсивнее. Те двое, что водили инструментами по панели, похоже, нашли то, что искали. Панель вспыхнула ярче, голубое сияние стало почти ослепительным. И на ее поверхности начали проступать символы. Не руны Строителей, которые они видели на фресках, а что-то иное – сложные геометрические фигуры, переплетающиеся линии, точки, похожие на звездную карту, но карту неизвестного неба.

"Шулмусы" замерли, их черные глаза впились в проступившие символы. Один из них издал короткий, резкий звук, и вся группа пришла в движение. Они начали быстро указывать когтями на разные части карты, обмениваясь стрекочущими "фразами". Они явно понимали то, что видели. И, похоже, это было именно то, что они искали.

Гийом посмотрел на Алтана. Монгол тоже внимательно изучал карту на стене. Узнает ли он что-нибудь? Алтан медленно покачал головой, но затем указал на одну из спиралевидных фигур на карте, потом на пол, вниз. А потом провел рукой по горлу – знак опасности.

Значит, карта вела глубже. И путь этот был опасен. Но куда он вел? И что искали здесь эти твари?

"Шулмусы" закончили свое совещание. Один из них снова коснулся панели своим инструментом. Карта на стене погасла. Существа быстро, гуськом, направились к одному из темных проходов в дальней части пещеры и скрылись в нем.

Пещера опустела. Остался лишь ровный свет кристаллов на стенах и гулкая тишина.

Гийом и Алтан переглянулись. Они видели все. И теперь перед ними стоял выбор. Идти за тварями по пути, указанному на карте? Попытаться снова активировать панель и изучить карту самим? Или отступить и искать другой путь?

Глава 7

Не было времени на размышления или расшифровку. "Шулмусы" ушли, и они явно направлялись к чему-то важному, отмеченному на той светящейся карте. Инстинкт воина подсказывал Гийому – нужно идти следом, пока след не остыл. Он посмотрел на Алтана, кивнул на темный проход, куда скрылись твари, и положил руку на рукоять топора.

Монгол понял без слов. Его лицо было сосредоточенным, глаза сузились, превратившись в щелочки, внимательно изучающие пол у входа в туннель. Он присел на корточки, проводя пальцами по камню, затем поднял их, растерев пыль. Указал в темноту – след был свежим. Потом показал шесть пальцев и сделал быстрое скользящее движение – шестеро, ушли быстро.

Алтан взял инициативу на себя. Он двинулся первым, пригнувшись, его силуэт почти растворялся во мраке за пределами неровного круга света от факела Гийома. Рыцарь шел следом, стараясь ступать как можно тише, что было непросто в его хоть и не полной, но все же металлической защите. Он держал факел так, чтобы освещать путь Алтану, и одновременно осматривал стены и потолок, ожидая засады на каждом шагу.

Туннель оказался не таким ровным и гладким, как тот, что вел к залу с фресками. Здесь камень был обработан грубее, местами переходя в естественную породу. Он резко уходил вниз, петляя и извиваясь, как змея. Воздух стал тяжелее, запахи – острее. К минеральному привкусу и аммиачному следу "шулмусов" добавился запах гниения и стоячей воды.

Алтан двигался уверенно, его глаза, привыкшие к темноте и способные различать малейшие детали, читали следы на камне, на редких пятнах влажной грязи, на пыли в нишах стен. Он указывал Гийому на почти невидимые царапины от когтей на поворотах, на оброненную блестящую чешуйку, на место, где один из "шулмусов" поскользнулся на мокром камне. Они шли по пятам.

Иногда Алтан останавливался, припадал ухом к стене или к полу, прислушиваясь. Гийом замирал рядом, слыша лишь собственное дыхание да гулкий стук сердца. Пару раз им показалось, что они слышат далеко впереди тот самый стрекочущий звук или скрежет когтей по камню, но звуки быстро затихали. Враг был близко.

Туннель начал выравниваться, но стал уже. По стенам потекли струйки воды, пол стал скользким. Они нашли еще один след присутствия "шулмусов" – странный предмет, похожий на сломанный инструмент из темного металла, валявшийся у стены. Алтан осторожно поднял его, повертел в руках, покачал головой – материал был ему незнаком, но инструмент явно был сломан недавно, возможно, в спешке.

Впереди послышался шум – звук падающей воды и что-то еще… похожее на эхо голосов? Или стрекот? Алтан знаком приказал Гийому потушить факел почти полностью, оставив лишь тлеющий фитиль. Сам он прижался к стене, становясь почти невидимым.

Они медленно продвинулись вперед, ориентируясь на звук. Туннель вывел их к краю большого подземного грота. Отсюда открывался вид на пространство внизу.

Грот был огромен. С низкого потолка свисали сталактиты, по стенам струилась вода, образуя небольшое озеро в центре. Воздух был влажным и прохладным. Но самое главное – грот не был пуст.

Внизу, у озера, собралась группа "шулмусов" – не меньше дюжины. Те шестеро, за которыми они следовали, присоединились к остальным. Они столпились вокруг чего-то на берегу озера. В центре их круга стоял один из них – выше ростом, возможно, их лидер – и держал в руках светящийся предмет, похожий на кристалл или жезл. Он что-то говорил своим стрекочущим языком, и остальные отвечали ему в такт. Похоже, они проводили какой-то ритуал или готовились к чему-то.

А за озером, в дальнем конце грота, виднелся еще один туннель, но он был другим. Он был явно искусственным, с ровными стенами из того же гладкого камня, что и наверху, и из него исходил слабый голубоватый свет. Похоже, это был вход в другую, возможно, более важную часть комплекса Строителей. И "шулмусы" собрались именно перед ним.

Гийом и Алтан переглянулись в полумраке. Они выследили врага. Они нашли их лагерь или место сбора. И они увидели их цель – проход вглубь древних сооружений.

Теперь нужно было решать – что делать с этой информацией? И как действовать против дюжины вооруженных тварей?

Глава 8

Гийом с трудом подавил рвущийся наружу боевой клич. Инстинкт требовал атаковать, пока враг отвлечен, но жест Алтана был непреклонен – ждать. Рыцарь стиснул зубы, чувствуя, как напрягаются мышцы под латами. Он ненавидел ждать. Но монгол, похоже, лучше понимал, с чем они столкнулись. Гийом перевел взгляд обратно на сцену внизу.

Шестеро "шулмусов", спасшихся из часовни, присоединились к остальным, и теперь дюжина этих бледных тварей стояла полукругом перед ярко светящейся стеной у входа в искусственный туннель. Их монотонное стрекотание стало громче, сливаясь в подобие гипнотического хора. Фигура в центре – та, что казалась выше и держала в руке светящийся предмет, похожий на вытянутый кристалл или жезл – подняла его над головой.

Кристалл вспыхнул ярче, заливая пещеру ровным, холодным светом, от которого тени стали гуще. "Шулмусы" синхронно раскачивались, их черные бездонные глаза были устремлены на стену. Те двое, что ранее водили по ней инструментами, теперь прижимали свои "камертоны" к определенным точкам на поверхности. Стена завибрировала, отвечая на гул, исходящий от кристалла в руке лидера.

Алтан толкнул Гийома в бок, указывая на кристалл, потом вниз, в глубину, и изобразил руками что-то большое, мощное. "Сердце горы?" – прошептал он на ломаной смеси языков, которую они использовали для общения. – "Или ключ?"

Гийом пожал плечами. Это могло быть чем угодно. Оружием. Источником энергии. Навигационным инструментом. Ясно было одно – эта штука и эта стена были важны для тварей.

Он смотрел на их странный ритуал, и снова перед глазами на мгновение возник образ Женевьевы – ее сосредоточенное лицо над вышивкой. Такая же отрешенность, такая же погруженность во что-то непонятное ему. Он тряхнул головой. Не время для слабости.

Действие внизу достигло кульминации. Лидер "шулмусов" издал резкий, высокий звук, и одновременно вонзил светящийся кристалл в углубление на панели, которое Гийом раньше не замечал. Раздался низкий гул, от которого завибрировал пол пещеры. Светящаяся стена перед туннелем замерцала, голубое сияние стало интенсивнее, и прямо в центре стены линии света начали расходиться, образуя четкий, светящийся дверной проем. За ним виднелся идеально ровный туннель Строителей, уходящий в синеватую даль.

"Шулмусы" прекратили свое стрекотание. Наступила напряженная тишина, нарушаемая лишь гулом открывшегося прохода и капанием воды где-то в пещере. Существа смотрели на открывшийся путь – в их черных глазах читалось не торжество, а скорее… страх? Или благоговение?

Лидер со светящимся кристаллом сделал несколько шагов вперед, к проему. Остальные последовали за ним, выстраиваясь в подобие колонны. Они не оглядывались. Вся их воля, все их существо было устремлено туда – в сияющий туннель Древних.

Один за другим они скрылись в проходе. Последний из них на мгновение обернулся – его черные глаза встретились с глазами Гийома, прежде чем рыцарь успел отпрянуть в тень. Узнал ли он его? Или это была просто случайность?

Вот и все. Пещера опустела. Остался лишь гул и свет от открытого прохода в стене.

Гийом и Алтан переглянулись. Теперь они знали: "шулмусы" используют древние технологии, чтобы открыть путь вглубь комплекса. И они боятся того, что там найдут (или того, что идет за ними?). Кристалл был ключом. А туннель – целью.

"Идем?" – спросил Гийом одними глазами.

Алтан кивнул. Он указал на открытый проход, затем на себя и на рыцаря. Опасность непосредственного столкновения миновала. Теперь нужно было следовать за врагом в самое сердце тайны.

Глава 9

Гийом и Алтан обменялись быстрыми взглядами. Впереди – открытый проход, сияющий голубым светом, куда только что скрылся враг. Позади – темнота и неизвестность туннелей, которые они уже прошли. Выбор был очевиден, хоть и не сулил ничего хорошего.

"За мной," – прорычал Гийом, скорее для собственной уверенности, и первым шагнул в сияющий проем, держа топор наготове.

Переход был мгновенным и резким. Словно шагнул из сырого, пахнущего камнем погреба в… нечто совершенно иное. Стены туннеля здесь были не просто гладкими – они казались сделанными из цельного куска материала, похожего на темное стекло или отполированный обсидиан, и сам голубой свет исходил из их толщи, ровный и спокойный. Воздух был другим – чистым, прохладным, с едва уловимым запахом озона, как после сильной грозы. Под ногами – идеально ровная поверхность, без пыли и мусора. И тишина – гулкая тишина пещеры сменилась почти полным безмолвием, лишь где-то впереди слышался слабый, низкий гул.

"Колдовство…" – выдохнул Гийом, оглядываясь с недоверчивым изумлением. Даже самые пышные залы королевских дворцов не могли сравниться с этим холодным, нечеловеческим совершенством.

Алтан не выказал удивления, но его глаза внимательно изучали стены, пол, потолок, который терялся в голубоватой дымке наверху. Он провел рукой по стене – гладкая, прохладная, без единого стыка. Он указал Гийому на едва заметные линии, бегущие вдоль пола и стен – похожие на вены, по которым струился чуть более яркий свет.

Они осторожно двинулись вперед. Туннель был широким, достаточно, чтобы рядом могли проехать две телеги, и абсолютно прямым, уходящим вдаль. Они прошли несколько сотен шагов, как вдруг Гийом почувствовал, что пол под ногами… движется.

Он пошатнулся, инстинктивно выставив топор для равновесия. Алтан тоже замер, присев на одно колено, рука на ноже. Поверхность под ними скользила вперед – плавно, бесшумно, но с ощутимой скоростью.

"Дьявольщина!" – выругался Гийом, с трудом удерживая равновесие.

Алтан поднялся, его лицо было сосредоточенным. Он указал вперед, потом на пол, потом снова вперед – похоже, он понял или догадался, что это – транспортная система. Древняя дорога Строителей.

Они стояли на движущейся ленте, несущей их вглубь неизвестности. Скорость нарастала. Стены туннеля замелькали. Теперь они видели боковые ответвления – такие же сияющие или темные, провалы вниз, арки, ведущие в огромные, темные залы, полные теней и спящих механизмов. Масштаб сети был поразительным. Это был целый подземный мир, связанный этими скоростными путями.

Гийом чувствовал себя неуютно. Он привык контролировать ситуацию, крепко стоять на земле. Здесь же он был лишь пассажиром, несомым неведомой силой в неизвестном направлении. Он крепче сжимал топор, всматриваясь вперед, ожидая опасности.

Алтан, наоборот, казался заинтригованным. Он всматривался в боковые туннели, в проплывающие мимо залы, его глаза блестели от любопытства. Он снова достал свой нож и указал им на пол движущейся ленты – там виднелись едва заметные царапины, оставленные когтями "шулмусов". След был свежим. Значит, твари тоже использовали эту систему. И они были где-то впереди.

Внезапно свет в туннеле мигнул. Голубое сияние на мгновение сменилось тревожным красным, а затем снова стало голубым. Движущаяся лента слегка дернулась, замедлила ход, а потом снова набрала скорость. Сбой? Или предупреждение? Алтан напрягся, его рука легла на лук за спиной. Гийом поднял топор.

Но больше ничего не произошло. Лента продолжала нести их вперед, в гудящую синеву. Они миновали еще несколько разветвлений, огромный зал с колоннами из света, участок, где стены были прозрачными, и за ними виднелся другой, параллельный туннель, пустой и темный.

Наконец, впереди показалось расширение. Скорость ленты начала плавно снижаться. Они приближались к чему-то вроде станции или узловой точки. Лента остановилась у широкой платформы из того же темного материала, что и стены. Здесь сходилось несколько таких же светящихся туннелей, уходящих в разные стороны. Голубой свет был ярче, а низкий гул – громче.

Гийом и Алтан спрыгнули с остановившейся ленты на неподвижную платформу. Они проделали огромный путь за короткое время, но оказались в еще более запутанном и непонятном месте. Куда ушли "шулмусы"? Какой из этих сияющих путей ведет к цели? Или к гибели?

Они стояли посреди древнего транспортного узла, затерянные в сердце технологического чуда давно исчезнувшей расы, и пытались снова найти след своего врага.

Глава 10

Гийом и Алтан стояли посреди огромного транспортного узла Строителей. Голубое сияние, исходящее от стен и пола, заливало все ровным, холодным светом. Низкий гул реял в воздухе – то ли отголосок работы механизмов где-то в глубине, то ли сама энергия этого места. Перед ними расходились веером пять или шесть одинаковых туннелей, таких же сияющих и безмолвных. Куда ушли "шулмусы"? Какой путь выбрать?

Гийом нетерпеливо переступил с ноги на ногу, сжимая топор. Он окинул взглядом туннели – все они казались одинаковыми, без каких-либо указателей или знаков различия, понятных человеку. Искать здесь следы казалось ему безнадежным делом – пол был идеально гладким, почти зеркальным, без пыли или грязи.

Но Алтан думал иначе. Он опустился на одно колено, почти касаясь щекой сияющего пола, его глаза медленно скользили по поверхности, подмечая то, что было невидимо для рыцаря. Он проводил пальцами по гладкому материалу, словно читая невидимый текст. Затем поднялся и медленно пошел вдоль края платформы, внимательно осматривая входы в каждый туннель.

Гийом стоял на страже, держа факел низко (здесь он был почти не нужен, но привычка осталась) и топор наготове, осматривая темные участки под потолком и дальние концы платформы. Он не доверял этому месту. Оно было слишком чистым, слишком идеальным, слишком… неживым. Но он начинал доверять этому молчаливому монголу. Тот уже дважды спас ему жизнь, и его знание этих мест – будь то из легенд или из опыта – было очевидно.

Алтан остановился у третьего справа туннеля. Он снова опустился на корточки. Гийом подошел ближе. Теперь и он смог разглядеть то, что нашел Алтан – едва заметные, почти невидимые царапины на полу у самого входа в туннель, словно от когтей, и крошечное, почти микроскопическое пятнышко той самой полупрозрачной слизи, что сочилась из тел убитых тварей. След был здесь.

Алтан поднял голову, встретился взглядом с Гийомом и кивнул на туннель. Затем показал шесть пальцев (столько тварей они видели в группе лидера) и сделал жест рукой – "ушли туда".

Но он не спешил входить. Он приложил ухо к стене туннеля, прислушиваясь. Потом снова указал внутрь, но теперь покачал головой и провел рукой по воздуху волнистую линию – звук? Или опасность? Гийом не понял точно, но уловил главное – Алтан чувствовал что-то неладное впереди.

Они обменялись понимающими взглядами. Идти нужно было туда, по следу. Но идти нужно было с удвоенной осторожностью.

Алтан снова взял инициативу. Он вынул из-за спины свой короткий лук, проверил тетиву, положил стрелу. Затем бесшумно скользнул в голубое сияние туннеля. Гийом последовал за ним, стараясь ступать как можно тише, его топор был наготове.

Этот туннель был таким же – гладкие стены, ровный свет. Но гул здесь был тише, а воздух казался неподвижным. Они прошли несколько десятков шагов, когда Алтан резко остановился, подняв руку. Гийом замер за его спиной.

Алтан указал вперед. В тусклом свете Гийом увидел – пол туннеля впереди был покрыт странными темными пятнами и… обломками. Подойдя ближе, они поняли – это были останки "шулмусов". Не целые тела, а разорванные фрагменты, смешанные с кусками темного металла и кристаллическими осколками. Их было несколько – три или четыре существа. Следы яростной схватки. Но с кем?

На стенах виднелись глубокие борозды, оставленные явно не энергетическим оружием "шулмусов", а чем-то гораздо более мощным – гигантскими когтями? Или буровым инструментом? Пол был залит той же слизью, но местами виднелись и брызги иной жидкости – темной, почти черной, маслянистой.

Алтан присел, рассматривая останки и следы на стенах. Он поднял осколок черного хитина, не принадлежавшего "шулмусам", покачал головой и указал вглубь туннеля, потом снова вниз, еще глубже. Его лицо было серьезным как никогда.

Гийом понял. Та самая Глубинная Угроза, о которой говорили фрески. Она была здесь. И она уничтожила часть группы "шулмусов". Возможно, оставшиеся бежали дальше по этому туннелю. Или их ждала та же участь.

И они с Алтаном шли прямо в логово этого древнего ужаса.

Глава 11

Запах в туннеле стал невыносимым – едкая смесь аммиачной слизи "шулмусов" и чего-то еще, темного, маслянистого, вызывающего рвотные позывы. Гийом прикрыл нос и рот рукавом, его желудок сжался. Он видел смерть во многих обличиях – на полях сражений, в чумных лазаретах – но это… это было иным. Зверским. Нечеловеческим.

Алтан знаком приказал ему держать факел ровнее и ближе к полу, а сам опустился на корточки рядом с изуродованными останками одного из бледных существ. Монгол действовал без видимых эмоций, но его обычная сосредоточенность сменилась мрачной напряженностью. Он внимательно осматривал раны.

Тела "шулмусов" были не просто убиты – они были разорваны, растерзаны с невероятной силой. Их бледная, похожая на хитин кожа была вспорота, обнажая внутренности – странные, переплетения полупрозрачных трубок и желеобразных органов. Но это были не следы меча или топора. Края ран были рваными, будто их оставили гигантские когти или зубы.

"Что это было?" – хрипло спросил Гийом, хотя и не ожидал ответа.

Алтан поднял голову, его взгляд был тяжелым. Он указал на глубокие борозды, оставленные на каменном полу и стенах – они шли от тел "шулмусов" и уходили дальше, в темноту туннеля. Борозды были широкими, параллельными, словно их оставило нечто огромное, с когтями толщиной в руку взрослого мужчины. Затем Алтан коснулся темной, маслянистой жидкости, покрывавшей пол рядом с бороздами. Растер ее между пальцами. Она не была похожа на кровь. Она была густой, вязкой и холодной. Он снова посмотрел на Гийома и произнес одно слово на своем языке, которого рыцарь не понял, но интонация была ясна – это было древнее имя, полное страха и отвращения. Вероятно, так в его легендах называли ту самую Глубинную Угрозу, изображенную на фресках.

Гийом посветил факелом на стены. Там, где прошли когти неведомой твари, гладкий камень Строителей был раскрошен, словно скорлупа. Сила нападавшего была чудовищной. Он также заметил странные оплавленные пятна – но не такие, как от энергетического оружия "шулмусов". Эти были другими – неровными, словно от брызг кислоты или какой-то едкой слизи.

Они осмотрели останки других "шулмусов". Картина была та же – невероятная жестокость, огромная сила. Похоже, схватка была короткой. "Шулмусы", какими бы опасными они ни казались наверху, здесь были лишь добычей.

Алтан поднял с пола обломок темного металла – часть инструмента "шулмуса", похожего на камертон. Он был перекушен пополам, словно сухая ветка. Монгол внимательно изучил место излома, затем покачал головой.

Становилось ясно: путь вперед лежал через охотничьи угодья чего-то могущественного и крайне враждебного. Идти дальше было безумием. Но и возвращаться назад, в мир, охваченный чумой, где их ждали лишь смерть или костер Инквизиции (если они расскажут правду), казалось не лучшим вариантом. И где-то там, впереди, все еще могли быть выжившие "шулмусы", несшие свой светящийся ключ – возможно, единственную надежду понять или использовать технологии Строителей.

"Нужно идти," – сказал Гийом твердо, глядя в темноту туннеля. – "Осторожно. Но идти."

Алтан посмотрел на него, потом на следы на полу, потом снова на Гийома. В его глазах не было страха – скорее, мрачная решимость охотника, идущего на опасного зверя. Он молча кивнул.

Он поднял свой лук, наложил стрелу. Гийом крепче стиснул топор. Они оставили позади место резни, двигаясь теперь еще медленнее, еще тише, прислушиваясь к каждому шороху, всматриваясь в каждую тень. Они шли по следу не просто врага, а по следу хищника, и знали, что в любой момент сами могут стать добычей.

Факел отбрасывал их тени на стены, покрытые следами древней битвы. И тишина туннеля больше не казалась пустой – она была наполнена предчувствием новой, еще более страшной угрозы.

Глава 12

Туннель за местом резни стал другим. Ушли гладкие стены и голубое сияние Строителей. Здесь камень был грубым, темным, словно сама Бездна смотрела на них из стен. Воздух стал тяжелее, запахи – резче. Кровь (или что это было?) неведомой твари и слизь "шулмусов" смешивались с вековой пылью и запахом сырого камня. Они шли вперед, в царство хищника.

Гийом держал топор наготове, факел – чуть впереди, его свет выхватывал из мрака лишь небольшой круг. Алтан двигался впереди, тенью скользя по неровному полу, его тело было напряжено, как тетива лука перед выстрелом. Он постоянно останавливался, прислушиваясь, касаясь стен, изучая пол. Гийом научился доверять этим паузам. Монгол чувствовал то, что рыцарь не мог ни увидеть, ни услышать.

Внезапно Алтан резко вскинул руку, заставив Гийома замереть. Монгол припал к земле, приложив ухо к камню. Его глаза были закрыты, ноздри раздувались, ловя потоки воздуха. Прошла мучительно долгая минута. Затем Алтан медленно поднял голову, его глаза были широко раскрыты, в них читался не страх, а скорее… предупреждение. Он знаком показал – что-то большое… тяжелое… идет… здесь… рядом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.