# Измена.Ты мне не соперница

Елена Грасс

…– Почему вы не даёте ему развод? – хочет моих объяснений девушка.

– Я его не держу. Что-то подсказывает мне, что вы очень ошибаетесь в Стасе.

– Считайте как хотите. Мне всё равно. – Продолжает она, и уверенность в её голосе набирает обороты. – Я беременна, а это, как понимаете, вопрос очень серьёзный. Больше так продолжаться не может. Как бы Стас ни мучился в этом браке, прошу вас, прекратите портить ему жизнь. Отпустите его! – любовница моего мужа уже не улыбается так доброжелательно, как первые пару минут при знакомстве.

Теперь она уже практически нападает на меня.

Голова кругом идёт от её словесного напора.

– Девушка, стоп! Не тараторьте! Давайте обо всём спокойно и по порядку.

************************

Ко мне неожиданно пожаловала любовница моего мужа и требует, чтобы я дала ему развод.

И я бы с удовольствием это сделала, если бы он не сопротивлялся расторжению нашего брака…

## Глава 1

«Буду поздно» – стандартная фраза.

Уже четвёртый месяц подряд эти слова неизменно появляются в моём телефоне и приносят разочарование.

Раньше муж хотя бы сохранял видимость заботы: отправлял ласковые обращения вроде «солнышко» и другие нежные слова. А сейчас – просто сухое «буду поздно».

Теперь эти два слова больше не вызывают ни боли, ни возмущения. Они подобны холодному камню, брошенному прямо в душу.

Слышу звук открывающейся двери. Машинально бросаю взгляд на часы. Полночь.

Последнее время я всё чаще задаюсь вопросом: действительно ли он работает допоздна? Вероятно, нет.

Но мне приходится верить, ведь когда-то мы оба также часто задерживались на работе.

Только тогда всё было иначе: мы едва начинали совместный бизнес.

Долгие ночи, проведённые за монитором, выпитый литрами крепкий кофе и нескончаемые списки дел – такова была наша жизнь. Каждый новый день превращался в настоящую битву за жизнь нашей компании.

Сейчас всё изменилось. Бизнес функционирует как безупречно отлаженный механизм, работа идёт своим чередом, без прежней суеты и авралов.

Долгие вечерние посиделки за кропотливой работой в офисе потеряли всякий смысл.

Я давно поняла: человеческий мозг не способен эффективно генерировать новые идеи далеко за полночь. Поэтому нет никакой надобности засиживаться на работе.

Всё чаще кажется, что весь этот поздний график лишь маскировка личных интересов мужа, который за ширмой трудолюбия скрывает совсем другие планы. И ещё убеждает меня, что ему надо верить…

Недавно Стас, например, рассказывал, что заключил какой-то невероятно важный контракт с китайскими партнёрами. Однако никаких документов мне так и не показал.

Повод для волнения? Да. Но конфликтовать не хочу.

Что остаётся? Остаётся лишь слепо довериться мужу и не обращать внимания на червячка сомнений, который неумолимо точит моё сердце изнутри, как яблоко.

– Ты ведь понимаешь, я сейчас управляю бизнесом один, без твоей помощи. И это всё ради нашей семьи, – часто повторяет муж, когда я пытаюсь осторожно намекнуть на то, что помимо деловых встреч и проектов существуют ещё и близкие люди: наша дочь, например.

Аргументы мужа в ответ кажутся убедительными: он уверяет, что всё делает исключительно ради благополучия семьи. Поэтому любые претензии он воспринимает как неоправданную обиду.

Наконец, слышу шаги мужа. Стас дома.

Он неспешно поднимается на второй этаж, ступая мягко, будто боится меня разбудить и нарваться на неловкий разговор.

Проходит мимо нашей спальни, быстро принимает душ и ложится спать в другой комнате.

Ворочаюсь в своей постели, тщетно пытаясь отогнать навязчивые мысли. Уснуть никак не удаётся несмотря на все мои попытки успокоиться.

Встаю с кровати и иду в ту комнату, где он устроился. Осторожно приоткрываю дверь и тихо шепчу:

– Стас… Ты спишь?

Тишина. Муж молчит, но я отчётливо ощущаю, что он всё-таки не спит.

Несколько секунд прислушиваюсь к дыханию Стаса, потом разворачиваюсь, чтобы уйти, но вдруг замечаю на экране его телефона уведомление о новом сообщении.

Стас тут же делает вид, будто только сейчас проснулся.

Становится противно. Какая дешёвая игра.

– Кристина, что случилось? Который час? – спрашивает зевая.

– Ты пришёл сюда всего пятнадцать минут назад, – усмехаюсь.

– Зачем ты заходила? Я задержался, не хотел тебя тревожить.

– Стас, скажи честно, у тебя проблемы в компании? Может, я смогу помочь? – спрашиваю без предисловий.

– Какие проблемы, о чём ты говоришь? – В его тоне сквозит недоумение, и это выглядит почти искренне. – Нет никаких проблем.

– Тогда почему ты постоянно приходишь так поздно домой? – Я всё-таки задаю вопрос, волнующий меня долгое время.

– Я же написал тебе, что работал допоздна. Дорогая, прекрати. Я очень устал. Давай поговорим завтра утром, ладно?

Сердце колотится от напряжения, но я понимаю, что продолжать разговор бесполезно.

Выдохнув, ухожу обратно в нашу спальню. Пытаюсь уснуть, но не получается.

Хотя легла я далеко за полночь, мои привычки оказываются сильнее усталости.

И вот я уже снова молча варю завтрак, выглаживаю рубашку от костюма, ожидая мужа в гостиной, чтобы исполнить ежедневный ритуал стандартных расспросов: «Как твои дела?», «Как твоя работа?».

– Стас, ты вчера вечером, точнее, уже ночью, говорил, что мы сегодня обсудим важные вопросы. У тебя есть время поговорить?

Стас медленно поднимает голову и ненадолго задерживает на мне пустой взгляд. Демонстративно вздохнув, он смотрит на свои дорогие швейцарские часы.

Его жесты выдают явное раздражение, будто каждый миг разговора со мной – это сплошная пытка для него.

– Пока завтракаю, пару минут есть, – сухо бросает муж.

Глядя на такое поведение, я ощущаю, как волна злости и негодования стремительно поднимается внутри меня.

Хочется сейчас же высказать всё, что накипело, но я в очередной раз сдерживаю порыв и произношу ровным тоном:

– Не переживай, я не буду портить тебе утро. Но честно скажу, другого удобного момента для разговора у нас не предвидится. Всегда у тебя либо работы много, либо усталость, либо срочные встречи. Вечером ты поздно возвращаешься, а утром всегда куда-то торопишься. Стас, ты меня знаешь, я не стану умолять о внимании.

– Да, верно, и не надо, – спокойно соглашается он. – Когда появится свободное время, я сам скажу тебе об этом.

– Хорошо. Тогда сделаем по-другому. Назначь конкретный день, когда сможешь выделить время для нас. Можешь даже поручить это своему секретарю.

Муж хмыкает и слегка прищуривается, уловив нотки иронии в моём голосе.

– Это сарказм, да?

– Конечно, самый настоящий, – подтверждаю. – Стас, я не стану устраивать допросы, – игнорирую его недовольство. Плевать! – Но важно, чтобы ты понял, что наши отношения – это не только моя работа.

Кивает, словно соглашается.

– Если мы хотим сохранить семью, нужно уделять друг другу больше внимания. Ты постоянно погружён в работу, а я постепенно становлюсь просто частью интерьера в этом доме, без какого-либо значения. Так жить нельзя!

Уверена, он прекрасно понимает, что я во всём права, но признавать свои ошибки и промахи – не в его стиле.

– Понимаю, тебе тяжело, что меня вечно нет. Но ты тоже должна учитывать, что бизнес требует жертв. Кристина, тебе ли не знать? – говорит он теперь с явным удивлением. – Ты лучше меня знаешь, насколько порой приходится жертвовать личным ради успеха компании. Да и вообще, я же сказал, что устал…

– Это я вчера слышала. Ну, если ты так устал, может, стоит подумать о перераспределении обязанностей среди сотрудников? Плюс ты же сам утверждал, что никаких серьёзных проблем сейчас нет.

– Нет! Никакого перераспределения! – резко и жёстко отрезает он, сразу выходя из своего мнимого спокойствия. – Ты сама столько лет трудилась бок о бок со мной и прекрасно знаешь, что многие вопросы требуют исключительно личного присутствия. Основная часть решений – это только моё дело, я не могу доверить их кому угодно.

– Раньше доверял, – возражаю. – Да и не все обязанности только у тебя, напомню. Мой брат тоже неплохо справляется, хотя работает удалённо. И выполняет свои обязанности, кстати, ничуть не хуже тебя.

– Кристина, именно потому твой брат так работает, – раздражённо восклицает Стас. – Бо́льшая часть важных моментов лежит исключительно на моих плечах! С тех пор как ты отошла от дел компании, многое поменялось.

Стас теперь уже совершенно не сдерживает свою агрессию.

– Пожалуйста, прекрати ждать меня ночами и устраивать бесконечные допросы. Мне всё это неприятно. Что за детский сад?! Хочешь что-то спросить? В чём-то подозреваешь? Говори прямо!

– Да, подозреваю, – уверенно заявляю.

– В чём?! – смеётся муж.

– В том, что у тебя кто-то есть, кроме нашей семьи. И не надо списывать всё на работу. Я же как-то умудрялась всё сочетать, когда только начинала вести бизнес. А ты, в отличие от меня, не строишь всё заново, а лишь развиваешь что есть.

– Я сам разберусь, как лучше. Моя компания – это только моя ответственность, – говорит твёрдо и категорично. – Не вмешивайся!

– Твоя компания?! – переспрашиваю. Вот так неожиданность!

– Наша! – сразу поправляется. – Кристина, – чуть сбавляет обороты Стас, – пожалуйста, не лезь! Не вмешивайся!

## Глава 2

– Почему мне нельзя вмешиваться? Я тоже совладелец бизнеса.

– Всё, что ты говоришь, мне крайне неприятно! – Тон мужа становится резким, почти угрожающим. – Ты словно пытаешься меня контролировать! Меня это раздражает.

– А меня раздражает, что ты оправдываешься работой и скрываешь что-то другое. Мы долго работали вместе, и я прекрасно разбираюсь в нашем деле. Скажи прямо: у тебя появилась другая женщина?

– Что за чушь? Зачем ты опять заводишь этот разговор? Тема закрыта давно! Никого нет! Хватит вспоминать об этом.

– Ты помнишь, что со мной честность обязательна? Не играй со мной. Вранья снова я не допущу. Мне абсолютно неважно, реальная будет связь или виртуальная.

– Да-да, я всё помню! – Теперь он словно отмахивается. – Прекрати, не нужно портить настроение с утра!

– Я знаю, что нужно сделать, чтобы тебе было проще.

– И что же?

– Я готова вернуться в компанию.

– Прямо сегодня?

– Можно завтра, – пожимаю плечами, мол, меня любой день устраивает.

– Нет, я против. Не время, – не позволяет мне продолжать.

– Почему?

– Просто нет, и всё. – Стас откладывает приборы на тарелку и вытирает губы салфеткой. – Не хочу, чтобы ты работала.

А дальше не обращая внимание на то, как важен для меня этот разговор, муж неожиданно подходит ко мне, тянется к моей шее, желая поцеловать. Отстраняюсь, не соглашаюсь. Сейчас точно не до ласк.

– Не уходи от темы. Объясни своё нежелание работать вместе, – настаиваю.

– Не ищи подвоха. Я просто привык видеть тебя дома. – Его тон смягчается. – Всё и так отлажено. Занимайся домом, дочерью, собой.

На губах Стаса играет лёгкая улыбка, но в ней столько фальши… Он говорит последние слова так, будто это единственный весомый аргумент.

– Это, если хочешь, показывает статус нашей семьи. Вон, у моих одноклассников жёны-лошади работают на нескольких работах. А ты у меня как королева!

Меня передёргивает от таких слов.

Как быстро он перешёл от упрёков в том, что тянет компанию один, к этой лести, которая кажется мне притворной. Особенно если учесть, что я долгое время как раз была этой лошадью.

– Хм, раньше я была такой же лошадью, пока мы поднимали бизнес, – напоминаю ему. – И совсем недавно именно ты, кажется, упрекал меня в том, что практически один сейчас тянешь компанию.

Стас отворачивается, будто осознавая, что попал в ловушку собственных противоречий.

– Ляпнул, не подумав, – оправдывается. – Хочу извиниться за это. Теперь понял, как был не прав, и как важно, чтобы моя жена не работала.

– Да уж. Упрекать в этом было очень странно, при том, что ты прекрасно знал, почему я отошла от дел. Мама болела, нужно было ухаживать за ней. Ну, как бы там ни было, я выполнила её последнюю волю и теперь могу вернуться на работу.

Муж вздыхает, видимо, понимая, что спорить бесполезно.

– Я пошёл. – Он разворачивается и уходит, даже не оглянувшись.

– И всё-таки рассмотреть вопрос моего возвращения нужно, – настаиваю, глядя ему вслед, но мои слова повисают в воздухе.

– Рассмотрим обязательно, но позже. – Он машет мне на прощание рукой, даже не повернув головы.

– Ты, Стас, видимо, забыл, какой я могу быть настойчивой, – говорю это теперь скорее себе, чем ему.

Убираю посуду со стола, продолжая обдумывать свои подозрения, прошлое и возвращение в компанию, которую мы создавали вместе десять лет назад.

Размышляя над этой ситуацией, я стараюсь отбросить лишние эмоции и понять: это я такая подозрительная, или он на самом деле не сдержал слово, данное мне полтора года назад, когда я узнала про его знакомства в интернете с другими женщинами.

Холодный душ не помогает. Не отвлекают даже домашние дела.

Ложусь в кровать, чтобы ещё хоть немного поспать и прийти в себя после очередной бессонной ночи.

Засыпаю, но мозг не отключается. Я переношусь в сон, который был моей реальностью полтора года назад, когда я случайно нашла мужа переписку с другой.

В мессенджере они занимались виртуальным сексом, расписывая друг другу, что в данную минуту делает каждый из них и отправляя фото с обнажёнными телами.

Тогда, перечитывая сообщения и глядя на эти откровенные фото, я не могла поверить, что Стас действительно настолько глуп и не додумался удалить всё это позже. Вряд ли он хотел, чтобы я увидела. Наверное, просто забыл.

Объяснение, которое он предложил, звучало невероятно банально: мол, это всего лишь игра, никакого реального физического контакта, просто секс по телефону. И вообще, многие мужчины не считают это изменой.

Когда я задала Стасу вопрос, можно ли мне делать то же самое, ответ был коротким и однозначным: «Нет». Хотя чего другого я ожидала?

Моим первым решением было – развестись. Стас, как мне показалось, тяжело воспринял мою просьбу освободить наш дом и уехать жить в пустующую квартиру.

Чуть позже, когда эмоции поутихли, я поговорила с подругой. Она убедила меня, что это не самое страшное преступление со стороны мужчины, и что не стоит разрушать нашу общую жизнь из-за виртуального флирта или даже секса.

Стас тоже не давал мне покоя. Он приезжал ко мне каждый день, умолял не принимать поспешных решений и указывал на то, что у меня больная мама, а я ушла из компании, поэтому одной мне будет очень тяжело.

Много всего он мне тогда говорил, и я сдалась…Он, видимо, знал, на какие точки нужно надавить.

Компания, которую мы основали десять лет назад, занималась поставками дорогой качественной мебели из разных стран. Мы начинали с простой фурнитуры, но за десять лет бизнес вырос в целое состояние.

Если сегодня спросить Стаса, как мы добились таких высот, то он, без сомнения, скажет, что это всё благодаря его грамотному руководству и правильному выбору команды.

Когда он хвастался перед знакомыми и друзьями, я улыбалась и молчала, позволяя ему тешить своё самолюбие и мужское эго.

Сама я не любила выделяться, да и мама внушила мне, что мужчина должен чувствовать себя главой семьи. Всегда! И я старалась ему это дать.

А про бизнес… Не знаю, специально или случайно, но Стас забыл, как десять лет назад именно я изучала рынок в этом сегменте, именно я нашла первых поставщиков, и именно мои родители продали свою трёхкомнатную квартиру, чтобы дать нам стартовый капитал.

Мы мечтали о больших деньгах, и нам удалось этого добиться.

И вот теперь дом – полная чаша: я сплю на этой дорогой кровати, в дорогой пижаме, в этих роскошных стенах. Но при этом я абсолютно несчастная женщина, которая думает, как жить дальше, если все подозрения окажутся правдой.

## Глава 3

Теперь, когда я не присматриваю за мамой и не работаю, дни кажутся бесконечными.

Забота о дочери и вечно отсутствующем муже, походы в фитнес-клуб, кофе в кафе рядом со школой – вот и весь мой досуг.

Но я понимаю, что так продолжаться не может. Честно говоря, я никогда не привыкну к такому образу жизни.

Меня затягивает в болото, из которого нужно выбраться. И чем быстрее, тем лучше.

– Мама, скажи, а папа не уйдёт от нас? – вдруг спрашивает дочь, когда я готовлю ей завтрак перед школой.

От неожиданности моя рука с чашкой дёргается, и горячая вода проливается мне на кожу.

Вскрикиваю и бегу к крану, подставляя обожжённое место под струю холодной воды.

– Дочь, с чего такой вопрос? – еле сдерживая слёзы, интересуюсь.

– Прости! Ты из-за меня обожглась! Не надо было тебя спрашивать! – начинает плакать моя малышка.

– Прекрати. – Я прижимаю её к себе и нежно глажу по волосам. – Но всё-таки, милая, с чего такие мысли?

– Не хочу говорить… Ты расстроишься, как я расстроилась.

– Нет, я, наоборот, расстроюсь, если ты не скажешь мне, что тебя так мучит.

– Ты скажи мне сначала, что такое «гипотетически»? – Дочь внимательно смотрит на меня. – Мне хочется узнать, верно ли я понимаю это слово. Я смотрела в интернете и узнала значение, но может быть у вас с папой своё значение или обозначение.

– Гипотетически… – Задумываюсь, как проще объяснить. – Ну, это когда можно предположить или представить что-то как возможный вариант чего-либо, только на самом деле это не доказано и может быть совершенно иначе. Не знаю, как попроще сказать… Понимаешь?

Она кивает.

– Да.

– О чём речь? Скажи, к чему применяешь это слово, и я попробую на примере объяснить.

– Я случайно услышала, как папа в своём кабинете разговаривал с какой-то женщиной. Да, да. – Она энергично кивает, подтверждая свои слова. – Я знаю, что у папы среди женщин есть партнёры. Ты вот, тоже у нас, пока бабушка не заболела, была партнёром других людей, мужчин. Верно?

– Ну да. Ну вот папа и разговаривал с женщиной-партнёром. – Спешу раньше времени успокоить взволнованную дочь.

– Но мне казалось, что с партнёрами так не разговаривают.

– А что он ей говорил? – напрягаюсь.

– Он говорил, что очень хочет её. Я не поняла только, что это значит. Папа, правда, когда увидел меня, сразу сменил тон и начал говорить про какие-то поставки, но я поняла, что он врёт. Когда он меня не видел, он с ней словно… заигрывал, а когда заметил, сразу начал разговаривать по-другому, более строго, что ли. – Дочь пытается подобрать слова, чтобы объяснить. – Он словно растерялся, мам.

– Может, тебе это приснилось?

– Нет, я не вру!

– Я верю тебе, не переживай. И что он тебе ответил на это? – Сглатываю неожиданно появившийся ком в горле.

– Он сказал, что хочет её просто увидеть, пообщаться на какие-то важные темы по вопросам контракта. Я спросила его, мол, а почему ночью, но он только разозлился. Тогда я предположила, что он хочет от нас уйти. Папа начал убеждать, что я всё не так поняла. Я заплакала и сказала ему, чтобы он не уходил от нас. Ведь как же я тогда? Как же ты? Ведь мы семья! И папа тогда сказал: даже если представить гипотетически, что я разведусь с твоей мамой, я всё равно буду любить тебя!

– Ну, он правильно тебе сказал. – Киваю, а саму трясёт от таких интересных рассказов. – Даже если гипотетически…

– Мама! – резко прерывает меня Лия. – Пожалуйста, хоть ты не говори эти слова!

– Хорошо. Успокойся только.

Крепко обнимаю дочь и чувствую, как бьётся её сердце. Маленький воробушек, который ждёт моей ласки и того, чтобы я подтвердила: всё будет хорошо, мама и папа будут рядом.

Она ведь другого не знает. До этого времени она росла среди любящих её людей, в твёрдой вере в то, что семья – наш общий тыл.

– Приготовить тебе чай с мятой и любимую лазанью? – тихо спрашиваю её, слегка отстраняясь.

Дочь кивает.

Пытаясь отвлечься, готовлю ужин, даже не зная, во сколько вернётся муж.

Беру телефон, чтобы набрать его и спросить о планах, но вдруг замечаю непрочитанное СМС.

«Ваш муж вам изменяет», – неожиданно приходит с незнакомого номера.

– Новость номер два… – шепчу себе под нос и перезваниваю отправителю сообщения, но в ответ получаю уведомление: «Абонент недоступен».

Первая новость была от дочери про гипотетическое расставание, вторая – эта.

Через несколько минут приходит второе сообщение: «Не звоните, я не отвечу. Просто знайте, что ваш муж Станислав вам изменяет. Он вас не любит и живёт с вами из жалости. Имейте гордость и отпустите его!».

Опускаюсь на стул, сжимая в руках телефон, и не знаю, как реагировать на это послание. Оно адресовано мне, и я уверена, что человек не ошибся. Ведь Станислав – это мой муж.

Вопреки призыву не звонить отправителю, всё-таки ещё раз набираю. И снова абонент не абонент.

Это что, игра в детском саду под названием: «вычисли меня, если сможешь»? Прислали сообщение, вырубили телефон, подождали и снова начали писать.

Следом набираю Стаса, но он сбрасывает звонок.

Ну да, работа… А вечером он мне расскажет, что был на совещании и не мог ответить.

## Глава 4

Я не могу точно вспомнить и сказать, в какой момент наши семейные отношения начали трещать по швам.

Всё выглядело спокойно и складывалось неплохо. Ничто не предвещало беды.

Мы находили общий язык даже тогда, когда казалось, что договориться невозможно. Жили ради наших общих интересов, нас объединяли любовь, наша дочь, совместный бизнес…

Ну, или мне так казалось.

Честно говоря, раньше у меня просто не было времени задумываться об этом.

Работа поглощала меня целиком, но я сознательно шла на такие жертвы. Ведь у нас с ним были общие цели, которые мы стремились достичь вместе.

Или мне так казалось…

Сейчас я ловлю себя на том, что слишком часто использую эту фразу «мне так казалось», когда думаю о нашем браке.

Помню наше знакомство. Стас появился в моей жизни внезапно, когда пришёл работать к моему отцу на должность менеджера среднего звена.

Тогда я была девушкой из обеспеченной семьи, и многие считали меня завидной невестой.

У моего отца был свой успешный бизнес, и он знал в нём толк.

Его компания к тому времени уже процветала, а накопленный годами опыт стал для нас со Стасом большой поддержкой.

Когда случился наш роман, я уже несколько лет трудилась под руководством отца, а он только пришёл устраиваться к нему на работу.

Стас был амбициозен, уверен в себе и бесконечно внимателен к моей персоне.

Если другие парни сторонились меня, называя за глаза «снежная королева» или «железная леди», то Стас, напротив, сразу же начал за мной открыто ухаживать. Его уверенность и решительность покорили меня.

Постепенно между нами завязались тёплые отношения, которые вскоре переросли в нечто большее.

Я влюбилась, и это чувство оказалось взаимным.

Однако помимо любви нас объединяло ещё одно желание – создать собственный бизнес. Мы оба горели этой идеей, и ни минуты не сомневались, что сможем добиться успеха.

Мой отец не пытался нас остановить, когда мы решили уволиться и начать своё дело. Но иногда он ненавязчиво напоминал мне о том, что мой муж допускает ошибки.

Папа неоднократно намекал, что не стоит делать Стаса полноправным партнёром, поскольку по натуре мой муж – всего лишь исполнитель. Да, хороший, чёткий, уверенный исполнитель, но на этом всё.

Но разве влюблённая девушка когда-нибудь слушает своих родителей? Правильно – никогда!

– Доченька, знаешь, – говорил папа с лёгкой грустью в голосе, – порой мне кажется, что именно ты главный двигатель этого поезда. Без твоей силы воли и упорства твой муж вряд ли бы прошёл и половину вашего общего пути.

– Папа, ты ошибаешься, – мягко возражала я, хотя в глубине души понимала, что он, возможно, прав. Только признавать это открыто не хотела. – Да, может быть, сейчас так и есть, но ведь в семье всё должно быть по-другому. Иногда один партнёр поддерживает другого, а затем роли меняются. Я уверена, что Стас тоже сможет взять на себя ответственность в нужный момент.

– Хорошо, если так и будет, – соглашался отец, тяжело вздыхая. – Но помни, моя дорогая, что не стоит обманываться. Если однажды окажется, что ты осталась единственным локомотивом, который тянет этот поезд вперёд, это будет неправильно. Не бери на себя слишком много, иначе он привыкнет и будет считать это нормальным. Жизнь ведь не ограничивается одним только бизнесом.

– Папочка, – Я нежно целовала его и прижималась к его широкому плечу, чувствуя силу и поддержку. – Спасибо тебе за беспокойство. Просто Стасу нужно немного времени, чтобы набрать обороты. У меня был наставник – ты, а у него никого. Но я убеждена, что с его амбициями и твоей поддержкой мы достигнем многого.

И вот, спустя годы, я могу уверенно сказать, что мы добились успеха. Вместе. Плечом к плечу.

Его дерзкая самоуверенность и стремление выделяться среди остальных, мои навыки ведения переговоров и холодный, расчётливый ум – всё это сыграло важную роль в нашем общем успехе.

Цены контрактов росли, как и наша компания. Работа кипела.

Сначала мы разрабатывали бизнес-планы буквально на коленках и обсуждали, какие товары могут заполнить пробелы на рынке, а со временем переехали из дома в офис.

Но нельзя сказать, что у нас всегда всё получалось гладко.

Были времена, когда дела шли очень тяжело: поставщики срывали сроки, в договорах всплывали ошибки, и нам приходилось выплачивать неустойки.

Иногда Стас впадал в уныние, возмущённо заявлял, что всё это бесполезно и лучше вернуться в компанию моего отца, где всё стабильно и надёжно.

Но я решительно качала головой, отказываясь даже рассматривать такой вариант.

Были моменты, когда я вспоминала слова отца о главе семьи и роли локомотива, но старалась быстро отогнать эти мысли.

Однако первое время я всё-таки ощущала больше поддержки от отца, чем от мужа. А однажды родители и вовсе спасли нас от разорения.

Нам срочно понадобились деньги, и папа с мамой неожиданно предложили свою помощь.

Один короткий разговор о трудностях, и через две недели на нашем столе уже лежала внушительная сумма от продажи их трёхкомнатной квартиры.

– Квартира всё равно простаивает, – сказал отец, – поэтому мы с матерью решили передать её на развитие вашего бизнеса. Ты молодец, дочка, продолжай в том же духе. Бери деньги и вкладывай туда, куда считаешь нужным.

– Спасибо, папа, мама, – едва сдерживая слёзы благодарности, я крепко обнимала родителей. – Мы всё вернём!

– Это совсем необязательно, – пытались убедить меня родители, что им ничего не нужно взамен. – У нас всё есть, не беспокойтесь за нас.

Этот жест поддержки стал для нас спасательным кругом.

Прошло три года после того случая, и мы смогли вернуть им долг в виде новой трёхкомнатной квартиры.

Стас тогда не поддержал мою инициативу, утверждая, что родители сделали нам подарок. Однако я была непреклонна и настояла на своём.

Мы продолжали жить, развиваться, подниматься всё выше и выше.

Признаться честно, тогда мне льстило, что Стас гордится мной. Какая женщина бы отказалась, чтобы муж смотрел на неё как на богиню?

Когда я вела переговоры с партнёрами, он смотрел на меня с восхищением. Его горящие глаза после очередной удачной сделки говорили мне гораздо больше любых слов. Я видела, как он доволен и счастлив.

Иногда мне даже казалось, что именно моя деловая хватка и умение справляться с трудностями возбуждали его сильнее, чем всё остальное.

Часто после успешных переговоров Стас набрасывался на меня с пылкостью голодного зверя.

Мы занимались любовью прямо на рабочем столе, и в порыве страсти он шептал, что ни у кого из его друзей нет такой жены, как я.

Муж иногда шутил, что я для него – готовое «комбо»: не истерична, практична, умна, красива и многое другое.

А кем был он для меня? А я его просто любила.

Эта игра, где страсть к друг другу переплеталась с азартом от зарабатывания денег, захватывала нас обоих. Мы погружались в неё всё глубже и не хотели выбираться.

Квартира сменялась домом, дешёвые машины – дорогими, а я становилась всё более уверенной в себе и в своей роли деловой женщины.

Всё изменилось четыре года назад, когда моя мама серьёзно заболела.

## Глава 5

Её болезнь обрушилась на нас, как удар молнии.

Брат к тому моменту уже жил за границей, поэтому вся тяжесть заботы легла на мои плечи.

Началось всё с мелочей. Мама начала забывать выключать газовую плиту, и только чудом удалось избежать трагедии. Затем она стала сидеть за столом, уставившись на еду, словно забыла, как пользоваться ложкой.

– Мам, почему ты не ешь? Может, не хочется?

– Хочется, – кивала.

– Тогда бери ложку и кушай, пока не остыло, – говорила я, не придавая особого значения её странному поведению.

Мне казалось, что она просто не голодна.

– А как это сделать? – спрашивала она, вертя ложку в руках.

Её тревожный взгляд подсказывал, что это не розыгрыш.

Постепенно я осознавала, что мама не шутит. Она действительно не помнила, как правильно держать столовые приборы и для чего они предназначены.

Именно тогда я немедленно начала водить её по врачам.

Со временем выполнение самых простых действий становилось для неё настоящим испытанием. Я уже не могла оставлять маму без присмотра.

Мне не хотелось верить в то, что беда вошла в наш дом. Но признаков болезни было слишком много, чтобы игнорировать их.

Когда был поставлен диагноз, оставить её одну я уже боялась.

Перечитывая статьи в интернете, я узнавала знакомые симптомы: снижение умственных способностей, замедление реакций, потеря ориентации в пространстве, неспособность выполнять повседневные задачи.

Врачи не ошиблись, и с тех пор это стало частью моей реальности.

Отец к тому времени уже ушёл из жизни, оставив маму одну.

Проблема была, и я на тот момент не знала, как её решить без вреда для бизнеса. Попробовала прибегнуть к помощи профессиональных сиделок. Но, увы, квалификация некоторых из них недостаточно хорош.

Кроме того, маме они не очень нравились.

В редкие моменты просветления она звонила мне, жаловалась на одиночество и умоляла приехать.

Мои дни становились всё тяжелее: я разрывалась между работой, семьёй и уходом за мамой.

Чем дольше это продолжалось, тем меньше я успевала. Всё чаще приходилось оставаться с ней, жертвуя другими делами.

Чтобы сэкономить время, я предложила ей переехать к нам. Мама наотрез отказалась.

Но я не послушала её и всё-таки рискнула перевезти силой. В ответ она обиделась и вернулась домой, поплутав по улицам несколько часов.

Выбор был очевиден: я продолжала эту бесконечную гонку, стараясь одновременно поддерживать компанию и заботиться о маме.

Плакала ли я? Конечно, плакала, но только в подушку, потому что муж не выносил моих слёз. Он привык видеть меня «железной леди». Но я сама виновата, ведь я никогда не позволяла себе слабости.

– Послушай, сестра, может, тебе стоит остаться дома на какое-то время? – глядя на мой измождённый вид, предложил брат во время одного из наших разговоров. – Тебе нужен отдых, ведь ты постоянно крутишься как белка в колесе. Расслабься, выдохни. А я пока буду управлять компанией вместе с твоим мужем. В конце концов, ты заслужила этот отпуск.

Я отрицательно мотала головой, с трудом представляя, как это вообще возможно.

– Да, но кто знает, сколько это продлится, – возражала я, опасаясь, что его предложение меня соблазнит.

– Кристина, будь честной, вы вполне можете себе это позволить, – уговаривал меня, смеясь. – Деньги у вас есть, причём довольно много. Или ты решила заработать все деньги мира?

И я сдалась.

Сдалась, потому что окончательно вымоталась из-за постоянных ночных подъёмов, поездки к маме, звонков соседей, жалующихся, что она стучит ложкой по батарее.

Сдалась, потому что устала не спать и успокаивать её, когда мама требовала поговорить посреди ночи.

Сдалась, потому что устала разрываться между встречами, контрактами, сделками, обязательствами, дочерью, мужем.

– Да, пожалуй, твой брат прав, – согласился в итоге и муж. – Останься дома. За бизнес не волнуйся, я справлюсь. Мы же команда, верно? – говорил он, словно утешая меня, и его слова звучали как бальзам на душу.

Первые месяцы после того, как я перестала ходить в офис, муж регулярно консультировался со мной по поводу работы компании, но со временем такие разговоры прекратились.

Он уверял меня, что дела идут отлично. Подтверждения этому были повсюду: карты без лимитов, новые автомобили, роскошные подарки для меня и дочери. Он осыпал нас щедротами, наслаждаясь жизнью.

Теперь я гордилась Стасом, радуясь, что мой отец ошибся в своих прогнозах насчёт него.

Всё происходило так, как я предсказывала: сначала я поддерживала его, а потом он меня. Раньше я была локомотивом, а теперь им стал муж.

Сегодня вспоминая всё это, я с тревогой ощутила перемены. Но пока не понимала, касаются ли они компании или нашей семьи.

Последний раз, когда я проверяла банковские счета, всё выглядело превосходно. Но после того как мама умерла, и мы пережили похороны, я потеряла всякий интерес к финансовым делам.

Теперь, когда события разворачиваются так непонятно, я чувствую, что муж словно загнан в угол. Но торопиться с выводами не хочу.

Подливать ли масло в огонь или пытаться погасить конфликт – я решу после того, как изучу документы.

– Вынужденный отпуск затянулся, малышка, – говорю я себе, снимая макияж и устало глядя на своё отражение в зеркале. – Отпуск… – горько улыбаюсь. – Отдохнуть получилось, да? Пока ты «отдыхала», похоже, муженёк твой всё-таки загулял. И уже не виртуально, как было раньше, а по-настоящему. Подлец. Трус. Даже признаться не решается, – говорю, наблюдая, как по щеке скатывается одинокая слеза. – Держись, Кристина, возможно, придётся резать по живому. Но ты справишься, тебе не привыкать быть сильной.

Да, так будет лучше. Если он действительно изменяет, значит, пора расставаться.

Но для начала нужно всё выяснить и оценить наше текущее положение: имущество, активы, возможные долги.

Подхожу к компьютеру, пытаюсь войти в бухгалтерскую программу. Доступ закрыт. Сменил пароль?

Так, без паники, Кристина. Вдох-выдох.

Набираю брата. Абонент вне зоны доступа. Ладно, перезвоню позже.

Иду к коробке с документами на недвижимость. Всё на месте, но на всякий случай я заказываю свежую выписку из реестра, – хочу убедиться, что всё наше жильё оформлено на нас обоих.

Итак, включаю логику, отключаю эмоции.

Что у меня есть на сегодня? Слухи от дочери и сообщение от незнакомца? Пока что это всё.

Для такой, как я, этого недостаточно. Мне нужны конкретные доказательства, но собрать их надо очень спокойно, без конфликтов и негатива.

Пока нельзя, чтобы он догадался, что Кристина возвращается из «отпуска». Нужно немного подождать.

## Глава 6

Стас скоро приедет, и нам предстоит серьёзный разговор.

Хотелось бы сразу ткнуть его носом в это сообщение, обрушить обвинения, но я не могу себе позволить это сделать. Ещё рано.

Нет, лучше пойти в спальню и притвориться спящей. А то боюсь, что, когда откроются двери и я увижу его, мне тут же захочется врезать ему по лицу и вышвырнуть вон из этого дома.

Но всему своё время. На кону слишком многое, а доказательств пока не хватает.

Притвориться, что я глупая курица, потерявшая свои мозги за последние четыре года, непросто, но возможно…

За себя я не беспокоюсь, ведь я давно умею зарабатывать деньги, а вот ради дочери я готова на всё.

В конце концов, не для его девок же я всё это создавала!

Раздвинуть ноги легко, а попробуй-ка мозгами поработать.

– Я сегодня уезжаю, – спокойно сообщает муж, наслаждаясь завтраком, который я приготовила на следующий день.

Молча наливаю ему кофе.

– Солнце моё, ты же понимаешь, что мне нужно встречаться с партнёрами, заключать выгодные для нас сделки, – словно чувствуя моё недовольство, объясняет он.

Стас неожиданно встаёт, подходит ближе и нежно проводит рукой по моей щеке.

Откуда взялась эта внезапная нежность? Сейчас меньше всего хочется её чувствовать, потому что мне от неё противно.

– Ну я же сказала, тебе больше не придётся делать всё одному. – Отстраняюсь, чтобы поставить чайник на место.

– То есть ты меня не услышала?

– Почему же. – Киваю, подтверждая, что слышала. – Просто у меня есть своё мнение. Мама умерла, я выполнила свой долг перед ней и возвращаюсь на работу. Буду работать намного меньше, совсем по минимуму, но буду участвовать в процессе.

– Нет! – резко отвечает он, бросая на меня острый взгляд.

– Почему? – удивляюсь, наблюдая, как он сам роет себе яму.

Даже сообщения, указывающие на то, что он затеял какие-то игры со мной, не нужны.

– Потому что, потому что… – Он сердито пыхтит, словно не находит нужных слов. – Ты нужна мне дома! Я же сказал: занимайся дочерью, собой, чем угодно, но работать ты не будешь. Зачем ты хочешь разрушить наш уклад?

– Я ничего не собираюсь рушить, – отвечаю, стараясь сохранять спокойствие. – Предлагаю больше не обсуждать это. Обещаю не засиживаться допоздна на работе и уделять время семье. Ты же всегда ценил мою деловую хватку. Или теперь ты предпочитаешь видеть меня домохозяйкой?

– Да, есть такое, – отвечает он с высокомерием. – Привык видеть тебя такой, и меня всё устраивает.

– А меня нет. И всё-таки… – продолжаю убеждать его и обманывать, что теперь всё зависит только от его решения. Он же у нас теперь главный босс, – Стас, ты заставляешь меня волноваться! Пойми, эта компания тоже мой ребёнок, и уйти из бизнеса было вынужденной мерой. Ты, видимо, об этом забыл?

– Не забыл! Но теперь и без тебя всё прекрасно работает. Всё, я уехал.

Муж яростно срывает со стула пиджак и направляется к выходу. Но потом, похоже, передумав, возвращается в гостиную.

– Знаешь, что я вдруг понял? Ты неблагодарная! Другие женщины были бы счастливы, что у них столько денег и не нужно ничего делать, а ты всё только портишь!

– Чем и как?

– Не ценишь всё то, что я для тебя и семьи сделал!

– Мы сделали, – не удержавшись, поправляю.

– Неважно! Я говорю одно, а ты собираешься делать другое. Так не бывает в нормальных семьях! Жена должна слушаться мужа!

Не попрощавшись, он хватает чемодан и исчезает за дверью.

Жду, пока его машина скроется за воротами, быстро одеваюсь и спешу в офис.

Главное, чтобы история с командировкой оказалась правдивой.

– Кристина Евгеньевна! Какими судьбами? – улыбается наш менеджер, когда я появляюсь на пороге.

Кажется, будто и не уходила. Время пролетело так мгновенно, что я даже не заметила.

Первым делом направляюсь в свой кабинет.

Просторный. Окна в пол. А вид из них просто волшебный. Я всегда обожала это место. Когда строили этот бизнес-центр, я сразу выкупила весь верхний этаж с таким шикарным видом на город.

На удивление, в свой кабинет я не могу попасть. Заперт. Хотя о чём это я? Стас закрыл, как я и просила. Совсем забыла.

Да, пора вспомнить всё важное. Даже мелочи.

Достаю ключи, захожу и замечаю идеальный порядок. Всё чисто убрано.

Сажусь на свой стул и закрываю глаза. Сколько времени прошло с тех пор, как я ушла с работы, чтобы ухаживать за мамой? Много! А сколько всего было до этого!

Забылось, стёрлось из памяти, что целых десять лет я стояла во главе этой компании, а не была тенью мужа.

Пока вспоминаю прошлое, замечаю белый шарф, небрежно перекинутый через спинку стула возле переговорного стола.

Не припоминаю, чтобы у меня был такой. Это не мой стиль и не мой вкус.

Рассматриваю его и улавливаю сильный аромат чужих духов. Тоже не мои. Сердце начинает бешено колотиться, отдавая гулкими толчками в висках.

Надеясь найти что-то чужое среди своих вещей, тянусь к ящикам стола. Даже сама не могу объяснить, что хочу там найти.

Открываю один ящик – пусто. Другой – тоже. И только в самом нижнем, под стук своего сердца, я нахожу упаковку презервативов.

Сердце готово выскочить из груди без моего согласия.

Машинально прикладываю руку к груди, словно это поможет удержать и успокоить его.

Как в моём кабинете оказались презервативы?

Иду в приёмную, надеясь увидеть нашу секретаршу Лидию Михайловну и узнать, кто заходит в мой кабинет, но её нет на месте.

Отправляюсь к главному бухгалтеру, с которой мы всегда хорошо ладили, но и её нет.

Где все? Как и в какое время работают сотрудники?

– Михаил, – окликаю проходящего мимо менеджера. – Остановись на минуту, пожалуйста.

– О, Кристина Евгеньевна, здравствуйте, – расплывается в улыбке.

– Да, да, извините, забыла поздороваться. Подскажите, а где Лидия Михайловна? Она заболела? И где главный бухгалтер?

– Как же… – Кажется, он даже удивлён, что я не в курсе всех изменений в офисе. – Лидия Михайловна уже полгода как не работает у нас. Станислав Дмитриевич её уволил. Разве вы не знали? И главный бухгалтер тоже новый.

– Ах да, забыла. – Касаюсь лба, делая вид, что озабочена, но скрываю лёгкий шок от новостей. – Извините. А где они все, новички?

– Заболели, кажется. Грипп повсюду, сами понимаете.

– Ну да, ну да. Сама недавно болела. Миша, а как сейчас выглядит секретарь у Станислава Дмитриевича? – интересуюсь, не понимая, почему это для меня так важно. Про внешность нового главного бухгалтера спрашивать было бы странно, а вот про секретаря вполне уместно.

– Ну, как обычно выглядят секретари важных боссов с большими деньгами? – беззлобно усмехается Михаил. – Всё по канону: длинные ноги, стройная фигура, волосы длинные и светлые. Можно описать одним словом: красавица! А разве Станислав Дмитриевич не рассказывал, что он заменил часть сотрудников?

– Может, и говорил, но я была занята мамой, ты же знаешь.

– Ну да. Примите мои соболезнования. – Теперь он избегает смотреть в глаза, вероятно, смущённый тем, что мы коснулись болезненной темы. – В общем, шеф сменил нескольких людей, которые стали возмущаться, что новая девушка… как сказать… ничего не знает, не умеет. Он говорил, что она ещё молодая, её надо поддерживать, а мы, мол, создаём конфликты, указывая на её ошибки. Хотя здесь я согласен, она ещё маленькая, откуда взяться опыту?

– А сколько ей лет? – Я вижу, что эти вопросы его не напрягают, поэтому продолжаю задавать их.

– Не помню. Около двадцати. Кажется, она только окончила школу. А может, просто лицо такое молодое… Честно говоря, не помню.

– Понятно. Спасибо, – прощаюсь с ним.

Сажусь за стол секретаря, поворачиваюсь к окну и замечаю ворону, которая медленно шагает по парапету.

Она внимательно смотрит на меня, а я – на неё. Мы словно играем в «гляделки».

У меня возникает ощущение, что эта птица хочет что-то мне сообщить, но не может.

Вдруг ворона начинает бить клювом в стекло и каркать, а у меня мелькает мысль: кажется, надвигается катастрофа.

## Глава 7

Силой воли заставляю своё тело встать и выйти из кабинета. Никто из сотрудников не должен видеть меня в таком растерянном состоянии.

Для них я всегда была «железной леди» – такой и должна оставаться.

Хотя кого я обманываю? Если он изменяет мне прямо в нашей компании, то я уверена, что все всё знают.

Только с кем? С новой секретаршей, о которой я ничего не знаю, с новым главным бухгалтером или с кем-то другим?

От этих мыслей меня тошнит. Представляю, как он занимается сексом с кем-то в моём кабинете, и меня буквально выворачивает.

Он же знал, что мой кабинет – это священная территория! Это как супружеская постель, но в профессиональном плане.

Знал, но всё равно осквернил его, скотина!

Стараюсь сохранить хладнокровие и отправляюсь за дочерью в школу.

На светофоре почти сталкиваюсь с другой машиной, и лишь резкий гудок возвращает меня к реальности.

Что дальше? Муж пока не знает, что я была на работе.

Скоро он вернётся из командировки, поэтому времени для выяснения правды остаётся всё меньше.

Петля на моей шее затягивается всё сильнее, и мне даже кажется, что я физически ощущаю это.

Никогда не любила короткие сроки для принятия решений, поскольку в стрессе можно совершить ошибку, но выбора нет.

Улыбаюсь и неожиданно задаю себе вопрос: а из командировки ли он вообще приедет? Секретарша на больничном, и главного бухгалтера тоже нет. Совпадение?

Получаю сообщение: выписки на квартиры и другое имущество готовы.

Открываю одну за другой и делаю глубокий вдох, а затем выдох.

Дом – совместная собственность, как и было. Квартиры тоже в порядке. Значит, пока всё не так плохо, как могло показаться вначале.

Хотя если рассуждать здраво и вспомнить законы, то для продажи общей недвижимости, нужно моё нотариальное согласие. А я его не давала.

На одну проблему меньше. Уже хорошо!

Стас вряд ли стал бы рисковать и мошенничать с документами. Здесь у него кишка тонка.

Вдохновлённая новостями о недвижимости, снова пытаюсь дозвониться до брата.

– Привет, Тим, – говорю я, когда он наконец отвечает.

– Привет, сестрёнка.

– Не могла до тебя дозвониться. Всё нормально?

– Я был на островах с друзьями, там связь плохая. Что-то случилось, Кристин? Голос у тебя странный.

– Кажется, да. – Стараюсь держать себя в руках, хотя трясёт меня не на шутку. – Скажи, ты в курсе, что Стас уволил главного бухгалтера и секретаря?

– Что?! – Его удивление звучит настолько неожиданно, насколько это возможно. – Нет, не знал. Но я ведь почти не бываю в офисе, сама понимаешь.

– Думаю, тебе стоит приехать. Но сделаем вид, что это обычная командировка. Тим, времени мало, бросай все свои дела и приезжай. А ещё… У тебя есть доступы к финансовой отчётности?

– Конечно, они у меня всегда под рукой. А у тебя разве нет? Посмотри сама, что вам нужно, – говорит он, будто не понимая, к чему такие вопросы. – Кристина, что происходит? – Голос брата становится тревожным, но я не могу сейчас вдаваться в подробности.

– Потом расскажу. Не по телефону! Дело в том, что у меня больше нет доступа. Стас, кажется, поменял пароли. Пришли мне свой пароль, хочу проверить, как обстоят дела в компании.

– Три недели назад всё было нормально, – отвечает он, пытаясь успокоить меня.

– Ты обо всех финансовых операциях знаешь? – Пожалуй, это главный вопрос, который возник спонтанно.