Сергей Иосич
ПЛЕСЕНЬ

Глава первая

Артем Строгов в последний раз окинул взглядом заснеженное поле космодрома. Через иллюминатор была ясно видна медленно отходящая дренажно – заправочная мачта, удивительно похожая на гигантского спрута.

В наушниках металлическим голосом прозвучало: «Минутная готовность!», и сердце молодого космонавта учащенно забилось: вот оно воплощение детской мечты. Далее последовали знакомые по тренировкам предстартовые команды: «Ключ на старт!», «Протяжка один!», «Продувка», «Протяжка два!», «Ключ на дренаж!» .

Артем увидел, как от ракеты отходит кабель – мачта и живо представил, как глаза миллионов людей пристально следят по телевидению за подготовкой к запуску очередной космической миссии. Далее последовал перечень знакомых стартовых команд: «Ключ на старт!», «Пуск!», «Зажигание!», «Предварительная, промежуточная, главная, подъем!» и самая волнующая команда: «Есть контакт подъема!». Несколько подпортило настроение у Строгова то, что провожающих и телевизионщиков почти не было видно, персонал космодрома и центра управления полетом действовал без должного профессионального энтузиазма, а связь на старте постоянно барахлила.

Артема жестко вдавила в кресло сила ускорения и отпустила лишь тогда, когда тряска, связанная выходом космического корабля в верхние слои атмосферы прекратилась. Избавившись от опустевших топливных баков, модифицированный «Союз» уверенно взял курс на международную космическую станцию, искорка которой ярко горела на неосвещенной солнцем ночной стороне планеты. Густым пучком через иллюминатор хлынуло голубое свечение земной атмосферы, и тесную кабину залил яркий неземной свет.

Стыковка корабля с модулем «Пирс» российского сегмента МКС прошла в штатном режиме. Проплыв в открывшийся люк, Артем попал прямиком в объятия улыбающейся Анны:

– Добро пожаловать на борт! Обрати внимание, как тебя встречает теплыми объятиями единственная дама на станции. И не возгордись от моих нежностей. Я тебя поймала, чтобы ты не забарахтался и не повредил тонкую аппаратуру нашего служебного модуля,– глуховато прозвучал ее нежный голос.

Слегка покрасневшему Артему пришлось убеждать напарницу, что он достаточно натренирован для уверенных действий в условиях невесомости. Поплыв вслед за Анной, и любуясь ее ладной фигуркой, стройность которой соблазнительно подчеркивал плотно облегающий комбинезон, Строгов добрался до центрального поста управления станцией с аппаратурой контроля и широкополосной связи.

– Пора доложить высокому начальству об успешном прибытии на борт? Тогда докладывай, а мне пора баеньки. С режимом здесь шутить нельзя. Надеюсь, капитан, моя помощь в ближайшее время тебе не понадобится даже в качестве экскурсовода. Судя по всему, в Центре подготовки космонавтов тебя здорово натаскали. Спокойной ночи и пока! – мило улыбнувшись, проворковала девушка, уверенно направляясь к каюте отдыха.

– Аня! В процессе сближения со станцией я не заметил американского корабля, пристыкованного к их модулю. Что это значит? – спросил Артем, бросив восхищенный взгляд на удаляющуюся фигурку девушки/

– А разве тебя перед стартом не проинформировали, что трое суток назад экипаж американской миссии в составе трех парней на корабле «Грей Драгон» покинул станцию и успешно приводнился у побережья Флориды? Поэтому на станции остались только ты и я, – обернувшись, и вновь одарив Артема обворожительной улыбкой, пояснила Анна.

– Странно. Свалили срочно. А ведь по плану, насколько мне известно, американцы должны были работать на станции еще полтора месяца. Что у них случилось? Что – то пошло не так! На ночной стороне – ни огонька, а ведь россыпь ночных огней городов никто не отменял, – глядя в иллюминатор, пытался понять Строгов, включая широкополосную аппаратуру связи, обеспечивающую круглосуточные прием и передачу не только радиосообщений через спутники связи «Луч», но и видеоматериалов в режиме видеоконференции. Однако эфир зловеще молчал, несмотря на лихорадочную прокрутку Артемом ручки настройки радиочастот. Отсутствие интернета породило у него смутные подозрения о возможной крупной аварии на объектах связи, как на Земле, так и в космосе. Слабая надежда на то, что связь с минуту на минуту восстановится и эфир проснется, с каждой минутой неотвратимо угасала в душе Строгова .

Не на шутку встревожившись, Артем подплыл к каюте отдыха Анны и попытался растормошить спящую напарницу:

– Аня! Проснись! Кажется у нас ЧП. Связь с Землей отсутствует, и нечто странное происходит на ее поверхности. Кроме этого только что наблюдал три диска НЛО : один крупный, а два помельче.

Девушка встрепенулась и недовольно проворчала:

– Что за бестактнось? Я спокойно спала в положенное распорядком время, а ты меня бесцеремонно растолкал, невнятно рассказывая о неких своих проблемах. Про НЛО сообщать в Центр не советую. Посчитают, что ты сбрендил.

Артем вскипел:

– А я и не говорил, что проблемы только мои. Вполне возможно, это наши с тобой серьезные проблемы. Поэтому быстро собирайся и следуй за мной!

– Командир! Может наша аппаратура связи неисправна? Советую воспользоваться американской. Да, ты прав, на ночной стороне Земли не вижу огней городов. Странная темень. Такого раньше не было. Видно произошел глобальный сбой в работе электросетей. Пока разбирайся сам. А я взгляну на своих подопечных – виноградных улиток и проверю их самочувствие. Ведь я биолог и выполняю на станции очень важную научную работу.

Аппаратура связи в американском сегменте станции мало чем отличалась от российской и, вопреки надежде Артема на восстановление радиосвязи, эфир упорно молчал, Встревоженный Строгов лихорадочно соображал, что делать дальше в этой опасной нештатной ситуации:

– Остается одно: покинуть станцию и на спускаемом аппарате совершить посадку в заданном районе согласно расчетной траектории. Погрешность отклонения от координат точки приземления составит не более тридцати процентов. Исходные данные полетного задания нужно загрузить в бортовой компьютер корабля для автоматического управления спуском. Итак, с учетом оптимальных параметров полета станции, старт должен осуществиться через тридцать семь минут. Поэтому времени одеться в скафандры и занять места в спускаемой капсуле корабля вполне достаточно. Вот только почему меня так тянет ко сну? Ведь совсем недавно я чувствовал себя вполне бодро.

У стола с микроскопами, пробирками, склянками с разноцветными растворами и биоконтейнером неподвижно зависла Аня. Она спала. Артему пришлось бесцеремонно растормошить девушку:

– Товарищ Зуева! Пора просыпаться. Времени у нас не так – уж много. Придется поторопиться. Спускаемся на Землю. Это мое личное командирское решение в сложившейся сложной обстановке.

У Анны от изумления брови поползли вверх, а алый ротик приоткрылся :

– Артем! Что за авантюрные выдумки? Я не собираюсь на Землю. Как я могу бросить важную научную работу, ради которой согласилась на космический полет? Спускаться на землю при отсутствии связи и, возможно, спасательной команды нормально? А если мы приземлимся где – нибудь в глухой тайге за сотни километров от населенных пунктов? В условиях сибирских морозов и отсутствия связи это означает верную гибель. Кто нас спасет? Итак, я остаюсь на станции, а ты можешь поступать, как знаешь.

Глава вторая

Поняв, что упрямую девицу будет непросто убедить в своей правоте, Артем схватил ее в охапку и направился к открытому люку пришвартованного к станции «Союза». Анна барахталась, царапалась и кусалась как рассерженная кошка, но Строгову чудом удалось впихнуть ее в спускаемый аппарат корабля. Предстояло одеть девушку в скафандр, и это оказалось для Артема самой сложной задачей. Несмотря на поток нелестных эпитетов в свой адрес, Строгову с трудом удалось втиснуть отчаянно упирающуюся Анну в скафандр и пристегнуть ее к амортизированному ложементу. До отстыковки от российского модуля и старта корабля в неизвестность оставалось всего семь минут. Артем заметил у правой руки порхающую в невесомости зеленоватую пленку, похожую на бабочку. Надеть гермошлемы на себя и Анну оказалось минутным делом. Корабль медленно покинул стыковочный узел и в иллюминатор стало видно разворачивающуюся во всей красе панораму МКС. Этим потрясающим зрелищем долго любоваться Строгову не пришлось. Гигантское космическое сооружение человечества стало стремительно удаляться.

– Недолго старушке осталось мчаться вокруг Земли. Без корректировки орбиты с помощью двигателя нашего модуля «Звезда» МКС развалится и сгорит в атмосфере. Для этого важного маневра надо иметь немалый дополнительный объем горючего. А где его теперь взять? Ну да ладно! Входим в плотные слои атмосферы. Что это за кусок пленки? Скорее всего, отслоился от окрашенной поверхности какого – то прибора?, – пробормотал Артем, пристально глядя на порхающую зеленоватую пленку – бабочку и ощутив работу включившихся тормозных двигателей и тряску от трения корабля в плотных слоях атмосферы. Убедившись, что бытовая и приборно – агрегатная части отделились, Строгов с облегчением вздохнул. Теперь капсула продолжит свое свободное падение, а на высоте восьми километров сработает система выпуска парашюта и отстрелены защитный экран, баки с топливом и кислородом. Теперь можно было не сомневаться, что посадка спускаемого аппарата произойдет безопасно. Ощутимо тряхнуло, загрохотало и через несколько минут Артем понял, что капсула на Земле. Еще раз взглянув на порхающую «бабочку», он облегченно вздохнул и, сняв гермошлемы с себя и Анны, открыл люк. Морозный воздух быстро распространился в капсуле и встревоженный Строгов попытался растормошить неподвижно лежащую девушку. Она явно крепко спала, несмотря на перегрузки и тряски во время спуска корабля, не способствующие сонливому состоянию организма.

– Аня, проснись! Мы уже на Земле. Посадка прошла успешно. Прости меня за грубость и бесцеремонность. Оставить тебя на станции я бы не смог. В нынешней обстановке это равносильно бросить напарницу в смертельной опасности. Ведь без корректировки орбиты станция просуществовала – бы максимум двадцать суток. Сейчас я уточню наше местонахождение и попытаемся связаться с центром управления. Пока люк закрою, чтобы не настудить нашу избу. Странно, почему тебя постоянно тянет ко сну? Да и я даже после этой встряски очень хочу спать. Однако для сна времени нет и пора действовать, – оправдывался перед девушкой Артем, по рации пытающийся связаться с центром управления. Напрасно он крутил ручку настройки частот. Эфир предательски молчал. Определить точку приземления капсулы оказалось проще. Система «Глонасс» еще работала, и на экране планшета возникло подробное изображение карты местности и координаты точки приземления капсулы.

– Аня! Нам необычайно повезло. Мы приземлились не в глухой тайге, а в густо населенной местности западного Урала. До села Дергачи, расположенного у трассы Уральск – Саратов, всего пять километров. Доберемся до трассы, и любой водитель сочтет за честь довезти заблудших космонавтов до крупного областного центра. А далее – все зависит от наших действий и расторопности местных властей, – объявил довольный Строгов, лихорадочно рассовывая по карманам ракетницу, фонарики и планшет с зарядным устройством. Он не сомневался, что в деревне Дергачи или у любого водителя попутного автомобиля удастся подзарядить изрядно подсевший аккумулятор планшета и выйти на связь по знакомым номерам через интернет. Полный наивного оптимизма Артем пока не знал, какие жестяные сюрпризы готовит ему и его спутнице ближайшее будущее.

Между тем, окончательно проснувшись, Анна скептически наблюдала за действиями капитана корабля и пока не пыталась вступать с ним в перепалку. А когда Артем попытался накрутить вокруг головы нечто похожее на чалму из снятой нательной майки, девушка рассмеялась и выдала на гора первый комментарий:

– Решил примерить на себя образ турецкого паши, чтобы не потерять обмороженные уши? Я гляжу на тебя – ты неловкий такой. Ладно, помогу тебе сконструировать приемлемый головной убор. Действительно, снаружи сильный мороз, а без гермошлема с непокрытой головой можно ненароком отморозить уши и даже простудиться. Топать в гермошлеме без поводыря опасно, поскольку от дыхания стекло быстро затянет инеем и ничего не будет видно. Ну а соорудить нечто вроде чалмы из моей майки попробую сама, чтобы сей убогий головной убор не испортил моего имиджа современной роковой девушки. Артем, где ты так умудрился измазать щеку зеленой краской? Сиди и не дергайся! Я посмотрю, – пытаясь соорудить вокруг головы Строгова приемлемый головной убор, примирительно тараторила Анна.

– Не может быть! Внешне похоже на хищную мутирующую плесень, атаковавшую станцию «Мир» в 1986 году. Насколько я знаю, из – за этого заражения пришлось сдвинуть станцию с орбиты, и она сгорела при входе в плотные слои атмосферы, а ее остатки утонули в океане. Откуда взялась эта плесень у нас на корабле? Жаль, под рукой у меня нет микроскопа. Тогда – бы не было никаких сомнений. Сиди тихо! Я попытаюсь удалить ее ватой, смоченной борным спиртом из аптечки, иначе могут быть неприятные последствия, – авторитетно поведала Анна, ковыряясь в сумке с медикаментами.

Почувствовав запах губительного вещества, пленка плесени немедленно отделилась от лица Артема и бабочкой упорхнула в верхнюю часть купола капсулы, где сохранилось относительное тепло. Анна в изумлении проследила за полетом колонии микроорганизмов, удивительно напоминающем действия обыкновенной бабочки, чувствующей опасность.

– Поразительно! Неужели этой плесени присущ инстинкт самосохранения, которым обладают лишь высокоорганизованные биологические организмы? – не переставала удивляться Анна, взволнованно обращаясь к Строгову:

– Артем! Как только доберемся до деревни, тебе и мне надо пройти тщательную дезинфекцию. Надеюсь, в сельской аптеке найдется все для этой важной процедуры. Ведь споры этой гадости могут оставаться на твоей коже и даже проникнуть глубоко вовнутрь. Я недавно читала, что космонавт Серебров, длительно проработавший на станции «Мир», оказался заражен мутировавшей космической плесенью и после длительной болезни, сопровождающейся сильнейшими болями в области живота, тошнотой и постоянной слабостью, умер в мучениях. Со слов Сереброва, в системе регенерации воздуха станции образовалась пробка из зелёной плесени. Когда космонавт вытащил её, в ней он обнаружил огромного червяка жёлтого цвета. После возвращения Сереброва на землю червя немедленно изъяли люди в костюмах биологической защиты, а с космонавта взяли подписку о неразглашении государственной тайны. Земные врачи ничем не могли ему помочь, потому что на земле не было аналогов загадочных микроорганизмов, захвативших космическую станцию «Мир». Думаю, после нашего ухода, капсула достаточно промерзнет и опасная зараза, которую мы притащили с собой из космических далей, непременно погибнет. Странно, но пленка плесени вела себя как единый живой организм. Весьма любопытно!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.