Владимир Чёркин
Жестокость

   ФРОНТ

   Они пришли в отпуск. Двое молодых, здоровых, красивых, два фронтовика. Мать накрыла хороший стол, но пил только один, говорил родственнику:

– Скучно живёшь! Воюешь, а не пьёшь.

– А ты давно стал?

– А как воевать стал. Я когда был на гражданке, мухи не обидел. А там, на фронте, через три месяца сидел на берегу Днепра с крупнокалиберным пулемётом. Они со своего берега лезут к нам. А вертолёты – над водной гладью. Их лодки – в пух и прах. Лодки тонут, они плывут к нашему берегу; кто плыл – того я из пулемёта. И говорил им: «Сомов надо кормить!» Тех, кто плыл от нашего берега, я не трогал, кричал: «Плывите, братья-славяне!» И вот сперва выпивал в холодную пору, в землянке, пока не догадался кирпичную печку сложить. К ночи, когда солнце садится, топили, к утру она остывала. И мы, чтобы не замёрзнуть, «для сугрева», пили. Потом стали топить газом, чтобы замаскировать место нахождения. Покупали газ в баллонах. Газ горел, но не выдавал блиндаж. Ходили в «секреты» (тайные местоположения бойцов. – Ред.). Хоронились в таких местах, чтобы нас не видели.

– А командиры что? – спросил Виктора Николай.

– А они не видели или делали вид, что не видят и не чуют. Блиндаж глубокий, где они жили. А тут птички стали досаждать. Правда, у нас один стрелок лично их щёлкал из винтовки с оптическим прицелом. Я не знаю, почему не делают ружья, которые стреляют картечью. Рассыпающие должны быть стволы, патрон – с зарядом усиленным, и бить их метров за 150, чтобы дробины уничтожали их глаз. Да что я тебе говорю – сам понимаешь и знаешь… Давай вот что с тобой обсудим: письмо деда вот – на, почитай.

   Виктор прочитал.

– Что ты предлагаешь?

– За деда надо отомстить.

– На фронт эти трусливые шакалы не пойдут. Там можно достать любого. А так что мы можем сделать? Мы – защитники народа и государства. А что деда довели до инфаркта… Да что – дал землю на дорогу, государство строило и платило деньги за грунт, но не ему. Дед не брал. Когда они стали забрасывать растительный слой ему в овраг, умные люди его подучили: это биологический мусор, по-простому – компост. И он его прибрал на своё поле, поливал его и превратил в плодородный слой. Дед решил продать его. Предложил его хозяину «Дорстроя», тот согласился взять пятьдесят тысяч кубометров по три рубля шестьдесят копеек. Сделали договор, оплатили – всё как положено. «Дорстрой» дорогу строил в 2020-м году. А договор был составлен на 2021-й. В этом году должна быть поставка грунта. Но следаки взяли в оборот хозяина «Дорстроя», потому что грунт брал бесплатно в 20-м, а процентовки оформлял согласно проекту. А земля в проекте стоила денег, и в результате они украли огромную сумму. В Следственный комитет по принципу «быть у воды и не напиться» начали таскать, сразу насели на генерального директора «Дорстроя», и его, как говорится, взяли за жабры: мол, ты рыл. Напрасно он доказывал: мол, государство рыло, а не я, оно платило деньги. Говорят: «Нам это известно. А сколько денег прикарманил, незаконно взял? Иди домой, вызовем по повестке». Генеральный директор ушёл. И начальник следственного комитета вызвал капитана и сказал: «Следствие по поводу гендиректора «Дорстроя» прекратить. А вот по этой бумаге откроете уголовное дело на хозяина земли. Там написано, что договор составлен на 21-й год». Капитан запротестовал: «Дорогу закончили в 2020 году, а здесь – 2021 год. Работа по строительству дороги не производилась, и нет кадастрового номера участка. Нет разрешения на продажу земельного участка от администрации; нет горного отвала; нет разрешения правительства области на продажу земли; нет акта о передаче земли; нет акта отвода участка; нет номеров машин, фамилий водителей; нет товарно-транспортных накладных, которые он подписал; нет договора с администрацией, государственной регистрации договора нет – ничего нет». «Я тебе говорю, приказываю: человек, которого ты допрашивал, – не трожь его! На хозяина земли заведи дело, припиши участку кадастровый номер, который был в работе в 2020 году, когда делали дорожку, и привлеки его к ответу. Нужен «стрелочник»…» – «Но…» – «Никаких «но»! «Стрелочник» должен быть наказан. Ты думаешь, что такие деньги не прошли сквозь руки высокопоставленных? Думаешь, они тебе позволят посадить тех, кто дал деньги? Иди и делай, что я тебе сказал». Капитан пошёл, думая: «Высокопоставленный сам, небось, хватанул от «Дорстроя». Поэтому начальник приказал это сделать. Может, жалобу на него написать в вышестоящие?.. Да что толку?! Кобель чёрный, кобель белый – а дух один». И он сгондобил уголовное дело. Написал, что в уголовном деле указан кадастровый номер и что у гендиректора «Дорстроя» 50 тысяч кубометров земли по цене 3,6 рубля за куб. Но известил прокурора города, что уголовное дело открыто…

   Сидели двое в кабинете прокурора. Зам говорил прокурору:

– Фермер не сознаётся, что брал деньги. Я хочу надавить на него. Вызвать его дочь и попросить у неё деньги. А потом – дача взятки должностному лицу…

– Она ему – дочь… На неё – уголовное дело, и ему говори: всё, сознавайся, иначе твоя дочь пойдёт в тюрягу…

   Зам прокурора вызвал дочь фермера и говорит:

– Я вызвал Вас по такому вопросу. Вы имеете участок воды, который граничит с Волгой.

– Да, если это раньше была пойма Волги, то теперь она стала рекой.

– Следовательно, вы незаконно владеете участком. Дайте денег немного, и я скажу, чтобы они пойму не превратили в реку, впадающую в Волгу.

– Не имеют права они это делать. И что, я похожа на женщину, дающую деньги?

   Он стал давить на жалость:

– Понимаешь, у меня папа адвокат, и он взял взятку миллион. Я спросил его, зачем он это сделал. «Это не взятка – это гонорар за работу». «Батя, миллион же!» – «Я столько стою». Теперь ему грозит специальный суд, он требует взятку в десять миллионов. И вот я набираю эти деньги, чтоб выручить отца. Прошу у родственников, у знакомых.

– У меня нет денег. Я работаю бизнесменом, зарабатываю тридцать тысяч, и у меня больше нет.

– А у отца?

– Отец живёт на пенсию.

– Так, уже на пенсию.

– Да.

– Почему же его Следственный комитет таскает? Открыто на него уголовное дело, и его подозревают, что он взял огромные деньги.

– Он не брал их.

– Быть у воды и не напиться?

– А всякий человек напишет 35 книг? Не всякий. А он написал.

– Правда?

– Да. И денег он не взял, потому что делали дорогу национальной гордости России, космонавтам. Ваши люди, вернее, из Следственного комитета, довели его до второго обширного инфаркта. И он умер.

   Следователь стал таскать писателя в Следственный комитет и сказал: «Ты составил договор с гендиректором «Дорстроя» на сумму сто шестьдесят миллионов…

   Человек упал в обморок. Думали, что прикидывается. Отправили в больницу. Там сделали компьютерную томографию и признали ишемию мозга. Кардиограмма показала обширный инфаркт. Следователь запросил данные из поликлиники. Медики подтвердили: атеросклероз, гипертония, мочеполовые болезни…

– И вы после допрашивали, вы звонили?

– Да, врач сказал: ишемия мозга. Но больной ушёл домой, в госпитализации не нуждается. Мы вроде затихли. Но пришёл новый прокурор города, и он потребовал дело продолжить.

– А этот писака – он что, имел машины, грейдеры, бульдозеры, катки, асфальтоукладчики?

– Нет. Он имел обширный инфаркт.

– А почему на него завели дело? По какой статье?

– По 246-й. Так как он был хозяин участка.

– И кто платил за работу?

– Администрация. Она нанимала «Дорстрой». Управление капитального строительства вело дело.

– Платила администрация, и вы в угоду прокурору угробили человека?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.