Мария Жукова
Гроза

Когда я была моложе и глупее, чем теперь, я встретила одного человека, который сделал меня чуточку умнее. Впрочем, наверное, как и все люди, встречающиеся на моем пути. Но начнем сначала.

То лето поражало контрастами. Удушающую жару по несколько раз на дню сменяли грозы. Воздух был тяжелым, теплым и влажным, как парное молоко. В городе было невозможно дышать, и мы с Костей скрывались на бабушкиной даче, благо сессия уже закончилась.

Это был очаровательный маленький домик, спрятанный в тенистом старом саду. Бабушка выращивала очень много роз и пионов, и потому на участке всегда витал их сладкий аромат, а на веранде всегда стоял свежий букетик. Именно там мы прятались от жары. Играли в карты, читали вслух, слушали старые пластинки на патефоне и бабушкины истории из ее насыщенной событиями молодости. Клянусь, когда-нибудь я докопаюсь до редактора и издам сборник ее мемуаров. (прим.ред. – Марина, побойся Бога!)

А еще мы очень много плавали, прямо как в наше первое лето, когда мы только познакомились. Особенно здорово было купаться во время ливня! Наша речка превращалась в кипящее море, над ней грозно рокотали черно-синие тучи, а по ним тонкой ниточкой пробегала молния. Было страшно и жутко весело! С Костей вообще всегда было весело. Да что там говорить, этот псих до сих пор умудряется удивлять и смешить меня, хотя мы вместе уже десять лет. Как там говорят? Скучный муж – горе в семье?

А тогда мы были знакомы совсем мало, чуть больше двух лет, половину из которых в силу разных обстоятельств провели порознь. И потому в один из таких невыносимо душных вечеров мы поссорились. Разругались в пух и прах, так сильно, что я даже со злости разбила пиалушку, а бабушка схватилась за сердце. И черт его знает уже, из-за чего вышел спор, кто кому и что сказал… Удивительно, но причина выветрилась из моей головы с годами, а ужасная картинка осталась. Отчетливо помню, как в ярости выкрикиваю что-то Косте, что-то очень обидное, потому что его красивое лицо искажается от боли, срываю с крючка у входа ключи, мчу через весь участок и выскакиваю за калитку, громко хлопнув ею напоследок. Мне до сих пор за это стыдно. За то, что я не умею контролировать себя и зачастую сначала делаю, а потом долго раскаиваюсь.

Но тогда я, конечно, об этом не думала. Тогда меня жгла обида, душили слезы, я бежала по берегу в сторону станции, не замечая предгрозового шквала. Подальше бы отсюда! Уехать, чтобы никогда его не видеть, этого паршивца! Ведь как он смел меня обидеть? Сказать такое… а говорил, что любит, а я…

Слезы застилали глаза, и я не разбирала дороги, мчась почти наугад. На удивление, я добралась до станции быстро и даже наскребла какую-то мелочь на билет. Вскочила в первую же электричку, прижалась носом к стеклу и стала смотреть, как мимо проносится родной лес. Небо снова нахмурилось и зарокотало, по стеклу побежали косые капли, и я снова заплакала. Было до невыносимости обидно и жалко себя. Электричка была старой, и ее покачивало и трясло, а дождь заливал окна, превращая пейзаж в сплошное густо-зеленое пятно. Я обняла себя руками и поджала ноги, свернувшись в комочек и изредка всхлипывая.

Когда электричка прибыла в Москву, уже был вечер. Дождь закончился, и в городе царила влажная прохлада. Я вышла из здания вокзала и огляделась. За этот час, проведенный в дороге, я успокоилась и взяла себя в руки. Теперь этот поступок казался мне глупым и безумным. Особенно, учитывая, что, убегая, я не взяла с собой даже телефона. И даже не переоделась. Как была – в оранжевом дачном сарафане с ключами и чудесно оказавшейся в кармане картой от метро. Кажется, я достала ее из куртки и хотела переложить в сумку, чтобы не потерять, но забыла и оставила в сарафане. Что ж, моя забывчивость иногда бывает мне на руку.

И что теперь делать? Денег на обратный путь не было, ключи я по ошибке схватила не от своей общаги, а от квартиры Кости… Ну что я за дура такая невезучая?

Я глубоко вздохнула, пытаясь снова успокоиться. Еще одного глупого поступка я сегодня точно не переживу, надо сосредоточиться. Я прикрыла глаза, стараясь сконцентрироваться на собственном дыхании. Вдох-выдох. Казалось, что воздух такой густой и влажный, что его можно пить как кисель. Пахло кофе, выпечкой, дорогим парфюмом и выхлопными газами. Совсем не как на даче. Даже дождь не спасал Москву от удушающего лета. Желтые, будто игрушечные, машинки-такси ползли под мост, отчаянно сигналя. По площади несся говор и смех. Я поморщилась – я не любила городского лета.

Я спустилась в метро. Вот уж где-где, а там совершенно не понятно, какое сейчас время года. Темно и работает кондей, хотя в переходах все же более душно, чем обычно. Я хмыкнула. Неплохо я научилась отгонять непрошенные мысли. Значит, едем к Косте. Кропышев, его сосед, наверняка на дежурстве. А даже если это и не так, это же Кропышев! Наверняка, накормит и еще и пожалеет. Я снова улыбнулась, вспоминая этого двухметрового рыжего верзилу совершенно бандитской внешности. В первую нашу встречу я чуть инфаркт не схватила, да и потом долго привыкнуть не могла. Ну, кто мог подумать, что под ужасными шрамами на пол-лица скрывается добрейший и спокойнейший медбрат?

Я уже на автопилоте свернула в знакомый переход, нашарила взглядом нужную станцию и остановилась посреди платформы. После тихой дачи здесь было слишком много людей. Но среди этой пестрой толпы я в своем дачном сарафане выглядела обыденно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.