Дмитрий Хозей
Война на Дону

Однажды в далёком одна тысяча девятьсот тридцатом году на Дону на хуторе Гремячий Лог началась коллективизация.

Началась она совершенно спонтанно и в самый неожиданный для всех момент.

Все жители хутора прятались по домам дабы избежать её ведь боялись все её страшно как огня или даже как смерти.

Кто её начал и с какой целью предстоит узнать далее нашим героям.

На улице стояла хорошая погода было лето июнь-июль солнце светило и было высоко. Было жарко, на небе ни облачка и ни тучки.

Землю солнце согревало, так что по земле можно было ходить босиком или валяться; да что там, была такая погода, что можно было загорать.

И тут откуда не возьмись в хутор на своём белом коне словно ковбой из вестернов въехал Антон Николаевич Ломов.

Короткостриженный, темноволосый, стройного телосложения, бритый с карими глазами и крайне выразительным голосом. Губы прямые, а брови ровные.

На вид лет – сорок пять.

Въехав в хутор, отправился он на поиски Кирилла Алексеевича Шерстнёва, чтобы сообщить ему о том, что началась коллективизация.

Короткостриженный, темноволосый, стройного телосложения, с тёмной густой бородой, голубыми глазами и выразительным голосом.Губы прямые, а брови ровные. На вид лет – пятьдесят.

Прошло минут десять, и он добрался до того места, где жил Кирилл.

Добравшись, он слез с коня, открыл калитку и введя в неё коня направился к дому Кирилла.

Добравшись до дома, постучал в окно и громко прокричал, сложив руки:

– Кирюха!

Крик был настолько громкий что даже человек, который спит и не слышит, что происходит подорвался бы, чтобы узнать кто это так голосит с утра?

Подорвавшись с дивана, выбежал из дома Кирилл и обратился к приезжему:

– Вы кто такой будете? Что вам от меня надо? Мы с вами знакомы?

– Антоха я друг твой старый мы с тобой ещё в школе учились я на второй год ещё оставался сказал он, радостно дёргая рукой.

– Аа припоминаю здорова какие люди в Голливуде! Рад тебя видеть Антоха улыбнувшись широко пропел Кирилл.

– Я тебя тоже, Кирюха. Только я не с добрыми к тебе вестями пожаловал серьёзно ответил Антон.

– Вот как, а что тогда случилось? Переживающе серьёзно спросил Кирилл.

– Коллективизация на Дону началась, коллективизация… Грустно сказал Антон и опустил голову.

– Что? Как это? Кто её начал? Грозно рассвирепев оглядываясь по сторонам, проговорил Кирилл.

– А вот это нам с тобой и предстоит узнать. Узнать и наказать его. Серьёзно ответил Антон.

– Я согласен. Конечно, накажем ты посмотри свинья какая коллективизацию затеял смелости набрался что ли? Пусть щемится, прячется, а то попадётся мне на глаза я за себя не ручаюсь! Более злобн проговорил Кирилл.

– Да не то слово я когда узнал об этом вообще дар речи от шока потерял.

Вообщем надо вычислить его и вычислив накажем его как следует решительно сказал Антон.

– Понимаю с такого ещё бы в шоке не будешь? Да! Решительно промолвил Кирилл и руки его превратились в кулаки.

– Когда приступим и сколько нам времени понадобится? Спросил Антон.

– Проходи заночуй у меня, а завтра мы с тобой приступим и будем этим заниматься, зовя дружелюбно позвал Кирилл и после добавил: – я думаю недолго у меня есть друзья детективы, а также родственники в милиции да и просто есть же милиция так что это не затянется.

– Хорошо спасибо это хорошо отлично тогда к ним и будем обращаться. Я надеюсь, а то уже народ на хуторе по домам начал прятаться из-за этого.

Невесело сказал Антон.

– Да. Народ на хуторе по домам начал прятаться? Ах вот до чего он людей довёл свинья помоечная, упырь ходячий! Злобно проговорил Кирилл.

– Ага… Грустно промолвил Антон.

– Не грусти я же это злюсь, потому что коллективизация это же ни есть хорошо мне это неприятно, да и людей жалко кто от неё пострадал, да и может пострадать, объяснившись сказал Кирилл и похлопал Антона по плечу.

– Да не нормально всё я тебя понимаю ты прав и всё правильно говоришь я сам переживаю за людей и мне тоже это неприятно, да и людей жалко мне от другого грустно проговорил Антон, объясняясь Кириллу.

– От чего же? Переживающе и грустно спросил Кирилл, обращаясь к Антону.

– От того, что я переживаю хоть бы, мы не стали её жертвами, да и наши родные и близкие тоже, да и от того, что тот, кто её творит ещё не понёс за это заслуженное наказание. Ответил Антон.

– Аа ну тогда я понимаю тебя. Я тоже за это переживаю. Ладно оставляй коня тут на улицу и айда ко мне поспим и завтра будем заниматься и решать этот вопрос ответил Кирилл.

– Хорошо давай я только за воодушевлённо ответил Антон.

Открыв дверь в дом, зашёл Антон и вымыв руки прошёл на кухню и сел там на стул.

– Может выпьем? А то пить охота в горле пересохло капец просто предложил Антон.

– Давай я бы тоже, честно говоря, выпил только немного у нас с тобой завтра трудный день предупреждающе серьёзно проговорил Кирилл.

– Давай что мы с тобой, что мы с тобой алкаши напиваться? Так чисто горлышко промочить, а то от этой жары так хочется голым по хутору ходить и в лужах плюхаться, смеясь промолвил Антон и добавил:– и с лужи водичку будто козлик пить.

– Да точно смеясь промолвил Кирилл и тут не с того ни с сего заржал как конь.

Немного посмеявшись, он отошёл к холодильнику и достал из него полторашку пива.

Достав, он взял пивные бокалы и разлив пиво по бокалам сказал:

– Ну Антоха за встречу за то, чтобы этот враг был повержен!

– Да верно Кирюха давай ответил Антон и чокнувшись бокалами оба приложились к ним и сделали глоток.

Опустошив оба бокалы, Кирилл, пропев сказал:

– Ух как пиво то зашло замечательно!

– Да как к себе домой подтвердил Антон.

– Точно согласившись ответил Кирилл.

Пиво было крепкое восемь градусов и поэтому после одного бокала следом ожидаемо последовало ещё два бокальчика после которых оба были в дрова.

– Ох Кирюха да пиво хорошее так вставило, качаясь промолвил Антон.

– Да вставило это не то слово но ничего пить иногда надо ответил Кирилл.

– Логично пьяным голосом ответил Антон и добавил:– может теперь спать?

– Да можно давай не менее пьяно ответил Кирилл и встал из-за стола.

Следом за Кириллом из-за стола встал Антон и оба болтаясь из стороны в сторону направились спать.

На следующее утро оба проснулись со страшной головной болью, а голова Антона и его правая рука лежали на груди Кирилла.

Проснувшись, Кирилл еле разлепил глаза и разлепив их увидел Антона у себя на груди вскричал:

– А!

Антон проснулся от крика и посмотрев себе в ноги ухватился за голову и завопил:

– А боже как же голова болит ммм…

– Ага у меня тоже. Попили пивка… Недовольно сказал Кирилл.

– Это да, но мы же без водки его пили от чего так плохо сейчас? Спросил Антон.

– От того, что пиво крепкое восемь градусов, а мы от жажды бутылку полулитровую меньше чем за час выпили так ещё и без закуски. Ответил Кирилл.

– Ну теперь понятно. Ладно надо вставать и отправляться в путь. Который сейчас час? Спросил Антон, посмотрев на Кирилла, сморщась от головной боли.

– Двенадцать ответил Кирилл.

– Да тогда точно пора ответил Антон и встал с кровати.

Вслед за Антоном с кровати встал Кирилл, встав оба взяли стаканы и налив воды из-под крана попили её.

Попив, Антон и Кирилл покинули дом и выйдя из калитки принялись думать, что делать дальше?

– Я считаю надо покушать и отправляться в милицию, а после милиции уведомлять население и проживавших в хуторе хоть они наверно и знают, но вдруг нет и как они предоставят нам информацию о нём отправляться к нему и наказать его решительно сказал Кирилл.

– Да согласен, но давай для начала в милицию съездим поговорим с ними если что напишем заявление и потом покушаем, и продолжим думать, что делать дальше? Предложил Антон.

– Давай хороший план так и сделаем, согласившись промолвил Кирилл.

Сев на своего коня Антон открыл калитку и выйдя на коне подождал пока Кирилл сядет на своего коня и дождавшись его оба поскакали в милицию.

Конь у Кирилла был чёрный андалузец не менее.

– Ты уверен, что мы сможем его найти и наказать? Беспокойно спросил Кирилл.

– Да, конечно, уверен, как же иначе? А почему сомневаешься? Беспокойно спросил Антон.

– Да просто всё что угодно, может быть, очень переживаю беспокойно ответил Кирилл.

– Ну то, что всё что угодно, может быть, это я согласен, а переживания твои я понимаю ой как понимаю, но всё будет хорошо не переживай, подбадривая ответил Антон.

– Хорошо спасибо ответил Кирилл.

Прошло два часа, и Кирилл с Антоном доскакали до милиции доскакав они слезли с коней и пошли к ним.

Пройдя немного, они увидели полицейскую машину, в которой сидели двое полицейских.

Первый на водительском сиденье Мирон Алексеевич Сёмин седоволосый короткостриженный с лёгкой щетиной на лице и карими глазами. Брови прямые губы ровные. На вид лет – шестьдесят пять.

Второй на пассажирском сиденье рядом с Мироном сидел Макар Семёнович Петренко лысый без растительности на лице и карими глазами. Брови прямые губы ровные. На вид лет – тридцать шесть.

Первый заговорил Антон:

– Здравствуйте!

– Здравствуйте! Что вам угодно? Спросил Мирон и вышел из машины.

– Мы бы хотели заявить. Тут такое дело. Коллективизация на Дону началась её кто-то начал, и мы хотим наказать того, кто её начал. Подключившись к разговору, сказал Кирилл.

– Да. Вот. Подтвердил Антон слова Кирилла подключившись к разговору.

– Вот оно как. И что вы хотите, чтобы мы сделали? Спросил Мирон.

– Чтобы нашли и наказали того, кто это сделал либо же предоставили его нам, и мы это сделали ответил Антон.

– Понятно. Послушайте, ребята мы это конечно можем сделать, но так это же не уголовное дело раз и два, а во-вторых, не уж то вы думаете, что он образумится если мы его накажем? Спросил Мирон и посмотрел на Антона с Кириллом.

– Мы понимаем, но от этого же страдают люди. Хотя бы попробуйте. Да и, конечно, образумится? Как же ему не образумится? Отсидит месяц или годик другой и выйдет будет уже совершенно другой человек. Промолвил Кирилл.

– Вообще да вы правы можем попробовать. Да, но увы не всегда бывает так. Хорошо тогда мы берёмся за это дело и попробуем вам помочь ответил Мирон и договорив посмотрел на Макара подмигнув ему.