Егор Золотарев
Призрачный страж. Том 2

Название: Призрачный страж 2

Автор(-ы): Егор Золотарев

Ссылка: https://author.today/work/341483

Глава 1

Услышав Горина, я на мгновение опешил. Не ожидал, что он так быстро сдастся.

– Константин, вы меня слышите? – встревожился он.

– Да, слышу. О чем вы хотите поговорить?

– Это нетелефонный разговор, поэтому нам нужно встретиться и, как можно быстрее, – с нажимом сказал он.

Ага, сейчас! Если сработал артефакт, значит, Горин причастен к смерти моего отца, поэтому пусть помучается еще, прежде чем я его убью. Теперь я точно знал, что поступлю так, как сказала цыганка.

– Быстрее не получится. Я в отъезде и буду в Москве только в конце недели.

– Где вы?! Я сам подъеду! – выпалил он.

– Нет, мы поговорим, когда я вернусь, – спокойным голосом ответил я.

– Ах ты, сученыш! Я знаю, это ты украл мой артефакт! Верни его, иначе пожалеешь! – выпалил он.

– Не понимаю, о чем вы, – усмехнулся я и сбросил звонок.

На самом деле мне не было смешно. Такие люди, как Горин, были способны на все, поэтому я выбежал из зала и набрал деда.

– Алло, Костя, – ответил он.

– Слушай меня внимательно и сделай так, как я скажу. Сейчас же бери Дашу и езжай в город. Такси не вызывай, а попроси отвезти старосту. Деньги у вас есть, поэтому сними номер в гостинице и постарайтесь не выходить на улицу. О том, куда вы заселились, никому не рассказывай, – быстро прошептал я, так как вокруг ходили люди.

– Костя, что случилось? – забеспокоился он.

– Пока не могу рассказать. Вам нужно на время спрятаться.

– Что ты натворил? Неужели проигрался, как отец? – дед повысил голос.

– Дед, без паники. Сделай, как я сказал. Когда будете в гостинице, позвони мне… Береги себя и Дашу, – я выключил телефон, так как знал, что на меня вновь посыплются вопросы.

Выдохнув и успокоившись, я снова зашел в зал. Под куполом демонстрировал свои способности маг огня. Этот вид магии был одним из самых зрелищных, поэтому зрители и участники соревнования восторженно смотрели на сцену, не обращая на меня никакого внимания. Я опустился на свое место и повернулся к Ефиму Прохоровичу, который сидел прямо за мной.

– Когда закончатся соревнования?

– Не знаю. Когда все выступят, – пожал он плечами.

– Я не про это. На сколько дней они рассчитаны? – уточнил я.

– На три. Завтра будет второй этап состязаний, а послезавтра – третий, и сразу же награждение победителей. А что? Ты куда-то торопишься?

– Да, тороплюсь. Завтра во сколько начинаются соревнования?

– С восьми утра.

– А послезавтра?

– В расписании написано, что с обеда, чтобы после сражений участники могли выспаться и отдохнуть, – ответил он и присоединился к аплодисментам, когда маг огня сформировал огненный вихрь.

Я не просто так спрашивал про время. Князю Горину достаточно сделать один звонок, чтобы узнать, где я нахожусь. Нападать на меня здесь, где собралось столько магов, он вряд ли будет. Скорее всего, организует ловушку. Поэтому нам надо встретиться на моих условиях.

Завтра после второго этапа соревнований, я полечу на ближайшем дирижабле в Москву, что будет для него большим сюрпризом.

Между тем участники друг за другом демонстрировали свои умения и вскоре дошла очередь до призрачного мага. Мне не терпелось увидеть, какие заклинания умеет формировать он.

– Следующим на сцену выходит Егор Смирнов из Кировской академии магов! – объявил ведущий.

– Смирнов, не посрами родную академию, – услышал я бас и обернулся.

Это был крупный бородатый громила с грозным лицом. Ему кивнул и поспешил на сцену юноша, которому можно было дать не больше пятнадцати лет. Хотя я знал, что в магические академии берут только с восемнадцати.

– И это лучший маг на курсе? – усмехнулся Миша. – Его же наверняка ветром уносит.

– Посмотрим. Внешний вид не имеет отношения к магии. Может, он в разы сильнее меня.

– Не уверен. Всё же внутренняя сила отражается и на внешности, – покачал он головой.

Над Смирновым появился купол и он, приветственно поклонившись жюри, сформировал… ложку.

Миша не сдержался и в голос рассмеялся. Вслед за ложкой возникли тарелка, кастрюля, лестница, ведро.

– Бытовая магия. В некоторых академия призрачную магию используют в мирных целях, – пояснил Ефим Прохорович.

– Не понимаю, зачем трать свои силы на тарелки, ложки и прочую утварь? – развел я руками.

– Не все хотят сражаться.

– Погодите, неужели в такой посуде можно готовить? – удивился я, когда в руке Смирнова продолжили появляться сковороды разных размеров, щетки, половники и прочая посуда.

– Конечно. Но только, если маг достаточно силен, чтобы посуда могла без его энергии какое-то время существовать. Точно так же, как арбалетные болты и метательные ножи. Но, судя по всему, этот маг не настолько силен, поэтому все держит в руках, – ответил Ефим Прохорович.

– То есть, чтобы приготовить яичницу в призрачной сковороде, он должен держаться за нее? – рассмеялся Миша.

– Да, так и есть.

Между тем Смирнов показал все, на что был способен, и покинул сцену. Ну вот, а я так ждал его выступления.

Когда все выступили, членам жюри понадобилось не более десяти минут, чтобы выбрать двадцать лучших студентов, которых пропускали на следующий этап.

Ведущий вышел на сцену и перечислил тех, кто завтра будет сражаться. Среди них были и мы с Мишей. Призрачный маг Егор Смирнов не смог впечатлить опытных магов. Его преподаватель что-то пробурчал про продажных судей и, похлопав расстроенного студента по плечу, направился к выходу.

– Ну что, порвем всех завтра? – воодушевился Миша.

– Конечно, – кивнул я, едва расслышав вопрос.

Мыслями я был далеко отсюда. У меня из головы не выходил звонок Горина. Я был уверен, что он не просто хочет поговорить со мной. Наверняка задумал убить, но как? Он же не может сделать это своими руками. Значит, наймет людей или подстроит несчастный случай. Надо добраться до него раньше, чем он будет меня ждать.

– Ефим Прохорович, вы можете договориться, чтобы меня завтра с самого утра поставили? Хочу успеть кое-что сделать, – обратился я к преподавателю, когда мы вышли из зала и направились к выходу.

– Могу попросить, но ничего не обещаю, – ответил он, развернулся и пошел обратно, протискиваясь сквозь толпу зрителей, которые воодушевленно делились впечатлениями.

Я решил дождаться его, поэтому вышел на улицу и опустился на скамью у лестницы. Тут ко мне подошел Егор Смирнов и, смущаясь, спросил:

– Это же ты учишься на факультете призрачного оружия?

– Да, – кивнул я и окинул его взглядом.

По одежде и украшениям сразу понял, что студент из богатой семьи.

– Это было потрясно! Мне очень понравился меч и щит. А копье вообще огонь! – восторженно проговорил он.

– Спасибо.

– Ты, наверное, долго смеялся над моими кастрюлями и вилками? – Смирнов раскраснелся.

– Нет, не смеялся. Каждому свое, – пожал я плечами.

– Я бы тоже хотел создавать оружие, но родители не отпустили. Слушай, давай обменяемся контактами, и при случае ты научишь меня хоть какому-то оружию, а я тебя бытовухе? – предложил он.

– Давай. Только предупреждаю сразу, свободное время у меня появится нескоро.

– Ничего страшного. Я не тороплюсь.

Я продиктовал ему свой номер телефона, а он протянул визитку. На обратной стороне была эмблема и подпись мелкими буквами: Артефактная мастерская Смирновых.

– Твоя семья занимается артефактами? – заинтересовался я.

– Да. Уже много поколений. Меня тоже готовят к этому, но я пока сопротивляюсь. Скучное дело, хоть и прибыльное.

Тут его позвал преподаватель, и Смирнов, попрощавшись, поспешил к нему. Я убрал визитку в нагрудный карман пиджака и увидел, как по лестнице спускается Ефим Прохорович.

– Ну что? Удалось договориться? – я встал и пошел ему навстречу.

– Да. Будешь сражаться первым с магом огня.

– Отлично! Спасибо! – обрадовался я.

Пока все шло по плану.

– Надеюсь, я не зря старался, и ты попадешь на третий этап? – строго спросил он.

– Можете не сомневаться, – с готовностью кивнул я.

– Кстати, мне сказали, что призы поменяли.

– Да? И что это будет?

– Не знаю, но вроде бы артефакты.

Мы вернулись в гостиницу и, поужинав в ресторане, разошлись по комнатам. Первым делом я перезвонил деду, от которого было уже пять пропущенных.

– Костя, мы заселились в гостиницу «Виктория». С собой взяли Марию Ильиничну. Никому ничего не сказали. А нашего старосту попросил остановиться за два квартала до гостиницы, поэтому он тоже не знает, где мы, – отрапортовал дед.

– Все правильно. Заказывайте еду в номер и не выходите на улицу, – предупредил я.

– Костя, мне неспокойно. Может, расскажешь, во что ты влип? Я ведь и дельный совет могу дать. Не зря много лет прожил, – попросил дед.

– Расскажу, когда все закончится. Сейчас не могу. Сам еще не до конца уверен.

– А долго нам здесь сидеть?

– Думаю, что нет. По крайней мере я рассчитываю на то, что завтра все закончится.

– Если завтра, то хорошо. А то дороговато по гостиницам жить и еду заказывать, – недовольно пробурчал он.

Мы попрощались, и я сразу же позвонил на вокзал, чтобы узнать расписание движения дирижаблей.

Весь вечер я обдумывал дальнейшие шаги и пришел к выводу, что самое трудное будет выманить Горина из дома. Врываться в особняк, в котором полно прислуги и вооруженной охраны, было опрометчиво. К тому же охранники могли вызвать подкрепление или даже полицию. Уже засыпая, я понял, что нужно делать, чтобы он сам пришел ко мне и без охраны.

***

Разбудил меня громкий стук в дверь.

– Когда же этот вахтер уже успокоится, – раздраженно пробубнил я и зарылся под подушку.

– Костя, вставай! Ты что трубку не берешь? – послышался голос Ефима Прохоровича и только сейчас я вспомнил, где нахожусь.

Я посмотрел на часы и опрометью бросился в ванную, крикнув:

– Я встал! Буду через десять минут!

Оставалось полчаса до начала соревнований, а я к тому же сам напросился первым выступать.

Когда спустился на первый этаж, то увидел преподавателя, который в нетерпении мерил шагами фойе.

– Прошу прощения. Никак не мог заснуть, поэтому будильник не услышал, – сказал я.

– Хорошо, что мы так близко к комплексу поселились, а то опоздали бы и выступали последними. На, держи, – Ефим Прохорович протянул мне кофе в бумажном стакане и бумажный пакет, в котором оказался кусок мясного пирога.

Поблагодарив, я все умял, пока мы шли к комплексу и искали зал, в котором должен проходить второй этап соревнований. На этот раз зрительские места располагались вокруг помоста с рингом. Ну, прям как в подпольном клубе. Только не было бара, столиков и денег за бой не платили.

Тот же ведущий рассказал участникам и зрителям о правилах боя. Столько ограничений и запретов я в жизни не слышал! Складывалось впечатление, что мы не студенты магических академий, а детсадовцы. Я еле сдержался, чтобы не рассмеяться, когда ведущий на полном серьезе сказал, что нельзя толкаться, щипаться и плеваться.

– Бли-и-ин, а так хотелось, – протянул Миша, когда подошел к нам вместе со своим преподавателем.

– Ты какой по счету? – спросил я улыбнувшись.

– Почти последний. Если честно, то я пришел сюда только ради тебя. А так бы до сих пор валялся и прикидывался больным, – еле слышно сказал он и покосился на преподавателя, который что-то обсуждал с Ефимом Прохоровичем.

Вскоре ведущий закончил разъяснять правила, половину из которых я прослушал вполуха и вызвал первую пару.

– Родионов Константин, Московская магическая академия имени Вороновича! И Палкин Олег, Нижегородская магическая академия!

– Давай, удачи! Размажь по стенке Палкина, – грозно сказал Миша.

– На ринге стенки нет, – усмехнулся я, снимая пиджак и закатывая рукава.

– Значит, размажь по полу. Какая разница? Главное, чтобы ты победил. А то мне придется всем врать, что мы не из одной академии.

Ко мне подошел Ефим Прохорович и сказал:

– Удачи! Постарайся победить, но будь аккуратен, ведь не с монстром в Разломе будешь драться, а со студентом. Постарайся не травмировать противника и просто больше показывай свои умения.

– Может, надо было сразу объявить бой подушками? Тогда бы точно никто не пострадал, – попытался пошутить я, но преподаватель шутку не оценил и, сделав строгое лицо, показал на ринг, на который уже успел взобраться Палкин.

Я не спеша двинулся по проходу между зрителями к рингу. Олег равнодушно посмотрел на меня и, под восторженные крики зрителей, взмахнул огненным хлыстом, который оставил в воздухе ярко-красный узор из искр. Узор провисел пару секунд, затем осыпался на пол и потух. Он определенно лучше владел хлыстом, чем я. Надо будет обязательно продолжить обучение с Анастасией Владимировной.

Как только поднялся на ринг, включился купол и Олег, создав в руке огненный шар, сказал:

– Я не только лучший на курсе, но и во всей академии. Месяц назад у нас были соревнования, в которых я занял первое место. Сейчас намерен сделать то же самое, поэтому советую долго не сопротивляться.

– Я и не собираюсь сопротивляться. Только нападать, – улыбнулся и, закрывшись броней, сформировал меч.

В меня тут же полетели огненные шары, которые, встретившись с щитом, рассыпались на искры и потухали. Я не знал, как победить противника, не причинив ему серьезных травм. Можно было бы, конечно, ударить мечом плашмя или вырубить ударом щита по голове, но для этого требовалось для начала добраться до него, а он так разошелся, что искры летели во все стороны. Жаль, нельзя было использоваться тоже огненную магию, по всей видимости, он не особо умел защищаться, поэтому побеждал только десятками огненных шаров, которые не давали даже выглянуть из-за щита.

За этот бой мне не платили, поэтому не было никакого желания затягивать его. Я выставил щит таким образом, чтобы закрыть те части тела, на которых не было брони, включая лицо и просто пошел на мага.

– Ты что делаешь? Стой на месте и защищайся! – завопил он.

– Ага, сейчас, – усмехнулся я и ускорился.

Видимо, остальные его противники действовали именно так. Однако у меня пока не было оружия, которое могло бы поразить на расстоянии, поэтому по-другому я не мог победить его.

– Калечить противника нельзя! – в его голосе слышались панические нотки.

– Да? Интересно, а что будет с моим лицом, если по нему попадет твой шар?

– Всего лишь ожог, – несмело ответил он.

– Магический огонь прожигает до костей. Ты и сам об этом знаешь, но не задумываясь, лупишь по мне. Пришел и мой черед ответить тебе тем же, – процедил я и, подбежав, ударил плашмя мечом Палкина по колену.

Тот охнул и чуть не свалился, но в ту же секунду сформировал огненный хлыст, однако воспользоваться им не успел. Размахнувшись, я ударил его кулаком в призрачной перчатке по скуле. Олег упал и схватился за щеку.

– Помогите! Он меня убивает! – завопил он, пытаясь отползти и махая передо мной горящей рукой.

Из лопнувшей кожи на скуле текла кровь.

– Не позорься, Палкин. Вставай и сражайся, – я отступил на пару шагов, давая ему возможность подняться.

Вдруг он ринулся ко мне и схватился двумя горящими руками за мои ноги. Они были закрыты призрачной броней выше колена, поэтому ожог я не получил. Палкин, поняв, что его подлость не удалась, испуганно отпрянул и пролепетал:

– Я не хотел.

– Поздно, – сухо ответил я и, схватив его перчаткой за горящую руку, резко вывернул.

– Стой! Я сдаюсь! Сдаюсь! – закричал он и застучал по полу ринга второй рукой.

В это время купол над нами пропал, и я увидел встревоженное лицо Ефима Прохоровича.

– Ты в порядке? – он поднялся на ринг и внимательно оглядел меня.

– Да, а что?

– Столько огня. Думал, ты весь уже в ожогах, – он с облегчением выдохнул, когда убедился, что на мне даже одежда не пострадала.

В это время сзади послышался плаксивый голос Палкина:

– Он мне руку сломал, лицо разбил и колено выбил. Это не по правилам! Пусть его дисквалифицируют!

Я обернулся и увидел, что он жалуется своему преподавателю. Между тем члены жюри о чем-то жарко переговаривались.

– Не волнуйся, ты ничего не нарушил, – сказал Ефим Прохорович.

– Я и не волнуюсь. Что они так долго решают? – кивнул я на магов.

– Призрачные маги редко участвуют в соревнованиях, поэтому не совсем понятно, как тебя судить. С одной стороны, ты его просто бил, но с другой, применял при этом призрачное оружие и броню, которые создал с помощью своей магии. Главное условие соревнований, применять только магию, поэтому жюри теперь решают, удар кулаком в призрачной перчатке подходит под это условие или нет.

Между тем Палкина спустили с ринга и привели к нему лекаря, который после осмотра смазал рану на лице мазью и ушел. Его крики насчет сломанной руки и выбитого колена оказались ложью.

Мы с преподавателем спустились с ринга и отошли в сторону, ожидая вердикта жюри. Я совсем не волновался, в то время как Ефим Прохорович стучал ногой и хрустел суставами пальцев. Победа приносила награду не только студенту, но и преподавателю и всей академии.

– По-любому ты победишь, – сказал Миша.

– Даже не знаю. Что-то долго они советуются, – дернул я плечом.

– Надо же сделать вид, что они не просто здесь сидят и деньги получают, – усмехнулся он.

В это самое время один из членов жюри, маг с красным платком на шее, подозвал ведущего и вручил ему записку. Тот кивнул и поднялся на ринг.

– Если они объявят победителем того прыща, то я не буду участвовать в этом цирке, плюну и уйду, – прошептал Миша.

– Ты забыл: плеваться нельзя, – улыбнулся я.

Между тем ведущий откашлялся и сказал:

– После долгого обсуждения жюри пришло к выводу, что победил… Константин Родионов! – мое имя он выкрикнул и указал на меня.

Зрители зааплодировали. Ефим Прохорович с облегчением выдохнул и, похлопав меня по плечу, поспешил к преподавателям из нашей академии, что сидели неподалеку.

– Я нисколько не сомневался, – довольным голосом сказал Миша и протянул руку.

– Спасибо. Мне надо ехать, поэтому не смогу присутствовать на твоем сражении. Желаю удачи. Твоему противнику ой как не повезло! Надеюсь, мы займем два верхних призовых места, – сказал я, ответив на рукопожатие.

– Постараюсь. Но чур, я хочу первое место.

– Посмотрим, – улыбнулся я и поспешил к выходу.

У меня оставался еще целый час, поэтому я приехал на вокзал, купил билет и, опустившись на скамью в зале ожидания, еще раз в мельчайших подробностях продумал свой план.

На то, чтобы караулить Горина у меня совсем не было времени, поэтому единственный способ встретиться с ним – это его сын. Я решил забрать, ну или отобрать, телефон младшего Горина и вызвать старшего Горина. Думаю, он не будет брать на встречу с сыном много охраны, а с парочкой я вполне справлюсь. Однако и сам Горин был темной лошадкой. Я не знал, на что он способен и даже какой магией владеет. Однако надеялся на то, что спокойная жизнь лишила его части возможностей, а отсутствие практики сказались на умениях. Во всяком случае другого выхода у меня не было. Или я его, или он меня.

Когда сел в дирижабль в одноместную каюту, то тут же набрал деда.

– Алло, Костя. У нас все хорошо, – тут же доложил он.

– Отлично. Отдыхайте. Порадуй Дашу вкусняшками.

– Они с Марией Ильиничной вышли погулять. Погода хорошая.

– Погулять? Куда? – насторожился я и по спине тут же побежали мурашки.

– Я велел далеко не уходить. Так что скоро должны вернуться.

– Ладно. Потом еще позвоню, – я выключил телефон и уставился в окно.

Мурашки продолжали предупреждать об опасности. Неужели дирижабль рухнет, и я погибну? Или дело в Даше?

Между тем мы поднялись в небо и полетели сквозь белую вату облаков. Лететь было часов пять, поэтому я решил лечь спать, но предварительно запер дверь каюты. Тревога и беспокойство не покидали меня.

Проворочавшись пару часов, я так и не смог уснуть, поэтому вызвал стюардессу и попросил принести обед. Еда была пресная и заветренная, но выбирать не приходилось, поэтому, съев кусок черствого стейка, я отказался от гарнира и салата, которые выглядели так, будто их приготовили неделю назад.

По прибытии я тут же набрал деда, так как наверху связь не ловила. Он долго не отвечал, поэтому я уже понял, что случилось что-то плохое.

– Алло, Костя. Они не вернулись, – услышал я встревоженный голос деда. Он с трудом дышал, будто до этого пробежал марафон. – Я здесь ищу их по округе, но никто не видел. Что делать? В полицию звонить?

– А телефон они с собой взяли?

– Да, но он выключен.

– Звони в полицию, – ответил я и, выключив телефон, тут же позвонил Горину старшему, на всякий случай включив диктофон.

Тот не заставил долго ждать.

– Константин, вы опередили меня. Я только хотел вам позвонить, – послышался его довольный голос.

– Где моя сестра? – я старался говорить спокойно, но внутри весь сжался от ярости.

– С ней все хорошо. Пока. Вы думали, что от меня можно спрятаться? Какие же вы, Родионовы, наивные, – усмехнулся он.

– Чего вы хотите?

– Встретиться. А сестру вашу я прихватил лишь для того, чтобы вы были сговорчивее. Завтра последний этап соревнований, поэтому послезавтра вы вернетесь в Москву, и мы с вами встретимся. Думаю, на этот раз вы не сможете мне отказать.

Ага! То есть он не знает, что я уже прилетел. Отлично! Сделаю ему сюрприз.

Я выключил телефон и направился в сторону парковки, где стояли таксисты.

Глава 2

Если раньше я просто хотел раздобыть телефон младшего Горина и попытаться назначить встречу с отцом, то теперь я изменил свои планы. Если Горин старший решил действовать шантажом и угрозами, значит, получит ответку.

Пока ехал к академии, позвонил Никите.

– Здорова! Тебя уже выписали?

– Да, отлеживаюсь. Тут за мной Лерочка присматривает. Ой, Леночка, – осекся он.

– Ты знаешь, какой из домов Горин занимает?

– Знаю, а что? Хочешь в гости наведаться? – усмехнулся он.

– Угадал. Через десять минут буду у общаги. Выйди, покажешь мне.

– Погоди, Костя. Ты что задумал? – понизив голос спросил Никита. – Я думал, вы разобрались.

– Почти. Теперь у меня терки с его отцом. Скоро буду.

Я сбросил звонок и уставился в окно. Желтые уличные фонари делали город сказочным, но мне было не до этого. Я пока не знал, что и как буду делать, но то, что Горин старший пожалеет о том, что посмел тронуть Дашу – это сто процентов. Зуб за зуб.

Никита увидел меня издали и поспешил навстречу.

– Костян, надеюсь, ты ничего противозаконного не задумал? – с тревогой спросил он.

– Задумал, поэтому ты мне покажешь и уйдешь.

– Еще чего! Пойду с тобой. Вдруг помощь понадобится.

Я не стал отговаривать, так как не знал, чем закончится наша встреча. Вдвоем как-то сподручнее.

Дом Горина находился в первом ряду. Впрочем, я так и думал. Здесь жила элита академии. Отпрыски самых богатый и влиятельных родов империи.

– Вон тот с черной крышей, – указал пальцем Никита.

– Охраны вроде нет, – ответил я присмотревшись.

– Признавайся, что ты задумал?

– Его отец похитил мою сестру. Я хочу отплатить тем же. А ты иди в общежитие и если что, то ты меня не видел. Понял? – сказал я и ускорился, но Никита и не думал отставать.

– Я с тобой пойду. А эту историю ты мне потом подробно расскажешь.

Двухэтажный дом был окружен кирпичным забором с резной калиткой, которая была заперта. Пригнувшись, чтобы Горин не заметил нас из окна, мы добрались до калитки.

– Давай перемахнем через забор. Зачем с замком мучиться? – прошептал Никита, увидев, как я сформировал меч и пытаюсь просунуть его в щель между забором и калиткой, чтобы срезать замок.

– Если увидит, то успеет что-нибудь предпринять.

Пока возился с замком, отправил в дом фантом, попросив показать младшего Горина. Тот лежал на диване и просматривал что-то в телефоне с похабной улыбочкой. Ничего-ничего, недолго музыка играла…

Справившись с замком, я медленно открыл калитку и подбежал к входной двери. Фантом показал, что в доме больше никого нет. Отлично! Теперь надо действовать очень быстро, пока он не успел никого позвать на помощь.

Дверь была железная со скрытыми замками, поэтому с ней пришлось бы долго возиться. Сначала я хотел разбить окно и так взобраться в комнату, в которой отдыхал Горин, но фантом показал мне вход с обратной стороны дома, предназначенный для прислуги. Та дверь была обычная деревянная. Такую можно было выбить даже пинком, не применяя магии.

Махнул Никите и, побежал к той двери. Так как я знал, в какой комнате находится Горин, мне не надо было прятаться и нагибаться у окон. С этой стороны дома он бы меня не увидел. Никита, конечно же, этого не знал, поэтому отстал, постоянно оглядываясь и буквально проползая под окнами.

Я не стал его дожидаться, а мощным ударом в призрачной перчатке снес хлипкий засов. Все это время я через фантом подглядывал за Гориным, поэтому увидел, как он вздрогнул от неожиданности и замер прислушиваясь.

Горин младший был уже на третьем курсе и учился на факультете управления огнем, поэтому мог оказать сильное сопротивление, а мне некогда было с ним возиться. Фантом показал мне, как добраться до него, и я через пару секунд буквально влетел в гостиную и приставил меч к его горлу.

– Родионов, ты чего? – испуганно пролепетал он, пытаясь отодвинуться от острия лезвия меча.

– Звони отцу, – велел я.

– Зачем?

– Еще один вопрос и ты труп, – пригрозил я.

Он видел, что я серьезен, поэтому поостерегся возражать и набрал номер старшего Горина.

– Поставь на громкую связь, – сказал я и для острастки нажал немного на меч.

Горин буквально вжался в диван, но сделал так, как я велел. Прозвучали три гудка, прежде чем его отец ответил.

– Сын, что случилось?

– Пап, я не знаю. Здесь…

Я отобрал у него телефон и сказал.

– Павел Федорович, это Константин Родионов. Вот, заскочил в гости к вашему сыну.

– Слышь ты, сопляк, оставь в покое моего сына…

– Эй-эй-эй! Поосторожнее со словами, чтобы потом не пожалеть об этом. Может, встретимся и все выясним? Или у вас кишка тонка?

– Гнида, падаль, ублюдок! Если с моего ребенка хоть волос упадет…

– Упадет и не только волос, если не подъедете через час к заброшенной пекарне за городом.

– Я убью тебя, твою сестру и деда. Скошу к чертям весь ваш паршивый род! – взревел он.

– Через час в пекарне, – повторил я, отключил телефон и засунул в карман пиджака.

В это время в двери гостиной появился Никита. Он настороженно оглядывался и держал наготове ледяную стрелу.

Я отвлекся на него и не заметил, как в руке Горина появился огненный шар.

– Костя! – закричал Никита, и я инстинктивно откинулся назад.

Шар пролетел прямо над моей головой, обдав адским жаром. Мне даже показалось, что опалились ресницы и веки. Я не намерен был с ним церемониться, поэтому резко поддавшись вперед, вонзил острие меча в руку, в которой уже формировался очередной шар. Горин заорал дурным голосом, но я не спешил убирать меч.

– А-а-а, отпусти меня! – он попытался спихнуть меня ногой, но получил сильный удар по лицу и вмиг успокоился.

Мне нужно было уже выезжать к заброшенной пекарне, но и оставить Горина в таком виде я не мог. Порывшись свободной рукой в пространственном кольце, вытащил моток крепкой веревки и бросил Никите.

– Свяжи его.

Никита без вопросов подошел к нему и начал с ног.

– Что ты прицепился ко мне? Что тебе нужно от моего отца? – злобно проговорил Горин, прижимая окровавленную руку к груди.

– Можно подумать, ты не знаешь, что творит твой отец. За все надо платить, – сухо ответил я.

Тем временем Никита справился с ногами и, обрезав конец веревки, хотел связать ему руки, но тут Горин предпринял еще одну попытку вырваться. Он поджег свою здоровую руку и ринулся к Никите. Если бы осхватился за него, то прожег бы до самых костей, но я был проворнее, поэтому со всего размаха ударил в висок призрачной перчаткой. Горин охнул и повалился без сознания.

Никита быстро связал ему руки и вопросительно уставился на меня. Я не хотел его вмешивать в эти дела, но было уже поздно.

– Побудь с ним. Мне надо отъехать. Когда вернусь, тогда решу, что дальше делать.

– Ты едешь к его отцу? Это может быть очень опасно. Давай я поеду с тобой? – предложил он.

– Нет. Тебя там точно не должно быть. Горин старший должен ответить за то, что делал с моей семьей.

– Хорошо. Я буду здесь. Он огненный маг, поэтому веревки его не удержат. Буду бить по голове снежным комком каждый раз, как он очнется, – усмехнулся Никита, но я видел, что ему точно не до смеха.

Скорее всего, он уже пожалел, что вовремя не ушел, но теперь ничего не поделаешь.

Я вышел из дома тем же путем, что и зашел, и побежал к дороге. Мне нужно было раньше Горина добраться до заброшенной пекарни, возле которой стоял цыганский табор. Я нарочно не сказал ему, где именно находится пекарня, чтобы дольше поискал.

Добежав до дороги, я поднял руку. Возле меня притормозила машина.

– Плачу двадцать рублей! – выпалил я в открывшееся окно.

– Хорошо, садись. Поехали, – кивнул водитель.

Я забрался на заднее сиденье и объяснил, куда ехать. Водитель удивился, но лишних вопросов не задавал. Чувство опасности не покидало меня, но я уже не обращал на него внимания. И так было понятно, что впереди меня ждет сражение, которое сильно отличается от тех, что проходят на ринге. Я верил в то, что смогу справиться с Гориным, но червь сомнения все равно терзал душу.

Мужчина за рулем был опытным водителем, поэтому мы быстро добрались до пекарни. Как и обещал, заплатил двадцать рублей и поблагодарил за помощь. Мужчина предложил подождать, но я отказался. Во-первых, ни к чему здесь свидетели. А, во-вторых, я не был уверен, что смогу справиться с Гориным. Наверняка он сюда едет с двумя десятками сильных магов. Однако кое-что знал точно, без боя я не сдамся, пусть даже не надеется.

Фонари здесь не горели, поэтому царила полутьма, разгоняемая лишь ярким ликом луны. Я зашел в пекарню, переступая через осыпавшийся старый кирпич разрушенной печи, прогнившие потолочные балки и прочий мусор.

Вдруг впереди в одном из цехов я увидел, как мелькнул черный силуэт.

– Эй, кто там?! – крикнул я и, сформировав меч, быстро направился туда, стараясь не споткнуться и не зацепиться за старые провода.

Мне пришло в голову, что Горин подослал сюда своих людей, но играть в прятки я не намерен, поэтому решил сразу разобраться с этим. Когда прошел в цех, то заметил в углу в железной банке горящую свечу, а рядом старый матрас и небольшой самодельный стол. Здесь кто-то жил.

– Выходи! Я тебя не трону, – сказал я и осмотрелся.

Из-за кучи деревянных решеток показался тот самый мужчина, который рассказал мне, куда уехал табор.

– Я ничего плохого не делаю. Просто живу здесь и никому не мешаю, – жалобно проговорил он.

– Хорошо, но сейчас тебе лучше уйти отсюда.

– Куда же я пойду? У меня нет дома. На улице я насмерть замерзну, – испугался он.

Я достал кошелек и протянул ему десять рублей.

– Иди, купи себе что-нибудь и не появляйся здесь до утра. Боюсь, ты можешь пострадать.

Он несмело подошел ко мне, молча забрал деньги и поспешил к выходу, постоянно оборачиваясь. Я потушил свечу и снова вернулся на прежнее место, откуда хорошо просматривалась дорога.

С момента звонка Горину прошло уже чуть больше часа, а его по-прежнему не было. Телефон младшего Горина я взял с собой, но отец ему ни разу не перезвонил. А вдруг он поехал в академию и нашел Никиту? У меня от этой мысли даже сердце сжалось, поэтому я тут же набрал друга.

– Алло, Костя. Что там у тебя? – голос у него был встревоженный.

– Пока ничего. Жду. А Горин как?

– Лежит малохольный. Я даже думал, что он умер, но нет, дышит. Ты бы там не задерживался, а то как-то неспокойно мне, – признался он.

– Понимаю. Зря я тебя в это втянул. Надо было самому со всем разобраться.

– Ну ты даешь! Мы друзья или кто? – возмутился он. – Решай свои дела, а я здесь за всем прослежу.

В это время вдали показались фары. И я был уверен, что это Горин.

Машина остановилась неподалеку от пекарни, фары погасли, но на улицу никто не вышел. Прошло минут пять, прежде чем водительская дверь открылась и показался Горин. Даже в полутьме было видно, как он изменился. Это был уже не тот статный мужчина с горделиво поднятой головой, а старик. Неужели артефакт так на него повлиял? Но я совсем не радовался этому. Теперь он стал еще опаснее.

Горин неспешно двинулся к пекарне, осматриваясь. Я дождался, когда он окажется возле здания и вышел навстречу.

– А-а, Родионов, ты уже здесь. Не так я хотел с тобой расправиться, но теперь уж выбирать не приходится, – хрипло проговорил он и усмехнулся. – Я даже не сразу сообразил, что ты с помощью моего же артефакта сводишь меня с ума. Сначала действительно подумал, что ко мне твой отец пришел. Потом решил, что ты пока шастал по моему дому, везде динамиков насовал.

Он хрипло рассмеялся, а я просто стоял и ждал, когда же он все расскажет. Как объяснила цыганка, он не сможет избавиться от голоса, если не выполнит условие. По всей видимости, Горин об этом тоже знал.

– И кто тебя надоумил украсть у меня артефакт и как ты нашел его? – Горин, не спеша, приближался.

– Не твое дело. Рассказывай, иначе сам знаешь, что будет. Я вижу, артефакт достал тебя, – усмехнулся, не спуская с него пристального взгляда.

Я не знал, что от него можно ожидать, поэтому был начеку.

– Ах ты, отребье! Ты забыл, с кем разговариваешь?! – взревел он и тут же зашелся в удушливом кашле.

М-да, совсем плох стал князь. Темная сила, живущая в пирамиде, уничтожала его, одновременно выполняя мой приказ. Интересно, откуда ему такой сильный древний артефакт?

Когда кашель прошел, и Горин, хрипло дыша, пытался восстановить дыхание, я снова повторил:

– Рассказывай. Иначе умрешь от своего собственного артефакта.

Я видел, что ему трудно решиться, но меня это мало заботило. Я хотел знать, за что он так поступил с моим отцом.

Горин огляделся, будто искал, куда бы присесть, но вокруг был только пустырь и дорога, поэтому он тяжело вздохнул и начал:

– Мой прапрадед был очень сильным магом. Равных ему в империи не было, кроме самого императора и нескольких близких к нему людей. В те времена еще не так следили за артефакторами и не заставляли их получать разрешения на каждое изделие и отчитываться о покупателях, поэтому можно было заказать все, что душе угодно. Мой предок знал, что власть и богатство могут пропасть за мгновение, но не сила. Поэтому он искал самых искусных мастеров-артефакторов и заказывал им различные артефакты, которые также напитывал своей силой. Это наследие он хотел завещать своим потомкам, чтобы его род процветал. Но однажды он влюбился так, что забыл обо всем на свете. Прапрадед бросил свою жену с пятью детьми и попросил руки юной девушки. Однако она ему отказала и вышла замуж за.., – Горин осекся, подавил новый приступ кашля и продолжил. – За Родионова – одного из твоих предков. Прапрадед не простил ей этого и всю свою коллекцию артефактов завещал тому, что уничтожит род Родионовых. Никто из моей семьи не захотел этого сделать, так как были слишком мягкотелые и близорукие. Но, как только я узнал об этом завещании, то тут же взялся за дело. Брат твоего деда не утонул во время рыбалки – его утопили. Его сын не пропал без вести, а закопан глубоко под одним из многоквартирных домов. Пришлось повозиться с твоим отцом, но зато я почти за копейки купил все ваше имущество. Остались только вы втроем, но это уже мелочи, я быстро избавлюсь от вас и получу артефакты, которые сделают меня самым могущественным магом империи, – он злорадно улыбнулся, но снова зашелся в кашле.

Теперь многое встало на свои места. Кроме одного.

– Значит, тварь в комнате, яд в кофе, ублюдки в магазине – все это подстроено тобой. А почему ты не воспользовался артефактом и не убил меня на расстоянии?

Горин вытер рукавом испарину со лба и мотнул головой.

– Чтобы воспользоваться артефактом, ты должен был к нему хоть раз притронуться. К тому же Женя сам изъявил желание покончить с тобой, а я не могу отказать своему сыну в такой радости.

Точно! Горина младшего зовут Женя. Так вот, про кого говорил один из тех, кто напал на меня в магазине. Теперь понятно, почему Горин младший стал сторониться меня и перестал задирать. Он сделал все, чтобы в случае моей смерти на него никто не подумал. Типа конфликт был разрешен и у него не было причин убивать меня. Ну что ж, тогда он не отделается одним ударом. Придется его тоже убить, если смогу справиться с отцом.

– Как ты убил моего отца? – спросил я, хотя и так уже знал, что был использован артефакт, но решил услышать от него.

– Я всего лишь подошел к нему на одном из официальных приемов в императорском дворце и показал артефакт. Он заинтересовался им и попросил показать поближе. С тех пор артефакт навсегда запомнил его и сделал так, как я велел, – ответил он и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Даже на улице ему не хватало воздуха.

– Где хранится коллекция артефактов?

– Это тебя не касается, – грубо ответил он и тут же закашлялся.

Кашель был такой силы, что Горина скрутило и он долго не мог вздохнуть.

– Ладно-ладно, я все скажу… Вся коллекция хранится в Государственном императорском банке.

Этот банк считался самым надежным и охранялся специально созданной гвардией, так как в нем хранились также деньги и драгоценности императорской семьи.

– Почему ты раньше меня не убил, когда я был младше и слабее?

– Тогда за мной следил один из моих врагов, поэтому я шагу не мог ступить без его ведома. Но потом его не стало, благодаря моей верной охране, поэтому я занялся вами.

– Где моя сестра Даша?

– С ней все хорошо… Пока. За ней присматривают мои тетки. Они старые девы, поэтому с радостью принимают гостей.

Я сразу же вспомнил двух старух, живущих в одном из домов, принадлежащих Горину. Наверняка он их имел в виду.

У меня остался один-единственный вопрос, но самый тяжелый из всех.

– Ты причастен к смерти моей матери? – я замер, в ожидании ответа.

– Я хотел убить не ее, а ребенка, которого она носила. Но что-то пошло не так, и она взяла проклятье на себя, – еле слышно проговорил он, но вдруг выпрямился и расплылся в улыбке. – Пропал. Больше нет того злосчастного голоса, что сводил меня с ума. Артефакт отработал то, что ему назначили.

Я почти его не слушал. Узнав, что это он виновен в смерти моей матери, я больше не смог сдерживаться и, сформировав, призрачный меч, пошел на Горина, которому заметно стало лучше.

– А-ха-ха, ты вообразил себе, что сможешь тягаться со мной, щенок?

Он щелкнул пальцами и… пропал. Я в недоумении оглянулся, но Горина нигде не было видно. Что это такое? Телепортация?

Крепко сжимая меч, я подошел к машине и заглянул внутрь. Никого. Вдруг я почувствовал опасность. Притом чувство было такое сильное, как никогда раньше. Горин был рядом и хотел меня убить. Мне не пришло в голову ничего лучше, чем создать огненный хлыст и бить им вокруг себя.

Опасность уменьшилась, будто он отошел от меня. Но то, что я его не видел, сильно напрягало. Как можно убить того, кого не видно? Я сразу же вспомнил тварей-невидимок из Разлома, но я не знал, как сделать так, чтобы проявить Горина. Тем более, в темноте.

Тут снова мурашки табуном побежали по спине, и прямо возле головы со свистом пролетела пуля. У него был револьвер!

Я обернулся и забил хлыстом, в надежде добраться до него. Но вокруг было тихо, только мелкий сор горел на земле, и оставались черные полосы от хлыста. Убрав хлыст, я сформировал меч и прислушался, в надежде хотя бы услышать его шаги. Но услышал только свист пули, прежде чем она угодила в меня.

Глава 3

Пуля попала мне в руку. Вернее, в перчатку, которую я вовремя выставил перед собой. Удар я почувствовал, но несильный, однако перчатка тут же потускнела и стала еле заметной. Слишком много энергии ушло на то, чтобы остановить пулю.

Я не знал, как действовать, поэтому решил попробовать все. В итоге вскоре вокруг меня было выжженное поле, даже в машину прилетело несколько шаров, но они не причинили ей большого вреда.

– Где же ты прячешься? – прошептал я, стараясь прикрывать щитом незащищенные места.

В это время слева послышался щелчок и свист. Конечно, надо было тут же бить в ту сторону, но в первую очередь мне нужно было отбить пулю. На этот раз она попала прямо в центр щита, туда, где находился герб моего рода. Щит на отлично справился с задачей, но так больше не могло продолжаться.

Я ринулся в ту сторону, откуда вылетела пуля, и начал махать мечом в надежде задеть Горина, но только зря тратил энергию. Его там уже не было.

– Ты настолько боишься меня, что не можешь сразиться в открытую? Горин, мне стыдно за тебя! Никогда не думал, что князь и советник самого императора окажется всего лишь жалкой падалью! – прокричал я, чтобы спровоцировать его.

Неподалеку что-то хрустнуло, и я уже хотел отправить туда огненный шар, но тут увидел того самого бездомного.

– Уходи отсюда! Ты можешь пострадать, – предупредил я.

– Я хочу помочь. Вы хороший человек, поэтому хочу быть вам полезен.

– Ты ничего не сможешь сделать. Лучше уходи, пока цел, – проговорил я, опасливо оглядываясь и прикрываясь щитом.

– Я знаю, что делать, – тихо ответил он и включил мощный фонарь.

И вдруг я увидел тень там, где ее не должно было быть. Уж не знаю, как Горин добился того, что стал невидимым, но пропускать свет он не был способен. В ту же секунду прозвучал выстрел и бездомный, охнув, сжался, но фонарь продолжал держать. Сформировав призрачный меч, я в два прыжка очутился у тени. Взмах! И к моим ногам упала рука, все еще сживающая револьвер.

Истошный крик разнесся по округе и передо мной на колени рухнул Горин старший, прижимая к себе обрубок руки.

– Это тебе за мою семью, – зло процедил я сквозь зубы и еще раз взмахнул мечом.

Голова Горина упала на землю и откатилась к оврагу, а тело повалилось набок, орошая дорогу кровью. Я в первый раз в своей жизни убил человека, но совсем не сожалел об этом. Для меня это было так естественно, что даже странно. Вспомнился сон, в котором император, то есть я, казнил преступников. В тот раз тоже был спокоен и знал, что поступаю правильно. Впрочем, как и сейчас.

Убрав меч, я поспешил к бездомному.

– Куда вас ранило? – я опустился возле него и, забрал фонарь, посветил на него.

– Меня не ранило, но было довольно больно. Спасла броня, – он распахнул плащ и показал печную дверцу, которая висела на его груди. Пуля застряла прямо в центре это самодельной брони.

– Фух-х, я рад, что вы в порядке. Спасибо, что помогли. Сам бы я не сообразил, как действовать, – я крепко пожал его руку, достал из кошелька неколько крупных купюр и вручил ему.

Бездомный с радостью взял деньги и спрятал их в карман.

В это время в кармане зазвенел телефон. Это был Никита.

– Сбежал! Горин сбежал! – прокричал он в трубку.

– Ты где?

– Ищу его. Блин, этот придурок меня обжог. Хорошо, я успел увернуться, а то без лица бы остался, – по голосу было понятно, что он встревожен.

– Никита, не ищи его. Он опасен. Я сейчас приеду. Жди меня у ворот, – велел я и сбросил звонок.

Теперь мне предстояло решить вопрос с трупом Горина старшего. Оставлять его здесь и ждать, что кто-то случайно наткнется, было неправильно. Однако ждать приезда полицейских мне тоже было некогда. Младший Горин организовывал покушения на меня и должен за это ответить.

– Езжайте. Я покараулю, – сказал бездомный и с трудом снял с себя чугунную печную дверцу.

– Хорошо. Спасибо. Я обязательно вернусь, – заверил я и со всех ног бросился к освещенной дороге, виднеющейся вдали.

Машины здесь ездили редко, поэтому пришлось выбежать на дорогу перед небольшим грузовиком с проржавевшим кузовом.

– Довези до академии! Плачу двадцать рублей! – выпалил я, едва водитель открыл окно, чтобы возмутиться моим поведением.

Услышав о деньгах, он передумал орать и лишь кивнул. Я взобрался на пассажирское сиденье и объяснил, как проехать к академии.

По пути я постоянно подгонял водителя и указывал, куда можно свернуть, чтобы побыстрее добраться до места. В итоге через пятнадцать минут грузовик остановился у академии. Я расплатился и побежал к воротам, где в нетерпении топтался Никита.

– Ну, как ты? – я заметил его покрасневшую щеку, на которой выскочило несколько волдырей.

– Нормально. Этот гад бросил в меня огненным шаром, а сам поджег веревки и выбежал на улицу. Я приложил к щеке снежок и побежал за ним, но его и след простыл. Через эти ворота он точно не выходил, но есть же еще три.

– Так, у него с собой нет телефона. Значит, он мог пойти к одному из своих дружков. Кто бы это мог быть? – задумался я, пристально вглядываясь в лица, проходящий мимо студентов.

– Чаще всего я его вижу с Геворгом. Он живет на второй улице.

– Побежали к нему. Вдруг Горин там, – кивнул я и мы рванули в сторону дома Геворга.

На вопросительные взгляды встречных студентов Никита отвечал:

– Готовимся к марафону!

Мы свернули во второй ряд домов, и Никита указал на одноэтажный дом и красной черепицей.

– Глянь-ка, вот же он, – сказал он, тяжело дыша от быстрого бега.

Я и сам видел. Горин младший и Геворг как раз выходили из калитки. Увидев нас, они перекинулись парой слов и атаковали.

– Берегись! – крикнул я и, сформировав щит, прикрыл нас с Никитой от огненных шаров. Спрятавшись за мной после первой волны шаров, он создал ледяной щит и теперь выглядывал из-за него.

– Я без брони. Туго придется, – проговорил он, когда очередной шар чуть не угодил по его ноге.

– Именно поэтому нужно не защищаться, а нападать. Но если ты не хочешь, то отходи. Я тебя прикрою, – предупредил я.

– Не говори ерунды. Я с тобой до конца… каким бы он ни был, – решительно сказал Никита и запустил в Горина ледяное копье.

Тот отбил копье и поднял руки вверх. Я знал, что таким образом он создает огненный вихрь, который в разы опаснее обычного. Поэтому я сформировал меч и ринулся к нему, выставив перед собой щит.

Геворг был магом воздуха и пару раз чуть не попал в меня воздушным кулаком, но я был начеку и вовремя уходил в сторону. К тому же Никита атаковал их ледяными стрелами, отвлекая на себя.

Я почти добрался до Горина, когда он развернулся и помчался прочь, оставив своего друга разбираться с нами. Геворг посмотрел ему вслед, поднял руки и крикнул:

– Всё-всё, сдаюсь!

Я знал, что нельзя оставлять врагов за спиной, поэтому со всего размаху ударил его, закрыв руку призрачной перчаткой, отчего Геворг рухнул, как подрубленный. К нему подбежал Никита, а я бросился вслед за Гориным, который бежал в сторону восточных ворот.

– Врешь, не уйдешь, – выдохнул я и ускорился.

На бегу он бросал в меня огненными шарами, которые летели в разные стороны. В ответ я сформировал огненный хлыст и, размахнувшись, зацепил его за ногу и резко дернул. Горин упал, вопя дурным голосом и держась за больную лодыжку.

Я подошел и приставил к его груди острие меча.

– Только тронь, и мой отец убьет тебя, – зло прошипел он.

– Неужели тебе тоже нужны эти чертовы артефакты? – спросил я, проигнорировав его угрозу.

– Откуда ты про них знаешь? – опешил он, пытаясь отползти подальше от меча.

– Отец твой рассказал. Вообще, он оказался довольно разговорчивым. Также он сказал, что это ты устраивал покушения на меня, – усмехнулся я, увидев, как поменял он в лице.

Было видно, что он огорошен этой новостью, поэтому не сразу нашелся что ответить.

– Зачем отец тебе все рассказал? – наконец выдавил он.

– Потому что хотел убить меня и думал, что об этом никто не узнает, но все обернулось не так, как он рассчитывал.

– Где он? – Горин побледнел.

– Сначала ответь на мой вопрос. Зачем тебе нужны артефакты? Что намеревался сделать?

– Не твое дело, – огрызнулся он и хотел запустить в меня огненным шаром, но я наступил ему на руку и сильно надавил каблуком.

– Не советую испытывать мое терпение, – сказал я.

– Артефакты – это сила. С помощью них можно достичь всего. Даже самой заветной цели. Например, получить всю власть в империи.

– Всю власть? Ты хочешь занять императорский трон? – я сначала опешил, но потом не удержался и рассмеялся.

Какие же все-таки они самодовольные ублюдки эти Горины!

В это время младший Горин, воспользовавшись тем, что я потерял бдительность, запустил мне в лицо огненный шар. Я едва успел увернуться, откинувшись назад.

– Придется самому тебя убить. Хотя раньше не хотел пачкаться, – он поднялся, поджег руки и бросился на меня, пытаясь схватить за горло.

Магическому пламени хватило бы меньше минуты, чтобы убить, но я сначала ударил Горина щитом, а потом всадил в него меч.

– Передавай «привет» отцу, – сказал я, вытащил меч и отошел от него.

Горин замер в беззвучном крике, а затем замертво свалился на дорогу. Вокруг послышались испуганные возгласы. Я обернулся и только сейчас заметил, что нас окружают студенты.

– Кто-нибудь вызовите полицию, – велел я.

Ко мне подошли Никита и Геворг. Оба были ошарашены, и не знали, что сказать. Оно и понятно, даже во время дуэлей все старались избежать смерти, а тут драка на территории академии.

Мне нужно было найти Дашу, поэтому я предупредил Никиту, что вернусь, и снова пошел к дороге. На этот раз я сумел поймать таксиста, который за три рубля отвез меня к дому, в котором я видел старух.

Попросив таксиста подождать, я вышел из машины и подошел к воротам. Они были закрыты только на задвижку, которую я с легкостью открыл с помощью кинжала.

В окнах дома горел свет, но они были занавешены, поэтому с улицы невозможно ничего разглядеть. Однако сейчас мне не были страшны никакие преграды. Я отправил свой фантом, и вскоре тот показал Дашу и Марию Ильиничну. Они находились в подвале дома и, обнявшись, сидели на деревянной скамье. Две старухи, как и прежде, сидели в комнате за столом и потягивали чай из пиал.

Я решил не вламываться, а для начала попробовать по-хорошему договориться, поэтому поднялся на высокое крыльцо и постучал в дверь.

Фантом показал мне, как они сначала настороженно переглянулись, а потом одна из них встала и направилась к двери. На всякий случай я приготовился создать щит, хотя не ждал от старушек ничего плохого. Как позже оказалось, очень даже зря.

– Кто там? – послышался скрипучий старушечий голос.

– Я пришел от Павла Федоровича, – соврал я.

– От Павлуши? И что же он передал? – она приоткрыла дверь и выглянула.

– Надо бы отпустить девушек домой, – ответил я и нажал на дверь. Не хотелось сразу применять грубую силу, все-таки пожилая женщина.

Она прищурилась и тут же метнула мне в лицо кусок то ли веревки, то ли жгута, то ли змею. Я успел перехватить рукой, и она тут же обвилась вокруг моего запястья и принялась сильно сжимать. Если бы она обвилась вокруг шеи, то задушила бы.

Увидев, что ее пакость не удалась, старуха попыталась закрыть дверь, но я уже понял, что нельзя церемониться ни с кем из рода Гориных, поэтому просто вышиб дверь. Старуха отлетела в сторону и гулко ударилась головой об пол. Но вместо того, чтобы утихомириться, она бросилась мне под ноги и заорала дурным голосом:

– Нина! Убей девку! Убей ее!

Старуха не смогла уронить меня, потому что я успел перепрыгнуть через нее, зато тут же вцепилась за правую ногу и буквально повисла на ней. Через фантом я увидел, как вторая старуха сняла со стены саблю и спешно засеменила к двери, ведущей в подвал. Надо было действовать быстро, поэтому я сформировал меч, снес голову визжащей старухе и ринулся внутрь дома.

Вторая старуха уже спускалась по лестнице, когда достиг ее. Теперь я знал, как действовать, поэтому просто проткнул ее насквозь, поразив сердце. Она успела пронзительно завизжать, прежде чем замолкла и покатилась вниз.

– Даша, Мария Ильинична, это я – Костя, – подал я голос и принялся шарить рукой по стене, пытаясь найти выключатель.

– Костик, это правда ты? – подала голос Даша.

– Да, сестренка. Это я. Погоди, я только выключатель найду.

Включив свет, я спустился вниз и увидел, что они закованы за ноги в тяжелые кандалы, которые крепились к стене. Я огляделся и, не сдержавшись, присвистнул. Это было огромное подземное помещение. Гораздо больше, чем дом, находящийся сверху. Скорее всего, подвал занимал всю огороженную территорию двора. К стенам были прикреплены цепи и кандалы разных размеров. Неподалеку находился горн. Углы которого от времени раскрошились и осыпались. Было видно, что этой печью давно не пользовались, но наверняка раньше здесь отливали и раскаляли клейма. Этот подвал был пыточной.

Старое железо было хрупким, поэтому я без труда освободил пленниц. Они тут же с плачем бросились в мои объятия.

– Я так испугалась. Они просто схватили меня и запихали в машину, – сквозь слезы проговорила Даша, уткнувшись мне в грудь.

– Кто? Старухи?

– Нет. Это были два крупных мужчины. У одного из них сломанный нос, – ответила за нее Мария Ильинична, утирая слезы.

Я сразу догадался, что это тот самый охранник, что стоял на воротах особняка Гориных. Кажется его звали Игнат.

– А Мария Ильинична сама забралась в машину и сказала, что поедет со мной. Они сначала хотели ее вытащить, но я вцепилась в нее руками и ногами, и они сдались, – продолжила Даша.

Я с благодарностью посмотрел на гувернантку. Она рисковала собой ради Даши.

– Успокойся, все прошло. Поехали к деду. Он очень волнуется, – сказал я и чмокнул ее в лоб.

Велев Даше закрыть глаза, я вывел ее из дома. Мне не хотелось, чтобы она увидела трупы старух.

Когда мы подъехали к гостинице, я увидел деда, который до сих пор слонялся по улице и весь трясся то ли от холода, то ли от волнения. Увидев Дашу, он не смог сдержать слез и, зарыдав, бросился ее обнимать. Я объяснил, что у меня еще есть дела, и вернулся к академии.

***

Я сидел в дирижабле и смотрел в окно на белую вату облаков. Сегодня был третий этап соревнований, но меня это мало заботило. Вчерашний день был таким насыщенным и тяжелым, что я ни на мгновение не смог заснуть.

К тому времени, когда я вернулся к академии, полиция уже была там. Через час после смерти младшего Горина я уже сидел напротив стола следователя и давал показания. Так как я был графом и к тому же нашлись свидетели, которые утверждали, что Горин младший напал первым, меня не арестовали.

Ночью же я показал, где лежит тело Горина старшего. Бездомный, которого звали Харитоном Безугловым, рассказал о том, что видел и слышал. А слышал он, оказывается, всё, так как никуда не уходил, а прятался в одном из цехов пекарни.

Также я отдал полиции артефакт – пирамиду. Следователь сказал, что его разыскивают уже много лет. Артефакт был украден из императорской сокровищницы.

– Князь Горин был советником императора, поэтому вам еще много раз придется все рассказывать и объяснять, – предупредил следователь.

– Я не против. Главное, что теперь моя семья в безопасности, – ответил я.

Также рассказал о том, что Горин украл Дашу и предоставил им наш разговор по телефону, который догадался записать на диктофон.

Предупредив следователя, что у меня соревнования и нужно успеть вернуться в Петербург, я вышел из отделения и поехал на вокзал.

Ранним утром сел на дирижабль и всю дорогу прокручивал в голове то, что произошло вчера. За пару часов я убил четырех человек, но не чувствовал угрызения совести. Эти люди заслужили то, что получили. Раньше я думал, что никогда не смогу этого сделать, но как только возникала угроза, как во мне просыпался тот самый император, который руководил моими действиями. Вернее, я становился тем, кем являлся.

Как только приземлился в Петербурге, сразу же набрал деда:

– Костя, у нас все хорошо. Мы уже дома, – сразу ответил он, догадываясь, о чем я хотел его спросить.

– Хорошо. Полицейские уже приходили?

– Только звонили. Сказали, чтобы мы после обеда были дома… Костя, ты мне так ничего и не рассказал, – упрекнул он.

Я оглянулся, чтобы удостовериться, что рядом со мной никого нет, и сказал:

– Ну, слушай…

Начал с нападения на цыганку и о нашем с ней разговоре. Дед охал и иногда задавал уточняющие вопросы. Услышав признание Горина, он не сдержался и, крепко выругавшись, проговорил:

– Этому ублюдку повезло, что я до него раньше не добрался. Разорвал бы на клочки и собакам скормил.

Столько злости и ненависти я даже не ожидал от него, потому что он всегда был спокойным и уравновешенным.

Я окончил рассказ на том подвале, в котором нашел Дашу и Марию Ильиничну.

– Вот ведь ироды. И как земля таких носит?

– Уже не носит, – ответил я, попрощался и вызвал такси.

До начала соревнований оставалось еще два часа, поэтому я мог спокойно поесть и переодеться.

Ефим Прохорович встретил меня внизу и предупредил, что на этот раз меня поставили последним, поэтому у меня достаточно времени, чтобы отдохнуть с дороги.

Едва я поднялся в свой номер, как позвонил ректор Владимир Борисович.

– Алло, Константин, здравствуйте. Ко мне сейчас приходили полицейские, потребовали характеристику на вас и обо всем рассказали… Я даже не думал, что все примет такие серьезные обороты. В этом есть и наша вина, так как мы не смогли осуществить безопасное проживание на территории академии.

– Академия здесь точно ни при чем. Князь Горин преследовал свои цели, а ему никто бы не смог помешать. Слишком уж он могуществен.

– Да-а-а… Кто бы мог подумать, что такой высокопоставленный человек из благородного рода так низко упадет. Мы виделись с ним лишь раз, когда он приходил устраивать к нам своего сына. Князь показался мне таким спокойным и умным человеком, что я даже радовался, что он выбрал для своего чада нашу академию. Как же я ошибался, – он замолчал и тяжело вздохнул.

– Владимир Борисович, зачем вы мне позвонили? – прервал я затянувшееся молчание.

– А, ну да. Дело в том, что я решил продлить вам бесплатное проживание в отдельном доме до конца учебы. Камеру мы, естественно, снимем…

– Погодите! По поводу камеры у меня есть вопрос, – насторожился я.

Мне пришло в голову, что нападение в магазине было организовано Гориным, но до этого кто-то за мной следил. Если бы один из его дружков ходил за мной, то я бы засек или почувствовал, если не опасность, то хотя бы тревогу. Но ничего этого не было. Может, с помощью камеры он узнал, что я вышел из дома, а вот за пределами академии за мной уже было легче проследить. Так как камеру установили полицейские, значит, там у него тоже был соглядатай.

Я поделился своими догадками с ректором, и он ответил, что обязательно свяжется с начальником полиции и поговорит об этом. Мы условились, что будем держать друг друга в курсе дел и попрощались.

Переодевшись, я спустился в ресторан и сел за стол напротив Ефима Прохоровича. Чтобы не было кривотолков и сплетен я решил объяснить, что случилось вчера в Москве. Преподаватель положил в рот кусок стейка и так и застыл с ним, не в силах поверить в случившееся.

– Даже не верится, что все это правда, – наконец выдавил он и отложил столовые приборы. – У меня даже аппетит пропал. Почему ты мне обо всем не рассказал? Я бы помог.

– Как? – мне стало любопытно.

– Пока не знаю, но что-нибудь бы придумал.

– Свои проблемы решаю сам, – ответил я и поблагодарил официантку, которая поставила передо мной горшочек с запеченным мясом с овощами.

После обеда мы с Ефимом Прохоровичем двинулись в сторону комплекса. Я видел, что он искоса поглядывает на меня, но сделал вид, что не замечаю. Наверняка у него целая куча вопросов, но у меня не было желания на них отвечать.

– Если ты выиграешь бой, то тебе предстоит еще два, потому что таким образом будут распределяться первые три места. Осилишь? – с беспокойством спросил он.

– Увидим, – пожал я плечами.

Мы прошли в зал и сели на свои прежние места. Миша проиграл своему противнику и теперь сидел и дулся, прижимая лед к огромной шишке на голове.

Через полчаса на ринг вызвали меня и мага Новгородской магической академии. После обеда я чувствовал леность и усталость, но собрался и сформировал меч. Так как вчера я не наблюдал за сражениями, то не знал, какой магией владеет мой сегодняшний противник, поэтому на всякий случай закрыл голову шлемом.

После того как над нами включили купол, маг пропал… в точности, как Горин.

Глава 4

Меня эти невидимки уже начали напрягать. Что за магия такая? Почему я о ней ничего не знаю?

Зал был хорошо освещен со всех сторон, к тому же пол ринга был черного цвета, поэтому я не мог разглядеть тень, как в случае с Гориным.

Между тем по спине начали бегать мурашки, предупреждая об опасности. Я сформировал в одной руке меч, в другой щит и не спеша двинулся вдоль купола. Когда дошел примерно до середины, то услышал, как шелестит его одежда при движении. Так-так надо будет в будущем подсказать ему, чтобы одевался соответствующе. Я не видел противника, но явственно слышал его. Он подбирался ко мне справа.

Подпустив студента на расстоянии удара, я резко повернулся к нему и наотмашь ударил щитом. Маг вскрикнул, появился, упал на пол и схватился за лицо, из которого лилась кровь. Упс. Похоже, я перестарался и сломал ему нос.

Бой тут же остановили, и лекари бросились к стонущему студенту.

– Быстро ты, – проговорил Ефим Прохорович, когда я спустился с ринга.

– Я не нарочно. Он сам виноват. Я же не видел, куда бью, – развел я руками и усмехнулся, глядя на ожесточенный спор за судейским столом.

– Никто тебя и не винит. Кстати, как ты его так быстро вычислил?

– Шуршит, – улыбнулся я. – А что это за магия такая? Я о ней даже не читал?

– Ее преподают только в одной академии, поэтому туда очень трудно попасть.

– И что за академия такая?

– В Риге. Каждый год набирают группу в десять человек, а желающих тысячи. Очень жесткий отбор, поэтому обычно нужно очень много заплатить, чтобы тебя хотя бы допустили до вступительных экзаменов.

– Понятно. А как называется эта магия? – спросил я и, улыбнувшись, помахал студенту, который с ненавистью смотрел на меня и прижимал к носу пакет со льдом.

– «Магия незримого тела».

Посовещавшись, члены жюри признали победителем меня. Еще бы! Даже не понимаю, что они так яростно обсуждали. Я с одного удара обезвредил это «незримое тело». Ну, что за дурацкое название у этой магии? К тому же, получается, Горин тоже обучался в той академии. Оно и понятно, с деньгами их рода можно что угодно купить.

– Отлично! Сейчас будет бой за второе место, – воодушевился Ефим Прохорович.

Я же, наоборот, с раздражением выдохнул. Вчерашний день и бессонная ночь давали о себе знать, поэтому чуть не уснул в ожидании вердикта жюри, а впереди предстояли еще два боя. Зачем мне это надо? Может, отказаться и пойти в гостиницу?

Но, взглянув на радостного Ефима Прохоровича, я понял, что не смогу подвести его. Слишком много надежд он на меня возлагал.

Я подошел к ведущему и спросил:

– Когда будет следующий бой?

– Жюри сейчас решает, кого с кем в пару поставить, поэтому не раньше, чем через полчаса, – ответил он, взглянув на наручные часы.

Мне надо было взбодриться, а то веки налились свинцом и тело стало ватным. Я вышел на улицу и полной грудью вдохнул прохладный влажный воздух. Здесь, в Петербурге, подмораживало пока только по ночам, а днем было влажно и слякотно.

Неподалеку находилась небольшая забегаловка, в которой купил крепкий кофе в бумажном стаканчике и снова вышел на улицу. Медленно попивая горячий напиток, я опустился на скамейку в небольшом сквере у комплекса. В это время в кармане зазвонил телефон. Я посмотрел на экран и улыбнулся. Это была Лиза.

– Привет, милая, – ответил я.

– Костя, я все знаю. Вся академия только об этом и гудит, – по голосу было понятно, что она очень нервничает.

– Ты о чем? – как можно более расслабленно ответил я.

– Как о чем? О Горине. Ты убил его? – последнюю фразу она прошептала.

– Да, было дело. Ничего не поделаешь, он первый начал.

– Но… Надеюсь, это не из-за меня, – напряглась она.

– Конечно, нет. Горин и его отец пытались убить меня и получили по заслугам.

– А тебя не посадят? – снова понизила она голос.

– Думаю, что нет. По крайней мере, у меня есть доказательства, что я всего лишь защищался.

Лиза с облегчением выдохнула.

– Хорошо. Ты просто не представляешь, какой здесь ажиотаж. Журналисты постоянно у ворот дежурят и пристают ко всем с вопросами о тебе. Полиция допрашивает друзей Горина и его преподавателей. Никиту видела, так он сказал, что его три часа забрасывали вопросами. Даже хорошо, что ты в отъезде. Может, все поутихнет к твоему возвращению.

– Не думаю. Завтра я уже вернусь. Но сначала съезжу домой и проведаю семью.

– Да, я слышала, что Горин украл твою сестренку. Гад какой! Сразу видно, что сын весь в отца, – вспылила она.

– Это уже не важно. Их нет, поэтому лучше забыть и не вспоминать.

– Ты прав… Я по тебе очень соскучилась и с нетерпением жду твоего возвращения, – ласково сказала она.

– И я соскучился, – признался я.

В это время на широком крыльце комплекса появился встревоженный Ефим Прохорович, но, увидев меня, он выдохнул и махнул рукой. Я попрощался с Лизой, выбросил пустой стаканчик в мусорку и направился к нему.

– Через пять минут начинается первый бой. Тебя поставили вторым в паре с Жемчужным.

– С кем? – не понял я.

Мы зашли в здание и пошли в сторону зала.

– Глеб Жемчужный. Маг растений.

Я ничего не сказал, хотя очень удивился, что маг растений дошел до определения первых мест. Как правило, с такими магами мне было легче всего справиться. Однако всегда все зависело прежде всего от человека, поэтому я все равно решил не расслабляться и быть начеку.

Когда мы зашли в зал, первая пара уже сражалась. Бой был жаркий. Оно и понятно, ведь это были самые сильные студенты. Конечно, с боем в подпольном клубе не сравнится, но все равно было интересно посмотреть.

Выиграл маг металла, и это означало, что мне придется сражаться с ним за первое место. А пока предстоял бой с магом растений.

– Берегись его лиан, они как щупальца гигантского осьминога, – предупредил Миша.

Я кивнул и направился к рингу.

– Жем-чу-жный! Жем-чу-жный! – принялась скандировать группа девушек, и подняли плакат с фотографией парня в окружении розовых сердечек.

В это время я увидел Жемчужного, который щедро раздавал им воздушные поцелуи.

– Это что за фанклуб у тебя? – усмехнулся я, когда он поднялся на ринг.

– Так и есть. Таскаются за мной по всей империи, – улыбнулся он и помахал им рукой.

Те, в свою очередь, восторженно завизжали.

Нас накрыли куполом и Жемчужный, откинув копну белобрысых волос, первым атаковал меня. Это были вновь острые листья, которые крошились, едва встречали на своем пути мой меч или щит.

– Ну все, разминка окончена. Теперь переходим к бою, – зачем-то сказал он и выпустил из ладоней гибкие извивающиеся лианы. Точно так же делал Влад.

Я пожалел, что нельзя использовать огонь, а то просто сжег бы эти растительные щупальца. Между тем они быстро добрались до меня и принялись хватать за руки и ноги. В ответ я просто кромсал их в салат, но лианы все ползли и ползли.

Вскоре мне это надоело, поэтому я принялся прорубаться к магу, который стоял расслабленно и просто выпускал из рук лианы. Одно было хорошо, у него не хватало мастерства делать их жгучими, поэтому даже при попадании сока на кожу, я не получал ожогов.

Один раз лиане удалось обвиться вокруг моей ноги и довольно ощутимо дернуть, но я удержался и, разрубив ее, в два прыжка добрался до мага. Тот испуганно взвизгнул и рванул от меня вдоль купола. Серьезно? Мне что, бегать за ним?

В это время лианы окружили меня и одновременно напали со всех сторон. Призрачный меч с легкостью перерубал их, но этих зеленых щупальцев было столько, что они хватались за все, до чего могли дотянуться. Защищая ноги, я не увидел, как они оплели щит, который теперь тянули к полу. Я отпустил его, и щит тут же пропал, а клубок лиан упал на пол и снова пополз к моим ногам.

– Как же вы мне надоели, – раздраженно выдохнул я и вновь ринулся к магу.

Тот снова хотел убежать, но я быстро настиг его и приставил острие меча к его груди. Жемчужный испуганно выставил руки перед собой и жалостливо попросил:

– Только не бей в лицо.

– Хорошо, – кивнул я и ударил его по корпусу.

Тот охнул, скрючился и повалился на пол. Удар не был такой силы, поэтому он всего лишь притворился, чтобы и дальше не получать ощутимые удары. И стоило мне ради этого приходить на соревнования? Детский сад, ей-богу!

На этот раз жюри советовались недолго. Я едва успел спуститься с ринга, как меня объявили победителем.

– Отлично! Поздравляю! – похлопал меня по плечу сияющий Ефим Прохорович. – Осталось победить мага металла и всё.

Он воодушевленно потер руки, глядя на меня. Я кивнул, натянул улыбку и опустился в кресло. Подняв взгляд на зрительские места, увидел, что девушки, поддерживающие Жемчужного, теперь с интересом поглядывали на меня. Похоже, им нужен был новый объект для обожания. Проигравший маг на эту роль больше не подходил.

– Костя, остался еще один рывок, и ты на первом месте. Как же я тебе завидую, – сказал Миша и плюхнулся рядом.

– А к первому месту денежное вознаграждение прилагается? – уточнил я.

– Вроде нет, – пожал он плечами.

– Тогда нечему здесь завидовать.

Я откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. Не прошло и минуты, как я заснул и очутился в своей прошлой жизни.

Вокруг было темно. По обе стороны от меня высились деревья, кроны которых так туго сплелись друг с другом, что не было видно ни кусочка неба. С каждый шагом я все глубже заходил в этот старых заросший лес. Изредка во тьме мелькали яркие глаза ночных зверей, но близко подходить ко мне они боялись. Оно и понятно, ведь они чувствовали меня и понимали, что я очень опасен.

Мне предстоял путь, который я должен был пройти один и встретиться с тем, кто давно скрылся ото всех. В первый раз за все время я почувствовал тревогу. И она была связана не с лесом или зверями, а с человеком, живущим глубоко в лесу. Или он уже не человек? Прожив много сотен лет, он, скорее всего, уже утратил человеческое тело.

– Костя, вставай! Ты что, спишь? – потряс меня за плечо Миша и кивнул на ринг.

Ведущий многозначительно смотрел на меня, а рядом с ним стоял мой противник.

– Вас уже вызвали. Иди, – подсказал Миша.

Я нехотя встал, подавил зевоту и двинулся к рингу. Блин, на таком интересном моменте разбудил!

Маг металла, которого представили как Эдуарда Поркина, не стал нападать первым, а вытащил из-за пояса два кинжала, которые удлинил до размеров сабли, и выжидательно уставился на меня.

– Начинай, Эдик, – кивнул я и широко зевнул.

Тот кивнул и решительно направился ко мне, раскручивая сабли. Было видно, что он хорошо владеет ими.

– Ну, наконец-то достойный противник, – улыбнулся я и пошел ему навстречу.

С первых же ударов мне стало понятно, что победить его будет трудно. И тем лучше! Только с сильным противником можно сражаться на равных.

Эдуард ловко отбивал мои нападения и очень умело парировал в ответ. Мы закружились в центре ринга, не давая возможности дотянуть до друг друга. Вскоре мне показалось, что так может продолжаться очень долго. Одно было плохо, я уставал. Призрачный меч, щит и броня вытягивали энергию, которой у меня и так было мало. Временами мне даже казалось, что Эдик побеждает, но я снова брал себя в руки и шел в атаку.

Два клинка в его руках добавляли проблем, ведь он орудовал одинаково хорошо обеими руками. Между тем щит начал понемногу испаряться, и вскоре совсем пропал.

– Родионов, похоже, ты проиграл. Но не расстраивайся, второе место тоже хорошо, – усмехнулся Эдик, который уже сам порядком выдохся, но все так же быстро орудовал саблями.

– Тебе так нужно это первое место?

– Конечно! Я приехал за победой, – он сделал обманный маневр и чуть не попал мне острием сабли по плечу.

– Хочешь, я тебе сдамся?

– Хочу, сдавайся, – кивнул он.

– А вот хрен тебе, – ответил я, схватил рукой в призрачной перчатке лезвие одной сабли, мечом отбил вторую и приставил острие к его шее.

Эдик разочарованно выдохнул и поднял руку. Купол попал, и я услышал аплодисменты и восторженные крики зрителей. Анастасия Владимировна бросилась на шею Ефиму Прохоровичу и крепко его обняла. Миша, вместе с другими студентами нашей академии, кричал «Ура!». Короче, радовались все, кроме меня.

– Родионов, ты чего такой скучный? Победил ведь, – подал голос Эдик.

– Отобрать у ребенка леденец – это не победа, – ответил я и спрыгнул с ринга.

Пока меня все поздравляли, вышел ведущий и пригласил победителей на ринг, на награждение.

– За первое место граф Родионов Константин Сергеевич награждается артефактом зачарования! – объявил ведущий.

Он протянул мне деревянную шкатулку. Я взял ее и заглянул внутрь. На дне обтянутой красным бархатом шкатулки лежал серый камень. Это и есть артефакт за первое место? М-да, так и знал, что не надо было участвовать.

Чем наградили остальных двоих, мне было неинтересно, поэтому я убрал шкатулку в карман и спустился с ринга.

– Покажи, что там у тебя? – подошел ко мне Миша.

– Похоже, мой артефакт сперли и подложили на его место булыжник, – усмехнулся я и открыл шкатулку.

Ефим Прохорович и Миша уставились в нее.

– Э-э-э, я пойду разбираться. Что за фигня? – воскликнул Миша, но преподаватель остановил его и обратился ко мне:

– Возьми его и сразу почувствуешь, обычный это камень или нет.

Я пожал плечами и, перевернув шкатулку, вывалил камень себе на руку. Как только прохладный камень коснулся ладони, как по телу пробежала волна энергии. Меня даже в жар бросило и сердце забилось сильнее.

– Что это такое? – с трудом выдавил я, уставившись на ни чем не примечательный камень.

– Артефакт зачарования, – улыбнулся Ефим Прохорович. – С помощью него ты сможешь зачаровать любое оружие, отчего оно станет в десятки раз сильнее, чем было до этого. Правда, такие артефакты одноразовые. Но в тяжелой ситуации очень даже может пригодиться.

Я аккуратно положил камень обратно в шкатулку и спрятал ее в свой пространственный карман. Теперь я уже не жалел, что приехал на соревнования.

Чуть позже большой компанией мы встретились в ресторане гостиницы и до полуночи отмечали мою победу. К нам присоединились не только представители нашей академии, но и другие студенты и преподаватели.

Когда веселье было в полном разгаре, я поднялся к себе и совершенно без сил рухнул на кровать. Мне даже было лень раздеваться, поэтому заснул в костюме. Только ботинки сбросил.

Ночь прошла без снов. Наутро я проснулся от настойчивого стука в дверь. Это был Ефим Прохорович.

– Собирайся, а то дирижабль улетит без нас, – сказал он, едва я открыл дверь.

– А сколько времени? – с трудом спросил я, еле ворочая языком.

– Десять, – ответил он и вернулся в свою комнату.

Я прошел в ванную и отметил, что выгляжу совсем неплохо. Наскоро умывшись и переодевшись, сложил вещи в чемодан и спустился в фойе. Ефим Прохорович уже вызвал такси, поэтому почти сразу же подъехала машина.

По пути на вокзал позвонил следователь Гаврилов и попросил зайти к нему в «самое ближайшее время». Я ответил, что смогу только завтра, так как намеревался сразу по прибытии поехать в имении. Следователь поворчал немного, но согласился подождать. К чему спешка, если все уже закончилось? Непонятно.

После вчерашней гулянки многие преподаватели выглядели неважно, чего не скажешь об Анастасии Владимировне. Она просто цвела.

– Даже не верится, что в этом году победила наша академия. Теперь в газетах о нас напишут. Может, даже фотографию преподавательского состава вставят в статью, – мечтательно произнесла она, когда мы стояли в очередь на посадку.

– Что в этом хорошего? – не понял я.

– Как что? Это же история. Неужели вам не хочется войти в историю?

– Нет. Тщеславие – это не мое, – усмехнулся я.

– Очень даже зря. Вот если бы вы поехали со мной, то в статье говорилось бы, что это я хорошо подготовила победителя, а так там будет Ефим Прохорович, – она недовольно покачала головой.

Я наклонился к Ефиму Прохоровичу и прошептал:

– В одной и той же газете будет написано, как я хладнокровно убил двух Гориных и как победил на соревнованиях. Интересно, как люди это воспримут?

– Как всегда. Сначала ужаснутся, а потом обрадуются, – пожал плечами преподаватель.

Всю дорогу до Москвы я проспал. Мне так хотелось досмотреть тот предыдущий сон, но ничего не приснилось. Проснувшись, я решил, что как только от меня отстанут из-за Гориных, сразу же поеду на поиски Семена Семеновича. Почему-то я верил, что именно он поможет мне вспомнить свою прошлую жизнь и помочь разбудить прежние силы.

Когда Ефим Прохорович вышел из каюты, я не удержался и провел горящим пальцем вокруг своего запястья, в надежде, что смогу создать огненный браслет, который столько раз видел во сне. Но, как и раньше, у меня ничего не получилось. Жаль, а так было бы удобно иметь браслеты, которые сами уничтожают врагов и усмиряют монстров.

Когда мы приземлились в Москве, я попрощался с Ефимом Прохоровичем, предупредив, что завтра вернусь в академию, и вызвал такси. Теперь, когда у меня в пространственном кармане было несколько тысяч рублей, я мог позволить себе не ходить пешком от станции к имению, а проехаться с комфортом в такси.

Пока ждал машину, зашел в ближайший продуктовый магазин и купил Даше вкусностей. А потом попросил таксиста остановиться у цветочного магазина и приобрел самый роскошный букет из тех, что там были. Он предназначался Марии Ильиничне, которая не оставила Дашу одну и, рискуя жизнью, поехала вместе с ней.

Приехал в имение я уже после девяти вечера. На этот раз дверь открыла кухарка. Она поздоровалась и пояснила, что все после ужина разбрелись по своим комнатам. Первым делом я пошел к комнате гувернантки. Возле двери замер в нерешительности. Все-таки было неприлично навещать так поздно молодую одинокую девушку, но потом я решил, что никто об этом не узнает, поэтому постучал костяшками пальцев.

– Даша, заходи, – послышалось из-за двери.

Я чуть приоткрыл дверь, откашлялся и подал голос:

– Мария Ильинична, это не Даша.

– Ваше Сиятельство? – она показалась из ванной в легком атласном пеньюаре и, спохватившись, тут же закуталась в длинный халат.

– Извините, что так поздно. Но с утра я возвращаюсь в академию, поэтому не будет другого случая поговорить. Могу зайти?

– К-конечно. Заходите, – закивала она и принялась судорожно заплетать свои роскошные густые волосы.

Видя смущение девушки, я старался не глазеть на нее, хотя это было очень трудно. Она была невероятно красива. Особенно в таком виде. Обычно я ее видел в закрытом платье и с туго заплетенной косой, что делало ее похожей на строгую учительницу. Сейчас же она предстала нежной и такой трогательной, что захотелось крепко обнять и больше не отпускать. Я с трудом подавил это желание и протянул ей букет.

– Это вам. В благодарность, что были с Дашей.

– Не надо было, – тихо проговорила она, но букет приняла и с наслаждением вдохнула аромат цветов.

– Еще я поднимаю вам зарплату, и теперь вы будете получать двести рублей в месяц, – добавил я.

Теперь я знал, как заработать деньги, поэтому мог позволить платить больше.

– Двести? Но это же так много! – воскликнула девушка.

Она совсем не обрадовалась деньгам, а, наоборот, испугалась.

– Вы не думайте, никаких дополнительных обязанностей вам не нужно будет выполнять. Все останется по-прежнему, – заверил я.

Уж не знаю, что она там себе напридумывала, но видно было, как она с облегчением выдохнула и успокоилась.

– Хорошо. Большое спасибо. Это сильно облегчит жизнь моей семье, – она чуть склонила голову и присела.

Про семью я у нее ничего не расспрашивал, но сделал себе пометку, что обязательно надо будет выяснить.

Пожелав Марии Ильиничне спокойной ночи, я направился в комнату Даши. Она уже спала, поэтому не стал будить, а поправив одеяло, положил на ее тумбочку сладости, что привез из Москвы.

Дед сидела у камина и снова пересматривал счета.

– Костик, приехал, – обрадовался он, увидев меня.

– Здравствуй, дедушка, – я подошел и приобнял его. – Полицейские приезжали?

– Да, после обеда заявились. Одно и то же спрашивают по десять раз. Язык устал повторять. Сказали, что тех амбалов, которые Дашу с Марий Ильиничной украли, уже нашли. Те признались, что получили приказ от князя Горина… Вот и тварь этот Горин. Всю семью нашу вознамерился уничтожить, – дед тяжело вздохнул и покачал головой.

– Не волнуйся. Все закончилось.

– Надеюсь. Страшно представить, что было бы со мной, если бы эта княжеская паскуда вас убила, – уголки его губ опустились и дед едва сдержался, чтобы не заплакать.

– Забудь о нем. Давай лучше обсудим ремонт дома, – предложил я.

Целый час мы решали, что нужно сделать в первую очередь, а что можно отложить до лета. Затем я вытащил из пространственного кармана деньги, которые заработал во время последнего посещения подпольного клуба.

– Это столько сейчас в бесплатных Разломах можно заработать? – удивился дед.

Я не хотел врать, но и про запрещенные бои тоже рассказывать не хотел, поэтому просто ушел от ответа и, сославшись на усталость после дороги, поспешил в свою комнату.

Уже засыпая, я почувствовал, как внутри возникло уже знакомое чувство опасности. Я резко сел и прислушался. Тишина. Но тревога и напряжение нарастали.

Откинув одеяло, я встал с кровати, сформировал меч и, убедившись, что в моей комнате никого нет, выглянул за дверь. На первом этаже в темном холле явственно скрипнула половица. В дом кто-то забрался и этот кто-то представлял для нас опасность

Глава 5

Я отправил фантом, чтобы он показал мне, кто ходит по первому этажу, и уже через пару секунд увидел мужчину в черном. В полной темноте он на ощупь что-то искал. Сначала я подумал, что это вор, но потом отринул эту мысль. Вор бы не стал залезать в дом, в котором полно людей, и шарить темноте, не зная, что и где находится.

Между тем мужчина нашел лестницу и осторожно ступая, начал подниматься. Я побежал ему навстречу, крепко сжимая в руке меч.

Свет в холле включался с двух разных мест. Один выключатель был у входной двери, а второй у лестницы. Именно к нему я и рванул.

Незнакомец услышал меня, развернулся и поспешил вниз по лестнице. В это время я включил свет и вместо того, чтобы побежать вслед за ним по лестнице, просто спрыгнул со второго этажа и оказался прямо перед ним.

Выставив перед собой меч, я велел:

– Снимай маску.

Вместо ответа мужчина бросил к моим ногам тяжелый черный шар, из которого начал подниматься зеленый дымок.

– Это еще что такое? – инстинктивно я пнул шар, который отлетел в угол, но из него продолжал выходить дымок с запахом жженой травы.

В это время мужчина, оглядевшись, побежал к открытому окну, через которое и залез сюда.

– От меня не уйдешь, – процедил я сквозь зубы и побежал следом.

Вдруг мужчина остановился и взмахнул рукой. Прямо мне в лицо полетели два сюрикена. Я едва успел отбить их, но этой заминки хватило мужчине, чтобы добежать до окна. Вылезть он не успел, зацепившись ногой за старый ковер, который по бокам уже изрядно обтрепался и торчали нитки.

Я настиг его и дотянулся мечом до бедра. Тот взревел дурным голосом, но не прекратил попыток вылезть в окно, забрасывая меня сюрикенами, от которых приходилось уворачиваться. В это же время я почувствовал, как у меня немеет язык и становится трудно дышать.

– Что в шаре? – выдавил я и приставил меч к его груди. – Отвечай!

Из-под острия меча потекла струйка крови, но я продолжал давить, требуя ответа.

– Яд, – прохрипел незнакомец.

Между тем мне становилось все хуже, уже начало мутнеть в глазах, и во рту появился привкус крови. Нужно было срочно избавляться от шара.

– Кто тебя нанял? – спросил я, изо всех сил стараясь не терять сознание.

– Не знаю. Мне прислали адрес и деньги, – было видно, что ему тоже плохо и не только от ран, но еще и от яда, который продолжал распространяться.

Больше медлить было нельзя, я хотел связать его и заняться шаром, но незнакомец снова попытался бросить сюрекен мне в лицо. Я отбил его руку и пронзил мечом прямо в сердце, отчего тот охнул и повалился на пол. А я бросился на непослушных ногах к шару, подхватил его с пола и со всего размаху вышвырнул в открытое окно.

– Костя, что здесь происходит? – услышал я сверху встревоженный голос деда.

– Не спускайся. Надо сначала проветрить, – с придыханием ответил я и открыл настежь все окна в холле, а затем и входную дверь.

Чтобы прийти в себя, я вышел на крыльцо и опустился на ступеньку. Яд уже не действовал, поэтому становилось легче, но все равно чувствовалась жуткая слабость во всем теле.

– Замерзнешь, – сказал дед и набросил мне на плечи свой полушубок.

– Нас снова хотели убить, – хрипло ответил я и закашлялся.

Дед ничего не ответил, но я заметил, как он испуганно сжался.

Через несколько минут мне стало значительно лучше, поэтому я зашел в дом и позвонил следователю.

– Алло, – услышал сонный голос Гаврилова.

– Это Константин Родионов. На нас в имении было нападение. Есть труп, – сказал я, глядя на мужчину в черном, под которым ковер пропитывался кровью.

– Понял, выезжаю, – после минутной заминки ответил он и сбросил звонок.

Хорошенько проветрив дом, мы с дедом закрыли окна и прошли на кухню, чтобы выпить чего-нибудь горяченького и согреться.

– Ничего не понимаю. Кто это был? – спросил дед, когда я поставил перед ним кружку, от которой поднимался пар.

– Наемник. Сказал, что прислали деньги и адрес.

– Но кто? – недоуменно посмотрел на меня дед.

Я не ответил, а лишь пожал плечами. Со смертью ыцГориных я думал, что покушения прекратятся, но ошибся.

– А, может, он заказ получил до того, как ты Гориных убил? – предположил дед.

– Все может быть, – кивнул я и отпил крепкий сладкий чай.

Полицейские приехали только через три часа. Я очень боялся, что Даша увидит труп, поэтому попросил в первую очередь заняться им.

Следователь Гаврилов повернул незнакомца лицо вверх и радостно воскликнул:

– Попался, Аптекарь! Много же ты нам крови попил.

– Кто он? – я подошел и взглянул на лицо, лишенное бровей и ресниц.

– Профессиональный отравитель. Был осужден на каторжные работы, но смог сбежать. Отравил он по меньшей мере тридцать человек. Но думается мне, что гораздо больше.

– Кому он служил?

– Никому. Сам по себе. Но его услуги стоили очень дорого, так как пока никому не удавалось выжить после его ядов. Вам очень повезло, что вовремя услышали. А то к утру были бы все мертвы, – он покачал головой.

Я не стал говорить, что нас спас не мой слух, а мурашки. Как же я им благодарен!

Следователь порекомендовал нанять охрану, пока не нашли заказчика. Об этом я и сам думал, ведь теперь моя семья даже в собственном доме не была в безопасности.

После того как полиция уехала, я смог вздремнуть два часа и засобирался в обратный путь. Даша с радостными криками ворвалась в мою комнату.

– Костик, ты приехал! – она подбежала ко мне и крепко обняла. – Пойдешь со мной овечек смотреть? Они такие смешные, особенно когда кушают.

– Не могу. Надо возвращаться в академию, – я погладил ее по голове.

– Ну-у-у, так нечестно. Мы же совсем не побыли вместе, – надулась она.

– Скоро каникулы. Вот тогда и побудем.

– Ты всегда так говоришь, а потом снова какие-то дела.

Я хотел возразить, но потом подумал, что, скорее всего, она права. Неизвестно сколько времени у меня уйдет на то, чтобы найти мага, живущего в лесах Сибири.

Попрощавшись со всеми, я вышел на улицу и сел в такси. Старый ковер, пропитанный кровью наемника, догорал неподалеку. Чем больше я думал о том, что случилось ночью, тем более правдоподобной казалась версия, что Горин старший заранее заказал Аптекаря.

По пути к академии попросил таксиста остановиться у красивого величественного здания охранного предприятия «Сокол». На входе меня проверили всевозможными приборами, посмотрели паспорт и доложили директору. Тот велел пропустить, и даже сам вышел навстречу.

– Ваше Сиятельство, меня зовут Руслан Зокин, – протянул мне руку мужчина лет тридцати.

Он был небольшого роста, но с мощным натренированным телом, которое угадывалось даже через объемный вязаный жакет. Именно так и должен выглядеть директор охранного предприятия.

Я пожал протянутую руку и сказал:

– Руслан, я к вам по делу. Мы можем поговорить?

– Конечно, проходите, – он открыл дверь кабинета, пропуская меня вперед.

Кабинет был большой и богато обставленный. Видимо, дела у этого охранного предприятия шли хорошо.

Мы расположились на мягких диванах напротив друг друга.

– Слушаю вас, Константин Сергеевич, – кивнул он и весь обратился вслух.

– В последнее время на меня и мою семью было совершено несколько нападений, – начал было я, но он меня остановил и проговорил.

– У нас первоклассные телохранители. Они сменяют друг друга каждые пять часов, поэтому вы будете в полной безопасности. Также мы перевозим клиентов на наших бронированных машинах и оказываем защиту от магического воздействия. Также осуществляем круглосуточное наблюдение за домом…

– Именно это мне и надо. Личный телохранитель нужен будет только моей сестре или деду, когда они захотят выйти из дома в нашем имении. Все остальное время необходимо охранять дом.

– Все ясно. Значит, вам нужна круглосуточная охрана и периодически телохранитель. Я вас правильно понял?

– Да. Пока на пару месяцев, а там посмотрим.

– Хорошо. Мои бойцы с этим отлично справятся. Два месяца вам будет стоить всего шесть тысяч, – улыбнулся он.

Шесть тысяч – большие деньги, но у меня не было другого выбора. Сам я не мог бросить все и поселиться в имении, чтобы защитить Дашу и деда, поэтому придется заплатить. Деньги, накопленные во время сражений, неумолимо таяли, поэтому поездку в Сибирь снова придется отложить.

Мы с Русланом подписали договор на два месяца охраны с завтрашнего дня. Я заплатил наличными необходимую сумму и, попрощавшись, вышел на улицу. Таксист прохаживался вокруг машины и в нетерпении ждал меня.

– Поехали, – проговорил я, забрался на заднее сиденье и первым делом позвонил деду и предупредил об охране.

Тот с облегчением выдохнул, но сказал, что все равно будет держать рядом с кроватью заряженное ружье.

Когда добрался до академии, учеба шла полным ходом. По расписанию у меня были занятия на полигоне номер семь с Ефимом Прохоровичем, но его нигде не было видно. Тогда я достал телефон и позвонил ему.

– Костя, я в деканате. Иди сюда, – ответил он и сбросил звонок.

Наш декан, увидев меня, даже поднялся с места и протянул руку.

– Поздравляю с победой. Это очень престижное соревнование, хотя оно еще далеко от профессиональных сражений, но уже первый шаг к большим высотам. В награду за первое место мы вам назначаем стипендию в размере тридцати рублей.

– Спасибо… А нельзя ли увеличить хотя бы до пятидесяти? – на всякий случай уточнил я.

Декан изумленно уставился на меня сквозь очки с толстыми линзами, а Ефим Прохорович толкнул локтем.

– Ну, нет так нет, – пожал я плечами и вышел из кабинета.

Вслед за мной вышел преподаватель.

– Вообще-то, это наглость, – тихо сказал он.

– Что ж тут наглого? Тридцать рублей мне только на еду хватит, – возмутился я.

– Вообще-то, такую большую стипендию получают только пять человек во всей академии, поэтому будь благодарен.

– Хорошо. Спасибо.

Мы направились в сторону полигонов, но тут в кармане зазвонил телефон. Номер был незнакомый.

– Алло. Кто это? – настороженно спросил я.

– Константин Сергеевич? Меня зовут Кирилл Авакумович. Я командир гвардии Императорской сокровищницы. Мне надо с вами поговорить. Когда мы можем встретиться?

– Освобожусь после четырех.

– Хорошо, я подъеду к академии и позвоню вам.

Ефим Прохорович решил наградить меня тем, что согласился перейти к изучению арбалета. Вспомнив в мельчайших подробностях тот, что видел в оружейном, я смог создать арбалет уже со второй попытки, но вот с болтами возникли сложности. Они без труда появлялись в моей руке и даже когда вставлял в арбалет, не пропадали, но стоило нажать на курок, болт вылетал и пропадал. Даже полметра не успевал пролететь.

– Я же говорил, что тебе еще рано. Может, через год или даже два будет получаться поражать мишени хотя бы на расстоянии двадцати метров, – сказал Ефим Прохорович, когда я изрядно выдохся, раз за разом вставляя призрачный болт в арбалет.

– Год или два? Это очень долго. Я бы хотел вступить в гильдию, которая охотится хотя бы в средних Разломах, а туда берут, начиная от оранжевого ранга и выше. Или, если лидер решит, что я смогу справиться с монстрами. А я даже этой чертовой броней не могу полностью закрыться, – я все больше раздражался.

– Ты слишком торопишься. На самом деле у тебя получается гораздо лучше, чем у других. Трое с твоей группы уже добровольно отказались от дальнейшего обучения, потому что дальше кинжала не прошли, и тот получался очень слабый.

Это совсем не успокаивало. Какое мне дело до других? Похоже, прошлая жизнь все же наложила отпечаток, поэтому я очень хотел побыстрее подняться, как в магии, так и в достатке.

Когда занятия закончились, снова позвонил командир гвардии Имперской сокровищницы. Он уже ждал меня у ворот.

– Еще раз приветствую, Константин Сергеевич, – он протянул руку. – Нам доложили, что это вы нашли украденный артефакт.

Он явно торопился, поэтому сразу перешел к делу.

– Да, нашел.

– Мне нужны подробности. Где и как вы его нашли?

Я вкратце рассказал про тайник в кабинете, но умолчал про свой дар. Незачем о нем кому-то знать.

Он все записал в свой блокнот, затем достал из кармана чек и протянул мне.

– Император распорядился в знак благодарности за возврат ценного артефакта выписать вам вознаграждение в пять тысяч рублей.

– О, благодарю. Неожиданно, – признался я и аккуратно взял чек с тиснением в виде герба императорского рода. – Скажите, а как Горин смог украсть тот артефакт? Ведь сокровищница находится под защитой вашей гвардии.

– Как советник императора он свободно перемещался везде, где ему вздумается. В том числе мог посещать и сокровищницу. Но после пропажи артефакта, охрану усилили и пускали только тех, у кого было разрешение самого императора. Еще раз благодарю вас за то, что вернули артефакт, – он кивнул и поспешил к джипу, на капоте которого красовался герб гвардии.

Я убрал чек в нагрудный карман пиджака и в приподнятом настроение двинулся в сторону дома. Как и говорил ректор, камеры на дереве уже не было. По привычке я сначала сверился со своими ощущениями и только после этого зашел в дом. Не успел переодеться, как в дверь постучали. На пороге стояла Лиза.

– Вернулся, – счастливо улыбнулась она и бросилась мне на шею.

Я прижал ее к себе и страстно поцеловал. Все невзгоды вмиг позабылись и я, поддавшись страсти, поднял ее на руки и понес в спальню. Лиза совсем не возражала.

Чуть позже мы лежали в обнимку под легким пледом. Раскрасневшаяся и растрепанная Лиза была красива как никогда раньше. Она водила пальчиком по моей груди и напевала какую-то мелодию. А же ни о чем не думал, а просто лежал и вдыхал аромат ее духов.

– Хочешь, я что-нибудь приготовлю? – предложила она.

– Ты умеешь готовить? – усмехнулся я.

– Еще как! У нас же сеть ресторанов. Готовка у меня в крови, – подмигнула она, накинула на себя мою рубашку и направилась на кухню.

В это время зазвонил телефон. Я нехотя потянулся за ним и увидел на экране номер телефона Ефима Прохоровича.

– Слушаю.

– Костя, поехали со мной в средний Разлом. Я поговорил со своим лидером, он согласился.

– Когда? – выпалил я и сел в кровати.

– Сегодня.

– Но, время уже шесть вечера, – взглянул я на часы.

В бесплатные Разломы мы обычно заходили с момента открытия.

– Ну и что. Средние Разломы почти никогда не закрывают на консервацию, поэтому можем зайти, когда захотим. Если согласен, то встречаемся у южных ворот через пятнадцать минут.

– Согласен!

Натянув штаны, я направился на кухню, где Лиза жарила яичницу с ветчиной.

– М-м-м, как вкусно пахнет. Долго еще? – я подошел и обнял ее сзади.

– Почти готово. Проголодался? – она потянулась и поцеловала меня в шею.

– Не то слово. Еще Ефим Прохорович позвал с собой в Разлом, поэтому мне надо торопиться.

– Ну, тогда садись за стол, – велел она и выключила плиту.

Через пару минут я уже уплетал горячее кушанье в гостиной, постоянно поглядывая на часы.

– Поешь и иди. Я сама все уберу и подожду тебя здесь. Надеюсь, ты не будешь задерживаться? – спросила она.

– Думаю, вернусь только к полуночи, поэтому не жди и ложись спать. И не забудь предупредить своего телохранителя, а то он у тебя ответственный.

– Да-а. Особенно сейчас, после того как… – она замолчала и поспешила на кухню.

Я знал, о чем она недоговорила: после того как я убил Горина. В академии и на улице в студенческом городке весь день ловил на себе настороженные косые взгляды. Слухи здесь быстро расходятся, поэтому уже все знали о том, что случилось. Что на самом деле происходило между мной и Гориными знали очень мало людей, остальные, скорее всего, подумали, что я просто псих и убийца. Но меня это не сильно беспокоило. Кому надо, те знали, какой я на самом деле, а до других мне дела нет.

Я быстро доел яичницу, оделся и, поцеловав Лизу, поспешил к воротам. Ефим Прохорович уже стоял у машины и помахал мне.

– Спасибо. Не ожидал, – признался я.

– Ну, ты же хотел побывать в среднем Разломе. К тому же если ты покажешь себя с лучшей стороны, то наш лидер согласен включить тебя в состав гильдии «Викингов».

– Здорово! Я не подведу, – пообещал я.

– Увидим, – кивнул Ефим Прохорович и сел за руль.

Разлом находился за двести километров от города, поэтому только в девятом часу мы прибыли на место. В гильдии «Викингов» было пятнадцать человек. Даже по внешнему виду было понятно, что они гораздо более опытные маги и охотники, чем те, кто обычно зачищает бесплатные Разломы. Все охотники были одеты в дорогую броню и имели в арсенале различные виды оружия. Увидев меня, некоторые из них поздоровались кивком, остальные же просто проигнорировали. Ну что ж, в Разломе будет видно, кто на что способен.

– Ефим, – послышался сзади голос, и мы обернулись.

К нам шел мужчина с рыжей окладистой бородой. Ростом он был примерно, как я, но в два раза шире. Он явно брал силой, а не скоростью.

– Захар, познакомься. Это Костя, тот самый студент, про которого я говорил.

– А-а-а, еще один призрачный маг. Здорова! – он протянул мне большую мозолистую ладонь.

Рукопожатие было крепким и долгим. Захар внимательно оглядел меня с ног до головы и кивнул.

– Сложен хорошо. Наверняка быстрый и ловкий. Сможет пролезть куда угодно.

– Еще Костя хорошо владеет мечом. Так что я в нем уверен, – сказал Ефим Прохорович.

– Ну хорошо. Посмотрим, как он поведет себя на охоте, а потом уже решать будем, – кивнул лидер гильдии и направился к посту.

Пока он решал вопросы с пропуском и общался с представителем Ведомства, мы подошли к Разлому, возле которого уже стояли наготове остальные маги.

Ко мне повернулся мужчина летшестидесяти и пробасил:

– Молодой, держись за нами. Сам никуда не суйся. Если не справляешься, не стесняйся звать на помощь. Мы своих никогда не бросаем, а вот трупы нам точно не нужны. В этом Разломе много летающих тварей, поэтому не забывай посматривать наверх… А где твоя броня? Ты что же это, без брони хочешь зайти?

Он сдвинул кустистые брови, не сводя с меня пристального взгляда.

– Моя броня всегда со мной, – ответил я, поднял руку и сформировал призрачную перчатку.

– А-а-а, ну тогда ладно, – вмиг успокоился он и снова повернулся к входу в Разлом.

В это время сзади послышался голос Захара:

– Заходим!

Маг оживились и парами начали исчезать в ослепительно-белом сиянии. Ефим Прохорович закрыл себя броней, сформировал саблю и, кивнув мне, зашел в Разлом. А шагнул следом и огляделся.

Мы очутился в темной пещере. Впереди мелькали силуэты магов, со всех сторон слышался звук льющейся воды. Хотя самой воды не видно было.

– Костя, иди сюда, – позвал Ефим Прохорович и я только сейчас увидел, что в пещере есть ответвления, куда по два-три человека расходятся маги.

Ефим Прохорович стоял у прохода слева и ждал меня.

– Ни к чему не прикасайся, а то здесь много различных насекомых, которые могут не только ужалить, но и забраться тебе под кожу, – предупредил он.