Сергей Громов
Встреча с Шаманом

Вера стояла в очереди к узлу расчёта в магазине самообслуживания и услышала, как кто-то, сзади, сказал ей:

– Здравствуй, Вера!

Обернулась, перед ней стоял Вадим! Удивлённо спросила:

– Вадим? Ты? Откуда?

– Вера, давай, за продукты рассчитаемся и поговорим на улице, на скамейке. Или ты не одна?

– Я не одна, но сейчас муж на работе и его со мной рядом нет.

Они прошли узел расчёта, зашли в небольшой сквер и сели в тени. Вадим поинтересовался:

– Ну и как ты? Университет окончила?

– Давно уже, когда мы встречались, я училась на втором курсе. И прошло, с тех пор, лет восемь.

– Как быстро время летит.

– И куда ты исчез тогда?

– Я же в университете учился, на специальном курсе, туда простых смертных не пускают.

– Ты тогда говорил мне об этом. А исчез куда?

– По указанию свыше, вся наша группа была направлена в одну из стран Африки. Помогать местному правительству.

– И что, до сих пор помогаешь?

– Нет, я попал в плен и чуть не был казнён. Наше правительство не могло вступиться за нас, поскольку, официально наших работников там нет. Нет даже консульства на территории страны.

– А как же вы туда попали?

– Под видом экспедиции.

– И, тем не менее, плен?

– Туземцы, одни просто не поверили в экспедицию. Другие решили, что мы покушаемся на их богов. Что мы всё обо мне, ты о себе расскажи! Как ты? Давно замуж вышла?

– Я ещё два года, после твоего исчезновения, ни с кем не встречалась. Потом встретила Павлика. Мы просто общались, и через месяц он сделал мне предложение. Я сказала да, и вот я замужем. Живём мы в этом районе. Я всегда в этот магазин хожу. А ты, где живёшь?

– Я в центре живу, у меня там квартира, трёхкомнатная. Приходи в гости.

– Сегодня это вряд ли. Муж скоро с работы придёт, надо ужин приготовить.

– Где ты работаешь?

– Офис, в котором я тружусь, в центре. В одном здании с гостиницей. Только у нас вход немного дальше.

– Рядом с входом в банк?

– Да. Люди часто путают и заходят к нам.

– И во сколько завершается твоя трудовая деятельность?

– Рабочий день у нас заканчивается в пять вечера, по пятницам – в половину пятого.

– Все эти годы я не забывал о тебе! И сейчас, только один вопрос, когда я тебя увижу?

– Давай, завтра встретимся, возле моей работы.

– Отлично! Я возьму бутылочку сухого вина. Более крепкое пить отвык. Там, где я был, шариатское государство, и продажа, употребление и хранение алкогольных веществ запрещено. Изъятые алкоголь и наркотики уничтожаются. В соседних государствах крепкие алкогольные напитки не в ходу. Думаю, дело, видимо, в жарком климате. Хотя, есть и местные вина, а также ром и джин. Впервые я там попробовал пальмовое вино, это просто немного перебродившее кокосовое молоко. Оно слабоалкогольное 4-5% и кисловатое на вкус. Во сколько ты можешь уйти с работы?

– Пятница, я могу выскочить в половину четвёртого дня.

– Прекрасно. Я буду ждать тебя в ста метрах, возле фонтана.

Он поцеловал Веру, как в старые добрые времена, подхватил свои пакеты с покупками и направился к выходу из сквера. Вера быстро добралась до дома, который находился в шаговой доступности, думая, стоит ли говорить мужу об этой встрече? Она не заметила, что Вадим проследил за ней и ушёл домой после того, как она скрылась в подъезде. Решила, он, всё равно, никак не отреагирует на это. У него есть любимый диван и телевизор, а в последнее время – интернет. Других занятий дома у него не было. Хотя любые виды ремонта по квартире он, по выходным, выполнял сам. Подруга Ольга завидовала Вере и часто говорила:

– Верка, тебе несказанно повезло! Ты такого мужа себе нашла. Заботливый, хозяйственный, имеет хорошую зарплату и, главное, тебя любит.

– Да он приходит с работы и к компьютеру или на диван, к телевизору, а любить меня он любит, я не отрицаю.

– Так он устаёт на работе, это тебе не в офисе сидеть и большей частью чаи распивать. Вот ты скажи, когда у тебя бум на работе?

– Обычно, в конце квартала и в конце года.

– Вот, а у Павла постоянно и, тем не менее, он внимательно к тебе относится, заботливо. Звонит постоянно.

– Звонит, это он проверяет на месте я или нет.

– Так это здорово! Мужчина должен ревновать свою женщину.

Вот такие были разговоры у Веры с подругой. И сейчас ей не терпелось поделиться с подругой известием, что она встретила своего первого мужчину, который все эти годы помнил о ней.

Пришла домой, быстро переоделась в домашнюю одежду и начала готовить ужин. До прихода мужа она позвонила Ольге и рассказала ей о встрече с Вадимом. На что, та сказала:

– И что, он все эти годы жил один?

– Я не спрашивала и, вообще, я о нём ничего не знаю. Он работает на правительство. У нас в университете был специальный факультет с небольшой численностью, вот там он и учился.

– Не слыхала я что-то ни о каких специальных факультетах.

– Так это было секретно. Они и у нас в аудиториях не появлялись, как сказал Вадик, их нельзя было показывать народу.

– И как его там туземцы не съели?

– Я спрошу у него.

– Ты что, опять с ним встречаться собралась?

– Почему нет? Мы с ним теперь просто друзья. Хотя, я, конечно, немного обижена, что он исчез не попрощавшись. Но теперь я понимаю его. Это был не его секрет.

– А где он живёт?

– Сказал, что в центре, в трёхкомнатной квартире.

– В кафе пригласил?

– Оля, ну куда я пойду в кафе с сумками? К тому же, в нашем районе какое кафе? Кто-то увидит и доложит Павлу. А зачем это мне?

– А зачем тебе этот Вадим? Боец невидимого фронта, что-то эти сказки африканские сильно лапшой отдают.

– Какой лапшой?

– Что у тебя на ушах развешена.

– Оля, завидуй молча. Я ещё познакомлю тебя с ним. А сейчас я ужин готовлю, Павел скоро уже прийти должен.

Муж, в этот день, задержался и появился около девяти часов вечера. Вера была очень удивлена, но Павел пояснил:

– Вера, мне халтуру предложили, в рабочее время её никак не сделать. Так что будем с ребятами задерживаться по вечерам, после работы. Ты, надеюсь, не против?

– Я не против, вопрос только: сколько вам заплатят?

– Нас не обидят, и уже выплатили аванс.

– И долго вы работать будете?

– Объёмы там большие, думаю, месяц попотеем.

– И в выходные тоже?

– По субботам будем работать, а по воскресеньям – отдыхать.

– И когда вы начнёте работать?

– Так уже начали.

– И где аванс?

– Да принёс я аванс. Руки вымою, поужинаем и тебе его отдам.

Они сели за стол и приступили к ужину. Вера, между делом, интересовалась у Павла, что за халтура, за которую они взялись, и где они будут работать. Муж разъяснил, что объект недалеко, в их районе. При этом Вера, погруженная в свои мысли, не заметила, что муж внимательно наблюдает за ней, словно чего-то ждёт. Она не знала, что Павлу известно про её встречу с мужчиной и, более того, у него есть фотографии, на которых они сидят в сквере, как два голубка и, самое главное, как они прощаются. Он ждал, что Вера объяснит, что это было, и с кем она встречалась, но этого не произошло. И он задумался об этом странном поведении жены.

Утром, придя на работу, Вера уединилась со своей подругой Ольгой. Они обсуждали все варианты, какие могут возникнуть в отношениях. Вера утверждала:

– Да пойми, Оля, он, очевидно, в КГБ работает.

– Вера, КГБ давно нет.

– Его что, закрыли?

– Его переименовали, и теперь называется ФСБ – Федеральная служба безопасности.

– Ну, может быть и так. Я же не уточняла у него.

– Но ФСБ не работает за границей. Там работает СВР, проще говоря, служба внешней разведки.

– Слушай, меня не интересуют все эти замысловатые аббревиатуры, меня интересует сам Вадим, и как мне теперь с ним себя вести.

– А чего ты хочешь?

– Не знаю, приключений каких-нибудь.

– С мужем решила развестись?

– Нет, ты что! Я своего Павлушу не оставлю. Мы с ним решили и детей завести.

– Ну вот, детей заводят, оказывается.

– Оля, к словам не придирайся. Я с ним сегодня встречусь ненадолго, а потом тебя с ним познакомлю.

– Только тебе перестраховаться надо, если не хочешь, чтобы муж узнал.

– Каким образом?

– Встречаясь с Вадимом, ты будешь ссылаться, что находишься у меня?

– Предположим.

– Позвонит твой муж мне, а тебя нет.

– До этого мы допускать не будем.

– Кроме этого, надо контролировать твой телефон, чтобы он туда программку не втиснул, которая позволяет определять твоё местоположение.

– Я могу просто «забыть» телефон дома, на работе или отдать его тебе, чтобы ты с ним походила по магазинам. И, вообще, появление таких программ будет для меня знаком, что мой муж мне не доверяет и что-то подозревает.

– И что тогда?

– Тогда я прекращу встречи с Вадимом, тем более что я ничего не планирую с ним делать.

– Ой, подруга, что-то ты крутишь.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты тут распинаешься о том, что ничего у тебя не будет, и думаешь, уже сегодня, как всё скрыть от мужа. Объяснить это можешь?

– Я не знаю. У нас была когда-то любовь.

– А ты уверена, что этот Вадим тебя любил?

– Я была уверена в этом!

В конце рабочего дня Вера собралась и, через запасной выход, выскользнула из офиса, попросив Ольгу отметить её своевременный уход с работы. Она без помех дошла до места встречи, остановилась, но Вадима не увидела. Присела на скамейку, и тут к ней подошёл Вадим, сказав:

– Верочка, я вижу, ты пришла немного раньше.

– Да, у меня получилось отлучиться раньше, но тебя тут не было.

– Вера, я пришёл вовремя, без опозданий.

– Хорошо. Что ты предлагаешь?

– Я предлагаю пойти ко мне в гости. По секрету скажу, там для тебя накрыт стол.

– Я не смогу быть у тебя долго.

– До какого времени ты свободна?

– До половины девятого вечера. В девять я должна быть дома.

– Значит, будешь. Я не намерен разрушать твою семью.

– И что означают наши встречи?

– Ничего, кроме того, что мы можем себе позволить, мы можем быть, скажем так, друзьями с привилегиями.

– То есть?

– Пойми, я не могу на тебе жениться, я даже обещать этого тебе не могу. Вместе с тем, я вполне здоровый мужчина и жажду тебя как женщину. Только и этого я себе позволить не могу без твоего согласия.

– А в чём причина?

– Причина в специфике моей работы. Однажды, получив приказ, я могу просто уехать в очередную командировку. При этом, не ясно, как долго я там буду и смогу ли я вернуться домой. Мы оба это знаем. Так, по крайней мере, у тебя останется муж. Скажи, ты любишь его?

– Да, я люблю мужа и не планирую с ним расставаться.

– И я не планирую разбивать в твою семью, а то, что не знает твой муж, ему не повредит.

– И что ты хочешь?

– Хочу, чтобы ты пошла ко мне в гости, и мы с тобой просто посидели. В кафе и ресторан тебя не приглашаю, там люди, а я человек непубличный и избегаю таких мест. Посещаю их только в случае необходимости. И было бы совсем глупо гулять по городу, тут нас точно встретит какой-нибудь доброжелатель и сообщит об этом твоему мужу. Ты согласна со мной?

– Что же, приглашай меня на чай!

Они пошли через какой-то закоулок и вышли к дому в центре. Вадим открыл кодовую железную дверь в подъезд, поднялись на пятый этаж. На площадке было две квартиры. Вадим открыл тяжёлую, по сути, бронированную, дверь, и они вошли в квартиру.

Вадим предложил:

– Вера, ты пока квартиру осмотри, а я последние приготовления на кухне завершу.

Вера прошлась по квартире. Её удивлению не было границ. Спальня была со вкусом обставлена. Имелся прекрасный трельяж. Три зеркала, два из которых были поворотные и складывались книжкой. И что любопытно, возле зеркала лежала дорогая женская косметика, которой явно кто-то пользовался. Возле кровати с двух сторон стояли банкетки-пуф, имевшие отделения для хранения вещей.

В зале, на стене висел большой телевизор с музыкальным центром. Стояли удобный кожаный диван и кожаные кресла. В углу – большой раздвижной стол. Очевидно, его использовали, когда приходили гости, выдвигая в центр комнаты.

В третьей комнате стоял компьютер с сенсорным монитором 32 дюйма. Имелся шкаф для одежды, и, вполне симпатично, вписывались книжные стеллажи.

Вадим подошёл сзади и спросил:

– Ну, и как тебе моё гнёздышко?

– Ты знаешь, всё очень понравилось, вместе с тем возникли вопросы.

– Задавай.

– Скажи, чья косметика лежит на столике в спальне?

– Вера, ты бы ещё в шкафы заглянула, там полно женской одежды. Но я это не ношу.

– Тогда чьё это?

– Это моей сестры. Эта квартира у меня давно. Раньше она принадлежала моим родителям. Когда-то она была двухкомнатной. Теперь официально она стала трёхкомнатной. Ты представить себе не можешь, во что обошлась эта перепланировка!

– Что ты имеешь в виду?

– Ты заметила, что на лестничной площадке имеется вход в две квартиры?

– Я как-то и не приглядывалась.

– Зря, но так оно и есть. Мои родители купили однокомнатную квартиру, примыкающую к нашей, и получилось то, что мы сейчас имеем. После их смерти я выплатил сестрёнке её долю и стал владельцем квартиры.

– И где твоя сестрёнка?

– А сестрёнка вышла замуж и живёт теперь в другом городе.

– А куда делась ещё одна квартира?

– Её выкупили мои соседи. Но они сейчас живут в Таиланде и приедут не скоро.

– Хорошо, а откуда такая бытовая техника?

– Э, да ты ещё в кухне не была. Там техника, которую мне изучить надо, чтобы пользоваться.

– Что именно?

– Да всё. Микроволновка не так сложно, я её освоил. А вот посудомоечная машина заставляет задуматься. Как, впрочем, и другие гаджеты.

– Ты ещё скажи, что компьютер не включал.

– Почему не включал? Включал. Но меня волнует стиральная машина.

– Что именно?

– Слушай, там столько кнопочек! Да и требования завышенные.

– Что именно завышено?

– Да ей нужна куча моющих средств.

– То есть, со стиральной машиной у тебя проблема?

– Да, то есть, нет. Я, всё-таки, чему-то учился.

– И как, учёба помогает?

– Почему нет? Вот взять пылесос. Раньше нажал одну кнопку и радуйся. Он орёт и чистит. Сейчас у него куча настроек!

– А телевизор?

– Я его и не включаю. Знаешь, люблю тишину.

– Вообще не включаешь или не умеешь?

– Умею. Новости областные слушаю, а то, что там крутят по всем каналам, это, как танцы шамана с бубном. Правда, есть разница.

– Какую разницу ты усмотрел?

– По телевизору всё какие-то речи, завлекающие и успокаивающие, а вот у шамана, когда танец заканчивается, финалом может случиться и смерть зрителя. А фильмы по телевизору, все как один, глупость. Это, как один честный полицейский, наперекор всему, сражается один с преступностью и коррупцией в рядах сотрудников. Его и бьют, и жена изменяет и уходит к бандиту или коррупционеру. А он такой несгибаемый и честный, в конце концов, героем выходит из всего. Хотя, честно говоря, по тем раскладам, которые показывают, его давно бы закопали или воры, или свои.