Анастасия Вкусная
Медвежий угол: между двумя вожаками

Пролог

Если бы я не была такой идиоткой, не бежала бы сейчас по ночному лесу, подгоняемая диким ужасом. А ведь как хорошо все начиналось… Светка, подруга моя по колледжу – поехали на Алтай летом, подработаем, воздухом чистым подышим, познакомимся с кем-нибудь интересным… Ну вот и поехали. А теперь я несусь как сумасшедшая: запинаюсь, падаю, сдираю в кровь кожу на ладонях и коленках. Но боли почти не чувствую, потому что вперед гонит треск веток позади. Громкий рев, удары о камни мощных когтистых лап и пристальные взгляды, от которых периодически свербит между лопаток.

Знаю, что специально загоняют, выматывают. Как бы ни была напугана, осознаю простую истину. Хотели бы догнать, давно настигли бы. Медведи ведь быстро бегают. А я как-то не соизволила притвориться мертвой или забраться на ближайшее дерево. Впрочем, кто бы додумался до такого, когда двое косолапых встают на задние лапы и начинают идти на тебя с разных сторон? Конечно, я с воплями побежала. Они за мной.

Не знаю, сколько уже длится эта нелепая погоня. Останавливаться не собираюсь. Если и суждено стать обедом для хищников, то пусть умру нелегкой добычей. Слезы безостановочно текут по щекам, иногда вытираю их рукавом и шмыгаю носом. Бежать, дыша ртом, тяжело. Хотя мне это в принципе сложно – не особо я спортивная. И пожалела об этом сразу же, как столкнулась нос к носу с дикими зверями. А ведь на свидание шла. К парню с потрясающим именем Демид. Дэм… Красавчик из местных. Заходил пару раз в ресторан при отеле, всегда оставлял щедрые чаевые и игриво стрелял глазами. Сначала делала вид, что не замечаю, а потом все же написала свой номер на салфетке.

И почему он не пришел? Почему звери подошли так близко к территории курорта? Впрочем, это все риторические вопросы. Главный – сколько я еще продержусь? До того момента, когда не смогу больше бежать. Ничего не смогу, даже защищаться. Медведи убьют меня прежде, чем приступить к трапезе? Или начнут жевать сразу, не обращая внимания на крики и конвульсии?

В какой-то момент я замедлилась. Потом и вовсе перешла на шаг. Покрутила головой по сторонам, прислушалась. Вроде все стихло. Неужели след потеряли? Или наткнулись в процессе на кого-то менее быстрого? Самой смешно стало от такого предположения… Да любой заяц даст мне фору.

Тихонько побрела дальше, приволакивая ушибленную ногу. Старалась производить как можно меньше шума – пыталась смотреть под ноги, хотя почти в полной темноте это было затруднительно. Зажимала рот рукой, чтобы поскуливать потише. И что дальше делать? Я же понятия не имею, где я и в какой стороне отель. Подняла глаза к небу – только луна и звезды. И ни малейшего намека, куда идти. Назад не могу в любом случае, вдруг медведи еще там…

Внезапно вспомнила, что брала с собой телефон. Конечно же! Кто сейчас со смартфонами расстается? Поспешно достала из кармана. К счастью, не выпал. Но толку от него… Зарядка на половине, сеть не ловит. Значит, поможет, только если меня искать начнут. А раньше утра это вряд ли случится. Я, разумеется, сказала Светке, что не такая и только прогуляюсь с Демидом. Но по ее хитрому взгляду было все понятно. Впрочем, нескучной ночи она мне вслух пожелала. И как в воду глядела! Мне вот совсем нескучно, ни капельки! Только очень страшно, холодно и пить хочется.

Всхлипнула, вытерла в очередной раз слезы и поплелась дальше. Как же нога болит… Нужно остановиться, посмотреть хоть. Присела на ближайший пенек, аккуратно закатала штанину джинсов. Твою ж мать! Где я умудрилась?! Из голени торчит какая-то палка – небольшая и вошла вроде неглубоко… Но я же будущий технолог пищевого производства, а не врач!

Разумеется, как только я увидела этот ужас, нога жутко заболела. Понятия не имею, как долго я бежала с инородным предметом в теле, но сейчас буквально все чешется от желания избавиться от лишнего. Осторожно взялась за кончик и чуть не заорала на весь лес – боль пронзила жуткая. Прикусила губу до мушек в глазах. Если медведи услышат мои вопли, легче не станет.

Покружила пальцами вокруг ветки. Так, нужно взять ее у основания и одним движением выдернуть. Быстро. Больно будет, но потом перевяжу рану носовым платком и пойду дальше. А если тянуть по чуть-чуть, я тут с ума сойду от непередаваемых ощущений.

Сказано – сделано. Наверное, сильный испуг и страх за жизнь действительно мобилизуют на борьбу. Потому что подобные манипуляции где-нибудь в городском парке мне представить даже сложно – позвонила бы в скорую и ждала-рыдала. Но без надежды на квалифицированное медицинское вмешательство рассчитывать приходится только на себя.

Выдернуть ветку из ноги мне удалось. Правда, от боли я на какое-то время потеряла связь с реальностью. А когда пришла в себя, поняла что уже не сижу на пне, а лежу рядом. А где-то неподалеку ходят мои недавние преследователи. Неужели правда, что лучший способ избавиться от медведя – притвориться мертвым? Ведь унюхать меня они точно в состоянии, если я их слышу.

Рана невыносимо пульсировала, а боль отдавалась по всей нижней половине тела. Сжав зубы, я тихонько села. Стараясь издавать как можно меньше звуков, вытащила платок из кармана. Обвязала голень, ткани хватило впритык. Но, к счастью, кровь вроде не хлещет. Хотя все еще идет.

Осторожно поднялась на ноги, опираясь на пень. Покрутила головой по сторонам в поисках источника звука. Получается, медведи все еще где-то в той стороне, откуда я прибежала. Если я ничего не путаю. Не уверена, что смогла бы выйти из леса и днем, а уж в темноте тем более без шансов. Но в любом случае мне в другую сторону. Медленно похромала подальше от треска веток и шелеста травы. Если они до сих пор меня не сжевали, значит, надежда есть. Нужно просто уйти подальше, пока они не проголодались. Наверное…

Когда мой расчет не оправдался, я даже не сильно удивилась – я ведь ничего не знаю о повадках диких зверей. Услышав, что медведи припустили ко мне, ускорилась. Поначалу обращая внимание на раненую ногу, но вскоре напрочь позабыв обо всем, кроме тяжелого дыхания за спиной.

На этот раз мишки, похоже, не собирались со мной играть. Я буквально кожей чувствовала их взгляды между лопаток. Они бежали четко, размеренно, точно. Не сбивались с шага ни на секунду. А я запыхалась очень быстро, стала петлять между деревьями в надежде запутать следы. Попыталась влезть на пару низких веток, но безуспешно. Паника и страх вернулись. Я категорически не понимала, что еще могу сделать для спасения собственной жизни.

От усталости и боли двигалась все медленнее. Поэтому даже не вздрогнула, когда почувствовала сильный удар в спину. По инерции упала вперед и сразу же перевернулась. Лучше бы я этого не делала… Надо мной навис крупный зверь, передние лапы по сторонам от головы роют когтями землю. Влажный нос совсем близко от моего лица.

Лежу и стараюсь даже не дышать. Но зажмуриться не могу – смотрю, не отрываясь, в светящиеся темном-красным глубоко посаженные глаза зверя. В голове ни единой мысли, даже молитва на ум не приходит. Хищник почему-то не торопится меня есть – медленно обнюхивает, спускаясь все ниже. Потом начинает теребить лапой рубашку на груди, будто расстегнуть пытается. Затем утыкается носом в пах. Тяжело дышит, ворчит, тыкается в бедра мордой. Мне становится совсем не по себе – чего он хочет???

Внезапно откуда-то сбоку выпрыгнул второй медведь и с лету бросился на первого. Они моментально сцепились в рычащий клубок и покатились по земле к деревьям. Я выдохнула и тут же перевернулась на живот, встала на четвереньки и потихонечку поползла прочь. Могут ли они поубивать друг друга? Или хотя бы серьезно покалечить? Смотреть и ждать точно не стоит.

Проползла немного и встала, бросилась, куда глаза глядят. С трудом заставила себя не оборачиваться – некогда, лучше побыстрей убежать. За спиной слышался яростный рык, звуки борьбы, напряженное пыхтение. Без сомнения победитель ринется за мной…

Именно это и случилось. Только гораздо быстрее, чем я предполагала. Выжимала из своего организма все, на что была способна. Получалось плохо – я хромала, задыхалась и плакала практически навзрыд.

Когда треск сухих веток послышался прямо за спиной, я сделала еще одно усилие. И, поначалу показалось, что вышло. Я действительно побежала быстрей. И через несколько шагов оступилась. Полетела вперед, в пустоту, отчаянно стараясь ухватиться за осыпающиеся края ямы. С ужасом поняла, что медведь сиганул за мной. С ревом, вытянув передние лапы в мою сторону и страшно сверкая темно-красными глазами.

Последнее, что запечатлела моя память, была адская боль в лодыжке раненой ноги. Зверь вцепился в мышцу всеми зубами, и не желал отпускать даже в полете. Потом удар, теплые струйки, скатывающиеся по лицу, и темнота.

1

Некоторое время спустя

Дом главы медвежьего поселения

– Недоросли! Медвежата сопливые! – орал Бреслав на склонивших головы молодых мужчин. – Ну, кто из вас додумался отметить ее?! Молчите, щенки?!

На явное оскорбление для любого медведя молодняк ответил колючими взглядами из-под насупленных бровей.

– Я жду!!! – убеленный сединами предводитель только еще сильней разозлился.

– Не я, – пробормотал Вэл.

– Не я, – эхом отозвался Дэм.

– Других подозреваемых у меня нет! – рявкнул Бреслав, поняв, что правды от племянников не добьется. – Значит так, очухается, приведете сюда. Будет в моем доме служить…

– Дядя! – два недовольных голоса.

– Не сметь рычать на старшего! – прикрикнул Бреслав. – А вы оба на дальнюю заставу неделек на пять. И матерям передайте, чтобы и глаз не казали просить за вас! Ох, рано отцы ваши сгинули, по глупости, по молодости…

Как и всегда при воспоминании о братьях Бреслав моментально загрустил и растерял весь пыл. Так уж сложилось – ему Великая медведица детей не послала, а братья родили по сыну и пропали где-то в дальних лесах. Много лет уже вожак воспитывал Демида и Валериана как родных и никак решить не мог, кто из племянников достоин занять его место. Вот и очередной сюрприз – притащили полумертвую иномирянку. Вроде бы вышвырни за границы своей территории и пусть станет кормом для дичи. А нет! Кто-то из медвежат додумался метку поставить! И абсолютно непонятно зачем – девка как девка же! Теперь эти дураки пойдут от рысей отбиваться, а девица дощатые полы в его доме драить. А мамаши бегать каждый день станут, на жалость давить, просить сыночков вернуть. Снохи Бреслава, как овдовели, так и смотреть больше ни на кого не стали. Одинокие бабы с единственным светом в окошке – сыновьями. Парни, надо сказать, отличные получились. Сильные, высокие, красивые. Только вот горячие и недальновидные, как их отцы. И что с этими сорванцами делать?

Тяжело вздохнул вожак, в очередной раз осознав всю тяжесть на своих плечах. А Вэл и Дэм, пользуясь моментом, потихоньку, бочком направились к выходу. Пока дядя молчит, есть надежда сбежать. Чтобы еще больших наказаний не получить.

Племянники Бреслава прекрасно понимали – ничего хорошего не произошло. Посещения параллельного мира строго контролировались, и никаких причин гулять по тому лесу у них не было. Не говоря о том, чтобы регулярно мотаться туда и заигрывать с человеческими девушками. Но к счастью, об этом дядя пока не прознал.

Выйдя на крыльцо провинившиеся начали толкаться и подначивать друг друга. Полушутя, полусерьезно. Проверяя друг друга на ложь и пытаясь подловить.

– Это ты, признайся! – шипел один в полголоса.

– Сам признавайся, если есть в чем! – огрызался второй.

Но не шумели особо, внимания к себе не привлекали. Знали, что вторая беседа с дядей может стать еще более неприятной. Бреслав и поколотить племянников бы не погнушался. Таких случаев они оба помнили с десяток.

Поэтому потолкавшись немного, разошлись в разные стороны. О собственных подвигах еще мамам нужно рассказать. Причем как-то так, чтобы все вокруг оказались виноваты. Но только не они, идеальные отпрыски лучших отцов…

Демид, пиная камешки на узенькой тропинке к большому дому чуть в стороне от поселения, все думал о прелестной девчонке. Она так сладко пахла. И звонко смеялась. Он бы снес любое наказание от дяди, если бы мог увидеть Нину сразу, сегодня же. И откуда там братец взялся? Договорились же – ходить по одному, чтобы не выдать своих тайных вылазок. Планировалось романтическое свидание на какой-нибудь романтической опушке. А получилось, что получилось… Но не так уж плохо в конечном итоге. Нина здесь, лекари потрудятся над ней, выпоят настоями – будет как новая в общем!

Дэм постарался не думать о плохом, выбросить из головы сожаления, сосущее чувство вины и прочие ненужные медведю мысли и эмоции. Конечно же это не была любовь! Просто скоротечное увлечение. С медведицами такое немыслимо, а с человечками – пожалуйста. Если никто не знает.

– Дэм! – вырвал из размышлений мамин окрик.

Высокая крепкая женщина стояла на крыльце и поджидала сына. А тот сразу понял, что уже доложил кто-то. И он даже догадывался кто… Ох, получит потом эта мелкая доставала!

– Привет, мам! – крикнул Демид с улыбкой, будто бы ничего не произошло. – А я на минутку.

– За вещами, знаю, – медведица спустилась с крыльца, комкая в руках засаленное кухонное полотенце.

– Да, – Дэм продолжал улыбаться и пытался при этом обойти мать подальше. – Дядя поближе к рысям отправил. Сказал, что без моего таланта разведчика никак. Очень я нужен общине.

– Ага, мне так и передали, – нахмурилась Верея.

А потом резко подняла руку и принялась стегать сыночка полотенцем.

– Мам! – подпрыгнул Демид на месте и резко бросился к дому.

– Что мам?! Ты что натворил опять, паршивец?! – женщина ни на шаг не отставала от вполне взрослого на вид мужчины. – Ты хоть понимаешь, как я маяться буду?!

– Да все хорошо будет, мам! – Дэм изо всех сил пытался увернуться от тяжелой руки родительницы.

Но это было не таким уж простым делом. Верея давно взяла на себя роль грозного воспитателя, а не только ласковой матери. Не хотела она, чтобы отцовский характер погубил сына. Но пока выходило так, что рос полной копией. А она помнила еще, как в молодости проказничала вместе с любимым. А сейчас вот тряслась за единственного сына, плакала по ночам, бегала украдкой к Бреславу. Нет, не его место для кровиночки выпрашивала – наоборот, просила защитить. От всего, что сердцу матери казалось опасным.

– Ну, мам! Ну хватит! – Дэм остановился, тяжело дыша.

Сколько можно скакать по двору молодым козликом?! Уже все домочадцы со смеху под окнами катаются наверняка. Гнева Вереи все опасаются, но только сын может остановить ее парой слов и доброй улыбкой. Вот и сейчас медведица замерла, строго глядя на Демида.

– Притащишь девку домой, сожру, – прошипела с чуть слышным ворчанием. – Понял?

– Дядя велел ей к нему в дом идти, – поспешил Дэм успокоить мать.

– Вот пусть там и остается. И будет игрушкой того, кого Бреслав умаслить решит. А ты чтоб не лез, даже мимо не ходил. Тебе о паре подумать пора, о медвежатах, а ты…

У Вереи и слов приличных не было. Это ж скоро все поселение и соседние узнают. Какая ж приличная медведица за ее дуболома пойдет? А она так мечтала, чтобы остепенился поскорей, детишек завел. Тогда Бреслав смягчится, перестанет гонять племянника по дальним заставам. Да и невестка будет мужа в ежовых рукавицах держать, не до шалостей станет.

Валериана дома встретили поласковей. Мать утешила, приголубила, велела нести службу как следует и не ввязываться больше в сомнительные авантюры. Святава сына не стремилась перевоспитать на свой лад. Да и вообще считала, что с пути его братец сбивает. Медведица в своих мечтах именно Вэла видела следующим вожаком. Поэтому всегда призывала сыночка к послушанию, умасливала быть послушным воле Бреслава. Вот и сейчас – если дядька наказал, значит, все правильно сделал. Велел на границу с рысями ехать – нужен Валериан там больше остальных.

Сам Вэл вовсе не хотел отбывать наказание, хотя и вину свою чувствовал. Он был согласен с матерью и всерьез готовился занять главный дом поселения. А для этого лучше всегда быть поближе к Бреславу и его приближенным. А если внезапный вызов, пока он там молодняк кошачьих гоняет? Уйдет главенство к сильнейшему, ведь дядюшка уже не молод. Борись потом на общих основаниях…

Но иномирянка Валериану нравилась. Он первым достал ее номер телефона. Пусть и обходными путями – через приятеля, рабочего проката. Однако Нина не рассердилась на такую вольность, а только посмеялась. Приняв напускную застенчивость Вэла за искренность. А он просто не хотел спешить – подбирался к девушке медленно, присматривался, принюхивался. И когда узнал, что Демид опередил его и позвал Нину на свидание, никак не смог стерпеть. Бросился за братом в параллельный мир и там ни на минуту не выпускал его и девушку из вида.

Закончилось все совсем не так, как он планировал. Не ожидал, что дядя прознает. И приравняет его и Дэма по проступкам и непослушанию. Бреслав всегда отмечал рассудительность и трезвомыслие Вэла, пусть тот и разыгрывал это. Но работало же! А теперь дядя, очевидно, считает, что племянники стоят друг друга. Придется теперь особо рвение на дальней заставе демонстрировать. По струнке буквально ходить, чтобы Бреслав списал все на досадную случайность, а не на намеренное нарушение правил общины.

Валериан спокойно собрал небогатые пожитки, умылся перед дорогой. Попрощался с матушкой и домашними и отправился в воинский дом на краю поселения. Дэм уже поджидал его здесь, сидя на лавке. Перед ним ходил Здебор, командующий дружиной, и распекал на все лады. Но после внушения Бреслава это вряд ли могло кого-то напугать. Точно не племянников главы медведей.

– Вот и второй, – Здебор неодобрительно воззрился на вошедшего Вэла. – Идите уже с глаз долой.

Махнул командующий рукой в сторону двери. Он не считал кого-то из молодняка достойным вскоре занять место своего друга. Надеялся, что Бреслав еще долго сможет главенствовать в общине, благодаря чему распри и борьба за власть станут невозможными. Но вожак рассудил иначе – очень уж хотел лично вверить судьбы медведей тому, кого выберет.

Дэм и Вэл вышли за калитку и тут же свернули в лес на знакомую травинку. По дороге молчали, каждый думал о своем. Никакого желания шутить и дурачиться не осталось. На дальней заставе было ужасно скучно. А за дисциплиной следил самый строгий дружинник, Росслав. С ним и подольше не поспишь, и послаще не поешь. Гонять будет как медвежат-подростков. С ними же в одном строю. А потом каждому вручит по отряду молодняка и велит возиться до седьмого пота. А они же не няньки! А племянники самого Бреслава.

Медведи дошли до последней поляны рядом с поселением и собрались свернуть в густой подлесок. Как вдруг из ближайших кустов выглянула миленькая девИца. Улыбнулась парням и тут же покраснела.

– Милица! – воскликнул Демид. – Ты что тут делаешь? Тебя же дома потеряют!

– Не потеряют, – девчонка вышла из кустов, сняла с подола сарафана несколько прилипших листочков. – Я к колодцу отпросилась.

– Так он в другой стороне, – насмешливо фыркнул Вэл.

– Вот именно, – поддержал брата Дэм и грозно глянул на Милицу.

– Я попрощаться хотела, – пискнула девчонка и закрыла лицо ладошками.

– Ага, а язык за зубами держать ты не хотела? – сделал свирепое лицо Демид. – Мамке зачем все рассказала, зараза мелкая?!

– Так не могла же не сказать, – оторопела Милица. – Она ж так переживает, когда вы проказничаете.

Теперь уже в голосе девочки-подростка слышался явный упрек. Она даже руки в бока уперла от возмущения.

– Сколько раз просил не докладывать! – окончательно рассвирепел Демид. – Иди домой! И не ходи за мной больше!

И первый полез в густой кустарник.

– Слушайся старших, Милица, – подмигнул расстроенной девчонке Вэл и направился за братом.

2

Нина

В себя приходила медленно, мучительно. Голова так раскалывалась, что едва открыв глаза, я закрывала их снова. Но когда удавалось что-то разглядеть вокруг, всегда рядом была одна и та же старуха. Она шептала что-то неразборчивое, сочувственно качала головой. Поправляла одеяло или подносила ко рту деревянную чашку с вонючей жижей. Ее она буквально силком вливала в меня. И ни сопротивление, ни рвотные позывы не помогали избежать мерзкого питья.

Окончательно я очухалась внезапно. Просто проснулась и поняла, что могу моргать и не терять при этом сознание. Полежала немного, осматриваясь. Потом чуть повернула голову в сторону. В виске заныло, но вполне терпимо.

– Пить, – кое-как выдавила из себя.

Но никто не услышал, никто не принес воды. А я ведь была уверена, что старуха по-прежнему где-то здесь.

Лежать в одиночестве пришлось долго. Настолько долго, что все тело заныло. Тогда я попыталась встать. Получилось не сразу, но все же вышло. Сев на кровати, я замерла ненадолго. До тех пор пока комната передо мной не перестала кружиться. А когда зрение удалось сфокусировать, в паре шагов я увидела кадку с ковшом. Вода? Питьевая? Вероятно, потому что рядом стол, а на нем хлеб. Или что-то похожее на него. Нарезано неровными ломтями.

Встала, схватившись за бревенчатую стену. Шаг, другой – то, что казалось таким близким, невероятно отдалилось от меня. Семь потов сошло, пока я добрела до низенького грубо сколоченного столика. Ухватилась непослушными пальцами за столешницу, подождала, пока голова перестанет кружиться. Потом схватила кусок хлеба и поспешно засунула в рот. Еще и на дверь обернулась – не видит ли кто-нибудь, не отберет ли?

Голод был просто страшный, но сжевала я всего один ломоть. Да и тот доела с трудом. Хлеб падал в желудок тяжелыми комками, сразу стало подташнивать. Поэтому я не отважилась есть дальше. Предпочла запить. Вода оказалась вкусной, колодезной, холодной. Но моим внутренностям и она не сильно пришлась по вкусу. От острой рези в животе я согнулась пополам и рухнула на колени. Меня тут же вырвало только что съеденным.

Именно в этот момент в дверях показалась старуха. Она запричитала, заругалась, заголосила. Испугалась ее реакции и попыталась заползти под стол. Но бабка неожиданно проявила недюжинную силу – выволокла меня из-под мебели и рывком поставила на ноги. Заставила наклониться над тазом, который я раньше даже не заметила, и умыла из той же кадки.

Потом в два рывка вернула на кровать и велела лежать смирно. Послушно подтянула колени к груди и обняла их. А пока наблюдала за тем, как пожилая женщина приводит в порядок комнату, вдруг осознала, что вполне неплохо понимаю, что она себе под нос бормочет. Ничего особенно интересного – меня ругает. Что, мол, свалилась на ее голову напасть, а все проклятые медведи виноваты. Вот тут я с ней готова была согласиться – именно эти дикие звери виноваты в моих злоключениях. Неужели меня все-таки спасли? Я в домике лесника? В охотничьей заимке?

– Где мой телефон? – прошептала едва слышно.

Точно помню, что он со мной был. Вдруг здесь связь есть.

– У Бреслава все, – буркнула в ответ старуха и даже головы не повернула.

И кто такой этот Бреслав? Но хотя бы я теперь точно знаю, что мои вещи не потеряны. Одежду бы еще нормальную, а то я в какой-то длинной тканой рубахе. Как в фильмах про крепостных крестьян.

Попыталась разузнать у бабки еще что-нибудь, но она отделывалась междометиями и неприязненными взглядами. Недостаточно хорошо понимает меня? Или говорить не хочет? Не знает или просто от злости, что устроила тут бардак?

От нечего делать я принялась разглядывать обстановку. Бедно, как-то отстало что ли… На окнах нет занавесок, кровать – всего лишь настил на полу, все деревянное и даже некрашеное. Нормальной посуды, техники или тому подобного не видно.

От праздного любопытства отвлекла та же старуха. Кружкой с отвратительным варевом, которое я уже определяла по запаху на приличном расстоянии. Стоило бабке отойти от глиняного очага, как я тут же села на постели и протестующе прикрыла рот ладонями. Еще и головой помотала для верности. Но мучительнице мои хочу-не хочу были до лампочки. Она решительно прошаркала к кровати и подсунула отвар мне прямо под нос.

– Пей! – пробормотала повелительно.

Я только яростней помотала головой.

– Тебе нужны силы, – посмотрела на меня серьезно. – В доме главного медведя работы много. Не справишься – погибнешь.

И так спокойно искренне она это сказала, что я как-то на автомате взяла чашку из ее сухой тонкой руки. Потом, правда, я минут двадцать причитала и жаловалась на судьбу. Но пила маленькими глоточками. Как-то же я выкарабкалась, а горы таблеток или шприцов я здесь не вижу.

Когда я допила противную жижу, замолчала. Погрустнела и приуныла. Силы мне понадобятся? Для чего? Для какого-то медведя и его дома? Надеюсь, они тут так сельского старосту называют или кого-то подобного. Потому что про медведей после последнего приключения мне даже слышать не хочется…

Забирая кружку, старуха вдруг ответила на мои стенания.

– Да, судьбинушка тебе горькая выпала, девка… Работа ждет тяжелая. Привыкнешь ко всему новому не сразу. Но главное – место свое не забывай. Медведи такое не прощают.

Зыркнула на меня свирепо и отвернулась. Опять медведи?!

– Бабушка, – я решила воспользоваться ее словоохотливостью и еще раз попытаться выведать что-то. – А где эти медведи? Где дом главного медведя?

Логично же, что это автоматом ответит и на вопрос, где собственно я нахожусь. Я даже кое-как улыбку изобразила. Хотя виски опять начало ломить. От усилий или от мозговой деятельности, не знаю, но чувство такое будто по голове молоточками стучат.

– В поселении оборотней, – огорошила бабка. – Недалеко отсюда центральная усадьба. Там жить будешь. И служить. Бреслава слушайся. С медведицами не связывайся, вообще глаз на них не поднимай. Не любят этого.

Ну все понятно, старуха того. Окончательно и бесповоротно. Оборотни. Это надо же такое придумать? Так, зайду с другой стороны…

– А телефон здесь есть? Не мой, который у Бреслава, – с трудом выговорила непривычное имя. – А другой какой-нибудь. Стационарный. С проводами.

С надеждой уставилась на бабку. Ну же скажи, откуда позвонить можно. Сто двенадцать вроде? Ноль один тоже сойдет.

– Тут такого нет. И твой тоже работать не будет, – проговорила так, словно не до конца понимает, о чем я.

Но при этом достаточно, чтобы дать отрицательный ответ. Загадка какая-то…

– Хорошо, – пробормотала задумчиво. – А этот Бреслав, я могу его увидеть?

– В свое время. Сам придет.

– А мне поскорей надо.

В конце концов, кроме этого загадочного дядьки и каких-то мифических медведей она вообще никого не упоминала.

– Тебе выздороветь надо, – буркнула старуха рассерженно.

Отвернулась, отошла к столу. И принялась толочь в ступке какие-то травы, зло бурча себе под нос что-то плохо различимое. Ясно, разговор окончен. Ни телефона, Ни Бреслава мне…

Но с этого дня я стала меньше спать. Или валяться в беспамятстве – не знаю, как уж оно там было на самом деле. Вставала, смотрела, что делает старуха. Потом принялась повторять за ней. Сначала с пустыми руками, просто копируя движения. Не просила ничего, не говорила с ней. Постепенно она начала доверять мне свои нехитрые дела. Растолочь травы, замесить тесто, перевернуть лепешки на очаге, убрать со стола.

Иногда бабка уходила. В такие моменты я будто замирала от страха. Понятия не имею, почему, но было очень жутко. С улицы не доносилось ни звука, кроме шелеста листьев под легким ветром. Но в конце концов, я решилась выглянуть за дверь. Случилось это однажды под вечер. Хозяйки домика уже давно не было, и мне вдруг показалось, что меня забыли здесь. Совсем одну, никому не нужную и неинтересную. Минут за пять моя паника разогналась до предельного уровня. Я непременно умру тут… От голода, холода, банального поноса.

Даже подумать не успела, как распахнула узкую дощатую дверь. Петли громко заскрипели, оповещая весь лес о моем смелом поступке. От порога я отошла всего на пару шагов – не понять откуда появившаяся старуха с руганью загнала обратно.

– Нельзя! Сиди тут! Сюда молодняк не проберется, безопасно, – торопливо говорила и показывала на какие-то фигурки над дверью. – Бреслав дал, только он войдет. Сам заберет тебя.

– Когда?! – психанула вдруг я.

Ну правда, сколько можно сидеть здесь и ждать какого-то Бреслава?! Я вообще-то свободный человек! Куда хочу, туда иду! Я уже смотреть не могу на пресные лепешки и какую-то травы типа щавеля! Мне моя одежда нужна! И телефон! Это все, между прочим, денег стоит!!!

Бабка ответом меня не удостоила. Отвернулась к столу и занялась травами. Я же снова направилась к двери, практически пнула ее, распахивая. Не глядя на бросившуюся ко мне старуху уверенно шагнула вперед, потом еще и еще. И вдруг из кустов прямо в мою сторону выпрыгнул медвежонок. Маленький, но уже довольно злобный. Он зарычал, встал на задние лапы и стал угрожающе покачиваться. Я заверещала и ринулась обратно в избушку, чуть не сбив бабку с ног. Та что-то прокричала зверю и пошла следом.

Внутри я забилась под стол и долго отказывалась вылезать оттуда. Как старуха не уверяла, что здесь безопасно – слишком яркими все еще были картинки в голове про ночное преследование. Все еще ночами иногда снился яростный рык медведей и отсвет их красных глаз в темноте.

После своей отчаянной попытки выбраться отсюда я погрузилась в какое-то отупение. Ела, делала, что поручали, ложилась спать и вставала на автомате. Начало казаться, что я никогда не выберусь отсюда. Но в одно утро дверь вдруг с треском распахнулась и на пороге возник высокий статный, немолодой уже мужчина. Я вздрогнула и поспешила укрыться в углу за занавеской.

– А мне сказали, что ты окрепла и осмелела, – послышался насмешливый грубоватый голос и звук шагов.

Я съежилась над импровизированным умывальником, сжимая в руках ступку.

– Я Бреслав, – мужчина отдернул шторку и с интересом уставился на меня. – Просила о встрече? Я пришел.

– Здрасте, – кое-как вытолкнула из себя.

Воздуха заметно не хватало. Я смотрела на гостя во все глаза и не знала, что сказать. Какой же он огромный и страшный. Нет, не внешне. Но будто какая-то невидимая мощь от него исходит. Такая, что хочется бежать без оглядки и молиться, чтобы следующей встречи не произошло.

– Как зовут? – поинтересовался спокойно.

– Нина.

– Отлично, вот и познакомились. Жить у меня будешь. Вся работа по дому, беспрекословное послушание и жесткая дисциплина. Тогда, возможно, проживешь долго, – припечатал.

Ноги перестали меня слушаться, колени подогнулись, и я осела на пол. Он тоже ненормальный?

3

Бреслав с легким раздражением смотрел на человеческую девушку, трясущуюся от страха в углу. Одни проблемы с иномирянками – но кровь как-то разбавлять надо. Эта Нина родит общине крепких, красивых медвежат, которые не будут претендовать на власть. Зато отлично послужат в качестве военной силы и рабочих рук. Только нужно внимательно приглядывать за девчонкой, пока ей надежный спутник не отыщется. И что только в ней его племянники нашли? Обычная, кожа да кости, небольшого роста, темненькая. Глаза, правда, необычные. Ярко-голубые, холодные, словно льдинки в бурных потоках весенней реки. У истинных медведиц таких не бывает.

– Вставай, – негромко рычит медведь, но девушку будто невидимой силой поднимает.

Старуха суетиться вокруг, собирая травы и отвары, которые Бреслав в прошлый визит заказывал. Потом собирает все в узелок и сует в руки попаданке. Та стоит перед оборотнем ни жива, ни мертва.

– Нина, – тянет Бреслав, хитро прищурившись. – Пойдем со мной, телефон твой отдам.

– Правда?! – обещание выводит девушку из ступора.

Она улыбается и нерешительно шагает в сторону медведя.

– Конечно. И одежду. Правда, носить ее у нас ты не сможешь. Гильда? – нетерпеливо рявкает на старуху.

И бабка несется за плащом для Нины. Долго ищет его в огороженной части комнаты, но вскоре приносит с извиняющейся улыбкой. Накидывает иномирянке на плечи, а после распахивает перед ней входную дверь. Бреслав выходит первым, не особо заботясь, идут ли за ним. Старуха буквально выталкивает Нику из избушки и запирается изнутри. Услышав щелчок задвижки, девушка окончательно осознает, что обратного пути нет. И начинает горько плакать – беззвучно, незаметно, тоскливо.

Медведь идет вперед, раздвигая кусты и не обращая ни малейшего внимания на Нину. Ему, в сущности, безразлична ее дальнейшая судьба. Он всего лишь должен выполнить свой долг главы – оградить племянников от глупостей, не дать возникнуть осуждаемой связи. Для его наследников это абсолютно недопустимо. Если бы женаты были, но первой самкой – никогда!

Нина послушно плетется следом за Бреславом. Тихонько утирает слезы и прижимает к груди узелок. Часть этих снадобий она сделала сама, хотя и понятия не имеет, для чего они. И для кого. Чем дальше в лес, тем больше не по себе девушке – что если этот Бреслав злодей похуже медведей? Она же ничего не знает достоверно ни о нем, ни о старухе. Действительно ли отдаст телефон? Или это лишь предлог, чтобы выманить ее из домика без лишнего шума?

Когда вдалеке между деревьями показывается поселение, Нина немного успокаивается. Из труб аккуратных бревенчатых изб струится дым, доносятся голоса жителей. По площадке вокруг колодца носятся чумазые детишки. Одно кажется странным попаданке – не видно собак и кошек, которые так привычны для обычных человеческих деревенек.

Бреслав и Нина не успели дойти до крайних домов, когда в ближайших кустах послышалась какая-то возня. Медведь остановился и нахмурил густые брови.

– А ну выходите! – рявкнул так, что Нина вздрогнула от неожиданности.

Иномирянка посчитала, что это какое-то животное копошится в попытке спрятаться от людей, но нет. Между листьев показалось конопатое личико рыжеволосой девочки-подростка.

– Милица! – зарычал Бреслав. – Ты почему в учебное время прохлаждаешься здесь?

– Я посмотреть хотела, – девочка виновато опустила голову и для пущей убедительности всхлипнула.

– Посмотрела? Теперь быстро обратно! – строго велел Бреслав.

Милица вывалилась из кустов и пристально посмотрела на Нину, уперев руки в бока.

– Посмотрела. Ничего особенного. Страшненькая и худющая! – потом показала опешившей от такого знакомства Нине язык и побежала прочь.

– Пигалица, – прошептал себе под нос Бреслав и пошел дальше.

Окончательно сбитая с толку иномирянка безрадостно поплелась за ним, стараясь не отставать. В голове Нины было столько мыслей, что не до выходок маленькой хамки. Только бы до телефона добраться и позвонить 112! А потом можно даже в отель не заезжать, сразу бы домой. Хотя документы все же нужно забрать. Но только не две недели отработки – она не хочет в этих лесах и лишней минуты провести!

Вскоре, правда, девушка осознала, что повстречавшаяся девочка не единственная любопытствующая. Как только Бреслав и Нина вышли на ровные широкие дорожки поселения, вдоль них стали собираться жители. Они кланялись главе и с интересом разглядывали пришлую. Совершенно не стесняясь проявлять столь навязчивое внимание. Мужчины смотрели нейтрально, но пристально. А женщины больше отворачивались после тщательного осмотра и перешептывались между собой. Неодобрительный гул несся вслед Бреславу и его спутнице. В конце концов медведь не выдержал. Остановился, развернулся, глянул неодобрительно на членов общины и рявкнул строго:

– Хватит! Идите по своим делам! Это моя новая служанка, ничего интересного!

Где-то глубоко внутри Нина все еще надеялась, что хоть один благоразумный человек в округе найдется. Вот же они – люди. Видят ее, обсуждают. Неужели никто не возмутится, что ее назвали прислугой без всякого на то основания? Не соглашалась она работать на этого Бреслава. Так почему же все послушно пошли прочь?

– Почти пришли, – буркнул Бреслав и кивком поторопил девушку.

Она с тоской еще раз посмотрела на удаляющихся свидетелей ее сложностей и потопала за единственным, кто с ней согласен был разговаривать на данный момент. Нина уже догадалась, куда именно они идут. Самый большой дом, поставленный крыльцом в сторону центральной площадки поселения, был хорошо виден издалека. Молодые мужчины, что сидели на ступеньках или стояли поодаль, при приближении Бреслава встали и выстроились вдоль дорожки. Нина прошла мимо них, низко опустив голову. Столь очевидный интерес исходил с их стороны, что становилось страшно встретиться взглядом хоть с одним.

В доме девушка немного расслабилась – дверь отделила ее от многого непонятного и пугающего. К Бреславу же она уже почти привыкла. В передней большой комнате иномирянка увидела огромный дубовый стол, а на нем свое нехитрое имущество. Телефон лежал особняком от стопки одежды. Нина бросилась поскорей к своему простенькому смартфону – готова была целовать гаджет. Но нажав пару кнопок, вдруг поняла, что устройство безнадежно разряжено. Даже не включается.

– У вас есть зарядник?! – с сумасшедшей надеждой обернулась к Бреславу. – Универсальный подойдет! Пожалуйста! Мне нужно зарядить телефон!

– Нет, такого у меня нет, – со спокойной улыбкой ответил медведь и сел на свое излюбленное место.

На огромный резной стул во главе стола. Главное свидетельство его статуса, атрибут его власти. Вытянул ноги, немного развалился. Нина стала первой попаданкой со времен начала его предводительства, но не первой на его памяти. Бреслав прекрасно знал, что последует дальше, и хотел устроиться поудобней для долгого сложного разговора.

– А как вы сами заряжаете телефоны? – недоумевающе поинтересовалась Нина и оглядела комнату в поисках всевозможной электроники.

А когда ее взгляд вернулся к Бреславу, на ее лице уже появилось понимание. Ни в передней, ни во всем доме не было ничего, что нуждалось бы в зарядке. Собственно, и розеток не было. И вообще электричества.

– Даже если бы я смог раздобыть где-то нужную тебе вещь, использовать здесь ее все равно нет возможности, – подтвердил медведь догадки девушки.

– Но как? Здесь нет электричества? – Нина выглядела настолько ошарашенной, что Бреславу даже стало ее немного жаль.

– Совсем, – покачал он головой и грустно улыбнулся. – Присядь-ка, я кое-что расскажу тебе…

Девушка опустилась на самый дальний от хозяина стул. Сложила руки на столе, рядом пристроила бесполезный телефон. И внимательно посмотрела на Бреслава. Нина вся буквально подобралась, словно находилась на выпускном экзамене, после которого вся жизнь впереди. В некотором роде так оно и было…

– Нина, у нас нет многого из того, к чему ты привыкла, – мягко начал оборотень. – Электричества, многоэтажных домов, машин, работы в офисах и прочего. Мы живем несколько иначе. Но если уж так сложилось, что ты оказалась здесь, придется как-то адаптироваться. И чем быстрее ты это сделаешь, тем тебе же лучше…

Слова Бреслав сопроводил тяжелым взглядом. Нина поежилась, но все же рискнула спросить:

– А не могу я просто вернуться обратно? – спросила с надеждой в голосе. – Я никому не расскажу, честно-честно!

– Чего не расскажешь? – усмехнулся медведь. – Ты пока не знаешь ничего. А вернуться нельзя, к сожалению. На тебе метка неизвестного, и по ней тебя где угодно отыщут. Хорошо, если кто-то из нашей общины. Но может и чужаки. Поверь, это была бы незавидная судьба.

– А где мы вообще? Где располагается община? – девушка решила вытянуть из мужчины хоть какие-то крупицы информации.

Если главарь какой-то секты говорит, что вернуться нельзя – это вовсе не повод ему верить. Это всего лишь значит, что он этого не хочет и помогать не станет. Но из любого леса можно выбраться, если знать куда идти. Ведь так?

Нина одновременно и уговаривала себя, чтобы не паниковать, и старалась не показывать волнения Бреславу. А его именно это как раз и настораживало. Несколько раз он слышал, как кричат попаданки – протяжно, горько, безнадежно. Как плачут днями и ночами не в силах смириться с новой реальностью. Как забиваются в самые темные углы их нового дома в надежде, что там их оборотни не достанут. А эта сидит и серьезным тоном вопросы задает… И про метку будто между ушей пропустила. Совсем неинтересно, кто ее своей сделал без спроса и всякого права на то? Видимо, нет.

– Община находится в другом мире, – медведь ответил невозмутимо, поддерживая игру попаданки. – Параллельном вашему. Сходств много, отличие одно, но очень существенное. Этот мир принадлежит оборотням. Мы правим всеми прочими существами здесь. В том числе людьми. У таких, как ты, тут нет никаких прав. Вы служите нам, за это мы позволяем вам жить на наших землях. Еще вопросы?

Под конец в голосе Бреслава послышалась легкая насмешка. А как иначе – на лице Нины было написано столько непередаваемых эмоций…

– Оборотни? – переспросила она. – Это такие существа, которые могут превращаться в зверей?

Девушка и сама бы не смогла объяснить, зачем уточняет. Ужас, медленно поднимающийся внутри, буквально заставлял открывать рот. Потому что если она не узнает немедленно, попросту сойдет с ума.

– Нет, это такие существа, которые могут превращаться в людей. Точнее могут выглядеть точно как люди. Но это не делает нас идентичными. Мы принадлежим к разным видам. И очень советую никогда об этом не забывать. У нас свои законы, традиции, обычаи. Постепенно ты все узнаешь, поймешь, а пока просто будь осторожней. Из дома ни ногой без моего ведома и разрешения. И даже здесь ни с кем не разговаривай, не нужно.

– Почему я не могу вернуться? – голос Нины сорвался на писк. – Если можно сюда, то и обратно должен быть способ!

4

Нина

Меня била крупная дрожь. В подлокотники вцепилась так, что пальцы побелели. О чем он говорит? Какой другой мир? Это шутка?! Розыгрыш?! Оборотни… Уж не медведи ли? Нет, этот кошмар не может быть правдой. Нужно проснуться, немедленно проснуться. Умыться холодной водой и идти в ресторан на работу. А плохие сны пусть остаются в ночной темноте и тишине.

– Нет, Нина, это не сон, – очень по-сноведенчески Бреслав словно угадал мои мысли. – И поверь, мне это радости не добавляет. Одни проблемы и хлопоты. А насчет способа попасть обратно… Он есть. Но владеют такой магией драконы да сильные ведьмаки. Оборотни не все и сами умеют перемещаться. И предвосхищая твой следующий вопрос – нет, никто не отправит тебя обратно, пока на тебе метка одного из нас.

– Что за метка? – вдруг поняла, что слышу это непонятное слово не впервые.

– Наконец-то ты сосредоточилась на главном, – несколько насмешливо ответил мужчина.

Честно, его снисходительно-покровительственный тон уже начал утомлять. Какого он ведет себя так?! Да пусть хоть трижды оборотень! Я-то не местная, и их законам не подчиняюсь! Если следовать его логике, то я свободная женщина из другого мира! Вот! Но высказаться на данную тему я не успела, Бреслав продолжил:

– В момент перехода или чуть раньше тебя отметил кто-то из моих соплеменников. Кто, я не знаю. Никто из возможных виновников не признался. Поэтому есть вероятность, что был кто-то третий.

– А эту метку можно как-то снять? – пробормотала озадаченно.

О том что за переход и о трех загадочных провинившихся даже думать не хочу. Слишком много бредовой информации за короткий период – в голове такая каша, что хочется закричать во весь голос. Но я молчу и внимательно смотрю на сидящего по другую сторону стола мужчину. И жду его ответа.

– Не просто можно, а нужно, – тяжело вздохнул Бреслав. – Я очень разозлен, что кто-то позволил себе такую вольность. И хочу это исправить. И давай поступим так – если ты поможешь мне узнать, кто это сделал, я со своей стороны совершу все необходимые действия, чтобы освободить тебя от метки и отправить домой.

– А как я это узнаю? – мой интерес к разговору достиг наивысшей точки.

Было такое чувство, что вот-вот я узнаю великий секрет, который решит все мои проблемы разом.

– Очень просто. Рано или поздно тот, кто отметил тебя, сам придет.

– И? – непонимающе уставилась на мужчину.

Придет он, а дальше? Как я пойму, что пришел именно тот. Кстати, кто тот? Мужчина? Оборотень? Медведь? Может быть, дракон или ведьмак? Я всех мифических существ, упомянутых Бреславом, вспомнила?

– Как бы это помягче, – кажется, этот огромный жесткий мужчина слегка смутился. – Придет, не в смысле подойдет поближе или войдет в дом… Он придет, чтобы сделать тебя своей окончательно.

– Съесть? – выдала первое, что пришло в голову.

Все же беготня от медведей по ночному лесу, похоже, наложила серьезный отпечаток на мою психику. Теперь все время чудится, что меня кто-то сожрать хочет…

– Что?!

Одним словом мне удалось сделать то, что казалось абсолютно невероятным. Изумить Бреслава.

– Что? – переспросила. – Что это значит «сделать своей»? Увести, украсть, запереть в другом доме? Убить? Съесть?

Снова повторила это, наблюдая за тем, как вытягивается лицо мужчины. Очевидно, я начинаю его утомлять.

– Мы не едим людей, – отчеканил зло. – Задрать можем, но есть не станем. Вы слишком сладкие.

От его откровений меня чуть не вывернуло прямо на чудесный дубовый стол. Прикрыла рот ладонью, опустила голову пониже. Так, вдох-выдох, вдох-выдох… Но его последние слова никак не хотели улетучиваться из мыслей. А живое воображение подкидывало подходящие картинки. С медведями, конечно же… Сладкие мы. А мёд же любят. И малину.

Сделать своей, сделать своей… Да зачем я оборотню сдалась?! Любому. Личная служанка, может быть??? Если уж люди им служат.

Бреслав продолжал отводить глаза, тяжело вздыхать и молчать. Я тоже закрыла рот – еще что-нибудь не то скажу, и вдруг выяснится, что люди вполне даже ничего не вкус…

– Нина, ты же уже вполне взрослая девушка? По человеческим меркам? – поинтересовался неожиданно.

– Да, – кивнула. – У меня паспорт есть, я работаю.

– В брак можешь вступать? – очередным вопросом удивил еще больше.

– Да, – насторожилась немного.

Куда он клонит? Замуж меня отдать решил? Чтобы от проблем избавиться, про которые мне рассказывал?

– Ну вот в этом и смысл. Тот, кто отметил тебя, придет, чтобы сделать тебя своей ПАРОЙ.

Последнее слово Бреслав особенно выделил интонацией. И многозначительно посмотрел на меня. Теперь уже я начала искать, куда деть глаза. Ах, в этом смысле… Как-то даже в голову не пришло.

– Но мы же разные виды, – пропищала и откашлялась.

Я, и правда, уже достаточно взрослая, чтобы не стесняться разговоров об этом самом.

– Виды разные, но смешанных пар у нас хватает. И потомство вырастает здоровым.

– Не хочу я никакого потомства! – возмутилась. – И пара мне не нужна!

– Это хорошо, – Бреслав радостно потер руки. – Значит, мы на одной стороне. Потому что метку можно снять только до того… Понимаешь? Поэтому нужно выяснить, кто, и сказать мне. А дальше я обо всем позабочусь. В случае удачи ты отправишься домой.

– А если не получится? – что-то я совсем приуныла от таких новостей.

– Значит, будет пара и потомство. Уж извини, Нина. Но у нас тоже есть законы, и даже я не могу их менять на свое усмотрение. Законная добыча оборотня может быть оспорена только в бою. Но никто не станет бросать вызов из-за человечки.

– Если никто не станет, – начала злиться. – То зачем этот загадочный оборотень отметил меня?!

– Полнолуние, – серьезно проговорил Бреслав, будто это могло что-то объяснить.

– Как в городских легендах? – решила уточнить.

– В общем, да. Оборотень был, скорее всего, юный и неопытный. Не смог справиться со зверем. Вот и результат – ты чуть не погибла при переходе.

– А можно переходить, не ударяясь головой о камни?

– Вполне.

Понятно, то есть эта предположительно медвежья сволочь не только отметила меня, но и чуть не угробила. Ну и какая пара и потомство могут быть после такого? Обойдется вилами и сковородой потяжелее…

– Давайте еще раз, Бреслав, – внимательно посмотрела на мужчину. – Придет какой-то оборотень, который станет нахально приставать ко мне. Я должна отказать ему и сообщить вам, кто это был. Так?

– Так.

– А он точно придет сюда, в ваш дом? – с сомнением поинтересовалась. – Вы же говорили, что здесь безопасно, и не нужно выходить никуда.

– Здесь безопасно, но это главный дом – сюда приходят многие. Как именно он будет действовать, я предсказать не могу. Возможно, попытается заболтать, выманить. Или же просто перекинет через плечо и утащит в лес.

Прекрасно, просто прекрасно… И он называет это безопасностью? Для него, наверное. Но не думаю, что кто-то в поселении рискнет ему угрожать и вне дома.

Какое-то время мы молчали. Тягостные думы буквально витали в воздухе. Неужели все это не бред? Есть ли хоть какая-то надежда, что я попала в новое шоу? Для которого похищают участников. Нет, это тоже не лучший вариант, но глухой лес в собственном мире – как-то спокойнее. Еще и камеры должны быть кругом. Снова внимательно осмотрела стены, потолок, пол. По идее можно отлично замаскировать технику. А еще любой бесконечный сериал имеет финальный эпизод. Это в том случае если зрителям вообще понравится. Как-то так… Либо безумные придумки о происходящем либо смириться с другим миров и оборотнями в нем.

– Можно еще вопрос? – промямлила негромко.

– Конечно, Нина. Только давай один, мне по делам нужно. Но в следующий раз я отвечу на все. Обещаю.

И усталая вымученная улыбка. Думает, мне доставляет удовольствие эта беседа? Зачем-то пытается быть вежливым…

– Вы медведь? – проговорила дрогнувшим писклявым голосом.

Представляю, как жалко сейчас выгляжу. Но, похоже, главный вопрос моей жизни сейчас звучит именно так.

– Оборотень, – недовольно поправил. – Оборотень-бер.

– И все здесь тоже? – стало так страшно, что захотелось сползти под стол.

– Да, – Бреслав, кажется, начал раздражаться на мою въедливость.

Я слишком любопытна для человеческой женщины? Для женщины любого вида?

– За мной гнались два медведя. В ту ночь когда я упала и ударилась.

– Знаю. И даже знаю, кто, – ошарашил.

– Тогда зачем вам моя помощь?! – воскликнула удивленно. – Понятно же, что кто-то из этих двоих сделал это! Они где-то рядом?! Могут прийти сюда?!

Я так перепугалась, что вскочила со стула и подошла к Бреславу слишком близко. И поняла это слишком поздно. Только после того, как он тоже поднялся и навис надо мной.

– Понятно, то понятно, – прорычал сквозь сжатые зубы. – Но не все так просто. Их все же двое, а признаться никто не пожелал. Возможно, был кто-то третий. Да, это маловероятно, согласен. Мне нужны доказательства…

– Зачем?! – поспешно перебила его. – Вы же здесь главный!

– Нина, – простонал Бреслав и упал обратно в свое огромное резное кресло. – Это сложно. Ты не поймешь все вот так сразу… Давай ты немного осмотришься, успокоишься. А этих двоих я отправил подальше. Надолго.

Отступила на пару шагов спиной вперед. На всякий. И правда, сложно адаптироваться – вроде бы страшно, а сама воплю, требую что-то.

– А где эта метка? Можно посмотреть на нее? – вопросы в голове вдруг завертелись хороводом.

– На ноге, – сухо ответил и пошел к выходу из комнаты. – Но ты вряд ли сможешь хорошо рассмотреть, там рана была. Только зарубцевалась. Драга!

Крикнул, остановившись на пороге. Я вздрогнула от неожиданности и придержала очередной вопрос. Через пару мгновений в коридоре появилась женщина. Неопределенного возраста, в длинном темном платье, на голове платок.

– Да, Бреслав? – женщина чуть склонила голову, обращаясь к хозяину дома.

– Это Нина, – показал на меня. – Проводи в ее комнату, покажи дом, объясни, чем будет заниматься. Я вернусь поздно.

– Нина, – повернулся ко мне. – Это Драга. Слушайся ее во всем. В мое отсутствие, как меня.

И ушел. Мы с Драгой изучающе глазели друг на друга, пока входная дверь не хлопнула. Ну, конечно… Зачем пояснять, кто такая вообще эта Драга? Жена, мать, экономка? Догадайся, Нина, сама! А может, спросить? Нет, мне на их женщин даже смотреть не велели… А я вот пялюсь стою. Вдруг она тоже медведь. Оборотень-бер точнее…

5

Нина

Женщина не сказала мне ни слова. Просто развернулась и пошла куда-то. А я метнулась обратно к столу, чтобы забрать свои вещи. Очевидно, они мне уже не пригодятся. Но это единственное, что связывает меня с понятным прошлым. Кусочек адекватности в бесконечных странностях.

Когда вернулась к выходу в коридор, Драги уже нигде не было видно. Она вот так просто оставила меня одну в огромном доме? Однако… Вряд ли надолго, конечно. Пользуясь моментом, тихонько подошла к окнам рядом с главным входом. Несколько молодых мужчин все еще на крыльце. Переговариваются негромко, не курят, не плюются, ни ругаются неприлично. Интересно, у них есть приказ удерживать меня, если захочу уйти? Проверять как-то не хочется – вдруг предостережения местных правдивы.

– Нина! – неожиданно раздался сзади глубокий гортанный голос.

Я подскочила на месте и быстро развернулась. Драга. Смотрит неприязненно, нетерпеливо притопывая ногой. Я помешала ее планам? Оторвала от чего-то важного? Так это и не я вовсе, а Бреслав. Мне лично ее компания не сдалась.

– Извините, нужно было забрать кое-что, – вытянула вперед руки со своим бесполезным барахлом. – А когда вернулась, вы уже ушли.

И мило улыбнулась. Попыталась точнее. Я же правильно обратилась к ней на вы? Драга явно значительно старше меня, хотя вот так сходу сложно определить, сколько ей лет.

– Пойдем, не отставай.

На сей раз я пристроилась прямо за ней и шла след в след буквально. Чем бесила Драгу неимоверно – она постоянно оборачивалась и поджимала губы. Пыталась идти быстрее, но я тоже ускорялась. Просто хочу отбить у нее всяческое желание сопровождать меня повсеместно. Дом большой, но это же не лабиринт – сама бы смогла найти нужные помещения. Заодно бы рассмотрела все как следует. Пока же только бревна-доски, доски-бревна.

Мы поднялись на второй этаж, прошли по длинному коридору и снова спустились. Кажется на один пролет ниже, чем взбирались до этого. Здесь уже было меньше дерева, но больше камня. Окошки вдруг превратились в небольшие отверстия под самым потолком, а просторные комнаты в небольшие клетушки.

Когда Драга распахнула передо мной очередную дверь из грубо выструганных, плохо подогнанных досок я вдруг все поняла. Ну, конечно, люди – только прислуга. Почему же я представила себе свою комнату здесь под стать главному залу Бреслава? Передо мной же предстала безрадостная картина – узкая кровать с тонким матрасом, небольшой комод и ведро в углу. В комнате было сумрачно, несмотря на белый день за окном, пахло пылью и затхлостью. Я наморщила нос и громко чихнула.

– Извините, – пробормотала, но Драга все равно ответила недовольным взглядом.

– Белье тебе принесут. Час на обустройство. Потом пойдешь направо по коридору, там спросишь, как найти Уладу. Она покажет твою работу.

Я кивнула без особого энтузиазма и Драга тут же ушла. С тоской заглянула в комнату – даже заходить не хочется… Но все же сделала это. Прикрыла дверь за собой, положила одежду и телефон на комод. Еще раз осмотрелась. А ведро здесь для того, о чем я думаю? А мыться где? Или слугам не положено?

Вскоре в коридоре послышался быстрый топот. Я поначалу испугалась – все здесь пугало, не важно тишина или внезапные звуки. Но потом от чего-то решилась выглянуть. К моей комнате на всех порах неслась та самая рыжая девчонка, что встретилась нам с Бреславом в лесу. На мордашке серьезное выражение деловой мадам, в руках стопка белья. Ко мне, значит. Милица, кажется…

– Вот, – девчушка неласково передала ношу и уставилась колючим неприязненным взглядом.

Я, напротив, постаралась ей улыбнуться. Да, у нас приличная разница в возрасте, но никого более подходящего на роль друга я пока не увидела.

– Спасибо, – искренне поблагодарила. – Не поможешь обустроиться?

Я просто хотела втянуть ее в разговор, как-то расположить к себе, найти темы для общения…

– Еще чего! – фыркнула на мою невинную просьбу Милица. – Помогать служанке?! С чего бы?!

– Прости, – выдавила из себя, но глаз не опустила. – Я не знала, кто ты.

– А теперь что? Знаешь? – девочка продолжила выводить меня своим высокомерным поведением.

– Нет. И даже не интересно, – усмехнулась в ответ и ушла в комнату.

Громко хлопнула дверью перед носом нахалки.

– Я невеста Дэма! – внезапно завопила Милица из коридора. – Слышишь?! Не смей к нему приближаться! Смотреть не смей!!! Загрызу!

От внезапно нахлынувшего ужаса меня всю затрясло. Загрызет? А не она ли гналась за мной совсем недавно? Не она ли пыталась убить, а вместо этого затащила сюда? А кто тогда второй? И вдруг меня осенило… Дэм! Демид! Я же к нему на свидание пришла! Неужели это он со своей невестой сделали??? Зачем?!

– Милица, ты чего здесь? – послышался неподалеку еще один голос. – Почему кричишь? Как ты вообще сюда пробралась?!

– Надо было значит, – эта пигалица и взрослой судя по голосу женщине ответила грубо.

– Иди-ка домой, пока я Бреславу не сообщила, – незнакомка явно не собиралась терпеть такое. – И больше чтобы без приглашения не являлась.

Не знаю, что там у них дальше происходило, но какое-то время в коридоре было очень тихо. Потом кто-то потопал прочь, а вторая поскреблась в мою дверь.

– Нина? Ты в порядке?

Незнакомка. Значит, эта наглая истеричка Милица ушла. Я осторожно высунулась наружу, чуть приоткрыв дверь.

– Да, – внимательно посмотрела на женщину.

– Я Улада.

– Здравствуйте, – растерянно кивнула. – Драга сказала, вас потом разыскать.

– Давай помогу с бельем, – Улада будто невзначай сдвинула меня с пути и прошла в комнату. – А потом вместе пойдем на кухню. Напою тебя душистым отваром, покормлю. Гильда небось только пресными лепешками потчевала…

– Да, – грустно кивнула, вспомнив свое житье у бабки.

Я ведь так и не узнала, кто она вообще такая? Но, наверное, не медведь, если живет за границами поселения.

– Смотри, – Улада деловито принялась суетиться. – Тут ничего необычного. Две простыни и наволочка, два полотенца. Раз в неделю относи в прачечную и бери там новое. Комнату содержи в порядке, Драга очень не любит неопрятную прислугу. То же самое и тебя касается. Лицо, руки, шея, уши всегда чистые. Волосы собирай обязательно. Баня раз в неделю. Платье, белье, обувь я выдам. Прочее тоже поищем. Я так понимаю, ты совсем с пустыми руками?

– Джинсы, рубашка, кеды, – приподняла подол бесформенного темного платья. – И телефон.

– Можешь все выкинуть. Даже у себя не надевай такое, здесь женщины брюки не носят.

– Можно оставить? Я уберу подальше.

– Как хочешь. Но если Драга найдет, будет недовольна.

Кивнула. Вряд ли кто-то станет ковыряться в моем комоде. Думаю наоборот – предпочтут сталкиваться со мной как можно реже.

Под чутким надзором Улады я застелила постель, спрятала ненужное, развесила полотенца на спинке кровати. Почувствовала себя неумехой – женщина только вздыхала и качала головой. Очевидно, я не слишком расторопна и ловка.

– А где умыться можно? – робко поинтересовалась я.

А то полотенца выдали, а воды не капли.

– Пойдем, покажу. Только волосы переплети.

Она явно намекнула на мой растрепанный вид. А я даже не обиделась – зеркала не видела с той прогулки по лесу в сопровождении двух медведей. Я вообще плохо представляю, как сейчас выгляжу. И если честно, не особо горю желанием узнать.

Но я послушно стянула резинки с пучка и начала собирать пряди в косу на боку. Получалось неловко и наверняка неряшливо, и выражение лица Улады это подтверждало. Ничего, этому точно быстро научусь. Закрепила резинки на кончике косы и улыбнулась женщине. Вроде бы все.

Она тоже так посчитала и повела меня куда-то по длинному коридору. В противоположную сторону от той лестнице, по которой мы с Драгой спускались. Вскоре мы вышли на улицу и тут же уткнулись в небольшое деревянное здание.

– С этой стороны вход для женщин, с той – для мужчин. Позади баня. Иди, умойся, я здесь побуду.

Кивнула Уладе и с некоторой опаской вошла в банно-туалетный комплекс. Внутри оказалось вовсе не так ужасно, как я себе нафантазировала. Все помещения разделены, чисто, пахнет свежестью. А уж когда я обнаружила отхожее место, радости моей и вовсе не было предела. У старухи было ведро за занавеской, и когда она была дома, я очень стеснялась своих естественных нужд. А сейчас я совершенно одна и место более подходящее. В общем-то, обычный деревенский туалет, ничего страшного.

После пошла мыть руки. Пришлось немного поломать голову, но в итоге сообразила – вытаскиваешь деревянный клинышек, вода течет. Задвигаешь обратно, останавливается. Почти как обычный смеситель, только без всякого подогрева разумеется. Ледяная. Но опять же лучше, чем у бабки из кадки умываться. Когда зубы последний раз чистила и не помню уже. Утро и день того ужасного дня напрочь стерлись из памяти.

Полотенце я, разумеется, не взяла с собой. Не догадалась. Поэтому пришлось воспользоваться подолом. Чтобы хоть немного обсушить руки. А лицо само скоро высохнет. Перед тем как выйти на улицу, заметила на стене небольшой осколок зеркала. С замиранием посмотрелась в него. И чуть не расплакалась. Первое впечатление было шоковым – я умудрилась загореть так, как никогда в жизни. А ведь на улицу почти не выходила. Давно не мытые волосы как попало собраны в тоненькую косичку с потасканными резинками на конце. Лицо без грамма косметики, но зато с синяками под глазами и впалыми щеками. И да, я, кажется, очень похудела – на шее и плечах прямо кости выдаются. И так полной не была, скорее наоборот, теперь и вовсе скелет. А уж мое одеяние лишь дополнение к остальному ужасу.

Прикусила губы до боли, чтобы не разрыдаться. За что мне это все??? Даже если это подпольное реалити, за какие грехи именно меня сюда затащили?! Одна слезинка упрямо скатилась по щеке, как не сдерживалась. Смахнула ее и увидела в зеркале еще кое-что… Белесый и плохо заметный под волосами шрам на виске. Пощупала его пальцами и тут же отдернула руку – тошнота внутри поднялась до самого горла. Я же вроде этим местом ударилась, и рана судя по всему была не шуточной. Это что же, я действительно могла умереть? А бабка Гильда меня выходила?

Стало не по себе. Получается, старуха сделала для меня столько, а я так неуважительно к ней до последнего. Только потому что говорить со мной не хотела. Ну вон Бреслав поговорил – стало легче? Нет, совсем нет. И это не он торчал у моей лежанки и заливал силком в меня отвары…

Смахнув вновь выступившие слезы, показала своему отражению язык и отвернулась. Плевать, как выгляжу. Я здесь явно не украшать мир своей красотой понадобилась. А когда негодяй, что отметил меня, появится, возможно, и делать ничего не придется – сам сбежит от такой красотки, сверкая пятками.

6

Нина

Когда я вышла, Улада сразу как-то поняла по моему лицу, что я расстроена. Хотя очевидно, я и до посещения туалета особо радостной не выглядела.

– Что-то случилось? – настороженно поинтересовалась она. – Тебе не понравилась наша уборная?

– Нет, все хорошо, – выдавила улыбку.

Не буде же про свои страдания у зеркала рассказывать. Вдруг она тоже медведица, что скорее всего. Мои переживая в лучшем случае покажутся ей смешными. Она ведь женщина другого вида…

– Я человек, – продемонстрировала Улада удивительную проницательность. – Служу в главном доме с самого детства. Другой жизни не знаю, могу многого не понять. Но если что-то тебя беспокоит, скажи. Вдруг это не сложно поправить.

Чуть не бросилась ей на шею – человек! Она человек! Хотя бы точно не задерет. А в сложившихся обстоятельствах это уже отлично.

– Я, – нерешительно глянула на нее исподлобья. – Помыться бы…

– Почему-то я так и подумала, – улыбнулась женщина. – Это хорошее желание. Потерпи еще немного. Для начала мне велено показать тебе все и накормить. Баню будут топить только через несколько дней. Но ведро теплой воды, мыло и расческу я тебе найду.

– Спасибо! – искренне поблагодарила я.

– Пойдем, – поманила за собой Улада.

И я пошла. Потому что есть хотелось еще сильнее, чем мыться. Живот уже давно прилип к позвоночнику и даже начал побаливать.

Перед тем как впустить меня в кухню, Улада выгнала всех прочь. Зачем-то. Усадив за стол, она пояснила негромко:

– Болтать начнут. Не нужно темы подкидывать. Пусть пока помучаются, обсуждая, что за новенькая у нас тут, – и подмигнула мне.

Я улыбнулась в ответ и потянула носом. Как же вкусно пахнет – тушеным мясом, фасолью и ягодами. Воображение тут же нарисовало полную тарелку ароматного жаркого с брусничным соусом. Мммм… Но к моему разочарованию Улада поставила передо мной миску с чем-то абсолютно иным. Аккуратно помешала ложкой содержимое – похоже на кашу на воде. Что-то типа геркулеса.

– Ешь. Это крупа. Очень питательно и полезно. Тебе все равно пока ничего тяжелого нельзя. Гильда сказала, ты была серьезно ранена…

Прозвучало так, будто я вернулась откуда-то с битвы. Рассмеялась бы, только совсем невесело вспоминать. А Улада явно ждет комментариев.

– Не знаю, – пожала плечами. – Мне она ничего не говорила.

– Да, она такая, – отчего-то улыбнулась женщина. – Лишнего слова не вытянешь. Зато руки золотые, многих из берлоги извечного медведя вернула.

На душе вдруг стало легче. Получается, старуха не только со мной так, а со всеми. А я все это время думала, что она меня ненавидит. И отвечала ей тем же…

Зачерпнула ложкой кашу и отправила себе в рот. Ну… Возможно, это блюдо полезно в целом и требуется мне для восстановления, но… Реально как геркулес без соли, сахара, масла и прочего. Отвратительно. Но пришлось съесть все, Улада надзирала между делом. Сама при этом, не останавливаясь, суетилась.

Когда в тарелке почти ничего не осталось, передо мной поставили кружку с чем-то дымящимся. По запаху – опять трава. Скривилась. Надоели эти корешки-цветочки…

– Пей, – строго велела Улада. – Мы все здесь лечимся растениями, а тебе до полного выздоровления далековато.

– Да? – удивилась и испугалась я. – А разве я не в порядке?

– Ты ногу свою видела?

– Какую? – даже не поняла поначалу, о чем она. – А, нет…

Наверное, о том месте, куда палка воткнулась. А потом и медвежьи зубы.

– Лучше не смотри. Там повязка лечебная, снимать пока не стоит.

– А почему ничего не болит? – рука сама потянулась к голени.

– Не трогай, – одернула Улада. – Не болит, потому что травы правильно подобраны. Пей, пока не остыло.

И пододвинула кружку ко мне поближе.

Послушно доела кашу и выпила травяной настой. И сразу отметила, что почувствовала себя лучше. Гораздо счастливее чем после пресных лепешек в избушке без туалета. Мда, я начинаю ценить простые радости…

А после еды стартовало мое стремительное погружение в местный быт. Улада велела убрать за собой со стола, вымыть и вытереть посуду. Потом поставить ее по местам и протереть столешницу. В принципе, ничего сложного – навыкам самообслуживания я обучена.

– Поначалу будешь помогать на кухне, – будничным тоном проговорила Улада. – Грязная посуда, мытье полов, чистка овощей и прочее, что потребуется. Когда немного обвыкнешься, начнешь заниматься жилыми комнатами. Менять белье, убираться, выполнять мелкие поручения беров.

– А та девочка, что приходила, Милица, тоже бер? – выхватила из речи Улады наиболее интересующее меня.

– Да, – холодно ответила женщина. – И она не девочка уже. Понятия твоего мира здесь не помогут, наоборот могут навредить. Милица готова вступить в брак. В этот период оборотни могут быть крайне агрессивны, опасайся ее. Тем более как я поняла, вам есть что делить…

– Правда? – изумилась я. – Понятия не имею, в чем может быть дело.

– В ее настойчивых попытках женить Дэма на себе. Любая, кто кажется ей угрозой этим планам, подвергается периодическим атакам. И не важно, бер или человек. Она действительно опасна, Нина. Если встретишь ее здесь еще раз, кричи и зови на помощь.

– Но она же не пыталась напасть на меня, – осторожно возразила.

– Между замыслом и действием у оборотней считанные секунды. Милица не должна приходить сюда как к себе домой. Если что скажи, что знаешь об этом и доложишь все Бреславу. Должно отвлечь ее хотя бы ненадолго.

Вот теперь мне стало страшно. По-настоящему. Когда видишь медведей в темном лесу, ты пугаешься естественно. А когда убеждают, что миленькая рыжая девчонка может покалечить или убить тебя рядом с собственной комнатой, это что-то за гранью. Дикий иррациональный ужас. И да, как обычно в самом безопасном доме в поселении…

– А может, есть способ понадежней? Чеснок там или кол какой-нибудь? – с надеждой посмотрела на Уладу.

Еще бы про крестик вспомнила. Кстати, я его давным-давно не ношу. Сложные отношения с верой после смерти брата.

– Это ты сейчас легенды о кровососах достала из памяти? – весело рассмеялась Улада. – Не нужно, Нина. Они сюда не забредают, поэтому чеснок не пригодится. А насчет кольев… Правильно вогнанная в тело палка помогает абсолютно от всех. Но кто ж тебе разрешит с оружием по дому ходить?

Я так и не поняла, пошутила она про упырей или серьезно… А когда про палку говорила, на ее лице такая ненависть проступила. Я даже расспрашивать дальше не рискнула.

Какое-то время мы помолчали. Впрочем, Уладе удалось быстро справиться с эмоциями. Вскоре она повела меня по дому. Показала прачечную, бельевую, склад, кладовую, комнатку, где по вечерам собирается прислуга. Чтобы посплетничать само собой, повеселиться или просто отдохнуть. Рассказала о распорядке дня я доме, о правилах, о начальстве.

– К Бреславу тебе лучше не подходить совсем. Да, он забрал тебя от Гильды лично. Но это только потому, что хотел убедиться, что ты в состоянии работать. Хозяйственных дел он не качается, распрей между оборотнями и прислугой тем более. А человеческие конфликты вообще не должны уходить дальше меня. Берам наша жизнь неинтересна совсем.

– А бываю конфликты? – осторожно поинтересовалась.

– Конечно, – пожала плечами Улада. – И обычно они заканчиваются удалением одного из забияк прочь. В твоем случае это будешь именно ты. Потому что обученной прислугой не разбрасываются, уходит всегда менее опытный.

– Но, – попыталась возразить.

– Если беседа с Бреславом внушила тебе мысли о собственной исключительности, немедленно выкинь их из головы. Завтра он уже и не вспомнит о твоем существовании.

На этой безрадостной ноте короткая экскурсия и закончилась. Улада явно не желала больше разговаривать с такой бестолковкой. Ну конечно, ей кажется, что очевидные вещи говорит. А я не уверена, что когда-то смогу привыкнуть к такой жизни.

Улада снова привела в кладовую. Там вручила деревянный ковшик, кусок мыла, вихотку, гребень. Потом велела взять полотенца в комнате и прийти в кухню. Немного поплутав по безлюдным коридорам, мне удалось найти оба помещения.

У очага Улада вручила комплект одежды из небеленого полотна и указала на ведро горячей воды на полу.

– Берем и несем в баню, – скомандовала она.

Так и сделали. Я, правда, с трудом дошла до пункта назначения. В одной руке металлическая ручка, в другой куча банных принадлежностей и одежда. Но мы все-таки дошли. Поставили воду на лавку в помывочной. Улада насмешливо фыркнула, наблюдая, как я пытаюсь отдышаться.

– Ничего, привыкнешь, – подбодрила. – Вон холодная, разбавляй посильней. И поторопись, у нас не принято красоту подолгу наводить.

– Хорошо, – кротко кивнула. – Спасибо.

И хоть было очень не по себе одной в малознакомом месте, я быстро приступила к мытью. Для начала разложила одежду – белье, платье, фартук, чулки и ленты. Вроде бы все необходимое в наличии. С облегчением скинула темно-синюю хламиду и кружевной комплект из моего мира. Надо постирать, пригодится еще – привычный, удобный.

Потом принесла из угла шайку и принялась разводить воду. Разбавлять пришлось действительно до прохладной, иначе одного ведра горячей ни на что бы не хватило. Вспомнилось, как совсем недавно со Светкой ходили в баню гостиничного комплекса. Какой удивительной диковинкой это казалось, этаким приключением-развлечением. А теперь вот моюсь так же, и это единственный способ привести себя в порядок.

Справилась кое-как. С головой было попроще, а обмывая тело, приходилось постоянно думать, как бы не намочить повязку на ноге. Ополаскиваться сидя оказалось не самым простым делом. Еще и держала ногу при этом вытянутой над полом. После вытерлась и замотала волосы маленьким полотенцем. Конечно же, не удержалась – аккуратно развязала кусок тряпицы пропитанной травяным составом и чем-то жирным.

Когда увидела, в каком состоянии рана, чуть не лишилась чувств. Тошнота подкатила к горлу, а перед глазами забегали мушки – на голени отчетливо виднелись следы зубов, а рядом отверстие от палки. Правильно подобранные травы? Обезболивающие, возможно. Но состояние раны было настолько ужасающим, что я испугалась остаться совсем без ноги.

Вдох-выдох, зажмурилась, потом закрепила повязку. Так, служанка-калека здесь точно не нужна. Наверное, знают, что делают. Да и какая альтернатива? Кроме Гильды никого более похожего на врача я не знаю. А она явно уже сделала все, на что была способна.

Из бани я вышла в крайне подавленном настроении. Ну зачем я посмотрела?! Улада же предупреждала. Теперь буду мучиться, бояться последствий, переживать за ногу. Впрочем, что за нее переживать – коротких юбок мне все равно уже не носить. Не в доме беров же…

Закрывая дверь в баню, заметила на пригорке невдалеке мужчину. Плечи широченные, из одежды на торсе только какие-то кожаные ремни. И такой пронзительный взгляд, что мурашки по спине побежали. Поначалу я не придала особого значения появлению незнакомца – мало ли кто и с какой стороны главный дом охраняет. Но спустя пару секунд мужчина пошел в моем направлении. И лицо такое свирепое и целеустремленное…

Внезапная мысль буквально пригвоздила к месту – это же тот самый! Он за мной пришел!!! Пару долгих мгновений я никак не могла заставить себя двигаться, только с ужасом смотрела на приближающегося гиганта. Громкого неожиданного стука где-то в доме хватило, чтобы вывести из ступора. Я припустила на всех скоростях куда глаза глядят…

И почему-то ноги не понесли к заднему крыльцу, которое было совсем рядом. В панике я кинулась в ближайшие кусты и дальше в лес. Память подкидывала картинки совсем недавней похожей гонки. И хоть сейчас было светло, это не делало ситуацию проще – ведь я уже прекрасно знала, чем заканчивается беготня от оборотня…

7

Нина

На этот раз погоня закончилась очень быстро – я еда успела добежать до первых деревьев. Легкий толчок в спину и я лечу в ближайший ствол. К счастью, успеваю выставить руки и избегаю шикарного фингала под глазом или сломанного носа. Сразу же разворачиваюсь, но дальнейшее бегство уже невозможно. Пугающий незнакомец нависает надо мной, насмешливо сверкая глазами. Руки по бокам от моего лица отбивают всяческое желание крутить головой. А вдруг поможет и окончательно открутит?

Тяжело дышу и смотрю в холодные глаза незнакомца. И что дальше? Не хочет на свою метку посмотреть? Может дойдет, что я в шаге от безвременной кончины из-за его развлечений. И вообще зачем ему я? Почему именно я? Внимательно вглядываюсь в лицо мужчину, рассматриваю каждую черточку. Все-таки я не те вопросы Бреславу задавала… Что будет в том случае, если загадочный оборотень меня найдет и сделает то, за чем пришел? Мне придется жить с ним? Всю жизнь? Или до первой оплошности, после которой он свернет человечке шею?

– Нина? – тихо басит мужчина.

Я слегка впадаю в шок. Он что даже не рассмотрел меня тогда? Сам не знает, кого отметил? На всякий случай киваю. Вряд ли ему так уж нужно мое подтверждение – много ли в поселении новых человеческих женщин.

– Письмо от Дэма.

Оборотень достает маленький клочок бумаги откуда-то из штанов и протягивает мне. А я не сразу понимаю, о чем он вообще. И не тороплюсь брать послание. Только перевожу взгляд с мужчины на письмо и обратно.

– Тебе от Дэма, – с нажимом повторяет незнакомец.

А потом берет мою ладонь и буквально всовывает записку между пальцами. Затем уходит. Да, так просто. Без всяких пояснений, прощаний. Разворачивается и идет в обратную сторону. Какое-то время я продолжаю стоять у дерева – отчаянно сдерживаюсь, чтобы не разрыдаться от пережитого ужаса. Это не он, не тот негодяй, который всю жизнь мне испортил. Всего лишь посыльный от Дэма. Кстати, с чего бы Демиду мне писать? Сначала заманил на свидание с медведями, а теперь письма пишет?

Негодование взяло верх – я вышла из ступора, отбросила переживания и решительно разорвала сложенный вдвое и склеенный чем-то листок. Внутри обычным русским языком были написаны несколько коротких предложений. «Нина! Продержись немного! Бреслав отослал подальше на пять недель. Вернусь, заберу тебя. Скучаю. Твой Демид».

Перечитала несколько раз. Поняла, что испытываю смешанные чувства. С одной стороны, здорово, что не потерялась связь с тем, кого знала в своем мире. И даже испытывала определенную симпатию. С другой, когда это Дэм успел стать моим? Мы встретились пару раз всего. И ничего не было. Не перегибает ли он с обещаниями? И что взамен потребует?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.