Случайная глава
Анна Релин

© Анна Релин, 2025

ISBN 978-5-0067-0200-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Я проснулась до будильника. Как всегда.

Тонкий свет просачивался сквозь полупрозрачные шторы, окрашивая комнату в тёпло-золотой оттенок. На стене – полка с книгами, где мои любимцы вперемешку с чужими мирами. Некоторые из них с закладками, некоторые – потрёпанные, с разрисованными полями. Под подушкой – моя тетрадь, та самая, в которой я записываю всё, что не успеваю напечатать. Иногда мысли бегут быстрее пальцев по клавишам, и тогда я хватаюсь за ручку, как за спасательный круг.

Я села, сбросив с себя одеяло, и тут же почувствовала утреннюю прохладу. Осень только начиналась, но в нашем

доме было уже уютно, как в середине ноября – мама с вечера поставила на плиту кастрюлю с бульоном, и даже воздух теперь пах теплом.

Протянув руку к подоконнику, я достала сигарету. Папа об этом не знал. Да и мама, наверное, делала вид, что не замечает. Я не курила постоянно – только в такие вот моменты. Когда всё внутри гудит от идей, но их слишком много, чтобы сразу вылить на бумагу. Надо было выждать.

Я открыла окно и устроилась на широком подоконнике. С улицы доносился шум проезжающих машин, утренний лай собак, чей-то смех – жизнь начиналась. А я вдыхала свой покой.

Вчера я закончила 23-ю главу второй книги. Её пока никто не читал – кроме меня и Дашки. Да и первую-то читали

всего человек сто от силы. Но из этих ста – было несколько, кто писал мне такие письма, что я сидела потом по вечерам с комком в горле. «Вы говорите обо мне, хотя вы меня не знаете». Это ли не самое важное?

Мне не нужно было десять тысяч фанатов. Мне было достаточно одного, который сказал: «Ты спасла меня».

Я стряхнула пепел, потянулась за телефоном и открыла приложение, где выкладывала главы. Сердце привычно забилось – всегда, когда ждёшь новую реакцию.

Комментарий.

**"Это слишком честно. Почти страшно. Кто ты, что умеешь так смотреть сквозь меня?«**

Автор: *Stranger*.

Никнейм не показался знакомым. Без аватарки, без ничего. Просто

комментарий. Но он застрял во мне, как заноза. Не похвала, не критика. Просто… будто кто-то заглянул вглубь.

– Алиса! – мамин голос прозвучал снизу. – Ты не хочешь сегодня в университет?

Я усмехнулась, затушила сигарету, спрыгнула с подоконника и быстро натянула джинсы и серый худи, тот самый, в котором я ощущаю себя героиней своего же рассказа. Волосы – в пучок, лёгкий макияж, чай в термос – и я была готова к дню.

На кухне пахло булочками.

Мама стояла у плиты и, не оборачиваясь, сказала:

– Опять писала до трёх?

– Не-а. До двух тридцати.

– Это многое меняет, конечно, – улыбнулась она. – Возьми с собой яблоко. Не ешь весь день этот кофе и

воздух.

Папа уже ушёл на работу. Он был из тех, кто никогда не читал ни строчки из моих книг, но всегда спрашивал: «Ну что, пишется?» И я отвечала: «Пишется». Даже если это была ложь.

На автобус я опоздала. Конечно. Но я любила идти пешком – особенно по утрам. наушники в ушах, дождь лёгкими каплями по лицу, город ещё только просыпается, а ты уже внутри него, как будто ты и есть рассказчик, и весь этот мир – твоя сцена.

Перед входом в универ меня догнала Дашка.

– Ты снова не спала, да? – спросила она, глядя на меня слишком уж внимательно.

– Ну, ты же знаешь меня. Если не напишу, то не усну.

– Когда-нибудь ты сгоришь, как свечка.

– Зато красиво.

Мы засмеялись. С Дашей было легко. Она – мой антипод: яркая, громкая, вечно в движении, но при этом она всегда была рядом, когда всё рушилось. Особенно тогда, когда я думала, что не смогу писать. Она нашла в моих словах то, чего я сама в них не видела. Иногда мне казалось, что она мой редактор не по тексту, а по жизни.

Перед первой парой я снова посмотрела в телефон. Комментарий никуда не делся.

**"Слишком честно.«**

А я подумала: а может, и мне пора быть честной?

И тогда я увидела его.

Он стоял у входа, облокотившись о стену. Чёрное пальто, капюшон, высокие кроссы, взгляд – будто весь мир ему должен. Все девчонки

смотрели на него. Он этого знал.

Он даже не смотрел в нашу сторону. Но потом – посмотрел. И я вдруг почувствовала, как сердце дёрнулось.

Он чуть наклонил голову, будто узнал меня, хотя мы точно не встречались.

Я подняла бровь.

Он ухмыльнулся.

А потом отвернулся и пошёл внутрь. Без слов.

Дашка прошептала:

– Это Макс Орлов. Новый. Из другого потока. Ходит слух, что у него батя – миллионер.

– Ну, повезло ему, – бросила я и сделала шаг к дверям.

– Ты только не влюбляйся, ладно?

– Да ладно тебе. Я влюблена в своих персонажей. С меня хватит.

Хотя, честно говоря… что-то в нём было.

И это «что-то» хотело вырваться из головы на страницы.

Мы вошли в корпус, и шум сразу сменился другим – гул голосов, скрип открывающихся дверей, эхо шагов по коридору. Университет пах кофе, пылью и чем-то непонятно волнующим – будто тысячи историй жили в этих стенах, и каждая ждала, чтобы её рассказали.

– Садимся рядом, – сказала Дашка, не спрашивая.

– Как всегда, – кивнула я.

Мы заняли свои места у окна в аудитории на третьем этаже. Лектор ещё не пришёл, и кто-то из парней уже включил музыку на телефоне. И, конечно, именно в этот момент вошёл Макс. Не один – с двумя другими парнями, с которыми он, похоже, дружил, или, может, просто они были в

том же клубе «всё могу и мне за это ничего не будет».

Он прошёл мимо нас, скользнул по мне взглядом, еле заметно усмехнулся и занял место двумя рядами позади.

– Он на тебя смотрел, – прошептала Даша, пихнув меня локтем.

– Он на всех так смотрит, – ответила я, открывая ноутбук. – У него, наверное, в контракте написано: «пялиться на всё, что движется».

Лекция началась, и я пыталась сосредоточиться. Но в голове крутились совсем другие вещи. Не формулы. Не цифры. Слова.

**"Он посмотрел на неё так, будто знал, как она закончится. Будто уже прочёл её целиком, и всё равно хотел перечитать.«**

Я машинально набрала эту фразу в документе. Это могла бы быть новая

сцена. Может быть, в моей книге появится новый герой – высокомерный, самоуверенный, слишком красивый, чтобы быть настоящим. Но она его разоблачит. Не сразу. Медленно, как снимают кожуру с апельсина – по кругу, не торопясь.

Он будет прятать себя. А она – писать о нём, не зная, что пишет *о нём*.

– Опять свои миры? – шепнула Даша, заглядывая через плечо.

Я чуть не подпрыгнула.

– Господи, ты как кошка. Да, записываю идею.

– Это про него?

– Нет!

– Ага, – она рассмеялась. – Конечно. Просто совпало.

Я закатила глаза, но сама себе не верила.

После пары мы вышли на улицу. Осень

уже оседала в воздухе – чуть влажная, с ароматом листвы и горького шоколада. Я откинула капюшон и вдохнула поглубже.

– Знаешь, мне кажется, ты бы могла написать книгу про кого угодно, – сказала вдруг Даша. – Даже про киоскёршу с остановки.

– У неё, кстати, трагическая история.

– Ты выдумала?

– Нет. Просто чувствую. Она вечно смотрит в одну точку. Это или философия, или тоска.

Мы засмеялись. А потом замолчали. Иногда молчание с Дашей было лучше любой болтовни. Она умела быть рядом – просто быть. Не лезть, не давить, не спрашивать. Просто идти рядом и давать ощущение, что ты не одна.

Когда я вернулась домой, было уже

начало шестого.

Ключ щёлкнул в замке, и тишина квартиры обняла меня, как старый плед.

– Я дома, – крикнула я, хотя знала, что никого нет. Мама ушла на смену, папа задерживался. Я осталась одна – и это было почти счастьем.

Скинула кеды, зажгла свечу на кухне – любимую, с ароматом кофе. Сделала себе какао, добавив чуть-чуть корицы. Потом пошла в комнату, сняла толстовку, закуталась в плед и села на пол рядом с кроватью, ноутбук на коленях.

Папка «Проект-2» – та самая новая книга.

Файл «Глава 24» – мигающий курсор, будто дразнит.

Я набрала:

**"Он подошёл ближе, чем нужно.

Гораздо ближе. И в его голосе вдруг не осталось ни насмешки, ни уверенности. Только один вопрос, который она не ожидала услышать:**

** – Ты когда-нибудь писала обо мне?«**

Я замираю.

Чёрт. Это уже слишком.

Сохранила файл, закрыла ноутбук.

В окно стучал ветер. Где-то в соседней квартире кто-то пел, фальшиво, но с душой.

Я снова взяла сигарету, вернулась на подоконник.

Открыла телефон. Комментарий от *Stranger* всё ещё был.

И новый появился под ним.

**"Ты заставляешь меня видеть себя. Это страшно.«**

Я набрала ответ, потом стёрла.

Набрала снова.

И снова не отправила.

Вместо этого просто смотрела в темноту за окном.

И думала: может, этот мир не так уж и плох. Раз в нём ещё есть те, кто читают между строк.

На подоконнике было уже прохладнее, но я не уходила. Горячее какао согревало ладони, а мысли, наоборот, разгоняли кровь.

Я думала о Максе. Не то чтобы он понравился мне. Просто… был какой-то момент – тот его взгляд. Он будто что-то знал. Или хотел, чтобы я подумала, что он знает.

И ещё его комментарий в голове – нет, не его, конечно. Просто анонимный Stranger. Но голос в голове упорно шептал: *а вдруг?*

– Алиса! – снова мамино.

Я выдохнула, стряхнула остатки

фантазий и пошла на кухню.

Они уже вернулись оба – папа что-то жарил на сковородке, мама резала салат. Вечер пах луком, приправами и чем-то родным.

– О, писательница спустилась с башни, – сказал папа, подмигнув.

– Башня? Скорее, берлога. Я уже мохом обросла, – усмехнулась я.

– Будешь играть с нами в «Каркассон»? – спросила мама. – Мы с отцом вчера начали, но он, как всегда, обманул правила.

– Я не обманывал, я творчески интерпретировал, – вставил папа.

Я рассмеялась. Мы действительно давно не играли вместе. Обычно все заняты – то работа, то мои пары, то бессонные ночи за текстом. А сейчас… было ощущение правильности. Как будто мир на миг остановился, чтобы

мы могли просто быть рядом.

Мы поужинали – пюре, котлеты, салат и домашний хлеб. Папа рассказал, как его коллега по ошибке отправил важное письмо с мемом вместо отчёта, и мама захохотала так, что чуть не уронила вилку.

Потом был «Каркассон». Я, конечно, победила. Подозреваю, что они поддавались – но ни за что бы не признали этого.

После игры мы вместе посмотрели старый фильм – «Амели», мой любимый. Я знала каждую сцену наизусть, но всё равно снова замирала в нужные моменты, будто смотрела впервые.

– Ты чем-то озабочена, – тихо сказала мама, когда мы уже выключали свет. – Что-то случилось?

Я на секунду задумалась.

– Нет, просто думаю. О книге. О героях.

– Ну и хорошо. Значит, ты в деле. Значит, всё идёт как надо.

Я кивнула и пошла к себе в комнату. Закрыла дверь. Села на кровать.

Папка с книгой осталась закрытой – сегодня я не хотела писать. Сегодня я хотела чувствовать.

Я легла, закутавшись в плед. Свет улицы мягко ложился на потолок сквозь занавески. Мир стал тише. Мысли – медленнее.

Сон подкрался незаметно.

Мне снился коридор. Длинный, будто университетский, но окон не было. Я шла босиком по холодному полу, и слышала – кто-то идёт за мной.

Обернулась – пусто.

Шла дальше.

Вдруг – чей-то голос:

– А если ты пишешь не про вымышленных героев? Если ты просто открываешь реальных?

Я снова обернулась – и увидела.

Он. Макс.

Стоит у стены, в руках – моя тетрадь.

– Ты когда-нибудь писала обо мне? – спросил он, тем же тоном, как в той сцене.

– Ты не настоящий, – сказала я.

– А ты уверена, что сама настоящая?

Я проснулась с резким вдохом.

Комната была темна, только уличные фонари отбрасывали тусклые тени на обои.

Я дотронулась до тетради. Она лежала на подушке, как всегда.

Открыла её.

На первой странице было написано от руки, моим почерком:

**"Ты боишься писать правду, но она

всё равно найдёт тебя.«**

Я не помню, чтобы писала это.

Но, наверное… это и есть та магия, о которой никто не говорит.

Следующее утро наступило с запахом свежих блинчиков.

Я встала чуть раньше. Точнее – просто больше не смогла спать после сна. В голове всё ещё звенел тот вопрос: *ты пишешь про меня?*

Может, Макс просто… образ? Сборная солянка моих фантазий, ощущений, страхов и желаний.

А может – всё только начинается.

Я спустилась на кухню, обняла маму за плечи и тихо сказала:

– Доброе утро.

Она удивилась:

– Ты что, сама проснулась?

– Угу. Сегодня я чувствую себя… живой.

Глава 2

* – У тебя очень выразительные глаза, знаешь?*

Голос раздался резко, неожиданно, как будто кто-то вломился в мои мысли без стука.

– Это просто мешки от недосыпа, – ответила я, не оборачиваясь.

Он усмехнулся. Я услышала это – короткий смешок, ленивый, как будто он вообще не напрягался.

– Тогда я, видимо, фанат бессонницы.

Он подошёл ближе. Я чувствовала это – по тем самым шагам, уверенным, неторопливым, будто весь мир подождёт.

Максим.

Честно? Я знала, что он заметит меня. Такие, как он, всегда что-то замечают. Только потом делают вид, что это неважно.

– Ты часто так смотришь на людей?

– Только если интересно. А ты – интересная.

Час назад всё было иначе. Гораздо тише.

Я проснулась в 6:48, за двенадцать минут до будильника, и какое-то время просто лежала. Снился он. И это раздражало. Мы даже толком не общались, но он уже влез в мою голову.

Потом встала, натянула старый халат – серый, с уже блеклыми звёздами, и направилась к балкону. Свежий воздух был мокрый и холодный, но приятный.

Я достала сигарету, щёлкнула зажигалкой и глубоко затянулась. Не потому что хотелось – просто хотелось *проснуться*.

Всё-таки сон был странный: как будто я стояла в библиотеке, а он – у полки,

держал мою книгу и смотрел на неё.

Потом на меня.

А потом сказал: *«Я знаю, как она заканчивается». *

Не люблю, когда кто-то знает больше меня.

Я курила, глядя на город. Он был ещё сонный. Только где-то вдалеке проехал трамвай, и на углу зажглось кафе с надписью *«Свежие булочки»*.

Вернувшись в комнату, я посмотрела на себя в зеркало. Волосы – тёмные, волнистые, чуть растрёпанные. На губах – привычная сухость от утреннего воздуха. Под ключицей – чёрная татуировка на латыни. На запястье – звёзды, как часть чего-то личного. Глаза карие, почти чёрные, с лёгкой тенью под ними.

Я не красавица, нет. Но у меня есть… что-то. Что-то вроде тайны. Я это знала.

Надела чёрную водолазку, свои любимые джинсы, набросала кольца на пальцы – и вышла.

Университет встретил привычным шумом: кто-то жевал круассан, кто-то ругался на зачёт, кто-то втыкал в телефон, стоя у автомата с кофе.

Я подошла к нему же. Автомат скрипнул, думая, хочу ли я капучино или американо. И тут – он.

Он стоял у стены. Облокотился. Белая футболка, тёмно-синяя куртка, растрёпанные волосы, чуть щетины. Лицо как будто вырезано из обложки какого-нибудь мужского журнала. А глаза – серо-зелёные. Хищные.

Он смотрел.

– А ты всегда такая хмурая по утрам?

– Только по понедельникам.

– Сегодня вторник.

– Зато настроение понедельничное.

Я сделала шаг в сторону, хотела пройти мимо – но нет, не тут-то было.

– Знаешь, ты мне кое-кого напоминаешь.

– Только не говори, что свою бывшую.

– Нет. Главную героиню. Из книги. Я, правда, не читал, но слышал, что она очень умная и язвительная.

– Наверное, у неё хорошее чувство вкуса, – усмехнулась я и, наконец, посмотрела на него.

Он засмеялся. И, чёрт возьми, это был настоящий смех. Без наигранности.

– Значит, ты ироничная. Это уже плюс. А ещё, говорят, ты пишешь.

– Слушаешь слухи?

– Я люблю детали.

– Я не для твоего внимания, Максим, – бросила я и пошла прочь.

Но я знала – он смотрит мне вслед.

На паре я сидела у окна. На столе – открытая тетрадь, но в ней не было ни слова по теме. Я думала о нём. О словах. О взгляде.

Он не просто красивый. Он – вызов.

А я люблю вызовы.

После лекции ко мне подсела Даша.

– Видела, как он на тебя смотрел?

– Кто?

– Алиса.

– Что?

– Макс. Он тебя раздевает глазами.

– Пусть он сначала попробует одеть мои книги, – ответила я.

Мы обе рассмеялись. Улыбка немного согрела утро.

Но внутри у меня уже началась новая история.

Иногда мне кажется, что университет —

это просто большая декорация, где каждый играет свою роль. Вот этот парень, что вечно носит очки на лбу – вряд ли он их вообще надевает. А вон та девочка с радужной прядью – у неё каждый день новый стиль. И мы все ходим по коридорам, как по сцене, ожидая, когда включат софиты.

Моя роль?

Я вроде бы здесь учусь. По крайней мере, числюсь в списке студентов факультета журналистики. Да, я знаю, не совсем про книги, но хоть как-то связано со словами, с текстами, с тем, что можно назвать «моё». Писательство ведь не преподают. По крайней мере, по-настоящему – нет.

– Алиса, ты вообще слушаешь? – шепнула Даша, ткнув меня ручкой в бок.

– Ну, как бы… я слежу за ритмом, – пробормотала я, делая вид, что пишу

лекцию.

На бумаге красовалась надпись: *«персонаж должен быть живым, иначе читатель уснёт»*.

– Что за ритм? Тут лекция по медиаправу, – фыркнула она.

– Именно. Ритм отчаяния.

Мы обе захихикали. Препод, к счастью, был погружён в свою презентацию и не обратил внимания. Я вздохнула, снова уставившись в окно.

Максим сидел двумя рядами впереди. Немного наискосок. Я видела его затылок и, почему-то, его шею. Не спрашивай. Просто… бывает такое. Когда взгляд сам выбирает, на чём застрять.

Он сидел, как будто ему здесь делать нечего. Растянулся, положил ногу на ногу, как будто это не аудитория, а лаунж-зона. Я даже умилилась.

Вот же уверенность.

Хочу тоже. Но без понтов.

После пар я задержалась в библиотеке.

Мне нужно было найти одну книгу для проекта, но, честно говоря, я просто не хотела идти домой сразу.

Мне нравилась эта тишина. Стеллажи, запах старых страниц, шёпот. Всё как в замедленной съёмке.

Я нашла стол у окна, села. Открыла блокнот и начала писать что-то своё. Просто… диалог. Без начала, без конца. Между двумя героями, которые встречаются ночью на пустой улице. Один из них – наглый и красивый. Второй – с сигаретой и печалью в голосе. Не знаю, откуда это взялось. Просто из головы.

– Ты всегда один?

– Я не один. Просто никого рядом нет.

Иногда я так и чувствую.

Вечером, уже дома, я лежала на кровати, уставившись в потолок, когда зазвонил телефон.

– Алло, это кризисная служба, мы слышим, что вы вымерли, – сказала Настя, и я сразу рассмеялась.

– Привет, Настюш. Я просто… ну, ты же знаешь, я люблю быть одной.

– Да-да, балкон, сигарета, философия жизни. А потом – *«Я просто хотела побыть в тишине»*, – передразнила она меня.

– Всё так. Ну, и Максим сегодня говорил со мной.

– Что?! Говорил? Что говорил?! Он красивый вблизи? Как пахнет?

– Настя.

– Ну, блин. Не томи!

– Он сказал, что у меня выразительные

глаза. Я ответила, что это мешки от недосыпа.

– Чёрт, как романтично. Как у вас всё душевно.

Я смеялась. Мне действительно было хорошо. Такие разговоры – как плед, в который заворачиваешься вечером. Уютные.

Потом мы немного поболтали о сериале, о её кошке, о том, как она думает перейти на психфак. Я слушала и улыбалась.

Иногда так просто быть счастливой.

Ночь наступила тихо. Я снова вышла на балкон – в пижаме и тёплой кофте. Город мерцал огнями, а воздух был чуть влажный.

Я закурила.

Мама за ужином сказала, что на работе всё спокойно. Папа пошутил, что их

отдел – как замёрзшее болото. Я рассмеялась, потом мы вместе мыли посуду.

У нас дома – мир. И я это ценю.

Сигарета горела ровно. Я смотрела на небо и думала, что завтра – новый день. Новый взгляд. Новый поворот.

А может, и первая глава новой книги.

Глава 3

**Если бы я знала, что сегодня увижу Макса на кухне в чужой квартире, пьяно спорящего о смысле жизни с тостером, – я бы, возможно, оделась по-другому.**

Но утром всё было куда спокойнее.

Я проснулась от вибрации телефона. Сообщение. Настя.

*«Вечером тусовка у Богдана. Ты с нами. Не обсуждается.»*

Я уставилась на экран, как на ультиматум от жизни.

Настя всегда пишет так, будто у неё контракт с судьбой.

Я приподнялась, зевнула и подумала: *"Богдан… это который с двумя серёжками и тараканом на аватарке?»*

– Тебе надо проветриться, – написала Даша, когда я скинула скрин сообщения в общий чат. – Мы с Настей уже решили. Ты идёшь.

– Я вообще-то планировала вечер со своей книгой.

– Ты каждый вечер с ней. Она начнёт ревновать, – сказала Настя и добавила с подмигивающим эмодзи. – Ну и, может быть… кое-кто будет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.