Раннее, наивное, моё
Лирика
Денис Буторин

Алине Файрушиной.

С тобой я пою, с тобой я вздымаюсь.

Тысячекратное спасибо.

© Денис Буторин, 2025

ISBN 978-5-0065-9821-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Самоопределение

Первое весеннее

Волна́ми плещутся ручьи,
И блик скользит переже вала.
Раскрой секрет, зима: за чьи
Мечты сильней переживала?

Под снегом год былой опрел.
Я всё простил – зима простила.
Рукой ласкающей апрель
Стянул безмолвие настила,

И ветер трепетно шумел,
Рассыпав первоцвет по дёрну,
И полудрёму тихий шмель,
Пыльцой подснежника подёрнут,

Ещё не обломал о майский
Удушливо-медовый зной.
Всё оживляется весной
И расцветает мало-мальски.

Метель

Много насыпало – видимость снижена.
Вьюга кругом приморозить смогла.
Где же ты скрылась, квартирная хижина?
Прячет очаг непроглядная мгла.

Сносит – в сугробы стихийно влетел.
Всё проверяет: силён ли, храбр…
Я, между словом, родился в метель;
Мне колыбельную пел декабрь.

Трудностям надо вообще молиться!
Зверским бураном поди угрожай!..
Верю: продрогшая мать-землица
Предвосхищает большой урожай.

Ненавижу

К чему смотреть мне на афишу?
Убожество, не глянется.
Остервенело ненавижу
Кривляк под слоем глянца.

Коль скоро завтра раздадут
Всем прибыльные ниши,
Переоткрою простоту
И снова стану нищим.

Умытое утро

Росы подобны колье алмазов.
Грязь прилипает, точно ириска.
Дождь успокоился, город измазав,
Целую тучу за ночь распрыскав.

Планы, заботы – когда болеть?
Сыро – пути неудобны.
Люди устроили кордебалет,
Перелетая колдобины.

Контраст

Расстаёмся? Вот так здрасьте!
Подступает к глазу влага.
Существую на контрасте:
Посмеялся – скоро плакать.

Разругаюсь ошалело —
И давай любовью сыпать.
Жизнь меня не пожалела…
Ей – громадное спасибо!

Молодой поэт

Стишок накалякаю во блокнот,
Как тягостно жить: хоть спейся!
Народ сердоболен – народ всплакнёт
С моей неприкрытой спеси.

Но массы не выкупят тонкости снова.
Для умных строчу: неразборчиво.
Всё чаще для сытых пишу снобов,
Всё реже пишу для рабочего.

Наружу!

Не вышло? Бывает. Пройдёт. Се ля ви.
Представь: там сосульки вскипели!
Айда погуляем: поют соловьи
Пленяющие а капеллы!

В жилище безумят – торчать разве тут?
Впустую хандрить и вачкать?
Вот-вот тротуары сплошно расцветут
Искрящимся одуванчиком!

Вперёд! Выволакивай шаг неловкий
Навстречу открытиям. Зыркай:
Ретиво всплывают со дна газировки
Последние два пузырика.

А вымочит дождь – озорно буду чавкать
И всё его грусть нарушу.
Умильно по стеблю ползёт козявка…
Живём один раз. Наружу!

Вырос

Воспоминания вновь залетали…
Город статичный, как фотоснимок.
Он мне знаком до малейшей детали:
Всё обоюдно, всё объяснимо.

Вольно в нём дышится: воздух таков:
Смольный, живительный, необъятный.
Крыши. И выступы чердаков,
Вдруг обратившиеся в голубятни.

Многоэтажки раскинуты броско,
Лес окаймил, гармонируя всласть.
А под окном пожилая берёзка
В пять этажей, будто дом, разрослась!¹

Я не застал её в стадии саженца.
Все мы растём, не о том речи.
Все мы взрослеем, однако, кажется:
Память родителей собственной крепче.

Всё же придётся найти вылаз,
Как-то смириться и как-то уехать.
Я из Можги, как из туфель, вырос.
Даже не верится… Вот так потеха!

Вот бы

Путь домой, асфальт искрится,
Размышленья обо всём…
Вот бы кофе – чтоб с корицей.
Да печенья – чтоб с овсом.

Вот бы спрятаться и деться…
В небеса, под ламинат…
Вот бы детство…
Вот бы детство
Не покинуло меня!

Вот бы стать мне обходительней:
Слишком оголтелый…
Вот бы чудо – и родители
Хоть на год
помолодели.

Помню

Всё непозможно
в сознание вшить.
Помню шнатишки
из флиса.
Помню:
внезапно забегали вши
(Тут же обрили —
лысый).

Помню:
постукивают перила.
Делал игрушки
из синтепона.
В год где-то
грыжу прооперировали
(Это совсем
не помню).

Помню застолья:
галдёж, бокалы.
Мама закончит смену —
Мчимся бегом
на кружок вокальный
(Петь и сейчас
не умею).

Помню:
носить не хотел перчатки
И не терпел
варежек.
Помню
забор вкруг детсада шаткий
(Крал черноплодку —
вяжет).

Помню,
как смоченным ватным диском
Кровотеченье
из носа решаем.
Помню,
как кошек бродячих тискал
(Маялся долго
лишаем).

Помню:
журчит в сосняке родник.
Первый мой стих
начат.
Помню:
к надгробью солдата приник
(Парню, как мне,
восемнадцать).

Помню крыжовник.
С вареньем тво́рог.
Баня.
Здоровается сосед.
Помню:
отец бесконечно дорог
(Дожили —
не говорим совсем).

Душно. Азартно.
Влечёт. Морока!
Сливочный суп
грибовница…
Ах, как же хочется,
ненароком,
Кому-нибудь
да припомниться!

Про стрижа, влюблённого в космос

Я был отщепенцем в общине пернатых.
Мне мало сулили, а я не издох.
Отпрыгнул от ветки, отринул пенаты,
Оставил родное гнездо.
Мне тесным казался чердак обветшалый,
Ведь чахнет без вольности стриж!
Меня донимали: «Чрезмерно остришь!»
И скорый конец предвещали.

Так и тянет в высоту,
Где трава не колется!
Там, я слышал, есть Сатурн,
у Сатурна – кольца!

Не нужно смеяться: «Открыто окно,
А этот врезается около».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Эта самая берёзка близ моего дома изображена на обложке сборника, «в стадии саженца». 80-е годы. Вероятно, первое фото этого здания. Родина.

Вернуться