Александр де Сергес
Сверхземля

Глава 1. Сигналы прошлого

2764 год. Титан, спутник Сатурна.

Обсерватория «Кронос» возвышалась над метановыми озёрами Титана, её серебристые купола сливались с вечными сумерками. Под защитой энергетического купола, дрожащего под напором ледяного ветра, кипела жизнь. Внутри, среди голографических проекций звёздных карт и мерцающих экранов, доктор Ли Грэйс стоял, вглядываясь в данные, которые могли перевернуть историю человечества. Его тёмные глаза отражали бесконечные строки кода, а на виске пульсировал нейроинтерфейс – тонкая полоска биосовместимого металла, связывающая сознание с квантовым процессором станции.

Сигнал пришёл на рассвете по титанианскому времени – если это слово вообще имело смысл в мире, где Солнце было лишь тусклой жёлтой точкой. Сначала его приняли за помехи от радиационных поясов Сатурна. Но алгоритмы, обученные искать аномалии, замигали алым. Частоты, модуляции, паттерны… Ничего общего с пульсарами, солнечными штормами или обломками древних спутников. Это было искусственное. И шло оно из глубин космоса, за пределами Пояса Койпера.

– Ли, ты должен это услышать, – голос инженера-коммуникатора Айрис Валентайн дрожал. Она запустила аудиотрансляцию сигнала.

Зал наполнился звуками, похожими на пение китов, пропущенное через кристаллический фильтр. Низкие вибрации сменялись высокими нотами, сливаясь в мелодию, от которой мурашки бежали по коже.

– Это… ритмично. Как язык, – пробормотал Грэйс, сжимая в руках планшет с данными. – Или музыка.

– Или и то, и другое, – добавила Айрис. – Но откуда? Сигнал шел 8 миллиардов лет. Источник – система красного карлика в 150 световых годах отсюда.

Ли закрыл глаза, представляя древнюю цивилизацию, чей зов прорвался сквозь эпохи. Они могли исчезнуть ещё до того, как египтяне построили первые пирамиды, подумал он. В его дневнике, который он вёл на старом бумажном блокноте – дань привычке детства, – уже дрожали строки:

"12.03.2764. Они говорили. Мы не слышали. Теперь их голоса врываются в нашу реальность, как призраки. Но что, если это не просто послание? Что, если это предупреждение?"

Команда собралась в центральном модуле – тесном помещении, где висели запахи кофе и озона. Рядом с Айрис стоял Марк Ренделл, кибергенетик, чьи протезы-руки тихо жужжали от нетерпения. У стены, скрестив руки, наблюдала доктор Элина Восс, ксенобиолог, скептически щурясь на спектрограммы.

– Мы проверили все варианты, – начал Ли, включая проекцию звёздного сектора. – Это не природный феномен. И это не наши. Значит…

– Значит, мы не одни, – закончила Элина, но в её голосе звучала горечь. – Или не были. Вы предлагаешь бросить ресурсы на расшифровку послания мёртвых?

– Они могли оставить нечто большее, чем сигнал, – возразил Марк, его голосовой модулятор исказил волнение. – Технологии. Знания. Представь, если их мир пережил катастрофу, которую мы можем избежать…

– Или навлечь её, – проворчала Элина, но замолчала, когда Ли поднял руку.

– Мы начнём с повторной передачи сигнала на Землю и Луну, – решил он. – Подключим ИИ Колониального Альянса. Если там есть скрытые слои…

– Доктор Грэйс! – В дверь ворвался техник, его лицо бледно под синим светом экранов. – Сигнал… он изменился. После вашей аудиотрансляции.

Проекция в центре зала взорвалась вспышкой. Спектрограмма распалась на фракталы, складывающиеся в трёхмерную структуру – спираль, напоминающую ДНК, но с нечеловеческой симметрией. В воздухе запахло озоном.

– Это реакция на наше вмешательство, – прошептала Айрис. – Они… оно живое.

– Нет, – Ли коснулся голограммы, и спираль начала раскручиваться, открывая координаты. – Это карта. Они ведут нас туда, где всё началось.

– Или туда, где всё закончится, – прошептала Элина, но её пальцы уже летали по интерфейсу, запуская симуляцию траектории.

В ту ночь Ли писал в дневнике дрожащими буквами:

"Они ждали. Цивилизация, превратившаяся в эхо. Но что, если их Сверхземля – не могила, а портал? Завтра мы начнём строить корабль. Завтра мы станем мостом между прошлым и будущим. Или последними, кто увидит зарю."

А в глубине обсерватории, там, где квантовый сервер обрабатывал сигнал, что-то щёлкнуло. На экране мелькнуло сообщение, прежде чем его стёрли невидимые протоколы:

«ПРИБЫТИЕ ОПОЗНАНО. ПРОТОКОЛ ПРОБУЖДЕНИЯ АКТИВИРОВАН.»

Глава 2. Тайна планеты

2781 год. Спутник красного карлика LQ-317A, 12 световых лет от Солнца.

Корабль «Прометей» завис над поверхностью спутника, чьй ландшафт напоминал скрюченные пальцы мертвеца. Острые пики из чёрного базальта пронзали метановую дымку, а в низинах плескались озёра жидкого азота, сверкающие под тусклым светом звезды. Здесь, в системе, чьи планеты были старше Солнца, время казалось окаменевшим. Доктор Ли Грэйс прижал ладонь к иллюминатору шлюза, наблюдая, как роботы-разведчики прокладывают путь к артефактам. Его дыхание густым облачком оседало на стекле.

– Атмосфера: азот, следы ксенона. Температура: минус 210. Никаких признаков органики, – голос Айрис Валентайн звучал в комлинке. – Но эти структуры… Ли, они дышат.

Она была права. На сканировании гигантские сооружения, напоминающие переплетённые сферы и пирамиды, пульсировали слабым фиолетовым свечением. Их поверхность, гладкая, как зеркало чёрной дыры, отражала лучи прожекторов, не оставляя бликов. Материал не поддавался анализу – спектрографы показывали абсурд: атомы, связанные в шестимерные решётки.

– Это не просто технологии, – прошептал Марк Ренделл, его кибернетические пальцы дрожали над голограммой. – Это эволюция, которую мы даже не можем понять. Смотрите!

На записи с дрона одна из сфер внезапно сдвинулась, не касаясь грунта. Её движение было неестественным – словно пространство под ней сжималось и разжималось.

– Антигравитация? – спросила Элина Восс, но в её голосе уже не было скепсиса. Лишь страх.

– Хуже, – Марк увеличил изображение. – Видите искажения? Они манипулируют локальной гравитацией, создавая «волны». Как… ступени.

Ли молча кивнул. Его нейроинтерфейс горел – данные об артефактах переписывали каждую его нейронную сеть. В дневнике, который он взял с собой, уже зияли строки:

"17.08.2781. Мы как дети, тыкающие палкой в реактор. Они построили мосты через саму ткань реальности. И что, если эти мосты всё ещё ведут куда-то?"

Первая экспедиция спустилась через шесть часов. Скафандры нового поколения, созданные на основе титанианских технологий, едва выдерживали холод. Ли шёл первым, его шаги оставляли следы на грунте, который крошился, словно пепел.

– Энергетический след, – Айрис указала на прибор. – Всё вокруг заряжено, как перед грозой. Но откуда?

Ответ пришёл, когда они приблизились к центральной пирамиде. Воздух (если это можно было назвать воздухом) завибрировал, и стена сооружения растворилась, открыв проход. Внутри, в сиянии голубоватых кристаллов, висели сферы – точь-в-точь как те, что описывали сверхземляне в мифах Колониального Альянса.

– Они… приглашают нас? – Марк сделал шаг вперёд, но Элина схватила его за руку.

– Посмотри на пол, – её голос дрогнул.

На чёрном полу, сливаясь с материалом, лежали силуэты. Окаменевшие, но явно биологические – три руки, вытянутые черепа.

– Это не сверхземляне, – Ли опустился на колени, проводя сканером. – Возраст останков – не больше миллиарда лет. Артефактам же 8 миллиардов. Значит, они были… гостями. Как мы.

Внезапно сферы вспыхнули. Голограммы затопили зал – звёздные карты, уравнения, кадры войн, где планеты взрывались, как новогодние игрушки. Айрис закричала, закрывая уши: звуки напоминали рёв черной дыры, смешанный с плачем.

– Это не послание, – заворожённо произнёс Марк. – Это предсмертный крик. Они записали всё, что видели. Всё, что уничтожило их…

Ли уже понимал. Сверхземляне не погибли – они сбежали. Эти артефакты были маяками, оставленными для тех, кто придёт после. Но от чего бежали существа, способные сгибать пространство?

Ответ пришёл с Земли через три дня. Передача Колониального Альянса была помечена как «Срочно. Совершенно секретно»:

– Ли, вы активировали что-то там, – лицо генерала Хейла было серым. —

Вчера на окраинах Пояса Койпера исчезли три грузовых судна. Нет обломков. Нет сигналов. Просто… пустота.

Элина взорвалась первой:

– Вы думаете, это связано с нами?!

– Нет, – Ли перечитал отчёт. – Они думают, что это связано с ними. С теми, кого мы разбудили.

В тот момент за спиной команды раздался щелчок. Центральная сфера раскрылась, как цветок, выпустив луч света. В нём танцевали символы – те же, что были в сигнале с Титана.

– Это координаты, – Айрис расшифровала данные дрожащими руками. – Но не в нашей галактике. Это… Андромеда.

Марк засмеялся, и смех его звучал истерично:

– Они зовут нас дальше. Как будто 12 световых лет – это детская прогулка!

Но Ли уже знал, что ответит. В его дневнике, под записью о мостах реальности, появились новые строки:

"Они бежали от Тени. Но Тень настигает всех. Даже нас."

А далеко за пределами спутника, в межзвёздной пустоте, что-то огромное изменило курс.

Глава 3. Открытие обломков

2785 год. Руины системы HD-10180, 130 световых лет от Земли.

«Прометей» плыл сквозь поле обломков, словно корабль-призрак в океане смерти. Миллиарды осколков сверкали в свете далекой звезды – не белой, не желтой, а ядовито-фиолетовой, словно она впитала в себя тени погибшей цивилизации. Доктор Ли Грэйс наблюдал за ними через нейроинтерфейс, его сознание сливалось с датчиками корабля. Каждый обломок пел. Не метафорически – буквально. Вибрации на частотах, недоступных человеческому уху, сливались в хорал, от которого сжималось сердце.

– Это не просто остатки планеты, – прошептала Элина Восс, впервые за годы экспедиции потеряв ледяное спокойствие. – Они… организованы.

Она была права. Обломки располагались в идеальных геометрических узорах: спирали, правильные многогранники, словно чья-то рука аккуратно разложила осколки Сверхземли в музее смерти. Айрис Валентайн запустила зонд в ближайший фрагмент.

– Состав: сплав неизвестных элементов, – её голос дрожал. – Атомы расположены в… в додекаэдрических решётках. Такое невозможно в природе.

– Возможно, для них природа была другим понятием, – Марк Ренделл заставил свои кибернетические руки провести спектральный анализ. – Смотрите! Эти материалы поглощают энергию, но не рассеивают. Как будто хранят её.

Ли уже видел это. В его дневнике, страницы которого теперь были испещрены чертежами и формулами, застыла запись:

«23.11.2785. Они превратили свою гибель в искусство. Но кто зритель?»

Сенсация ждала их на третий день. Среди хаоса идеальных форм «Прометей» обнаружил нечто целое. Корабль – если это можно было назвать кораблём. Его корпус напоминал сросшиеся кристаллы, пронизанные жилами из света. Размеры заставляли содрогнуться: двадцать километров от изломанного носа до хвоста, который терялся в тенях.

– Двигатели… – Айрис вывела сканы на экран. – Здесь нет реактивных сопел. Нет топливных баков. Они деформировали пространство-время.

– Следы разрыва Касимира, – пробормотал Марк, его голосовой модулятор завизжал от перегрузки. – Они не просто превышали скорость света. Они сворачивали Вселенную, как карту.

Элина, обычно скептичная, прижала ладонь к стеклу иллюминатора:

– И всё же они погибли.

Внутри корабля царил хаос, противоречащий внешнему порядку. Стены, покрытые иероглифами из света, пульсировали, словно в агонии. Воздух (или то, что имитировало воздух) звенел от остаточной энергии. Команда шла по коридору, который извивался, как кишечник, когда сканеры Айрис взревели.

– Впереди… камера хранения? – она не была уверена.

Дверь – арка из чёрного вещества – растворилась при их приближении. Внутри, в центре комнаты, висел кристалл. Нет, не висел. Существовал, нарушая законы перспективы. Его грани переливались всеми цветами, которых не было в человеческом спектре.

– Это не карта, – Ли подошёл ближе, игнорируя предупреждающие сигналы скафандра. – Это… уравнение.

Кристалл отреагировал на его голос. Голограммы взорвались в воздухе: созвездия, сдвигающиеся по неведомым траекториям, линии времени, сплетающиеся в узлы. Марк ахнул, когда его нейроинтерфейс начал самопроизвольно декодировать данные:

– Это координаты. Но не только пространственные… Временные! Они вшили время в картографию.

Элина схватила его за руку:

– Ты понимаешь, что это значит? Они путешествовали не только куда, но и когда.

Внезапно кристалл погас. Помещение задрожало. Из стен выползли щупальца света, схватив Ли за горло.

– Протокол… идентификации… – голос, звучавший сразу из всех точек пространства, резал сознание.

Айрис вцепилась в планшет, её пальцы летали по интерфейсу:

– Он требует подтверждения! ДНК, нейронные паттерны, что-то!

Ли, едва дыша, прижал ладонь к ближайшей панели. Его скафандр треснул под давлением, но в тот же миг щупальца отпустили его. Кристалл вспыхнул снова, проецируя новые образы: планету, в десять раз массивнее Земли, с океанами из жидкого металла. Сверхземля.

– Это не просто координаты, – Ли вытер кровь с губ. – Это приглашение.

На обратном пути в «Прометей» Марк не выдержал:

– Мы не можем использовать это! Ты видел записи в их библиотеке – их погубили собственные путешествия во времени. Парадоксы, чёрные дыры…

– А что, если они оставили это нам, чтобы мы исправили их ошибки? – Айрис запустила симуляцию кристалла.

Голограмма показала Землю… но не их Землю. Континенты располагались иначе, а Луны было две.

Ли молчал. В его дневнике уже чернели новые строки:

«Они дали нам спички в пороховом погребе истории. Но кто мы – спасители или поджигатели?»

Когда «Прометей» вышел на связь с Колониальным Альянсом, ответа не было. Только помехи, в которых угадывался ритм: три длинных сигнала, три коротких. Код SOS.

Но не человеческий.

А глубоко в трюмах корабля, куда ещё не добралась команда, чёрный кристалл – точная копия найденного – начал пульсировать. Его свет лизал стены, оставляя надписи на забытом языке:

«ХРАНИТЕЛИ ПРОСНУЛИСЬ. ПРОТОКОЛ ИСПРАВЛЕНИЯ АКТИВИРОВАН.»

Глава 4. Путешествие к погибшей звезде

2790 год. Зона коллапса LMC-47, 250 световых лет от Земли.

«Прометей» вышел из сверхсветового прыжка в тишине, которая была громче любого взрыва. Перед командой раскинулась пустота – чёрная, бездонная, словно Вселенная забыла, что здесь когда-то существовала жизнь. Доктор Ли Грэйс стоял на мостике, его нейроинтерфейс мерцал, пытаясь найти хоть одну точку отсчёта. Но экраны показывали только тьму.

– Звезда класса G2V, восемь миллиардов лет назад… – Айрис Валентайн запустила спектральный анализ. Голос её дрогнул. – Ни остатков ядра, ни аккреционного диска. Даже чёрной дыры нет.

Элина Восс прижала ладонь к стеклу, словно пытаясь ощутить холод пустоты:

– Они уничтожили всё. Даже память.

Марк Ренделл активировал гравитационные сенсоры. На экране возникла карта-призрак: гигантская туманность, невидимая в обычном спектре. Её форма напоминала руку, сжатую в кулак.

– Остатки сверхновой. Но… – он увеличил масштаб, – здесь нет тяжелых элементов. Как будто звезда не взорвалась, а испарилась.

Ли закрыл глаза, вспоминая кристалл с координатами. В его дневнике уже чернели слова:

«09.04.2790. Мы пришли на похороны, но даже могилы нет».

Команда спустилась в зону обломков на шаттле «Икар». То, что они нашли, не поддавалось логике. Фрагменты пород светились изнутри, словно заряженные древней энергией. Сканеры показывали следы мегаструктур – возможно, кольца размером с орбиту Меркурия.

– Смотрите! – Марк направил прожектор на объект, плывущий в вакууме. Это был куб, идеально гладкий, с гранями в два километра. – Тот же материал, что и на спутнике. Но здесь… он обожжён.

Айрис провела рукой в перчатке по поверхности. Куб отреагировал: из его центра выползла голограмма – звезда, окружённая спиралью планет. Сверхземля, в десять раз крупнее Земли, с городами, оплетавшими её, как нейронные сети.

– Они знали, что погибнут, – прошептала Элина. – Смотрите! Голограмма ускорилась. Звезда начала пульсировать, её свет стал неестественно синим. Затем – вспышка. Но не взрыв. Звезда словно схлопнулась в ничто, оставив после себя волну искажений. Планеты рассыпались в песок.

– Это не сверхновая, – Марк отшатнулся. – Это… искусственный коллапс. Технологии, способные уничтожить солнце.

Ли ощутил холод в груди. В его дневнике появилась новая запись:

«Они не бежали от катастрофы. Они стали её причиной».

Внезапно шаттл затрясся. Голограмма куба сменилась серией символов – тех же, что были в кристалле. Айрис вскрикнула, когда её нейроинтерфейс начал самопроизвольно декодировать сообщение:

– Это не предупреждение… Это инструкция. Формула коллапса.

– Выключи это! – Элина рванулась к панели управления, но Ли остановил её.

– Слишком поздно. Они вшили данные в наши системы, когда мы взяли кристалл.

На экране шаттла возникла симуляция: Земля, охваченная синим свечением. Луна распадалась на части.

– Они делятся оружием, – Марк застонал. – Потому что сами его использовали.

Обратный путь на «Прометей» был молчаливым. Но когда корабль попытался уйти на прыжок, двигатели зависли. На экранах замигали предупреждения:

«ГРАВИТАЦИОННАЯ АНОМАЛИЯ. ПРОСТРАНСТВО-ВРЕМЯ ДЕСТАБИЛИЗИРОВАНО».

– Это не аномалия, – Ли посмотрел в иллюминатор. В центре пустоты, где раньше ничего не было, теперь висела точка. Чёрная, но не дыра. Нечто, поглощающее сам факт существования.

– Они здесь, – Айрис обняла себя. – Хранители из протокола.

«Прометей» затрещал по швам. Из чёрной точки выползли щупальца тени – не материи, не энергии. Пустоты в форме.

Ли активировал кристалл. Голограмма Сверхземли вспыхнула, и тени отступили, словно узнав свой дом.

– Мы уйдём, – прошептал он. – Но они теперь знают, где искать нас.

Когда корабль прыгнул в сверхсвет, оставив погибшую систему, Элина разбила кулаком экран с симуляцией Земли:

– Мы принесли смерть в свой дом, Ли.

Тот не ответил. В его дневнике уже налились кровью последние строки:

«Они превратили звёзды в могилы. Теперь мы – наследники их кошмара».

А в трюме «Прометея», куда не доходил свет, чёрный кристалл завершил трансляцию. На его поверхности проступила надпись:

«ИСПРАВЛЕНИЕ НАЧНЁТСЯ С СОЛНЦА».

Глава 5. Сигнал через время

2792 год. Окрестности Солнечной системы.

«Прометей» плыл, словно призрак, по краю Пояса Койпера. Его корпус, исцарапанный встречами с невидимыми угрозами, светился тусклым синим. Доктор Ли Грэйс сидел в лаборатории, вглядываясь в голограмму чёрного кристалла. Надпись «ИСПРАВЛЕНИЕ НАЧНЁТСЯ С СОЛНЦА» мерцала, как рана.

– Ты спалишь нейроны, – Элина Восс бросила на стол чашку с кофе, который уже давно остыл. – Они хотят, чтобы мы боялись. Это их оружие.

– Страх – побочный эффект, – Ли не отвёл взгляда. – Главное – паттерны. Они повторяются каждые 47 часов. Как отсчёт.

Сигнал пришёл в тот момент, когда Марк Ренделл пытался отключить кристалл от энергосети. Экран «Прометея» взорвался белым шумом, а затем – звуком, от которого треснуло бронированное стекло мостика.

– Это… тот же сигнал, что на Титане, – Айрис Валентайн зажала уши, но голос проникал прямо в сознание. – Но смещение… 4 миллиарда световых лет!

Ли уже видел цифры. Красное смещение, временные метки, гравитационные аномалии – всё указывало на одно: они смотрят в прошлое. Туда, где Сверхземля ещё дышала.

– Они говорили с нами через время, – прошептал он.

Расшифровка заняла 13 часов. Команда собралась у центрального голопроектора, где висел текст, составленный из символов, которые жгли сетчатку.

– «Мы знаем, что вы найдёте нас», – прочла Айрис. Её голос дрожал. – «Мы видели тени вашего будущего в разломах реальности. Наш крах – ваш маяк. Исправьте путь, пока не стали нами».

Элина засмеялась. Это звучало истерично.

– Они уничтожили себя, а теперь читают лекции? Прекрасно.

– Не только, – Марк выделил фрагмент текста. – Здесь… вложенные координаты. Не в пространстве. Во времени.

Голограмма ожила, показав Землю. Но не их Землю. Континенты сдвинуты, атмосфера оранжевая от пыли. Над планетой висел монолит – точная копия чёрного кристалла.

– Это не симуляция, – Ли приблизил изображение. – Это наше будущее. Если мы проиграем.

Внезапно свет погас. «Прометей» содрогнулся, будто гигантская рука сжала корпус. На экранах возникли показания сенсоров: гравитационная волна, идущая от Солнца.

– Хранители… – Айрис запустила экстренное сканирование. – Они здесь.

Элина вцепилась в кресло, когда корабль бросало в вихре не-пространства:

– Что они делают?

– Исправление, – Ли посмотрел в иллюминатор. Солнце, такое знакомое, пульсировало синим. Как в голограмме погибшей Сверхземли.

Кристалл в лаборатории взорвался светом. Его осколки, словно живые, сложились в новое послание:

«ПРОТОКОЛ АКТИВИРОВАН. КОРРЕКЦИЯ СИСТЕМЫ НАЧАТА».

Марк в ярости швырнул в стену терминал:

– Мы запустили таймер! Они используют наш кристалл как ключ!

Ли схватил образец сигнала из прошлого – данные, которые сверхземляне прислали сквозь эпохи. В них была не только печаль, но и структура. Паттерн, похожий на вирус.

– Они дали нам оружие, – он загрузил данные в квантовый процессор. – Чтобы бороться с их же ошибкой.

«Прометей» развернулся к Солнцу. Щиты трещали под напором гравитационных аномалий. Элина кричала, что это безумие, Айрис молилась на языке программирования, а Марк соединял своё сознание с двигателями.

Ли активировал вирус.

Солнце вспыхнуло.

Но не синим – золотым.

На мгновение всё замерло. Потом волна искажений схлопнулась, оставив лишь тишину.

– Что мы сделали? – Айрис уставилась на экраны. Солнце снова было жёлтым.

– Взломали протокол, – Ли опустился на пол, дрожащими руками записывая в дневник:

«Они дали нам не урок, а выбор. Стать тенью или светом».

Но в трюме, где лежали осколки кристалла, что-то шевельнулось. Текст на стене гласил:

«ИСПРАВЛЕНИЕ ОТЛОЖЕНО. НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ».

Глава 6. Путешествие во времени

2793 год. Окрестности временного разлома T-8β, 8 миллиардов световых лет от Земли.

Хроноскоп жужжал, как разъярённый рой ос, заполняя лабораторию «Прометея» запахом озона и страха. Доктор Ли Грэйс стоял перед устройством, напоминавшим сферу из сплавленного стекла и теней. Внутри неё мерцали звёзды, которых ещё не существовало. Или уже не было.

– Вы уверены, что это сработает? – Элина Восс сжала амулет на шее – подарок погибшей колонии на Марсе.

Её голос звучал хрупко, будто она боялась, что одно неверное слово разобьёт реальность.

– Нет, – ответил Ли, вводя координаты из кристалла. – Но они ждали нас. Даже здесь.

Айрис Валентайн подключила нейроинтерфейс к Хроноскопу. На её висках выступили капли крови – устройство вытягивало слишком много данных.

– Поле стабильно… пока. У нас 47 минут до коллапса временной петли.

Марк Ренделл проверил свои кибернетические протезы. Их поверхность покрылась инеем – побочный эффект близости к разлому.

– Если нас разорвёт на кванты, обещайте, что назовёте в честь меня какую-нибудь уродливую туманность.

Сфера взорвалась светом.

Их не вырвало в четвертое измерение. Не разорвало на атомы. Они просто… оказались там.

Воздух пах металлом и цветами, которых не было на Земле. Ли открыл глаза, ожидая увидеть ад или рай, но перед ним раскинулся город. Нет – не город. Симфония. Здания, вырастающие из живых деревьев, струившиеся вверх, как застывшие молнии. Мосты из света соединяли башни, а по небу плыли существа, похожие на китов с кристаллическими плавниками.

– Мы в прошлом, – прошептала Айрис. – Настоящем их прошлого. Сверхземляне окружали их. Высокие, с кожей, переливающейся, как перламутр, и глазами без зрачков – сплошное серебро. Они не замечали команду, проходя сквозь них, как сквозь дым.

– Хроноскоп сделал нас наблюдателями, – догадался Марк. – Призраками времени.

Элина коснулась цветка, растущего из стены здания. Её пальцы прошли сквозь него.

– Они… встроили технологии в саму природу. Смотрите!

Река, текущая через площадь, была жидким процессором. В её водах мерцали данные, рыбы-роботы чинили русло, а мох на берегу светился, очищая воздух.

– Гармония, – Ли достал дневник, но страницы оставались пустыми. Время не позволяло оставить след. – Они не покоряли вселенную. Они танцевали с ней.

Внезапно земля дрогнула. Небо потемнело. Сверхземляне остановились, повернув лица к звёздам. Их движения стали резкими, испуганными.

– Что происходит? – Айрис побежала за толпой, не чувствуя усталости. – Ли, они видят что-то!

На горизонте, где должен был быть закат, открылся разлом. Чёрный, пульсирующий. Из него выползали тени, знакомые до боли. Хранители.

– Нет, – Элина схватилась за голову. – Они пришли сюда из нашего времени! Мы принесли их за собой!

Сверхземляне подняли руки. Их города ожили – деревья сомкнулись в купола, реки вздыбились щитами. Но тени проходили сквозь защиту, как нож через воду.

– Они не боролись, – Марк указал на группу существ, собравшихся у центрального здания. – Они… готовились.

Ли подошёл ближе. Сверхземляне запускали голограммы – те же, что он видел в обломках. Карты, уравнения, кристаллы. Один из них обернулся, посмотрев прямо на Ли, будто нарушая законы времени.

– Они знали, – прошептал Ли. – Знают. Будут знать. Всё едино. Сверхземлянин поднял руку, показывая на разлом. Его голос прозвучал в сознании команды, минуя уши:

«Семя спасения – в гибели. Мы становимся мостом. Найдите конец в начале».

Хроноскоп завизжал. Время начало рваться.

– Назад! – Айрис потянула Ли за рукав. – Петля рушится!

Они вернулись в «Прометей», но что-то было не так. Стены корабля покрылись чёрными жилами, кристалл в трюме пульсировал в такт их сердцам.

– Мы изменили прошлое? – Элина упала в кресло, её голос дрожал.

– Нет, – Ли взглянул на данные Хроноскопа. Запись их путешествия показывала пустоту – сверхземляне не оставили следов встречи. – Они дали нам это. Специально. Чтобы мы увидели…

Марк вскрикнул, роняя стакан. Вода застыла в воздухе, превратившись в голограмму – карту ДНК, сплетённую с квантовыми уравнениями.

– Это послание. Для тебя, Ли, – Айрис расшифровала код. – Они вшили его в наше ДНК, когда смотрели на нас.

Ли прочёл:

«Ключ – в источнике. Ваше солнце – дверь».

Элина засмеялась. На этот раз в смехе звучала горечь прозрения:

– Они не пытались спасти себя. Они готовили нас к битве. Всё это время…

Корабль содрогнулся. На экранах замигал сигнал тревоги – гравитационные аномалии на Солнце возобновились. Чёрный кристалл в трюме ожил, проецируя новый отсчёт:

«ИСПРАВЛЕНИЕ НАЧНЁТСЯ ЧЕРЕЗ 24 ЧАСА».

Ли закрыл дневник. Последняя запись гласила:

«Они превратили гибель в семя. Теперь нам нужно вырастить из него новый путь».

А далеко в прошлом, на Сверхземле, последний из её жителей бросал кристалл в разлом. Его лицо, отражающее миллиарды лет тоски, улыбалось.

Глава 7. Встреча с прошлым

2793 год. Сверхземля, эпоха расцвета (8 миллиардов лет назад).

«Прометей» приземлился на плато, где небо было пронизано спиралями светящихся орбитальных станций, а воздух звенел от энергии, которой не требовалось проводов. Доктор Ли Грэйс вышел из шлюза, и его охватило чувство, будто он ступил в сердце живой вселенной. Под ногами пульсировала не почва, а поверхность, напоминающая гигантский нейрон – переплетение органических волокон и квантовых проводников.

– Они превратили планету в… симбиота, – прошептала Айрис Валентайн, касаясь рукой «дерева», ствол которого состоял из мерцающих кристаллов. Ветви его тянулись к небу, собирая солнечный свет и преобразуя его в голограммы. Сверхземляне не приближались. Они наблюдали – высокие, с кожей, меняющей цвет в такт биению сердца планеты. Их глаза, лишённые зрачков, отражали звёзды, словно каждый был картой далёких галактик.

– Почему они не контактируют? – Марк Ренделл настороженно сжимал кибернетический протез, готовый к атаке, которой не последовало.

– Потому что мы для них – призраки из несуществующего будущего, – ответила Элина Восс. Её голос дрожал, но теперь не от страха, а от благоговения. – Смотрите!

Вдали, на месте, где сходились три реки света, возвышался храм. Не здание – организм. Его стены дышали, раскрывая порталы в ритме, напоминающем сердцебиение. Над входом висел символ, знакомый до боли: спираль, вписанная в треугольник – тот же, что был на чёрном кристалле.

Команда вошла, и храм ожил. Пол под ногами превратился в прозрачный экран, показав под собой город, где технологии и природа сливались в танце. Дроны, похожие на птиц, сажали леса; озёра чистили себя сами, используя наноботов из водорослей; дети играли с голограммами, обучавшими их звёздной навигации.

– Они достигли синтеза, – Ли опустился на колени, проводя рукой по полу. Голограммы отреагировали, сложившись в уравнения. – Не подавили природу. Стали её частью.

В центре зала, на пьедестале из живого камня, лежала книга. Но не из бумаги – из сгустка света, заключённого в оболочку, напоминающую крылья бабочки. Когда Ли приблизился, книга раскрылась, и храм наполнился голосами.

«Мы знали, что вы придёте», – зазвучало на языке, который понимало не ухо, а душа. «Наша история – ваш урок. Наш крах – ваша надежда».

Голограммы показали Сверхземлю в моменты расцвета: города, растущие как растения; звёздные врата, питаемые энергией живых океанов; советы, где голосовали не только разумные существа, но и сама планета через нейросети лесов.

– Они дали право голоса своей Земле… – Айрис прослезилась. – Мы даже не представляли такого.