Александр Помнящий
Сказка о Чёрном Сердце тёмной эльфийки

Утро в столице королевства начиналось с золотистых лучей солнца, пробивающихся сквозь дымку над рекой. Город просыпался медленно, словно нехотя, но уже к полудню его улицы наполнялись шумом и суетой, превращаясь в бурлящий котел жизни.

Рынки столицы представляли собой настоящий лабиринт из прилавков и палаток, где воздух был густ от ароматов специй, жареного мяса и свежеиспеченного хлеба. Торговцы наперебой расхваливали свой товар, их голоса сливались в непрерывный гул: "Свежие устрицы! Прямо с северных берегов, еще живые!" – кричал рыжий детина с обветренным лицом, перекладывая моллюсков в деревянные ведра. "Шелка из Каэльдона! Нежные, как лепестки роз!" – зазывала пышнотелая торговка, поглаживая рукой переливающуюся ткань. "Магические амулеты! Защитят от сглаза, порчи и неверных жен!" – бормотал старый человек в рваном плаще, раскладывая перед собой странные безделушки. Под ногами хрустела солома, брошенная для впитывания грязи, а над головами висели гирлянды из сушеных трав и чеснока, отпугивающие злых духов.

Ближе к центру располагались более дорогие районы города. Здесь белоснежные особняки с колоннами утопали в зелени садов, где розы и жасмин наполняли воздух сладким ароматом. По мощеным улицам катили золоченые кареты с гербами знатных семейств, а стражи в лакированных доспехах зорко следили за порядком. "Осмельтесь ли вы утверждать, что герцог Альдрик не знал о заговоре?" – раздавался из распахнутого окна одного из особняков гневный голос. "Ваша светлость, я лишь передаю то, что слышал…" – робко отвечал другой голос. В тенистом дворике молодая девушка в шелковом платье училась вышивать под присмотром строгой гувернантки: "Нет-нет, миледи, иглу нужно держать именно так, иначе шов получится неровным". Где-то вдалеке звонили колокола главного храма, возвещая о начале утренней службы. Жизнь текла здесь обыденно и своим чередом.

Совсем иной мир и атмосфера царили за высокими стенами Магического квартала. Здесь возвышались остроконечные башни с витражными окнами, в которых причудливо преломлялся солнечный свет. У входа в главную гильдию магов стояли два каменных голема, оживающих лишь по команде посвященных. Внутри царила атмосфера заговорщицкого величия – в полумраке залов старшие маги перешептывались, перебирая древние фолианты. "Говорят, артефакт действительно существует", – бормотал седобородый старец, листая пожелтевшие страницы. "Не говори ерунды, – отрезал его коллега с лицом, изборожденным шрамами. – Если бы он был настоящим, его бы давно нашли". В углу зала молодой ученик дрожащими руками смешивал компоненты для зелья, боясь ошибиться хоть на грамм. "Тише, – прошипел наставник. – Один неверный вздох – и все пропало". И здесь жизнь как медленная река текла своим чередом.

Самое бурное течение пролегало в стороне от центральных районов великого города. В тех районах, которыми столица отнюдь не гордилась, но игнорировать которые не мог никто. Там, где заканчивались мощеные улицы и начинались грязные переулки, лежали трущобы – царство теней и преступности. Здесь в домах, налепленных друг на друга, как грибы после дождя, правила воровская гильдия "Отрава". Каждый порядочный гражданин старался обойти это место седьмой дорогой, а те, кто появлялся там, были либо отбросами общества, либо их клиентами.

В самом же сердце столицы, там, где сходились все главные улицы, возвышался Великий Королевский цирк – ослепительное сооружение, чьи купола, покрытые цветастой росписью, сверкали на солнце так ярко, что слепили глаза. По ночам же, когда зажигались тысячи разноцветных фонарей, цирк превращался в настоящий светящийся дворец, видимый даже с окраин города. Его стены, украшенные узорами и шелками всех оттенков радуги, переливаясь всеми цветами, словно живые, а высокие мачты и флаги красовались резными фигурами фантастических существ – грифонов, драконов и крылатых змеев.

Каждый вечер у ворот цирка собиралась огромная толпа – знать в роскошных одеждах, купцы с семьями, простые горожане, готовые отдать последние монеты за возможность увидеть самое захватывающее зрелище в королевстве. Особенно все ждали выступления Аделии – звезды цирка, чье имя не сходило с уст каждого жителя столицы.

Аделия была воплощением грации и бесстрашия. Ее каштановые волосы, собранные в сложную прическу, лишь подчеркивали изящество черт лица, а зеленые глаза, яркие, как изумруды, светились азартом каждый раз, когда она выходила на арену. Ее тело, гибкое и сильное, казалось, не подчинялось законам этого мира – она летала под куполом цирка без страховки, совершая головокружительные трюки, балансировала на тончайшем канате, раскинув руки, как птица, и прыгала сквозь кольца, охваченные настоящим пламенем, вызывая восторженные крики зрителей.

После каждого выступления к ней выстраивалась очередь поклонников. Молодые дворяне, краснея, преподносили ей букеты редких цветов, привезенных из дальних стран, купцы дарили дорогие безделушки, а простые горожане просто стояли и смотрели на нее с восхищением, надеясь хотя бы на мимолетную улыбку.

– Миледи Аделия, – один из юных лордов, недавно вернувшийся из-за границы, низко поклонился, протягивая коробку с изысканными сладостями. – Позвольте преподнести вам этот скромный дар.

– Благодарю, – улыбнулась она, принимая подарок. Ее голос был мягким, но в нем чувствовалась скрытая сила.

– Может, согласитесь на ужин? – не унимался поклонник.

– Увы, – покачала головой Аделия, – сегодня я занята.

Она умела вежливо, но твердо отказывать, зная, что многие ищут не столько ее общества, сколько славы быть замеченным рядом с самой известной артисткой королевства.

Жила Аделия в небольшом, но уютном доме в центральной части города. Ее сад был настоящим оазисом среди каменных улиц – здесь цвели розы всех оттенков, от нежно-белых до темно-багровых, жасмин наполнял воздух сладким ароматом по вечерам, а в тенистых уголках прятались фиалки и лаванда. Она любила проводить время в саду, особенно после выступлений, когда адреналин еще бурлил в крови, и нужно было успокоиться.

Но за этой красивой жизнью скрывалась тайна, о которой знали лишь немногие. Когда-то, в юности, Аделия была не циркачкой, а лучшей воровкой гильдии «Отрава» – самой опасной преступной группировки города.

Гильдией правила Зинра – темная эльфийка, чья красота была столь же пугающей, сколь и завораживающей. Ее кожа, темная, как ночное небо, отливала синевой при свете факелов, а белые, словно свежевыпавший снег, волосы всегда были собраны в строгий узел. Но больше всего поражали ее глаза – алые, как кровь, холодные и безжалостные. Она презирала людей, считая их слабыми и ничтожными, и правила своей гильдией с железной хваткой.

Популярность Зинры среди воровского мира была неоспорима. Ее боялись, ей поклонялись, ее имя произносили шепотом, как заклинание. Но держала она свою власть не только на страхе – она мастерски манипулировала, стравливала между собой конкурентов, а тех, кто осмеливался перечить ей, ждала жестокая участь.

Однажды молодой вор опоздал с выполнением задания всего на час.

– Ты что, думал, я шучу? – голос Зинры был тихим, почти ласковым, когда она подошла к нему.

– Нет, госпожа, просто…

Он не успел договорить. Мгновение – и его мизинец остался лежать на столе.

– В следующий раз будет кисть, – равнодушно сказала Зинра, вытирая окровавленный нож о платок.

Аделия, наблюдая за этим со стороны, сжала кулаки. Она была лучшей в гильдии – ни один замок не мог устоять перед ее отмычками, ни одна ловушка не была для нее преградой. Но с каждым днем ее все больше тошнило от бессмысленной жестокости Зинры.

– Зачем убивать стражника, если можно просто усыпить? – как-то спросила она.

– Потому что страх – лучший учитель, – улыбнулась Зинра, и в ее глазах вспыхнул холодный огонь.

Именно тогда Аделия поняла – она больше не может оставаться здесь. Но уйти от Зинры было не так-то просто…

Мысль о побеге зрела в Аделии долгими бессонными ночами, когда она лежала в своей каморке в логове "Отравы" и прислушивалась к шорохам спящего воровского притона. Каждый скрип половиц заставлял ее вздрагивать – а вдруг это Зинра идет проверить, все ли на месте? Ее пальцы непроизвольно сжимались под подушкой, где был спрятан тонкий, как паутина, клинок – подарок самой эльфийки на шестнадцатилетие.

Решение созрело внезапно, как вспышка молнии в душную летнюю ночь. После очередного задания, когда по их вине погиб ни в чем не повинный стражник – просто потому, что "так веселее", как сказала Зинра, усмехаясь своими алыми губами – Аделия поняла: больше ни дня.

Она действовала осторожно, как и подобает лучшей воровке гильдии. Три месяца тайных поисков, три месяца притворной покорности, пока она выведывала все тайники, все схроны, все уловки "Отравы". Она запоминала имена подкупленных чиновников, места встреч с контрабандистами, даже те комнаты в городской тюрьме, где тюремщики за определенную плату "не замечали" побегов. Все это она аккуратно записывала в маленький кожаный блокнотик, который прятала в потайном кармане своего плаща.

Последняя ночь в гильдии выдалась душной. Гроза бушевала над городом, и раскаты грома заглушали шаги Аделии, когда она пробиралась в покои Зинры. Эльфийка сидела у окна, наблюдая, как молнии рассекают небо, и даже не обернулась, когда дверь бесшумно приоткрылась.

"Я ухожу," – сказала Аделия, и впервые за все годы ее голос не дрожал перед повелительницей "Отравы".

Зинра медленно повернулась. В свете очередной молнии ее лицо выглядело почти демоническим – острые скулы, горящие красные глаза, бледные, как смерть, губы.

"Ты что, совсем глупая?" – ее голос был мягким, словно шелест шелкового платья. "Или забыла, что бывает с теми, кто пытается уйти?"

Аделия вынула блокнот и положила его на стол. "Здесь все. Все тайны "Отравы". Все наши дела за последние пять лет. Имена, даты, суммы." Она сделала паузу, глядя, как глаза Зинры сужаются. "Если со мной что-то случится, это окажется у стражи. И у "Стального Когтя". И у "Теней Дока". Думаю, они заплатят хорошие деньги за такую информацию."

Тишина повисла между ними, прерываемая только раскатами грома. Зинра медленно провела языком по губам – привычка, выдававшая ее волнение.

"Ты стала умнее," – наконец произнесла она. "Но не думай, что это конец. У меня длинная память, девочка. И очень, очень длинные руки."

Аделия не ответила. Она просто развернулась и вышла, оставив дверь открытой. Дождь хлестал ей в лицо, когда она шла по пустынным улицам, но, несмотря на ужасную погоду, она чувствовала облегчение.

Прошло полгода, прежде чем Аделия появилась в цирке. Сначала простым канатоходцем, потом – звездой представлений. Каждый ее выход на арену был пощечиной Зинре, каждый аплодисмент – насмешкой над властью темной эльфийки.

А Зинра ждала. Она сидела в своем тронном зале, окруженная новыми телохранителями, и слушала доклады шпионов об успехах бывшей ученицы. Ее длинные пальцы с черными, как сама ночь, ногтями барабанили по рукояти кинжала.

"Пусть наслаждается," – шептала она сама себе. "Пусть думает, что победила. Я научу ее – никто не уходит от меня навсегда."

В темных уголках города уже шептались, что "Отрава" готовит что-то большое. Что Зинра не забыла и не простила. И что когда-нибудь, в самый неожиданный момент, тень настигнет бывшую воровку, даже среди ярких огней цирковой арены.

А пока Аделия летала под куполом цирка, совершая головокружительные трюки, она каждый вечер бросала быстрый взгляд в темноту зала – не мелькнет ли там знакомый бледный силуэт с огненными глазами. Потому что она-то знала – Зинра не забудет. Не простит. И когда-нибудь обязательно нанесет удар.

Однако шло время, и былые страсти понемногу утихли, как казалось Аделии. Прошедшие годы сильно подточили прежнее величие столицы, и главный город королевства постепенно менялся, теряя былой блеск и порядок. Улицы, когда-то сиявшие чистотой, теперь утопали в грязи и мусоре. Рынки, прежде кипевшие веселой и шумной торговлей, превратились в опасные зоны, где в открытую орудовали карманники, а торговцы боялись выставлять свой товар без вооруженной охраны. По вечерам город погружался в тревожную тишину, прерываемую лишь криками о помощи да зловещим смехом пьяных головорезов из воровских гильдий.

Король, некогда могучий и решительный правитель, теперь с трудом поднимался с трона. Его прежняя гордая осанка согнулась под тяжестью лет и забот, а в глазах, еще недавно горевших мудростью и силой, поселилась постоянная усталость. По ночам, когда дворцовая стража меняла караул, старый монарх часто просыпался от кошмаров и подходил к высокому окну своей опочивальни, смотря на раскинувшийся внизу город. Он вспоминал, каким тот был раньше – улицы патрулировали бдительные стражи, а с каждым отрядом непременно шел маг, пусть даже молодой и неопытный, готовый в любой момент применить свои знания для защиты порядка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.