Алэйна Баретти
Код зверя 366: обретённая сила

Пролог

Когда-то я слышала любопытную метафору, о том, что монстры и чудовища реальны, о том, что они живут внутри нас и иногда они побеждают…

Я жила с мыслью, что эта метафора – лишь красивый литературный оборот. До того момента, пока она не стала самым подходящим описанием для моей жизни. Стала моими кошмарами, что не дают спать по ночам.

Всего за один злополучный день моя жизнь превратилась из маленького ручейка в горную реку, где каждый поворот таит неизвестность и опасность. Иногда она спокойна, а иногда бурлит, вынося на поверхность скрытые подводные камни. И причиной таким переменам стало сосуществование с монстром, которого искусственно посадили ко мне в голову. Без моего согласия, разумеется. И всё бы ничего, но он может перехватывать контроль над моим телом и с его помощью делать ужасные вещи. Такие победы надо мной могут стоить людям в моём окружении их жизней.

Я ищу способ бороться с этим монстром. Меня зовут Джессика. Мой номер – 366. Мой «внутренний монстр» или же ген – водный змей. И если мне удалось Вас заинтересовать, то устраивайтесь удобнее, и я расскажу Вам эту историю с самого начала…

Глава 1

Город Розуэлл на момент начала этой истории, а именно октябрь две тысячи пятнадцатого года, насчитывает почти сто тысяч жителей. Но моя история берёт начало не совсем здесь. Да и Розуэлл не назовёшь городом-малюткой, о котором мало кто слышал.

А вот в восточной части города раскинулось здание бывшей государственной школы. Его история мне доподлинно неизвестна, я лишь знаю, что оно подлежало сносу, но какой-то не местный меценат решил отреставрировать его, переоборудовав в приют. И вот уже на этой изолированной от мира высоким забором территории берёт начало моя история.

Приют «Новый день» укрыл под своей крышей от злого и жестокого внешнего мира около полусотни воспитанников от двух до семнадцати лет. Формально взрослые делили детей всего на две категории: малыши до десяти лет, имеющие все шансы на нормальную жизнь в приёмных семьях, и неказистые подростки, дожидающиеся совершеннолетия, на которых никто и не взглянет. Я бы ещё могла выделить третью группу: те, к которым даже не подпускают потенциальных будущих родителей. Единственное, что мне никогда не было понятно, так это, по какому принципу формируется третья группа. В неё входят как совсем малютки, так я и мои друзья, вынужденные смотреть за первыми, пока посторонние не покинут территорию приюта.

Так и пролетали дни, недели и даже года в некотором уединении от большого мира. Но ведь кому бы ни захотелось хотя бы на день покинуть эти стены?

Одним ничем непримечательным утром я проснулась от ритмичных покачиваний за плечо. Не без труда открыв глаза, первое, что я вижу перед собой – это расплывчатый силуэт Кэт.

Кэтрин – или же по-простому, Кэт – моя подруга. И, наверное, единственный человек женского пола во всём приюте, у которого одно моё существование не вызывает резкий приступ раздражения. Возможно, именно поэтому принципу нас определили в соседки по комнате.

– Джесс, да просыпайся уже!

Я раздраженно натягиваю повыше одеяло и отворачиваюсь от неё, намереваясь подремать ещё хотя бы пару минут. Но как только мой взгляд падает на часы, моё сознание моментально ускользает из объятий сна, врезаясь в осознание моего сильного опоздания на завтрак. Я фыркаю себе под нос и принимаю сидячее положение. Мой рассеянный взгляд останавливается на лице подруги. Её длинные до зависти прямые волосы сегодня заплетены в косу, приспущенную на бок, а глубоко посаженные голубые глаза прямо светятся от понятной только ей радости от наступившего утра.

– И откуда в тебе силы чему-то радоваться по утрам?

– Просыпайся скорее и узнаешь. – она растягивает губы в добродушной улыбке и выходит из комнаты, давая мне время одеться и привести себя в порядок.

Как только за соседкой закрывается дверь, я поднимаюсь с кровати и делаю пару шагов в сторону шкафа. Надев белую футболку и первые, попавшие под руку джинсы, я наспех расчесала волосы и побежала на первый этаж. Умывшись и почтив зубы в общей ванной, я пригладила мокрыми руками свои распушившиеся после сна чёрные волосы. В приглаженном состоянии они почти достают до плеч, но чаще болтаются собранными в хвост на затылке. Бросив последний взгляд в зеркало, отмечаю, что, кажется, веснушек на моем лице стало ещё больше, от чего я недовольно цокаю языком и закатываю глаза.

В столовой не очень шумно по утрам, а всему виной внеклассные лекции от нашей директрисы. Беверли Донал – большая любительница публичных выступлений. Ей надо было идти работать телеведущей, пока у неё был шанс и молодость. Её уже абсолютно седые волосы аккуратно собраны крабом на затылке. В противовес довольно бледной коже и холодной седине выступает винный костюм тройка, подогнанный точно по размеру её худощавого силуэта, такого же оттенка ногти, туфли и помада. Если у этой статной невысокого роста женщины и есть странность, помимо её характера, так это одержимость данным оттенком. Он просматривается во всех деталях её жизни.

Она расхаживает по одному и тому же маршруту вдоль обеденных столов каждый день. Но тема лекции каждый раз разная, не имеющая ничего общего с предыдущими. Сегодня она рассказывает, что в языке древних греков не существовало слова, которое обозначало религию. Понятия не имею, зачем нам об этом знать. Её мало кто слушает, все заняты своими делами, но её это никогда не останавливает. Как будто она тренируется на нас, прежде чем выступить где-то в действительно серьёзном месте с настоящей речью. Я, молча, перемешиваю кашу в тарелке, слушая миссис Донал в пол уха, но тут же чувствую, как кто-то толкает меня в бок. Поворачиваюсь и натыкаюсь взглядом на всё так же улыбающуюся Кэт.

– Какие планы на сегодня? – шепотом спросила она.

– А что? – я перевожу взгляд на неё и вскидываю бровь.

– Ой, да брось, ты на прошлой неделе заикнулась о чём-то грандиозном, а теперь будешь отнекиваться?

– Нет. – я пожала плечами и отставила тарелку с ненавистной субстанцией в сторону. – Я передумала.

Услышав явно не устраивающий её ответ, подруга недовольно морщится и затихает. Наконец, внеучебная лекция подходит к концу, но миссис Донал не спешит покидать столовую. Она подходит к нашему столу, касаясь пальцами столешницы, и ждёт, судя по всему, когда я обращу на неё внимание. Мой план состоял в том, чтобы не терять концентрации с её бардовых длинных ногтей, но не выдержав её испепеляющего взгляда на своей макушке и пары секунд, я всё же сдаюсь и поднимаю на неё глаза.

– Джессика, я, кажется, не раз повторяла, что такой внешний вид в нашем доме не приветствуется.

– Как забавно, что вы называете домом место, которое всей душой ненавидите.

– Ты не на том акцентируешь внимание. – она упирается обеими руками в столешницу, не отрывая от меня разгневанный взгляд широко раскрытых шоколадно-карих глаз. – В нормальном обществе, так как ты, одеваются только легкодоступные женщины.

– А нам почём знать, что там происходит, в нормальном обществе? – я равнодушно пожимаю плечами. – Мы там никогда не были, так что…

– Нахалка. – в голосе не слышно злости и потому я не успеваю как-либо среагировать, когда она заносит руку, хватает меня за ворот футболки и тянет на себя, заставляя подняться со скамьи. – Сколько раз повторять, что если уж тебе и сделали замечание, то ты, молча, встаёшь и идёшь исправлять ситуацию, а не пререкаешься со старшими?

Её лицо настолько близко, что я чувствую аромат выпитого ею перед лекцией кофе и вижу, как глубоко упали морщины под её глаза. Она отпускает меня, словно швырнув от себя провинившегося щенка. Не удержав равновесие, я громко приземляюсь обратно на скамью.

– Марш в свою комнату, Джессика. Приведи себя в порядок.

Рыкнув себе под нос, я вернулась в нашу с Кэт комнату и достала из шкафа причину постоянных замечаний миссис Донал, а именно потасканный топ серо-бежевого цвета, больше напоминающий утяжку, чем бельё. Когда мне стукнуло четырнадцать, моя грудь имела странное свойство вырасти до размера, не укладывающегося в размерную сетку подростков, вследствие чего мне и было выдано это орудие пыток. Натянув его, я снова надеваю футболку и стою перед зеркалом, давая себе немного времени привыкнуть к чувству сдавленности.

Кэт была близка к моему плану на сегодняшний день. Этим замечательным вечером у меня намечается небольшой побег из этого места. Естественно не с концами, а только на ночь. Но это будет знаменательная ночь! Мне уже не терпится перемахнуть через забор и убежать отсюда как можно дальше. Хоть и на время.

Пока я улыбаюсь своим мыслям и продумываю детали, в комнату почти бесшумно входит Кэт и присаживается на край своей кровати.

– Она, похоже, никогда от тебя не отвяжется. – вздыхает подруга.

– Плевать. – я оборачиваюсь на неё и подмигиваю. – Остаётся не так много времени. Всего полтора года и больше она будет мне не указ.

Бросив взгляд на настенные часы, я понимаю, что уже слегка опоздала на встречу. Кэт достала тетрадь и начала что-то черкать в ней. Решив не отвлекать подругу, я, молча, выскользнула из комнаты.

Покинув здание, я ловлю лицом несколько солнечных лучей, вдыхаю ещё тёплый осенний воздух и бросаю взгляд на рабочее место нашего охранника, мистера Бёрга, напоминающее большой скворечник у выхода с территории, и будку его большого, но беспородного пса Хейга. На самом деле, мне просто нужно убедиться, что они на местах и моей встрече никто не помешает.

Я направилась к большому клёну, что растёт на заднем дворе приюта у самого забора. По его веткам при наличии определенной ловкости, цепких пальцев и удачи можно было бы запросто перебраться через забор и оказаться на свободе. Но также этот клён служит ориентиром места встречи с моим другом. Сквозь забор я уже заприметила мужской силуэт.

Четырнадцатое сентября прошлого года. Эта дата засела в моей памяти, как день, когда я невольно сделала глоток свежего воздуха. День начала дружбы или же чего-то большего… Получив пару ссадин от старших, я шла вдоль забора, в надежде найти укромное место, чтобы спрятаться от миссис Донал и Кэт. И проходя мимо этого клёна, я заметила странного паренька. Он сидел, прислонившись к забору спиной, прячась от ещё по-летнему жаркого солнца в тени. Обычно никто не подходит к нашему забору. А если и подходит, то мистер Бёрг препятствует любому контакту. Поэтому этот парень и привлёк моё внимание.

– Эй, ты. – позабыв о прежнем пункте назначения, я направилась в сторону парня. – Что ты здесь делаешь?

Он обернулся и поднял на меня взгляд. Его бледно-голубые глаза были такими опустошенными. Но вот белок его глаз был чуть ли не весь красный. Его светлые волосы небрежно взъерошены.

– Наверное, сижу. – сделал он предположение, пожав плечами.

– Я не об этом. Почему именно здесь?

– Потому что сюда никто никогда не приходит.

– Ты тоже не хочешь, чтобы тебя нашли… – проронила я.

Подойдя ближе, я села рядом с ним. Почти минуту мы просидели в тишине, спиной к спине. Нас разделяли только прутья забора. Но на тот момент он казался мне пограничным пунктом между мирами: миром приюта и большим миром.

– Что у тебя случилось? – спрашиваю я, не особо надеясь получить ответ.

Но он ответил мне почти сразу. Он рассказал, что вчера вечером машина его родителей столкнулась со встречной на большой скорости.

– Отец умер, мама в реанимации. А я… я просто не знаю, что делать… – он проговаривал это то и доело всхлипывая.

– Соберись, тряпка. – я скрестила руки на груди. – Не знает он, что делать. Беги к маме, делай все, чтобы она быстрее поправилась. И я не шутила на счет беги, ибо сюда идет наш охранник, а он у нас…

– Эй, ты! А ну, проваливай отсюда! – послышался прокуренный голос мистера Бёрга.

– Беги! – я толкнула его в плечо, поняв, что просто так он не отреагирует. – Скорее!

– Постой. – он поднялся на ноги. – Как тебя зовут?

– Джессика.

Только услышав ответ, он на всех парах побежал прочь. Мистеру Бёргу не было смысла его догонять.

После того случая тот парень стал часто приходить сюда. Этот клён стал нашим местом встречи. И сегодня он пришел, чтобы ещё раз обговорить все детали моего побега.

– Привет, Алекс. Давно тут сидишь? – я села на землю, сложив ноги по-турецки.

– Привет. – он улыбнулся, обнажая белые, но чуть кривые зубы, которые сильно контрастируют с его золотистой, загорелой кожей. – Нет, только подошёл. Ну, что, ты готова?

– Конечно. Кстати, можно, я возьму с собой друзей?

– Друзей? Это ж сколько вас будет?

– Четверо в сумме.

– Чем больше людей, тем веселее. – он пожал плечами. – Тогда план нуждается в корректировке. Мне бы не хотелось, чтобы у тебя вновь были неприятности.

– Это же смешно. – усмехнулась я, по-приятельски толкая его в плечо сквозь прутья забора. – План остаётся прежним, просто замыкающий должен внимательно следить за Бёргом и Хейгом, тогда всё получится.

– Ладно. Это повод прибраться в машине. – он почесал затылок и пригладил чуть торчащие выгоревшие пряди.

– Как мама?

– Мама? – он удивился буквально на секунду, но почти сразу же поник. – Мама… Не очень, если честно. В больнице сейчас ужасная текучка, врачи постоянно меняются. Я переживаю, что это всё негативно на ней скажется…

– Всё будет хорошо. Я уверена. – я протянула рук между прутьёв и коснулась его кисти. – Ладно, мне пора. В десять часов и пять минут встречаемся здесь?

– Именно. Не задерживайтесь.

– Хорошо. Спасибо, еще раз. Огромное.

– Да, не за что. Я рад, что смогу провести время с тобой. И твоими друзьями. Удачно выбраться. Буду ждать.

Я кивнула и побежала обратно в комнату. Не обнаружив там Кэт, я схватила с полки тетрадь, ручку и заколку для волос и направилась в один из учебных классов. Стоило мне только переступить порог, как раздался звонок, оповещающий о том, что урок начался.

– Если вдруг кто-то забыл, сегодня у нас день истории. – объявила мисс Бэйкер, записывая тему на доске.

Я тихо присела на свое место рядом с Кэт. Кажется, мне удалось проскочить незамеченной.

– Сегодня же суббота… – жалобно протянула Кэт.

– Так себе день… – я улыбнулась. – Скорее бы вторник.

По вторникам мы погружаемся в литературу. По понедельникам у нас математика, в среду мы углубляемся в английский язык, четверг – день биологии, и я готова проклинать пятницы за занятия по химии. А по воскресеньям иногда к нам приходит учитель из государственной школы неподалеку и пытается объяснить нам физику.

Мисс Бэйкер рассказывала тему из уже потертых учебников, пока класс не заполнился звонком, который оповещал, что прошло полтора часа.

– Время обеда. Встретимся через час. – объявила учительница и вышла из кабинета.

Фыркнув себе под нос, я встала и размяла спину, потянувшись в разные стороны. После чего последовала примеру учительницы и направилась в столовую. Немного поковыряв еду в тарелке и найдя то, что можно было съесть, я и Кэт вернулись в пустой класс.

– Если тебе всё ещё интересно, я всё же кое-что запланировала.

– А я ведь почти поверила, что мне показалось. – фыркнула Кэт, поворачиваясь ко мне.

– Что сказать, врать я научилась раньше, чем полноценно говорить. – я пожала плечами. – Барабанная дробь… Побег!

– Опять?

– Ну, я надеялась, что в тот раз ты и ещё кое-кто составите мне компанию. Что скажешь?

– Я не знаю… Может, не стоит? Не хочется набираться неприятностей на наши головы.

В момент произношения этих слов в класс буквально вваливается ураган, в виде дуэта Пола и Джареда.

Пол и Джаред – наши близкие, насколько это вообще возможно, друзья. Честно признаться, никогда не понимала, как настолько противоположные во внешности и характере люди могут не то, что спокойно сосуществовать, а объединиться в ураган, сносящий всё на своём пути. Пол более спокойный и сдержанный. Тщательно подбирает тёмные оттенки в одежде под цвет своих чёрных, как смоль, волос, огранённых в аккуратную классическую мужскую стрижку. В носу носит небольшое колечко. Его мрачный образ хорошо дополняют очки с широкой оправой, иногда скрывая за собой насыщенно-синие глаза. Джаред наоборот, слишком общительный парень, временами даже резкий. У него очень широкая улыбка, как будто кто-то нарочно растягивал ему щёки, когда он был младше. Пол и Джаред – вместе как инь и янь. Постоянно дополняют друг друга.

Сделав вид, что не обратила внимания на грохот, созданный парнями, я продолжила разговор на той же ноте.

– Кэт, заметь, я не спрашиваю, пойдем ли мы. Либо ты идешь вместе со мной, либо я иду одна с этими двумя. – я кивнула в сторону парней, все еще стоящих на пороге. – Я тебя не заставляю. Но сама не остановлюсь.

– Тебя бесполезно отговаривать… Тогда я с тобой. – она тяжело выдохнула, переводя взгляд на парней, усевшихся за задние парты. – И вы даже ничего не скажете?

– А что тут говорить? Я давно искал предлог покинуть эти стены. – Джаред пожал плечами, толкая Пола в плечо.

– Вот и славно! Идём сразу после отбоя.

Парням даже не нужно ничего объяснять, они поддержат меня и мою задумку в любом случае, за что я их просто обожаю. Далее день прошел без происшествий. После ужина объявили отбой. Проверив, что все на месте, миссис Донал отправилась в свой кабинет.

Как только стук её каблуков стих в конце коридора, я и Кэт подорвались со своих кроватей. Мы заранее подготовились и оделись в подходящую для такого события одежду. Выглянув за дверь и никого не обнаружив, мы выскользнули из комнаты в коридор. Спустившись по пожарной лестнице, что заканчивалась прямо у одного из пожарных входов из здания, мы на секунду перестали дышать. Шаги миссис Донал не перепутаешь ни с чем, и они с каждой секундой приближаются. В своей голове я уже успела сравнить этот звук с посмертно звонящим колоколом, если сейчас распахнется дверь, и нас застанут на месте. Но мы выдыхаем с облегчением, когда в двери просто щелкнул замок, а стук каблуков стал удаляться.

– Чёрт, ещё бы чуть-чуть… – выдохнула я.

– Нам просто повезло. – поддакнула Кэт.

В этот момент к нам подоспели Джаред и Пол, что должны были выбраться по пожарной лестнице с другой стороны здания.

– Поторопимся, мы уже опаздываем. – я махнула рукой в сторону клёна.

Пол пошёл первым, за ним Джаред и Кэт, а я шла за этой небольшой колонной и постоянно оглядывалась, что бы нас случайно не обнаружили. Старенькая «тойота» с выключенным двигателем уже стояла поодаль забора на обочине дороги. Достав фонарик, что дал мне Алекс пару дней назад, я дважды включила его и выключила.

– Что ты делаешь? – спросил Пол, вплотную подходя к клёну и думая, как лучше перебраться.

– Подаю сигнал. – ответила я.

Кэт что-то пробурчала себе под нос и закатила глаза, собираясь с силами, чтобы зацепиться за очередную ветку и перемахнуть через забор. И в этот момент звуки за моей спиной заставили волосы на затылке зашевелиться. Потому что, судя по частоте и лёгкости шагов, в нашу сторону направляется пёс сторожа. А вот за ним уже следуют тяжелые шаги мистера Бёрга.

– Ребят, быстрее, у нас тут неприятности! – проговариваю я, хватаясь за первую ветку.

В прошлый раз меня поймали именно на этой стадии побега, но сейчас всё должно получиться. Вся компания, за исключением меня, уже преодолела забор. Алекс завёл машину, приводя в рабочее состояние двигатель и фары.

– А ну-ка стой, беглянка! – голос мистера Бёрга на секунду даже заглушил рычание двигателя машины.

Под бешеный стук собственного сердца я пару раз промахиваюсь ногами мимо веток, чуть ли, не падая на землю. Но в последний момент всё же перемахиваю через забор, приземляясь на ноги и подняв при этом небольшое облако пыли. Я уже хотела в спокойной манере пройти к ожидающему автомобилю, но от звуков, что последовали далее, мои внутренности сжались до невозможности. Звук содрогающихся от напряжения веток. Обернувшись, я увидела, как мой преследователь весом под центнер упорно пытается миновать забор нашим маршрутом. Ускорив шаг, я побежала к машине.

– Давай! Скорее! – скандировали мне уже все пассажиры авто.

Не открывая двери, я запрыгнула на переднее пассажирское сиденье кабриолета.

– Жми, Алекс, жми! – пискнула я.

Алекс нажал на газ и, выехав на дорогу, мы скрылись за первым же поворотом в направлении города. Лишь тогда я смогла спокойно выдохнуть, съехав вниз по сиденью.

– Это был самый эпичный побег в моей жизни. – усмехнулся Алекс.

– Да, иди ты! – я толкнула его кулаком в плечо и засмеялась.

Через двадцать минут езды по городу, мы остановились у трёхэтажного здания в частном секторе. На нём расположилось много неоновых вывесок от круглосуточного магазина до студии красоты. И совсем неприметная вывеска «Чёрный медведь» у двери на первом этаже. Я рискну предположить, что именно туда мы и направимся.

Алекс припарковал машину, и мы направились к входу с той самой вывеской. Миновав странного мужчину с каменным лицом на входе, мы попали внутрь.

– Дамы, господа, добро пожаловать. – Алекс торжественно развел руки. – На небольшой рок-концерт.

– Это, по-твоему, небольшой? – спросила я, глядя на толпу людей у самой сцены.

– Поверь, это действительно небольшой. Но для начала сойдёт. – ответил он, подмигивая. – Пол, мы с тобой сходим за выпивкой. Джаред, развлечешь дам?

– Конечно. – ответил Джаред.

Парни скрылись в неизвестном направлении. Мы слушали игру какой-то начинающей рок-группы, выступающей на разогреве. Пол и Алекс вернулись спустя пару песен с большим количеством алюминиевых банок самого разного содержания.

Выпив уже не знаю, какую по счету банку, в глазах всё поплыло, а моя речь стала медленной и невнятной. Группы на сцене сменялись одна за другой.

– Парни, не хотите в слэм? – вдруг предложил Алекс, кивая в толпу у самой сцены.

– Здесь есть слэм? – оживилась я.

– Кажется, он к парням обращался. – с вызовом улыбнулся Джаред.

– Но я тоже хочу. – я скрестила руки на груди и недовольно надула губы.

Тут же мне на плечо упала рука. Это Пол.

– Если хочешь, так чего расселась? – улыбнулся он. – Пошли.

– Ура! – я спрыгнула со стула и пошла вслед за ним.

Но чем ближе мы подходили, тем мне все меньше хотелось в этом участвовать. Глядя на толпу людей, даже стало страшно. Но алкоголь, играющий в крови, требовал веселья. Мы с Полом вступили в толпу, словно сделав шаг в неизвестность. В одну секунду все словно перевернулось. Прохладная атмосфера сменилась жаром и духотой. Меня толкают из стороны в сторону. Пол уже давно пропал из виду. Голова кружится, кажется, меня сейчас стошнит.

Очередным толчком меня вытолкнули из толпы, да с такой силой, что я умудрилась врезаться в спину какого-то худого парня. Он обернулся посмотреть на нарушительницу своего спокойствия.

– Мистер Элмерз? – моя челюсть познакомилась с полом, когда я узнала в парне нашего учителя физики.

Кто бы мог подумать, что, сменив свои брюки и пиджак на майку и рваные джинсы, он будет так сильно смахивать на подростка. Его руки густо покрывают татуировки. Теперь мне понятно, зачем ему вечно носить рубашки.

Мы буквально несколько секунд смотрели друг на друга, выпучив глаза. Предвкушая своё полное разоблачение, я вмиг протрезвела.

– Прошу прощения, я вас знаю? – наконец-то отреагировал он.

Кажется, учитель всё же забыл надеть очки. Пока он присматривался, я поспешила бежать как можно дальше от этой барной стойки, на поиски ребят. Едва разглядев в толпе знакомый силуэт Кэтрин, я направилась к ней.

– Кэт, ты не поверишь, кого я сейчас видела.

– Ты тоже. Мистер Бёрг и мисс Бэйкер здесь! Надо сваливать.

– Вот же чёрт! – взяв подругу за руку, я направилась к выходу.

На парковке нас уже ждали Пол, Джаред и Алекс. Наверное, они уже в курсе, что случилось. Мы обменялись тревожными взглядами и, молча, сели в машину. Честно признаться, не ожидала, что нас накроют так быстро. Хотя, если учесть, что Бёрг был свидетелем и даже пытался начать преследование, такое развитие событий становится уж слишком очевидно. Пока мы ехали обратно, я успела уснуть на переднем пассажирском сидении.

Глава 2

Утро встретило яркими солнечными лучами в глаза, ртом, переполненным вязкой слюной и тошнотой. С далеко не с первой попытки перевернувшись на спину и стараясь не растрясти содержимое желудка, которое так и норовит покинуть мой организм, я осмотрела комнату, которая почему-то продолжает кружиться.

– Ты как? – просила Кэт, сидящая на своей кровати и всё это время наблюдавшая за мной.

Я страдальчески моргнула, понимая, что одно лишнее слово или движение может стоить мне лужи рвоты на полу.

– Мисс Бэйкер оставила это на случай, если будет совсем плохо. – она кивнула на мою прикроватную тумбочку.

Там стоит стакан воды и три таблетки, наименование которых мне неизвестно. Медленно приняв сидячее положение, я, не задумываясь, выпила таблетки и сделала пару глотков воды. После чего поспешила вернуться в кровать. Комната перед глазами продолжает медленно поворачиваться. И даже если я закрываю глаза, это ощущение никуда не уходит. Не знаю, как и через сколько мне всё же удалось снова отключиться.

Сама я толком и не ощутила, сколько именно проспала. Главное, что я ощутила, это долгожданное и такое драгоценное облегчение от этих жутких симптомов похмелья, граничащих с отравлением.

Решив переодеться, я всё равно с некой опаской и осторожностью поднялась с кровати. Стянув с себя футболку, я обнаружила на теле довольно много маленьких порезов неизвестного происхождения. Немного поразмыслив, я отложила этот вопрос до встречи с ребятами. Спустившись в столовую, понимаю, что уже наступил обед. Я нашла Кэт, Пола и Джареда за нашим привычным столом.

– Долго я спала? – спрашиваю я, ставя поднос с обедом на стол и присаживаясь на стул.

– Почти два часа. – отвечает Кэт. – Как себя чувствуешь?

– Словно меня переехало катком. Что вчера было?

– Совсем не помнишь? – Джаред вскинул бровь.

– Если бы помнила, я бы сейчас не спрашивала. – я подняла на ребят измученный взгляд.

– Свидетелем была Кэт, не смотри так. – Пол нервно дёрнулся. – Мы были почти в комнате, когда услышали.

– Что услышали? Вы можете не ходить вокруг да около? – я теряю последние остатки терпения.

– Не шуми. – Джаред кивнул в сторону мисс Бэйкер.

– Ты вчера не соизволила подниматься по лестнице, решив, что проще разбить окно у входа и подняться по нормальной лестнице в холле. Поставив всех на уши, ты упала спать прямо в коридоре. – наконец-то осведомила меня Кэт.

– Чёрт… Так вот откуда порезы. – я уперлась лицом в ладони. – Надеюсь, вас не засекли? – я развела два пальца, уставив взгляд открытого глаза на парней.

– Нет. Эти двое притихли в своей комнате. – фыркнула Кэт. – К тому же Бёрг видел только тебя.

– То есть из всей нашей компании засекли только меня?

– Получается так. – подруга пожала плечами.

– Тогда всё не настолько плохо…

Я могла выдохнуть спокойно. Интересно, на какую каторгу отправит меня миссис Донал на этот раз?

– Джессика, после завтрака миссис Донал ждёт тебя в своем кабинете. – проходя мимо нашего стола, обратилась к мне мисс Бэйкер.

Стоило только подумать о миссис Донал и вот. Я только коротко кивнула в ответ и уставилась в тарелку, в надежде, что мисс Бэйкер перестанет сверлить меня взглядом. Наконец, оставив попытки испепелить меня глазами, она направилась к выходу.

– И чего она так вырядилась? – усмехнулась Кэт, когда учительница покинула столовую.

– Хочет показать, что она все ещё молода или идёт вечером на свидание. – предположил Пол.

Действительно, мисс Бэйкер сегодня очень сильно отклонилась от своего привычного стиля в одежде. Обычно все привыкли видеть её в легких платьях или классических брючных костюмах. А сегодня чёрные туфли на огромном каблуке со шнуровкой придают её росту добрых двадцать сантиметров, порванные на коленках джинсы на учительнице смотрятся, как что-то противоестественное, а тёмно-зелёный свитер с изображением чёрного черепа и выглядывающий из-под него воротник белой рубашки дополняют образ.

– Молода? Адель Бэйкер? Сколько ей, двадцать восемь, кажется? – я перебирала салат, выбирая из него помидоры.

– Двадцать шесть. – поправил Джаред.

– Ладно, в это раз я поверю тебе на слово, а пока, я откланяюсь. – я поднялась из-за стола и сделала реверанс.

– Не стоит так изощряться, переросток. – прыснул Эшли, сидящий за соседним столом. – Тебя этому на помойке научили? Или где ты там вчера была?

– Там, где я вчера была, ты в скором времени будешь искать работу. Думаю, сочтемся. – я подмигнула ему.

Моя компания проводила меня аплодисментами. Убрав посуду, я отправилась в филиал ада на земле, а именно в кабинет миссис Донал. Вдохнув поглубже, я постучала в дверь и приоткрыла её.

– Рада, что ты решила снизойти до меня, Джессика. – миссис Донал подперла подбородок рукой. – Проходи.

От её очень уж уместного сарказма я поежилась и прошла внутрь кабинета, останавливаясь перед её столом. Не то что бы я ненавидела миссис Донал. Как учитель она вполне приемлема. Но у каждого свои тараканы и, когда они активируются в её голове, наступает самый настоящий ад.

– Присядь.

Я послушно села на стул. Повисла тишина. Она, видимо, ожидает, что я буду извиняться и объяснять, что вчера произошло.

– Ты так и будешь молчать? – она не выдержала первой.

– Мы, вроде бы, не в церкви. – съязвила я, ухмыльнувшись. – Я не обязана каяться.

– И все же… Тебе совсем нечего мне сказать? – она приставила два пальца к брови и оперлась на них.

– Нет. – я пожала плечами.

– Что же… – она тяжко выдохнула. – Сбежать с парнем на вечеринку – это ещё ладно. Адель убедила меня, что в твоем возрасте это вполне обычное поведение. Но, скажи мне, что не так с нашим окном?

– На вечеринке я злоупотребила напитками. Заметив это, мой друг сразу же отвез меня назад.

– Это похвально. И если бы не мистер Дэвис и большое количество алкоголя, тебе бы удалось выйти сухой из воды. Но увы… В наказание за побег, да и за окно тоже, будешь убирать листья на всей территории неделю.

– Но…

– Две недели. – она перебила меня. – Ещё слово, мисс, и будет три.

Я, молча, опустила голову. Я сдалась…

– Вот и славно. – она положила локти на стол, опираясь подбородком о тыл кистей рук. – Мистер Дэвис выдаст тебе инвентарь. И после занятий будь добра явиться на задний двор.

Сжав кулаки до побелевших костяшек, я состроила самое невозмутимое лицо, какое могла на данный момент. Хотя внутри просто закипаю, как чайник.

– Я могу идти? – чуть ли не прорычав эти слова, я посмотрела на неё.

– Свободна.

Услышав заветное слово, я пулей вылетела из кабинета. Стоило мне только открыть дверь, я как я столкнулась нос к носу с Полом и Джаредом.

– Как прошло? – поинтересовался Пол.

– Могло быть и хуже. – протянула я, проходя по коридору в направлении своей комнаты. – Как видите, меня не ведут под руки в изолятор.

– А если подробней? – попросил Джаред, наклонив голову на бок и сжав губы.

– Буду две недели убирать листья под присмотром Дэвиса. Как видите ничего смертельного. – я пожала плечами.

– Ну, да, могло быть и хуже. – кивнул Пол.

– Тем более, что мы тебе поможем. – рука Джареда упала на мое плечо. – Как-никак мы тоже сбежали. И управимся быстрее.

– Да уж. Миссис Донал думает занять меня работой, чтобы у меня не осталось сил на выходки, подобные этой.

– Это бы ей вряд ли удалось. – усмехнулся Джаред.

– Ты слишком гиперактивная, но вместе с этим ужасно ленива. – согласился Пол. – И как у тебя это получается?

– Если бы я знала. – я лишь пожала плечами.

Занятия сегодня явно не входили в мои планы. Да и сталкиваться с мистером Элмерсом после вчерашней встречи не хочется. Отлежавшись в комнате до окончания уроков, я переоделась и вышла на улицу, где меня уже ждал мистер Дэвис, вооруженный метлой и специальными граблями для листьев.

Так пролетели несколько дней. Ребята время от времени мне помогали. Мне кажется, что план миссис Донал действительно сработал. Потому что после такой уборки по своим комнатам мы не расходились, а чуть ли не расползались и падали спать.

Сегодня пятница, а это значит, я сорвалась с места сразу по окончанию скучнейшего предмета под названием химия и отправилась на каторгу. Вот сегодня куда угодно, только не на очередную лекцию миссис Росс.

– Эй, Джесс, ты куда сорвалась? – во дворе меня нагнал Пол.

– Ещё немного и я бы попросту уснула. – я потянулась. – А теперь за работу. В кой-то веке я правда хочу что-нибудь сделать. – я потерла ладошки.

– Ты хочешь работать? Серьезно? – к нам подошла Кэт.

Собрав довольно внушительную кучу листьев, мы остановились отдохнуть, параллельно наблюдая за миссис Росс, которая поливала цветы, вынесенные из приюта на последние лучики пока ещё теплого солнца. Мне не понятно, откуда появился Джаред и с разбегу запрыгнул в листья, которые мы только что собрали.

– Джаред, какого чёрта ты делаешь? – поинтересовалась я, сдерживая смех.

– Не видишь? – усмехнулся он. – Ныряю. – с этих слов вся наша компания залилась смехом.

– А ну-ка, дай сюда. – я подпрыгнула, снимая с Пола его очки.

– Ты что задумала? – Пол потер левый глаз.

– В них линзы с диоптриями? – спросила я, рассматривая очки.

– Да, но они слабые.

– Смотри. – я направила луч, проходящий через линзу, на листья. – Это единственное, что я запомнила с уроков мистера Элмерса.

Вспомнив мое столкновение с учителем в клубе, я невольно улыбнулась. Углубившись в остатки воспоминаний, я не обратила внимания на то, что произошло через несколько секунд. Из транса меня вывел голос Кэт.

– Горим! – пищала подруга.

Устремив свой взгляд на кучу листьев, я обнаружила, как пламя довольно внушительным темпом распространяется. Джаред поспешил покинуть быстровоспламеняющийся объект.

– Вот же чёрт!

Пол сорвался с места и, выхватив у миссис Росс шланг с водой, попытался ликвидировать огонь. Большой клуб дыма поднялся над двором, распространяя едкий запах гари. Даже если у меня и был шанс скрыть этот небольшой пожар, то теперь можно искать укрытие от миссис Донал минимум на два дня.

– Джесс, лучше уходи отсюда. – начал Джаред, пока Пол возвращал шланг миссис Росс.

– Он прав. – поддержал Пол. – Если сейчас выйдет миссис Донал, то закроет тебя в изоляторе.

– Точно. Мы скажем, что это мы сделали, а вы уходите. – продолжил Джаред.

– Ладно. – Кэт кивнула. – Пошли, Джесс. – она схватила меня за локоть.

– Спасибо, ребята. – я пошла за подругой.

Мы поднялись в комнату и просидели там до ужина, гадая, что светит парням. Они так и не появились на ужине, что наталкивало на плохие мысли об их участи. А вот после ужина меня вызвала миссис Донал.

– Миссис Донал, вы хотели меня видеть?

– Проходи, Джессика.

Я уже по выученному маршруту села на стул напротив неё. Молчание продлилось несколько минут.

– В твоем возрасте неплохо иметь верных друзей, да? – заговорила миссис Донал.

– Это необходимо. – подтвердила я. – Где Пол и Джаред?

– Пол закрыт в изоляторе, потому что именно его очки послужили средством возникновения этого небольшого пожара. А Джаред закрыт в их комнате. Вы, правда, надеялись, что я не замечу огромного клуба дыма над двором?

– Надеялись, что он успеет рассеяться до того, как вы заметите.

– Ясно. – она скрестила руки на груди. – Скажешь ещё что-нибудь?

– Выпустите Пола. Это я забрала у него очки. И устроила пожар…

– Хоть остатки совести у тебя имеются. – левый уголок её гул пополз вверх. – Сутки в изоляторе. А ребята побудут под арестом за попытку тебя укрыть.

– Но миссис Донал…

– Никаких «но»! – она встала из-за стола. – Здесь пока все ещё приветствуют дисциплину. Это похвально, что ты призналась, но это не освободит тебя и их от ответственности.

Следующие сутки я провела в тёмной комнате за разговорами самой с собой и в попытке не свихнуться в одиночестве.

Глава 3

Прошла неделя с моих посиделок в изоляторе. И наконец-то я свободна от уборки листьев. Я спокойно спала, наблюдая один из интереснейших снов на моей памяти, как сквозь сон почувствовала, как меня кто-то толкает. С ленью поднимаю веки и вижу перед собой Кэтрин.

– Джесс, просыпайся! Хватит спать!

– Кэт, ты замечательный каждодневный будильник. – я начинаю бесцельно водить рукой по её лицу. – Но где у тебя кнопка выключения?

– Никакого выключения. – она схватила мою руку в районе запястья и отодвинула от лица.

– Честно говоря, очень жаль. – я недовольно шикаю.

– Джесс, сегодня один из главных спонсоров нашего приюта приезжает!

– Как сегодня?! – я подскакиваю с постели.

– Так что просыпайся. Я пошла, отвлеку миссис Донал.

Она добродушно улыбнулась и пошла в сторону столовой. Я подскочила с кровати и стала одеваться. Надев, какое-то платье темно-синего цвета, я побежала в столовую. Там миссис Донал уже читала инструктаж кому и как надо себя вести. Я, молча, ковыряюсь в тарелке. На завтрак опять какая-то каша, от одного её вида мне становилось не по себе. Отодвинув тарелку от себя, я уставилась на миссис Донал.

– Ты же не собираешься что-то делать? – шепотом спросила Кэт.

– А что?

– Я тебя слишком хорошо знаю. Ты и без повода попадаешь в неприятности, а тут ещё и мистер Арчер приезжает. Что ты на этот раз придумала?

– Пока не знаю. – я пожала плечами. – Но я обязательно что-нибудь придумаю.

Когда инструктаж подошел к концу, всех отпустили по своим делам, пока не приедет мистер Арчер. Но лично для меня он напыщенный индюк, которому плевать, что здесь вообще происходит. На этот раз надо придумать что-то грандиозное. На этот раз он не отделается одним тараканом в пирожном. Словно услышав мои мысли, ко мне в комнату вошла миссис Донал.

– Миссис Донал, чем обязана такому визиту?

– Как смешно, Джессика. Я пришла поговорить.

– Если уж хотите поговорить, то лучше заняться этим со своим психологом. – я ехидно улыбнулась.

– Опять дерзишь. – она глубоко выдохнула. – Нет, я пришла скорее предупредить. Если снова будут какие-то выходки, у вас, юная леди, будут большие проблемы.

– Хорошо, миссис Донал. Я поняла.

Она, с укором посмотрев на меня, удалилась. Как будто она не понимает, что этим предупреждением только больше провоцирует меня. После неё в комнату зашла Кэтрин и присела на свою кровать.

– Что она хотела от тебя?

– Предупреждала, чтобы я не устраивала концерт и пригрозила серьёзными неприятностями. Я пойду, надо с кое-кем поговорить.

Я встала с постели и пошла на улицу. Там меня уже ждали. Я пошла к полюбившемуся месту встречи с Алексом. Сегодня он принес мне баллончик черной краски, который я просила несколько дней назад. Наконец-то я воплощу свой план в реальность.

– Вот, Джесс, всё как ты хотела.

– Круто, Алекс. Спасибо!

– А что если на этот раз всё будет хуже?

– Холодная вода, помои на кухне и тотальный контроль. Как может быть хуже? Куда? Разве что, если меня сдадут на органы.

– Мрачные у тебя мысли. – он отшатнулся в сторону, словно от сквозняка.

– Ладно, мне пора.

– Удачи тебе. Скоро увидимся.

– Скоро. – я кивнула и побежала в комнату.

Я только успела спрятать баллончик между стеной и кроватью, когда в комнату влетают Пол и Джаред с радостными улыбками на лицах.

– Сегодня приедет мистер Арчер. – констатировал факт Пол.

– Что ты придумала на этот раз? – поинтересовался Джаред.

– Да ничего особенного. – сказала я.

– Что? – в один голос воскликнули они.

– Да шучу я, шучу. Есть идея, но я не хочу никого из вас втягивать. Ладно, нам пора идти. Вам на обед, а мне на задний двор.

– Хорошо. – опять в один голос ответили они.

Я пошла к двери. Она открывается наружу. Толкнув ее, я и не заметила, как сбила с ног Эшли. Упал он так, будто весь наш разговор с Джаредом и Полом просидел на коленках под дверью. Он с непоняткой смотрел на меня.

Эшли – как и в любой школе, так и у нас в приюте есть самый популярный парень. Он блондин, хотя его цвет волос подозрительно бледен. Всегда одевается открыто, что стыдно смотреть. И где он берёт эту одежду?

– Что ты здесь забыл? – спросила я.

– Ничего такого, переросток. – ответил он, поднимаясь с пола. – Могла бы и аккуратнее двери открывать.

– Катись к чёрту! – прошипела я.

Он ушел. Ругнувшись ещё раз, я достала из-за кровати баллончик и выбежала из комнаты. Меня догнал Пол. В столовую было по пути, так что мы пошли вместе.

– Чего ты так злишься на него?

– Нечего подслушивать чужие разговоры. – рыкнула я. – У нас с ним давняя вражда и я догадываюсь, что он делал под моей дверью.

– Вот оно что. Ладно, удачи. Я верю в тебя. – он остановился около входа в столовую.

– Говоришь так, будто на войну посылаешь. – усмехнулась я и пошла дальше.

Придя на задний двор, я стала воплощать свой план в жизнь. Оказалось, что использовать баллончик и не запачкать руки оказалось очень сложно, поэтому пришлось пожертвовать платьем, чтобы защитить руки. После того как все было готово, я вернулась в комнату, чтобы переодеться. В это время обед в самом разгаре. Мистер Арчер приехал как раз к его началу. Я надела джинсы и свободную футболку с каким-то непонятным рисунком, которая мне была явно велика и свисала на одно плечо, но это даже лучшее смотрелось. Я взглянула на себя в малюсенькое зеркало, висящее над кроватью Кэт, взъерошила короткие тёмные волосы и направилась в столовую.

С трудом в толпе нахожу Кэт, Пола и Джареда и подсаживаюсь к ним. Кэт уже взяла мне порцию, но есть нет никакого желания. Я переворачивала еду в тарелке, создавая вид, будто ем, но сама наблюдала за миссис Донал и мистером Арчером. Спустя несколько минут после моего прихода они пошли смотреть здание снаружи. Прошло где-то минут пятнадцать, прежде чем объявили о срочном сборе всех на заднем дворе дома. Все, как под дудочку, устремились туда. Я же не стала исключением.

На заднем дворе всех ждала покрасневшая от гнева миссис Донал и недоумевающий мистер Арчер. На стене здания красовалась надпись: «Может, я скоро отсюда уйду, но не вы. Вы, сгорите в аду…»

– Как это понимать?! – чуть ли не пискнула миссис Донал. – Тех, кто это сделал, ждут большие неприятности! Да как так вообще можно?!

Её взгляд тут же упал на меня. Я сделала непринужденный вид и взгляд полный удивления.

– Джессика, ты ничего не хочешь нам сказать?

– Я? Нет миссис Донал, абсолютно ничего. – хотя внутри меня просто разрывало от ликования.

– Так, хорошо. Все дети будут лично вызваны ко мне в кабинет, посмотрим, кто и что видел. – с этими словами она пошла прочь.

Все стали поспешно расходиться. Остались только мы вчетвером и Эшли со своей компанией. Он подошел ко мне.

– Ну что, переросток, я жду извинений. – сказал он с очень наглой умылкой.

– И за что это мне извиняться? Да ещё и перед тобой? – я смерила его непонимающим взглядом, вкинув бровь.

– Как за что? За сегодняшнее утро. Я из-за тебя расшиб коленку.

– И что?

Тут ко мне подошли двое из его компании.

– Слушай сюда, Джесс. Либо ты сейчас встаёшь на колени и просишь у меня прощение, либо я говорю миссис Донал, что это ты надписала эту надпись.

– Не уж-то так хочется посмотреть на меня сверху вниз, а не как обычно? – усмехнулась я.

– Ты ничего не потеряла? – у него в руках оказалось моё синее платье, испачканное чёрной краской.

– Ты рылся у меня в комнате? – мои глаза невольно расширились, но я вроде бы держу себя в руках.

– И не только. – наигранно улыбнувшись, он покрутил между большим и указательным пальцем небольшое кольцо. – Ты ничего не теряла?

– Дрянь! – я замахнулась и ударила его ладонью по лицу. На весь двор раздался звук пощёчины.

– Миссис Донал! – закричал Эшли, выбросив серьгу в сторону и схватившись за пострадавшую щеку.

Развернувшись и пряча слёзы, он побежал в кабинет Донал. Его банда осталась стоять в ступоре, но через несколько секунд последовали за ним. Пол, Кэт и Джаред в шоке стояли позади меня, наблюдая, как эта стая гиен покидает двор школы. А я же поспешила подобрать серьгу, что к счастью не успела сильно испачкаться, и вернуть её на место.

– Жаль, что платье он не выронил так же, как и серьгу. – прокомментировал Джаред.

– Это не столь важно. – ответила я, проверяя крепление серьги.

– Что-то сегодня его не на долго хватило… – прокомментировал Пол. – Я уже просчитал, сколько перекиси понадобиться на этот раз, чтобы обработать побои Джессики. А он так быстро сдался…

– В этот раз у него есть против меня оружие посильнее кулаков. – ответила я.

– Зачем ты это сделала? – ко мне подбежала Кэт. – Он ведь сдаст тебя!

– Ну, пускай подавится. – рыкнула я. – Отсижу ещё несколько дней в изоляторе. Мне не впервой.

– Ты ведь никогда не извинишься перед ним. – пояснил Пол.

– Ты прав. Как всегда. Я не собираюсь извиняться перед человеком, что всю жизнь меня унижает. – ответила я. – Идем ребята, нечего тут торчать.

Мы направились к комнатам. Парни пошли в нашу комнату и сидели с нами в ожидании кары в лице миссис Донал. Через какое-то время в комнату врывается рассвирепевшая Донал, она настолько зла, что на её шее вздулись вены.

– Это были они? – спросила она у Эшли, стоящего позади неё.

– Да миссис Донал, это они.

– Так дамы и господа, у вас будут большие неприятности! Ко мне в кабинет! Живо!

Делать ничего не оставалось, как пойти за ней. В её кабинете она усадила нас на стулья и стала допрашивать.

– И так, что же вас так сильно не устраивает?

– Миссис Донал, отпустите ребят. Это все я. – я взяла на себя инициативу.

– Эшли? – она повернулась к Эшли, сидящему в углу.

– Нет миссис Донал, они вчетвером это затеяли. Просто Джессика единственная, кто умудрился вляпаться в краску. Остальные, видимо, были аккуратней.

– Хорошо. Кто дал вам эту краску? – повисла тишина, которую она и прервала. – А не тот ли это парень, с которым ты видишься, Джессика?

Моё сердце пропустило удар. Я опустила голову вниз. Сейчас оправдываться не самая лучшая идея. Я и подумать не могла, что ответственность за эту безобидную выходку коснётся всех моих друзей.

– Что молчите? Нечего сказать? Значит, я добьюсь наказания для вас пятерых. До завтра свободны.

– Постойте, Алекс тут не причем! – я вскочила со своего места. – Не трогайте его.

– Думаешь, я в это поверю, после всего, что устраивали? Вон из кабинета.

Ребята буквально вытолкали меня из кабинета Донал, потому что самостоятельно я уходить отказывалась. По дороге в нашу комнату я начала оправдываться, что не была готова к такому повороту дел.

– Ребят, правда, простите меня.

– Да ничего, Джесс. Всё этот Эшли. Ты бы нас так не подставила. – стал успокаивать Джаред.

– Именно, ты ни в чем не виновата. – сказала Кэт.

– Да ладно вам, ребят. Мы в передрягах побывали вчетвером и здесь справимся. – поддержал разговор Пол.

Мы разошлись по комнатам и не выходили оттуда до завтрашнего утра. Кэт довольно быстро легла спать, поэтому я осталась со своими мыслями один на один. Я не смыкала глаза до утра.

И вот сейчас я вспомнила, из-за чего все началось. Из-за чего я так отчаянно ненавижу этот приют.

Однажды Алана – девочка, с которой я дружила в детстве – задержалась на улице после прогулки. Нам тогда было лет по пять-шесть. Она вернулась спустя пару часов, мокрая с ног до головы. Алана тяжело заболела. Жаль, тогда я не знала, что такое двустороннее воспаление легких и как оно опасно. Её пытались лечить или хотя бы делали вид. Она умерла на третий день.

После того случая я закрылась в себе. И каждый раз, вспоминая Алану, я проклинала это место. Спустя год после случившегося начались нападки со стороны Эшли и его банды. Они постоянно били меня и говорили о том, что я виновата в смерти Аланы и что, вероятно, мои биологические родители погибли из-за меня, попутно называя меня гигантом из-за моего роста. У них было достаточно поводов, чтобы поглумиться надо мной. В течение следующих трёх лет это стало для меня привычным, пока в нашем приюте не появился маленький ангел.

Кэтрин смело вступилась за меня, хотя сама была новенькая здесь. Она однажды показала мне, как нужно быть сильной. Я надолго запомнила это. Но она была не одна, с ней всегда был Райли, её старший брат. Но он умер от отравления спустя четыре года с их появления здесь. Потом мы сдружились с Джаредом. А потом появился Пол. Благодаря ребятам, моя жизнь обрела новый смысл. Но мечта выбраться отсюда раньше положенного времени казалась несбыточной.

Этот приют словно простая ночлежка. Никого не волнует, куда и каким образом пропадают дети. Поэтому, я и хочу сбежать. Хочу быть ответственной за свою жизнь и не ждать дня, когда меня попросту отравят, словно жалкое насекомое. Бежать. Бежать и как можно дальше отсюда!

Глава 4

Утром к нам в комнату без объявления войны заявилась миссис Донал, явно имея перед собой чёткую цель – беспощадно и как можно быстрее вытащить нас из кроватей. Спросонья приняв её за Кэт, я хотела уже начать отбиваться. Но она схватила меня за ухо и вытащила из постели, заставив встать рядом с послушно стоящей у шкафа Кэтрин.

Окончательно проснувшись, я посмотрела на директрису и только тогда до меня дошло, что что-то здесь не так. Её вид меня насколько обезоружил, что я даже не могу на неё злиться за этот утренний сюрприз. Без своего винного пиджака и помады на губах, в простой белой рубашке и чёрных классических брюках она совсем на себя не похожа.

– Миссис Донал?

– Соберите свои вещи. Что бы хватило на пару дней. – говорит она и спешно выходит за дверь.

Я перевожу глаза с закрывшейся за директрисой двери на подругу, но та, молча, пожимает плечами и открывает шкаф. Первым порывом мне хотелось вернуться обратно в ещё тёплую постель, но вид миссис Донал не выходит у меня из головы. Закатив глаза, я решила последовать примеру соседки по комнате, ведь неизвестно, что могло послужить причиной такого странного поведения.

Когда миссис Донал снова вернулась в нашу комнату, у каждой из нас на заправленной постели расположились небольшие стопки с одеждой. Мы и сами уже оделись в повседневную одежду. И я снова позволила себе не надевать топ, спрятавшись в чёрной футболке на несколько размеров больше меня, в надежде, что с её странным поведением миссис Донал этого не заметит. Удовлетворённо кивнув, директриса вручила нам два тканевых рюкзака чёрного и бежевого цветов, велев собрать всё в них и идти к главному входу.

В холле я увидела Пола и Джареда. Судя по спортивным сумкам в их руках, сценарий их утра ничем не отличается от нашего. И судя по лицам, они так же не знают, что конкретно происходит и куда нам было велено собраться. Я коротко кивнула парням в знак приветствия, оставшись стоять у лестницы.

– Привет, ребята. – проговорила Кэт, обходя меня. – Вы тоже не в курсе, что происходит?

– Судя по поведению миссис Донал, ничего хорошего. – мрачно подметил Пол, поправляя очки на переносице.

Мы какое-то время стояли, молча. Я прислушивалась к каждому шороху, пытаясь понять, будет ли с нами ещё кто-то. Но судя по тишине, остальные ещё спят. В конце-концов по коридору разнёсся уже давно всем нам знакомый стук каблуков директрисы.

– Все в сборе, отлично. Сейчас…

Её прервал звук мотора, доносящийся с улицы. Если это и легковой автомобиль, то очень мощный. Но бросив взгляд в окно около входной двери, я увидела автобус. Он не похож на школьный или вроде того. Скорее всего, он предназначен для дальних поездок. Серебристого цвета, он современный и высокий, с большим багажным отделением сбоку.

– Сейчас вы идёте туда.

Выйдя во двор, я чуть не выронила рюкзак, увидев Алекса с похожей сумкой. Сорвавшись с места, я подбежала к нему.

– Алекс! – достигнув цели, я повисла у парня на шее. – Алекс, прости. Умоляю, прости меня. Я не думала, что они узнают… Они не должны были узнать.

– Не переживай, Джесс. Всё нормально. – прошептал он, обнимая меня в ответ. – Я бы всё равно довольно скоро присоединился к вашей компании.

Я отпустила его и вопросительно вскинула бровь, намереваясь уточнить, что он имел в виду. Но двери автобуса открылись, выпуская незнакомого нам мужчину в строгом костюме и двух мужчин в форме, чем-то напоминающей одежду военных. Мой так и не произнесённый вопрос так и остался без ответа.

Мужчине в костюме я бы не дала больше тридцати лет. У него тёмные, миндалевидные, вытянутые к вискам, глаза. Чёрные волосы, гораздо длиннее обычной мужской стрижки, зачёсаны назад с большим количеством укладочных средств. Угловатое, серьёзное лицо с острым носом и подбородком. Объективно, он довольно красив, но от этой его красоты веет какой-то медленно нарастающей тревогой. Относительно сопровождающих его мужчин, он совсем не крупный, но и назвать его худощавым у меня язык не повернётся.

– Мистер Мэрион, передаю их в ваше распоряжение. – миссис Донал пожала руку мужчине в костюме.

– Благодарю. Я за ними присмотрю, обещаю. – его голос очень низкий и совсем не вяжется с его внешностью.

– Хорошо… – как-то она не слишком радуется моему отъезду.

– Прошу, ребята. Вас ждёт очень увлекательная поездка. – он улыбнулся, указывая рукой на дверь автобуса.

Прежде, чем мы зашли в салон, я встретилась взглядом с миссис Донал. Думаю, мне не хватит моего словарного запаса, чтобы правильно описать то, что я увидела в её глазах. На лице сияет улыбка, а глаза словно кричат. «В чём же здесь дело, что даже она так реагирует?» – подумала я, прежде чем зайти в автобус.

Кабина водителя отделена от основного салона большой дверью. Как только последний из нас зашел с автобус, основная дверь закрылась. Мистер Мэрион перебросился ещё парой фраз с миссис Донал и направился к водительской кабине. Не прошло и минуты, как автобус двинулся с места. В окно я увидела подъезжающую к приюту машину и выбегающую из неё мисс Бейкер, направляющуюся прямиком к миссис Донал.

Я села в середине автобуса по правую сторону, Кэт напротив в противоположной стороне, а парни притаились на последних сидениях. При этом все молчали, не понимая, что происходит. Так в гробовой тишине мы просидели до вечера. Лишь одна я была довольна, что больше ни единого дня не проведу в этом месте. На моем лице появилась улыбка. Тут я заметила удивленный взгляд Кэт. Но она отвернулась от меня.

Фыркнув себе под нос, я встала с места, прошла к кабине водителя и постучала. Открыв дверь, мистер Мэрион вышел в основной салон и окинул меня оценивающим взглядом.

– Мистер Мэрион, вас не затруднит ответить, куда мы едем?

– Не затруднит меня только сказать, что это не твоего ума дело.

Он проговаривает это скучающим тоном, от чего его грубость не кажется такой резкой. Я привыкла к такому отношению со стороны взрослых, поэтому, если он надеется, что отвяжусь от него со своими вопросами, то он глубоко ошибается. Он выше меня на голову, может, поэтому мне в глаза бросились отсутствие галстука и выглядывающие из-под расстёгнутой на несколько верхних пуговиц рубашки острые ключицы. Пока я разглядываю его, он проделывает тоже самое.

– И как долго мы будем в пути?

– Ещё два дня. – он снисходительно сводит брови к переносице. – Так что располагайтесь, вам здесь быть ещё долго.

Показывая, что разговор окончен, он развернулся и захлопнул за собой дверь водительской кабины.

– Ребят, вы как? – стоило мне почувствовать свободу, как я сразу расслабилась и присела на сиденье, самое близкое к выходу.

– Нормально. – отозвался Пол.

– Нормально?! По-вашему, это нормально? – вдруг начала кричать Кэт, вызвав удивление у всех нас. – Мы едем неизвестно куда и зачем. Это нормально?

– Тише, Кэт. Спокойно. – к ней подошел Джаред и, присев рядом, обнял за плечо.

Через минуту к попыткам успокоить Кэт присоединился Алекс. Я продолжала сидеть, лишь редко поглядывая на них. Заслышав шаги, я подняла голову и увидела перед собой Пола.

– Не возражаешь?

– Садись.

Он присел рядом со мной. Благодаря его сегодняшнему наряду, состоящему из чёрной рубашки и узких джинсов, он выглядит даже серьёзнее чем обычно.

– Что думаешь обо всём этом? – он чуть опустил брови, словно вправду не понимая причину моей улыбки.

– Странный вопрос. – я отвела от него глаза, устремив их в окно. – Но Кэт права, мы едем неизвестно куда. Но тем не менее, этим мы достигли мою цель – покинуть чёртовы стены приюта. Хотя есть вероятность, что вы все попали в этот автобус из-за меня, так что…

– Вряд ли это так. Так что не драматизируй. Мы все вместе. С нами Алекс.

– Именно. С нами Алекс. – я посмотрела на отражение Пола в окне. – Он, как и вы, вляпался в это из-за меня.

– По-твоему он расстроен? – он кивнул головой назад.

Я обернулась. Ребята периодически смеялись, обсуждая что-то. С лица Алекса не сходила широкая улыбка, не очень-то характерная для него в обычной жизни…

– Возможно, ты прав.

– Возможно. – он пожал плечами. – Однако я знаю то, в чём уверен на сто процентов.

– Что же? – я вскинула бровь.

Закончить фразу Полу было не суждено, ведь его перебил звонкий голос Алекса.

– Эй, ребят, идите к нам. Чего вы там притихли?

Мы с Полом повернулись, чтобы посмотреть на остальных. Они все смотрели на нас, и в их глазах читается любопытство. Как будто они ждут от нас чего-то особенного.

Собравшись всей компанией, мы решили провести время вместе. Разговор начался легко и непринужденно. Мы обсуждали всё, что приходило на ум: прошлые события, смешные случаи из жизни. Время летело незаметно, и вскоре наступила глубокая ночь. Мы продолжали говорить, не замечая, как часы переходят за полночь.

Так пролетел и следующий день. Утром мы обнаружили сэндвичи в полиэтиленовых пакетах и две больших бутылки воды на одном из сидений. Радует, что в интересах мистера Мэриона, чтобы мы живыми добрались до пункта назначения. Но любопытство об этом загадочном пункте назначения гложет меня изнутри. Куда и зачем нас везут так далеко? Наверное, неведение для нас лучше…

К нам добавилось ещё несколько человек. Я не стала выпытывать, за что их сюда посадили. Две девушки и парень. Между собой они, как мне показалось, не знакомы. Энни и Арви одного возраста на год младше нас, а Раян оказался нашим ровесником. Мы ехали круглыми сутками и за нами почти не следили, поэтому нам было даже весело.

Арви положительный человек. У нее очень необычный цвет глаз – тёмно-зеленый с песчаной пигментацией ближе к зрачку. И ещё у неё очень звонкий смех. Порой даже обычные её поступки заставляли нас заливисто смеяться.

Раян поначалу казался замкнутым и молчаливым. Своим поведением напомнил мне Пола в его первые дни пребывания в приюте. Но спустя пару тройку часов нам удалось его разговорить. Перед озорным позитивом Арви и харизмой Алекса и Джареда, как мне кажется, не устоял бы даже самый черствый сухарь.

Энни не отличилась особой общительностью, но и замкнутости не проявила. Скорее, она просто наблюдала за новой компанией, иногда отвечая на вопросы или вставляя комментарии. Её внешность говорила о ней в разы больше, чем слова. У нее окрашенные в фиолетовый цвет волосы, тёмные у корней и светлеющие к концам. При её смуглом цвете кожи, я смогла разглядеть на её лице веснушки. Так же на ней много довольно странной одежды. Клетчатые штаны, синяя толстовка с белыми рукавами и ярко-красные кеды. На крыле носа я заметила едва заметное тонкое колечко.

И как бы старательно мы не избегали темы причин нашего пребывания в этом автобусе, у меня сложилось впечатление, что здесь нас собрали всех по принципу «главная причина всех проблем».

– Я попытаюсь поспать. – вдруг сказала Кэт, поднимаясь со своего места.

– Можешь прикорнуть у меня на коленях. – усмехнулся Джаред, за что получил от меня подзатыльник. – Ауч!

– Обойдусь. – она улыбнулась.

– Ложись, Кэт. – сказал Алекс. – Если что, мы разбудим.

Кэт приняла лежачее положение на одном из задних сидений. Я же устремила взгляд в окно, медленно отключаясь от разговора о том, что мистер Мэрион, вроде как, какой-то известный человек. Подробности я упустила. Кажется, Раян видел его по телевизору.

В почти непроглядной темноте я заметила, что мы проезжаем какой-то водоём. По одну сторону от дороги уровень воды был очень высоким, а по другую воды словно не было вообще. Или же я не могу разглядеть её в темноте. Монотонную работу двигателя автобуса, к которой мы все уже успели привыкнуть, дополнил нарастающий рёв мотора, отвлекая меня от разглядывания пейзажей в почти непроглядной темноте. Постепенно он стал усиливаться, понемногу приближаясь к нам.

– Что-то происходит. – одной моей фразы хватило, что бы наступила тишина. – Вы слышите?

– Да. Но что это? – спросила Энни.

– Не знаю.

Я встала и вгляделась в окно, пытаясь обнаружить в темноте источник звука, ставшего причиной нашего беспокойства. Уже скоро был слышен только рёв мотора, как будто за нами увязался отряд мотоциклистов. Но с нами поравнялась чёрная машина с откидной крышей или же полным её отсутствием. За рулем мужчина. На заднем сидении девушка. Оба в темных очках, хотя на улице уже давно стемнело.

– Что-то здесь не так. – проронила я, не отрывая глаз от загадочной парочки.

– Что не так? – ко мне обратился Алекс.

– Эта машина… Ровно на уровне нас. Не отстают и не обгоняют.

Тут парень за рулём резко вывернул руль в нашу сторону. Их машина притёрла автобус. Мир вокруг меня пошатнулся и я, не удержав равновесие, упала.

– Джесс! – Алекс схватил меня за локоть. – Джесс, ты как?

– Я в норме. – ответила я, потирая ушибленный бок. – Кажется…

С заднего сидения послышались возмущения проснувшейся Кэт. Стоило мне подняться на ноги, как открылась дверь кабины водителя и оттуда показался озадаченный мистер Мэрион.

– Всем быстро лечь на пол! – выкрикнул он, снова скрываясь за дверью.

Я же просто впала в ступор, продолжая стоять, и смотрю на эту машину. Словно это дало бы мне хоть какую-то информацию о том, что здесь вообще происходит. Но остальные решили его послушаться.

– Эй, ты! – в салон вышел один из мужчин в форме из сопровождения мистера Мэриона. – Быстро легла!

После очередной тряски, вызванной странной и неугомонной парочкой, этот тип направился прямиком ко мне. Он поймал меня за руку и до боли выкрутил её, заводя за спину. В это время девушка из той машины отчаянно махала руками, в одной из которых было какое-то подобие ружья. На несколько секунд, я увидела всё как будто в замедленной съёмке. Она жестами показывает, что бы я пригнулась. И я решаю послушаться. В ту же секунду же раздался выстрел.

Я слышала выстрел. Слышала, как кричали девочки. Слышала, как разлетелось на осколки окно. Я не поняла, что произошло. Но тут же хватка на моих руках ослабла. Дальше послышалось ещё множество выстрелов. Последнее, что я запомнила, так это то, что автобус потерял управление, двигаясь хаотично. А дальше моё сознание поглотила темнота…

Открыв глаза, я понемногу начала осознавать, что лежу на спине на одном из сидений. Приподнявшись на руках, я охнула от боли в затылке и по всему телу.

– Что произошло? – спросила я, потирая затылок.

– Автобус потерял управление, а ты ударилась головой. – из-за спинки соседнего сидения показался Алекс.

– Похоже на меня.

Опустив глаза, я едва сдержалась, чтобы не выругаться. Всё моё тело покрыто мелкими царапинами, одежда в дырках, а из наружней стороны голени, порвав джинсы и застряв неглубоко, торчит осколок стекла. Я закрыла рот рукой, пытаясь побороть первичный рвотный рефлекс.

– Ты как? – уточняет Алекс.

– Ерунда. – фыркаю я и машинально тянусь к правому уху. И не напрасно, потому что моя серьга вновь рискует быть потерянной. – Вот же чёрт!

– В чём дело?

– Моя серьга выпала. Надо её найти.

– Я замечал её у тебя. Но почему она одна и именно в правом ухе? – спросил Алекс, ставая на колени и заглядывая под соседнее сидение.

– Когда я попала в приют, это была единственная вещь, которую мне оставили. Она напоминает, что до приюта у меня была какая-то другая жизнь.

– А если раньше у тебя была плохая жизнь? – найдя заветный кусок металла, парень протягивает его мне и встаёт с колен.

– Уж не хуже приюта. – вернув украшение на место, я оглянулась на пустой салон. – Так, а где остальные?

– Снаружи. – он кивнул в сторону водительской двери, рядом с которой находился выход. – Тебе, наверное, пока лучше не двигаться.

– Очнулась? – голос Мэриона, вошедшего в салон, заставил меня вздрогнуть. – Хорошо. Выйди, парень.

Но Алекс, наперекор словам мистера Мэриона, расправляет плечи и встаёт, закрывая проход ко мне. Подойдя к нему вплотную, Мэрион хватает Алекса за воротник футболки и притягивает к себе, недовольно шипя в лицо.

– Со слухом проблемы? Или ты умеешь оказывать первую помощь?

Дождавшись едва заметного отрицательного покачивания головой, Мэрион отпускает Алекса и тот, фыркая себе под нос, выходит из автобуса. Я проводила друга взглядом. Дождавшись, когда мы останемся одни, Мэрион опускается на одно колено и жёстко хватает меня за лодыжку, заставляя выпрямить пострадавшую ногу. Осмотрев рану и, видимо, оценив масштаб повреждений, он кивает каким-то своим мыслям и поднимает на меня глаза.

– Тебе есть, во что переодеться?

Я киваю, от чего-то не в силах говорить. Да и смотреть на него сверху довольно странно.

– Больно?

Я отвожу взгляд и молчу.

– Значит больно. Гордая. Вот только не там, где нужно.

Он опускает мою ногу, направляется к двери в водительскую кабину и возвращается с дорожной аптечкой. Мэрион делает какой-то укол прям рядом с осколком, заставляя меня вздрогнуть. После чего достаёт большие ножницы и разрезает штанину моих джинс до самого осколка и чуть выше. А затем цепляет его большим пинцетом. У меня начинает кружиться голова.

– Взгляни на меня.

Ни с первой попытки, но я слушаюсь. Боль слегка притупляется. Он смотрит мне в глаза, параллельно, тянет на себя пинцет, вынимая стекло из моей ноги. Я вскрикиваю, вспоминая все бранные выражения, которым успела научиться за почти семнадцать лет в приюте. Они вертятся на языке, но я не даю им вырваться, оглядывая свою ногу, и, похоже, в эту же секунду теряю сознание.

Прихожу в себя, учуяв отвратительный запах и тут же пытаюсь отшатнуться от его источника. Открыв глаза понимаю, что мистер Мэрион держит меня за локоть не позволяя упасть с сидения и водит перед моим лицом пузырьком, из которого исходит этот запах.

– Просыпайся, Джессика.

Я смотрю на него непонимающим взглядом, боясь сказать хоть слово, ибо такое ощущение, что меня вот-вот стошнит. Переведя взгляд на место раны, обнаруживаю там бинт с небольшим красным пятнышком. Мэрион снисходительно улыбается и делает шаг назад.

– Кризис миновал. По прибытию, тебе окажут помощь. А пока тебе стоит проветриться. – он протягивает мне руку.

Я неуверенно хватаюсь за него и поднимаюсь на ноги. Видимо, тот укол ещё действует, потому что я чувствую слабость, но не боль и выхожу из салона на прохладный ночной воздух.

Снаружи обнаруживаю всех, за исключением того мужчины, что пытался уложить меня на пол.

– Джесс, ты как? – обратилась ко мне Арви, как только увидела.

– В норме. – ответила я. – Наверное…

Повернувшись, я увидела, как второй мужчина меняет колесо с противоположной стороны автобуса. Мистер Мэрион направляется к нему.

– И не боитесь, что мы сбежим? – я задала этот вопрос ему в спину, не особо надеясь на ответ.

Тут мистер Мэрион выпрямился и достал из-за пояса пистолет.

– Решите сбежать – пеняйте на себя. – он сделал так, что пистолет как-то странно щелкнул.

Могу предположить, что это был снят предохранитель. Он направился в автобус. Стоило ему сделать шаг на ступень, как вдруг Энни сорвалась с места и побежала в строну от дороги. В свете фонарей трассы я видела только её очертания в высокой траве. Заслышав спешные шаги, Мэрион обернулся, и заметив пропажу, он поднял пистолет. Не прошло и секунды, как раздался выстрел. Сиреневое пятно пропало из моего поля зрения.

– Энни… – проронил кто-то из ребят.

Осознание того, что за секунду так просто не стало человека, с которым я говорила меньше часа назад, настигло меня довольно быстро.

– Вы, да как вы ….?! – я направилась к Мэриону.

Я не знаю, что и сказать. В голове не укладывается. На моих глазах только что убили человека. Моё возмущение медленно перетекает в неконтролируемую ярость. И если раньше я не совсем понимала, зачем именно иду к Мэриону, то теперь понимаю, что хочу, как минимум, выцарапать ему глаза.

– Это плохая идея. – отозвался не далеко стоящий Пол.

– Катись к чёрту! – рявкнула я.

– Не стоит… – путь мне преградил Раян.

Он на две головы выше меня, что даёт ему явное преимущество. Но я сейчас так зла, что едва ли этот факт способен меня остановить.

– Вон с дороги! – я оттолкнула его и пошла дальше. – Эй, ты!

Стоило мне замахнуться на Мэриона, как он схватил меня за руку и притянул к себе, а другой рукой прижал пистолет к моему подбородку. Наши взгляды встретились.

– Всё ещё уверена, что хочешь это сделать? – он сильнее надавил на пистолет, заставляя меня дышать реже, чем необходимо.

– Когда-нибудь я вырву тебе сердце, если оно у тебя вообще есть. – процедила я сквозь зубы, глядя ему в глаза.

– Я с удовольствием на это посмотрю. – он ухмыльнулся и отпустил меня.

Выстрел раздался совсем рядом с моей головой. В ушах зазвенело с такой силой, что меня полностью дезориентировало. Я упала на колени, схватившись за голову, а сердце, что и до этого стучало непривычно часто, стало отбивать чечетку по грудной клетке.

– Джесс! – сквозь звон, я слышу голос Кэт. – Джесс, он не ранил тебя?

– Кэт, если бы ранил, она бы закричала так, что услышали даже на Аляске. – проговорил Алекс, касаясь моего плеча одной рукой, а другой поглаживая по спине. – Дай ей время.

– Чёртов псих… – проговаривает Джаред.

– Он хотел всех нас запугать, и у него явно это получилось. – заключает Алекс и помогает мне встать.

Окинув взглядом всех присутствующих, я, молча, спешу вернуться в автобус. Спрятавшись от общего внимания на одном из задних сидений, я, словно истратив последний запас сил, провалилась в сон без сновидений.

Проснувшись среди ночи от бьющего тело озноба, я попыталась укрыться чем-то из своих вещей, но это не сильно помогло. Вишенкой на торте общего недомогания стали возвращаться болевые ощущения в ноге. Проворочавшись добрых полчаса, я всё же собрала остатки сил и постучалась в водительскую кабину.

Мэрион открыл практически сразу. Я даже не успела что-либо сказать, как он, окинув меня взглядом и, видимо, оценив моё состояние, как неудовлетворительное, сказал присесть и ждать его. Стоило мне только занять одно из ближайших сидений, как он вновь показался с бутылкой воды и сендвичем в руках.

– Я не…

– Знаю. Есть – это последнее, что тебе сейчас хочется. Я могу дать тебе просто таблетку, но тогда она просто выйдет обратно не самым приятным образом. – он протягивает мне еду. – Так что давай, хотя бы половину. И сможешь ещё поспать.

Недовольно посмотрев на него, я беру в руки предлагаемую еду и вталкиваю в себя ровно половину. После чего, наконец, получаю лекарство и собираюсь идти обратно в конец автобуса, когда меня зовёт мистер Мэрион.

– Вот, возьми. – он протягивает мне большой белый свёрток.

– Спасибо?

– Не за что. – он равнодушно пожимает плечами и скрывается за дверью.

Свёртком оказывается махровое полотенце. Небольшое, но очень уютное. Воспользовавшись моментом, пока все спят, я сменила разрезанные по одной штанине джинсы на свободные брюки и, завернувшись в полотенце, дождалась, пока перестанут стучать друг об друга зубы, и снова провалилась в сон. Он немного притупил вчерашний страх.

Глава 5

Проснувшись, я не решаюсь начинать разговоры с кем-то. Просто не хочется. Но увидев Пола, я вспомнила, как грубо повела себя с парнями вчера. Поднявшись со своего места, я прошла к Полу.

– Привет. – начинаю я, присаживаясь рядом с ним.

– Привет. – ответил он, окидывая меня вопросительным взглядом.

– Прости меня за вчерашнее. Я не… – договорить он мне не дал.

– Я знаю. Это ничего.

– Ничего? Я тебя к чёрту послала. Друзья такими словами не бросаются. – я виновато опустила глаза.

– Пустое, Джесс. – улыбнулся он. – В тот момент ты не могла поступить иначе. Я понимаю. Всё хорошо.

Я почувствовала его руку на своем плече и улыбнулась в ответ.

Под вечер наконец-то автобус остановился у одинокого большого дома на земляной возвышенности. Дом не коттеджного типа, а больше напоминает мотель. В нем три этажа, через каждые несколько окон расположены балконы. Чуть ниже прямо в холме располагается большая металлическая дверь, словно скрывшая от нас цокольный этаж здания. Я могу лишь предположить, что она закрывает гараж.

Дверь в кабину водителя открылась, выпуская мистера Мэриона и сопровождавшего его человека. Пока последний покинул автобус и направился ко входу в здание, Мэрион окинул нас взглядом. Он сменил свой строгий костюм на свободные брюки и чёрный свитер с высоким горлом.

– И зачем мы здесь? – я даже не успела договорить, как он схватил меня за предплечье и притянул к себе.

– Как же ты мне надоела, девчонка. Слишком много вопросов. – прошипел сквозь зубы мистер Мэрион, до боли сжимая мою руку. – Скоро сама все узнаешь. Все на выход!

– Отпусти, мерзавец. – пискнула я, когда он потянул меня к выходу. – Пусти!

Он ослабил хватку, и я сделала несколько шагов в сторону.

– Решишься бежать, знаешь, что будет. – он ухмыльнулся, намекая на события прошедшей ночи.

– Далеко я убегу вот с этим, умник? – я указываю на свою ногу.

Когда мы подошли к зданию, нас разделили. Меня, Арви и Кэт Мэрион привёл в комнату на третьем этаже. Открыв дверь, но придерживая её рукой, он отошёл, молча, намекая нам войти. Апартаменты чем-то напоминают гостиничный номер. Белые стены. Справа располагался огромный шкаф почти во всю стену с большим количеством полок, чуть дальше него дверь в ванную комнату, судя по плиточному полу. Справа журнальный столик с огромным количеством различных журналов. А посреди комнаты красуется бежевый огромный диван. Так же здесь есть выход на балкон.

– Ура! – крикнула Арви и, подпрыгнув, упала на диван.

Следующей без какой-либо заминки в комнату вошла Кэт. Я же встала на пороге, как вкопанная, и посмотрела на мистера Мэриона. Он и вправду думает, что мы настолько глупы?

– Снова будешь пререкаться? – хмыкнул он, поднимая на меня свои чёрные глаза. – Можешь хотя бы раз сделать то, что от тебя требуется без лишних телодвижений? Для разнообразия.

– Раз уж вы так просите. – я фыркнула и закатила глаза.

– И, может, тебя больше расположит, если ты будешь общаться ко мне на «ты»? Зови меня Феникс. – он протянул мне руку с раскрытой ладонью.

– Феникс? Как мистическая птица?

– Именно. Рождённый из пепла.

Я вложила свою руку в его. Его ладонь сухая и тёплая, а пальцы слегка шершавые, что не сильно характерно для слюнтяя в дорогом костюме. Он едва заметно ухмыльнулся и провёл меня внутрь, словно принцессу на бал.

– Располагайтесь, девочки. Можете принять душ. Чуть позже вас покормят. – проговорил Феникс, не отпуская моей руки. – Отдыхайте.

– А на мои вопросы отвечать ты не планируешь, Феникс?

Он вдруг улыбнулся. Так странно. Так тепло и по-доброму. Не ожидая такой перемены в его настроении, у меня по коже побежали мурашки и я невольно сделала шаг назад.

– Отвечаю на твой опрос, Джессика. Вам выпал шанс стать частью одного очень интересного и важного научного проекта. Работа над ним начнётся уже завтра. А пока отдохните и наберитесь сил. Есть ещё вопросы?

Обескураженная такой сменой его поведения, я забыла все вопросы, что мучили меня последние дни.

– Нет. – я покачала головой.

– В таком случае, я вас оставлю. Отдыхайте. – отпустив мою руку, он окинул меня внимательным взглядом и вышел из комнаты.

С громким шорохом в замке повернулся ключ.

– Какого чёрта сейчас вообще произошло? – я оперлась на дверь спиной и съехала по ней вниз.

– Ладно тебе, Джесс. Может, всё не так уж и плохо? – Арви перевернулась на живот и посмотрела на меня.

– Научный проект… Где я и где наука? Да я больше скажу, никто из нас не отличался рвением к учёбе. Здесь всё совсем не чисто. А этот Мэрион вообще тема для докторской диссертации психиатра. Феникс Мэрион, что за имя вообще такое?

– Как бы оно не было, сейчас мы никак не можем повлиять на сложившуюся ситуацию. – подхватила разговор Кэт, исследуя шкаф. – Вы не против, если я первая пойду в душ?

– Вперёд. – я пожала плечами.

– Иди… – протянула Арви.

Кэт взяла из шкафа полотенце и скрылась за дверью ванной комнаты. Не найдя, о чём завязать разговор с Арви, я повторяю маршрут Кэт и изучаю содержимое шкафов.

Тишину прерывает шорох в замочной скважине. Дверь открывается и в помещение вкатывается стол на колёсиках, заполненный едой. Его вкатывает непримечательного вида мужчина, после чего, молча, удаляется, не забыв закрыть за собой дверь. На столике расположились три глубоких тарелки с супом, несколько кусочков хлеба и приборы.

Арви присаживается на диван и жадно набрасывается на предлагаемый ужин. Я же решаю дождаться Кэт.

– О, прекрасно, умираю с голову. – говорит она, как только открывает двери ванной. – Пахнет волшебно.

Мы садимся рядом и приступаем к горячему ужину.

– Постой. – Кэт останавливает мою руку в паре сантиметров от лица, затем спешно первая пробует свою порцию супа. – В нём рыба. Не скажу какая точно, но…

– Но, похоже, я сегодня остаюсь без ужина. – усмехаюсь я, роняя ложку обратно в тарелку. – Пожую хлеб.

– Аллергия? – уточняет Арви.

– Да, с детства. – я пожимаю плечами, пережевывая кусочек хлеба. – Явно не худшее, что произошло со мной за всю жизнь.

После ужина Арви ушла в душ, а Кэт прилегла на диван рядом со мной. Наши лица на одном уровне, и я вижу её обеспокоенность.

– Думаешь, это всё серьёзно? То, о чём говорил Мэрион.

– Я не знаю, Кэт. В кой-то веке мне нечего тебе сказать. Я не понимаю, что с нами происходит. Обычно я зачинщик всех наших неприятностей, но тогда мы хотя бы знали, чего ожидать. А сейчас…

– Ладно тебе. – она улыбнулась. – Главное, что мы вместе. А значит, прорвёмся.

Я заражаюсь её улыбкой. Какое-то время мы лежим, молча, и я замечаю, что подруга медленно засыпает. Тихо поднявшись на ноги, я направляюсь к балкону. На моё удивление дверь оказывается не заперта, хотя на месте этих ребят я бы несколько раз подумала, прежде чем бросать открытым этот, хоть и не самый безопасный, но всё же способ сбежать отсюда. Пусть и на переломанных ногах. Оказавшись формально снаружи, я заметила на соседнем балконе очень знакомую фигуру.

– Раян?

– Джессика? – парень повернулся в мою сторону, но от чего-то поспешил вернуться в комнату.

Я стала оценивать расстояние между перилами. По моим меркам там около полутора метров. А значит, что при хорошем разбеге или толчке с места, это расстояние вполне можно преодолеть. Но вот перспектива неудачи, падения и становления калекой на всю оставшуюся жизнь особо не прельщает.

– Даже не думай об этом!

– Алекс? – его внезапно появление прерывает поток моих мыслей. – У вас там всё хорошо?

– Вполне. Я даже позволил себе немного расслабиться и принять душ. А вы как?

– Сносно.

Благо, всё хорошо, даже несмотря на то, что нас разделили. Пока всё хорошо. Как долго мы пробудем тут? Что за проект? Почему именно мы?

Словно в подтверждение моих мыслей в комнате слышится какая-то возня. Сорвавшись с места, я вижу мужчину в форме, что сопровождал нас и Феникса сюда, выносящего из комнаты всё так же безмятежно спящую Кэт.

– Отпусти её, подонок! – я рванула к двери.

Дверь захлопнулась ровно перед моим носом. Там явно был кто-то ещё. От гнева, закипающего где-то внутри, я задалась стойкой целью выбить дверь. Я стала бить её плечом. Колотила по ней кулаками. Била ногами. Петли жалобно скрипят под моим натиском и вот с той стороны послышался голос Феникса.

– Почему ты не спишь, Джессика? Самое время отдыхать. Не нужно так шуметь.

– Засунь свои наставления себе, знаешь куда?! – выкрикнула я.

– Завтра ты пожалеешь о своих словах. – вдруг бросил он.

– Мерзавец… – я оперлась на дверь и съехала вниз.

Её унесли куда-то, пока она спала, словно… До меня, кажется, начало доходить. Словно она под снотворным. Даже не проснулась. Даже если не от чужих прикосновений, то от созданного мной шума должна была проснуться. Обернувшись, я окинула взглядом мирно спящую Арви. Из чего сам собой напрашивается вывод, что снотворное было в супе. Что бы не задумал Феникс, добром это точно не закончится.

Быстро приняв душ, я легла на край дивана. Со своими мыслями, в которых я пытала Феникса Мэриона всеми возможными и невозможными способами, я и не заметила, как уснула.

Но вот поему-то всю ночь меня одолевали сны, в которых мучили меня. Видимо, моя ненависть уступила своё место страху. Но при этом почему-то я ни разу не проснулась. Операции без наркоза, лоботомия, шоковая терапия. В этот момент я пожалела, что так много внимания уделяла чтению не самой пригодной для моего возраста литературы. Мой мозг не уставал придумывать всё новые и новые сюжеты, в которых меня пытают самыми извращёнными способами. А проснулась я оттого, что меня толкнули дверью. Видимо, во сне я всё же свалилась с дивана.

– Ай!

– Пора вставать. – на пороге стоял и улыбался Феникс, оголив ряд слегка неестественно ровных и белых зубов.

– Что ты сделал с Кэт, подонок?! – поднявшись с пола, я направилась к нему.

– О, не переживай. Я здесь для того, чтобы проводить тебя к ней.

Эта фраза ввела меня в ступор. Я посмотрела на дверь за его спиной, а потом снова ему в глаза, подбирая слова.

– И как, чёрт тебя возьми, я должна на это реагировать?

– Я бы посоветовал тебе не сопротивляться, если хочешь знать моё мнение. Сбежать отсюда всё равно не выйдет. А если будешь сопротивляться, этим джентльменам придётся сделать тебе больно, чего, лично я, очень не хочу. – он тянется к моему лицу, убирает небольшую прядку волос, прилипшую к моим губам, пока я кричала на него, и специально касается шершавыми пальцами моей щеки и подбородка.

Как интересно он ставит условия, оставляя мне выбор без выбора. Из дверного проёма вышли двое мужчин в защитных костюмах. Вот о каких джентльменах говорил Феникс. В подобных костюмах, защищающих тело от радиации, работали ликвидаторы аварии на атомной электростанции где-то в Европе в конце прошлого столетия.

– Выбор за тобой.

– Я пойду сама.

– Прекрасно. – он улыбается и снова протягивает мне руку.

Я снова касаюсь её своей, ожидая от него вчерашнего перформанса, но он кладет её на сгиб локтя другой руки, подразумевая, что я должна держаться за него. Я не сопротивляюсь, помня о его угрозах. Мужчины, расходятся по сторонам давая нам возможность покинуть комнату и только сейчас доходит, что в комнате уже не было Арви. Какого чёрта…

Спустившись по лестнице на первый этаж, мы вышли к лифту. Я вот всё думаю, можно ли уже перестать скрывать свой ужас перед всем этим и начать паниковать? Двери лифта открылись. Я дернулась и попыталась упереться ногами в пол.

– Что такое, испугалась? – съехидничал один из следовавших за нами мужчин. – Поверь это самый обычный лифт. Самое страшное ещё впереди.

– Тебе платят не за болтовню. Будь добр, замолкни. – Феникс проговаривает это холодным и жестким тоном, не оборачиваясь, смотря перед собой, после чего поворачивается ко мне и его черты смягчаются. – Прости этих идиотов. Они не умеют вести себя прилично. Идём. Твоя подруга тебя ждёт.

Я не стала припоминать ему, что он тоже не всегда ведёт себя как английский лорд, и, молча, кивнула. В лифте уже горит одна из кнопок. Я послушно делаю несколько шагов за Фениксом, и мы оказывается вдвоём в тесном, потрепанном временем лифте. Лифт поехал вниз, затем вправо, чуть вверх, назад. Как вообще это происходит? Я вцепляюсь к руку мужчины мертвой хваткой, пытаясь удержаться на ногах. Не знаю, как долго нас вот так шатает из стороны в сторону. Но когда лифт остановился, открылись двери, и мы оказались в каком-то фантастическом сюжете, недостижимо далёким от нашей повседневности…

Помещение просто огромное и сделано, будто внутри скалы. Каменные, шероховатые стены куполом сходятся над залом. В воздухе ощущается слабый запах сырости. В центре сделано круглое возвышение, напоминающее металлический подиум. Оно возвышается над поверхностью пола примерно на метр, а в диаметре, наверное, метров пять. Оно подсвечивается каким-то странным зеленым светом. И для чего оно здесь? Ровно над возвышением в центре потолка находится стеклянный люк, сквозь который сюда попадает совсем немного солнечного света. Откуда-то повеял сквозняк. Тело невольно вздрогнуло и покрылось мурашками. Я прошла вперёд и увидела несколько странных капсул, встроенных в стену по периметру. Их всего восемь. Они выглядят как большой полукруглый аквариум. Туда вполне можно поместить человека. Рядом с выходом висит огромная предметная доска, на которой прикреплены кнопками листы бумаги, на которых начертаны формулы, странные слова непонятного мне значения, а также вырезки из газет. Но моё внимание полностью поглощено капсулами. Всё это напоминало мне картинки из книжек об очень далеком будущем и высокоразвитых технологиях.

Когда мой взгляд коснулся самой дальней камеры, я замерла от ужаса. Лучше бы я не думала о помещении людей в эти капсулы. Очнувшись от шока, я, бросив руку Феникса и наплевав на боль в ноге, побежала к той самой камере. Кэт такая бледная, как будто и не живая вовсе. Она словно кукла в странном наряде. Он весь белый, водолазка с длинными рукавами и совсем коротенькие шорты. Казалось, стоило её коснуться, как она просто рассыплется. На мои глаза выступили слёзы, настолько она пугает своей безжизненностью. Но страшнее, если это не просто безжизненность и передо мной действительно труп. Я стала стучать руками по стеклянному корпусу камеры. Через несколько секунд я уже отчаянно бью по ней кулаками. При этом кричу не понятные слова, надрывая глотку.

Тут дверь лифта открылась и из него вышли несколько мужчин крепкого телосложения в камуфляжной одежде. Тыльной стороной ладони я вытерла слезы. Развернувшись лицом к подходящим ко мне мужчинам, я уже приготовилась защищаться, справляясь с ними по-одному и используя ловкость, как показывают в большинстве боевиков. Но в их планы явно не входило следовать канонам, поскольку на меня набросились сразу двое, легко скрутив и обездвижив.

Стоя на коленях со скрученными за спиной руками, я увидела перед собой ноги человека в паре идеально чистых белоснежных кроссовок, что не очень свойственно обитателям этого места.

– Я предупреждал, что будет… – голос Феникса раздался над моим ухом непозволительно близко.

Стоит мне резко выпрямиться, и я без особого прицела попаду ему макушкой в челюсть. Сосредоточившись, я резко и точно дёргаюсь вперёд, но каким-то образом ему удаётся увернуться. Сильная мужская рука резко и грубо сжимает мои щёки, заставляя меня взглянуть в его глаза.

– И вот стоит оно того?

Я до боли сжимаю челюсти, подавляя желание попытаться вырваться и укусить его за руку. Но он действует на опережение, быстрым, но точным и лёгким движением вводя иглу мне в шею. Через несколько секунд изображение в глазах поплыло, а тело попросту отказалось меня слушаться.

Глава 6

Очнулась я в маленькой комнате. Стены и пол уложены белой керамической плиткой, выбеленный потолок, маленькое круглое окно под самым потолком. В противоположной стороне от окна большая металлическая дверь с небольшим отверстием, перекрытым решеткой. Освещается всё исключительно окном, из-за этого кажется, что комната вовсе серая.

Осознав, что я лежу на полу, я приняла сидячее положение. Решив потянуться, я охнула от боли. Руки болят в плечах после столь сильного скручивания.

– И почему все вокруг так и норовят мне что-нибудь сломать… – задав риторический вопрос в пустоту, я совсем не ожидала, что мне ответят.

– Сомневаюсь, что это так.

Посмотрев на дверь, я увидела пару бледно-голубых глаз, смотрящих на меня сквозь решетку.

– Кто вы?

Замок в двери неприятно зашуршал и, спустя несколько оборотов, открылся. Дверь слегка отворилась. Из-за неё показался худой мужчина. На внешность ему около сорока, если не больше. Через круглые примитивные очки, видно глубоко посаженные голубые глаза, под которыми расположились явные следы недосыпа. Длинный прямой нос. Исхудалое лицо подчеркивают тени под скулами. Чуть засаленные светлые волосы зачёсаны назад. Поверх довольно обычной одежды накинут безупречно-белый больничный халат.

– Я могу обращаться к тебе по имени? – он окинул меня взглядом, прикрывая за собой дверь.

Я, молча, кивнула, смотря на него с недоверием.

– Джессика, не нужно бояться меня. – он стал подходить ко мне.

– Я не боюсь вас. Это место похоже на психиатрию. А вы на безумного доктора, который только и ждет моего неверного шага, чтобы привязать меня к креслу и поковыряться в моей голове.

– Вот это да. – он рассмеялся, на удивление искренне. – Наверняка, у тебя есть множество вопросов, я полагаю. Можешь задать несколько. Я постараюсь тебе ответить.

– Кто вы?

– Моё имя Роуэн Дженкинс. Хотя здесь все зовут меня профессор Дженкинс. Я – учёный-генетик. Ты находишься в моей Лаборатории и ведёшь себя довольно неагрессивно, хотя бы в моём отношении. – на последней фразе он улыбнулся. – Боишься сделать тот самый «неверный шаг»?

– Нет. Пока что просто пытаюсь понять, что здесь правда, а что уже сама себе придумала.

– Могу тебе с этим помочь. Психиатрию ты явно придумала. Хотя здешняя обстановка всячески этому способствует. И ведёшь себя спокойно, что немаловажно.

– Немаловажно? Может, мне и стоит попытаться ударить вас и сбежать?

– Твоя подруга поступила именно так. Кэтрин, кажется. Ни к чему хорошему это не привело. Да и сбежать отсюда, мягко говоря, проблематично. На этом пока закончим. Но знай, это не последняя наша встреча. – произнес он и снова вышел за дверь.

Замок в двери снова неприятно зашуршал. Он запер меня.

Не знаю, сколько прошло времени с ухода профессора, но в комнате стало значительно темнее. Гробовую тишину прервали шаги снаружи. Я сижу в углу и смотрю на дверь. Вдруг снизу двери открылось что-то по типу маленького люка. Через него кто-то толкнул ко мне в помещение поднос с тарелкой и стаканом. В них что-то было, но я не торопилась набрасываться на предлагаемую еду. Кто знает, что они могли приготовить в этой Лаборатории. Хотя желудок стал подавать сигналы о своей пустоте, предательски заурчав. Не знаю, насколько меня хватит…

За окном стемнело. Теперь свет лишь просачивался из маленького отверстия в двери, перекрытого решеткой. Я не смыкала глаз всю ночь. И не только чувство повышенной опасности не давал мне спать, но также и обострившееся чувство голода.

Под утро снова раздался голос профессора Дженкинса.

– Есть более гуманные способы самоубийства, нежели морить себя голодом.

– Я не собираюсь умирать. – я перевела глаза на решетку, из-за которой на меня смотрели всё те же бледно-голубые глаза. – Во всяком случае, не здесь.

– В таком случае тебе необходимо питаться. У нас здесь хоть и не психиатрия, но я могу заставить тебя есть. Тебе хочется этого?

– Нет. – я замотала головой. – Я хочу знать, профессор Дженкинс, какую именно цель Вы преследуете?

– Моя цель состоит в упрощении человеческой жизни. Точнее, адаптации человека под различные жизненные условия.

– Модифицировать людей, дабы облегчить им жизнь?

– Именно. Я не просто этого хочу. Я занимаюсь этим всю свою жизнь. И тебе повезло стать частью чего-то большего, чем просто разлагающееся человеческое общество.

– Это вдохновляет. – я закусила губу.

– Я знал, что ты оценишь эту идею. – он словно улыбнулся глазами. – Набирайся сил, Джессика. Нам предстоит долгая работа.

Еда оказалась вполне съедобной. Омлет, два небольших помидора, два куска хлеба и стакан воды. Через несколько минут изображение в глазах поплыло… Голова, словно налившись свинцом, стала тянуть к земле. Я упала на пол и ударилась о кафельный пол.

Когда я очнулась на этот раз, солнце уже ярко освещало комнату. Стоило мне принять сидячее положение, как голова отдалась глухой болью. Я чуть не взвыла. Помимо головной боли от удара, я чувствую какое-то странное недомогание, словно при повышенной температуре. А руки все в каких-то синяках, что расположены почти на одинаковом расстоянии друг от друга и покрывают почти весь сгиб локтя с внутренней стороны.

– Что за?

Мне вспомнился фильм о наркотических зависимостях, что показывали дома. Картинки вспышками возникают в моей голове. Сколько я уже здесь нахожусь? Сколько и чего он уже успел мне вколоть?

– Это всего лишь первичные тесты. – снова голос профессора Дженкинса. – К сожалению, это необходимость. – он выдержал паузу. – Я войду?

– Раньше вы не спрашивали об этом…

Мне в ответ раздался шорох замка и скрип двери. Я не тороплюсь вставать, так как запросто могу упасть обратно на пол.

– Ты чувствуешь легкое недомогание, Джессика?

– Учитывая то, что уже неизвестно, сколько времени я нахожусь здесь и полноценно питалась всего раз. Это меньшее из бед, что могли со мной произойти.

– Ты права. – он кивнул.

За счет его движения головой, его очки ярко сверкнули, отражая солнечный свет. Вдруг он опустился на пол напротив меня и расположил ноги по-турецки.

– Скажи мне, Джессика. Ты помнишь что-нибудь, что связано с твоей жизнью до приюта? Какие-нибудь воспоминания?

Он изучающе смотрит на меня, словно отслеживая движение каждой мышцы на моём лице.

– Нет. Я была слишком мала, когда попала туда. И в документах тоже ничего не указано.

– Значит, ты пыталась выведать что-нибудь о своём происхождении?

– Всего однажды. Но обнаружила лишь перечёркнутую графу в своём личном деле. А более мне негде искать информацию. – я пожала плечами.

– Вот как. Даже не представляю, каково тебе. Мой отец, к примеру, был художником, пока не приложился к бутылке и не убил мать осколком этой же бутылки.

– Что это значит? – я впервые за весь разговор поднимаю на него взгляд.

– Что именно?

– Что значит «приложиться к бутылке»?

– Начать злоупотреблять спиртными напитками.

– Я раньше не слышала такого выражения. – я выдержала паузу. – Но то, что произошло с вашей семьёй, просто ужасно.

– Да. Зато обитателям приюта было, о чём посплетничать. Они это очень любят.

– Это точно. Даже не имея особых причин, они продолжали издеваться надо мной.

– Видишь, мы с тобой похожи. – он как бы невзначай коснулся моего плеча, но быстро убрал руку. – Недооценённые и загнанные в угол. Мы с тобой сможем воплотить в жизнь мою идею! Сможем всё! Даже хоть захватить эту чёртову страну! – под конец его речь стала очень быстрой и невнятной.

«Он – безумец!» – пронеслось в моей голове. Мне стало жутко находиться с ним в этом помещении. Словно прочитав мои мысли, он замолчал и посмотрел мне в глаза.

– Хочешь мне что-то сказать?

– Нет, профессор.

– Ладно. – он стал подниматься на ноги. – Закончим на этом.

Дверь скрипнула, открываясь и закрываясь вслед за профессором. Замок в двери снова неприятно зашуршал.

Ближе к закату комната окрасилась в розовый цвет в закатных лучах солнца. Я сидела и смотрела на дверь, когда люк снизу двери открылся и у меня в комнате оказался все тот же поднос с супом неизвестного мне содержания и двумя кусками хлеба.

– Он, правда, думает, что я снова попадусь на это? – спросила я, не ожидая ответа.

«У нас здесь хоть и не психиатрия, но я могу заставить тебя есть. Тебе хочется этого?» – слова Дженкинса эхом отдались в моей голове.

– Ну, попробуй. Заставь меня. – рыкнула я, легла на пол и отвернулась к стенке.

Кажется, я только что закрыла глаза. Но когда открыла их, в комнате снова стало светло.

– Ты, видимо, забыла о моих словах? Я могу тебе напомнить.

Я подскочила на месте, заслышав этот голос. Не уж-то я так крепко спала, что даже не услышала скрипа двери? Дженкинс стоял у выхода в сопровождении двух мужчин. Я поднялась на ноги, потирая глаза.

– Я пытался поступать с тобой по-хорошему, но ты меня вынуждаешь. – мне показалось, что у него дергается глаз. – Господа, зафиксируйте.

Те двое мужчин, что до этого молчаливо стояли у него за спиной, начали приближаться ко мне.

– Не трогайте меня!

Меня прижали к стенке, захватывая руки и придавливая ноги. Я лишь испуганно переводила глаза с этих мужчин на Дженкинса и обратно.

– Увы, Джессика. – Дженкинс пожал плечами, параллельно сводя брови на переносице и приподнимая их. – Трогать им тебя или нет, здесь решаю я. – Он опустил глаза, глядя себе под ноги. – Знаешь, с таким испуганным взглядом, ты напоминаешь мне мою любимую ассистентку. Но, что было, то прошло.

Взгляд бледно-голубых глаз снова был устремлён на меня, а в его руке мелькнул внушительный шприц с голубоватой жидкостью. Испугавшись, я попыталась дернуться, насколько это было возможно. Но в итоге мне удалось лишь резко повернуть голову.

– А вот этого не нужно делать. – Дженкинс подошел ко мне почти вплотную. – Так ты только навредишь себе. Но ни тебе, ни мне это не нужно. – он вколол иглу в сгиб локтя, заставив меня вскрикнуть от неприятных ощущений, и ввел содержимое шприца.

– Что это? – я посмотрела ему в глаза.

– Я просто хочу убедиться, что ближайшие несколько суток ты ничего не почувствуешь. – он проверил шприц на наличие в нем остатков, после чего вернул взгляд ко мне. – Я, правда, не хочу причинять тебе ненужную боль.

Я смотрела ему в глаза несколько секунд, прежде чем моё сознание помутилось. Я встряхнула головой, отводя взгляд, пытаясь сфокусировать его на чём-нибудь. Но это не помогало.

– Джентльмены, можете отпускать.

Хватка на моих руках ослабла. Стена за спиной стала моей единственной опорой, по которой и я съехала на пол, постепенно теряя связь с реальностью…

Глава 7

Не знаю, сколько я пробыла в отключке. Но когда очнулась, была в недоумении от своего положения. Я нахожусь в такой же камере, что и Кэт, в том самом зале. Внутри довольно просторно, но есть ощущение, что меня вот-вот раздавят стены. Так и развивается клаустрофобия, наверное… На мне надет чёрный топ, не закрывающий ничего, кроме груди. Хорошо хоть джинсы не тронули.

Я оперлась руками на стекло и попыталась рассмотреть остальные камеры. Справа от меня Кэт. Чуть дальше Пол. Ещё дальше пустая открытая камера. С другой стороны, Раян. Дальше Джаред. Ещё дальше незнакомый мне парень. Он выглядит обычно, но явно не подросток.

Кто-то вошел в помещение. Два человека в белых халатах и Арви позади них. Феникс Мэрион и профессор Роуэн Дженкинс. Они очень увлечены разговором, при этом Феникс не перестаёт улыбаться. На секунду Дженкинс заметил, что я смотрю на них. Удивительно, что, не смотря на плотность стекла, отделяющего нас друг от друга, я прекрасно их слышала.

– Дорогуша, вернись на место. – сказал Дженкинс, не отводя от меня глаз.

Арви за секунду взмыла вверх, а приземлилась у пустующей камеры. За спиной у неё было два небольших крыла. Я потёрла глаза.

– С этой у меня возникли некоторые трудности по дороге сюда.

– И тем не менее, ты о ней позаботился. Даже рану перевязал.

– Это была необходимость. Не нужно путать её со слабостью, профессор.

– Главное, найти правильный подход. – ответил Дженкинс. – Она хорошая девочка и у неё превосходные данные. Далеко пойдёт.

– Вы обманули меня… – только и вырвалось у меня.

– Девочка моя, я не мог этого сделать. – ответил Дженкинс. – Когда же я успел обмануть тебя?

– Вы сказали, что хотите модифицировать людей, дабы облегчить жизнь. Но что-то мне не стало легче жить от того, что меня заперли сначала в пустой комнате, а теперь в этом аквариуме.

– Этот «аквариум» только промежуточный этап. Дальше, будет лучше. Поверь мне. – он снисходительно улыбнулся, поднимая при этом брови.

– И как же это я могу вам верить?

– Вот же упертая девчонка. – не выдерживает Мэрион.

– Не стоит так реагировать, Феникс. Она подросток, это стандартное, для них, поведение. Но в чём-то ты прав. Она очень упрямая. Но стоит ли мне примечать, что упрямые люди чаще всего и добиваются успеха? – он посмотрел на меня и ухмыльнулся. – Она идеальна.

Феникс нажал какую-то кнопку на панели у моей камеры, после чего я просто перестала их слышать. Их губы двигались, они что-то активно обсуждали. Но мне остаётся только гадать, о чём они говорят. Могу сделать лишь один вывод. Одно моё присутствие явно раздражало мистера Мэриона. Он постоянно поглядывал в мою сторону и недовольно кривился. Дженкинс же только ухмылялся.

Я вот одного не пойму. Не уж-то из-за того, что я краской на стене приюта написала не самую положительную надпись, нас всех решили, в прямом смысле, отдать на опыты? Видимо, я никогда уже не получу ответ на этот вопрос…

Я наблюдала за ними до тех пор, пока Феникс не скрылся из моего поля зрения на лифте. А приглядевшись, я увидела соседнее помещение, переходом в которое служила шахта лифта. Но как они переходят туда, если там внизу… Что же там внизу?

Вдруг, я услышала странный стук, а после жужжание механизма. Стекло, отделяющее меня от внешнего зала, медленно отъехало вверх, позволяя мне выйти из камеры. Позади меня кто-то стоял. К спине прижали что-то холодное. Тут много ума не надо, чтобы догадаться, что это оружие.

– Готова?

Я подумала, что этот вопрос адресован мне, но это не так. Мне на голову нацепили странную маску, чем-то напоминающую противогаз. Я поспешила задержать дыхание.

– Ну же, Джессика. Всего лишь один глубокий вдох.

Я смотрела на Дженкинса, не дыша, пока у меня не начали слезиться глаза, а осознание, что я не смогу не дышать всё время не свалилось на голову снежными комом.

– И к чему такие мучения? Они просто бесполезны, когда бежать некуда.

Хочется сделать что-то ему на зло. Но я ничего не могу. Когда я давление в лёгких становится невозможным, я делаю вдох полной грудью и маску с меня поспешно стягивают. Я закашлялась, хватаясь за горло, которое обожгло холодом, как будто я сделала несколько глотков жидкого азота. Глаза заслезились от беспрерывного кашля. Когда я только чудом прокашлялась, у меня начала кружиться голова. Всё тело словно поместили под пресс. Кажется, что стоит мне резко двинуться, как у меня лопнет какой-нибудь сосуд, если не все сразу. Я схватилась за голову.

– Что происходит? – спросила я, падая на колени.

– Приживание. – ответил Дженкинс. – Что ты чувствуешь?

– Боль.

– Что-то ещё? Из такого богатого спектра ощущений ты испытываешь только боль?

– И желание вспороть тебе глотку, болтливый ты ублюдок! – рыкнула я.

– Уже лучше. – я буквально услышала, как он улыбнулся.

Я кричу от боли, которая кажется неописуемой и непонятной, словно невидимые тиски сжимают каждую мою клетку до минимальных, почти невидимых размеров. Крик вырывается из меня громко и долго, словно я пытаюсь выпустить всю накопившуюся боль наружу. В конце концов, я достигаю предела, издавая самый настоящий вопль, на который только способна. Этот крик, полный отчаяния и боли, становится моим освобождением, и я чувствую, как что-то внутри меня ломается, уступая место облегчению и покою.

– Ух, это было громко. – комментировал Дженкинс, пока я лежала на полу и корчилась от постепенно утихающей боли. – Знаешь, ты по ощущениям сейчас пережила сжигание заживо.

– Что?

– Посмотри на меня, Джессика.

Я подняла взгляд, встретившись с его бледно-голубыми глазами. Он несколько секунд оглядывал меня. А я его. Изображение, передаваемое глазами к мозгу как-то изменилось. Словно резкость и контраст выкрутили на максимум. Замечаю любое малейшее движение в этом зале. Даже вижу, как в некоторых местах сквозняк гоняет пыль.

– Превосходно. Вытянутый зрачок на ярко-зелёных глазах. Замечательно. Как я уже говорил, ты далеко пойдёшь. – эти слова доходили до меня словно сквозь толщу воды, глухо и отдалённо.

Глава 8

Как же удобно, наверное, выключать меня, когда вздумается, словно игрушку на батарейках. В этом зале нет часов, словно время здесь не имеет никакого значения. И это понемногу начинает сводить меня с ума. Но всё же есть хотя бы одна ниточка, связывающая нас с миром снаружи – стеклянный люк в потолке, который позволяет определить хотя бы время суток.

Придя в себя, я поспешила оглядеть своё тело на предмет новых повреждений. На левой руке с внутренней стороны запястья я обнаружила выведенные чёрными чернилами цифры – три, шесть, шесть. Помимо этого, на теле не осталось и следа от недавних повреждений. Никаких следов от уколов, боли от ранения осколком и, самое главное, головной боли.

Подняв глаза, я заметила значительные изменения. Вокруг возвышенности появилось много различного оборудования. Большинство представляют собой панели с экранами в центрах и огромным количеством разнообразных кнопок. У одной из панелей копошится Дженкинс. Но изменилось не только это. Моё зрение изменилось, словно кто-то выкрутил детализацию и резкость на максимум. Это невероятно…

Механизм издал щелчок, после которого стекло, отделяющее меня от внешнего зала, опять стало подниматься. В камеру стал поступать запах бетона, сырости и ещё много разных запахов, которые смешивались между собой, создавая неописуемый аромат. Кажется, до этого момента все мои чувства были словно отключены. Только сейчас я почувствовала жизнь.

И после моих слов о том, я хочу вспороть ему глотку, он так просто позволит мне выйти?

– Вы так просто выпустите меня? – спросила я, покидая камеру и направляясь к нему.

– А почему нет?

Я не стала ничего говорить. Покинув свою камеру, я смотрела на него. Он проделал какую-то команду в виде комбинации кнопок, после которой по краям возвышенности стало подниматься стеклянное ограждение. Всё это напоминало огромную пробирку с уроков химии. На дне открылся люк размером с теннисный мяч, из которого начала подниматься вода. При этом она какого-то странного зеленоватого цвета. По помещению начал разноситься речной запах.

– Что это?

– Мне необходимо проверить твой объем легких. – он окинул меня взглядом, после чего продолжил настраивать что-то на панели. – Приготовься к погружению.

– Для этого обязательно погружать меня в воду?

– Если бы это было не обязательно, ты думаешь, я бы занимался этим? Будь паинькой, Джессика, и делай, что я говорю.

Не придумав ничего лучше, я просто сняла брюки, оставаясь в одном белье. Переведя глаза на место, где должен быть лифт, я увидела, как из соседнего помещения в это передают длинную лестницу. Пока двое мужчин ставили её к резервуару, я всё же осмелилась задать вопрос.

– Арви, у неё что, были крылья? – спросила я, переведя глаза на Дженкинса.

– Да. – он кивнул. – Наконец-то я смог всё рассчитать. Первые эксперименты с крыльями просто умирали от болевого шока, даже не успев толком очнуться… Вперёд, Джессика. – Дженкинс кивнул в сторону лестницы.

Подойдя к лестнице, я стала забираться наверх. По мере того, как росло расстояние между мной и полом, у меня начали трястись руки. С трудом мне всё же удалось забраться наверх. Перекинув ноги внутрь, я задержала дыхание и прыгнула в воду.

– Надеюсь, ты позвал меня по серьёзному поводу? – в дверях только что опустившегося сюда лифта я увидела Феникса.

Он сменил свой строгий стиль одежды на простой и повседневный, из-за чего стал немного напоминать уличного бродягу. Взъерошенные и небрежно зачёсанные назад волосы, поношенного вида джинсы и мерзкого болотно-зелёного цвета кофта на молнии. Его вид даже как-то слишком контрастирует с его лицом.

Сверху резервуар накрыла металлическая крышка. Я начала паниковать, когда она стала полностью погружаться в воду, словно постепенно придавливая меня ко дну. Но достигнув определенного положения, она остановилась.

На одном из экранов оборудования, стоящего вокруг резервуара, я увидела время, видимо фиксирующее моё нахождение под водой. Время подходило ко второй минуте.

Когда пошла третья минута и задержанного дыхания стало не хватать, я начала стучать по стеклу, пытаясь дать понять, что больше не могу.

– Ты можешь больше, Джессика. – сказал Дженкинс, словно констатируя факт.

На удивление я очень хорошо расслышала его, словно нас не разделяла стеклянная банка и толща воды. Я замотала головой и стала подниматься к крышке. А прижавшись к ней, я попыталась толкнуть её вверх, но в итоге только сама оттолкнулась от неё. Ещё пару секунд я провела, тщетно пытаясь сдвинуть крышку с места и выбраться на воздух. В конце концов, мне пришлось бросить это занятие, так как крышка очень крепко зафиксирована. Опустившись на дно, последним криком я выпустила весь воздух из легких. Сделав новый вдох, я уже приготовилась задыхаться, но этого не произошло. Я продолжила дышать, словно находилась на воздухе. Я перевела вопросительный взгляд на Дженкинса.

– Медленнее, Джессика. – прокомментировал Дженкинс. – Ты ведь не хочешь начать задыхаться раньше времени.

– Не может быть… – пробормотал Феникс.

– Превосходно! Она живёт, Феникс! – Дженкинс ликует, размахивая руками в разные стороны. – Наконец-то я смог этого добиться!

– И скольких ты утопил до этого?

– Это не столь важно. Большинство выжило. Но до такого результата я дошел впервые! Это невероятно! Я почти поборол законы природы!

Они ещё долго обсуждали этот прорыв. Но когда таймер на одном из экранов перешел отметку в полчаса, я начала сомневаться, что всё происходящее вообще реально.

Вдруг Дженкинс нажал определенную комбинацию кнопок, после чего крышка стала подниматься вверх. Но я не спешу подниматься на поверхность. Лишь почувствовав сдавленность легких, я начала подниматься.

– Прекрасная водяная змейка. – заключил Дженкинс.

Не без труда и страха покинув резервуар, я направилась в их сторону.

– Вы применяете анимализм, как способ сделать человека сильнее и выносливее? – спросила я. «Если всё это не галлюцинации…» – дополнила я уже у себя в голове.

– Какие хорошие слова ты знаешь. – он удивленно взглянул на меня. – Но да, именно в этом состоит моя идея. Я же говорил, что ты её оценишь. На сегодня мы закончим. Можешь принять душ, Джессика. Руди проводит тебя.

Я поспешила подобрать свои штаны с пола. Должна признать, в этом подземелье в мокром состоянии крайне холодно. Ко мне подошёл человек в экипировке, со сложенной белой тканью в руках.

– Тебе не помешает прикрыться. – сказал, судя по словам Дженкинса, Руди.

Я накинула ткань на плечи, укутываясь в неё. Она напоминает пушистое одеяло и довольно быстро впитывает в себя влагу, спасая меня от холода и позорного клацанья зубами.

– Лучше, я её провожу. – неожиданно подаёт голос Феникс, чем озадачивает, кажется, абсолютно всех присутствующих.

– Как будет угодно, Феникс. – комментирует Дженкинс, погружаясь в собственные заметки на планшете.

Мужчина провел меня к лифту, а после и к той самой комнате на третьем этаже, где мы с девочками провели нашу первую ночь в этом месте. Всё это прошло в полном молчании. Хотя, сомневаюсь, что Феникс скажет мне хоть слово после моих пререканий.

– Давай без глупостей, ладно?

Я не до конца понимаю, что именно он имеет в виду под словом «глупости». Хотя подозреваю, что так теперь называются мои попытки сбежать. Но сейчас ещё рано бежать. Я ещё не до конца поняла, что именно Дженкинс со мной сделал.

Молча кивнув, я бросила штаны на диван, достала из шкафа чистое полотенце и прошла в ванную, закрыв за собой дверь. Скинув с себя ткань и мокрое насквозь бельё, я направилась под душ, мимоходом бросив взгляд на зеркало. Увидев свое отражение, я отступила на несколько шагов назад, всем телом соприкоснувшись с кафельной стеной, и простояла так несколько секунд, убеждая себя, что это именно моё отражение.

Неестественный ярко-зеленый цвет глаз, вытянутый зрачок, потемневшая в нескольких местах кожа. «Прекрасная водяная змейка» – так Дженкинс сказал. Даже если это применение галлюциногенных веществ, то почему всё так реально? Подняв правую руку, я ощупала мочку уха и серьгу. Ничто не докажет мне, что это я, кроме неё.

Забравшись под поток горячей воды, я пыталась выкинуть из головы всё, что сегодня произошло, параллельно натирая волосы мылом в попытке избавиться от запаха речной воды. Однако вид моего отражения наотрез отказывается покидать мою голову. Эти дикие глаза… Избавившись от запаха на волосах, я попыталась оттереть цифры на запястье, но это занятие не увенчалось успехом. Словно чернила находятся не на коже, а под ней.

Продвигаясь к выходу из ванной комнаты, параллельно кутаясь в полотенце, я снова бросила взгляд на зеркало. На этот раз там просто я. Мой обычный вид без каких-либо следов анимализма. Выругавшись себе под нос, я вышла в комнату.

На диване поверх моих штанов лежит новый комплект черного белья спортивного типа и блузка темно-зеленого цвета. Примерив предлагаемую одежду, я не успела только застегнуть верхнюю пуговицу на блузке, как Феникс открыл дверь, оставаясь на пороге комнаты.

– Готова? Тогда идём.

Я прошла мимо него, борясь с желанием кинуть ему в лицо хотя бы полотенце, и направилась по коридору к лестнице. Мужчина следует за мной, держа дистанцию примерно в два шага. Но мне всё равно не комфортно, что он находится у меня за спиной. Остановившись у спуска, я не успела сделать и шага на ступеньку лестницы, как вдруг моё сердце словно споткнулось, сойдя с ритма и начав биться с неистовой скоростью. Я даже не успела выругаться, перестав ощущать пространство вокруг себя, я не знаю, что именно произошло. Мозг уже нарисовал картинки, как я пролетаю все три этажа по лестнице и сворачиваю себе шею. Но вдруг меня схватили за руку и дёрнули назад.

В следующую секунду перед глазами стал обретать чёткость потолок коридора. Под лопатками жёсткая рука, а на шее два пальца.

– Слышишь меня, Джессика? – над головой раздаётся голос Феникса, а потом в поле зрения попадает его лицо. – Видишь чётко?

– Да. – я размыкаю резко пересохшие губы. – Странный ты человек, Феникс…

– Почему? И попробуй сесть.

Я смотрю на его лицо, но не наблюдаю ни одной перемены в эмоциях. Он вполне серьёзен и сосредоточен на моём пульсе.

– То бросаешься угрозами и грубишь, то изображаешь джентльмена и предлагаешь помощь. – проговариваю я, параллельно принимая сидячее положение.

– Надо было позволить тебе разбить себе голову? – он бросает на меня вопросительный взгляд, и мы какое-то время смотрим друг другу в глаза в абсолютной тишине.

– Но почему мы? – оставляя его без ответа, я озвучиваю свой, терзавший меня с самого начала всего этого безумия, вопрос.

– Потому что вы подходите. Генетически. Физически. – его пальцы, что до этого покоились на моей шее, поднялись выше и заправили прядь ещё мокрых волос мне за ухо. – И потому что вы никому больше не нужны.

Последняя его фраза режет меня по живому. Хоть это и правда, но никогда и никогда не озвучивал это, глядя мне в лицо. На глаза наворачивается слёзная пелена, но я всё равно не отвожу от него взгляд. Он вдруг улыбается. Сначала я думаю, что он доволен той болью, что мне причинил, но он внезапно продолжает.

– Но вы нужны нам. Мы своих не бросаем. И ты всегда можешь к нам вернуться.

Я хочу уточнить, что именно он имеет в виду, но нас прерывает посторонний голос с нижних этажей.

– Чего так долго, Мэрион?

– Девушка отключилась. – так же громко в тон задававшему вопрос отвечает Феникс, тут же меняясь в лице. – Идём.

Спустившись на лифте под землю, я вернулась в свою камеру.

Глава 9

Мне снился наш приют. Эшли и миссис Донал. Мисс Бэйкер и мистер Элмерз. Мистер Бёрг и Хейг. Словно бы ничего этого не произошло. Только на их лицах был неописуемый ужас.

Но с поднимающимися веками я возвращаюсь в реальность. Если это можно назвать реальностью. Но моё внимание тут же перехватило белое пятно под потолком, которого раньше там точно не было. Сфокусировавшись на светлом предмете, я осознала, что это не пятно и даже не какой-либо предмет, а человек. Это был Пол, держащийся за стену.

– Какого чёрта? – я опёрлась руками на стекло своей камеры.

Руди держал в руках пистолет и целился в Пола.

– Не смей! – я стукнула по стеклу.

Но меня не слышали. Руди выстрелил. Но вместо пули из дула вылетел провод, на конце которого крепился крюк. Его длины хватило, чтобы достать до Пола. По проводу пошёл электрический разряд синими полосами приближаясь к Полу. Когда же ток достиг своей цели, Пол свалился прямо на бетонную поверхность. Шлёпнулся, как оладушек на сковородку, как бы глупо не прозвучало это сравнение.

– Пол!

– Всё так же неустойчив перед электрическим током. – прокомментировал Дженкинс, выходя из-за моей камеры и делая пометку в планшете. – Уже очнулась, Джессика? – он бросил на меня короткий взгляд.

Я кивнула. Он прошел к одной из панелей и нажал кнопки, отпирающие мою камеру.

– Меня Вы тоже будете бить током?

– В этом нет необходимости. У тебя к этому врождённый, своего рода, иммунитет. – ответил профессор, отводя глаза в сторону. – Прибери здесь.

Пока Руди перетаскивал Пола в бессознательном состоянии, я вышла из камеры и подошла прямиком к Дженкинсу. Рядом с ним стоял ещё один мужчина в такой же форме, как и Руди.

– Он и вправду держался на стене? – спросила я.

– Это единственное, в чём он преуспел. – произнес Дженкинс, не отрываясь от планшета. – Протяни руку, Джессика. У Тодда есть для тебя сюрприз.

Здесь слово «сюрприз» не может означать что-то хорошее. Но выбора у меня всё равно нет. Я подняла левую руку, выставляя её вперёд. Тодд подошел ко мне ближе и взял мою вытянутую руку за пальцы. А потом за считанные секунды он достал свободной рукой пистолет и прислонил его к моей ладони. Пуля прошла насквозь и со звоном ударилась об бетонный пол. Я успела только вскрикнуть. Вырвав руку из захвата Тодда, я прижала её к груди, придерживая здоровой рукой.

– Скорость реакции придется хорошенько доработать. – прокомментировал Дженкинс, делая пометки в своём планшете. – Джессика, пройди на подиум и положи поврежденную ладонь под камеру.

Меня трясёт от боли. С трудом переварив слова Дженкинса и осознав, что именно он от меня хочет, я медленно, шаг за шагом, поднялась на возвышенность, в углу которой стояла видеокамера на небольшом штативе, в высоту мне по колено. Я села на пол, сложив ноги по-турецки, и вытянула руку, с которой продолжала капать кровь.

– Я знаю, как это больно.

– Да что ты знаешь!? – рыкнула я.

– Твоё проявление агрессии от болевого шока ещё сыграет тебе на руку. – Дженкинс усмехнулся, поправляя очки и подходя ко мне, насколько позволяла приборная панель, разделяющая нас. – Но я знаю. – он поднял раскрытую ладонь на уровень своего лица.

Там красовался шрам, куда больших размеров, чем останется у меня. Мои брови почти сошлись на переносице.

– Мило, не правда ли? Ассистентка взбунтовалась. – он ухмыльнулся, чуть оголяя зубы у правого уголка губ. – Это было мне уроком.

Следующие, как мне показалось, несколько часов я сидела на возвышенности, держа руку под объективом камеры, заливая пол кровью и роняя слёзы. Кажется, пуля прошла между костями указательного и среднего пальцев. Я стараюсь туда не смотреть, чтобы лишний раз не будоражить нервную систему. Но легче от этого не становится. Чтобы отвлечь меня, профессор включил на одном из экранов какой-то фильм. Он шел без звука и, судя по внешнему виду актёров, был довольно старым. Я занималась тем, что сама придумывала им фразы в своей голове. Иногда даже умудрялась шутить.

Но Дженкинс оказался прав. Это отвлекло меня, что я даже не почувствовала, как кровь остановилась, а боль начала медленно утихать. Спустя неопределённое количество времени я и вовсе забыла, зачем сижу здесь. А когда вспомнила, охнула от неожиданности.

– Что за..?

– Ускоренная регенерация. У обычного человека на восстановление ушло бы несколько недель. И то, не факт, что все ткани так хорошо восстановятся.

– Так не бывает… Это невозможно.

– Твоя нога тебя уже не беспокоит? Давно ведь? Эти гены – чудная задумка.

Не вслушиваясь в его слова я одёрнула штанину брюк и попыталась стащить бинт с повреждённого участка.испачканный засохшей кровью, он выглядит как хорошая подделка, ведь нога абсолютно цела и не болит.

– А если кто-то попытается избавиться от них? – уточняю я, поднимая удивлённый взгляд на профессора.

– Избавиться от этого невозможно. По крайней мере без моей помощи. Просто Фениксу не обязательно все знать. – заверяет Дженкинс. – Для этого придется уничтожить одну вещь. Но ведь ты этого не хочешь, верно?

Я, молча, отрицательно кивнула головой.

– Девочка, ты подозрительно сообразительна для своих лет, но так наивна. Дождёмся полного заживления и поработаем над скоростью твоей реакции. Хорошо? – он посмотрел на меня поверх очков так, словно мой ответ и действительно что-то значил для него.

Я, молча, кивнула и опустила глаза на рану, что почти затянулась и представляла собой небольшую дыру, уже даже не сквозную.

Как только я попала сюда, я считала его сумасшедшим. Скрестить человека с животным, перенимая его сильные стороны, казалось мне нереальным сюжетом одной из книг, пылящихся на полках в небольшой библиотеке нашего приюта.

Спустя время дальнейшего нахождения здесь я стала считать сумасшедшей себя, поскольку не верила тому, что видела, чувствовала и делала, но это продолжает происходить. Словно это не я могу находиться под водой гораздо больше, чем любой человек. Или эта рана не на моей руке сейчас заживает с невероятной скоростью.

А теперь я уже и не знаю, кто из нас больше безумен. Он, поскольку проделывает этот невероятный эксперимент. Или же я, поскольку вижу всё это и поддаюсь.

По истечению трёх с половиной часов, как показывал таймер на панели, моей раны как будто никогда не было. Остался лишь повреждённый верхний слой кожи, испачканный в крови.

– Эта способность к регенерации будет у всех? – спросила я, спускаясь с подиума.

– Увы, Джессика. Это только твоя прерогатива и она никак не связана со змеиными генами. Проще сказать, что это бонус лично от меня. Не хочу, чтобы ты погибла спустя несколько дней, после того как мы начнём масштабное испытание. – он протянул мне руку, призывая показать ему зажившую ладонь.

– Что значит «масштабное испытание»? – спросила я, протягивая ему руку. – Вы постоянно об этом говорите.

– Испытание в полевых условиях. Вас выпустят на волю. Побегаете пару месяцев, осознаете новую жизнь. – левой рукой он придерживал мою снизу, а пальцами правой подцепил кусок окровавленной кожи и оттянул её вверх.

Я дернулась всем телом от неприятных ощущений на ладони. Под поврежденным слоем кожи был точно такой же, но слегка розоватый и целёхонький. Я поморщила нос. Не сказать, что это противно выглядит. Но и приятным глазу данную картину не назовёшь…

– Ты же знаешь, что змеи сбрасывают кожу? – он оглядел мою ладонь, а потом посмотрел мне в лицо. Я кивнула. – Это будет твоим способом исцеления. – он улыбнулся правым уголком губ. – А на счет испытания… После этого осознания многие ищут способы закончить эту, только начавшуюся, жизнь. Я же надеюсь, тебя не посетит такое желание. Но если всё же это произойдет, ты можешь в любой момент вернуться сюда.

Я снова кивнула. Сначала Феникс, но теперь и профессор говорит мне об этом. Дженкинс махнул рукой, призывая идти за ним, и направился к лифту, параллельно давая задание Руди, стоящему у одной из камер. Я шла за ним. На лифте мы поднялись на первый этаж и прошли несколько коридоров, прежде чем оказались в…

– Кухня? Это что, шутка такая? – я вскинула бровь.

В помещении уже находился Тодд. А ответом на мои сомнения послужила летящая в меня сковородка. Ну, от неё увернуться было достаточно просто. Она с грохотом ударилась о стену за моей спиной. Дальше в меня летело всё без особого разбора. Бутылки, посуда, пара ножей. Предпоследний нож пролетел в нескольких сантиметрах от меня в области головы.

– Хорошо, Джессика. – из-за широкой спины Тодда показался Дженкинс. – Очень хорошо.

Я думала, что на этом этот цирк и закончится. Но Дженкинс достал пистолет из кармана Тодда и начал стрелять. А вот сейчас ситуация ухудшилась. Пострадали правое предплечье, бедро и левое плечо. Вскрикнув, я упала на колени, хватаясь за повреждённые места.

– Не плохо. В масштабном испытании ты сможешь это усовершенствовать. Поднимайся. – он направился в коридор к лифту.

Я поднялась на ноги, придерживаясь за стену, и похромала за ним следом, думая, как бы не зареветь от боли.

– Почему же в случае с Тоддом в испытательном зале ты позволила ему навредить себе?

И тут я озвучила то, что сама от себя не ожидала и над чем даже не успела задуматься. И очень зря…

– Потому что вы мне сказали это сделать.

Он остановился и замер на несколько секунд, словно переваривая то, что сейчас услышал. Я остановилась рядом с ним. Судя по выражению его лица, он неоднократно заставит меня ответить за эти слова. Мне всё же стоило подумать, прежде чем озвучивать это.

– Я если я скажу тебе прострелить себе голову?

Он всучил мне в руку пистолет и отошел на несколько шагов. И тут-то передо мной предстал выбор. Направить оружие на него и потребовать выпустить меня. Но проблему в лице меня, даже пусть с оружием, с его возможностями можно устранить даже с закрытыми глазами. А если продолжу эту игру… Он не позволит мне это сделать, не пойдет до конца. Я нужна ему.

Я приставила пистолет к виску дрожащей из-за поврежденного предплечья рукой. На его лице не дрогнула ни одна мышца. Я набрала в лёгкие больше воздуха и задержала дыхание. «Три… два… од…» – я мысленно провела отсчет и оказалась права.

– Стоп! – он направился в мою сторону.

Я выдохнула и склонила голову на бок, вопросительно смотря на него. Выхватив у меня из руки пистолет, он прошёл мне за спину.

– Ладно. Твои слова не пустой трёп. Это редкость в наше время.

Ох, мои слова ещё какой трёп, профессор. Благо, врать в глаза я научилась раньше, чем нормально говорить. И эта способность сейчас мне очень пригодилась.

Дженкинс довёл меня до лифта. Я зашла в кабину, но он не спешил следовать за мной.

– Возвращайся в камеру, Джессика. Ты сегодня хорошо потрудилась.

Я, молча, кивнула. Он нажал на нужную кнопку. После чего лифт закрыл двери и устремился под землю. Раны отзывались пульсирующей болью и продолжали заливать кровью мою одежду. Это должно прекратиться спустя несколько минут. Но что удивительно, эта боль так терпима.

В испытательном зале Руди издевался над кем-то из моих друзей. Но подойдя ближе, я увидела незнакомого мне парня.

– Поднимайся! Давай же! – Руди с каждой новой фразой всё больше повышал голос.

– Оставь его! – я одернула Руди за плечо и прошла к парню, протягивая ему руку. – Тебе нужно вернуться в камеру.

Взгляд почти чёрных глаз устремился на меня. Изучает. И правильно делает. Спустя несколько секунд тишины, он всё же хватается за мою руку и поднимается на ноги. Мы с ним почти одного роста, но выглядит он гораздо старше любого из подопытных. Об этом свидетельствует серьёзный взгляд и широкие, крепкие плечи.

– Идём. – приказным тоном проговариваю я, следуя за ним к его камере, а затем перехожу на шепот. – Скоро всё это закончится. Продержись ещё немного, ладно?

Становясь в камеру, он едва заметно кивнул мне. Парень торопливо осматривал меня и мои кровоподтёки, словно только сейчас их заметил, пока закрывалась его камера. После определённого щелчка по камере снизу вверх начал подниматься беловатый газ. Парень быстро отключился, откинув голову назад.

– Я смотрю с реакцией у тебя не очень. – усмехнулся Руди.

– Заткнись и делай свою работу. – ответила я, направляясь в свою камеру.

Глава 10

Невозможность определить время нахождения в бессознательном состоянии медленно сводит меня с ума, хоть я и стараюсь не подавать виду, что меня это так сильно интересует. Я просто зависла вне времени и должна вести себя так, словно это в порядке вещей.

Полностью придя в сознание, я попыталась встать. После чего ощутила легкий шок, потому что боль от моих ранений с последнего испытания нисколько не уменьшилась. Осмотрев себя, я обнаружила засохшие пятна крови на поврежденных местах.

– Я не понимаю…

– Регенерация проходит полностью при извлечённом объекте, повредившем ткани. – Дженкинс стоял у панели с огромной кнопкой в центре.

– То есть, чтобы прошло восстановление, необходимо вытащить пулю. – словно бы объясняя это для себя, протараторила я, выходя из камеры и направляясь к нему.

– Я смотрю, ты сумел её приручить. – из лифта вышел Феникс.

Подойдя к Дженкинсу почти вплотную, я внимательно рассматривала его лицо, пока он изучал мои раны. Его брови слегка дрогнули, а после левый уголок губ чуть приподнялся. Он удивлён, но не хочет показывать этого.

– Верно, Джессика. – ответил он, игнорируя Феникса. – Но воспаления вокруг ран почти ушли. Нужно всё-таки избавиться от пуль. – он потянулся к карману и достал оттуда пинцет. – Постарайся не дергаться.

Я, молча, кивнула. Подошедший к нам, Мэрион, молча, наблюдал за этим действом. Ощущения были не столько болевые, сколько раздражающие щекочут где-то под рёбрами. Но тем не менее на глазах отчего-то выступили слёзы. Я пыталась не дёргаться, но тело делало это словно само по себе. Но, несмотря на это, профессор смог закончить начатое. Когда он закончил, я с облегчением выдохнула и вытерла дорожки слёз со щёк.

– Феникс… – Дженкинс протянул руку Мэриону.

Последний положил в руку Дженкинса пробирку с прозрачной жидкостью, закупоренную резиновой крышкой. Через несколько мгновений, пробирка оказалась в моих руках.

– Выпей это и пройди на подиум, Джессика. – произнес Дженкинс, перебирая в левой руке три окровавленные пули. – Это твоё предпоследнее испытание.

Я направилась на возвышение. Цвет подсветки сменился с белого на зелёный. Когда купол был опущен, Мэрион и Дженкинс устремили свой взгляд на меня, словно ожидая, что я буду делать. Я вскрыла пробирку, стараясь не принюхиваться, и залпом выпила содержимое. Жидкость обожгла горло. Откинув пробирку в сторону, я стала ждать, что же сейчас должно произойти.

После того, как опустился купол, пропали запахи и звуки. Но один остался. Один единственный источник звука, исключая меня. Слышатся очень быстрые удары маленького сердца.

В моей голове что-то щелкнуло. Какой-то клапан, отвечающий за адекватные действия и контроль над собственным телом. За ушами появилась непонятная тяжесть, а кожа на руках стала чуть серой в некоторых местах. Словно существо, чьи способности я использовала ранее, зажило собственной жизнью, активизировавшись в моей голове.

Контроля над своим телом у меня нет. Хоть я и описываю это, как если бы это проделывала я. Но по факту я не могу даже посмотреть в ту сторону, в которую хочу. Контроль полностью перехвачен кем-то посторонним. И этот кто-то ведёт охоту за этим крохотным источником звука.

Я легла на пол. Опустив глаза на уровень дальней части возвышенности, я увидела там кролика. Маленького белого кролика с чёрными глазами. Оттолкнувшись от пола всеми конечностями сразу, я подпрыгнула. Прыжок получился очень сильным. Я в одно мгновение я оказалась рядом с этим кроликом, хватая его руками и при этом переворачиваясь на спину. Слышу, как ускоренно бьется маленькое сердечко. Хочется отпустить его, но я не контролирую собственное тело. Сильнее сжимая хрупкое тело руками, ощущаю, как хрустят хрупкие кости. Дыхание замедляется. Звук сердца приглушается, и становиться реже, пока не останавливается совсем. Он мертв.

Наконец контроль над телом возвращается ко мне, я могу расслабить руки. Но уже слишком поздно. Смотря на тельце удушенного кролика, я медленно осознавала, что это сделала именно я. Страх смешивается с ненавистью к самой себе. Я убила кролика. Я убила. Я… Опустив тело на пол, я и закрываю себе рот рукой в попытке не разрыдаться.

– Блестяще, профессор Дженкинс! – восхищенно воскликнул Феникс.

– Да. Результат превзошел все ожидания. – ответил Дженкинс. – У этого ребёнка превосходные данные. Я такие видел только однажды. Но тот ребенок погиб. – он сделал паузу, а потом кивнул головой, из-за чего его очки блеснули. – Или, по крайней мере, я так думал.

Отвлекаясь от кролика и размышления над тем, что сейчас произошло, я перевела глаза на них. Феникс смотрит прямо на меня как маленький мальчик на большого и блестящего робота в магазине игрушек. Взглядом, полным обожания и трепета. Мне стало как-то не по себе.

– Погиб? – Феникс вскинул бровь, переводя взгляд на профессора.

– В его родителях сыграло чувство родительского долга. – он смотрел на меня. – И мне не позволили к нему даже прикоснуться. Хоть я неоднократно пытался это сделать. И в итоге этих попыток произошел несчастный случай. Но ведь генетическую информацию не спрячешь, верно? – он посмотрел на меня, выдерживая долгую паузу.

Он активировал поднятие купола. Я спустилась на бетонную поверхность пола, параллельно пытаясь унять дрожь во всем теле.

– Пора устроить масштабное испытание? – Дженкинс перевёл взгляд на Мэриона.

– Думаю, уже пора. – Феникс улыбнулся. – Но будет жаль, если такой эксперимент не вернётся.

– Она вернётся. Я больше чем уверен. – Дженкинс перевёл глаза на меня. – Подойди, Джессика.

– Начинается масштабное испытание? Вы отпустите нас? – спросила я, приближаясь к нему.

– Да. Но мне необходимо, чтобы ты инсценировала побег. Активирование этой кнопки спровоцирует открытие всех камер, но вместе с тем включит сигнал тревоги. У тебя и твоих друзей будет несколько минут. Именно ты их освободила. Так?

– Да, профессор.

– Хорошо. – Дженкинс махнул рукой, отходя на несколько шагов.

Вдруг Феникс срывается с места, подходя ко мне почти вплотную, и берет меня за руки, заглядывая в глаза.

– Знаю, я уже говорил, но… Помни, ты всегда можешь вернуться. Ты нужна здесь. Ты нужна мне, Джессика. Когда почувствуешь, что мир рушится, возвращайся.

Даже не знаю, что вгоняет меня в большее замешательство, то, что он всё-таки помнит, как меня зовут или то, как отчаянно он хочет, чтобы я вернулась. Не дав мне ответить, даже кивнуть, он наживает кнопку. Дженкинс и Мэрион, секунду назад стоящие кто где, лежат на полу замертво. Камеры одна за другой стали открываться, высвобождая моих друзей. И вместе с тем тишину разорвала громкая сирена. Хоть этот процесс занял не больше минуты, мне показалось, что он тянулся вечность. Первым в сознание пришел Джаред. Затем Пол, Кэтрин и Арви.

– Джесс, что происходит? – спросил Джаред.

– Побег, господа! Пора валить отсюда!

Переведя глаза на Раяна, вижу, как у него за спиной распускаются огромные черные крылья.

– Нужно уходить пока ещё есть шанс! – кричу я.

Но Алекс и неизвестный парень дольше всех приходили в себя. Я ринусь к камере неизвестного, так как она находилась ближе ко мне. Очень растерянный взгляд глаз цвета тёмного шоколада устремился прямо на меня.

– Как твоё имя? – бесцеремонно начинаю я.

– Шион. – ответил парень, потирая висок ладонью. – Всё закончилось?

– Да. И теперь нам нужно бежать. – говорю я, подавая ему руку. – Идём?

Он промолчал, но все же ухватился за мою руку, я рывком вытащила его из камеры. После чего мы с ним направились к лифту. Я остановилась на несколько секунд и перевела глаза на камеру Алекса. Он пришел в себя, но всё так же стоит внутри свой камеры. Смотрю на него, пока он не ловит на себе мой взгляд.

– Нужно бежать. – говорю я одними губами.

На что он опускает глаза и отрицательно мотает головой. Моё тело словно окаменело от такого поведения в исполнении Алекса.

– Джесс, бежим! – голос Джареда выбил меня из ступора.

Даже более-менее понимая план профессора Дженкинса, я не понимала, как его люди поведут себя с нами. Но мои сомнения разлетелись в прах, когда я услышала выстрелы. Я старалась не оглядываться.

Но последний выстрел точно настиг свою цель, отозвавшись чьим-то равным вздохом. Обернувшись, я увидела, что Шион упал. Я остановилась и кинулась к нему. Стараясь хоть как-то прикрыть его, помогаю ему подняться. Взглядом нахожу стрелявшего, кем оказывается Феникс. Наши взгляды встретились, словно крещенные на дуэли клинки, едва икры не посыпались. Шион едва держится на ногах и я понимаю, что не смогу дотащить его. Чтобы выбраться отсюда, придется преодолеть шахту лифта. Этот парень не сможет перепрыгнуть её, он идти толком не сможет. Выход один, если только…

– Раян! Раян!

В пару взмахов своих огромных крыльев он оказывается рядом с нами

– Помоги ему, прошу. Ты единственный, кто может это сделать.

Раян, молча, окидывает Шиона взглядом и кивает. Он берет парня под руки и вместе с ним взмывает вверх. Пробив крыльями стеклянный потолок, Раян и Шион оказываются за приделами Лаборатории.

– Джесс, ну где ты?

– Иду! – я сорвалась с места и побежала за остальными.

Я побежала к лифту. Ребята хотели зайти в него.

– Стойте! – я крикнула. – Нужно чтобы он уехал.

– Джесс, что ты несёшь? – спросила Арви.

– Я вас выведу. Верьте мне. И приготовьтесь прыгать.

– Это безумие… – проронила Кэт.

– Охрана прибудет сюда на этом лифте, у нас нет времени. Я видела выход по ту сторону шахты.

Лифт стал подниматься, открывая нам проход.

– Прыгайте!

Разбежавшись и преодолев препятствие, мы оказались в огромном паркинге, где припаркованы машины и несколько автобусов. Паркинг был чуть меньше зала, где мы находись всё это время. И в противоположном его конце была большая гаражная дверь, что я видела снаружи.

Дверь опускается по мере нашего приближения. Слышу за собой шаги. Оборачиваясь на бегу, вижу, что за нами уже организовали погоню. Я пытаюсь ускориться. Пришлось пригнуться, чтобы оказаться за пределами паркинга. Остановившись, я стала смотреть, чтобы все смогли выбраться. Кэт, Джаред, Арви, Пол. Последний хотел проехаться под дверью, почти лёжа, но в итоге выкатился кубарем прежде, чем дверь закрылась, оставляя нас на свободе.

– Нужно уходить отсюда, пока они не решили нас преследовать. Бежим!

Они последовали за мной. Передвигаться вдоль шоссе не самая лучшая идея. Но это единственный ориентир. Я направилась в сторону от асфальтированной дороги, но стараюсь не терять её из виду.

Когда мы были уже довольно далеко и за нами никто не гнался, мы остановились передохнуть. Вокруг не души. Только трасса и горы. Все ещё пребывают в шоке. Мы присели в траве, надеясь, что нас не заметят. «Кэт, Арви, Пол, Джаред, Раян, Шион…» – я провела перекличку в своей голове, убеждаясь, что все целы. Кто знает, где теперь искать Шиона и Раяна. Но главное, что они смогли выбраться.

Адреналин стал понижаться и вместе с ним мой организм стали покидать силы. Кажется, борьба за контроль над собственным телом отняла у меня все силы. Или же виной всему тот препарат, что я приняла. Это состояние чем-то похоже на сильное алкогольное опьянение.

Из всего этого я не понимаю лишь одного. Что же произошло с Алексом… Что могло так повлиять на него, что он решил добровольно остаться там?

– Ну и что это было?! – первым тишину нарушил Джаред.

– Побег из Лаборатории злого учёного. – усмехнулась я, стараясь не смотреть на него.

– Я серьёзно. – он скрестил руки на груди.

– Я тоже…

– Как тебе удалось перехватить контроль? – спросила Арви.

– Они наделяют нас такими силами, словно не подозревая, что мы можем пойти против них. – соврала я. – Я смогла их обезвредить. А вот кнопки пришлось тыкать наугад. Возможно, именно поэтому включилась сирена.

– Так или иначе. Ты вытащила нас. – улыбнулась Кэт.

– Не всех. – я опустила глаза. – Алекс остался там… Добровольно.

– И что нам теперь делать? – не унимался Джаред.

– Нужно выйти в населённый пункт. – наконец заговорил Пол. – Там уже будем ориентироваться по мере поступления проблем.

– Хороший план. – прокомментировала я. – Так или иначе, чем дальше мы отойдём от этого места, тем лучше. Но одна проблема.

– Какая? – спросила Кэт.

– Мне далеко не пройти, я без сил. Меня заставили что-то принять, прежде чем я смогла вырваться. Я думаю это влияние препарата. – я встряхнула головой. – Так что я останусь тут, чтобы не задерживать вас.

– Вот ещё. – Пол поднялся на ноги. – Наш бессменный лидер вытащила нас из Лаборатории, а теперь хочет, чтобы мы её бросили.

Он протянул мне руку. Я схватилась за неё и поднялась на ноги. Но Пол не спешил отпускать меня. Он дернул меня на себя, после чего поставил одну руку мне в район рёбер, а второй подхватил под колени, таким образом, беря меня на руки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.