Павел Диброва
Демонтиваторы

Пролог

9 октября 2002 года. Санкт-Петербург, Васильевский остров

На клавиатуре сидел демон. Небольшой, с черными крыльями, острым клювом-носом, когтями, подвижными маленькими глазками, – в общем, обычный демон, каких можно встретить часа в три ночи в любом питерском доме. Лишь одно отличало его ото всех других: он сидел на клавиатуре и царапал её когтями. Царапал мою клавиатуру!

– Слезь с клавиатуры! – процедил я сквозь зубы. Демон не пошевелился. – Кому говорят, – повысил я голос, – портишь же вещь, а ну слезай! Демон продолжал сидеть, но царапать клаву перестал, потом чуть наклонился вперед и с некоторым удивлением в голосе произнес:

– А ты чё? Не боишься?

– Кого? – теперь пришла моя очередь удивленно уставиться на него. – Здесь же кроме меня и тебя никого нет.

– Вот именно, – самодовольно буркнул демон и сжал когти на правой ноге, отчего на буквах «в», «п» и «р» появились царапины. Я не выдержал и рывком вытащил клавиатуру из-под моего незваного гостя, отчего он потерял равновесие и растянулся на столе.

– Ну, зачем же так? – прогнусавил он обиженно и, поднявшись, забился в угол стола. – Я ж не специально, – привычка, – он недоверчиво оглядел меня и спросил: – А ты, правда, не боишься, не боишься МЕНЯ?

Я засмеялся, потом посерьезнел и с деланным страхом спросил: – А что ты мне можешь сделать? – но серьезного лица не получилось, и на моей роже опять засветилась идиотская ухмылка.

– Понятно, вот не везет, – сказал демон и, как-то поскучнев, замолчал. – Не, так не пойдет, – прервал его молчание я. – Раз уж приперся, исцарапал клавиатуру, то простым «понятно» не отмажешься.

– Понятно, – повторил демон снова и зажался еще дальше в угол. – Чего тебе понятно? – не сдержался я и по-киношному идиотски захохотал. – Что тебе понятно? – скрипел я. Конечно, издеваться над маленькими нехорошо, но это он первым начал. Попугав его еще немного, я сжалился над ним и нормальным голосом сказал: – Хватит там сидеть, вылезай. Я пошутил. Демон недоверчиво покосился в мою сторону, но, сообразив, что его есть не собираются, заковылял из угла в сторону клавиатуры.

– Не, брат, на клаву нельзя, – сказал я, отодвигая её подальше. – Так, на стол садись – поговорим. – Откуда ты ко мне пожаловал? – спросил я своего гостя.

Демон посмотрел на меня, помолчал и с некоторой неприязнью в голосе ответил: – Оттуда.

– Ответ не принимается, – сказал я ему и демонстративно похрустел пальцами, отчего демон опять попятился к углу и визгливо прошипел: – Ты ж сказал, что ничего не сделаешь мне, обманщик. Не надо было вообще к тебе приходить. Все вы так – только над маленькими издеваться, – знаете же, сдачи дать не можем! – бубнил он.

– Ага, – самодовольно сказал я, помолчал, а потом добавил: – Но ты мне лапшу не вешай, ты ж ко мне приперся не для того, чтоб на клаве посидеть. Попугать ведь прилетел, разве нет? Демон отвернулся. – Не слышу ответа, – сказал я, немного повысив голос. – Ну ладно, ладно, прав ты, человек тебя возьми, – выдохнул в сердцах демон. – Ну кто же знал, кто же знал… – Он замолчал, а я продолжил за него: …что нарвешься на небоязливого? – Демон едва кивнул, глубоко вздохнул и спросил:

– А почему ты не боишься? Вы ж, люди, должны бояться, – во всяком случае, нам на курсах рассказывали.

– На каких курсах? – поинтересовался я. – На общих, ну там про это, – демон замялся, – ну, в общем, на курсах влияния доступными физиологическими особенностями на индивидуумов иномирного происхождения, говоря языком простым, на вас – людей.

– И чего, помогает? – спросил я.

– Что? – не понял демон.

– Курсы твои помогают? – Не особо, с тобой вон не вышло, а с другими я не пробовал еще, – сказал демон и залился краской, зеленой. Но через пару секунд оправился и печально изрек: – Первый блин комом.

– Так что у тебя сегодня, первый раз, что ли? – спросил я.

– Ага, – печально сказал он, – проверочная. – Извини, не знал, – мне стало его жаль. Я сам прекрасно понимал, что такое первый раз, да еще и проверочная.

– Что, могут зачет не поставить? – спросил участливо я.

– Да, и на второй год оставят, – вид у моего гостя стал совсем понурый.

– А как они проверяют? – спросил я, лихорадочно придумывая, как ему помочь.

– Да, просто, когда эффект достигнут, я нажимаю кнопку, вот тут на поясе, – сказал он и продемонстрировал маленькую светло-красную кнопку, – и проверяющий смотрит, ну и соответственно оценивает.

– Слушай, у меня идея, как тебе помочь! – демон посмотрел на меня, и в его маленьких глазках я заметил появляющуюся надежду.

– Как? – Я тебе подыграю.

– А что, может сработать! – демон помолчал, что-то прикидывая. – Точно, должно сработать. – Они ж не смогут и мысли допустить, что их обманывают! – он засмеялся. – Нам все время на курсах говорили, что с вами, человеками, нельзя говорить, что вы все завязли в своей механически-циничной культуре и даже мысли допустить не можете, что могут существовать иные реальности, кроме вашей. Вот ха-ха, а тут ты, – он вдруг замолчал и осторожно спросил: – Кстати, а почему ты такой, какой-то неправильный?

– Не знаю, – я почесал голову, – так получилось. Я с детства вижу всякую дрянь. Ой, извини, я не тебя имел в виду! – спохватился я, заметив, что от моих слов демон вздрогнул.

– Да ладно, для меня ты тоже не красавец! – сказал демон улыбнувшись.

– Ты для меня такой же демон, как я для тебя, только больше. Ну ладно, не суть. Давай я сейчас сяду обратно, на штуку, которую ты называешь клавой, – странное название, – и сделаю страшную физию, а ты сделаешь вид, что испугался. Только не смей улыбаться, а то все испортишь.

– Хорошо, только не царапай кнопки, а то сгоню и все испорчу, понял?

– Понял, ну ладно, раз, два, три… – начали! Он вспрыгнул на клавиатуру, весь как-то надулся, раскрыл клюв и зашипел. Мне было очень смешно, но, помня о важности всего происходящего, я принялся серьезно отыгрывать роль. Сделав испуганное лицо, я с криком «Демоны! Демон!» отпрыгнул от стола, залез на кровать и принялся усиленно креститься и одновременно тереть глаза. Пока я проделывал эти идиотские действия, демон нажал кнопку и чего-то сказал. Тут же у меня над шкафом раскрылось подобие портала, окна, черт его знает, что там раскрылось, в общем, дыра, и из нее показалась голова демона побольше, и, как мне показалось, постарше моего гостя. Голова внимательно посмотрела в мою сторону, а потом, поманив моего демона пальцем, скрылась обратно. Демон-студент, как я окрестил моего пугателя, взлетел на шкаф, повернулся ко мне, подмигнул и юркнул вслед за своим профессором. Окно закрылось, и стало тихо. Я слез с кровати и вернулся к своему столу. Достал сигарету, закурил. Посидел немного, потом открыл папку на компьютере и загрузил первый попавшийся фильм. Только я хотел приступить к просмотру, как над головой зашелестело и на стол спланировал мой недавний гость.

– Ну чего? – поинтересовался я, ставя на паузу фильм.

– Зачет! Они поверили! – ты классно сыграл. Я сначала думал, что ты слишком переигрываешь, но на этих идиотов подействовало. Знаешь, – он улыбнулся, обнажив ряд мелких острых клыков, – у меня лучший результат на курсе. Спасибо. Я это, чего вернулся. Ты помог мне, я готов помочь тебе, – загадывай желание.

– Э нет, брат, не проведешь! Что, за новым зачетом прилетел? – спросил я, погрозив ему пальцем.

– Чтоб тебя! – вздохнул он. – А как ты догадался?

– Как, как? Это ж просто, раз зачет по пуганию получил, значит, поручили более сложное задание: душу человеческую на желание сменять.

– Прав, – сказал демон, задумчиво почесав крыло. – Сложно с тобой, а душу просто так за дружбу не дашь? – спросил он с надеждой в голосе.

– Не, друг, этого ты не получишь, – сам должен понимать.

– Понимаю, а не посоветуешь, кого можно тут из вас развести?

– Нет, так как это равносильно желанию, и, в итоге, опять же моя душа к тебе уйдет.

– Откуда ты все знаешь? – помрачнев, спросил демон.

– Да ни фига я не знаю, просто есть правило «Не заключай сделок с демонами – все равно обманут».

– Эх, не простая у меня работа, не простая.

– А зачем ты вообще на нее пошел? Что, других вакансий не было? – спросил я.

– Были, да понимаешь, в чем дело, это семейное: мой дед, прадед, отец, все они были охотниками за душами, да какими охотниками, – лучшими! – он замолчал.

– Ну и от тебя ждут в семье того же? – спросил я.

– Ага.

– Но ведь сам-то ты понимаешь, что тебе это не светит? – спросил я его. – Понимаю, но попробуй отцу скажи – выгонит из гнезда и отречется. – Ведь немыслимо, чтобы единственный сын и раз – не пошел по стопам семьи.

– Слушай, эээ, как там тебя зовут?

– Схал, – ответил он рассеянно. Я усмехнулся:

– Ну какой из тебя охотник, Схал, если ты свое имя человеку сказал?

– Ой, – ну все, пропал, как же я забыл, вот демоны. Все, конец… Ты теперь меня убьешь за то, что я пытался тебя с душой развести. Имя, имя… – он умолк.

– Успокойся, Схал, не буду я тебя уничтожать, а вот совет дам.

– Какой? – безнадежно спросил Схал.

– Бросай свою специальность! Что там у тебя, больше дел других, что ли, нет? А папа твой поругается-поругается, но когда увидит, что у тебя все нормально в твоей новой профессии, – простит.

– Да, наверное, ты прав, – спасибо. Полетел я, – он взмахнул крыльями и исчез в портале, но через мгновение появился вновь, таща что-то в лапах. – Совсем забыл! Вот, тут тебе подарок, – я открыл рот, чтобы сказать кое-что о подарках от демонов, но он перебил:

– Не дрейфь! Не собираюсь я тебя обманывать… наверное… Да ладно! Я тебе попортил вещь, – на, держи! Новенькая, только что украденная, – сказал он и протянул клавиатуру.

– Спасибо, – сказал я, рассматривая беспроводную дорогущую клаву, спертую моим новым товарищем, похоже, в «КЕY».

– Это, она не простая клава, тут сбоку клавиша есть – я её маленько перепрограммировал. Ты, если чего захочешь, нажимай на нее, и я приду.

– Все не оставляешь надежды мою душу заиметь? – улыбнулся я ему.

– Ага, – честно сказал он, – уж очень она у тебя интересная. А если серьезно, то это я так, от злобы душевной. Может, будет у тебя настроение, – нажмешь, – я прилечу, и мы поговорим.

Глава 1. Договор с демоном

11 ноября 2014 года.

Санкт-Петербург. Пискаревский проспект

Брокер продал душу дьяволу, а на вырученные деньги купил себе место в раю. Анекдот

В последние время дела шли из рук и ног вон плохо. Казавшийся для меня запредельным счастьем брак с женщиной, которую я безумно любил и практически боготворил, начал трещать по

швам и благополучно завершился разводом. Последствия расставания я никак не мог пережить, и ежедневные мучения от потери любимой полностью выбили меня из колеи жизни на неопределенный срок. Все валилось из рук, и это, видимо, как-то сказывалось на том, что меня отчаянно не хотели брать на работу, хотя собеседования я посещал регулярно. Проблем еще к тому же добавляли набранные долги, которые при условии отсутствия работы почему-то не уменьшались, а в прогрессии возрастали, загоняя меня в еще большее уныние и толкая на необдуманные поступки.

В общем, как видите, ситуация складывалась не в мою пользу. Вот тогда-то, осознав всю тяжесть и невозможность своими силами справиться с навалившимися проблемами, я принял, как мне тогда казалось, верное решение: заключить сделку с демоном. Вы не ослышались, я сказал именно то, что сказал. Конечно, в наш просвещенный, а точнее, развращенный всякими электронными штукенциями век говорить о демонах всерьез звучит, по меньшей мере, смешно, если не сказать – глупо. Ведь любой мало-мальски образованный человек вам с доподлинной уверенностью скажет, что демонов не существует, а тот, кто говорит обратное, либо свихнувшийся дурень, либо ловкий пройдоха, заколачивающий деньги на простаках. Я себя, к счастью, к первым и, к сожалению, ко вторым не относил, поэтому у меня был только один выбор: признать существование демонов, тем более что, как минимум, одного я имел уже опыт повстречать. Конечно, сия история произошла со мной довольно давно, и я легко мог бы списать ее на бурное, затуманенное алкоголем и кое-какими наркотическими веществами студенчество, если бы не один момент. После той памятной встречи в моем распоряжении оказалась подаренная мне ночным гостем клавиатура со специальной кнопочкой. Хотя все же и это не является доказательством, подарок мог быть просто от родителей или друзей, но для меня сегодняшнего это было зацепкой. В противном случае, я столкнулся бы с необходимостью традиционного вызова духа. А по заявлениям некоторых источников, чтобы вызвать демона, нужны годы тренировок и куча сомнительных ингредиентов, происхождение которых в большинстве своем идет в тесной связке с криминалом. Но я вас заверяю, вызов Схала, а именно так звали моего приятеля-демона из далекого прошлого, был до смешного прост и сводился к нажатию на клавиатуре той самой кнопочки, о которой я говорил выше. Главная же проблема состояла в том, чтобы отыскать эту клавиатуру среди хлама, коим была завалена моя квартира после исчезновения из нее лица женского пола, в чью функцию обычно входило контролирование уровня захламленности принадлежащей мне жилплощади. Поэтому, собрав волю в кулак, я начал по возможности аккуратно перерывать все возможные места, где, по моим прикидкам, могли храниться старые или нерабочие компьютерные детали. Аккуратно я это делал не от того, что хотел сохранить хоть какой-то остаток порядка, а из-за страха получить по голове древней, а оттого крайне тяжелой платой. Примерно через час перетряхиваний укромных мест и вздыхания по ушедшим вместе с хранившимися у меня старыми вещами временам мои поиски, наконец-то, увенчались успехом. К моему великому удивлению, найденная мною заветная клавиатура выглядела такой же новой и блестящей, какой я запомнил ее более чем десять лет назад. Это наводило на мысль о том, что мое предприятие вполне может завершиться успешно. Поэтому, не теряя на лишние размышления и сомнения времени, я направился к своему рабочему столу, где привычным движением, отработанным за время работы в компьютерных клубах Петербурга, легко и непринужденно заменил свою стандартную клавиатуру на только что выкопанную из недр моего прошлого.

Клавиатура пикнула, зажглась на секунду тестовыми огнями, и я понял, что момент истины настал.

Теперь все зависело от того, насколько я готов был поверить в реальность происходящего. Ведь, если отвлечься от простоты непосредственного вызова потусторонних существ, о которых в нашем фольклоре довольно много отрицательной, если не сказать пугающей информации, я после нажатия заветной клавиши и в случае реального столкновения с демоном должен был бы за решение моих проблем отдать свою душу. Но основная проблема заключалась все же не в душе, а в том, что я все-таки относил себя в большей степени к атеистам, и хотя я и надеялся на то, что произойдет чудо, по-настоящему я в это не верил. А оказаться в глупом положении в случае провала, в котором я практически не сомневался, даже перед самим собой в абсолютно пустой комнате, мне категорически не хотелось. Так как это лишь доказало бы мне, что я дошел до ручки и окончательно свихнулся, думая, что у меня получится переложить проблемы со свой больной головы на потустороннюю, здоровую.

И, наверное, все мои размышления на этом бы и прекратились, если бы в миг, когда я практически уже решил вернуть клавиатуру на ее постоянное место хранения, ко мне в телефон не прилетела бы смс-ка с уведомлением об очередном просроченном платеже. Снедаемый приступом уныния и пониманием того, что мне нечего положить на кредитный счет моего любимого банка, я в каком-то слепом отчаянии нажал демоническую кнопку на лежащей передо мною клавиатуре.

Ничего не произошло. Я подождал немного и тыкнул вновь. Снова ничего. Паника начала овладевать мною, а зарождающееся в районе солнечного сплетения осознание всех ранее пережитых сомнений насчет своего душевного здоровья заставили меня с какой-то маниакальной надеждой тыкать в клавишу без остановки. И когда я уже практически признал факт своего идиотизма, на стол откуда-то сверху выпало странное черное, сильно взлохмаченное и очень недовольное существо. Оно хмуро оглядело комнату, потом с трудом сфокусировало разъезжающиеся глаза на мне и каким-то ленивым, но определенно раздраженным тоном буркнуло:

– Че надо?

Я замер. Конечно, я не испугался. Ведь, в принципе, я и ожидал чего-то такого в случае успеха. Но одно дело ожидать появления демона, а совсем другое лицезреть его во плоти на своем компьютерном столе. Собрав свои мысли в кучу, после некоторого замешательства я с трудом выдавил:

– Здравствуйте.

– Че тебе надо? – вновь повторило существо, проигнорировав мое приветствие. Честно говоря, такое поведение демона, – а то, что это был определенно он, я уже не сомневался, – меня немного задело. Ведь по моим представлениям, да и по обрывочным воспоминаниям нашей первой встречи, вести так себя уважаемому представителю темной расы было неподобающе. Но понимая, что, в общем-то, помощь его требуется в большей степени мне, я проявил сдержанность и вежливо поинтересовался:

– Простите, вы Схал?

– Да, и че? – вновь грубо ответил демон.

– Вы меня совсем не помните, что ли? – предпринял я еще одну попытку наладить контакт.

– Да, помню, помню, – сбавил он немного тон. – Так все же, чего тебе надо-то от меня в такую рань?

– Я что-то не понял, – когда мы виделись в последний раз. Вы тоже заявились ко мне часа в три ночи, но были бодры и по Вам нельзя было сказать, что для Вас это рано, – напомнил я ему, строя фразу поуважительнее.

– Ха, вспомнила горгулья первое свидание! – ответил он, похоже, какой-то шуткой. – Я тогда учился еще, а значит, рано вставал, да и подрабатывал все время.

– А сейчас что? – спросил я, предчувствуя какой-то подвох.

– А сейчас я полночи бухал и только завалился вздремнуть, как ты меня сдернул с гнезда. Вот поэтому я спрашиваю, чего тебе надо?

– В общем-то, я хотел договор с Вами заключить, ну помните, Вы мне это предлагали в прошлый раз, при условии выполнения моего желания? – сказал я, внутренне собираясь.

– Да на фиг ты мне нужен, – отмахнулся от меня демон. – Мне и без твоих договоров проблем хватает.

– Как так? – удивился я. – Вы ж, вроде, раньше мечтали об этом.

– Да, молодой был, глупый. Вон тебя в прошлый раз послушал и сделал еще большую глупость. Так бы сидел сейчас с какой-нибудь непыльной работенкой, душ бы с неба не хватал, но сердцем с глазом был бы обеспечен. А так метнулся тогда в другую профессию, только-только появилась у нас, модная была и все такое – и че? Теперь кое-как перебиваюсь, а годков уже немало. Родители в гнездо не пускают, говорят, сам себе такую жизнь выбрал, Демонесса, любовь всей жизни, сменяла меня на какого-то работягу из ям… – На этом месте он передернулся, словно от какого-то внутреннего омерзительного для его натуры воспоминания, и с грустью продолжил, – мол, толку с меня ноль. А новой спутницы все нет и нет, да и кому я такой нужен-то?

– Ну, Вы, это, извините меня, я ж не думал, что так будет, – мне стало неудобно за свой тогдашний совет.

– Да ладно, сделанного не вернешь. О, а я смотрю, ты в другом гнезде живешь, чем в прошлый раз, – он обвел одним глазом мою захламленную квартиру, а другим уставился на меня, – тебя что, тоже погнали, что ли?

– Ну да, – вздохнул я тяжко, – да, история на Вашу похожа очень, я потому Вас и позвал, думал продаться и жить начать нормально, хоть отведенный договором срок, а теперь вижу, что Вам самому-то не особо живется.

– В этом ты прав, человек тебя дери, – ругнулся в сердцах демон. – Но вообще, хорошо, что позвал, а то грустно, хоть кукарекай. И, ну раз я все равно тут, у тебя выпить не будет чего-нибудь а? – он с надеждой пьяницы заглянул мне в глаза.

– Есть вино дешевое, порошковое, от которого с утра голова трещит и понос мучает, будете? – стыдливо предупредил его я.

– Давай, тем более что дома у меня похожее. На большее Душев не хватает. Да и еще, чего ты мне тут выкаешь-то? Бросай это дело, тем более что пить сейчас будем вместе.

Я кивнул ему в ответ и пошел на кухню, вытащил из холодильника вино и с двумя чашками вернулся в комнату, где демон уже со стола переместился на диван, подобрал под себя когтистые лапы, в общем, устроился поудобнее.

– Я не знаю, ты как пить-то будешь? У меня тары твоих размеров нет, – развел я руки с вином в стороны.

– Не беспокойся, это я мигом исправлю. – Он вдруг напрягся, послышался какой-то скрежещущий звук, и начал расти вширь и ввысь. Достигнув примерно роста среднего человека, он остановился и произнес: – Ну, вот так лучше, да и ты шипеть на меня не сможешь, как в прошлый раз, ну и пойла твоего больше влезет, – на последней фразе он широко улыбнулся, обнажив несколько рядов мелких и острых клыков. Мне стало немного не по себе, а он, заметив это, улыбнулся еще шире и добавил: – Что, страшно, да?

– Очень, – честно признался я.

– Эх, мне бы эти навыки раньше, и все могло бы сложиться по-другому.

– Согласен, сам о том думаю каждый день, ну давай и выпьем за то, чтобы все в нашей жизни было своевременно.

– Поддерживаю, – сказал демон, забирая у меня из рук стакан с вином. Мы выпили. Помолчали. Потом демон тихо и задумчиво протянул:

– Да, вино у тебя еще то «г», но пить можно. Давай пить, раз делать больше нечего.

Я согласился и, предупредительно сходив на кухню, принес весь пакет с вином.

Накачались мы с ним изрядно, то ли вино в этот раз оказалось более губительным для организма, то ли темы у нас были печальнее одна другой, в общем, за остатки ночи мы выложили друг другу все наши проблемы и как-то незаметно задремали.

Утро началось внезапно и крайне болезненно. Кто-то настойчиво наяривал в дверь, и трель звонка режущей и раздражающей болью отзывалась в похмельной голове.

Я перевернулся набок и, прижав голову подушкой, попытался переждать попытку проникновения в мою квартиру. Обычно такая тактика работала, так как все мои знакомые были в курсе, что без предварительного звонка дверь я никому не открываю, а всякие разносчики рекламы или служащие коммунальных служб, явившиеся, чтобы гневно понаезжать на меня из-за неоплаты той или иной услуги, потоптавшись на пороге, в итоге отваливали восвояси. Но это был, походу, не тот случай. Тут звонили настойчиво, словно зная, что я дома, и ничего хорошего это не предвещало.

Пришлось встать, накинуть на себя старые шорты, футболку, залезть ногами в потертые и почему-то мокрые тапки и, пересиливая боль в голове, нарастающей из-за резкого изменения плоскости, двинуть к двери.

– Кто? – спросил я глухим голосом, пытаясь сфокусировать взгляд в дверной глазок.

– Соседи снизу, – услышал я женский голос, и внутри все похолодело. Такая моя реакция вполне объяснима, учитывая, что это был мой самый страшный кошмар с момента вселения в эту квартиру. Штука заключалась в том, что подо мною проживала пара моих ровесников, но пара довольно склочная и противная. Конечно, возможно, наши отношения могли сложиться иначе, но лет пять назад произошла протечка на моем этаже, и соседи снизу обвинили меня в затоплении, хотя вины моей в том особо не было. Просто перекрытия в доме имели полый характер, а вода, которая лилась на голову соседям снизу, притекла в мои перекрытия из боковой квартиры. К сожалению, разобраться в причинах я смог только после того, как разбираться было уже бессмысленно. Ловкая соседка оперативно подала в суд, дала на лапу обслуживающей компании, сфабриковала выписки из документов и, к моему несчастью, выиграла то дело, обязав собственника квартиры, а именно мою маму, выплатить шестьдесят тысяч рублей. Но это был не конец. Благополучно получив деньги, мои дорогие соседи обновили себе машину и почему-то решили, что подавать на меня в суд – это самая гениальная идея, которая им приходила в голову за всю их жизнь. Поэтому с того момента начался прессинг в мою сторону, фактически без повода. Например, любимым способом действовать мне на нервы было постоянное обвинение меня в шуме. По скорости их реакции у меня складывалось впечатление, что они дни и ночи стоят на стульях, прикладывая уши к потолку, и как только слышат какой-либо посторонний и возмутительный, с их точки зрения, звук, тут же дергают за специально протянутые по всей квартире веревки, которые, в свою очередь, со всего маху бьют по батареям. Иначе как можно объяснить, что между падением, скажем, крышки от кастрюли до характерного удара в стояк проходило не более трех-четырех секунд? Или другой, более интимный момент. Когда в моем доме появлялась женщина и мы по вполне естественному обоюдному желанию предавались совместному получению удовольствия, нижние соседи обычно с утра отправляли ко мне откуда-то появляющуюся у них маму, словно, ночью, узнав, что их верхний сосед не один, они тут же звонили ей и говорили кодовую фразу: «НАЧАЛОСЬ тчк ПРИЕЗЖАЙ тчк». Их маман либо подкарауливала меня, когда я выносил мусор, или просто звонила в дверь и начинала возмущаться, что ее бедные детишки не могут уснуть от криков, раздающихся в этой ужасной квартире. Первое время из уважения к почтенному возрасту женщины я старался уйти от скандала, но когда подобная встреча произошла в четвертый раз, я не выдержал и в очень мягкой и ласковой форме, которая появляется у мужчин только в крайней степени раздражения, спросил:

– Уважаемая и очень внимательная дама, позвольте поинтересоваться, какого полового органа Вы лезете в мою частную жизнь? Если судить по Вашему нескончаемому интересу, то Вам и Вашей дорогой дочке срочно нужна помощь, которую, по-видимому, ни Ваш, ни ее муж оказать не в состоянии. – Закончив свою мысль, я исключительно аккуратно закрыл перед ее носом свою дверь. В ответ же на мою вполне вежливую речь дама начала ругаться и называть меня такими словами, каких я не слышал даже в то время, когда подрабатывал грузчиком в порту. Но результат превзошел все мои ожидания: больше меня соседи не беспокоили. До этого дня. Поэтому, сосчитав про себя до десяти, я мягко поинтересовался через закрытую дверь:

– Что надо? – на что получил знакомую и вполне ожидаемую тираду.

– Что вы там делаете? Я на вас в суд подам!

– Ничего я не делаю, я сплю, – какого дьявола Вы мне выговариваете? – ответил я тем же тоном, а сам стал лихорадочно прикидывать, что могло случиться за ночь, надеясь, что это не очередная протечка.

– Вы мне весь балкон засрали, совсем охамели, да? – зазвучал ее пронзительно мерзкий голос вновь.

– Слушайте, отвалите Вы, наконец, и не мешайте спать, – рявкнул я, захлопывая вторую дверь, чтобы не слышать ее воплей и отсоединяя провод дверного звонка. Конечно, я все равно слышал ее возмущения, но они все же гасились двумя тяжелыми дверьми, и это давало мне надежду на возвращение в кровать. Но прежде всего необходимо было посмотреть, о чем она говорила и почему думала, что это я повинен в ее проблемах.

Пройдя через комнату и чуть не свернув пару стаканов с остатками винного напитка, я вышел на балкон, перегнулся через перила и глянул вниз.

– Что за… – неожиданно вырвалось у меня. Весь нижний балкон был загажен, по-другому и не скажешь, чем-то сильно смахивающим на птичий помет. Единственный вопрос был лишь в том, каких же размеров должна была быть такая птица. Я судорожно стал думать, откуда это могло взяться, и параллельно прикидывать шансы отбояриться от безумных соседей.

И тут меня осенило: под действием вина и последующего похмелья у меня из головы совсем вылетело, что вчера я вызывал демона. Конечно, сейчас, днем, мне казалось все это сном, но полностью скидывать со счетов такую возможность я не мог. Поэтому, вернувшись в комнату, я осторожно позвал:

– Схал!

– Да, – тут же послышался откуда-то сверху болезненный голос.

Я задрал голову и увидел на люстре моего сильно потерявшего в размерах ночного гостя, который, приоткрыв заплывший и красный глаз, как-то застенчиво смотрел на меня.

– Значит, это правда? – я медленно опустился на диван и обхватил голову руками.

– А ты надеялся, что тебе приснилось, да? – проговорил демон, сидевший на люстре.

– Честно говоря, да, – ответил я тихо.

– Ну, если хочешь, я могу отчалить, и ты постепенно начнешь так думать, – сказал демон и ехидно улыбнулся.

– Да нет, не надо, я ж сам тебя позвал, чего гнать-то теперь. Кстати, Схал, а что за дрянь валяется под моим балконом? – спросил я с подозрением.

Демон сразу сник, не ответив на мой вопрос.

– Я не понял, это твоих рук, точнее лап, дело? – спросил я, уверяясь в своей догадке.

– Ну это, ну в общем, вино твое оказалось еще хуже, чем я думал. Меня так не проносило с того момента, как я впервые попробовал ведьмянку, – демон совсем сжался на люстре.

– Т-а-ак, – протянул я, – а в туалет ты не мог сходить? Зачем было гадить с балкона на моих сумасшедших соседей? – спросил я, начиная злиться.

– Туалет? – недоуменно поинтересовался Схал, – а что это?

– Черт, ты не знаешь, что такое туалет!? – воскликнул я, ощущая весь дебилизм ситуации.

– Ну, это место, куда ходят справлять нужду. Ты-то куда в своем мире по «делам» ходишь?

– Да никуда, – из гнезда свешиваюсь и все, – ответил он простодушно.

– Понятно, – произнес я, признавая, что вина, в общем-то, на мне из-за того, что вчера не удосужился показать гостю, как и чем пользоваться в квартире. Хотя, учитывая события в целом, мне вряд ли пришло бы в голову что-то показывать демону, которого я вызывал для продажи своей души.

– И что мне теперь делать? – подумал я, прикидывая варианты. – Они же психи. Конечно, доказать, что экскременты мои или попали к ним с моего балкона, – они не смогут и предъявить никаких обвинений тоже, но приставать будут постоянно. Председателю наябедничают. Я, конечно, отмажусь, но, честно говоря, версия о том, что на их балкон специально ночью слетелись все голуби Петербурга с целью нагадить от души, звучит не очень убедительно.

– Ты убрать это за собой можешь? – спросил я с надеждой.

– Как ты себе это представляешь? – невинно поинтересовался Схал.

– Да, проблема, ладно, само как-нибудь разрешится.

– А знаешь, есть идея, – просветлел вдруг демон. – Какая? – тут же ухватился я за лучик надежды.

– Я могу их напугать так, что они забудут о тебе, – выдал демон, хитро улыбнувшись.

– Не знаю, – задумчиво проговорил я, – хотя попробовать можно. Хуже-то уже не будет.

Разработка плана по запугиванию соседей шла до глубокой ночи, так как мы изначально определились, что операция будет проводиться после захода солнца. Во-первых, появление демона в ночной квартире более логично, чем, скажем, при свете дня, а во-вторых, по словам Схала, ночью его силы значительно возрастали. Поэтому мы на протяжении всего отведенного времени обсуждали детали и, естественно, немного спорили по ключевым моментам.

– Слушай, нельзя пугать их ребенка, – говорил я ему в сотый раз, в большей степени убеждая себя, чем его, так как малыш был еще той дрянью, что неудивительно, учитывая в какой семье он рос. У меня сразу перед глазами проплыло, как однажды мы спускались по лестнице вместе с моими соседями, и этот четырехлетка спросил у своего отца, довольно громко, зараза: «А чего этот дядя такой жирный?» А его отец, вместо того чтобы одернуть сына и объяснить ему нормы поведения в обществе, просто промолчал. Тот случай меня серьезно задел, потому что, как любой человек, имеющий некоторые проблемы с лишним весом, я всегда остро реагирую на подобные высказывания в свой адрес, но разрешать демону ломать неокрепшую психику ребенка и делать его на всю жизнь дерганым параноиком я позволить себе не мог. Поэтому доказывал моему черному другу необходимость конспирации.

– Ты же можешь сделать так, чтобы ребенок тебя не видел, а соседи мои видели?

– Могу, но ты со своей моралью упускаешь важный момент, – верещащий и забивающийся под одеяло малыш наводит больше паники на родителей, чем их собственные страхи, – доказывал мне свою правоту Схал. Я, ввиду моих обид, был, конечно, согласен с его аргументом, но все же чувствовал, что подобные решения, особенно по отношению к ребенку, до добра не доведут, а терять свою чуть не проданную душу мне категорически не хотелось. Тем более что я и так ходил по довольно тонкому льду, начав свое общение с демоном.

– Схал, ну нельзя так, нельзя! Не забывай, что я тоже человек, и как бы плохо я ни относился к ним, брать на себя ответственность за здоровье ребенка я не могу, так что считай, что это моя личная просьба, договорились?

– Ладно, – нехотя протянул демон. – Но тогда на этих истеричках я оторвусь по полной, – сказал он, мерзко захихикав.

– В этом я мешать тебе не стану, сам хочу того же, – мечтательно согласился я. – Но давай еще раз обсудим план. – Я подождал, пока мой товарищ кивнет, и продолжил: – Значит так, в час ночи они еще не спят, я знаю точно, так как их скайлинк вырубается примерно в полвторого, в два. – Заметив на морде Схала непонимание, я посоветовал ему не забивать голову техническими тонкостями нашего безумного мира и продолжил. – Итак, в час ты спускаешься к ним и начинаешь летать по квартире, задевая и роняя предметы. Когда они все это заметят и сфокусируют на тебе свои испуганные глаза, ты начнешь расти, как рос вчера ночью, а завершишь все это представление своей самой ласковой улыбкой. – Я подумал еще немного и добавил: – Ну, еще что-то можешь сымпровизировать.

– А как я исчезну? Мне устроить им адский огонь? Просочиться в потолок или просто улететь?

– На усмотрение и по ситуации, что будет эффектнее, то и делай, – сказал я весело.

Мы обсудили план еще несколько раз, потом я предложил передохнуть и выпить чаю. Демон на чай отреагировал не особо радостно, заявив, что всякую непонятную ерунду он пить больше не собирается, особенно, учитывая его вчерашние проблемы с желудком. И ограничился какой-то бурдой, подозрительно напоминающей по цвету и консистенции свежую кровь, стакан с которой он каким-то неуловимым движением вытащил из воздуха. Я, конечно, от своих догадок в обморок не упал, так как всегда спокойно относился к виду крови, а будучи еще подростком, не раз сворачивал головы курицам, стыренным в соседней деревне. Но все же вид до краев заполненного кровью стакана и то блаженное выражение морды Схала, когда он делал маленькие глоточки и сладострастно причмокивал, вызвали у меня легкое отвращение, и, не удержавшись, я спросил его: – Что ты такое пьешь, Схал? Демон оторвался от смакования своего питья и с ехидной мордой ответил мне вопросом на вопрос: – А как ты сам думаешь, что может пить настоящий демон?

– Эээ, – я замолчал, потом взял себя в руки и выдвинул свою догадку – кровь? Демон заржал так сильно, что чуть не расплескал по полу содержимое своего стакана. Отсмеявшись, он протянул мне его и сказал: – Попробуй сам. – Я отпрянул от стакана как от чумы и отрицательно затряс головой. Демон молча, с улыбкой наблюдал за моими выкрутасами, но руку со стаканом от меня не убирал.

– Да, человек тебя дери, что ты прыгаешь, как испуганный домовенок, попробуй, это очень вкусно. – Нет, Схал, спасибо, я лучше чаю, – ответил я, отодвигаясь еще дальше.

– Ну, серьезно, перестань, просто попробуй, я обещаю, что тут нет ничего страшного. Ладно, просто понюхай. – И он еще ближе протянул ко мне жидкость. Я помедлил, но все же решился и опустил свой испуганный нос в стакан. Кровью не пахло. А пахло чем-то очень знакомым. Я с подозрением сделал очень маленький глоток и почувствовал себя дураком. Это был сок. Обычный томатный сок. Демон, видя мои эмоции, зашелся таким смехом, что свалился с дивана. Я же, поняв свою оплошность, тут же решил свалить все на Схала. – Какого дьявола ты мне не сказал сразу, что это сок? – вскричал в возмущении. – Ахаха, сейчас подожди, как же долго я так не ржал, хи-хи, ну ты бы видел свою рожу. А ведь я тебе не сказал, что это кровь, но ты повелся. Классно я над тобой пошутил? – Не классно, – подавленно буркнул я, в душе понимая, что на самом деле – очень классно. Демон развел меня как дитя малое. Конечно, откуда я мог знать, что демоны пьют сок, да и еще томатный. – Ладно, повеселился и хватит, признаю, шутка удалась. Ты вот что скажи, так что получается, ваше племя кровь не пьет? – спросил я с вернувшейся ко мне улыбкой.

Демон же резко перестал улыбаться и серьезным тоном ответил: – Ты что? Конечно, пьют, и довольно часто.

– Да ты опять меня разводишь, – я улыбнулся еще шире и легонько похлопал Схала по крылу.

– Сейчас я не шучу, – так же серьезно сказал он, – кровь, особенно человеческая, – это неотъемлемый рацион любого нормального демона. Мы просто не можем без нее существовать, она содержит все необходимые нам минералы и витамины, особенно железо. Для нас это что-то вроде витаминного напитка. Моя улыбка сползла с лица, и я опять почувствовал себя глупо, да и, честно говоря, неуютно от мысли, что кореш пьет по утрам кровь моих собратьев. – А где вы ее берете? – спросил я, вдруг осознав, что мой голос на этом вопросе дрогнул. Схал заметил это, дружелюбно ответил: – Не дрейфь, твою я пить не собираюсь. А вообще, кровь давно создается искусственно, те времена, когда у каждого демона в гнезде была пыточная и система сцеживания крови, давно прошли, да и никто в своем уме не станет возиться с этим. Это довольно изматывающее и, честно говоря, грязное занятие. – А ну ладно, успокоил, – сказал я, абсолютно не успокоившись, но решив отложить эту тему для другого раза. – Кстати, смотри, уже почти час ночи, скоро надо будет начинать наше представление. – Действительно, – подтвердил Схал, – совсем мы тут заболтались. Ладно, у меня есть десять минут, чтобы привести себя в надлежащий вид. Как только часы пробьют час ночи, я спускаюсь и начинаю шоу.

Я сидел в комнате с чашкой чая и прислушивался, ожидая начала обещанного демоном шоу. Некоторое время ничего не происходило. Потом раздался такой звук, словно что-то тяжелое и плоское рухнуло на пол с большой высоты, и снова стало тихо. Минута, две, три… и вдруг тишину разорвал женский крик, потом послышалась мужская ругань и какой-то приглушенный хлопок. Десятисекундная пауза, а дальше судя по звукам, идущим снизу, началась какая-то безумная вакханалия. Женский визг, мужской мат, хлопки и даже, по-моему, удары. Я попытался представить, что там сейчас творилось, и пожалел, что не подготовился к этому мероприятию основательнее. Ради того чтобы увидеть обалдевшие рожи соседей, я, пожалуй, мог бы купить портативную камеру и закрепить ее на Схале.

Жаль, эта мысль не пришла мне в голову раньше. Ну что ж, придется довольствоваться рассказом смутьяна, который сейчас отрывался по полной. Я тоже решил внести свою лепту в этот хаос. Встал с дивана, подошел к окну и от всей души приложился заготовленным заранее гаечным ключом по батарее. Раздался характерный волнообразный звон, пробежавший, казалось, по всему стояку, и, к моему удивлению, ругань и крики мгновенно стихли. Я даже не успел ничего подумать, как снизу вылетел взлохмаченный демон и, не удержав равновесия, распластался на полу.

– Они психи, абсолютные психи! – заорал он, тяжело дыша. – Такого ужаса и унижения я не переживал никогда.

Я удивленно уставился на него. Сказать, что он выглядел плохо, значит ничего не сказать, выглядел он плачевно. Весь какой-то помятый, перья на крыльях местами выдраны напрочь, а вокруг левого глаза наливался синяк. Оглядывая его, я никак не мог понять, где он только что отхватил таких люлей, ведь, насколько я знал, он был в квартире моих соседей, да, несколько неуравновешенных, но, в целом, обычных людей.

– Что произошло, Схал? – смог я, наконец, преодолеть удивление и задать логичный в такой ситуации вопрос.

Демон повернулся ко мне здоровым глазом и упавшим голосом проговорил:

– Твои соседи меня побили и прогнали.

– Не понял, – воскликнул я в недоумении. Как такое могло случиться?

– Не знаю, – развел крыльями демон, но, скривившись от боли, медленно вернул их в сложенное положение. – Сначала все было хорошо, я влетел к ним с балкона и начал носиться по комнате, задевая и роняя всякие мелкие предметы. Потом, привлеченная шумом, из кровати вылезла баба в одной сорочке, и я, как мы и планировали, начал увеличивать свой размер. Баба, увидев меня, завопила и швырнула в меня какими-то небольшими, но достаточно тяжелыми шариками. Эти штуки пролетели полкомнаты и угодили мне прямиком в глаз. От неожиданности и боли я потерял концентрацию и трансформация прекратилась. Следом за ней появился мужик, абсолютно голый и отчего-то зверски злой, он проорал череду каких-то непонятных мне слов и выбежал на кухню. Сперва я решил, что он испугался, и уже хотел продолжить трансформацию, чтобы отправить визжащую от страха женщину следом за ее мужем. Но, как оказалось, никаким страхом и не пахло, потому что уже секунд через пятнадцать этот мужик вернулся со шваброй и залепил мне со всего духу. Похоже, что он повредил мне крыло, болит ужасно. – Схал пошевелил крылом, как бы показывая, какое именно из двух у него повреждено, и продолжил: – Когда я понял, что дела принимают дурной оборот, то попытался свалить побыстрее, но при этом не ударить клювом в грязь и сделать это поэффектнее. Но ни тут-то было. Они зажали меня с двух сторон и начали гонять как мячик. Баба колотила меня какой-то толстой, но короткой лиловой палкой, которую она вытащила непонятно откуда, а мужик охаживал веником. Это был ад, это был сущий ад. Самое страшное, что из-за постоянных ударов я никак не мог сконцентрироваться ни на одном заклятии ухода. Если бы не резкий звук, прокатившийся по батарее, я бы не ушел оттуда живым. А так, баба отвлеклась, и я успел взлететь и нырнуть в потолок.

– Ты говоришь, что они были голые, когда ты увидел их? – спросил я, задумчиво почесывая затылок.

– Ну да, мужик голый, а баба, как я уже сказал, в какой-то сорочке или майке. А что? – уставился на меня демон, ожидая, походу, каких-то разъяснений его фиаско.

– А где они были, когда ты только влетел в квартиру?

– В кровати, но они не спали, оттуда доносились какие-то странные звуки, и я решил, что они разговаривают.

– А ребенок был дома? – задал я следующий вопрос.

– Задрал ты меня с этим ребенком уже! – раздраженно рявкнул демон, – не было там никакого ребенка, не было. Доволен, блин?

– Вполне, – ответил я, подождал, пока Схал немного остынет, и проговорил:

– Теперь понятно, что случилось.

– Что? – вскричал демон.

– Просто мы не вовремя затеяли эту акцию. Очень не вовремя. Они, походу, сплавили сына куда-то к родственникам, а сами решили побыть наедине. Поэтому-то они и не испугались тебя, Схал, и я прекрасно их понимаю. Страшнее, чем сорванный интим, для людей, которым так редко удается остаться наедине, ничего быть не может. Тут хоть демоны, хоть ангелы всем скопом прилетят – никакой другой реакции, кроме агрессии, они не получат. И именно это с тобой и произошло только что. – Мне даже стало как-то неудобно перед моими соседями. Конечно, с моей точки зрения, они заслужили быть немного наказанными, но это уже было слишком. До появления демона я всегда им грубил, включал на полную громкость всякую отвратительную музыку и уходил на весь день. Конечно, до одиннадцати вечера я возвращался, но попробуйте представить, как они мучились в течение всего выходного. Теперь же всего за два дня мы со Схалом умудрились загадить им балкон, а потом, как только они отошли от одной напасти, сорвали, возможно, первый за долгое время секс. В том, что мы испортили им интим, я нисколько не сомневался. Женщина вряд ли сможет успокоиться и расслабиться после такого сильного стресса. Но исправить ничего уже было нельзя, кроме того как пообещать самому себе больше не строить козни своим соседем и, может быть, даже начать здороваться на лестнице. С этими мыслями я повернулся к Схалу, который молчал, переваривая то, что я только что ему сказал.

– Схал, ты как? Давай я осмотрю тебя, а ссадины намажу зеленкой.

– Да, ладно, спасибо, но у нас, у демонов, другая физиология, и твои лекарства будут либо безрезультатны, либо вообще могут сделать хуже. У меня есть тут с собой несколько мазей и настоек. А в общем, по-хорошему, мне нужно просто поспать, и завтра все уже заживет.

– Так быстро? – воскликнул я.

– Ну да, это свойство организма всех демонов. У нас все очень быстро заживает, и нас очень сложно уничтожить, – гордясь своей расой, произнес он. – Слушай, если ты не возражаешь, я, пожалуй, лягу спать. – И он, с трудом взмахнув крыльями, взлетел на полюбившуюся ему люстру, где уже через пару минут засопел.

Я же, как можно тише ступая, пересек комнату и вышел на балкон. На улице стояла глубокая ночь, освещаемая теплым и расслабляющим светом желтых фонарей. Постояв еще немного, я выкурил «ночную» сигарету и, широко зевнув, отправился в свою комнату, где, повалившись на кровать, тут же уснул.

Глава 2. Сговор с демоном

Ах, Демонские кости…

Маленький совет – никогда не бросай их в одиночестве.

Демоны крайне невоспитанны:

они понятия не имеют, кого можно трогать, а кого – не стоит… Чеширский Кот

Проснулся я, к своему удивлению, довольно рано, хотя обычно встаю ближе к обеду. В квартире было по-утреннему прохладно и тихо. Легко соскочив с кровати и раскрыв шторы, которыми я еще при въезде в квартиру отгородил зону с кроватью от остальной части комнаты, я автоматически глянул на люстру, ожидая увидеть там Схала. Его там не было. Тогда я выглянул на балкон и посмотрел на кухне, но демона нигде не обнаружил. Наверное, травмы оказались серьезнее, чем он сам вчера думал, и мой приятель отправился к себе домой лечиться, – подумалось мне. Я решил не беспокоиться по этому поводу и просто заняться повседневными делами, как выздоровеет – сам придет. Да и к тому же, если мне совсем станет невмоготу без его общества, я всегда могу воспользоваться кнопкой вызова. Поэтому, умывшись и почистив зубы, я двинул на кухню, где уже закипал чайник. Соорудив себе пару бутербродов, я позавтракал, выкурил утреннюю сигарету и, обведя непредвзятым взглядом квартиру, решил, что, пожалуй, пора сделать уборку.

Наведение косметического марафета заняло у меня больше часа. Делать уборку я, откровенно говоря, никогда не любил. Так вышло, что, как и многие коренные петербуржцы, я вырос с бабушкой и такими вещами, как мытье полов, протирание пыли, стирка и прочие бытовые обязанности, никогда себя не утруждал. И, как это часто бывает, не привитые с детства умения во взрослом состоянии не вызывают ничего, кроме лени, и не доставляют ничего, кроме отвращения. Конечно, многократная совместная жизнь с женщинами и последующий четырехлетний брак чему-то меня научили, но кардинальных изменений в характер не внесли, и уборка дома все равно оставалась для меня вечной войной с самим собой. Но, взяв нервы и лень в кулак, я помыл полы, собрал весь мусор по мешкам «Дикси», словно специально изготавливающимися этим магазином под стандартный размер мусорного ведра, и, надев кеды, пошел выносить мешки на помойку.

Когда я вышел на лестницу, то сразу услышал на втором этаже женские голоса. Узнав в одном из них голос моей соседки, я замер, прислушиваясь. Похоже, что подслушивать я начал на середине их разговора. Обсуждали они, насколько я понял, события прошлой ночи.

– … И муж бьет эту здоровенную ворону по клюву, а ей хоть бы хны. Я тоже схватила, что под руку попалось, и давай ему помогать. Наверное, все громко очень было, потому что кто-то из соседей по батарее лупить начал. Я отвлеклась, а эта ворона – раз, и улетела. Вечер, конечно, испорчен, но теперь понятно, что с балконом случилось. Что птицы на помойках сейчас такое жрут, что так вымахивают? Это все эти, как их там, а – ГМО. А я на соседа сверху гнала, он, конечно, еще та скотина, но, похоже, в этот раз я ошиблась. Извиняться, конечно, не буду, но все равно как-то неловко получилось.

У меня отлегло от сердца. Значит, все же чего-то мы со Схалом добились, теперь соседи хотя бы меня не обвиняют, и на том спасибо. Поэтому я не стал слушать дальше и пошел по лестнице вниз. Когда я проходил мимо, соседка с женщиной умолкли на полуслове, а я, встретившись с ними глазами, громко сказал: «Доброе утро!» – и, не дожидаясь ответа, пошел дальше. На душе было хорошо. Так что, после того как я выкинул в бачки мусор, мне захотелось немного погулять по парку рядом с домом. Перейдя вечно оживленный Пискаревский проспект, я углубился в парк и, сойдя с дорожки, зашагал по мокрой еще от росы траве. Людей в парке было мало, часть из деловой половины населения, видимо, разъехалась по работам, вторая же еще не вылезла из кроватей, так что у меня было немного времени погулять и подумать о превратностях моей жизни.

Конечно, думалось мне о последних нескольких днях, так как появление у меня дома демона значительно переворачивало все обычные представления о жизни в целом и моем мироощущении, в частности. Всего было слишком много, все произошедшее было слишком странно, но я почему-то слишком быстро и, опять же, слишком легко принял то, что иному человеку взорвало бы мозг и отправило бы доживать дни в какое-нибудь заведение с мягкими стенами. А ведь совсем недавно я и представить не мог, что у меня дома будет жить демон. И не просто жить, а общаться со мной, шутить, да бухать, наконец. Почему же это случилось? Ведь, по сути, я просто хотел продать душу и наладить свою жизнь, а вышло совсем иначе, и теперь в этой ухайдоханной квартире живет не один неудачник, а целых два. Да, с одной стороны, они очень разные, один – человек, другой – демон, но в чем-то они похожи, как братья. Одинаковый психологический возраст, схожие проблемы с женщинами и общая тяга к дрянному вину. Если смотреть на это как на приключение, то, конечно, вместе нам весело и интересно, но если отнестись более серьезно, то такими темпами через месяц мы оба дойдем до ручки. Но, с другой стороны, у нас есть шанс, если взять все лучшее от человека и все худшее от демона, мы можем составить неплохую команду и, может, даже…

Додумать я не успел, так как в кармане рубашки зазвенел телефон, который я забыл там еще со вчера. Я нащупал его, и, тыкнув пальцем в зеленый значок на экране, поднес аппарат к уху.

– Але, – сказал я, прикидывая, кто мне может звонить в такую рань. Обычно этим занимались сотрудники кредитного отдела банка. Таким образом они отрабатывали свою зарплату, каждую чертову неделю информируя меня о размере моего долга, о котором я и так отлично был осведомлен. Но с первых звуков я понял, что это не они. Когда звонок шел из банка, там сначала звучала дурацкая мелодия, а потом уже шло соединение, а тут в трубке был характерный звук, словно человек не может найти ухом динамик и гоняет его по всей щеке.

– Але, я вас не слышу, – повторил я вновь, напрягая слух.

– Привет, – раздалось, наконец, в трубке, и я, к удивлению, услышал женский голос. Хотя женщины после моего развода мне практически не звонили, считая меня, видимо, не завидным бэушным приобретением. – Это Леся, ты, наверное, уже не помнишь, мы вместе учились в институте и проводили время в «той» компании, помнишь? – Я задумался: Леся, Леся и «та» компания… Да, кажется, я начинал припоминать. В то время, о котором упомянула эта девушка, была только одна Леся, и мы действительно тусовались одно время в компании ребят по схожим интересам. А интересы у нас были, так сказать, специфические. Не думаю, что открою большую тайну, если скажу, что молодые люди от безделья начинают увлекаться всякими не особо приемлемыми для обычных взрослых людей вещами. Для меня в то время это было увлечение магией. Конечно, увлечение магией – это слишком сильно сказано: по факту, мы просто обсуждали полузабытые легенды и ритуалы и немного практиковались в примитивных методиках лечения руками и управлению сновидениями. Но всем вокруг говорили, конечно, что мы крутые маги, постигающие запредельное. Сейчас это звучало забавно, хотя ввиду творившегося у меня в доме в последние несколько дней все это представало в ином свете. Но я отвлекся, а девушка, похоже, терпеливо ждала, пока я восстановлю прошлые воспоминания и узнаю ее.

– Да, да, Олеся, конечно, я помню, – ответил я ей как можно дружелюбнее и задал дежурный вопрос: – Как дела? Сто лет не слышались, чем занимаешься?

Она помолчала, видимо, выстраивая мысль, а потом смущенно затараторила:

– Это может показаться странным, ты не удивляйся, я просто не знаю, к кому больше обратиться, остальные мои знакомые не поймут, а сама я не могу справиться, поэтому нашла твой телефон и звоню тебе. Мне очень нужна помощь… – она замолчала, набирая воздух.

– Так что стряслось? Только давай толком и конкретно, – обрезал я бессмысленный поток извинений и сбивчивых объяснений, направляя девушку прямо к проблеме.

– Ну, как это сказать получше? – опять начала мяться она.

– Прямо, Леся, прямо, – ответил я, начиная раздражаться.

– Ладно, у меня дома творятся странные вещи, я даже переехала жить к подруге, потому что боюсь оставаться по ночам одна.

– Так, – протянул я, заинтересовываясь, – а вот тут поподробнее, что творится, как давно и какие у тебя есть предположения?

– Началось все недавно, я купила двушку в старом фонде и пару недель назад переехала туда жить. Когда только въехала, я, естественно, освятила квартиру, на всякий случай, ну ты знаешь, что от других жильцов может остаться много всякой дряни, и поэтому перед тем как жить, нужно квартиру почистить. Но, видимо, это не помогло, потому что уже ночью появились какие-то посторонние звуки, а утром, когда я проснулась, то заметила, что мои вещи лежат не на тех местах, на которых я оставляла их перед сном. Меня это напугало, но не настолько, чтобы сразу бежать прочь, мы ж в свое время много странного повидали. Так что я просто все опять разложила, сходила в магазин, купила свечи и жгла их весь день по углам квартиры. Но следующей ночью стало только хуже: к звукам прибавился топот и мельтешение каких-то теней. А потом вообще стало твориться что-то запредельное. Я увидела, как в воздух поднимаются предметы и, не выдержав, включила люстру. Обычно яркий свет уменьшает активность потусторонних сил, но это был не тот случай, я еле успела увернуться от летящей мне в лицо тарелки. Я закричала, быстро схватила одежду, телефон, деньги и выскочила на лестницу. Потом позвонила подруге и вот последние дни я живу у нее и боюсь возвращаться домой. Я же не сумасшедшая, да? – спросила она, ища поддержки.

– Думаю, что нет, – ответил я как можно серьезнее. – Но мне нужно глянуть на месте. Ты, кстати, с предыдущими хозяевами говорила на этот счет?

– Да, я спрашивала, не было ли чего странного, пока они жили в квартире, они, походу, решили, что я чокнутая, но предельно четко ответили, что ничего такого никогда не было.

– Интересно, – проговорил я, размышляя, как помочь девушке. В принципе, ее описания очень напоминали разгневанного полтергейста, во всяком случае, в книгах именно так их и описывают. Хотя сам я никогда с этими существами не сталкивался. Я подумал, что знаю, кто с ними имел дело и сможет помочь. Поэтому я заверил Олесю, что займусь ее проблемой в ближайшее время и, договорившись о повторном звонке вечером, поспешил домой.

Едва открыв дверь в квартиру, я почувствовал, что там кто-то есть. В принципе, я догадывался, кто вернулся ко мне домой, но на всякий случай на кухню входил осторожно и на цыпочках.

– Эй, не пытайся из себя строить летучую мышь, я слышу, как ты там топаешь, – раздался из кухни знакомый каркающий голос, – давай не тушуйся, заходи.

– Схал, ты вконец охамел, по-моему, это я хозяин в доме, а не … – повысив голос, возмущенно начал говорить я. Но, открыв дверь на кухню, замер, не закончив мысль.

– Это что еще такое? – вот теперь я был действительно рассержен. Все шкафчики были распахнуты настежь, а на столе и на полу толстым слоем валялись рассыпанные крупы. Среди них я различил и горох, и гречку, даже энзешная фасоль и та была тут!

– Ты что устроил?! Я только-только порядок навел, – орал я в полный голос, не сдерживая эмоций. Схал же лишь лениво отмахнулся и с кривой усмешкой под клювом проговорил:

– И ты действительно веришь, что тут был порядок? После шабаша на Лысой горе и то чище бывает, чем после твоей пресловутой уборки. – Эй, эй, ладно, спокойно, спокойно, – зачастил он, когда я двинулся к нему с намерением объяснить, в чем он не прав и какие санкции за это бывают. – Все я понял, извини, просто я искал, что можно у тебя поклевать, пока нашел, все перерыть пришлось, но я уберу, уберу.

– Что-то я не понял, у соседей ты убираться отказался, ссылаясь на то, что у тебя нет рук, а только крылья, как же ты теперь горошинки мелкие с пола собирать будешь.

– Теперь придется, – обреченно сказал демон, а потом самодовольно добавил: – И при этом, очень легко и эффектно, – вот смотри. Он растопырился, сжал когти на лапах, а крыльями начал делать вращательные движения.

И все, что до этого толстым слоем покрывало пол, вдруг поднялось в воздух и начала разделяться на виды круп, образуя собственные кучки. Я завороженно наблюдал за процессом. Схал же продолжал делать какие-то манипуляции крыльями. Через минуту весь беспорядок был устранен, а крупы были расфасованы по тем пакетикам, в которых они были изначально.

– Браво! – захлопал я в ладоши. – Я и не знал, что ты так умеешь!

– Я много чего умею, просто лень каждый раз возиться, это, между прочим, больших затрат сил требует. Но я понял, что действительно перегнул палку, ну и прибрался. А к твоим соседям у меня такого отношения не было никогда и не будет, так зачем же мне было ради них утруждаться? Вот потому тогда и сказал, что не смогу ничего сделать, – проговорил он, пожимая крыльями, словно извиняясь за свой небольшой обман.

– Ладно, и на этом спасибо, кстати, а чего это ты там ешь? – спросил я, приглядываясь к упаковке, из которой Схал проворно выуживал кусочки и с удовольствием уплетал. – Ха, да это мюсли, причем купленные мною еще месяца три назад.

– Не знаю я, что это и название странное, но очень вкусно, жаль у нас такого не делают. А тебе жалко, что ли? – перестав клевать, уставился на меня демон.

– Да нет, просто я не понимаю, ты ж вроде к себе домой мотался, чего там не поел.

– Там у меня в гнезде хоть черепом покати, потому у тебя и искал чего перекусить.

– То есть ты планируешь теперь все время у меня питаться? Мне, конечно, не жалко, но тут самому-то не всегда хватает, а с тобой так мы вообще с голоду помрем. – Я замолчал, а потом, хлопнув себя по лбу, спросил:

– Слушай, Схал, а вот когда ты к соседям и обратно через пол летал, ты так еще можешь?

– Конечно, это ж в твоем мире элементарно, у вас нет никаких противопросачивающихся красок, не то что у нас, а почему ты спрашиваешь?

– Ну так мы ж, люди, всю еду покупаем в магазине, а магазин, по сути, та же квартира, только значительно больше и, кстати, склад магазина находится точно под моей квартирой, через два этажа вниз. И ты, насколько я понял, можешь туда просачиваться и сам себе еду выбирать.

Выслушав меня, демон тут же встрепенулся, схватил практически пустую упаковку из-под мюсли и нырнул в пол. Не было его, наверное, чуть больше минуты. Наконец, он выпорхнул снизу, сгибаясь под тяжестью огромного мешка с мюсли.

– Ого! – смеясь, воскликнул я, – ну ты и жадина!

– Уф, еле допер, зато надолго хватит, – гордо проговорил Схал, поглаживая упаковку. Потом задумчиво посмотрел на меня и участливо поинтересовался:

– Может, и тебе чего принести, а?

– Было бы очень кстати. Слушай, захвати там мяса, картошки, ну и пару бутылок крымского полусладкого.

– А как это все выглядит, я ж не знаю, дай мне пустые образцы, чтобы сравнить было с чем, – попросил демон.

Я оглядел кухню и понял, что после уборки не осталось ничего, чтобы я мог вручить Схалу для примера.

– Да, боюсь, сейчас я в пролете, но мы с тобой потом в магазин вместе сходим и ты сам увидишь, что мне нужно, договорились?

– Конечно, без проблем, – ответил демон, аккуратно вскрывая пакетище с так понравившимися ему сухофруктами.

Когда демон наелся и развалился на диване, я решил, что пришло самое время обсудить с ним проблему моей знакомой. Но просить его о помощи в лоб я не решился и начал издалека.

– Схал, а ты хорошо осведомлен о других потусторонних существах? – спросил я, делая свой голос максимально непринужденным.

– Конечно, это ж для тебя они все потусторонние, а для меня фактически соседи. О ком ты хочешь конкретно узнать?

– Да не знаю, – прикинулся задумчивым я, – ну, например, о домовых.

Демон почему-то скривился и чуть позже пренебрежительно ответил:

– Домовых сложно даже существами назвать, скорее это что-то вроде ваших домашних животных. Они, конечно, многое понимают, но развитого интеллекта, как впрочем, и настоящей речи, у них нет.

– А у нас в мире они живут? – задал я следующий вопрос по теме.

– Конечно, а как иначе. Стоп. А чего это у тебя такой интерес к весьма не интересным персонажам, вот если бы ты меня о Лилит спросил, я б тогда тебе рассказал, эх… – он даже глаза за рога закатил, видимо, что-то вспомнив.

– Ну, не знаю, просто о них у нас говорят часто, вот и спросил, – попытался съехать с темы я.

– Нет, ты что-то темнишь, – погрозил мне когтем Схал. – Выкладывай, зачем интересуешься?

– Ладно, раскрыл, черт тебя побери, – ой, извини – спохватился я, увидев промелькнувшую настороженность демона.

– Нет, ничего, но лучше так не говори, это не ко злу. Но неважно. Итак, в чем проблема у тебя с домовыми? – спросил демон, усаживаясь поудобнее.

– У меня с ними никаких проблем нет, но я сегодня разговаривал со знакомой, и она пожаловалась, что у нее дома творятся странные вещи, кто-то ходит, двигает предметы, кричит, в общем, не дает ей покоя. Она даже вынуждена жить у подруги, хотя вот только что купила квартиру.

Демон немного помолчал и медленно произнес:

– Ну, знаешь, это совсем не обязательно домовой, точнее, скорее всего не он, так как домовые такого делать не могут.

– Как это не могут? – удивился я. – А как же все истории про злых домовых?

– Опять не прав, злых домовых не бывает. Злой домовой – это уже не домовой. Это полтергейст, – спокойно объяснил Схал, но я запутался еще больше.

– Я ничего не понял, Схал. Поясни.

– Да что ж ты такой непонятливый. Если домовой злится, его физиология меняется, и он трансформируется в полтергейста. Ну, какой тебе пример-то привести, а вот, – у вас есть гусеницы, так потом они трансформируется в бабочек. Бабочка вроде была гусеницей, но по факту это совсем другое насекомое, которое даже питается пыльцой, а не листьями, как ее первичная форма.

– Теперь понял. Так ты уверен, что там у нее полтергейст? И знаешь, как с ним справиться? – спросил с надеждой в голосе я.

– Справляться я ни с кем не буду, демоны не уничтожают сожителей своего мира без прямой угрозы с их стороны, а вот найти причину его трансформации и вернуть обратно в домового я, думаю, смогу, но надо смотреть на месте. Так что пока у меня хорошее настроение, давай связывайся со своей подругой, и поехали к ней.

– Что, прямо сейчас? – воскликнул я. – Пока я позвоню, пока договорюсь, пока доедем – уже ночь будет. Может, завтра?

– Никаких завтра. Днем будет бесполезно, днем они не активны. Так что наблюдать за ним нужно исключительно ночью, и, если ты хочешь помочь своей подруге, то давай собирайся.

– Ладно, – вздохнул я. – Да, и спасибо за помощь.

– Не за что, – с ухмылкой ответил Схал и принялся снова грызть мюсли.

Мы со Схалом смогли выйти из дома только в начале десятого вечера. Такая задержка объяснялась тем, что сначала я никак не мог дозвониться до Олеси, потом она долго препиралась со мной по поводу вечернего посещения ее квартиры, хотя днем настойчиво просила помощи. Свое нежелание отвести нас, точнее меня на квартиру сегодня, она объяснила тем, что ей далеко ехать, и своим страхом перед ночной квартирой. Но в итоге я убедил ее, примерно так же, как демон убедил меня, рассказав о повышенной активности домовых в полуночное время. Информировать Олесю о трансформации домового в полтергейста я не стал, чтобы не вызывать у нее дополнительных переживаний. В итоге мы договорись встретиться в пол-одиннадцатого на станции «Московские ворота», на выходе с эскалатора. Ехать от моего дома в ту сторону было прилично, хотя если бы не демон, я двинул бы на велосипеде. Но Схал высмеял мой способ передвижения, порекомендовав мне не заниматься идиотизмом в мое свободное время и не заставлять его тащиться с черепашьей скоростью, когда он может лететь так же быстро, как перемещаются человеческие машины. Так что мне ничего не оставалось делать, как согласиться с этим аргументом и выбрать автобус и метро.

Маршрутка донесла нас до площади Ленина всего за десять минут, так как в это позднее время обычных для моего района пробок уже не было и водителю не приходилось мудрить и петлять по дворам. Я купил жетончик, естественно только себе, Схал еще до выхода из дома настроил свое тело так, чтобы его мог видеть только я, правда, он оговорился, что в таком режиме его могут также наблюдать маленькие дети и животные. После его разъяснения я сразу вспомнил страшные образы, которые мне иногда мерещились в детстве.

В общем, мы вдвоем спустились в метро и сели в вагон, идущий в сторону искомой станции. Метро Схалу очень понравилось, он даже сказал, что оно чем-то напоминает ему дом, темно и кругом подземные норы. От такого сравнения мне стало неуютно, и я шепотом попросил его помолчать, так как хоть его никто и не видел, но люди вполне слышали меня, а выглядеть полоумным чудаком, общающимся с воздухом, мне не хотелось. Так что наш путь до Московских ворот прошел в глубоком молчании, каждый думал о своем и не мешал другому.

Наконец, долгая поездка закончилась, и мы, поднявшись по эскалатору, вышли в вестибюль метро. Девушка, переминавшаяся у стенки, заметив меня, помахала рукой и подошла.

– О, привет, а ты не сильно изменился, – воскликнула она, вставая на цыпочки и целуя меня в щеку. – Все такой же здоровенный, как и был. А меня, наверное, совсем не узнал, да? – спросила она, улыбнувшись.

– Конечно, узнал, – соврал я. Если бы она первой не подошла ко мне, я бы сейчас звонил ей на трубку и оглядывал зал в поисках того, у кого начнет звонить телефон.

– Ну ладно, давай не будем терять времени, я по-быстрому отведу тебя в квартиру и отдам ключи, а то могу не успеть на метро.

– Хорошо, тогда пошли.

До квартиры мы шли, особо не разговаривая. Знаете, так бывает, когда долго не общаешься с человеком, то говорить потом, в общем-то, не о чем. Конечно, мы рассказали друг другу о событиях, которые произошли с момента нашей последний встречи, но и это, по большому счету, было простым дежурным любопытством. Она рассказала, что была замужем, но развелась из-за постоянного пьянства ее благоверного. Что до сих пор работает в образовательной сфере и, хотя получает немного, уходить оттуда не хочет, так как преподавать ей нравится, и она не представляет, чем бы могла заниматься еще.

А я поведал о своем разводе и поделился, что в отличие от нее из своей профессиональной области давно ушел, переквалифицировавшись в удаленного админа. Что денег, как и ей, мне особенно не хватает, но возвращаться в свою основную специальность желания нет никакого. На этом наша единственная тема иссякла, и до ее дома мы дошли в глубоком молчании.

– Вот тут я и живу, точнее жила, – грустно сказала Олеся, протягивая мне ключи. – Держи, четвертый этаж, квартира восемьдесят шесть, ты извини, я с тобой не пойду, а то если не успею на свой автобус, от метро придется идти пешком.

– Ладно, давай, как во всем разберусь позвоню, – ответил я ей, прикладывая таблетку к домофону.

– Удачи! – пожелала она и, развернувшись, двинулась в обратную сторону, к метро.

– А чего ты ее никуда не пригласил, вроде симпотная телка, да еще и свободная, – подал вдруг голос Схал. От неожиданности я вздрогнул, так как совсем забыл, что он все это время летел позади нас.

– Да не знаю, я ж вроде ей помочь пришел, а не клеить ее, – рассеянно ответил ему.

– Ну да, ты прав, чего ее сейчас клеить, вот разберемся с проблемой, тогда сможешь затребовать награду, – плотоядно подмигнул мне демон.

От его ухмылки мне стало как-то не по себе, но я быстро переключился на то, ради чего мы сюда приехали.

– Давай, Схал, я открываю дверь, готовься.

– Я уже внутри, и девушка не обманула тебя, тут действительно весело, – услышал я приглушенный голос демона из-за двери, куда только что вставил ключ.

Войдя в квартиру, я присвистнул от того вида, что мне открылся. Вся мебель, начиная от шкафов и заканчивая кроватью, стояла на своих углах. Если бы я не видел этого сейчас перед собой, то вообще бы не поверил, что такое возможно. От этого сюрреалистического безумия создавалось ощущение, что на самом деле, подобное в порядке вещей и не квартира выделялась из системы координат, а мы со Схалом.

– Эка ж домового перекоробило, – прокомментировал ситуацию демон. – Что же надо было сделать, чтобы так довести беднягу. Ладно, сейчас посмотрим. – И с этими словами демон вылетел на середину комнаты. Я последовал за ним, стараясь не задеть никакой мебели, потому что было чувство, что хоть одна пылинка сядет на ту или иную сторону – и вся конструкция с грохотом развалится, давя под своим весом неосторожного гостя.

– Ого, ничего себе, – пробурчал под нос Схал, что-то увлеченно изучая, – я так и думал. – Потом он повернулся ко мне и предупредительно поднял крыло.

– Стой, тебе сюда нельзя! – Но, видимо, с предупреждением опоздал, потому что в тот же миг я всем телом почувствовал, как завибрировала комната. А в следующую секунду что-то поднялось в воздух и на бешеной скорости полетело в меня. Моя реакция сработала вовремя, и я отшвырнул тело вбок. Все-таки занятие боксом не прошло впустую и сейчас спасло меня от пронесшегося совсем рядом с головой ножа. Видимо, существо, отправившее мне этот подарок, осознало свою промашку, так как следом за ножом в меня полетели другие малоприятные для столкновения предметы. Я заметался по комнате, стараясь прикрыться от надвигающейся на меня опасности за многочисленными углами и мебелью. Но с какой стороны бы ни прислонялся и ни закрывал себя, другая оставалась открытой и тут же подвергалась бомбардировке. Схал все это время, видимо, тоже старался оказать мне помощь, так как некоторые из предметов в последний момент до столкновения меняли свою траекторию и улетали в сторону. Эта борьба выкачивала практически все силы, и я понял, что если не покину эту квартиру немедленно, то полтергейст добьется своего. Так что я стал медленно продвигаться к все еще приоткрытой двери. Но стоило мне к ней приблизиться на расстояние вытянутой руки, как через коридор резко потянуло сквозняком и дверь с грохотом захлопнулась, а меня какая-то нереальная сила швырнула назад в комнату. Я попытался встать, но та же невидимая рука, подняла мое тело в воздух и, набирая скорость, понесла прямо на закрытую дверь. Все происходило очень быстро, но я успел осознать, что этого столкновения с железным полотном моему телу не пережить. Я просто принял этот факт и, как в замедленной съемке, наблюдал за неизбежным окончанием моей жизни. Вот доля секунды, и я могу уже рассмотреть щербинки рядом с замком, еще немного – и конец.

Но вдруг, когда я уже собрался закрыть глаза и почувствовать боль размазывающегося тела, что-то огромное и черное выросло перед дверью, словно прорвавшись сквозь стену, оно обхватило меня крыльями, и единым клубком мы врезались в закрытую дверь. Нет, я не прав, не врезались, а начали продавливаться через железо. Я боковым зрением видел, как руки и ноги утопают в дверном полотне, словно просачиваясь сквозь него, а прямой взгляд вообще открывал фантастическую картину устройства материала изнутри. Секунда и все кончилось. Ошарашенный и сбитый с толку, я стоял спиной к входной двери. Медленно повернувшись, я увидел Схала, который наполовину высовывался из стены рядом.

– Будь тут и не суйся, пока не позову, – сказал он, исчезая.

Но после пережитого я вовсе и не собирался лезть обратно в квартиру, я просто стоял и ждал, пока демон завершит свою работу.

За дверью же творилось что-то невообразимое. Словно стая бродячих собак сцепилась в смертельным бою со стаей кошек. Визг, вой, звук падающей мебели, скрежет, голос Схала, по-видимому, ругающегося на своем языке или читающего какое-то заклинание, – не разобрать. Но весь этот гам достиг какого-то своего критического уровня и разом смолк. Не прошло и минуты, как передо мной открылась дверь и демон, комично кланяясь, произнес:

– Заходите и чувствуйте себя как дома, теперь тут уютно и спокойно, – рассмеялся он и добавил: – на беспорядок внимания не обращайте, у нас тут была вечеринка.

Я захожу в квартиру и, устало опустившись на сохранивший хоть какой-то вид диван, спрашиваю демона о том, что же тут было и за что полтергейст на меня так взъелся. Демон взлетает ко мне на диван и явно усталым голосом начинает объяснять.

– Он атаковал не конкретно тебя, а энергетический раздражитель. Люди, как небольшие атомные станции, выделяют огромное количество энергии, которая влияет на всех существ. Если существа находятся в нормальном состоянии, то на них это не сказывается плохо, даже наоборот, заряжает дополнительными силами. А вот если существо в разладе само с собой, то подобные волны, идущие от человека, вызывают у него боль. – Демон повернулся в другую от меня сторону, наклонил морду, словно к чему-то прислушиваясь, и сказал: – Кстати, он просит его простить, он не ведал, чего творил.

– Домовой сейчас тут? – воскликнул я, оглядывая комнату и ища его глазами.

– Да тут, а где ему еще быть. А ты не вертись, все равно не увидишь, – усмехнулся демон. – Они невидимы для людей и не умеют контролировать свою прозрачность.

– Но раз он и тут, и извиняется, значит, ты вернул ему прежний облик? –спросил я Схала.

– Ну, можно сказать и так, хотя облик я ему, конечно, не возвращал, просто восстановил то, без чего он головой и двинулся. Понимаешь, подруга твоя большую глупость сотворила, когда перед заселением освятила квартиру. Люди вообще меня своим невежеством поражают, понапридумали всякой ерунды и верят в нее. Вот, например, с чего вы взяли, что освящение квартиры очищает ее? – спросил он меня, начиная, как лектор, вышагивать по дивану туда-сюда, и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Это же абсолютная чушь. Освящение квартиры не очищает ее ни от негативных энергий, ни от существ, единственное, что оно делает, так это закрывает порталы, замуровывая таких вот существ, как наш приятель, – он махнул крылом куда-то за мою спину, и я невольно оглянулся, чтобы никого там не обнаружить.

– При этом для, например, демонов отсутствие портала не беда, мы в любой момент можем проделать новый, что я, собственно, и сделал, чтобы помочь домовому. А он вот не может и от этого звереет.

– Почему? – только и спросил я.

– Потому что домовые уникальны. Это единственный вид, который не может жить в одном мире, как ты или я, они существуют сразу в двух. Я понятно излагаю? – Я кивнул, и он продолжил. – А если канал перекрыть, то половины его остаются в разных мирах и связи между ними прекращаются. А теперь представь, если бы тебе взяли и половину твоей личности обрезали, думаю, ты тоже бы с катушек слетел.

– Так что получается? Теперь все нормально, и Олеся может жить тут, а домовой ей не будет мешать?

– Если она опять какую-нибудь дурь не выкинет, то может жить просто отлично. Домовой настолько чувствует себя виноватым, что по мере сил будет ей помогать и за домом следить. Ты только ей не говори о нем, он не хочет, чтобы она переживала.

– Супер, Схал! Просто супер, – похвалил я его, от чего он, кажется, даже залился зеленым румянцем.

– Я так понимаю, что мы тут все закончили, но, к сожалению, уехать не сможем, так как метро и прочий транспорт уже не работают.

– Ну, значит, переночуешь тут, – сделал вывод демон.

– А ты разве не останешься? – поинтересовался я.

– Нет, мне нужно домой, есть дела, которые необходимо утрясти. Так что до завтрашнего вечера не жди. Все, я пошел, – сказал демон и, сделав крылом какое-то движение, растворился в воздухе.

Когда я укладывался спать, то отчетливо понял, почему домовой хотел, чтобы Олеся ничего не знала о его присутствии в квартире. Я лежал на диване и не мог не думать, что, возможно, потустороннее существо лежит сейчас рядом. Эта мысль настолько нервировала меня, что каждые пять минут я невольно обшаривал пространство вокруг себя, ожидая наткнуться на кого-нибудь маленького и лохматого. Но пережитый сегодня кошмар и мое фантастическое спасение отняли у меня столько сил, что эти мысли все же не помешали мне провалиться в сон.

Проснулся утром я от звонка на мобильный. «Олеся», – подумал я, еще даже не взяв в руки телефон, и оказался прав.

– Але, ну как там у тебя? – взволнованно спросила она меня, забыв поприветствовать.

– Все нормально, домового тут больше нет, можешь приезжать, но будь морально готова увидеть самый большой бардак в своей жизни. Перед смертью твой полтергейст тут такого наворотил, что сам Пикассо позавидовал бы.

– Я поняла, выезжаю, – ответила она и повесила трубку.

Через полтора часа мы уже сидели на кухне и пили чай. Олеся успела отойти от увиденного беспорядка и увлеченно расспрашивала меня о событиях прошедшей ночи.

– И как же ты умудрился его убрать так быстро? Наверное, было страшно, да? – Нет, – соврал я, с ужасом вспоминая, как вчера чуть не лишился жизни. – Все было просто, я даже бы сказал обыденно.

– А ты такими вещами часто занимаешься? – спросила Олеся, восторженно глядя мне в глаза.

– Да так, иногда, – уклончиво ответил я. – А что?

– Просто я думала, ты профессионально работаешь в этом направлении.

– В смысле, «работаю»? – не понял я.

– Ну, зарабатываешь на этом, как всякие там колдуны, знахарки и прочие. Но они все в основном шарлатаны, а у тебя, похоже, особый дар. Ты даже когда с нами в компании был, такое делал, что мне и не снилось.

– Я как-то не думал в таком ключе, но спасибо за идею. Может, и займусь, – сказал я, а сам прикинул, что в паре с демоном подобное ремесло могло бы действительно быть успешным. Непонятно, как искать клиентов, но когда Схал вернется сегодня вечером, стоит все с ним обсудить. Сейчас же нужно было дать последние наставления Олесе и ехать домой.

– Олесь, ты только больше квартиру не освящай, ладно?

– Почему, я как раз хотела это сделать на днях, чтобы больше такое не повторялось.

– Потому что именно из-за освящения все это произошло. Это старый дом, и тут много энергетических каналов, которые пронизывают его сверху донизу, – начал на ходу придумывать я. – Они абсолютно безвредны, но при некоторых религиозных обрядах поле каналов возмущается, и через них иногда в квартиры попадают существа, которые не могут потом самостоятельно покинуть их. Это в твоем случае и произошло. И вообще, я уже все сам очистил, чувствуешь, как хорошо тут стало? – поинтересовался я, радуясь своей находчивости.

– Да, сама удивляюсь, так уютно и спокойно, такое ощущение, словно меня оберегают и успокаивают, я даже не истерю и не переживаю о беспорядке, а на меня это совсем не похоже, – сказала она, сама не подозревая, насколько была права.

– Ну вот, так что живи и радуйся, а я, пожалуй, поеду домой. Очень хочется нормально поесть и помыться, – сказал я, поднялся из-за стола и пошел одеваться.

– Спасибо тебе еще раз, – поблагодарила Олеся. – Если хочешь, можем потом еще встретиться и, например, куда-нибудь сходить, – при этих словах она кокетливо улыбнулась.

– Я позвоню, ок? – ответил я и в благодушном настроении вышел за порог.

Глава 3. ДЕМОНстрация успеха

Магия – искусство превращать суеверия в звонкую монету. Амброз Бирс

Схал, как и обещал, появился у меня дома под вечер. Он, похоже, был чем-то сильно расстроен, но, увидев меня, взял себя в лапы и спросил:

– Ну, как ночь с домовым прошла, успешно?

– Вполне, – ответил я, – хотя не могу сказать, что спать в квартире с кем-то, кого не видишь, очень приятно.

– Да, понимаю тебя, надеюсь, ты не проболтался девушке о нем?

– Нет, более того, я выдумал отличную причину, чтобы она больше не выкидывала никаких фокусов.

– Молодец, – похвалил меня демон.

– Слушай, Схал, я вчера во всей этой суматохе совсем забыл поблагодарить тебя. Ты ж мне жизнь спас, хотя я и не понял, как ты меня сквозь ту дверь протащил. Спасибо тебе огромное.

– Пустяки, – отмахнулся демон, – обычное просачивание, хоть и с дополнительным грузом. А ты думаешь, как я еду нам с тобой из магазина таскаю? Да, кстати, о еде, полечу мюсли похрумкаю. – И он усвистал на кухню, я же пошел следом.

– Схал, – обратился я, устраиваясь на стуле напротив него, – Олеся, когда мы общались, дала отличную идею.

– Какую? – невнятно спросил демон с набитым сухофруктами ртом.

– Она спросила, занимаюсь ли я изгнанием домовых профессионально, и я подумал, а почему бы нам этим не заняться. Мы могли бы неплохо заработать.

Демон перестал жевать, внимательно посмотрел на меня, быстро сглотнул и сказал:

– Ты прав. Отличная идея! Даже странно, что она не пришла мне. Так, есть только одна сложность, – и он многозначительно поднял крыло вверх. – Где взять клиентов?

– Я тоже об этом думал, и знаешь, кажется, придумал, но не знаю, справишься ли ты.

– Выкладывай! – выкрикнул Схал.

– Если ты будешь изображать разных духов, не явно, как с соседями, а скрытно, как, например, домовой. Ну там, вещи двигать, шептать еле слышно, в общем, мистику наводить. Я, со своей стороны, буду приходить и «изгонять» тебя. И все довольны.

– Гениально! – воскликнул Схал. – Знаешь, тебе надо было родиться демоном, – сказал он, откровенно восхищаясь идеей. – Только как они будут с тобой связываться? Или ты хочешь на друзьях навариваться? – спросил он с блеском в глазах.

– Не, на друзьях не будем. – От моих слов демон почему-то сник, но тут же взял себя в лапы. – А на ком тогда и как?

– Ты знаешь, я же подрабатываю админом. Так вот, я сделаю сайт с описанием услуги и напечатаю рекламные визитки, которые ты будешь пихать в карман заранее выбранного нами клиента. Народу на улице суют много макулатуры, так что они никогда не задумаются, откуда у них взялась эта реклама. Ну, а на визитке будет сайт и телефон. Так что, если все грамотно делать, то проблем с клиентами не будет.

– Великолепно! – демон даже подпрыгнул, – наконец-то я разбогатею.

– Эээ, – протянул я, вдруг поняв свою промашку, – а как ты собираешься использовать деньги, в вашем же мире это просто бумажки.

– А вот тут ты сильно ошибаешься. Ну, смотри, как ты думаешь, что такое деньги? – спросил меня Схал.

– Деньги – это бумага, обеспеченная золотым запасом, – ответил стандартной фразой.

– Да нет, определение я у тебя не спрашиваю, – раздраженно махнул крылом демон. – Я спрашиваю, что такое деньги вообще.

Я промолчал, лишь поднял вверх брови. Схал подождал немного еще и, не получив от меня никакого ответа, ответил сам. – Деньги – это энергия.

– При чем тут энергия? – удивился я.

– Не перебивай, я постараюсь разжевать тебе, как маленькому импу. Значит так, как я уже сказал, деньги – это энергия, которую люди тратят, чтобы заработать эти деньги. Вне зависимости от того, какая валюта и в какой стране она используется, ее значение всегда в среднем будет равно максимально возможному заработку человека в день. – Тут я не выдержал и снова влез с вопросом:

– А как же тогда получается, что разные люди зарабатывают по-разному? Вот работяга на заводе зарабатывает две тысячи рублей в день, а владелец банка – двадцать две тысячи рублей. Похоже, что тут ты ошибаешься.

– Ошибаюсь не я, а ты. Ты не учитываешь того, что банкир не сам зарабатывает эти деньги, за него другие десять человек зарабатывают двадцать тысяч рублей, а лично он приносит остальные две. Вся штука в том, что даже сверхумный человек не может работать больше часов, чем их есть в сутках, а значит, средняя потеря энергии человечеством для обеспечения своих потребностей является постоянной. Поэтому, когда у нас сформировалась подобная система, жить стало проще, и ушло много проблемных моментов.

– Например? – спросил я.

– Ну, возьмем волнующий всех людей вопрос, кстати, и тебя тоже этот вопрос, наверное, беспокоит до сих пор. «Продажа души». Раньше, до появления у вас денег, у нас их тоже не было, и все богатство демонов мерялось человеческими душами, кстати, с тех времен и взято название современной денежной единицы моего мира – «Душ». Просто когда человек продавал душу, хотя это мнение неверно, так как никто его душу у него не отбирает и не отберет. Человек добровольно заключает соглашение, по которому обязывается работать на демона до его смерти, а демон, со своей стороны, до смерти человека. Но поскольку мы живем в сотни раз дольше, то человек фактически попадает в вечное рабство. А теперь все еще упростилось, при заключении сделки демоны больше не горбатятся на вас в ожидании окончания вашей короткой жизни, а переводят вам определенное количество нашей валюты. И поскольку она является, как я уже и говорил, своего рода энергией, то она распределяется по всем сферам жизни человека, привлекая к нему удачу, женщин и все, что он еще желает.

– Ну хорошо, а почему ты не заключил сделку со мной, когда я предлагал?

– Потому что, с одной стороны, у меня просто нет достаточного количества энергии, а с другой, как бы я ни хотел обзавестись рабом, я не готов пахать на тебя по старинке, исполняя самолично любые прихоти. Ну, а если мы устроим тут дело, то я, наконец, выберусь из вечного бездушного состояния и смогу снова, как и десять лет назад, предлагать людям сделки. Теперь понятно?

– Никогда не подумал бы о такой концепции, но теперь мне, во всяком случае, ясен твой интерес. Но, пользуясь случаем, я хочу спросить еще кое-что.

– Валяй.

– А куда попадают души, если их не продают? В рай?

– Демон захохотал как сумасшедший, потом взял себя в лапы и ответил:

– Насчет того, куда они попадают, я не могу тебе сказать, это табу, даже за половину душ мира я не имею права открыть тебе эту тайну. Скажу только, что это не рай. В раю такая же система, только у них имиджмейкеры лучше работают, которые на вечном очернении демонов создали себе отличную репутацию, и во всех ваших поселениях понатыкали пункты приема душ, в которых вы заключаете сделки, даже не понимая, на что подписываетесь.

– Не понял, – медленно проговорил я.

– Ну, практически все молитвы, которые существуют в вашем мире, являются устной формой договора между заказчиком и исполнителем, который подразумевает, что за помощь вам сейчас – потом вы согласитесь на отработку. Конечно, работа там не такая жесткая, но согласись, мести райские кущи в течение вечности, – не то, что ожидает большинство людей, когда они стремятся туда попасть.

– Демон, по-моему, ты мне тут совсем пургу гонишь, – возмутился я. – Конечно, я не настолько религиозен, но открытого богохульства терпеть не стану.

– Да открой же ты глаза. Возьми обычную молитву и почитай, как ты сам в конце практически любого обращения себя называешь. Да вот смотри, – он выхватил из воздуха молитвенник и, открыв на первой же странице, громко прочитал:

«О Пресвятая Дево, Мати Господа Вышняго, Всемилостивая Заступнице и Покровительнице всех к Тебе с верой прибегающих! Призри с высоты небесныя славы Своея на рабов Божиих (имена) и на нас, припадающих ко подножию Твоему, услыши смиренную молитву нас, грешных и недостойных рабов Твоих, и принеси ю пред возлюбленнаго Сына Твоего».

– Тебе хватит или продолжить? Видимо, хватит. Он кинул книгу куда-то в воздух, и она исчезла, как и появилась. Вот видишь, вы все себя в рабы записываете и просите, просите. Конечно, там ребята занятые, на всех вас не хватает, но работают как могут. В общем, хватит об этом, я не люблю небесных работников обсуждать. Давай лучше начнем делать, как ты там назвал? Сайт и визитки, да? – спросил он, возвращая меня в деловое русло.

Я все еще был под впечатлением от разъяснений демона, но постарался максимально включиться в планирование работы.

– Да, насчет сайта, тут просто: я сейчас зайду на регистратор и подберу нам домен, потом сделаю шаблон под джумлу, залью все на хостинг, потом…– я перестал говорить, так как увидел выпученные глаза демона.

– Эээ, я понятно изъясняюсь? – невинно поинтересовался я.

– Месть удалась, – ответил он, картинно склоняя голову, – я ни слова не понял из того, что ты сказал.

– Ладно, на самом деле все просто. Чтобы сделать сайт, нужно две составляющие, нет, точнее, – три. Итак, первое – это доменное имя, то есть имя, которым этот сайт будет называться в интернете. Оно проверяется в регистраторе. Это такой ресурс, где хранятся все данные о занятых именах. Имена нельзя купить, но их можно брать в аренду на год, а потом продлевать. Когда имя подобрано, нужно сделать сам сайт, но это уже зависит от мастерства программера и задач, которые ставятся перед сайтом. Когда сайт будет готов, его нужно разместить где-то на хранение. Конечно, можно разместить его у себя на компьютере, но из-за маленького сайта возиться с открытием сервера, да еще его поддерживать, – пустая трата времени и сил. Так что покупается место на уже готовом сервере, и там размещается сделанный сайт. Ну вот, в целом, и все. Вопросы?

Демон, пока я говорил, очень внимательно слушал и теперь с преданным выражением морды скромно сказал:

– В целом, я, конечно, все понял, я не понял только одного – а что такое сайт?

Я замер с открытым ртом и хлопнул себя по лбу. Я тут распинался и рассказывал тонкости работы программиста и совсем упустил тот факт, что демон, скорее всего, не имеет никакого представления о наших современных технологиях.

– Сайт – это набор текста и картинок, благодаря которым люди узнают информацию или получают удовольствие от развлечений, – попытался я упростить до максимума это понятие.

– А где они его находят? – опять задал вопрос Схал, и я понял, насколько же мир демонов отсталый и как сложно будет объяснить демону вещи, которые у нас знают уже все. Это как объяснять, что такое стол, тому, кто всегда ел на земле.

– Ну, это такое виртуальное пространство, оно как бы не существует в реальности, а является набором цифр, кодов, выстроенных в определенной последовательности. Ну, а компьютеры считывают эту информацию, подгоняя ее под человеческое восприятие. Ну, видишь, там стоит компьютер – я махнул в сторону своего рабочего стола, демон проследил направление и кивнул. – Вот на нем я работаю, играю, смотрю порнушку… эээ, это для тебя не важно, – быстро оговорился я и продолжил, пока демон не вцепился в новое для него слово. – В общем, через компьютер и поступает вся информация, в том числе и сайты.

– Теперь я понял, – задумчиво проговорил Схал, – честно говоря, я не думал, что вы настолько отсталый вид!

– Что? – не поверил я своим ушам, – отсталый!?

– Ну да, – спокойно подтвердил демон. – Мы этот механический путь давно оставили позади. И теперь вся необходимая информация, да и наши личные вещи, поступает в наше распоряжение напрямую. А ты думал, откуда я предметы из воздуха достаю?

– Ну, магия какая-то, – обескураженно буркнул я.

– Да какая, на фиг, магия? Ты что ребенок, что ли, в такую ерунду верить? Хотя, да, сильное технологическое превосходство одной культуры над другой всегда воспринимается как что-то сверхъестественное.

– То есть ты хочешь сказать, что демоны – это просто более развитые существа, которые, используя свое преимущество в технологиях, обманывают примитивных людей? – спросил я в глубоком удивлении.

– Конечно, – простодушно ответил Схал. – Ты меня поражаешь, ты же сам меня вызвал не через какой-то там дикий ритуал, а просто нажав на коммутатор, который я оставил тебе в прошлый раз.

Я был в шоке. Все мои представления о демонах и ангелах за один день подверглись основательной встряске. Мне стало даже страшно, что я еще узнаю от демона, пока мы будем сотрудничать. Он же сидел и просто улыбался.

– Ну, ок, – медленно проговорил я, приходя в себя. – Но, если вы такие развитые, почему же мне потребовалось разжевывать тебе про сайт и интернет? – задал я вопрос, надеясь хоть немного зацепить демона.

– Если бы тебя в древнем селении попросили развести огонь, высекая его из кремня, ты бы смог это сделать сразу, без предварительных расспросов?

– Нет, зачем, я бы воспользовался зажигалкой, – просто ответил я.

– А зажигалкой нельзя. Иначе есть большая вероятность, что отсталое племя сочтет тебя злым духом и закидает камнями. Вот так и я. С одной стороны, я не могу использовать в твоем мире свои технологии по полной, иначе меня могут, так сказать, «изгнать» или вмешаются контролеры, а с другой стороны, ваши технологии мне в любом случае приходится использовать, но они настолько примитивны, что, чтобы разобраться в них, требуется уйма времени.

– Подожди-ка, я не понял, кто такие контролеры?

– А это контролирующие органы от двух конкурирующих фракций, в задачу которых входит наблюдение за деятельностью агентов в вашем мире.

– Каких фракций? – простонал я, еще больше запутываясь.

– Каких-каких? – недовольно повторил Схал, – конечно, демонических и ангельских.

– Так вы что, следите друг за другом постоянно, что ли?

– Ну конечно, иначе ваш мир давно бы уже был уничтожен в бесконечных фракционных войнах. В вашей истории такие прецеденты случались не раз. Но, пока вы были примитивны и кроме железных палок в ваших арсеналах не было другого оружия, контролеры не требовались. Но в начале двадцатого века, по вашему исчислению, на общем межфракционном сборе было решено принять законы для контролирования агентов, находящихся в вашем мире.

– Все очень сложно и неожиданно! – воскликнул я, пытаясь унять начавшуюся из-за переизбытка информации головную боль. – Какой смысл в контролерах, если вы – высокоразвитые цивилизации. Разве ваши агенты не понимают, что нельзя сильно вмешиваться в нашу жизнь?

– Во всех культурах и нациях есть свои психи и фанатики, которые обманом или иными путями получают статус агентов и стараются склонить чашу весов в свою сторону, откровенно плюя на принятые стандарты, поэтому-то контроль и нужен.

– А ты агент? – спросил я его настороженно.

– Был когда-то, точнее, учился, пока ты меня не переубедил сменить профессию, – серьезно ответил Схал. – Но это уже в прошлом, теперь я просто хочу заработать и на высшие идеалы мне откровенно плевать, – весело закончил он.

– А то, что мы с тобой делать будем, не попадет под внимание контролеров? – спросил я, чувствуя легкую обеспокоенность.

– Надеюсь, что нет, мы ж не будем никого направлять против их убеждений. Но, вообще, стоит быть очень осторожными. Эти ребята крайне подозрительны и, если вцепятся в хвост, просто так его уже не выпустят. В общем, мы, конечно, должны подстраховаться и защитить свое будущее дело и нас самих от возможных недоразумений. Пока мы тут общались, у меня возникла идея!

– Какая? – тут же спросил я.

– Нам нужен демподряд!

– Что? – не понял я, – какой еще демподряд?

– Нужно привлечь стороннего демона, чтобы он выполнял те функции, которые ты прочил для меня. И если его схватят, то, по предварительно заключенному с нами договору, он не сможет сдать нас и выкручиваться будет самостоятельно. Конечно, подобные риски увеличат его процент от сделок, но такая предосторожность, я думаю, все же необходима для нашего с тобой спокойного сна.

– И где же мы найдем такого демподрядчика? – спросил я Схала.

– Как где? На демобирже, – ответил он. – И если мы хотим все запустить вовремя, то я должен отправляться немедленно. Ну, а у тебя и так дел хватает. Делай свой сайт и визитки, а я пока договорюсь об остальном, – и с этими словами, преисполненный значимостью себя любимого, Схал растворился в воздухе, оставив меня одного собирать мысли в кучу.

К своему удивлению, сам сайт я сделал довольно быстро, а вот с выбором имени застрял. Причина заключалась в том, что прямые и красивые адреса в интернете давно уже были заняты. И мне не оставалось ничего как, методично перебирая десятки комбинаций, искать хотя бы более-менее приемлемое название. Когда количество проверенных слов и словосочетаний начало приближаться к двумстам, мне в голову пришла идея взять звучное название из какого-нибудь фильма и просто приделать ему петербургский региональный код. Что я и сделал, и уже через час сидел настраивал шаблон и систему сайта по адресу www.demonhunters78.ru

Заполнение сайта вызвало у меня еще больше проблем, чем выбор домена. Мне почему-то всегда казалось, что магической чуши в интернете должно быть навалом. Ведь, беря в метро любую бесплатную газету, неизбежно натыкаешься на страницу, полностью посвященную специалистам высокого профиля, которые за тысячу рублей готовы сделать вас миллионером или удачно женить. Единственный вопрос, который не давал мне покоя, – это почему же такие опытные и всесильные маги не могут помочь сами себе, а размещают объявления в сомнительных газетенках или расклеивают на заборах бумажки, которые печатают на принтерах с вечно заканчивающейся краской? Ответ, в общем-то, очевиден: эти горе – черные и белые маги, являются не кем иным, как заурядными психологами, отчаявшимися найти более-менее оплачиваемую работу и вынужденными бегать по городу в поисках впечатлительных людей с неустойчивой психикой и манией преследования. А если бы, например, Схал заявился во всем своем великолепии к одному из этих знатоков мира духов, боюсь, кончилась бы эта затея еще одним клиентом «желтого дома». Но я не могу бескомпромиссно утверждать, что целителей и магов не существует вовсе, – по крайней мере, хотя бы из опасения, что кто-нибудь из них, узнав мое мнение на данный счет, не возжелает доказать мне обратное.

Тем не менее, возвращаясь к проблеме заполнения своего сайта подходящей мне по тематике информацией, я никак не мог найти хотя бы отдаленно похожий на мои предполагаемые услуги текст. Все, с чем я сталкивался на просторах сети, касалось либо молитв, одобренных православной церковью, либо сообщений от поклонников фэнтези на забытых и частично затертых форумах. Конечно, кроме этого откровенно бесполезного хлама мне попалась пара сайтов, оформленных в темных или светлых тонах, в зависимости от приверженности автора к тьме или свету. Но, к сожалению, на поверку выяснилось, что это те же форумы, но грамотнее сделанные.

Поэтому мне не оставалось ничего, кроме как включить богатую фантазию и писать тексты самостоятельно, чем я и занялся.

Но постепенно от напряжения меня начало клонить в сон, и, поддавшись на уговоры уставших глаз, я решил взять тайм-аут и вздремнуть несколько часов.

«На улице было по-летнему солнечно и тепло, людей я не заметил, и оттого в душе разлилось удивительно прекрасное чувство свободы от рамок и норм человеческого существования. Я был счастлив и беззаботен, шел, не думая ни о чем серьезном. Выйдя к перекрестку, пересек проезжую часть и углубился в свой любимый парк. Там тоже было спокойно. И пусто, лишь невидимые глазу птицы встряхивали ветки деревьев и пересвистывались чарующими трелями. Я сошел с песчаной дороги, пересекающей весь парк по диагонали, и начал прокладывать себе путь к приглянувшейся мне невдалеке лужайке. Траву еще не успели скосить, и она приятно щекотала открытые икры. Дойдя до своей цели, я, не раздумывая, плюхнулся в мягкую траву, разбросал в разные стороны руки и безмятежным взором уперся в голубое небо. Но вдруг какая-то тень заслонила слепящее солнце, и, к своему удивлению, когда фиолетовые пятна, появляющиеся от ярких солнечных лучей, рассеялись, я увидел над собою нечто невообразимое и бесконечно прекрасное. Прямо перед моими глазами высилась безупречными изгибами тела обнаженная женщина. Хотя до конца назвать ее женщиной не поворачивался язык. Это была просто богиня из самых потаенных и сладострастных грез, какие могут прийти лишь молодому мужчине, постигшему, хотя бы раз в жизни, сумасшедшую страсть плоти. Высокая и стройная, с полной, но упругой грудью, с узкой талией и широкими бедрами, она стояла чуть разведя идеально прямые ноги, открывая мне такой вид, от которого любой пришел бы в неистовство. Во рту все пересохло, возбуждение волнами прокатилось по всему телу, сначала бросив в жар, а после окунув в холод. Руки задрожали в нетерпении прикоснуться к идеалу мужских фантазий, а внизу живота, набирая силу, напряглось мое естество. Все мысли в голове смешались, и лишь одна, выбиваясь из хаоса желаний, пульсировала и молила эту неземную богиню снизойти до смертного, лежащего у ее ног. Словно прочитав мою душу, нимфа чуть изогнула бровь и, одарив самой прекрасной улыбкой, которую мне когда-либо приходилось видеть, опустилась на колени, приблизив свои полные и сочные губы к моим. Больше я не мог себя сдерживать и в иступленной страсти слился с ней в долгом и нежном поцелуе. Привычный мир перестал для меня существовать, и единственное, о чем я мечтал, – это отдать себя и полностью раствориться в ней. Я ласкал ее шею, набухшие соски, спускался вниз, чтобы ощутить вкус безупречного лона. Сжимал и как зверь покусывал ее бедра, гладил бархатистую кожу, целовал кончики пальцев, зарывался в пьянящие каким-то волшебным запахом волосы. И она, в свою очередь, отвечала мне взаимностью, ее шаловливый и порочный язык дарил мне невообразимое блаженство, а губы помогали ему, обволакивая и лаская. Мне казалось, что я на гране взрыва, но каждый раз, приближаясь к критической точке, она неуловим движением останавливала порыв и начинала игру вновь. Наконец, богиня смилостивилась надо мною, и сильным рывком, никак не вяжущимся с ее хрупкими и нежными руками, перевернула на спину и резко насела сверху. Те удовольствия, что еще секунду назад я возводил на пьедестал совершенства, теперь померкли и затерялись в нечеловеческом блаженстве обладания этой женщиной. Она скользила в диком и животном темпе, то сжимая, то ослабляя хватку. Стонала и изгибалась, то приникая для жаркого поцелуя, то откидываясь назад. Это было похоже на какой-то безумный ритуал страсти, затерявшийся в веках жертвоприношений и сатанинских оргий. Но именно это делало его столь притягательно сексуальным. И эта завораживающая амплитуда движений, качающаяся в такт толчкам вспотевшая женская грудь увеличили мое и без того находящееся на пике возбуждение, и я понял, сейчас изольюсь в нее. В тот же миг что-то начало происходить с женщиной. Ее не далее чем несколько толчков назад, синие глаза налились кровью, а из гладкой спины начали распускаться черные с красными прожилками крылья. Я в ужасе закричал, пытаясь вырваться из ее объятий, но с той же нечеловеческой силой, так поразившей меня во время предварительных ласк, женщина-демон прижала меня к земле и еще более ускорила темп. В глазах у меня потемнело, и я каким-то необъяснимым образом увидел, как моя энергия начала перетекать в нее. И в самый последний момент, когда вся скопившаяся за время безумного совокупления энергия должна была выплеснуться, за крыльями демоницы возник Схал и, обхватив ее своими крыльями, с силой швырнул на землю. Они покатились по траве, после чего мой демон-хранитель что-то грозно прокричал на каркающем языке и вместе с нею растаял в воздухе.

Когда я открыл глаза, то за окном уже вовсю царствовала ночь, а с кухни раздавались приглушенные голоса. Один из них был Схала, а второй, глубокий и грудной, несомненно, мог принадлежать только женщине. Встав с кровати, надев домашние спортивные штаны, накинув на плечи рубашку, я вышел из комнаты и, повернув на кухню, замер как вкопанный. За столом сидели двое, точнее одна, так как Схал, по своей неизменной привычке, устроился прямо на столе и увлеченно клевал любимые мюсли. А вот женщина сидела на диване, закинув ногу на ногу, и, облокотившись на стол, задумчиво наблюдала за демоном. Но поразил меня не тот факт, что у меня на кухне находилась гостья, а то, как она выглядела.

Во-первых, что сразу бросалось в глаза, так это то, что она была абсолютно голая и, походу, нисколько этого не стеснялась. Второе немаловажное наблюдение заключалось в том, что из ее прехорошенькой головки торчали два миленьких красных рожка, а за спиной были сложены крылья черного цвета с четко выделявшимися алыми прожилками. Завершала эту удивительную картину парочка стройных ног, заканчивавшимися лапами с напедикюренными коготками и длинным хвостом, извивающимся так, словно он жил отдельно от хозяйки. Но самое удивительное было в том, что она была как две капли воды похожа на демона из только что снившегося мне кошмара.

Заметив меня, эта парочка разом обернулась и замолчала. Первым тишину нарушил я, так как все еще помнил о приличиях гостеприимства, хоть и был несколько ошарашен собравшейся у меня компанией.

– Здрасти, – это единственное, что я смог выдавить в тот момент.

– И тебе не хворать, – ответил Схал, возвращая свой клюв в пачку с сухофруктами.

– Добрый вечер, – подала голос незнакомка и, призывно выгнув спину, эротично провела языком по губам. – А Схал не говорил, что ты такой симпатяга, – добавила она, меняя позу таким образом, что меня бросило в жар и захотелось куда-нибудь спрятаться от смущения. Заметив мою реакцию, Схал вытащил свой покрытый хлопьями клюв из пакета и, толкнув девушку крылом, строго произнес:

– Прекрати свои штучки, ты уже и так наломала дров, забыв напрочь, что это не клиент, это фактически твой наниматель. – В ответ на реплику демона обольстительница склонила голову и, захлопав длинными ресницами, обиженно надула губки. Но Схала, походу, такая тактика не зацепила, так как он, не обращая внимания на все ее попытки разжалобить его, произнес еще строже:

– Ссоунимиийа, по-моему, я четко выразился и сейчас, и при заключении сделки, что ты не будешь применять свое мастерство ни ко мне, ни к моему деловому партнеру.

После этих слов лицо девушки приняло нормальное выражение, и она спокойным голосом ответила:

– Но ты, Ссъхалиумус, не предупредил меня о небольшом нюансе, что твой деловой партнер – это человек.

– Я не видел в этом какой-либо существенной причины и не мог представить, когда оставил тебя на пару минут одну, что ты тут же совершишь глупость. Но обратного не вернешь, а контракт уже заключен, и нам предстоит работать вместе, – ответил демон, пытаясь дать понять женщине, что тема себя исчерпала и говорить более об этом он не желает. Но она проигнорировала все его знаки и с возмущением в голосе ответила:

– Может, ты, конечно, и привык общаться с людьми на равных и, тем более, вести с ними дела. Но я, воспитанная ее величеством Лилит, никогда для себя не видела в людях, а особенно в мужчинах, ничего кроме омолаживающей силы их похоти. И если ты уж решил нанять меня на работу, то должен был предупредить, что мне часто придется находиться рядом с тем, кого я всегда буду воспринимать как объект для обольщения. Особенно после недавних событий, – сказала она, чуть заметно кивая в мою сторону.

Я стоял молча и не верил своим ушам. По моим скудным представлениям и догадкам о мире демонов, Схал не придумал ничего лучше, чем нанять на работу суккуба. Как я смутно помнил по юношеским увлечениям демонологией, суккубы были олицетворением мужской похоти и желания и использовали свои сексуальные чары для вытягивания жизненных сил во время совокупления с ними во сне. К тому же, насколько я понял по их перепалке, демоница, сидевшая на моей кухне, только что пыталась использовать меня для утоления голода.

Поэтому насколько бы привлекательной или сексапильной не выглядела бы моя новая работница, я ни при каких обстоятельствах не должен был вступать с ней в интимные отношения. Но главная проблема заключалась в том, что я при всем осознании опасности такой связи и даже при воспоминании своего ужаса, испытанного в конце только что снившегося мне сна, все же, оставался мужчиной. Мужчиной, уже долгое время лишенным женского общества, и начни эта дьяволица страсти проявлять чуть больше внимания к моей персоне, я бы опять не удержался от необдуманных и определенно губительных для моей жизни порывов. Поэтому я решил, если уж договор заключен и мне придется с нею работать, то я должен во что бы то ни стало с самого начала установить границы нашего общения.

– Кхе-кхе, – прокашлялся я, привлекая внимание двух демонов, забывшихся в своих спорах и обоюдных претензиях.

– Уважаемые, – громко сказал я, полностью переведя их глаза на свою персону.

– Возможно, Схал и был недостаточно честен, когда заключал с Вами договор, но винить его в том, что он так поступил, все же неразумно, – начал я свою импровизацию.

– Во-первых, он все-таки демон, посвятивший определенную часть своей жизни именно заключению сделок, и то, что Вы, прекрасная леди, согласились на его предложение, не выяснив деталей, говорит только о его высоком профессионализме переговорщика. Как у нас, у людей, говорят: прежде чем подписывать бумаги, прочитай, что подписываешь, – при этих словах Схал благодарно кивнул мне, а я продолжил.

– Во-вторых, то, что один из нанимателей относится к людям, не нарушает ни одно из положений договора, а лишь добавляет сложностей, связанных с Вашими личными предубеждениями. Опять же позволю себе заметить, что личные симпатии или антипатии не должны смешиваться с бизнесом, так как в данном случае они будут просто показателем некомпетентности в выполнении возложенных на Вас обязанностей. Поэтому, исходя из сложившейся ситуации, я предлагаю следующее: либо Вы признаете свою некомпетентность и мы разрываем контракт в одностороннем порядке без выплаты компенсаций, или же Вы остаетесь на работе, но в этом случае следуете тем правилам, которые будут установлены нанимателями. – Я замолчал, выдохнувшись полностью. Честно говоря, я не представлял, какой контракт заключил Схал с этой демоницей, но по расплывшейся в улыбке морде моего демона я понял, что превзошел сам себя и поэтому просто ждал ответа женщины.

Она довольно долго молчала, видимо, переваривая мою речь и принимая какие-то решения. Наконец, она определилась в своих мыслях и, с трудом вернув улыбку на свое обворожительное личико, ответила:

– Схал, я ошибалась, этот человек достоин того, чтобы с ним работать. Теперь я понимаю, почему ты выбрал его в партнеры. Поэтому я принимаю и признаю тот факт, что он является моим нанимателем и извиняюсь за попытку применить к нему свои профессиональные навыки. И соответственно, – продолжила она, – я буду, по мере своих сил, исполнять те распоряжения, которые он сочтет необходимыми и уместными.

– Ну, я, конечно, буду стараться… – тут она развернулась в мою сторону и заняла такую позу, что моему взору открылись все ее самые сокровенные и волнующие мужское начало места. – Но я не смогу полностью контролировать свою сущность, особенно после случившегося инцидента, – подмигнула мне и, повернувшись к Схалу, сказала она, – и вам, ребята, нужно будет с этим как-то смириться или выплатить мне неустойку, после чего я оставлю вас в покое.

Не могу сказать, что она переиграла нас полностью, но определенно вернула пару очков назад. Признать поражение я не мог, некстати во мне взыграла мужская гордость и тяга доказать самому себе, что я выше порочных инстинктов, поэтому, сделав шаг вперед, я протянул руку со словами:

– Заметано, я беру тебя на работу. – Демоница улыбнулась и сильным рукопожатием, так несвойственным молодой девушке, скрепила наш договор.

С момента принятия на работу Сонии, а именно так позволила себя называть демоница, безуспешно пытаясь добиться от меня правильного произношения ее имени, прошло два дня. Все это время мы со Схалом торчали на кухне, прорабатывая детали предстоящего дела. По нашей идее, план выглядел так.

Сония должна была невидимкой ходить по магазинам и другим местам скопления народа, отслеживая обеспеченных, но одиноких людей. После чего провожать их до дома и, попав в квартиру, начинать представление а-ля «злой барабашка»: двигать предметы, шептать ночью, мелькать тенью и исчезать при включении света. Через некоторое время, когда бы уже не оставалось никаких сомнений, что клиент готов и искренне поверил в существование потусторонних сил в его квартире, демоница должна была подкинуть в карман его одежды мою визитку и удостовериться, что она попала ему в руки. Дальше в игру должен был вступать я, конечно, при условии, что испуганный человек обратится ко мне за помощью по указанному в визитке телефону. На просьбу клиента помочь я должен был проехать к нему домой, заключить договор на оказание услуг и провести театральное представление изгнания демона, которое бы не оставило никаких сомнений, что я честно выполнил свою работу. В целом этот план был довольно прост, но мы со Схалом не учли одного важного аспекта, который проявился сразу, как только Сония приступила к работе. Демоница, будучи мастерицей в сексуальном порабощении и не способная долго обходиться без соитий, испытывала тягу исключительно к представителям мужской аудитории. Поэтому, приступив к выполнению поставленных перед ней задач и оказавшись в окружении бесчисленных объектов ее влечения, не смогла устоять перед искушением, пропав из нашего вида почти на три дня. Когда же она вернулась, вся пышущая здоровьем, но боящаяся смотреть нам в глаза, мы вынуждены были пересмотреть наш казавшийся ранее идеальным план.

– Итак, Схал, что будем делать? – спросил я демона. – Ежику понятно, что нашего демподрядчика одну отпускать нельзя. Конечно, в том, что случилось, в большей степени виноваты мы сами, так как забыли о природе нашей работницы. Но это не является оправданием того, что мы так и не начали наше дело.

– Боюсь, что мне все же придется самому подыскивать клиента, – глубоко вздохнув, проговорил Схал, – и, учитывая нашу возникшую проблему, клиентами должны быть женщины. Так как в этом случае мы обезопасим Сонию от нее самой.

– Но ты же говорил, что тебе категорически нельзя явно заниматься подобными делами, так как ты можешь привлечь внимание контролеров, – сказал я, обеспокоенно глядя на демона.

– Да, конечно, риски возрастают, но ненамного, так как все-таки не я буду заниматься доведением клиентов до кондиции. Но ввиду моего участия доля Сонии должна снизиться.

– Да, походу, ты прав, – согласился я с демоном. – Тогда давай позовем нашу провинившуюся и изложим ей новую политику.

– Сония, – крикнул Схал в открывшийся вдруг портал. Прошло, наверное, не больше пяти секунд, и виновница наших дум материализовалась на диване. Я немного помолчал и, пронзив ее тяжелым, отрепетированным заранее взглядом, сказал:

– Ты не выполнила возложенных на тебя обязанностей и принесла убытки нашему предприятию. Но мы учли твой сексоголизм и приняли решение не разрывать с тобой контракт, а просто внести в него некоторые изменения. С этого момента поиском клиентов будет заниматься Схал. После того как все подготовительные работы будут проведены, ты будешь подменять демона и заниматься непосредственно прописанной у тебя в контракте работой. Также, учитывая, что степень твоего участия сокращается, то и доля, получаемая тобой, уменьшается на двадцать процентов. Согласна ли ты с таким положением вещей? – спросил я ее, пытаясь заглянуть в глаза.

– Да, – еле слышно ответила она. – Спасибо.

– Хорошо, – подытожил я. – Тогда не будем терять времени. Схал, – обратился я к молчавшему до сих пор демону. – Я думаю, что ты можешь начинать. Сейчас уже семь вечера и люди возвращаются с работы, так что я думаю, у тебя не должно возникнуть проблем найти нам одинокую женщину.

Схал ничего не успел ответить, так как переживавшая свою промашку Сония вдруг встрепенулась, раскрыла крылья и с горящими, алыми от гнева глазами медленно произнесла:

– Женщина? Вы хотите, чтобы я работала с женщиной?

– У тебя и с этим какие-то проблемы? – угрожающе прошипел демон. – Скажи спасибо, что тебя не выгнали в шею, как, между прочим, поступил бы любой работодатель. Поэтому прекрати истерику и заткнись. Ничего с тобой не случится, если ты денек обойдешься без мужчин, это даже пойдет тебе на пользу. Я не такой добрый, как мой партнер, поэтому если ты не будешь выполнять условия договора, я не только уволю тебя к человеческой матери, но и расскажу на демобирже о твоей абсолютной некомпетентности, – сказал Схал, сверля ее взглядом, под которым Сония заметно сникла и опустила крылья. – А теперь я рекомендую тебе покинуть эту квартиру и ожидать, когда я с тобой свяжусь, – договорил Схал и демонстративно отвернулся.

Демоница немного помедлила, ожидая, видимо, какой-то моей реакции, но, не получив ее, открыла портал и растворилась в воздухе.

Глава 4. Нюансы демонизации

Бедствие дает повод к мужеству.

Сенека Луций Аней

– Ну что? – спросил я Сонию, выпрыгнувшую из открывшегося в стене портала, – как клиентка?

– Готова, – улыбаясь, ответила она. – В течение получаса, думаю, позвонит.

– Для меня будут какие-то еще поручения? – спросила она, эротично закусив губу и слегка наклонившись ко мне.

– Ты мне понадобишься, когда я поеду к клиентке, не забудь об этом, – ответил я, стараясь не смотреть на качающуюся в опасной близости от моего лица Сониную грудь.

– Слушаюсь, мой господин, – ответила она, сексуально улыбнувшись. Эту игру по вечному обольщению меня она проводила при каждом удобном случае. Первое время каждый такой знак внимания ставил меня в неудобное положение, причем во всех смыслах. Я никак не мог понять, зачем она проделывает со мной такое, если у нее был целый город необработанных мужиков. Когда я спросил об этом Схала, тот, немного помолчав, ответил мне, что, по-видимому, не завершенный тогда коитус не дает суккубу покоя и она подсознательно стремится довести все до логического конца. Такая версия все, конечно, объясняла, но проблемы не снимала, поэтому мне оставалось лишь стойко выносить все ее выкрутасы. И у меня только начало это получаться, как Сония, вернувшись с очередного задания, где она обрабатывала какую-то топ-модель, спросила меня, не буду ли я возражать, если она подобно земным женщинам начнет носить одежду.

Тогда я очень обрадовался и, конечно, согласился. Но когда в следующий раз она пришла на собрание в кружевном черном белье, я понял, как ловко меня провели. По-видимому, демоница во время выполнения задания внимательно следила за нашей клиенткой, особенно уделяя внимание тому, как она одевается. А найдя полуприкрытый вид обнаженного тела сексуальным, сделала соответствующие выводы. И оказалась чертовски права, поставив меня в еще более сложную ситуацию. Если к постоянно обнаженной женщине мужчина еще способен как-то привыкнуть и перестать обращать на это внимание, то вот спокойно реагировать на не до конца открытые женские прелести практически невозможно, так как похотливый мужской взгляд всегда непроизвольно старается увидеть больше, чем дозволено.

Вот и сейчас я смог оторваться от разглядывания ее туго перехваченной бюстгальтером груди только после того, как услышал ее сладострастный шепот над самым ухом:

– Ты уверен, что тебе больше ничего от меня не нужно?

Собрав всю свою выдержку в кулак, я резко отстранился от демоницы и спокойным голосом, насколько это было вообще возможно в данной ситуации, сказал: – Нет, сейчас ты можешь быть свободна.

– Ну, как знаешь, – расстроенным голосом отверженной женщины проговорила она и, повиливая бедрами, скрылась в портале. Я же, наконец оставшись один, шумно выдохнул, успокаивая колотящееся в безумном темпе сердце и, достав ежедневник, начал просматривать текущие дела.

В целом наше положение на сегодняшний день было практически идеальным. С того момента, как мы приняли решение о необходимости работы с женской аудиторией, наш бизнес резко пошел в гору. Конечно, Сония была совсем не в восторге работать с ними. Но, видимо, именно этот факт сделал ее просто незаменимым сотрудником, вернув размер зарплаты суккуба на тот уровень, который был утвержден нами до ее промаха при старте бизнеса. Причина такого успеха Сонии, по всей вероятности, заключалась в том, что постоянно испытываемая ее ненависть, вызванная какой-то глубинной ревностью ко всем человеческим женщинам, позволяла ей доводить последних до нужной нам кондиции с опережением предполагаемых ранее сроков. Что, в свою очередь, увеличивало количество обрабатываемых нами заказов и повышало прибыль предприятия в целом. Но, конечно, до нынешнего состояния дел мы дошли не сразу. Нам понадобилось почти две недели, чтобы отработать механику обмана клиентов. Одна из трудностей заключалось в том, что я хоть и представлял примерный психотип целевой аудитории, но подтвержденной информацией не обладал. Поэтому прежде чем приступать к активным действиям, я решил провести предварительный маркетинговый анализ, поручив Схалу собрать о выбранных нами людях как можно больше информации.

После недельного наблюдения за кандидатами демон передал мне все нюансы их жизни. На основании полученных данных я не только сформировал общую карту их страхов, но и разложил их по типам.

Во-первых, как я и говорил ранее, все женщины, которых мы выбрали для обработки, были одинокими карьеристками, что сводило на нет опасность нарваться на поддержку со стороны более эмоционально сдержанных и подозрительных мужчин.

Во-вторых, будучи успешными дамами, все они жили в отдельных квартирах и обычно возвращались домой с работы довольно поздно. Это давало дополнительные возможности для дестабилизации психического состояния женщин. Так как уставшая после работы дама, ищущая в своем доме покоя и умиротворения, более подвержена стрессу, чем, скажем, домохозяйка.

В-третьих, деловые женщины обычно отличаются маниакальной склонностью к порядку и чистоте. Объясняется этот пунктик тем, что они за время своей работы привыкают командовать и все контролировать. И появление в доме существа, которое разбрасывает вещи, приводит женщин в бешенство, так как в этом случае им кажется, что они теряют привычную им власть.

Далее мой системный анализ подразделял деловых женщин на два ярких типа.

Первый я условно назвал «мужик в юбке». Их манера вести разговор и дела отличалась мужской жесткостью. А свою, недостаточную для обычной женщины, эмоциональность они с лихвой компенсировали активностью и пробиваемостью. Эти женщины предпочитали пустой вежливой болтовне по телефону короткие, но емкие письма с четко прописанными пунктами. Они в большей степени, чем остальные женщины, разбирались в технике и доверяли ей, так как из-за отсутствия времени практически не занимались домашними хлопотами.

Другому типу я дал название «кошатница». Это были женщины, которым удалось добиться статуса в обществе и финансового благополучия, но не удалось избавиться от провинциальных привычек.

Во время работы они не сильно отличались от первого типа, но как только переступали порог дома то их натура брала верх. Времяпрепровождение такого типа выражалось в просмотре сериалов, чтении женских романов и игре с кошкой.

Обладая такой информацией, я смог смоделировать свое собственное поведение при работе с ними. Например, если я ехал к первому типу, то брал с собой технический набор инструментов для изгнания демонов. Состоял он в основном из различного рода электроизмерительных приборов, исписанных со всех сторон различными мистическими символами, благополучно стянутыми из интернета. Приехав на место, я доставал их и с умным видом обходил «зараженную» квартиру. Потом извлекал из чемоданчика проволочную решетку, на которой под определенными углами были закреплены лазерные указки. Устанавливал эту, странную на первый взгляд, конструкцию на пол и включал лазеры. Пронизывающие красные линии тут же образовывали на полу звезду Давида, куда и приглашал встать клиентку, объясняя ей, что тут она будет в безопасности, пока я уничтожаю беспокоящего ее духа.

Когда женщина была подготовлена и чувствовала себя защищенной моими техническими приспособлениями, я извлекал предмет, на самом деле являющийся не чем иным, как перекрашенным в черный цвет тормозным цилиндром и, направив его на предполагаемое место нахождения потусторонней силы, нажимал на нарисованный на нем красный круг. В этот момент Сония слегка проявлялась в комнате и, устроив фейерверк, сгорала на месте. Такая техническая магия производила на клиентку неизгладимое впечатление, а я, соответственно, получал неплохое вознаграждение за свою работу.

Со вторым типом дела обстояли несколько по-другому. К таким женщинам я являлся в темном длинном балахоне, увешанный с ног до головы различными амулетами, и приносил совсем другой набор подручных средств. В основном это были небольшие мешочки, наполненные различной вонючей дранью, которые я благополучно развешивал по всей квартире клиентки. Далее я доставал соль и в лучших традициях «Сверхъестественного» насыпал ее по кругу. Потом, как и в первом случае, просил женщину встать в него для ее же безопасности и, когда она выполняла мою просьбу, начинал громко и заунывно читать заклинание, состоящее, по сути, из просто намешанных в кучу звуков. От этой тарабарщины демоница начинала стонать и пускать по квартире потоки ветра. Затем тональность заклинания достигала критической точки, и в нужный момент Сония резко становилась видимой и бросалась на круг соли, но словно ударившись о стену, отскакивала назад, рассыпаясь в пыль.

Сегодня меня, похоже, ждал второй случай, поэтому, собрав свой магический чемоданчик, я сидел и готовый сорваться в любой момент ждал звонка.

Заиграли вступительные аккорды арии «Ангельская пыль», и я, взяв трубку, доброжелательно произнес.

– Добрый вечер, слушаю вас.

В сети, видимо, были какие-то помехи, голос прерывался.

– Але, это вы занимаетесь странным и непонятным я… уга сказала, что вы можете помочь, я живу одна… но очень. Диктую адрес. Очень срочно. Любые деньги… нок… Всеволожск, Поселковая улица, 98, последний рядом с озером. Жду… – абонент отключился.

Я ожидал звонка, но не мог и представить себе, что Сония способна довести человека до такой истерики. К тому же мы, вроде, работали только в городе.

Эта территориальная привязка объяснялась временным отсутствием у меня машины. Но клиент есть клиент, а это значит, что нужно быстрее выходить из дома и, видимо, брать попутку, потому что я не имел никакого понятия, на каком общественном транспорте можно туда доехать. Так что, одевшись и взяв свой магический чемоданчик номер два, я уже через пять минут ловил машину. Долго стоять не пришлось. Вообще, после экономического кризиса в стране у меня сложилось впечатление, что все владельцы машин переквалифицировались в таксистов. И это абсолютно не зависело от кажущегося на первый взгляд финансового благополучия владельца. Еще десять лет назад, когда, будучи студентом, мне удавалось поймать иномарку, я считал это невероятной удачей, а теперь за небольшую сумму любая, даже очень дорогая машина была к вашим услугам. Так что я совсем не удивился, когда напротив меня остановилась одна из последних моделей ауди, по стоимости превышающей мою квартиру. Нагнувшись в опустившееся стекло, я заглянул внутрь и, поймав взгляд водителя, сказал:

– Всеволожск. Шестьсот рублей. – Но в ответ ничего не услышал и снова повторил фразу, внимательнее вглядываясь в лицо человека. Он кивнул. Я растерялся, столкнувшись с нестандартным поведением. Вроде кивает, но молчит. Он же, видя мою нерешительность, стал энергичнее кивать головой, а потом замычал. Звук был неприятный и какой-то дикий, что ли. И тут я все понял – водитель немой. Взрослый мужик лет сорока пяти, бритый, в дорогом костюме и за рулем хорошей машины. Честно говоря, мне стало немного не по себе. Это как в транспорте встретиться с уродцем или калекой, с одной стороны смотреть неприятно и не красиво, а с другой – так сложно отвести глаза. Но в случае с водителем я не мог не сесть. Я назвал цену, он согласился, и если бы я после этого отказался, то ему сразу бы стала ясна причина. Поэтому, переборов себя, я залез в машину.

Пока мы ехали, я то и дело украдкой бросал на него взгляд, пытаясь понять его, классифицировать. Я всегда так делаю, когда вижу людей впервые, пытаюсь разгадать их до того, как они расскажут о себе сами. Но в этот раз, что бы я ни подумал, мне никогда не узнать правды. А по виду казалось, что человек этот не владелец машины, а что-то вроде дворецкого или слуги у высокопоставленного чиновника, который специально нанял немого, опасаясь разглашения своих темных секретов. И эта мысль каким-то странным образом поднимала мою самооценку на следующий уровень. Казалось, что сейчас этот немой слуга везет своего временного господина, устроившегося в удобном кожаном кресле в машине с отлично работающим климат-контролем и под ровно льющуюся из шести колонок классическую музыку. Но иллюзия длилась ровно столько, сколько мы ехали до названного мною адреса, а ехали мы довольно быстро. Наконец, водитель остановился и сделал движение головой, которое могло значить только одно: «Приехали. Выходи». Я протянул ему деньги и с неохотой вышел из комфортного автомобиля на холодную и неосвещенную улицу.

Прямо напротив меня высился двухэтажный коттедж с горевшим лишь на первом этаже небольшим окном.

Присмотревшись повнимательнее и увидев, что номер соответствует записанному у меня на бумажке адресу, я приосанился, глубоко вздохнул и, расслабляя мышцы лица для лучшей актерской игры в мага, направился ко входу.

– Зззззззззззззззз, – выдал звонок, когда я чуть коснулся кнопки.

За дверью раздались шаги, какое-то шуршание, и женский голос спросил:

– Кто?

– Демонхантер, – ответил я, поудобнее перехватывая магический чемоданчик и отступая на шаг, чтобы меня можно было увидеть в глазок.

– Наконец-то! – раздался вздох облегчения, и дверь открылась.

На пороге стояла довольно молодая, но очень измотанная женщина, руки были опущены и, казалось, немного тряслись.

– Входите, я боялась, что вы уж и не приедете. Долго добирались? – задала она классический вопрос человека, живущего на окраине города.

– Взял такси, – ответил я, снимая неловкость.

– А, – протянула она, – можете не разуваться, проходите так.

Последовав ее предложению, я вышел из прихожей и за хозяйкой пошел в глубь дома. Внутри дом выглядел лучше, чем со стороны неприветливой улицы. Светлые обои, картины в комнатах, современная техника и со вкусом подобранная мебель. Было видно, что женщина хорошо обеспечена, но не кичится этим.

Наконец, мы, миновав пару небольших комнат, вышли на кухню, где она села за стол, жестом приглашая меня присоединиться к ней. Немного помолчала, собираясь с мыслями и устало проговорила:

– Я очень рада, что вы откликнулись, честно говоря, я уже отчаялась и не знала, куда обращаться. Мне никто не верит, а те, кто приезжал из других компаний, на поверку оказывались жуликами, пытающимися нажиться на горе человека. – Она испытующе посмотрела мне в глаза, но, видимо, не найдя там ничего подозрительного, продолжила. – А тут недавно я разговаривала со знакомой, и она рассказала, как вы ей помогли. Я сначала не поверила, но женщина, которая вас рекомендовала, никогда слов на ветер не бросает.

Поэтому я прошу вас, помогите мне.

– Что у вас случилось, на кого жалуетесь? – спросил я, использовав стандартную фразу.

– Я не знаю, – с отчаянием в голосе сказала она. – Это началось не так давно. У Лили появились кошмары. Я просыпалась посреди ночи от ее душераздирающих воплей, бежала в комнату и находила своего ребенка трясущимся от страха.

– Ребенка? У вас есть дети? – удивился я, так как мы никогда не работали с матерями-одиночками.

– Ну да, я ж говорила вам по телефону, – растерянно сообщила она.

– Были помехи, – тихо сказал я, пытаясь привести мысли в порядок. Сония ничего не говорила о детях. К тому же это было одно из моих главных правил, которые я установил в нашем бизнесе, – не пугать детей. Но, видимо, в этот раз суккуб нарушила мои указания, и я чувствовал, что без взбучки не обойтись.

– Будьте добры, расскажите подробнее, – смягчая тон, сказал я.

– Ну вот. Когда я в первый раз спросила, что ее так напугало, то сначала не поверила, списав все на детскую фантазию. Хотя на моем месте так поступил бы любой взрослый человек, ведь нельзя же потакать детским страхам, особенно если твой ребенок рассказывает о каких-то мифических монстрах, пытающихся его укусить. Но в следующую ночь все повторилось вновь. Только теперь моя девочка была еще в худшем состоянии. Ее тело тряслось как в припадке, а из шеи тонкой струйкой текла кровь. Я тут же схватила ее на руки, отнесла в ванную и, ополоснув водой шею, увидала несколько еле заметных точек, которые практически на моих глазах затянулись. Если бы не оставшаяся кровь на моих руках и на кровати, я бы решила, что схожу с ума. Но таким фактам мой рациональный мозг не мог придумать никаких объяснений. Я тогда впала в истерику и принялась звонить в полицию и в скорую. Менты только посмеялись над какой-то психованной дурой, а приехавшие врачи, не найдя на теле дочери никаких следов, прописали мне успокоительные и порекомендовали обратиться к психиатру. Мне никто не верил, понимаете? Никто: ни друзья, ни родственники. Мне самой уже казалось, что я схожу с ума. Но я не сумасшедшая! – практически выкрикнула она и продолжила. – В то же утро я отвезла девочку бабушке, а сама осталась тут одна. Вечером я заперлась у себя в комнате и прислушивалась к звукам в доме. Где-то в три часа ночи раздался странный звук, словно что-то большое и тяжелое прыгнуло на пол, походило по комнате, и все смолкло. Всю оставшуюся ночь я так и не сомкнула глаз. Когда рассвело, я зашла в детскую, но, конечно, там ничего не обнаружила. Дочка до сих пор живет с моей мамой, а я каждую ночь слышу странные звуки, словно кто-то приходит и проверяет, не вернулся ли ребенок. – Она замолчала и, опустив голову, нервно заплакала.

Я сидел напротив нее, не зная, что сказать и как реагировать. Так как, с одной стороны, я для нее был спасителем, который приехал помочь справиться с непонятной бедой, а с другой, как я сам прекрасно понимал, я был одним из тех мошенников, о которых пару минут назад она рассказывала. Конечно, мошенником высокого полета, с личными демонами, но сути это не меняло. Более того, я не мог никак поверить, что демоница могла пойти на такое. Да, Сония не ангел, более того, она высасывает жизнь у мужчин, но чтобы у ребенка – это было слишком даже для нее. Поэтому я должен был как можно быстрее переговорить с демоницей и выяснить, что же она творит. А понимая состояние клиентки, я решил не травмировать ее обычным шоу и дать возможность прийти в себя, пока я, так сказать, буду разбираться с проблемой.

– Прошу прошения, я по телефону не услышал вашего имени? – обратился я к все так же плачущей женщине.

– Елена, – сквозь слезы ответила она.

– Послушайте, Елена, проводите меня в комнату, где спала дочка, а сами пойдите лучше к родственникам или соседям. Пока я буду работать, вам лучше быть подальше. Вы меня поняли?

Она кивнула, вытерла слезы и, чуть качнувшись, поднялась на ноги.

– Пойдемте.

Я проследовал за ней и, миновав коридор, оказался в небольшой комнатке, по-видимому, детской.

– Вот тут, – обвела она рукой комнату. – Вы простите меня, что не сдержалась, но все эти события… – она глубока вздохнула. – Это очень страшно, когда вашему ребенку грозит что-то, чего вы не понимаете и даже не видите.

Я кивнул и, положив руку ей на плечо, сказал:

– Не волнуйтесь, все будет хорошо.

Она благодарно посмотрела на меня и, развернувшись, двинулась из комнаты, но в дверях остановилась и добавила:

– Дом я закрывать не буду, на кухне мой номер телефона, на холодильнике. Как закончите – звоните. И, умоляю вас, будьте осторожны.

Когда за ней закрылась дверь, я выключил свет и, присев на стоящий тут детский диванчик, тихим, но строгим голосом спросил:

– Сония, что это за фигня? Мы же договорились, что ты не будешь трогать детей!

На мою фразу никто не ответил, и она повисла мертвым звуком в темной комнате с мерно тикающими часами. Но я был уверен, что демоница тут, просто, видя, насколько я зол, боится показаться.

– Сония, не прячься, я не собираюсь рвать контракт или что-то еще в том же духу, мне просто нужно серьезно с тобой поговорить. И снова мой вопрос остается без ответа.

«Похоже, все-таки ее тут нет, – подумал я. – А ведь я говорил ей не опаздывать. Все-таки раздолбайка она, надо будет ввести дисциплинарные наказания за опоздание на работу. Но дождаться все равно надо. Тем более, что за окном уже ночь и, видимо, придется заночевать у этой несчастной женщины. Когда все вопросы с Сонией будут утрясены, я смогу честно заверить клиентку, что ее больше никто не побеспокоит.

Прошло пятнадцать минут моего ожидания, и вдруг напротив окна я увидел какую-то тень.

– Ну, наконец-то! – громко произнес я, поднимаясь на ноги. – Сколько можно тебя ждать? – сделал пару шагов вперед и неуверенно остановился. Что-то было не так. Не знаю, что, но фигура была не похожа на мою вечно озабоченную сотрудницу. Даже когда она увеличивает прозрачность тела, ее силуэт остается женственным и тонким. А то, что сейчас перелезало через подоконник, выглядело иначе. Оно было больше, намного больше и все какое-то неровное, бугристое.

– Сония? – значительно тише и неувереннее повторил я.

Фигура вздрогнула, словно только что заметив постороннего, и повернулась, попав под свет луны. Я широко раскрыл глаза и чувствую, как по телу пробегает горячая волна ужаса, как электрический разряд поднимает по всей коже тонкие волоски, а сердце прыгает куда-то в область желудка. Передо мной, практически в пяти метрах, стоит чудовище, явившееся из каких-то древних кошмаров. Высокое сутулое существо, с узкими злыми красными глазами, огромной, на половину морды, вытянутой пастью, усеянной несколькими рядами острых и мелких клыков, выступающих далеко вперед за нижнюю челюсть. Его голова как будто растет прямо из грубо скошенных плеч, за которыми, грузно качаясь, раскинуты два жилистых крыла. Руки, оканчивающиеся длинными и загнутыми назад когтями, как у гориллы, свисают до пола, а мощные полусогнутые ноги, готовые в любую секунду кинуть своего хозяина в бой, на пару сантиметров продавливают пол. Я, превозмогая ужас, делаю несколько шагов назад и упираюсь лопатками в стену. Существо, видя мое отступление, вваливается в комнату полностью, раздувает уродливо торчащие ноздри и, поворачиваясь всем корпусом, обнюхивает пространство вокруг себя, особое внимание уделяя пустой кроватке девочки. Не обнаружив искомое, существо задирает морду кверху и издает отвратительно тонкий крик, от которого трясутся стекла и начинает болеть голова. Я стою у стены, боясь пошевелиться или как-то привлечь к себе внимание. Но монстр и так знает о моем присутствии, он медленно поворачивает морду и устремляет свой жуткий взгляд прямо на меня. Мои руки, трясясь, пытаются нащупать выключатель на стене, но, к своему ужасу, я понимаю, что он с другой стороны комнаты, именно там, где сейчас стоит этот кошмар. И, кажется, он тоже знает об этом, потому что его страшная пасть растягивается в какое-то подобие улыбки, и в следующую секунду я вижу, как он делает шаг в моем направлении. Пол трещит под его весом, а когти, задевая мебель, издают скребущий звук. Я судорожно пытаюсь что-то придумать, но голова отказывается работать, парализованная нереальностью происходящего. Мне хочется закричать, но звук словно запинается о стенки горла, и из моего рта раздается только хриплый кашель. А монстр делает второй шаг, грузно переваливает тело, он не торопится, наслаждаясь страхом, источаемым мною. Он, как вампир, впитывает его, смакует, катает по раздвоенному языку. Еще шаг и я могу уже даже в темноте разглядеть мелкие чешуйки на отвратительной морде существа. Еще один – и я обоняю его мерзкое, вызывающее удушье, трупное дыхание. Последний метр – и гигантская отвратительная фигура, зависая над моим прилипшим потом к стене телом, опускает свою морду, прижимаясь к моему лицу клыками. Слюна монстра капает из пасти и обжигающим кожу ручейком скатывается по моей щеке до шеи. Нервы не выдерживают, и я в каком-то отчаянном рывке подаюсь вперед и впиваюсь зубами ему в глаз. Рот тут же наполняется кислотой, а перед глазами все застилает какая-то пелена. Сквозь нее я слышу или, точнее, чувствую истошный крик боли, потом сильный удар отбрасывает меня к противоположенной стене. Секунду я еще могу разглядеть наступающую на меня фигуру… Вспышка. И я перестаю существовать, теряя сознание.

Не знаю, сколько времени я был в отключке, но первое, что я чувствую, когда прихожу в себя, – это то, что кто-то настойчиво трясет мое безвольное тело, приговаривая:

– Ну очнись же, очнись!

С трудом, ломая корку крови на веках, я разлепляю их и понимаю, что ничего не вижу, вообще ничего, словно я и не открывал их. Паника – первое чувство, которое овладевает мной с момента пробуждения.

– Я ничего не вижу, не вижу, я ослеп! – кричу я, пытаясь свернуть опухший язык в слова, но изо рта вылетает только какое-то мычание, от которого мне становится откровенно страшно. Но я не сдаюсь, я снова и снова пытаюсь рассказать кому-то, кого не вижу, что я ослеп. И так же ничего не получается. Тогда я решаю просто слушать, слава богам, что слух пока со мною. И я превращаюсь в него, пытаюсь, как говорят сами незрячие, компенсировать одним из чувств отсутствие другого. Дается мне это плохо, но, перестав орать, наконец, слышу, что мне говорят.

– Это Сония и Схал, ты нас слышишь? – Я киваю. – Не бойся, мы знаем, что ты ослеп и не можешь говорить, это реакция на кровь Стриги. Вообще чудо, что ты выжил. Если бы мы не успели в последний момент, даже страшно думать, что бы она с тобой сделала.

Я в недоумении поднимаю бровь вверх или мне кажется, что поднимаю. Не знаю, заметили ли они мои потуги мимикой задать вопрос, но, тем не менее, слышу Схала.

– Да, это она, хотя по виду и не скажешь. – Потом он, видимо, отворачивается и обращается к Сонии, так как голос становится приглушеннее. – Нам нужно убрать отсюда это чудище, а нашему герою дать выспаться.

Она, видимо, кивает, так как я не слышу ее ответа, и через секунду чувствую, как сильные, но нежные руки заботливо поднимают меня и несут. Я считаю шаги: один, два, три, четыре, пять… и тут в воображении всплывает картинка наступающей на меня твари. Неокрепшее тело и только что пережитое осознание беспомощности вновь бросают меня в обморок.

За окном утро. Солнце пробивается сквозь занавески и светит мне прямо в глаза, мешая спать. Светит? Я резко сажусь на кровати, распахиваю глаза и понимаю, что я вижу! Зрение вернулось, и я с жадностью голодного зверя впитываю краски, предметы, изгибы теней в комнате. Я был лишен способности видеть какие-то десять минут в полуобморочном состоянии, но эти минуты показались мне вечностью и продемонстрировали, каким великим даром владеет человек зрячий. Но эйфория, придавшая мне сил на короткое время, проходит, и я со стоном падаю обратно. Все тело болит так, словно по мне проехали катком, потом постирали и повесили сушиться. Но мысль, бьющаяся в голове, не дает мне просто лежать и страдать, «я в чужом доме, и с минуты на минуту сюда может войти Елена, а тварь…».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.