Мариам Гвасалия
Выбор сердца

ПРЕДИСЛОВИЕ

Жизнь – это, без сомнения, как многотомный роман, и каждая новая глава в нем начинается с выбора. Эти выборы могут быть совершенно незначительными, почти будничными: предпочтешь ли ты сегодня ароматный кофе или согревающий чай, останешься ли в уютном домашнем гнездышке, погружаясь в любимую книгу, или же решишься выйти навстречу новому дню, полному возможностей и неожиданностей. Но случаются в жизни и моменты, когда выбор кажется таким значительным, что от него перехватывает дыхание, а сердце замирает в предвкушении и тревоге.

Особенно остро это ощущается, когда речь заходит о чувствах, о взаимоотношениях с другими людьми. Мы встречаем на своем пути самых разных людей – одних лишь мельком, других – на долгие годы. Но есть те, кто оставляет неизгладимый след в нашей жизни, кто меняет нас, заставляет взглянуть на мир под другим углом, кто остается в памяти и в душе, даже если его присутствие в нашей жизни было лишь мимолетным, словно яркая вспышка. И именно с такими встречами, с такими людьми судьба часто ставит перед нами самые сложные, порой мучительные вопросы: выбрать между тем, что кажется правильным, рациональным, социально приемлемым, и тем, что по-настоящему важно для твоего сердца, для твоей души. Выбрать между спокойной, размеренной дорогой, где все предсказуемо и безопасно, и той, где каждый поворот таит в себе неизвестность, где бушуют страсти и эмоции, где всё непредсказуемо, но живо, полно энергии и настоящей жизни. Представь, например, выбор между стабильной работой, которая обеспечивает комфорт и безопасность, и мечтой о собственном деле, которое может принести не только финансовую независимость, но и настоящее удовлетворение, но и сопряжено с риском и неопределенностью.

Эта история – не о том, как найти единственно верное решение, как сделать выбор, который не приведет к ошибкам и сожалениям. Она – о том, как научиться слышать себя, свой внутренний голос, среди шума чужих ожиданий, советов и наставлений. О том, как перестать бояться последствий, бояться осуждения, бояться неизвестности. Она – о любви, которая приходит, когда ты позволяешь своему сердцу вести, когда доверяешь своим чувствам, когда открываешь себя миру без масок и притворства. Любовь, которая не ищет, а находит, которая не требует, а дарит, которая не ограничивает, а освобождает.

Потому что счастье – это не математически выверенная формула, не логический расчет, не идеальный сценарий, написанный по всем правилам. Счастье – это не пункт назначения, а сам путь. Оно там, где тебе спокойно и умиротворенно, где ты чувствуешь себя в безопасности и гармонии с собой и окружающим миром. Оно там, где тебя любят безусловно, принимают таким, какой ты есть, со всеми достоинствами и недостатками. Оно там, где рядом – твой человек, тот, кто понимает тебя с полуслова, кто поддерживает в трудную минуту, кто радуется твоим успехам, кто просто есть рядом, и этого достаточно. Тот, кто делает жизнь ярче и полнее, кто наполняет ее смыслом и любовью.

Глава 1

Токийская телебашня светилась в ночи, словно маяк в бесконечном море огней мегаполиса. Наоми глубоко вдохнула прохладный воздух, пропитанный ароматом дождя и горячего кофе из ближайших уличных кафе. Она привыкла к высоким башням – Париж, Рим, воспоминания о детстве. Но Токио… Токио был особенным, особенно в дождливую погоду.

Она достала камеру, привычным движением включила её и поднесла к глазам. Величественная башня в объективе казалась ещё более впечатляющей. Наоми медленно провела пальцем по экрану, выбирая лучший ракурс.

В ее памяти всплыли слова отца: «Наоми, фотография – это не просто фиксация момента, это рассказ. Расскажи мне историю, которую я почувствую, даже не зная слов». Она всегда помнила эти слова.

Она присела на корточки, стараясь захватить в кадр отражение башни в мокром асфальте. Дождь прекратился, и огни города танцевали на поверхности, создавая причудливые узоры. Вот оно! Идеальный кадр. Она нажала на кнопку, и звук вспышки эхом разнесся по ночной улице.

Наоми улыбнулась. В этом снимке была вся суть Токио – футуристичный силуэт башни, устремленный в небо, и хаотичная красота города, отраженная в дождевой воде. История, рассказанная без слов. Она была уверена, что отец бы оценил.

Рядом кто-то остановился.

Чигук поднял телефон, чтобы сделать снимок. Он любил Токио. Любил его ночные огни, улицы, наполненные людьми, которые не обращали на него внимания. Здесь он не был знаменитым актёром из Южной Кореи. Здесь он мог просто быть туристом. Сегодня он пришёл к телебашне после напряжённого дня. Олимпийские игры приближались к финалу, и он, как истинный фанат своей страны, не мог пропустить соревнований. Его голос до сих пор хрипел от криков поддержки, а в кармане лежал билет на следующий турнир по дзюдо. Но сейчас он просто хотел запечатлеть этот момент.

Он поднял телефон, выбрал режим ночной съёмки и сосредоточился на кадре. В этот момент что-то произошло. Резкий толчок. Будто кто-то наступил ему на пятку или врезался в спину.

Наоми почувствовала то же самое – словно чьи-то руки оттолкнули её вперёд. Она едва не уронила камеру, но успела поймать её в последний момент.

Они одновременно обернулись. Глаза в глаза.

Лёгкий ветер растрепал волосы Наоми, а свет от башни отразился в тёмных зрачках Чигука. Мгновение. Узнавание.

– Опять ты?! – хором воскликнули они.

На секунду всё вокруг замерло. В этом огромном городе, среди тысяч незнакомых людей, их пути снова пересеклись. Случайность или судьба?!

Глава 2

Толпа кричала так громко, что звук отдавался в груди, сливаясь с бешеным стуком сердца Наоми. Миллиарды огоньков рассеивались по огромному стадиону, словно ночное небо со звездами. Она крепко сжала руку своей подруги Оливии, чтобы убедиться, что это не сон.

– Мы здесь… Мы действительно здесь! – прошептала Наоми, не отрывая взгляда от сцены.

Огромные экраны вспыхнули яркими всполохами света. Музыка набирала обороты, разогревая атмосферу, и вот – занавес взмыл вверх. Весь стадион будто взорвался: семь силуэтов выстроились на сцене, сияя в лучах прожекторов.

– LUMINA! – раздалось многотысячным эхом.

Группа, ради которой они прилетели через полмира, группа, о которой Наоми мечтала так долго, была прямо перед ней. Но ее внимание принадлежало только одному человеку.

Рейн Джун. Главный вокалист, ведущий танцор и саб-рэпер. Его голос был как шелк, движения – как жидкое пламя. Его русые волосы сияли как колосья ржи, а карие глаза, очерченные темными стрелками, сияли под светом сцены. Когда он запел первую строчку, Наоми почувствовала, как у нее перехватило дыхание.

– О боже, он даже лучше, чем на видео… – пролепетала Оливия.

Наоми не могла ответить, не могла издать ни звука – её голос просто исчез, словно растворился в густой атмосфере зала. Она стояла зачарованная, вбирая в себя каждую ноту, каждое движение, каждый оттенок света, скользящий по сцене. Музыка, казалось, проникала в неё, обволакивая, словно теплый, бархатный туман. Это была не просто песня, это было откровение, сплетённое из звуков и эмоций, которое заставляло сердце биться чаще, а дыхание – сбиваться.

Песня сменилась другой, более лиричной, с нежной мелодией и печальными словами о потерянной любви. Затем последовала энергичная композиция с мощным ритмом и взрывным финалом, заставившая публику вскочить со своих мест и аплодировать стоя. Но Наоми уже не различала времени. Казалось, мир сузился до одной сцены, залитой мягким светом прожекторов, и одного человека – Джуна, стоящего в центре этой сцены, словно божество, излучающего харизму и талант. Она забыла о шумной толпе вокруг, о своих подругах, о том, зачем вообще пришла сюда. Осталась только музыка и он. Его голос, его движения, его взгляд – всё это казалось ей чем-то нереальным, волшебным.

И вот, во время перерыва между песнями, когда свет приглушился, а зал наполнился гулом разговоров, Джун вышел на край сцены, не обращая внимания на аплодисменты, не улыбаясь, не произнося ни слова. Он просто стоял, слегка наклонив голову, и смотрел прямо в их сторону, в ту часть зала, где стояла Наоми. Его взгляд был пронзительным, словно он видел её насквозь, читая её мысли и чувства. Наоми замерла, словно вросшая в землю, не в силах пошевелиться, не в силах отвести взгляд. Сердце бешено колотилось в груди, а в голове царила полная тишина, нарушаемая лишь глухим стуком собственного сердца. Казалось, время остановилось, и в этом мгновении, между ним и ней, существовала какая-то невидимая, но ощутимая связь.

«Нет… этого не может быть…»

Но вот он остановился перед ней, сделав небольшой поклон в знак приветствия. Его карие глаза встретились с ее взглядом.

– НААА-ОООО-МИИИИ! – завизжала Оливия, но это было где-то далеко.

Наоми даже не сразу поняла, что Джун протягивает руку… к ней.

– Телефон? – спросил он по-английски, и её сердце едва не выпрыгнуло из груди.

Она поспешно протянула ему свой телефон, едва не уронив его от волнения. Пальцы дрожали, и она с замиранием сердца наблюдала, как он принимает гаджет. Джун взял телефон, поднял вверх, словно оценивая освещение, и сделал пару селфи – один с легкой, почти незаметной улыбкой, прикрывающей губы, и второй с дерзкой гримасой, демонстрирующей его уверенность и непринужденность. В этих снимках сквозило его привычное обаяние, то, что покоряло миллионы поклонниц. А потом… он подмигнул ей.

Подмигнул.

Ей.

Наоми застыла на месте, словно статуя. Мир вокруг словно замер, заглушив шум толпы, музыку и разговоры. Она почувствовала, как кровь прилила к лицу, вызывая легкое покраснение, и сердце бешено заколотилось в груди, словно пытаясь вырваться наружу. Это был не просто подмигивание, это было какое-то послание, скрытый смысл, который она отчаянно пыталась расшифровать.

Что он хотел сказать? Было ли это случайностью, игривым жестом или чем-то большим? Вопросы роились в голове, не давая ей покоя.

Джун вернул ей телефон, его пальцы на мгновение, казавшееся вечностью, коснулись её руки. Это было легкое, почти невесомое касание, но Наоми ощутила его каждой клеточкой своего тела. Она почувствовала тепло, легкий трепет, и на мгновение ей показалось, что время остановилось. А потом он, не теряя ритма, легко развернулся и ушел обратно к остальным участникам группы, растворяясь в море лиц и вспышек фотокамер, оставив Наоми стоять в оцепенении, с телефоном в руках и вопросом, висящим в воздухе.

– О… мой… Бог… – прокричала Оливия, широко раскрытыми глазами смотря на нее.

Наоми посмотрела на экран телефона, где было запечатлено их общее селфи. В глазах Джуна играл свет, а его улыбка казалась предназначенной только для нее.

Её мечта сбылась! И мир уже никогда не будет прежним.

Стадион медленно пустел, но сердце Наоми все еще бешено колотилось. Толпа фанатов расходилась, кто-то плакал от счастья, кто-то восторженно пересматривал снятые видео, а кто-то просто стоял на месте, не в силах поверить, что это было реальностью.

– Оливия… – голос Наоми дрожал, когда она посмотрела на подругу.

Оливия сжимала её руку так крепко, что костяшки побелели. Ее глаза сияли, а на лице застыла смесь шока и восторга.

– ТЫ. ЭТО. ВИДЕЛА? – наконец выдохнула она.

Наоми кивнула, не в силах сказать ни слова. Она снова и снова открывала на телефоне то самое фото – селфи с Джуном. Казалось, её пальцы дрожали даже сейчас.

– Он подмигнул мне… Он взял мой телефон…Наши пальцы соприкоснулись… – прошептала она.

Оливия взвизгнула и схватила её за плечи.

– Тебе! Джун! Главный вокалист! Самый талантливый, самый харизматичный, самый нереальный человек на планете взял ТВОЙ телефон и сделал с тобой селфи!

Они обе застыли на секунду, а затем громко закричали, переполняемые эмоциями. Люди вокруг оборачивались и смеялись – наверняка многие фанаты сейчас чувствовали то же самое.

– Нам нужно срочно куда-то пойти! – выпалила Оливия – Я не смогу просто лечь спать после такого!

– Давай прогуляемся, – предложила Наоми. – Мне кажется, мне нужен свежий воздух, иначе я просто взорвусь!

Они вышли на улицу, и прохладный ночной воздух Сеула приятно охладил их разгоряченные щеки. Город сиял неоновыми вывесками, улицы были полны людей – даже ночью здесь кипела жизнь.

– Давай сходим на набережную Ханган, – предложила Оливия. – Это недалеко, и там очень красиво ночью.

Наоми согласно кивнула. Они шли по улицам, переполненные эмоциями, и с каждым шагом переживали концерт заново.

– Помнишь момент, когда Джун исполнил сольную партию? – сказала Наоми, закрывая глаза от удовольствия. – Боже, его голос…

– А как он двигался! – добавила Оливия. – Это просто нечто! Мне казалось, что он не человек, а какое-то божество сцены.

Наоми улыбнулась, глядя на свое отражение в витрине кафе. Её щеки всё ещё горели, глаза сияли.

– Мне кажется, я никогда не забуду этот вечер, – сказала она. – Даже если это был всего лишь момент, всего одна секунда внимания… Для меня это целая жизнь.

Оливия обняла ее за плечи.

– Ты только представь… Если уже сегодня произошло что-то настолько нереальное, кто знает, что будет дальше?

Наоми посмотрела на ночное небо над Сеулом и почувствовала, что впереди действительно ждет что-то особенное.

Наоми шла вперед, наслаждаясь свежим воздухом и бесконечным обсуждением концерта с Оливией. Сеул жил своей ночной жизнью: кафе, неоновые вывески, уличные музыканты, теплый свет фонарей. Всё казалось идеальным…

До того момента, пока кто-то буквально не врезался в неё.

– Эй! – возмущённо воскликнула Наоми, едва не падая назад.

Перед ней стоял мужчина в мешковатой куртке, с тёмным капюшоном, низко натянутым на лоб, и с двухдневной щетиной на лице. Он выглядел неопрятно, а от его одежды пахло чем-то затхлым, будто он давно не стирал её.

Мужчина резко поклонился.

– Ты вообще смотришь, куда идёшь?! – Наоми раздражённо скрестила руки на груди.

Не ожидав такой дерзости, мужчина тут же выпрямился.

– Может, это ты будешь смотреть, куда идёшь? – раздражённо отозвался на английском.

– О, отлично! – всплеснула руками Наоми. – Я в прекрасном настроении, а тут какой-то… э-э… бездомный врезается в меня и ещё спорит?!

– Бездомный?! – незнакомец удивлённо поднял брови. – Ты вообще в своём уме?!

– Да, а вот ты, кажется, нет! – не сдавалась Наоми. – Может, тебе стоит следить за собой? Хотя бы причесаться, не знаю…

– Спасибо за ценный совет, мисс Всезнайка! – язвительно парировал он. – Может, вместо того чтобы хамить, ты просто извинишься и пойдёшь дальше?

– Это мне надо извиняться?! – возмутилась она. – Ты врезался в меня!

– Ну, конечно, конечно, во всем виноват я, – саркастично пробормотал он. -Отличный вывод.

– Радует, что ты это понимаешь, – усмехнулась Наоми.

– Чудесно. Надеюсь, больше никогда тебя не встречу.

– Чувства взаимны!

Они обменялись колкими взглядами и разошлись в разные стороны.

– Что это вообще было?! – выдохнула Наоми, пытаясь прийти в себя.

Оливия молчала, не отрывая взгляда от удаляющегося незнакомца.

– Оливия?

– Что-то в нём мне кажется… знакомым… – пробормотала подруга.

– Ты серьёзно? Он выглядит как обычный бродяга, – фыркнула Наоми.

– Вот именно, – задумчиво сказала Оливия. – Что-то в его голосе… или в глазах…

Наоми лишь покачала головой.

– Забудь. Главное, что мы его больше не увидим.

Тем временем Чигук, раздражённо сунув руки в карманы, возвращался на съемочную площадку.

– Я только хотел взять кофе! – пробормотал он про себя. – Какой же глупый поступок – идти одному. Конечно, меня никто не узнал в этом образе, но, если бы кто-то случайно снял меня на видео и потом выложил?

Он вошёл в гримваген¹, где его уже ждали помощники.

– Где кофе? – спросил один из них.

Чигук вздохнул и сел в кресло.

– Забудьте. Я больше никуда один не пойду.

– Что случилось?

– Меня обозвали бомжом.

На секунду повисла тишина. А потом вся команда разразилась хохотом.

– Что?! – захохотал режиссёр. – Это значит, что твой образ действительно убедительный!

– Очень смешно, – буркнул Чигук.

– И кто тебя обозвал?

Чигук откинулся в кресле и усмехнулся.

– Какая-то наглая иностранка…

Помощник захихикал.

– Похоже, кто-то впервые не узнал знаменитого Чигука?

– Да, и впервые кто-то разговаривал со мной, не зная, кто я, – пробормотал он. – Было… даже интересно.

Он задумался на мгновение, вспоминая её огненные глаза и то, как уверенно она отстаивала свою правоту.

– Хотя нет, неважно, – отмахнулся он. – Главное, что я её больше не встречу.

Глава 3

Сеул был жарким. Слишком жарким.

Наоми с наслаждением отпила холодный лимонад и откинулась на спинку стула. Они с Оливией нашли уютное кафе в тени деревьев, скрываясь от палящего солнца. Вокруг раздавались звуки разговоров, звон посуды, негромкая музыка.

– Всё-таки корейская кухня – это что-то невероятное, – сказала Оливия, разглядывая меню. – Я уже не знаю, что выбрать, потому что всё хочется попробовать.

– Да, но никак не могу привыкнуть к их остроте. Возьму себе кимбап и холодную лапшу, – улыбнулась Наоми. – Хотя, если честно, я ещё не отошла от вчерашнего.

Она мельком взглянула на экран телефона. Фотография с Джуном разлетелась по соцсетям, набирая сотни комментариев каждую минуту.

«КАК?! Джун сам взял её телефон??»

«Это реально или фотошоп?»

«Она из какой-то богатой семьи? Как ей так повезло?!»

«Вы видели, как он на неё смотрел?»

– С ума сойти… – пробормотала Наоми.

– Думаешь, он тебя запомнил? – усмехнулась Оливия.

– Ха, конечно, нет, – фыркнула Наоми. – Для него это обычный фан-сервис. А вот я теперь героиня корейского фан-клуба.

– Ну, если что, ты мне автограф дашь, когда станешь знаменитой!

Они рассмеялись, но их смех прервали громкие голоса из дальнего угла кафе.

– Там, кажется, фильм снимают, – заметила Оливия, прищурившись.

Наоми обернулась, но ничего толком не увидела – лишь несколько человек в тёмной одежде и камеру на штативе.

– Интересно, кто снимается… – пробормотала она.

– Может, какая-нибудь дорама? Или экшн-фильм?

– Ладно, я пока схожу в дамскую комнату, – сказала Наоми, задвигая стул.

Уборная находилась внизу, на минус первом этаже. Здесь было тихо, и прохлада приятно охладила кожу после уличной жары. Наоми уже собиралась свернуть в коридор, когда из мужского туалета неожиданно вышел мужчина и врезался прямо в неё.

– Осторожнее! – возмутилась Наоми.

Она подняла глаза… и почувствовала, как её сердце на секунду пропустило удар.

Этот взгляд…

– Ты… – выпалила она.

Он тоже выглядел удивлённым, но быстро сменил выражение лица на раздражённое.

– Ну за что мне это?! – простонал он, закатывая глаза. – Почему во всём огромном Сеуле я встретил именно тебя?! Ты что, знаешь, кто я, и преследуешь меня?!

Наоми фыркнула, скрестив руки.

– Что? Это скорее ты узнал меня, вот и ищешь со мной встречи!

Чигук тяжело вздохнул и провёл рукой по лицу. Теперь он выглядел чуть менее неопрятно, чем в прошлый раз, но всё ещё был с щетиной, тёмными кругами под глазами и небрежно растрёпанными волосами.

– Дай угадаю, – продолжила Наоми. – Ты всё ещё бездомный? Или уже решил найти работу?

– Бездомный?! – Чигук выдохнул сквозь зубы. – Девушка, вы вообще понимаете, с кем говорите?!

– О, конечно! – саркастично улыбнулась Наоми. – С тем самым парнем, который не умеет извиняться, зато отлично умеет сталкиваться со мной в самых неожиданных местах.

– Ха, очень смешно, – хмыкнул он.

Они сверлили друг друга взглядами несколько секунд, прежде чем Чигук устало махнул рукой.

– Всё. Ухожу. Держись подальше от меня, ясно?

– С удовольствием.

Наоми гордо развернулась и направилась в сторону двери, а Чигук бросил на неё последний раздражённый взгляд и поднялся обратно наверх.

Тем временем…

– Что с тобой? – спросил помощник, когда Чигук вернулся на площадку.

– Она опять тут…– пробормотал он.

– Кто?

– Та иностранка! Снова врезалась в меня!

Помощник фыркнул.

– Может, она и правда тебя преследует?

– Чёрт… Надеюсь, больше никогда её не встречу.

Но почему-то внутри у него было странное чувство, что их пути пересекутся ещё не раз.

После обеда девочки решили продолжить исследовать Сеул.

– Кстати, ты слышала, как зовут того актёра, которого снимали? – спросила Оливия.

– Неа, – Наоми пожала плечами.

– Кажется, Кан Чигук.

– Никогда не слышала – задумчиво произнесла Наоми.

– Я тоже – кивнула Оливия. – Ладно, неважно. Пошли дальше покорять город!

И они весело отправились гулять, даже не подозревая, какие сюрпризы их ждут этим вечером.

Ночь в Сеуле бурлила жизнью, пульсируя неоновым светом и ритмами современной музыки. Наоми и Оливия, совершенно случайно оказались на закрытой вечеринке в одном из самых модных баров на крыше, "Starlight Lounge", куда их пригласили новые знакомые – пара дизайнеров, с которыми они познакомились на показе моды. Поднявшись на лифте, они оказались в настоящем оазисе роскоши: панорамные окна открывали захватывающий вид на сверкающий ночной пейзаж города, а в воздухе витал аромат дорогих духов и экзотических коктейлей. Музыка, смесь электронного хауса и K-pop, заставляла тело невольно двигаться в такт. Вокруг царила атмосфера непринужденной элегантности – модные люди в стильных нарядах, обсуждающие последние тенденции и делящиеся новостями из мира искусства и бизнеса. Всё это напоминало декорации к голливудскому фильму, где каждый жест и фраза пропитаны гламуром.

Наоми стояла у барной стойки, медленно потягивая свой "Blue Lagoon" – освежающий коктейль с оттенком морской волны, украшенный долькой лайма и вишенкой. Она пыталась расслабиться и насладиться моментом, но чувствовала себя немного не в своей тарелке, окруженная таким количеством незнакомых лиц. Внезапно, она почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Это было не простое любопытство, а что-то более интенсивное, пронизывающее. Она инстинктивно обернулась и… замерла, словно вросшая в пол.

Джун.

Он сидел в VIP-зоне, расположенной на возвышении, окруженный пестрой компанией друзей и, судя по всему, ребят из группы – мужчин и женщин в строгих костюмах и элегантных вечерних платьях. Они оживленно беседовали, смеялись, но его взгляд был прикован только к ней. Он, один из семи вокалистов "LUMINA", был одним из самых влиятельных и желанных женихов в Южной Корее, и Наоми знала о нем лишь то, что видела в глянцевых журналах и слышала от подруг.

– Этого не может быть – подумала Наоми, чувствуя, как сердце пропускает удар и бешено колотится в груди. – Что он здесь делает? И почему смотрит на меня?

Через секунду, словно в ответ на ее мысли, один из внушительных охранников в черном костюме, с непроницаемым лицом, подошел к ней. Он говорил на едва понятном английском, с легким корейским акцентом.

– Вас хочет видеть мистер Джун – сказал он, не глядя ей в глаза.

Оливия, стоящая рядом, чуть не подавилась своим напитком – игристым розовым шампанским.

– О. Боже. Мой… – прошептала она, широко раскрыв глаза от изумления.

Наоми сглотнула, пытаясь справиться с внезапно подступившим комком в горле.

– Правда? – спросила она, чувствуя, как дрожит ее голос.

Охранник кивнул, не выражая никаких эмоций.

– Иди! – подтолкнула ее подруга, с горящими от любопытства глазами. – Не упусти свой шанс!

Наоми глубоко вдохнула, пытаясь успокоить дрожь в руках и ногах. Она поправила платье – простое черное платье-футляр, которое казалось ей таким скромным в этой роскошной обстановке – и направилась к VIP-зоне, чувствуя на себе десятки взглядов, обращенных на нее. Каждый шаг казался ей неимоверно тяжелым, а сердце стучало так громко, что, казалось, его слышно на другом конце зала. Джун улыбнулся, когда она подошла.

– Я был уверен, что узнаю тебя – произнес он с улыбкой, в которой читалось нечто большее, чем просто вежливость.

– Не думала, что ты вообще вспомнишь – призналась она, потупив взгляд.

– Ты шутишь? Я даже не мог открыть телефон, чтобы не наткнуться на нашу фотографию, заполонившую весь интернет.

Она рассмеялась, тронутая его словами, а он продолжил:

– Так что, расскажешь мне, каково это – проснуться знаменитой в одночасье?

Они оба заразительно рассмеялись, и завязалась непринужденная беседа. Джун оказался обаятельным, веселым и простым в общении, и Наоми чувствовала, как тает под напором его искренних комплиментов.

Тем временем…

Кан Чигук сидел в своём номере, лениво листая соцсети. И вдруг… Он увидел её.

*ФОТО: Джун и… та самая иностранка?!*

– Что?! – он резко сел, увеличивая фото.

Это не могло быть совпадением. Та же девушка, что обозвала его бомжом, была тем самым фанатом, с которым Джун сделал селфи.

Он открыл её профиль.

– Кто ты вообще такая? – пробормотал он, листая фотографии.

Наоми выглядела как обычная туристка из Монако, наслаждающаяся Сеулом. Но что-то в ней зацепило его.

Чигук задумчиво нахмурился.

– Обычная девчонка… – пробормотал он и закрыл страницу.

В то же время…

Оливия скучала, потягивая коктейль, пока Наоми мило болтала с Джуном.

– Так, чем бы себя занять… – пробормотала она и вдруг вспомнила имя…

*Кан Чигук*

– Может, он не такой уж и неизвестный, раз снимается в фильме…

Она открыла поиск и вбила его имя. Через секунду на экране высветилось его официальное фото.

Оливия ахнула.

– Вот почему он мне показался знакомым! Это был он. Тот самый грубый «бездомный», с которым они столкнулись. Ох, Наоми мне за это устроит… – подумала она, оглядываясь в поисках подруги.

Наоми была в эйфории. Джун оказался не просто кумиром с плаката, а живым человеком – теплым, добрым, искренним. Она боялась показаться навязчивой поклонницей.

– Спасибо за чудесный разговор, – улыбнулась она, стараясь скрыть волнение. – Но мне пора, меня ждет подруга.

Джун кивнул и на мгновение нежно сжал ее руку.

– Надеюсь, это не последняя наша встреча.

Наоми лишь смогла кивнуть, чувствуя, как ее сердце бешено колотится, словно пойманная в клетку птица.

Она вернулась к Оливии, сияя от переполнявшего ее счастья, словно солнце, прорвавшееся сквозь тучи.

– Ты не поверишь! – воскликнула она. – Джун…

– А ты не поверишь, КОГО мы встретили днём! – перебила её Оливия, показывая телефон.

Наоми мельком взглянула на экран.

– Ага, здорово… Ладно, слушай, Джун был просто…

Оливия закатила глаза.

– Ну, конечно. Ей сейчас не до этого.

И всё же она была уверена, что рано или поздно Наоми поймёт, с кем именно она ругалась в тот день.

Глава 4

Утро последнего дня в Сеуле выдалось ленивым. Наоми и Оливия сидели в уютном кафе, потягивая латте и глядя на шумные улицы города, который за эти несколько дней стал им почти родным.

– Не хочу уезжать… – протянула Оливия, размешивая сахар в кофе.

– Согласна, – кивнула Наоми. – Здесь столько всего произошло…

Она задумалась. Вся эта поездка казалась сном: концерт, Джун, случайные столкновения, вечеринки… Словно они прожили целую маленькую жизнь в этом городе.

– Чем займёмся сегодня? – спросила Оливия.

– Давай просто гулять без плана, ловить последние мгновения, – предложила Наоми.

И отправились на прогулку. Они шли по узким улочкам старого Сеула, разглядывая лавочки с традиционными сувенирами, пробуя уличную еду, впитывая атмосферу.

На одном из перекрёстков Наоми замедлила шаг. Вдалеке, у выхода из небольшой кофейни, стоял… Чигук.

Теперь он был совершенно другим. Чистый, выбритый, в стильной одежде, с тёмными очками, он выглядел так, как и полагается знаменитому актёру.

Она почувствовала, как её сердце замерло.

– Наоми? – позвала Оливия, замечая её странное выражение лица.

– Там… – Она не договорила.

Чигук поднял голову и посмотрел прямо на неё. На долю секунды их взгляды встретились. Но в этот раз Наоми не стала ничего говорить. Она просто развернулась и пошла дальше.

Чигук слегка прищурился, наблюдая, как она уходит.

– Интересно…– промелькнуло у него в голове. Но он тоже ничего не сказал.

Поздно вечером Наоми лежала в номере отеля, рассматривая фотографии с концерта. Она остановилась на одном снимке. Джун. Его глаза, улыбка, тот момент, когда он подмигнул ей… Она провела пальцем по экрану.

– Это правда было? – подумала она.

Она посмотрела на оповещения. Среди тысяч комментариев и репостов был один, который заставил её сердце снова трепетать. Лайк от Джуна. Она прикусила губу, подавляя улыбку.

– Эта поездка точно изменит мою жизнь…

Наступило утро.

– Ну вот и всё, – вздохнула Оливия, обнимая Наоми в аэропорту.

– Ты уверена, что не хочешь в Токио? – в последний раз предложила Наоми.

– Нет, мне нужно вернуться в Монако. Ты же сама знаешь, мне надо помочь родителям по работе. Но ты… Тебя ждёт что-то особенное, я чувствую.

– Ой, не начинай, – рассмеялась Наоми.

– Позвони, как приедешь, – улыбнулась Оливия.

– Обязательно.

Они разошлись в разные терминалы.

Через час самолёт Наоми взмыл в небо, унося её в новый, неизвестный, захватывающий этап жизни.

Следующая остановка – Токио. Олимпийские игры. И кто знает, какие ещё сюрпризы ждут её впереди?

Глава 5

Наоми почувствовала себя свободной, как никогда. Гул улиц, свет неоновых вывесок, запах свежих тайяки² на углу – Токио оказался еще ярче, чем она представляла. День пролетел в водовороте эмоций: старинные храмы, футуристические небоскребы, шумные рынки.

Но самое неожиданное приключение случилось в районе Сибуя. Наоми решила зайти в небольшой тематический кафе с котиками, чтобы перевести дух. У входа она случайно спутала свою обувь с чужой и только через час поняла, что ее любимые белые кеды стали какими-то новыми и явно не по размеру.

– О, нет… – пробормотала она, осматривая чужую обувь.

– Эм, простите, но кажется, это мои, – раздался смущенный голос позади.

Она обернулась и увидела парня с искренней улыбкой и розовыми волосами. Это был местный блогер, который снимал видео о кафе и совершенно не обиделся на подмену. Вместо того чтобы просто вернуть кроссовки, он пригласил Наоми принять участие в его лайв-стриме, где они устроили шуточную викторину на знание японской культуры. Сотни комментариев, смех, а потом еще и забавные кадры в социальных сетях.

– Неожиданно, но весело, – подумала она.

Вечером, поднимаясь к Токийской башне, Наоми ощущала себя частью города, словно жила здесь всю жизнь. Она не могла не сравнивать её с Эйфелевой башней, вспоминая, как в детстве отец водил её в Париж на такой же променад.

Чигук приземлился в Токио с четким планом: никаких камер, никаких интервью – только город, спорт и свобода. Олимпийские игры уже начались, и даже воздух был заряжен энергией.

Первая остановка – уличные автоматы с капсульными игрушками. Обычная забава, но он втянулся. Третья попытка – и в руках оказался крошечный брелок в виде карася-тайяки.

– Вот это удача, – усмехнулся он.

Дальше он отправился пробовать рамен в маленьком ресторанчике, куда туристы редко заглядывают. Хозяйка, пожилая японка, угостила его особым блюдом, а за соседним столиком какой-то дедушка поделился историями о Токио 60-х годов.

Когда вечер накрыл город теплым светом фонарей, Чигук решил пойти к Токийской башне. Он слышал, что отсюда открывается лучший вид на ночной город.

Дождь начался неожиданно. Теплый, летний, но стремительный, он накрыл улицы Токио, словно город погрузился в мягкую, мерцающую дымку. Люди раскрывали прозрачные зонтики, туристы смеялись, а улицы засверкали в свете неоновых огней.

Наоми не торопилась искать укрытие. Она подняла камеру и начала снимать: капли стекают по стеклу, огни отражаются в мокром асфальте, люди, вместо того чтобы разбегаться, наслаждаются моментом. В этот момент она даже не думала о популярности – просто хотела сохранить это чувство.

Но именно эта спонтанность и зацепила людей. Видео разлетелось по сети, ее подписчики начали расти. На самом деле после её фотографии с Джуном на её аккаунт меньше, чем за 3 дня подписалось около 200 000 человек. Так с микроблогера с 2 000 подписчиками, она уверенно шла к получению статуса макроблогера. Внезапно возросшая аудитория немного давила на девушку, ведь теперь каждый её пост был поводом для обсуждения.

Тем временем Чигук стоял у подножия Токийской башни и смотрел вверх. Дождь стекал по его лицу, прохладные капли касались кожи, и он чувствовал… свободу. Здесь он не был айдолом, звездой, чьей жизнью восхищаются миллионы. Здесь он был просто человеком, растворенным в городе.

Наоми убрала камеру и посмотрела в сторону Чигука. Она не видела его лица, но чувствовала, что он тоже ловит этот момент. Два незнакомца, каждый со своей историей, оказались в одном месте, под одним дождем, в одном городе, который на одну ночь стал для них чем-то особенным.

Дождь прекратился так же неожиданно, как и начался. Воздух стал свежим, а на мокром асфальте отражались огни вечернего Токио.

Наоми, воспользовавшись моментом, подбежала ближе к Токийской башне. Она знала: сейчас идеальный свет, небо еще не совсем темное, но город уже сияет миллионами огней. Идеальный кадр для ее блога.

Чигук тоже решил сохранить этот момент, но не для подписчиков – просто для себя. Он редко выкладывал что-то в соцсети, телефон вообще использовал по минимуму. Но сейчас ему захотелось запечатлеть эту картину: мокрые улицы, отблески фонарей, легкий туман вокруг башни.

И вот, когда оба сосредоточенно пытались поймать лучший ракурс, они, не глядя по сторонам, резко шагнули назад…

Резко шагнув назад, они столкнулись, чуть не потеряв равновесие. Одновременно развернувшись, воскликнули:

– Опять ты?!

Наоми было сложно не узнать. Она выделялась даже среди жителей Монако, а уж в Японии и подавно. Ее бледная кожа контрастировала с зелено-серыми глазами, а рыжеватые волосы, хоть и слегка намокшие после дождя, все равно притягивали взгляд. В любой толпе ее внешность запоминалась сразу.

Чигук же выглядел как типичный кореец – темные волосы, темные глаза. Но вблизи его черты казались особенно выразительными: раскосый разрез глаз, пухлые губы, сияющая кожа. Было что-то в его лице, что заставляло людей невольно задерживать взгляд.

– Боже, ты точно следишь за мной, – первой заговорила Наоми, скрестив руки на груди.

– Нет уж, это ты на меня наступила! – Чигук прищурился. – Ты что, следишь за мной с Кореи? Не можешь меня забыть?

Наоми фыркнула, возмущенно вскинув брови.

– Да что ты вообще о себе возомнил?!

– О, значит, ты все же меня помнишь, – усмехнулся он, не торопясь отводить взгляд.

Наоми открыла рот, чтобы возразить, но вдруг поняла, что и правда помнит. Еще как.

– Помню? Да ты сам ко мне лезешь! – Наоми сердито свела брови.

– Я?! Да это ты вечно на меня натыкаешься! – Чигук возмутился, вскинув руки.

– О, прости, что мой маршрут по Токио совпал с твоим! Я же должна была проверить твой график, прежде чем выходить на улицу!

– Отличная идея, могла бы заранее спросить у моих менеджеров, когда я буду у Токийской башни!

– Ты так говоришь, будто я вообще знаю, кто ты!

– Да ладно?! – Чигук фыркнул. – Ты даже в Корее за мной следила, а теперь прикидываешься?!

– Ты сам себе льстишь!

– А ты…

В этот момент Наоми заметила, что вокруг них образовалась небольшая толпа. Люди достали телефоны, снимая их перепалку, кто-то уже шептался, кто-то явно распознал Чигука.

– О нет… – прошептал он, перехватывая взгляд Наоми.

Не теряя времени, Чигук схватил ее за руку и быстро увел за угол башни, подальше от любопытных глаз.

– Если из-за тебя у меня будут проблемы с репутацией, я тебе этого не прощу, – процедил он, прижимая ее к стене, чтобы они оставались вне поля зрения камер.

Наоми резко вырвалась.

– Вообще-то это ты меня взял за руку и поволок сюда! Если у кого-то и будут проблемы, так это у меня!

Они замерли, тяжело дыша после внезапного побега. Наоми впервые увидела Чигука таким – серьезным, даже немного нервным. Он провел рукой по своим волосам, убирая мокрые пряди со лба.

– Черт, теперь это точно окажется в сети… – пробормотал он.

Наоми усмехнулась.

– Ну, прими это как часть своей звездной жизни. Или боишься, что фанаты решат, будто у тебя со мной роман?

Чигук хмыкнул, покачав головой.

– Нет, я боюсь, что они решат, будто мы ссоримся, и придумают кучу слухов.

Наоми посмотрела на него с прищуром.

– Ну, а разве мы не ссоримся?

– Мы… – он вздохнул, – мы всегда так общаемся?

– Похоже на то.

Она на секунду задумалась.

– Надеюсь, это не увидит Джун… – тихо пробормотала Наоми, но Чигук все равно расслышал.

Он резко повернулся к ней, прищурив глаза.

– Джун? Солист «LUMINA»?

Наоми вскинула голову, глаза загорелись надеждой.

– Да! Ты его знаешь?

– Конечно знаю, – Чигук усмехнулся. Мы с ним часто пересекаемся по работе.

– Что?! – Наоми ахнула, ее сердце забилось быстрее. – Как думаешь, если он увидит это видео, он же не поймет неправильно?

Чигук фыркнул.

– Подожди… Тебя серьезно волнует, что он подумает?

– Ну… – она замялась.

– Он вообще тебя запомнил? – равнодушно спросил он.

Наоми вспыхнула.

– Ну, ты же меня запомнил? – неожиданно выпалила она.

Чигук застыл, не зная, что ответить. По ее тону было понятно, что она сказала это не просто так. И что-то в ее уверенном взгляде его зацепило. Наоми скрестила руки на груди, раздраженно смотря на Чигука. Он выглядел слишком довольным, словно ему нравилось доводить ее до бешенства.

– Ну, если ты его преследуешь так же, как меня, то, конечно, он тебя запомнит, – рассмеявшись, сказал Чигук.

– Да не преследую я тебя, вот пристал, – буркнула Наоми, стараясь перевести разговор в другую сторону.

Чигук ухмыльнулся, глядя на нее с явным интересом.

– То есть это судьба?

Наоми моргнула, не сразу поняв, о чем он.

– Что?

– Ну, если ты не специально оказываешься там же, где я, но это все равно происходит… значит, судьба? – он поднял бровь, дразня ее.

Она закатила глаза.

– Судьба? Ох, пожалуйста, только не начинай…

– А что? Ты не веришь в судьбу?

– Верю, – пожала плечами она. – Но не в такую.

– А в какую?

Наоми задумалась, но прежде, чем она успела ответить, ее телефон громко завибрировал в кармане. Она быстро достала его и увидела поток уведомлений.

– О нет… – прошептала она, начиная открывать комментарии.

– Что такое? – Чигук заглянул через плечо, но Наоми быстро прижала телефон к груди.

– Мы в трендах… – простонала она.

– Что?! – он нахмурился и выхватил у нее телефон.

На экране красовался хештег #Чигук_и_неизвестная_девушка, а видео, снятые туристами у Токийской башни, уже разлетелись по соцсетям. На некоторых роликах было видно, как они ссорятся, на других – как он хватает ее за руку и уводит в сторону.

– Черт… – выдохнул Чигук, проводя рукой по лицу.

– Да уж, и не говори, – Наоми нервно кусала губу.

– Теперь фанаты решат, что у нас роман, или что я ору на случайных девушек посреди Токио, – пробормотал он.

– Или что я твоя бывшая… – добавила Наоми, читая заголовки.

Чигук скривился.

– Великолепно.

Они стояли в тени Токийской башни, вдали от толпы, но это уже не имело значения. Интернет видел их. Интернет уже решил за них.

Наоми тяжело вздохнула.

– Может, просто притворимся, что ничего не случилось?

– Да, конечно, просто игнорировать тренды в соцсетях, – Чигук саркастично улыбнулся. – Прекрасный план.

Она нахмурилась.

– Ну а что ты предлагаешь?

Чигук задумался, потом глубоко вздохнул и посмотрел на нее.

– Ладно. Ты уж точно не первый человек, с кем меня связывают слухами. Но если тебе это как-то вредит, можем что-то придумать.

– Мне это не вредит… – медленно ответила Наоми, глядя в экран.

Чигук молча ждал, пока она поднимет на него глаза.

– Хотя… – она усмехнулась.

– Что?

– Если уж мое имя появилось рядом с твоим, почему бы не использовать это себе во благо?

Чигук прищурился.

– Ты что-то задумала.

– Ага, – Наоми улыбнулась. – Ты ведь сам сказал, что слухи неизбежны. Так давай сделаем так, чтобы они работали на нас.

Глава 6

Соцсети буквально взорвались. Видео с Токийской башни разлетелось по всему интернету, вызывая бурные обсуждения. Кто-то утверждал, что Наоми – новая девушка Чигука. Кто-то уверял, что она давно встречается с Джуном. А самые смелые предполагали, что она играет на два фронта.

Имя Наоми теперь мелькало везде. Еще вчера ее подписчиков было меньше 300 тысяч, а сегодня эта цифра перевалила за 400 тысяч.

– Черт, – пробормотала она, пролистывая комментарии. – Это уже не остановить.

Чигук сидел напротив, скрестив руки на груди.

– Ну, ты ведь хотела хайпа, вот и наслаждайся.

Она прищурилась.

– Это ты предложил что-то придумать.

– Ну и придумал, – Чигук ухмыльнулся и помахал телефоном.

Он уже связался со своей командой, и они оперативно разработали стратегию. Официальное заявление гласило: Наоми – актриса из Монако, а их ссора у Токийской башни была всего лишь сценой из нового фильма.

Пост набрал миллионы лайков и комментариев.

«ЧТО?! Они снимаются вместе?!»

«Какой фильм? Почему никто не знал?»

«Значит, это была постановка?!»

«Кто режиссёр?»

Люди были в шоке. Одни радовались, другие возмущались, но главное – обсуждения не прекращались.

– Теперь все ждут анонса фильма, которого не существует, – с усмешкой сказала Наоми, глядя на Чигука.

– Так пусть ждут, – пожал плечами он. – Главное, что скандала нет.

Но пока они наблюдали за реакцией фанатов в Интернете, в другом конце мира один человек внимательно смотрел на экран.

– Мы срочно едем в Токио! – решительно заявил Джун, отрываясь от телефона.

В его гримерке воцарилась тишина.

– Джун… – начал его менеджер, нахмурившись. – У тебя концерт в следующем месяце. Ты не можешь подвести команду.

– Я поеду на один день. Никто ничего не узнает – уверенно сказал он, не отводя глаз от зеркала.

Помощник осторожно посмотрел на него.

– Это все из-за той иностранки?

Джун провел рукой по волосам, задумчиво всматриваясь в свое отражение.

– Она особенная. Я чувствую это.

Помощник вздохнул.

– Это безумие. Ты только утром прилетел в Австралию, и уже летишь обратно?

– Возможно это звучит безумно! – усмехнулся Джун. – Но я должен ее увидеть.

На следующий день на стадионе царила атмосфера волнения. Болельщики с разных уголков мира собрались, чтобы поддержать своих спортсменов на олимпийских играх по дзюдо. Разноцветные флаги, крики болельщиков, спортивная энергия витала в воздухе. Все это было настолько ярким и захватывающим, что Наоми сразу ощутила эту непередаваемую атмосферу – единение людей ради спорта.

Она уже почти добралась до своего места на трибуне, когда увидела его. Чигук сидел в самом конце сектора, скрываясь за обычными трибунами, в неприметной кепке и темных очках, с видом, который явно кричал: «НЕ ХОЧУ ПРИВЛЕКАТЬ ВНИМАНИЯ». Наоми не могла поверить своим глазам.

– Невероятно. Ты и здесь меня нашла? – сказал Чигук, заметив ее приближение.

Наоми приподняла одну бровь, села рядом с ним, не скрывая удивления.

– Откуда я могла знать, что такая звезда, как ты, возьмет себе билет не в ВИП-зону, а на обычный сектор? – ответила она, разводя руками и улыбаясь.

Чигук слегка фыркнул, усмехнувшись в ответ.

– Потому что я не хотел привлекать к себе внимания, – произнес он с долей иронии, пытаясь скрыть свою улыбку.

– О Боже, это точно какая-то шутка, – сказала Наоми, усаживаясь рядом с ним и внимательно смотря на его странное поведение. Она почувствовала, что не может не поддразнить его. – А ты правда думал, что сможешь так сидеть, как обычный зритель и никто не заметит? Разве ты не понимаешь, кто ты?

Чигук на секунду застыл, а потом подхватил кепку и надел её так, чтобы она закрывала глаза, а затем еще и темные очки.

– Подстрахуюсь-ка я, – сказал он с усмешкой, явно стараясь выглядеть как можно менее заметным.

Наоми засмеялась, наблюдая, как он пытается скрыться в маске. Это было смешно. Вряд ли кто-то в Токио мог не узнать его, особенно на таких массовых мероприятиях, как Олимпийские игры.

– Вижу, ты полностью готов к инкогнито, – подтрунивала она. – Ты что, думаешь, если ты сядешь тут в кепке, то никто тебя не заметит?

Чигук лишь пожал плечами, его взгляд был скрыт за темными очками, но можно было догадаться, что он все же наслаждается этим моментом. Слишком много внимания на его жизнь. Но что-то в ее компании заставляло его забывать обо всем: о том, что он знаменит, и как ему нужно было следить за каждым своим шагом.

– Ты правда хочешь сидеть рядом с таким «неприметным» парнем? – спросил он с улыбкой, заметив, как она смотрит на него с выражением легкого удивления.

Наоми не ответила сразу. Она подумала, как легко теперь они общаются, как будто эти случайные встречи уже стали частью чего-то большего. Возможно, их странное сближение и обмен любопытными взглядами – это что-то, что перерастет в нечто большее.

– Почему бы и нет? – наконец ответила она. – Я как раз хотела посмотреть на игру с таким удобным видом. Кто знает, может быть, жизнь привела меня сюда по причине, которую я еще не осознала.

Чигук тихо рассмеялся. На мгновение у них произошло странное взаимопонимание – как два человека, которые уже прошли через несколько стадий знакомства и теперь чувствовали себя более расслабленно, несмотря на весь этот хаос вокруг.

На стадионе раздался громкий крик болельщиков, когда один из спортсменов сделал захват и вышел вперед. Наоми и Чигук оба повернулись к татами, чтобы следить за моментом. В этот момент их мир сжался до двух людей, сидящих рядом, в одном секторе, на фоне Олимпийского события, которое казалось таким далеким от их личных переживаний.

– Ну что, нравится? – сказал Чигук, подкидывая вопрос как будто между их словами было нечто большее, чем просто разговор о дзюдо.

Наоми не сразу ответила, ее глаза искрились любопытством. В ответ она только улыбнулась.

– Да, мне нравится.

– Ты серьезно болеешь за всех или только за тех, кто из твоей страны? – подмигнул Чигук, когда они следили за турниром.

Наоми усмехнулась и посмотрела на него.

– Я просто люблю спорт. И, если честно, я не знаю, за кого конкретно болеть. Но, кажется, мне нравится этот парень из Южной Кореи, – сказала она, указывая на молодого дзюдоиста, который уверенно вел бой.

Чигук повернул голову и присмотрелся.

– Да, он выглядит уверенно. Ты видишь, как он двигается? Находчивый, н в то же время спокойный… явно знает, что делает.

Наоми кивнула, следя за каждым движением спортсмена.

– Именно. У него такая решимость в глазах. Он не только хочет победить, он точно знает, как это сделать. И это привлекает.

– Знаешь, на самом деле, я тоже болею за него. Он из Южной Кореи, и такие моменты заставляют гордиться своей страной. Но мне кажется, он реально заслуживает победы, – сказал Чигук, чувствуя, как азарт растет.

Они оба смотрели, как корейский дзюдоист делает решающий захват. На трибунах было тихо, все напряженно следили за моментом. Когда спортсмен повалил своего соперника, стадион взорвался аплодисментами.

– Он сделал это! Он выиграл! – воскликнула Наоми, подскакивая на месте от радости.

Чигук встал, поднимая руки.

– Да! Это победа!

Не сдерживая эмоций, они оба начали хлопать, их глаза сияли от счастья. И в тот момент, когда они посмотрели друг на друга, улыбаясь, неожиданно, на фоне всей этой радости, они одновременно бросились в объятия.

– Ты правда болела за него! – рассмеялся Чигук, обнимая ее, не ожидая такого импульсивного момента.

– Конечно, болела! Это такая невероятная победа! – Наоми улыбнулась, чувствуя, как эмоции переполняют её.

Они на мгновение замерли, осознавая, что этот момент был чем-то большим, чем просто случайной радостью. Их объятия, случайно случившиеся на фоне этого спортивного триумфа, казались чем-то естественным и даже немного волнующим.

Когда они отстранились, оба почувствовали, что их связь стала немного глубже. И неважно, что именно привело их к этому моменту – радость за победителя, неожиданное сближение или просто момент счастья. В этот момент всё было важно.

После того, как они вышли со стадиона и начали медленно идти по улице, обсуждая яркие моменты боя, атмосфера была наполнена радостью. Оба обсуждали каждый захват, каждый момент напряжения в бою, который закончился победой их любимого спортсмена.

Выходя на улицу, Чигук и Наоми ещё долго обсуждали яркие моменты с Олимпийских игр.

– Ты видела, как он перехватил тот захват? Это было невероятно! – сказал Чигук, увлеченно рассказывая.

– Я знаю! Он буквально почувствовал момент. Это так красиво, когда спортсмены настолько уверены в себе. Я просто восхищена! – ответила Наоми, продолжая восхищаться.

Но внезапно телефон Чигука зазвонил, и он с удивлением посмотрел на экран.

– Кто это? – спросила Наоми, заметив его реакцию.

Чигук на мгновение замер, потом быстро отошел в сторону, взяв трубку.

Наоми продолжила идти, но спустя несколько секунд заметила, что Чигук стоит на месте и разговаривает на корейском. Разговор был коротким, и она почувствовала, как его напряжение передается через его стойку.

Чигук вернулся и с почти невозмутимым видом сказал:

– А твой принц и правда тебя запомнил.

Наоми, удивленная, остановилась и с удивлением посмотрела на него.

– О ком ты? – спросила она, не понимая, о чем идет речь.

Чигук, подмигнув, ответил:

– Джун. Он здесь. Ждет тебя!

Слова Чигука прозвучали так неожиданно, что Наоми не могла поверить.

– ЧТОООООО?!!!!! – крикнула она, не веря своему счастью. – Ты мне не врешь???

Чигук улыбнулся, его лицо проявляло несколько игривое выражение.

– Нет, не вру. Он ждет в машине, пошли. – Он сделал жест в сторону парковки.

Наоми стояла, не зная, как реагировать. Её сердце забилось сильнее, она не могла поверить, что все это происходит. Джун. Сам Джун. Тот самый, о котором она думала так часто, и вот он – на самом деле здесь. В Токио. Ожидая встречи с ней.

– Ты серьезно?! – спросила она, снова проверяя, не шутит ли Чигук.

Чигук только кивнул.

– Да, пойдем. Тебе не стоит терять момент.

– Но откуда он узнал, что мы вместе?

– Не задавай лишних вопросов.

Они сели в затонированный минивэн, и воздух внутри был тяжелым от молчания. Чигук устроился на сиденье напротив, наблюдая за ними. Джун сидел рядом с Наоми, его уверенная поза и мягкая улыбка сразу же начали работать на него – он был мастером расположения к себе, это было видно. Наоми сидела рядом, смотрела на Джуна с явным интересом, а его комплименты, казалось, только усиливали этот эффект.

– Наоми, ты не представляешь, как ты выделяешься среди всех. Я никогда не встречал такой необычной девушки, как ты. Твои глаза, так светятся! – сказал Джун, его голос был мягким и уверенным.

Наоми смутилась, но тут же улыбнулась, явно польщенная.

– Спасибо, это очень мило с твоей стороны, Джун. Ты сам тоже… ну, ты сам знаешь, какой ты – всегда на виду. – ответила она с легким смехом.

Чигук сидел с ощущением, что его плечи сжимаются, а воздух в машине становился все более плотным. Он пытался скрыть свою реакцию, но внутри него что-то бурлило. Он никогда не был таким ревнивым, но сейчас чувствовал это странное беспокойство, которое не давало ему покоя. Как-то слишком быстро Наоми захватила внимание Джуна, и Чигук не мог понять, почему это так его задевает.

Он знал Джуна. В прошлом их многое объединяло, но их пути разошлись. Джун всегда был по ту сторону баррикад – для него отношения были игрой, а девушки – забавой. Чигук никогда не верил в то, что Джун может искренне заинтересоваться кем-то. Для него это было просто игрой, а Наоми очередной пешкой в его коллекции. И вот сейчас, сидя рядом с ними, Чигук не мог отделаться от ощущения, что она тоже всего лишь фрагмент его очередной игры.

Чигук старался быть неприметным, но не мог не заметить, как Наоми отвечала на его комплименты. Он видел, как она расслабляется рядом с Джуном, как светятся её глаза. Это беспокоило его. Она так легко с ним общалась, даже слишком легко. Он не понимал, как она может быть такой беззащитной, не замечая, как Джун манипулирует ею.

Но Чигук был жёстким. Он не ставил никого и ничего выше своей карьеры. Он знал, что его жизнь – это сложная игра, в которой нет места для слабостей. Но сейчас, когда он сидел рядом с ними, что-то внутри его менялось. Это было странно. Его сердце начинало биться быстрее, а его мысли метались от одного к другому. Он не ставил девушку выше карьеры, но почему-то для Наоми это было иначе. Она заставляла его чувствовать, что он может потерять что-то важное. Не понимая, почему это его так волнует, Чигук хотел выйти, скрыться от их разговоров, уйти подальше. Но не мог. Он остался, сидя с ними, пытаясь сдержать себя, не дав эмоциям овладеть им.

Тем временем Джун продолжал говорить, его голос был мягким и чарующим.

– Ты, Наоми, должна мне помочь, – сказал он, слегка наклоняясь вперед. – Давай ты проведешь для меня экскурсию по Токио. Может, покажешь все свои любимые места?

Наоми была польщена. Ее глаза заблестели, и она с улыбкой ответила:

– Это будет здорово! Я бы с удовольствием показала тебе Токио. У меня есть несколько мест, которые мне очень нравятся, и, думаю, тебе тоже понравится.

Чигук видел это. Он видел, как Джун ловко подбирал слова, как он манипулировал ею, но он не мог ничего сделать. Не знал, что делать.

Джун на мгновение перевел взгляд на Чигука и заметив его напряжение, он подмигнул ему.

– Что скажешь, Чигук? Ты тоже с нами? – спросил он, словно между ними не было никакой дистанции.

Чигук посмотрел на него, пытаясь скрыть свои чувства, но ему было тяжело. Он почувствовал, как его сердце учащенно бьется, но не хотел показывать, что внутри он разрывается.

– Почему бы и нет? – ответил Чигук, пытаясь сохранить нейтралитет в голосе. – Я тоже хотел бы посмотреть на Токио.

Наоми, не заметив скрытого напряжения между ними, радостно улыбнулась и кивнула. Она уже не заметила, как быстро всё это произошло, как легко её увлекли в этот мир, где за каждым углом скрываются новые лица и желания.

Чигук не мог отделаться от чувства, что теряет что-то важное, что он находится на каком-то перекрестке своих эмоций, и пока не до конца понимал, как двигаться дальше.

Глава 7

Джун с улыбкой посмотрел на Наоми, когда они подошли к вертолетной площадке. Его лицо было спокойным и уверенным, как всегда, и его роскошная идея путешествия на частном вертолете была очередным шагом к тому, чтобы покорить сердце девушки.

– Думаю, это лучший способ увидеть Токио – сказал Джун, приоткрывая дверь вертолета и жестом приглашая Наоми войти. – Кто бы мог подумать, что ты окажешься здесь, в Токио, со мной?

Наоми стояла и смотрела на вертолет, словно не веря своим глазам. Это было настолько неожиданно и роскошно, что даже стало немного неловко.

– Это… это просто невероятно – сказала она, не скрывая своего удивления. – Я никогда не думала, что буду летать на вертолете над Токио.

Джун, как всегда, казался расслабленным и уверенным в себе.

– Я всегда предпочитаю делать всё на высшем уровне – ответил он, усмехнувшись. – Я хочу, чтобы ты увидела всё с самой лучшей стороны.

Наоми хоть и испытывала небольшое замешательство, но она не могла отказать себе в удовольствии. В конце концов, кто бы не хотел испытать что-то подобное?

Она села в вертолет, а Джун присоединился к ней. Вертолет быстро поднялся в воздух, и Токио раскрывался перед ними в полном великолепии. Огромные небоскрёбы, мерцающие огни, бескрайнее море людей – всё это казалось чем-то недостижимым и в то же время завораживающим.

Тем временем, Чигук молча следил за ними, сидя немного в стороне. Его роль сводилась к тому, чтобы просто сопровождать их. Он не был частью их праздника, не был частью их восхищения от роскоши, которая окружала их. Он наблюдал, как Наоми с улыбкой и удивлением смотрит на Джуна, но его собственное сердце сжималось.

Он чувствовал, как с каждой минутой его присутствие становилось всё менее значимым. Джун предлагал ей шикарный отдых, внимание, которого она, очевидно, заслуживала, но Чигук не мог не заметить, что на самом деле Наоми, хоть и восхищалась этим моментом, была немного отстранённой, как будто на неё давил весь этот роскошный и гламурный мир.

Вертолет пролетал над Токио, и Джун продолжал рассказывать Наоми о своих впечатлениях от города, изредка бросая взгляды на Чигука, который сидел, отгороженный от них, в своём мире.

Чигук не был уверен в том, что происходит. Он знал, что Джун – настоящий ловелас, и его легкость в общении, несомненно, вела к быстрому увлечению. Но ему было обидно, что для Наоми это было чем-то новым и неизведанным, тогда как для него такие моменты были частью жизни.

Он вспоминал, как Наоми в первый раз встретила его. Она была такая живая и искренняя. Почему-то в этот момент он подумал, что на самом деле никто не был готов к тому, что ожидало их впереди. И, несмотря на все свои переживания, он чувствовал, что должен быть рядом, хотя его чувства к Наоми становились всё более сложными и запутанными.

Он пытался не вмешиваться в разговор и не показывать, что его беспокоит, но внутри ему было тяжело. Каждый взгляд, каждый комплимент Джуна, который он щедро дарил Наоми, причинял ему боль. Он знал, что Джун, как и всегда играет в свою игру. Но тут было нечто большее. Наоми не должна была стать очередной игрушкой в его руках, как это случалось со многими другими.

На протяжении всей поездки Наоми смотрела на Джуна с нескрываемым восхищением. Он всё говорил и говорил, словно не замечая, как Чигук молча и грустно следит за ними. Для Джуна это был просто день, для Наоми – настоящий праздник.

Но для Чигука это была жестокая игра, в которой он не хотел быть игроком. В глубине души он всё равно продолжал надеяться, что он может защитить её от всего этого – от иллюзий, которые создавал вокруг неё Джун. Но он знал, что не мог быть с ней таким, каким был бы ей нужен.

Когда вертолет приземлился, Наоми улыбнулась, но её улыбка была какой-то утомленной. В её глазах было что-то более серьёзное, чем просто восхищение от увиденного.

– Джун, это было потрясающе. Ты не представляешь, как это здорово, – сказала она, но её голос был немного приглушённым.

Чигук не мог понять, что происходило внутри неё, но он знал одно: ей нужно было больше, чем роскошные жесты и комплименты. Что-то в её душе оставалось не заполненным, как пустота, которую невозможно заполнить подарками.

Джун выглядел довольным собой и был готов продолжить делать всё для того, чтобы удержать её внимание. Но Чигук уже знал: сейчас он был тем, кто мог стать её защитой, если бы только она позволила.

На некоторое время Наоми отошла от мужчин, чтобы поговорить по телефону с Оливией, она не могла скрывать эмоций и ей было необходимо срочно поделиться с последними новостями с подругой. Чигук и Джун остались наедине.

– Ты всегда так с девушками? – наконец спросил Чигук, его голос был холодным, но с едва заметным раздражением. – Просто играешь с ними, как с игрушками, а потом бросаешь, когда они тебе уже не интересны?

Джун засмеялся, но в его смехе не было обычной уверенности. Он отвёл взгляд и закусил губу, как бы пытаясь скрыть растерянность.

– Не такое уж я и чудовище, как ты меня описываешь, – ответил Джун, его голос был мягким, но чуть менее уверенным. – Я не могу контролировать, как она ко мне относится. Но она как никто другой смотрит на меня, и это реально волнует. Ты же понимаешь, что я имею ввиду?

Чигук не был уверен, что понимает, о чём говорит Джун. Он наблюдал за ним, его взгляд становился всё более напряжённым.

– Ты всё равно играешь. Ты же всегда был таким. Ты не можешь просто остановиться и быть честным с ней, правда?

Джун отвернулся, и на его лице появилась короткая тень задумчивости. Но через мгновение он снова вернул свою обычную уверенность.

– Это не так просто, Чигук. Ты ведь знаешь, как тяжело быть в моей шкуре. Я не могу позволить себе жить так, как живут обычные люди. Но с ней я как будто становлюсь немного другим. Она… она заставляет меня чувствовать себя живым.

Чигук мог бы добавить ещё много слов, чтобы объяснить Джуну, как его поступки могут ранить Наоми. Но он понимал, что сейчас это бессмысленно. Джун был закрыт и не готов воспринимать чужие слова всерьёз. Он играл в свою игру, и всё, что оставалось Чигуку, это наблюдать.

В этот момент Наоми вернулась, её лицо было немного осветлено улыбкой, когда она подошла к ним, но в её глазах была заметная настороженность.

– Всё в порядке? – спросила она, взглянув на обоих мужчин, которые молчали.

Чигук молча кивнул, но внутри него было чувство беспокойства. Он видел, что Джун искренне заинтересован в Наоми, но он также видел, как тот не может быть с ней честным. И это было самым опасным – её чувства могли быть искренними, а его – лишь игрой.

Джун, заметив её взгляд, снова улыбнулся и повернулся к ней.

– Да, всё отлично. Просто немного обсудили кое-что – его улыбка была лёгкой, но в её тени скрывалась какая-то тень.

Наоми, хоть и не зная, что происходит на самом деле, снова улыбнулась, пытаясь развеять возникшее напряжение.

– Ну что, может, пора двигаться дальше? – предложила она, и её голос был полон лёгкости. Но она уже не была такой беспечной, как раньше.

Чигук кивнул, но его мысли были далеко. Он знал, что её сердце было открыто для Джуна, но в глубине души он не мог принять этого. Он хотел быть для неё тем, кто её понимает, кто её защищает. Но в этот момент ему оставалось лишь наблюдать за тем, как Джун всё более уверенно завоёвывает её внимание.

Город уже утопал в ночных огнях, а в воздухе витал запах дождя, который прошёл несколько часов назад. В этот момент Джун предложил Наоми и Чигуку посетить одно из самых эксклюзивных мест в Токио – ресторан с террасой на крыше, откуда открывается панорамный вид на весь город. Это место было скрыто от глаз большинства туристов, и попасть туда можно было только по приглашению.

– Здесь тихо и красиво, – сказал Джун, когда они подошли к закрытой двери с минималистичной вывеской. Он повел их внутрь, и перед ними открылся совершенно уникальный интерьер, с огромными окнами, через которые виднелся весь Токио, усыпанный огнями.

Здесь не было шумных компаний или толп людей – только небольшие группы людей, спокойно наслаждающихся ужином. Сервировка стола была безупречной, а атмосфера создавалась туманным светом и приглушённой музыкой. Наоми, немного ошеломлённая, оглядывалась, чувствуя себя как в фильме.

Джун обратился к ней с нежной улыбкой, её взгляд не мог не задерживаться на его внимании.

– Приятно видеть, что ты всё это ценишь, – сказал он, заметив, как её глаза искрились от восхищения.

Наоми почувствовала лёгкое волнение, но её взгляд всё-таки скользнул на Чигука. Он стоял немного в стороне, молчаливо наблюдая. Этот вечер, казалось, становился всё более напряжённым для него.

Как только они сели за стол, Джун продолжил своё внимание, полностью поглощённый Наоми. Он был идеален в роли джентльмена: открывал для неё дверь, предлагал ей лучшие блюда и никогда не забывал сделать комплимент.

Но вдруг, в какой-то момент, Наоми достала телефон, чтобы сделать селфи с Джуном. Она хотела сохранить этот момент – этот вечер был особенным для неё. Но Джун резко потянул её телефон в свою сторону, останавливая её.

– Нет, Наоми, – сказал он мягко, но твёрдо. – Я не хочу, чтобы наши моменты были в сети. Давай оставим это для себя, ладно?

Наоми немного растерялась и, хоть и почувствовала лёгкое разочарование, попыталась улыбнуться. Но она уже знала, что Джун очень осторожен с изображениями в интернете. Это был его способ контролировать свою жизнь и репутацию. На её лице застыла лёгкая тень обиды, и она почувствовала себя немного отстранённой.

Чигук, наблюдавший за всей этой сценой, заметил, как её лицо изменилось, и что-то ёкнуло в его груди. Он чувствовал, что Джун манипулирует моментами, чтобы оставаться в центре внимания, но его внутреннее беспокойство усиливалось. Он молчал, не вмешиваясь, но его взгляд стал более угрюмым.

Но Джун не заметил этого, он быстро перевёл внимание на Наоми, пригласив её на танец.

– Давай, – сказал он, протягивая руку, – это будет романтично.

Наоми, немного колеблясь, приняла его предложение. Они встали и направились к небольшой танцевальной площадке, где тихо играла музыка. В этом пафосном месте, где было так спокойно, их движения казались ещё более выраженными.

Джун начал танцевать с Наоми, очень тактично касаясь её плеч, поправляя её волосы и чуть касаясь её обнажённой шеи. Его пальцы были почти неощутимы, но каждый его жест казался слишком близким и интимным.

Чигук сидел в стороне, его взгляд становился всё более напряжённым. Он не мог скрыть своей злости и раздражения. Наблюдая за тем, как Джун неотрывно фокусируется на Наоми, он чувствовал, что теряет что-то важное.

В какой-то момент, не сдержавшись, он схватил стакан с водой, который стоял на столе, и, резко сжав руку, разбил его, шурша стеклом. Это был почти невидимый для других момент, но на фоне тишины его поступок привлёк внимание. Вода разлилась по столу, и стеклянные осколки разлетелись по полу.

Наоми в испуге обернулась к Чигуку.

– У тебя кровь! – воскликнула она, заметив порез на его руке.

Чигук ничего не ответил, его лицо оставалось безэмоциональным, но взгляд был холодным и яростным. Он смотрел прямо на Джуна, не скрывая своего недовольства. Он был настолько поглощён своим внутренним конфликтом, что не чувствовал боли от раны.

Джун, всё ещё не осознавая всего происходящего, продолжал фокусироваться на Наоми, без всякого сожаления, будто всё происходящее было лишь частью игры.

– Это ничего, – сказал Чигук, спокойно вытряхивая из стакана стеклянные осколки. – Наоми, ты могла бы помочь мне с этим?

Наоми взглянула на его руку, понимая, что сейчас ей нужно действовать. Она не понимала всей напряжённости ситуации, но видела, что Чигук нуждается в её внимании. Слегка растерянная, она предложила помочь.

– Я обработаю твою руку, подожди, – сказала она, направляясь к нему.

Чигук молча наблюдал, как Наоми аккуратно перевязывает его руку. Её движения были мягкими, осторожными, и он не мог не заметить, как её прикосновения вызывали у него странное тепло. Это было что-то новое, не похожее на все те моменты, которые он пережил раньше. Он всегда думал, что умеет контролировать свои эмоции, но теперь, под её лёгкими руками, ему было трудно оставаться равнодушным.

– Ты должен быть осторожнее, – сказала Наоми, касаясь его кожи, – такие вещи не стоит оставлять на самотёк.

Её голос был мягким, и в нём слышалась искренняя забота. Чигук чувствовал, как его сердце бьётся быстрее, и не мог понять, почему этот момент так сильно влияет на него. Обычно он не обращал внимания на такие мелочи, не искал утешения в прикосновениях, но с ней всё было иначе. В её глазах было что-то, что заставляло его чувствовать себя уязвимым, и это пугало.

– Я буду осторожен, – сказал он, но его голос прозвучал почти неуверенно. Это было не в его стиле, но он не мог себя заставить быть твёрдым. В её присутствии всё вдруг казалось не таким простым.

Наоми закончила перевязку и взглянула на него с лёгким облегчением, но её глаза были полны мягкой настороженности.

– Всё готово, – сказала она, отступая на шаг. – Теперь ты можешь не переживать.

Чигук поднял взгляд и встретился с её глазами. Его внутренний конфликт становился всё сильнее, и он не знал, как ему поступать. Он не привык раскрывать свои чувства, тем более перед женщинами. Но перед Наоми всё было по-другому.

– Спасибо, – сказал он, и в его словах прозвучала какая-то скрытая благодарность, которую он редко выражал.

Она улыбнулась ему, но в её улыбке была нотка грусти, как будто она понимала, что в его словах скрывается нечто большее, чем просто благодарность за помощь.

Джун, сидящий неподалёку и наблюдавший за происходящим, заметил эту неловкость между ними. Он, конечно, не мог не понять, что что-то изменилось в их взаимодействии. Хотя он и старался не показывать свои чувства, его взгляд на Чигука стал немного напряжённым.

– Ну что, все в порядке? – спросил он, стараясь вернуть атмосферу лёгкости. – Может, продолжим вечер?

Наоми кивнула, но её мысли были заняты только Чигуком. Она не могла избавиться от ощущения, что между ними что-то произошло, хотя бы на уровне понимания, и это заставляло её чувствовать себя несколько потерянной.

Джун подозвал девушку к себе, прошептав что-то на ухо, после чего Наоми вернулась к столу, опустив голову.

Чигук заметил, как Наоми нервно сжала руки, и понял, что её переживания глубже, чем он думал. Он был готов был сказать ей что-то резкое, но почувствовал, как её искренность и сомнения проникают в его собственные чувства. Он знал, что отношения с Джуном – это не просто романтика, а что-то намного более сложное для неё.

– Что-то случилось? – спросил Чигук.

– Нет – довольно резко ответила девушка, поправляя волосы за ухо.

Чигук перевёл взгляд на её ноги, заметив, что они слегка колеблются.

– Что такое, Наоми? – встревоженно спросил Чигук.

– Джун…

– Что он сделал? – выходя из себя, заговорил Чигук.

– Ничего…но он кое-что предложил…

Чигук напрягся ещё сильнее, понимая о чём дальше пойдёт речь, ведь именно этого он и опасался весь день.

– Понимаешь, Чигук, – девушка посмотрела ему в глаза – да, он нравится мне…но ведь, как певец, а не как мужчина.

Вдруг на лице Чигука появилась едва заметная улыбка.

– Точнее нет… мужчина – он тоже отличный …

Улыбка резко исчезла.

– Если честно он слишком идеальный.

Чигук закатил глаза, не в силах больше выслушивать её речь.

– Тогда что тебя беспокоит? – спросил Чигук.

– Понимаешь ли, я ведь прекрасно понимаю, к чему сводился сегодняшний день. Но я просто…

– Просто что?

– Просто я пока не готова… Для меня это слишком быстро и неожиданно. Всё навалилось так внезапно: его внимание, моя популярность, встреча с тобой…

Чигук вопросительно посмотрел на девушку.

– Я имею ввиду, что слишком много событий произошло за пару дней, я не привыкла к такому.

– Ты говоришь, что не готова, но ты должна быть честной с собой, – сказал Чигук, его голос стал мягче, но в нём была сила, как будто он хотел помочь ей понять что-то важное. – Не позволяй ему манипулировать твоими чувствами. Он может быть идеальным певцом, но, может, он не тот человек, с которым тебе нужно быть.

Наоми вздохнула, и её глаза наполнились растерянностью. Она повернулась к нему, как будто надеялась найти ответы в его словах, но что-то в её взгляде говорило, что она не совсем готова принять их.

– Я знаю, что ты прав, но это сложнее, чем просто сказать "нет". Он выглядит таким, каким он есть, но я всё ещё не уверена, что это не просто видимость. Мне нужно разобраться в этом самой. И, честно, я не хочу быть частью какой-то игры.

Чигук кивнул, понимая её. Он всегда был более прагматичным и не понимал, почему она продолжала сомневаться в том, что было перед её глазами. Но при этом он не мог не заметить, как она переживает, и его собственное сердце отзывалось на её нерешительность.

– Я понимаю, – сказал он. – Но ты должна понять одну вещь: ты не обязана никому ничего доказывать. И если Джун не понимает, что ты хочешь время, то это не твоя проблема.

Наоми сжала губы, как будто пытаясь собрать свои мысли. Она чувствовала, что Чигук прав. Но в её душе всё было запутано, и она не могла просто взять и выбрать решение. Её переживания о Джуне были не такими простыми, как она бы хотела. Это не было просто влечение или романтическая симпатия – это было что-то более глубокое, но в то же время неопределённое.

– Я не знаю, что будет дальше, – тихо сказала она, опуская голову. – Но я действительно не готова прыгать в отношения без полного понимания, что происходит. Мне нужно время.

Чигук взглянул на неё, и его лицо немного смягчилось. Он знал, что ей нужно время, но и сам почувствовал, как её слова задевают его чувства. Ему было сложно признать, что он всё ещё не был готов оставить её в покое, несмотря на то, что она решала сама. Он всё ещё боролся с собственными эмоциями, не зная, что делать дальше.

– Хорошо, – наконец сказал он, чуть помолчав. – Тогда давай я помогу тебе.

– Поможешь? – растеряно произнесла девушка.

– Я скажу, что у нас с тобой вечером планы.

– Вечером…планы…– слегка напугано переспросила девушка.

Чигук понял, что она неправильно его поняла.

– Я имею ввиду, что у нас с тобой могут быть планы относительно кино.

– Кино?

– Джун ведь не знает, что мы придумали легенду с нашим кино, поэтому скажем ему, что сегодня ночная съёмка.

– Оооо, сейчас я поняла о чём-ты. – девушка вновь наполнилась улыбкой и едва слышным смехом.

– Наоми, машина готова, можем ехать! – кокетливо произнёс Джун.

– Джун, на самом деле я…. – девушка вновь растерялась, она не знала, как объяснить ему так, чтобы это не выглядело так, словно, ей просто хочется от него избавиться.

– Этим вечером она занята! – уверенным голосом сказал Чигук.

– И чем же? – усмехнувшись, спросил Джун.

– Ты же знаешь, мы теперь играем в фильме. Сегодня вечером будет съёмка, её нельзя отменить.

– Да, съёмка – неуверенно произнесла Наоми.

– Как жаль! – разочарованно произнёс Джун.

– Да..очень! – одновременно сказали Чигук и Наоми. Переглянувшись, оба улыбнулись.

– Наоми, запиши свой номер, я позвоню тебе.

Джун протянул Наоми свой телефон, и она, не задумываясь, набрала свой номер, чувствуя, как напряжение постепенно спадает. Но в её глазах всё ещё оставалась неуверенность, а мысли переполняли её, как водопад. Чигук стоял немного в стороне, наблюдая за ними, чувствуя, как ситуация между ними становится всё более запутанной.

– Мне правда жаль, что так получилось, – сказал Джун, когда Наоми вернула ему телефон, улыбнувшись с какой-то лёгкой грустью. Он был джентльменом, даже в такой момент, и Наоми не могла не оценить его умение поддерживать атмосферу.

– Ничего, – ответила она, ощущая, как её слова становятся немного холодными, словно она пыталась не дать своим чувствам выйти наружу.

– Думаю, мы с тобой ещё встретимся – добавил Джун.

Наоми взглянула на Джуна, пытаясь понять, как её слова воспринимает он. Её сердце вдруг забилось сильнее – что, если это не конец? Что если эта встреча не будет последней? Она сама не могла ответить себе на этот вопрос.

Чигук, молча стоявший в стороне, не мог не заметить, что её эмоции смешаны. Он видел, как она изо всех сил старается не показывать, что её что-то тронуло в словах Джуна. Он, с другой стороны, был лишь наблюдателем, но чувствовал, как его собственные переживания тоже начинают брать верх.

Наоми тихо сказала, обращаясь уже к Чигуку, как будто пытаясь отпустить всё происходящее:

– Вряд ли, ведь я сразу после закрытия игр уеду обратно в Монако.

Чигук кивнул, но в его взгляде промелькнуло что-то более сложное, чем просто понимание. Он знал, что, несмотря на её слова, её душа сейчас была разделена. Слишком много незаконченных дел, слишком много нерешённых вопросов. И для Наоми сейчас было важно разобраться в том, что происходит между ней и Джуном, которые становились всё яснее с каждым днём.

– Понял, – ответил он тихо, пытаясь скрыть свои эмоции. – Но не забывай, что я тебе сказал… Мы ещё обязательно увидимся.

Наоми взглянула на него, и на её лице появилась лёгкая улыбка. В её глазах скользнула благодарность, как будто она почувствовала его поддержку, но и при этом оставалась немного закрытой, не готовой к решению своих внутренних конфликтов.

– Хороших вам съёмок! – сказал Джун, после чего слегка приобнял Наоми, поцеловав её в щёку.

Наоми слегка напряглась, это было неожиданно, и она почувствовала, как её сердце учащенно забилось. Это был жест, который мог бы означать гораздо больше, чем просто прощание. Она попыталась скрыть свою реакцию, но её лицо выдавало внутреннее напряжение.

– Ладно, не буду вам мешать, – сказал Джун, отстраняясь и улыбаясь. Его глаза были полны теплоты, но в них промелькнула и лёгкая грусть.

Наоми кивнула, чувствуя, как его слова оставляют в воздухе неопределённость. Джун был харизматичным, и даже в такие моменты его присутствие оставляло след в её сердце.

Чигук стоял немного в стороне, наблюдая за сценой с каким-то холодным интересом. Он не был ревнивым, но в его глазах читалась некая настороженность. Всё происходящее между Наоми и Джуном было чем-то неопределённым, что он не мог понять. Он знал, что у Наоми были сомнения, но не мог понять, почему она всё ещё разрывалась между этими двумя мирами.

– До встречи, Наоми, – сказал Джун, наконец, улыбаясь ей одной последней искренней улыбкой перед тем, как выйти из их круга.

Когда Джун ушёл, Наоми осталась стоять в тени, немного растерянная. Она посмотрела на Чигука, который молча наблюдал за её реакцией. Он, как всегда, был немногословен, но её мысли теперь заполнили сомнения.

– Ну что? – спросил Чигук, подходя ближе. Его голос был почти нейтральным, но в нем звучала лёгкая нотка беспокойства.

Наоми вздохнула, пытаясь собрать свои мысли. Её губы слегка дрожали, но она быстро взяла себя в руки.

– Он… такой, – начала она, но слова не шли дальше. Что-то было в этом поцелуе, что заставляло её чувствовать себя неловко и одновременно поддаваться его обаянию. Но на самом деле, всё было намного сложнее, чем она могла себе представить. – Я не знаю, что мне делать, Чигук.

Чигук молча наблюдал за ней, не решаясь сказать ничего лишнего. Но в его глазах было что-то, что он не мог скрыть.

Чигук молча шел рядом с Наоми, провожая её до отеля. Улица была почти пустой, и ночной Токио казался особенно тихим, как будто он был в ожидании чего-то важного. Легкий ветерок трепал волосы Наоми, и её взгляд был где-то вдали, потерянный в своих мыслях.

– Ты уверена, что хочешь идти одна? – спросил Чигук, когда они подошли к входу в отель. Его голос был спокойным, но в нем сквозила лёгкая обеспокоенность.

Наоми остановилась и обернулась к нему. Её лицо отражало смесь усталости и неуверенности, а глаза казались немного пустыми.

– Да, спасибо, что проводил. – Она улыбнулась, но эта улыбка не была полной. – Мне нужно немного побыть одной.

Чигук понял, что она не готова открыться, и, хотя он хотел предложить что-то ещё, что могло бы её успокоить, он лишь кивнул.

– Хорошо, – сказал он. – Если что-то нужно, не стесняйся, звони.

Наоми встретила его взгляд, и в её глазах было что-то новое – благодарность, смешанная с невысказанным сожалением. Она кивнула в ответ и медленно направилась в сторону дверей отеля.

Чигук остался стоять у входа, наблюдая за её уходом. Его сердце было полно противоречивых чувств. Он знал, что её мысли и чувства сейчас не в порядке, и что она запуталась. Но он не мог помочь ей, если она сама не решит, что делать дальше.

Наоми вошла в отель, и её шаги эхом отозвались в пустом холле. В голове всё ещё звенели слова Джуна, его комплименты и взгляды. Она не могла забыть, как он смотрел на неё, как его нежный жест при прощании заставил её сердце сжаться. Но она также не могла игнорировать то, что она чувствовала рядом с Чигуком. Он был настоящим, он был тем, кто не заставлял её сомневаться в своих чувствах. Но почему она не могла избавиться от мысли о Джуне?

Она села на край кровати, уставившись в пустую стену. Её телефон вибрировал. Это был Джун.

"Я жду твоего звонка. Всё в порядке?"

Наоми долго смотрела на экран, а потом решила не отвечать. Её сердце было слишком беспокойным для того, чтобы снова вступать в этот разговор. Вместо этого она просто положила телефон на стол и прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.

Тем временем Чигук ещё стоял на улице, и его взгляд был направлен в темную улицу, а в его душе было непередаваемое ощущение тревоги. Он хотел бы всё упростить для Наоми, но знал, что так не получится. Её решение было ещё далеко от окончательного.

"Она должна сама выбрать", – подумал он, отпустив тяжёлый вздох, и развернувшись в обратную сторону.

Глава 8

Наоми проснулась от резкой вибрации телефона. Она лениво протянула руку к тумбочке и со вздохом посмотрела на экран – семь сообщений от Джуна. Сердце сжалось в тревожном предчувствии.

Джун: «Наоми, почему ты не отвечаешь?». «Как прошли съемки?». «Ты в порядке?». «Я волнуюсь. Ответь». «Я решил, что буду приходить на съемки в Корее. Мне нужно знать, что все идет хорошо»._

Последняя фраза заставила её моментально проснуться. Джун хочет приехать на съемки. В Корею… Где нет никаких съемок.

Наоми села на кровати, закрыла лицо ладонями и глубоко вдохнула. Паника накатила, но она не могла позволить себе поддаться ей. Нужно думать. Нужно решить, что делать дальше.

Она быстро пролистала сообщения, стараясь понять, как лучше ответить. Сказать правду? Исключено. Солгать? Но как долго она сможет поддерживать эту ложь?

Она встала с кровати, подошла к окну и выглянула наружу. Город уже просыпался, неоновые вывески тускнели в лучах утреннего солнца. Она любила Токио, но оставаться здесь больше не могла – слишком дорого, слишком опасно. Джун слишком близко подбирается к правде.

Вариантов оставалось мало. Билет обратно в Корею стоил дороже, чем полет в Монако. Она уже и так потратила слишком много денег на эту поездку, а жить в Токио без стабильного дохода не вариант.

Наоми открыла ноутбук и проверила ближайшие рейсы в Монако. Если она уедет, Джун ничего не сможет сделать. Он не сможет прийти на съемки, потому что их нет. Не сможет задавать вопросы, потому что она будет далеко. Она снова посмотрела на телефон, на последнее сообщение Джуна.

Джун: «Я хочу помочь тебе. Пожалуйста, не молчи».

На мгновение у нее дрогнуло сердце. Но это не изменит ситуацию. Наоми глубоко вдохнула, набрала короткий ответ:

Наоми: «Все хорошо. Просто немного устала. Скоро вернусь».

Она нажала «отправить», затем закрыла ноутбук и принялась собирать вещи. Время уходить.

Вдруг зазвонил её телефон – это был Чигук. Он сказал, что им срочно надо встретиться, пока она ещё в Токио. Сказал выходить прямо сейчас. Наоми подчинилась, отложив чемодан в сторону.

Наоми быстро переоделась, накинула лёгкую куртку и схватила телефон. Чигук никогда не звонил просто так. Если он хочет встретиться прямо сейчас – значит, что-то случилось.

Она вышла из гостиницы и направилась к назначенному месту. Улицы Токио уже начали наполняться людьми, спешащими по своим делам, но в её голове звучали лишь тревожные мысли. Если Чигук узнал, что Джун хочет прилететь в Корею, у них серьезные проблемы.

Через десять минут она дошла до небольшого круглосуточного кафе, куда Чигук её вызвал. Он уже ждал её у окна, хмуро глядя в чашку кофе. Когда Наоми вошла, он тут же поднял на неё взгляд.

– Что случилось? – спросила она, присаживаясь напротив.

Чигук медленно поставил чашку на стол, склонился ближе и тихо сказал:

– У нас проблема.

Наоми похолодела.

– О чем ты?

Чигук убрал телефон из кармана и выложил его перед ней. На экране было открыто сообщение. Она пробежала глазами текст и почувствовала, как её сердце сжалось.

Джун: «Чигук, я слышал, что вы продолжите снимать кино в Корее. Интересно, почему ты мне ничего не сказал? Увидимся в Сеуле».

Наоми откинулась на спинку кресла, прикрыв рот рукой.

– Он что, написал тебе тоже?

– Не просто написал, – тихо ответил Чигук. – Он звонил мне. Я не взял трубку, но, если он уже пишет такое, значит, он что-то подозревает.

– Черт… – прошептала Наоми.

– Нам нужно придумать, что делать, пока не стало слишком поздно, – продолжил Чигук. – Если он приедет в Корею и не найдет никаких съемок, всё рухнет.

Наоми зажала виски. Паника снова поднималась, но она знала, что сейчас нельзя терять самообладание.

– У меня был план просто улететь в Монако, – призналась она. – Тогда бы он не смог мне ничего сказать.

Чигук посмотрел на неё так, будто она только что предложила сбежать на Луну.

– Ты серьезно? Ты правда думаешь, что он просто забудет?

– А у тебя есть идеи получше?

Он задумался, барабаня пальцами по столу.

– Мы можем попробовать тянуть время, – предложил он. – Сказать ему, что съемки переносятся, что у нас изменения в графике, что угодно.

– А если он захочет увидеть документы? Или встретиться с режиссером?

Чигук помолчал. Они оба понимали, что это слишком рискованно.

– Тогда, возможно, нам действительно стоит уехать, – наконец сказал он. – Не только тебе, но и мне тоже.

Наоми взглянула на него с удивлением.

– Ты готов бросить всё?

Чигук хмыкнул.

– А у нас есть выбор?

Наоми задумалась.

– Возможно, бежать – единственный выход… Но тогда что дальше?

– Ладно, забудь, – вдруг сказал Чигук, откидываясь на спинку кресла. – Бежать – это самая глупая идея, которая только могла прийти нам в голову.

Наоми нахмурилась.

– Что? Но ты же сам только что сказал, что у нас нет выбора!

– Я сказал, что бежать, кажется, единственным выходом. Но давай подумаем: если мы просто сбежим, Джун всё равно будет искать ответы. Ты можешь уехать в Монако, но он не отстанет, пока не узнает правду.

Наоми скрестила руки на груди.

– И что ты предлагаешь?

Чигук наклонился вперёд, его глаза загорелись азартом.

– Мы создадим видимость съемок в Корее.

– Что?

– Подумай сама, – продолжил он. – Если Джун хочет убедиться, что проект реальный, значит, ему нужно увидеть это своими глазами. Так давай покажем ему то, что он хочет увидеть.

Наоми нахмурилась.

– Ты предлагаешь просто… создать фальшивую съемочную площадку?

Чигук усмехнулся.

– Именно. Мы наймем для вида режиссера, несколько статистов, арендуем оборудование. Пусть все выглядит как настоящие съемки. Когда Джун увидит это, он успокоится. А потом мы объявим, что проект закрыли по каким-нибудь «непредвиденным обстоятельствам».

Наоми задумалась. План был безумным. Но… он мог сработать.

– И как ты собираешься это организовать? – спросила она.

– У меня есть знакомые в Сеуле, которые помогут, – сказал Чигук. – Главное – сделать это быстро, пока Джун не начал задавать слишком много вопросов.

Наоми вздохнула.

– Ладно, я согласна. Но у меня есть одно условие.

Чигук поднял брови.

– Какое?

– Раз уж ты придумал этот план, то ты обеспечиваешь меня жильем, билетами и едой на всё это время.

Чигук рассмеялся.

– Ты серьёзно?

– А ты думал, что я поеду в Корею на свои деньги после всего этого?

Он покачал головой, всё ещё улыбаясь.

– Ладно, ладно. Считай, что у тебя спонсор.

Наоми ухмыльнулась.

– Вот и договорились.

Спустя несколько часов они сидели в аэропорту, ожидая посадки. Чигук оформлял билеты, пока Наоми проверяла телефон. Джун снова написал ей, но она решила ответить уже в Корее.

Когда Чигук вернулся с билетами, он небрежно бросил один ей.

– Держи.

Наоми взглянула на него, а затем на билет.

– Подожди… Бизнес-класс?!

Чигук беззаботно пожал плечами.

– Я же сказал, что спонсирую тебя. Раз уж мы летим, то хоть с комфортом.

Наоми покачала головой.

– Ты сумасшедший.

– Зато умный, – ухмыльнулся он.

Она не могла с этим поспорить.

Но, садясь в самолет, она даже не подозревала, что впереди её ждет нечто большее, чем просто игра в кино.

Глава 9

Наоми удобно устроилась в мягком кресле бизнес-класса, с недоверием осматривая всё вокруг. Просторные сиденья, индивидуальные экраны, изысканное меню – это было что-то совершенно иное, чем её обычные перелёты. Она бросила взгляд на Чигука, который сидел рядом и невозмутимо листал телефон.

– Всё ещё в шоке? – с усмешкой спросил он, заметив её взгляд.

– Немного, – призналась она. – Обычно я летаю в самом конце самолета, где ноги некуда поставить.

– Ну, наслаждайся, – Чигук откинулся на спинку кресла. – Когда я обещаю что-то, я держу слово.

Наоми закатила глаза, но уголки её губ дрогнули в улыбке.

Вдруг к ним подошла бортпроводница – высокая девушка с профессиональной улыбкой.

– Господин Чигук, рада снова видеть вас на борту, – с лёгким поклоном сказала она.

Наоми удивлённо перевела взгляд на Чигука.

– Часто летаешь бизнес-классом?

– Можно сказать и так, – спокойно ответил он, убирая телефон в карман.

– Капитан экипажа передаёт вам привет, – добавила бортпроводница. – Он сказал, что вы его любимый пассажир.

Чигук рассмеялся:

– Передавайте ему, что я ценю это.

Наоми хмыкнула.

– Ты тут как у себя дома.

– Просто знаю, как сделать полёт приятным, – с улыбкой ответил он.

Бортпроводница ушла, а через пару минут к ним подошел сам пилот – мужчина средних лет с добродушной улыбкой.

– Чигук! Рад видеть тебя снова, – сказал он, пожимая руку актеру.

– Привет, капитан, – Чигук улыбнулся в ответ.

– Сегодня без фанаток в салоне?

– Надеюсь, – усмехнулся Чигук, бросив взгляд на Наоми.

Пилот кивнул ей с любопытством.

– В таком случае, приятного полета вам обоим.

Когда пилот ушёл, Наоми усмехнулась.

– Значит, фанатки?

– Иногда бывает, – пожал плечами Чигук. – Однажды девушка прорвалась в бизнес-класс, чтобы попросить селфи.

– О боже, – Наоми покачала головой. – И что ты сделал?

– Сфоткался, конечно.

Она рассмеялась.

Когда самолёт взлетел, стюардесса принесла им напитки. Чигук взял стакан воды, а Наоми выбрала сок.

– Что, даже не шампанское? – поддел он её.

– Я хочу быть в ясном уме, когда приземлимся, – ответила она, потягивая напиток.

– А вдруг тебе придётся принять важное решение?

– Например?

Чигук наклонился ближе, его голос стал ниже:

– Например, соглашаться ли на ещё одну авантюру со мной.

Наоми почувствовала, как её сердце на мгновение сбилось с ритма. Этот его взгляд – лукавый, уверенный, чуть насмешливый, но в то же время тёплый.

– Ты неисправим, – пробормотала она, стараясь не выдать смущение.

– Зато ты это любишь, – парировал он.

Она не стала спорить.

Через пару часов, когда свет в салоне приглушили, Наоми заметила, что её веки тяжелеют. Она повернулась к иллюминатору, наблюдая за огнями городов далеко внизу.

Вдруг Чигук тихо сказал:

– Если хочешь, можешь поспать.

– Я не уверена, что смогу уснуть в самолёте.

– Тогда попробуй вот так.

Прежде чем она успела что-то понять, он мягко потянул её за руку, и её голова оказалась у него на плече.

– Эй… – Наоми хотела возмутиться, но его тепло оказалось слишком приятным.

– Тебе удобно? – его голос был низким и немного сонным.

Она вздохнула.

– Да…

– Вот и отлично. Спи.

Наоми закрыла глаза. И впервые за долгое время чувствовала себя в безопасности.

Чигук почувствовал, как дыхание Наоми стало ровнее, а её тело расслабилось. Она действительно уснула.

Он слегка повернул голову и посмотрел на неё. Приглушённый свет в салоне мягко ложился на её лицо, подчеркивая нежные черты. Чигук невольно улыбнулся. Ему казалось, что впервые за всё время он видит её такой – спокойной, уязвимой и в каком-то смысле… красивой. Она всегда держала себя настороже, особенно рядом с ним. Всегда саркастичная, всегда с колким словом наготове. Но сейчас она просто спала, доверившись ему настолько, чтобы опереться на его плечо.

Он осторожно убрал прядь волос с её лица, чтобы лучше рассмотреть. Длинные ресницы дрогнули, губы чуть приоткрылись. Чигук поймал себя на мысли, что мог бы смотреть на неё так ещё долго. Ему вдруг стало интересно, что бы она сказала, если бы проснулась в этот момент. Скорее всего, что-нибудь язвительное, чтобы скрыть смущение. Он усмехнулся про себя.

Через некоторое время Наоми пошевелилась, медленно приходя в себя. Первое, что она почувствовала – это тепло. Затем осознала, что она не просто сидит в кресле, а… у кого-то на плече. Её сердце замерло, когда она поняла, что это Чигук. Она осторожно открыла глаза и чуть повернула голову, чтобы взглянуть на него.

На этот раз он спал. Это было неожиданно.

Чигук всегда казался ей человеком, который контролирует всё – слова, эмоции, ситуацию вокруг. Но сейчас он выглядел иначе. Расслабленный, спокойный. В его лице было что-то детское, но в то же время он выглядел так… привлекательно. Наоми поймала себя на том, что просто смотрит на него, задерживая дыхание.

Что с ней не так?

Она мягко подвинулась, собираясь выпрямиться, но в этот момент Чигук вдруг медленно открыл глаза. Их взгляды встретились.

Он не сказал ни слова, просто смотрел. В его глазах было что-то такое, что заставило Наоми задержать дыхание. Она почувствовала, как его пальцы едва заметно скользнули по её запястью.

– Хорошо спалось? – его голос прозвучал хрипло после сна.

Наоми моргнула, пытаясь вернуть себе самообладание.

– Вполне, – пробормотала она.

Чигук лениво потянулся, но не отстранился.

– Тогда можешь остаться так ещё немного.

Она закатила глаза.

– Ты просто хочешь, чтобы я снова заснула у тебя на плече.

– Возможно, – ухмыльнулся он.

Наоми не ответила, но странное тепло разлилось внутри. И почему-то ей совсем не хотелось вставать.

Уважаемые пассажиры, мы прибыли в Сеул. Температура за бортом составляет 15 градусов тепла. Просим оставаться на своих местах до полной остановки самолёта.

Голос пилота вывел Наоми из её мыслей. Она быстро села ровно, почувствовав, что её щеки горят. Чигук тоже выпрямился, лениво потянувшись.

– Быстро долетели, – зевнул он.

– Ещё бы, ты почти весь полёт проспал, – поддела Наоми, застёгивая ремень сумки.

– Ну, не только я, – ухмыльнулся он, намекая на её неожиданную дрёму у него на плече.

Наоми фыркнула и повернулась, чтобы взять телефон со столика, но в тот же момент Чигук тоже наклонился, чтобы взять свою куртку.

Тук!

– Ой! – Наоми зажала лоб рукой.

– Черт! – Чигук тоже откинулся назад, потирая лоб.

Они столкнулись так резко, что на секунду растерялись, а потом их взгляды встретились – и они разом рассмеялись.

– Ну вот, ещё один способ травмировать меня, – пошутила Наоми.

– Да ладно тебе, это была просто дружеская встреча лбами, – усмехнулся Чигук.

Они встали, но, когда начали двигаться к выходу, внезапно оказались в узком проходе между креслами и… застряли.

– Ты чего стоишь? – нахмурилась Наоми, пытаясь пройти.

– Это ты меня подпираешь, – невозмутимо ответил Чигук.

– Ты слишком широкий, – пробормотала она, пытаясь протиснуться, но в этот момент пассажиры позади нетерпеливо зашумели.

– Да просто иди уже, – Чигук аккуратно положил руку ей на поясницу и мягко подтолкнул вперёд.

От неожиданного прикосновения Наоми замерла, но тут же сделала шаг, наконец вырываясь из ловушки.

– Ты ужасен, – пробормотала она, выходя в проход.

– Но ведь смешно же, – усмехнулся он, шагая следом.

Когда они спускались по трапу, Наоми украдкой взглянула на него. Несмотря на всю эту нелепость, полёт действительно прошёл неожиданно приятно.

– Спасибо за полёт, – сказала она, когда они вошли в здание аэропорта.

Чигук ухмыльнулся:

– Конечно, не круче полёта на частном вертолёте с Джуном, но тоже сойдёт.

Наоми закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку.

– Завидуешь, да?

– Ага, до дрожи, – хмыкнул он.

Они рассмеялись.

На выходе их ждал шикарный черный спорткар с тонированными окнами. Наоми замерла.

– Это твой? – спросила она, бросая удивленный взгляд на Чигука.

Он открыл пассажирскую дверь и с улыбкой посмотрел на неё:

– Почему удивлена?

Наоми только покачала головой. Ну что ж, игра началась.

Глава 10

Наоми устроилась в низком кожаном сиденье спорткара, пока Чигук уверенно вел машину по ночному Сеулу. Двигатель мурлыкал мягко, но сдержанно, словно под капотом прятался хищник, готовый сорваться с места.

– Ты неплохо водишь, – заметила она, когда он элегантно вписался в узкий поворот, почти не сбавляя скорость.

Чигук хмыкнул, одной рукой переключая передачу.

– Конечно. Я не только на камеру умею выглядеть эффектно.

Наоми усмехнулась, но должна была признать – его стиль вождения впечатлял. Ловкий, уверенный, но не агрессивный. Она чувствовала себя с ним в безопасности, даже когда он лавировал между машин в потоке.

Однако спокойствие нарушал телефон Чигука, который буквально разрывался от сообщений и звонков.

– Ты вообще собираешься ответить кому-нибудь? – с интересом спросила Наоми, когда телефон снова зазвонил.

Чигук бросил короткий взгляд на экран, но проигнорировал вызов.

– Это моя команда. Пара дней в Токио выбили меня из графика, и теперь они в панике.

– Ты и правда так незаменим?

– Абсолютно, – самодовольно ответил он, но тут же вздохнул. – Если честно, я просто ненавижу, когда кто-то пытается контролировать каждую минуту моей жизни.

Наоми задумчиво посмотрела на него.

– Тогда зачем ты выбрал профессию, где тебя всегда контролируют?

Чигук не ответил сразу. Он внимательно следил за дорогой, а потом неожиданно сказал:

– Потому что я люблю играть.

Наоми удивленно взглянула на него.

– Ты сейчас говоришь не про эту авантюру с фальшивыми съемками?

– Нет, – он усмехнулся. – Я про настоящее кино. Камеру, роли, эмоции. Я люблю быть кем-то другим, хотя бы на время.

Она не ожидала услышать от него что-то столь искреннее. Машина свернула на подъезд к высокому небоскребу и плавно заехала на частную парковку под зданием.

Наоми огляделась.

– Это отель? – спросила она, переводя взгляд на Чигука.

Он улыбнулся загадочно:

– Увидишь.

Она вдруг почувствовала, как внутри зашевелилось любопытство.

Куда он её привез?

Чигук уверенно провел Наоми через черный вход небоскреба, минуя главные холлы и лишние взгляды. Здесь, в закрытой части здания, всё было тише, элегантнее и явно не предназначено для случайных гостей. Лифт мягко скользил вверх, отражая в своих зеркальных стенах их фигуры. Наоми молчала, всё ещё раздумывая, что за место он выбрал для её проживания.

– Я буду тут жить? – наконец спросила она, когда цифра «17» загорелась на дисплее.

Чигук ничего не ответил, просто шагнул вперед и уверенно провел картой по считывателю. Дверь перед ними мягко щелкнула.

– Входи, – сказал он.

Наоми переступила порог – и замерла. Перед ней была не просто квартира. Это была роскошь в чистом виде. Огромное открытое пространство с панорамными окнами, из которых открывался завораживающий вид на ночной Сеул. Высокие потолки, стильная дизайнерская мебель в сдержанных оттенках серого и темного дерева. В центре просторной гостиной стоял бархатный диван, напротив – огромный экран, вделанный в стену. В углу стеллаж с коллекцией его музыкальных трофеев. Справа располагалась кухня открытого типа с мраморной столешницей и современной техникой. Дальше – затемненный коридор вел в спальню. Но больше всего Наоми поразила ванная комната. Она увидела её через приоткрытую дверь и не смогла не подойти ближе. В центре комнаты, прямо у стеклянной стены с видом на город, стояла огромная джакузи. Всё вокруг блестело от мрамора и золоченых деталей. Это было не просто дорого. Это было возмутительно дорого.

Наоми резко повернулась к Чигуку, который спокойно прислонился к двери, наблюдая за её реакцией с хитрой улыбкой.

– Подожди… Это что? – она ткнула пальцем в пространство вокруг.

– Квартира, – невозмутимо ответил он.

– Я знаю, что это квартира! Но почему именно эта?

Чигук пожал плечами.

– Мы будем тут жить.

– Что?! – Наоми вытаращила глаза.

– Ты правильно услышала, – кивнул он.

– Подожди, ты сказал «мы»?

– Да.

Она ошеломленно провела рукой по волосам.

– А что, гостиниц в Сеуле больше нет? И надо обязательно остаться у тебя дома?

Чигук усмехнулся.

– Вообще-то, я хотел поселить тебя в отеле. Но потом подумал, что это плохая идея.

– Почему?

– Потому что журналисты. – Он снял куртку и бросил её на стул. – Если кто-то узнает, что ты поселилась в дорогом отеле, начнутся слухи. Вдруг ты любовница какого-то бизнесмена? Или режиссера?

– Ты преувеличиваешь…

– Нет, я реалист. Ты приехала сюда под видом актрисы, а новенькие в индустрии под пристальным вниманием. Так что логично, что ты будешь жить у меня.

Наоми прищурилась.

– И это единственная причина?

Чигук улыбнулся чуть шире.

– Конечно.

Она сразу поняла, что он что-то недоговаривает. Но спорить было бесполезно. Наоми устало вздохнула и огляделась ещё раз.

– Скажи честно, ты вообще когда-нибудь бываешь скромным?

Чигук рассмеялся.

– Скромность – не мой стиль. Добро пожаловать в новый дом, Наоми.

– Здесь же есть вторая комната? – с надеждой спросила Наоми, оглядывая просторную гостиную.

Чигук усмехнулся и, не торопясь, снял с запястья часы.

– Нет.

– Как это – нет? – она удивленно посмотрела на него.

– А зачем? – Он бросил взгляд на неё, будто это был самый глупый вопрос в мире. – Я никого сюда не привожу.

Наоми замерла.

– Никого?

Чигук пожал плечами.

– Зачем мне лишняя комната, если я живу один?

Она вдруг почувствовала себя неловко.

– Тогда… Где я буду спать?

– В спальне, конечно.

Она моргнула.

– А ты?

Он кивнул на огромный диван в гостиной.

– Я переживу.

– Чигук… – она прищурилась, чувствуя подвох.

– Что? Ты же не думаешь, что я заставлю тебя спать на диване?

Наоми покачала головой. Она понятия не имела, что на это ответить.

– Ладно, располагайся. Я быстро в душ. – Чигук махнул рукой и скрылся за дверью ванной.

Как только за ним закрылась дверь, Наоми не удержалась и заглянула в спальню. Комната была даже более впечатляющей, чем она ожидала.

В первую очередь её внимание привлек огромный шкаф-гардероб, дверцы которого были слегка приоткрыты. Она сделала шаг вперёд, осторожно заглянув внутрь.

Ого…

Чигук действительно жил в роскоши. Ровные ряды брендовых костюмов, полки с идеально сложенными рубашками, дорогие ботинки, выставленные по размеру. В отдельной секции аккуратно лежали часы и аксессуары.

Наоми медленно провела рукой по мягкой ткани одного из пиджаков, затем увидела флакон духов на полке. Она взяла его, аккуратно сняла крышку и вдохнула аромат. Глубокий, дорогой, с оттенком чего-то пряного и терпкого.

Так вот чем он пахнет…

Она вдруг поняла, что аромат казался знакомым. Не раз за день она ловила его, когда Чигук оказывался слишком близко.

На глаза попалась рамка с фотографией. На ней был Чигук – в окружении семьи. Он выглядел моложе, расслабленнее, без той уверенной наглости, с которой ходил по съемочным площадкам. Наоми задержала взгляд на фото, пытаясь представить его вне мира актерства.

Но больше всего её поразила кровать.

Огромная, с белыми полупрозрачными шторами, мягким, идеально заправленным бельем. Она подошла ближе и провела рукой по гладкой ткани. Матрас был таким мягким, что хотелось просто рухнуть на него.

Но больше всего привлекало панорамное окно сбоку.

С этого ракурса открывался невероятный вид на ночной Сеул, и Наоми почувствовала лёгкое головокружение. Но её совсем не смутило, что окно не закрыто шторами.

Она сделала глубокий вдох и решила выйти в холл, чтобы спросить Чигука о еде. Но когда она вышла в коридор, буквально на повороте столкнулась с ним. И замерла.

Чигук вышел из ванной, небрежно вытирая волосы полотенцем. Он был босиком, с обнаженным мокрым торсом, а на бедрах висело лишь полотенце. Влажные капли стекали по его ключицам, по рельефным линиям пресса, исчезая где-то за тканью.

Наоми почувствовала, как у неё пересохло в горле.

– Ой… – только и выдохнула она.

Чигук удивлённо поднял брови.

– Что-то случилось?

Голос был ленивым, но в глазах мелькнул интерес.

Наоми быстро отвела взгляд, но тут же поняла, что сделала ошибку – потому что теперь её взгляд упал прямо на его… пресс.

Она чувствовала, как её щеки начали медленно алеть.

– Я… эм… просто… – она сделала шаг назад, но врезалась в стену.

Чигук хмыкнул.

– Ты такая странная, – протянул он, лениво перекидывая полотенце с головы на шею.

– Я не странная! – возмутилась она, но голос предательски дрогнул.

– Правда? Тогда почему ты красная?

Она зажмурилась, проклиная всё на свете.

– Просто… надень что-нибудь, ладно?!

Чигук усмехнулся, но ничего не ответил, лишь с ещё большей ухмылкой направился в спальню. Наоми выдохнула, прикрывая лицо руками. Она понятия не имела, как теперь сможет вести себя с ним нормально.

Чигук шагнул в свою комнату, захлопнув за собой дверь, и, не обращая на неё особого внимания, снял с себя полотенце и переоделся в черную атласную ночнушку. Она свободно обвивала его тело, идеально подчеркивая его фигуру. Наоми невольно отметила, как это выглядит элегантно и стильно, но даже мысль об этом заставляла её почувствовать себя немного неуютно.

После этого он вернулся в холл, аккуратно расстилая себе спальное место на диване, а Наоми, немного нервничая, подошла к ванной.

– Я тоже хочу воспользоваться душем, – сказала она, осторожно поднимая глаза на Чигука, который, кажется, был полностью поглощен процессом обустройства дивана.

– Полотенца в шкафу, – ответил он, не отрываясь от своих дел.

Наоми кивнула и зашла в ванную. Когда она закрыла за собой дверь, её охватило ощущение лёгкой неловкости. Ванная была большой: джакузи и рядом душ с стеклянной перегородкой. Поскольку она не хотела сразу наглеть, то решила воспользоваться вторым – сразу же включила воду, чтобы расслабиться. Поток горячей воды мягко омывал её, смывая усталость, но, несмотря на это, внутри всё ещё оставалась некая тревожность. В ванной было тепло и уютно, а панорамное окно открывало вид на ночной Сеул, на сверкающие огоньки города, которые казались такими далекими. Она вздохнула и закрыла глаза, наслаждаясь моментом.

Немного времени, когда она смотрела на джакузи, было сложно избавиться от ощущения, что эта роскошная ванная – это тоже часть странной реальности, с которой она сталкивается в последнее время. И тот факт, что она теперь здесь, в одном доме с Чигуком, не помогал ей успокоиться.

Как я вообще сюда попала? И почему я ему доверяю? И что делать с Джуном? – думала она, когда тепло воды охватывало её тело, а мысли путались.

Она пыталась успокоиться, но её мысли всё равно вернулись к Чигуку. К тому, что он сделал для неё, как будто неожиданно оказавшись рядом в нужный момент. Этот момент, когда она почувствовала себя в безопасности, несмотря на всю эту странную ситуацию. Но его присутствие не могло не вызывать у неё легкую неловкость, что заставляло её чувствовать себя как-то… не на своем месте.

Когда она вышла из душа, Наоми с удивлением поняла, что чувствует себя немного более расслабленной. Она надела свою атласную белую ночнушку, аккуратно завязав на поясе атласный халат. Всё было настолько мягким, что она чуть не забывала о том, что это всего лишь её одежда, а не какое-то невероятно дорогое платье. Босиком она прошла по кафелю – он был с подогревом, что ещё больше добавляло ощущения уюта.

Наоми выскользнула из ванной и, не найдя Чигука в холле, решила, что будет ждать на кухне. Но едва она сделала несколько шагов, как вдруг услышала открывшуюся входную дверь.

Чигук вошел с пакетами еды, и Наоми не смогла сдержать улыбку.

– Ты как знал, что я голодная? – радостно спросила она, наслаждаясь моментом.

Чигук, разглядывая её, едва сдержал улыбку.

– Красивая ночнушка, – произнес он, подмигнув.

Наоми смутилась и инстинктивно скрестила руки на груди, поправляя свои влажные рыжие волосы, которые начали слегка высыхать и приобретать ещё более яркий оттенок в свете ламп.

– Прекрати смотреть так, – сказала она, пытаясь скрыть свою растерянность, но, несмотря на попытки выглядеть уверенно, в её голосе звучала легкая дрожь.

Чигук не мог не заметить её смущение. Он подошел к столу с едой, тихо смеясь.

– Ты всё так же краснеешь, когда я смотрю на тебя, – сказал он с мягкой улыбкой.

Наоми вздохнула и опустила взгляд, не зная, что ответить. Вся эта ситуация – странная, неожиданная, и всё время она чувствовала, что этот момент непременно оставит след в её памяти.

Наоми, всё ещё немного смущённая недавними событиями, но с искренним любопытством, подняла взгляд на стол, где аккуратно разложенные блюда манили яркими красками и ароматами. Чигук, заметив её интерес, бросил тёплый взгляд и сказал:

– Ты, наверное, не привыкла к корейской кухне. Позволь мне рассказать, что есть что.

– Это точно, в Европе нет таких острых блюд, как у вас, наверное, поэтому мне далеко не всё здесь нравится.

– Я так и подумал, поэтому попросил повара не добавлять много специй.

Он взял небольшую мисочку, полную светло-красного кимчи, и объяснил:

– Это кимчи – ферментированные овощи с острым перцем и чесноком. Оно пикантное, но очень полезное. Попробуй, оно придаст блюдам характер.

Наоми с улыбкой взяла немного кимчи, осторожно пробуя на вкус. Острый, немного кисловатый привкус сразу раскрыл перед ней целый мир новых ощущений. Чигук продолжил, проходя к другому блюду.

– А это – булгоги. Говядина, замаринованная в соевом соусе, мёде и чесноке, а потом быстро обжаренная. Смотри, как она блестит под соусом! – с воодушевлением произнёс он, подавая ей несколько тонких ломтиков.

Наоми, поражённая вниманием к деталям, внимательно слушала его объяснения. Она брала каждое блюдо, аккуратно изучая его, ощущая текстуру и аромат. В следующий момент Чигук указал на тарелку с жареными овощами и прозрачными стеклянными лапшами:

– Это – Чапчхе. Лапша из сладкого картофеля, обжаренная с овощами и подливкой из кунжутного масла. Очень ароматное и слегка сладковатое. Надеюсь, тебе понравится.

Так они сели за стол в просторной столовой, где каждое блюдо было настоящим произведением кулинарного искусства. За столом царила лёгкая, почти интимная атмосфера: между укусами они смеялись, обсуждали странности корейских вкусов, обменивались личными историями и подшучивали друг над другом.

Наоми заметила, как каждое новое блюдо открывало перед ней маленький секрет корейской культуры. Каждый раз, когда Чигук с терпением рассказывал о тонкостях приготовления, она всё больше чувствовала, что этот мир – такой же многогранный, как и он сам.

Смеясь и наслаждаясь моментом, они постепенно сближались за столом. Наоми не могла не отметить, как естественно и непринуждённо его голос звучал, когда он говорил о еде, как будто он делился не только рецептами, но и частичкой своей души. И в каждом его взгляде, когда он встречал её удивлённые глаза, проскальзывал отблеск нежности.

В один из таких моментов, когда она попробовала очередной кусочек булгоги, её губы невольно растянулись в улыбке, а Чигук подмигнул, как бы говоря: «Видишь, я же говорил, что это вкусно». Именно эти мелкие мгновения сближения – разговоры о вкусах, смех над неожиданными сочетаниями, лёгкое флиртование – делали вечер особенным.

За столом в полумраке шикарного зала, наполненного ароматами традиционной кухни и свежести ночного города, Наоми почувствовала, что постепенно утрачивает ту неловкость, что преследовала её с самого начала. Здесь, в этом роскошном уголке, между блюдами и нежными шёпотами, зарождалось нечто большее, чем просто знакомство с корейской кухней. Это было начало понимания друг друга, взаимного доверия и, возможно, чего-то очень важного, что у обоих ещё только предстояло открыть.

В разгаре тихой послеполуденной идиллии, когда остатки еды только начинали оседать на столе, на телефоне Наоми зазвонил знакомый номер. Она подняла устройство и мельком взглянула на экран – это был Джун. Взгляд её мигом встретился с глазами Чигука, и в них отразилось напряжение. Он напрягся, словно понимая, что этот звонок может нарушить шаткое равновесие вечера.

Наоми немного колеблясь, приняла вызов. Голос Джуна был теплым и чуть настойчивым:

– Привет, Наоми, как ты? Что ты делаешь завтра?

Она попыталась ответить, но слова застряли у неё в горле. Мысли путались, и ей не удалось дать четкого ответа. В конце концов, она произнесла с неуверенностью:

– Завтра… не знаю… может, пообедаем вместе?

Джун сразу подхватил предложение:

– Отлично, договорились. Тогда увидимся. Береги себя.

Наоми кивнула, хоть и беззвучно, и положила трубку. Мгновение спустя в тишине холла Чигук повернулся к ней с резким видом.

– Ты глупая и наивная, – холодно произнес он. – Мы оказались здесь по твоей вине. Если бы не твоя влюблённость в Джуна, всего этого бы не случилось!

Эти слова, как ледяной удар, пронзили Наоми. Она почувствовала, как боль и стыд смешались в груди. В глубине души она понимала, что он прав: ещё вчера она была без ума от айдола, поглощённая мечтами, а сегодня всё сводилось к поиску отговорок, попытке спрятаться за иллюзией.

Чигук вздохнул и добавил:

– Иди уже спать, Наоми.

Её внутренние переживания переплетались с чувством одиночества и замешательства, и она направилась в свою комнату. Закрыв за собой дверь, она достала телефон и набрала номер Оливии для видео-звонка. Её голос дрожал, когда она начала рассказывать обо всём произошедшем за вечер, не стесняясь делиться самыми тонкими деталями: от странного разговора за столом до звонка Джуна и резких слов Чигука.

Оливия, улыбаясь через экран, перебивала её:

– Ну ты знаешь, дорогая, айдолы – это отдельная вселенная. Но, похоже, тебе уже пора серьезно проснуться!

После весёлых поддразниваний подруги, Наоми решила провести мини-экскурсию по комнате. Она медленно показывала камеру: сначала роскошную спальню с огромной кроватью, белыми полупрозрачными шторами и мягким матрасом, затем изящный шкаф, где аккуратно развешаны наряды и аксессуары Чигука, наконец, просторную ванную с джакузи, открывающимся видом на сверкающий ночной город. Оливия не сдерживала своих комментариев:

– О, какой шик! Чигук явно не жалеет денег… Но, может, тебе пора выбраться из этой сказки?

После короткой беседы, когда видео-звонок завершился, Наоми тихо улеглась на кровать, повернувшись боком к большому панорамному окну. Мерцающие огни города мягко играли на её лице, заставляя забыть о недавних переживаниях. Грусть, смущение и одиночество постепенно уступали место лёгкой усталости. В тишине ночи, под шорох ветра за окном, она закрыла глаза и тихо уснула, надеясь, что с новым днем всё обретет хоть какую-то ясность.

Глава 11

Утро наступило неожиданно ярким. Наоми медленно открыла глаза, и её первым ощущением стал ослепительный блеск солнца, проникающий через огромные панорамные окна. Тёплый свет мягко разливался по комнате, обещая новый день, полный возможностей и перемен. Не устояв перед этим великолепием, она поднялась с кровати и направилась к окну, чтобы насладиться первыми лучами утреннего солнца. В этот момент её мысли плавно уносились вдаль, к новым начинаниям и мечтам, когда вдруг сбоку послышался резкий звук падающей вещи.

Наоми повернулась и увидела, как рядом со шкафом стоит Чигук, сосредоточенно застёгивая ремень на своих штанах. Их взгляды встретились, и она, не скрывая нотки недоумения, громко спросила:

– Опять ты ходишь без футболки?!

Смятение охватило Наоми, её щеки тут же зарумянились от неожиданного присутствия Чигука. Смущённо отвернув взгляд, она поспешила вернуться к кровати, чтобы накинуть на себя лёгкий халат.

В это же время Чигук быстро надел черную приталенную футболку. Его лицо оставалось невозмутимым, но в то же время словно обиженным, но он ничего не сказал и, не задерживаясь, вышел из комнаты, оставив её в растерянном замешательстве.

Ощущая себя подавленно и уязвимо, Наоми приняла решение изменить образ. Она открыла чемодан, отыскала легкое зеленое платье с открытыми плечами и, подбирая к нему аккуратные каблуки, начала собираться. Тщательно нанося макияж, она укладывала свои рыжие волосы, стремясь создать образ, достойный нового дня. И вот, уже полностью преображённая, она вышла в холл.

Её внешний вид поразил даже самого Чигука. Как только он увидел её, его взгляд сначала задержался на её красоте, и на мгновение в его глазах блеснула искренняя восхищённость. Но тут же эта искра быстро потухла, сменившись на холодное выражение обиды, словно он не мог принять перемен, которые она претерпела.

Он, оставаясь в стороне, молча наблюдал, как солнечный свет окутывает её, придавая ей неземное сияние. Между ними возникло немое противоречие – мгновение, когда прошлое сталкивалось с настоящим, и оба понимали, что новый день принесёт не только тепло, но и перемены, о которых им ещё предстоит разобраться.

Когда они вновь вернулись в реальность, Чигук, заметив перемену в её образе, с легкой насмешкой произнес:

– Вижу, ты хорошо подготовилась ко встрече с ним.

Наоми лишь молча опустила взгляд, не желая вступать в словесный спор. Неловкость и ожидание смешивались в её душе.

– Довезу тебя на машине, а потом у меня дел по горло, – добавил он, не отрываясь от телефона.

Она кивнула, и вскоре они оказались в тонированном минивене с личным водителем. Интерьер минивена был выполнен в строгом, но стильном оформлении: мягкое освещение, кожаные сиденья, приглушенные тона, создававшие атмосферу приватности и комфорта.

Весь путь Чигук всё время держал телефон в руках, печатая сообщения или просматривая уведомления, но изредка его взгляд скользил по её силуэту. Он невольно задерживался, любуясь стройными ногами, открытыми плечами, нежной шеей и светящимся лицом. Каждый такой миг казался ему мгновением, полным противоречивых эмоций, но он не произнес ни слова.

Наоми же чувствовала, как внутри всё бурлит. Руки слегка дрожали, а сердце учащенно билось. Волнения и смущение переплетались с предвкушением неизвестного. И тут её телефон неожиданно завибрировал. Она подняла устройство и увидела сообщение от Джуна:

«Я на месте».

Эти слова заставили её замереть: голос прошлого, того, кто когда-то завладел её мечтами, внезапно вновь ворвался в её мир. Чигук заметил её изменение, его взгляд мельком встретился с её глазами, но он лишь слегка нахмурился и продолжил смотреть в телефон, словно пытаясь отгородиться от того, что могло разрушить хрупкий покой.

Автомобиль продолжал скользить по городским улицам, а утреннее солнце мягко озаряло город, словно предвещая новый виток событий в их сложной истории. Внутри минивена царила напряжённая тишина, наполненная ожиданием и незаданными вопросами, которые обещали вскоре найти своё разрешение.

Минивен плавно остановился у роскошного здания, скрытого за высокими зелёными насаждениями и окружённого тщательно ухоженным парком. Здесь не было ни души – всё излучало полную приватность и утонченную эксклюзивность. На входе, под сводами мраморного вестибюля, стоял Джун, одетый безупречно, как всегда.

Чигук быстро вышел из минивена, направляясь к Джуну. Они обменялись коротким приветствием, в котором сквозила обычная, почти деловая учтивость, но между ними чувствовалась напряжённая невысказанность.

В этот момент Джун подошёл к Наоми, и едва поклонился. Он мягко взял её за руку, наклонился и поцеловал её в щечку, не забыв засыпать её комплиментами:

– Ты выглядишь просто потрясающе, – сказал он с обворожительной улыбкой, его слова звучали как музыка, способная унести её в мир мечтаний.

Наоми, смущённая и растерянная, попыталась найти слова, чтобы возразить, но в этот момент голос Чигука прорезал атмосферу:

– Сегодня у нас нет съемок, так что она в полном твоём распоряжении!

Эти слова, произнесённые с явной раздражённостью, заставили Наоми замереть. Она хотела что-то сказать, возразить, защитить себя, но слова застряли в горле. Растерянность заполнила её взгляд.

Чигук, не дождавшись ответа, с тяжёлым сердцем вернулся в минивен, его глаза, наполненные обидой и упрёком, встретились с её растерянным взглядом на секунду, прежде чем он закрыл дверь и, не оглядываясь, уехал по делам.

Оставшись одна в этом роскошном, но холодном месте, Наоми почувствовала, как в ней борются смущение, растерянность и скрытая грусть. Голоса прошлого, комплименты и резкие слова – всё смешалось, оставив ей только неясное чувство утраты контроля над собственной жизнью.

После бурных событий прошлых дней, Джун устроил для Наоми обед, который обещал стать воплощением мечты и романтики. Он забронировал целиком роскошный зал в эксклюзивном ресторане, расположенном на вершине современного здания с огромными панорамными окнами. Зал был пуст, словно специально созданный для их двоих, чтобы ничто не могло помешать их общению. Величественный интерьер поражал: кристальные люстры мягко освещали белоснежные стены, а изысканные цветочные композиции на столах добавляли лёгкости и элегантности. За столом, украшенным скатертью из тончайшего льна, Джун встретил её с неподдельной улыбкой и нежностью в голосе.

– Наоми, ты сегодня словно светишься, – тихо произнёс он, проводя её к столику, – я всегда мечтал услышать, что движет тобой, какие увлечения наполняют твою душу.

Они уселись, и разговор быстро перешёл к её увлечениям. Наоми рассказала о своей любви к фотографированию, о бесконечном восхищении красотой мира, о особенной любви к ведению блога в социальных сетях, о мечтах -путешествовать по миру. Джун слушал её, словно сам погружаясь в её мир, его взгляд был проникновенным, а голос – мягким, как шелк.

– Твои слова, – сказал он, нежно взяв её руку, – для меня как музыка. Твоя страсть к фотографиям, твоя мечта – это то, что заставляет мир вокруг казаться ярче и добрее. Ты – источник вдохновения.

Каждое его слово проникало прямо в сердце Наоми, заставляя её забыть о прошлых сомнениях и страхах. Обед проходил в атмосфере искренности, где каждое новое блюдо, искусно поданное и рассказанное Джуном, становилось символом нового начала, полного нежности и взаимопонимания. Но в моментах всплывали воспоминания вчерашнего ужина с Чигуком: хоть стол не был таким роскошным, но моменты казались более родными и искренними.

Когда трапезу завершили, Джун предложил ей небольшую прогулку. Заказав заранее, он забронировал целиком уединённый сад, расположенный на окраине территории ресторана. В этом саду расцветают разнообразные деревья и растения, среди которых выделяется сакура, но она цветёт исключительно весной. Здесь царила абсолютная тишина и спокойствие, словно весь мир сошел на нет, оставив лишь их двоих.

Солнечные лучи играли на гроздьях винограда, а лёгкий ветерок нежно шуршал в листьях. Джун достал из корзины бутылку белого полусладкого вина, аккуратно завернутую в бархатную ткань, и протянул её Наоми.

– Ты знаешь, что алкоголь для меня запрещен, – сказал он с лёгкой улыбкой, – но я хочу, чтобы ты насладилась этим вином. Пусть оно станет символом нашего сегодняшнего дня, символом нежности и новых надежд.

Наоми приняла бутылку и открыла её, делая первый глоток. Вино оказалось изысканным: нежное, с легкой кислинкой и тонкой сладостью, которое будто рассказывало историю летнего заката. С каждым глотком она чувствовала, как волнения уходят, уступая место мягкому опьянению, дарящему ей ощущение лёгкости и блаженства.

Они шли среди рядов разнообразных деревьев, где всё вокруг казалось созданным для романтики: аромат спелых фруктов, теплый солнечный свет, ласковый шелест листвы. Джун, не употребляя ни капли вина, всё время внимательно слушал её рассказы о мечтах, планах и тайных увлечениях, его глаза то и дело задерживались на её сияющей улыбке, на её блестящих глазах, отражавших нежность и мечтательность.

В такие моменты он говорил ласковые слова, обещания и комплименты, искренне стараясь покорить её сердце. Его голос был тихим, но проникновенным:

– Я хочу, чтобы ты была счастлива, Наоми. Пусть каждый миг будет наполнен светом, как сегодня. Ты заслуживаешь всего самого прекрасного в этом мире.

Наоми слушала его, чувствуя, как каждое его слово согревает её душу. Под влиянием вина, она чувствовала себя почти невесомой, будто находилась в другом измерении, где царили лишь мечты и любовь. В этот волшебный момент она забыла о прошлом, о сомнениях, о боли – осталась только она и он, их разговоры, смех и тихий шелест листьев деревьев.

Так романтический обед превратился в настоящую симфонию чувств, где каждая мелочь, каждый взгляд и каждое слово становились частью их новой истории, обещающей нежность и взаимопонимание.

Вечер спустился медленно и нежно. Наоми шла босиком по мягкой траве, чувствуя каждую её каплю прохлады и аромат дикой зелени. Легкий ветерок играл с её волосами, а закат, словно разлитая акварель, окрашивал небо в розово-оранжевые тона. В этом волшебном мгновении всё вокруг казалось наполненным особой магией, приглашающей забыться в мечтах.

Джун, не способный устоять перед столь чарующей атмосферой, подошел ближе. Он слегка наклонился, словно намереваясь разглядеть каждую черту её лица, и осторожно провел пальцами по линии её обнаженных плеч. Его прикосновение было легким, как дуновение теплого ветерка, оставляя за собой ощущение нежности и тихой страсти.

Наоми, почувствовав тепло его рук, не смогла удержаться от смущенного взгляда. Она опустила глаза, следя за тем, как его пальцы нежно скользят по её коже, и ощутила, как внутри что-то начало таять, словно лёд под первыми лучами весеннего солнца. В её душе вспыхнули чувства, которые так долго были запрятаны за маской осторожности.

– Наоми, знаешь, почему в тот день на концерте я подошел именно к тебе?

Девушка вопросительно посмотрела на Джуна.

– Когда я пел, сквозь ослепительный свет софит, обратил внимание на твои рыжие волосы – они выделялись из толпы. А твои глаза… – он сделал паузу, украдкой поглаживая её щеку. – смотрели на меня с такой искрой, что в тот момент я понял, что хотел бы видеть их всю свою жизнь.

Наоми смущенно опустила голову, ощущая тепло его пальцев на своей коже. Его слова, простые и искренние, словно мелодия, проникали в самое сердце. Она всегда считала себя обычной, ничем не примечательной девушкой, а тут – внимание самого Джуна, знаменитого музыканта, чьи песни заставляли трепетать миллионы сердец по всему миру.

Джун медленно поднял её подбородок, и его глаза, блестевшие от света заходящего солнца, встретились с её взглядом. В этот момент между ними возникло нечто большее, чем просто физическое притяжение – это было словно молчаливое признание, что их сердца уже нашли общий язык. Он наклонился еще ближе, его губы, казалось, искали путь к её, а рука снова поднялась, как бы приглашая её к неизбежному.

Но внутри Наоми началась борьба. Воспоминания о прошлом, страх перед переменами и неуверенность смешивались с новым чувством, разрывая её на части. Её сердце билось быстрее, и она не могла решиться, дать ли волю этому моменту. В голове мелькали мысли, как будто кто-то пытался удержать её от того, чтобы она полностью отдалась чувствам.

– Я не знаю, что сказать, – прошептала она, опуская взгляд. Ей казалось, что щеки горят огнем.

Неожиданно их лица соприкоснулись, и в этом столкновении, когда их лбы едва коснулись друг друга, они оба закрыли глаза, будто пытаясь сохранить этот момент в тайне. Тишина вокруг стала густой, наполненной дыханием ветра и тихим шепотом сердца. Каждое мгновение тянулось, как вечность, и в этом прикосновении, в этом почти нежном столкновении, она почувствовала, как сопротивление внутри неё растворяется.

Джун приблизился еще ближе, и, несмотря на ту внутреннюю борьбу, его губы медленно опустились на её. Сначала легкое касание, едва ощутимое, затем – глубокий, чувственный поцелуй, в котором всё было: и нежность, и страсть, и смелость. Наоми, сопротивляясь сначала своим страхам, в конце концов почувствовала, как её тело отвечает, как будто весь мир сузился до этого мгновения, до этого единственного поцелуя.

В этом поцелуе не было ни слов, ни лишних движений – лишь чистая искренность, способная пробудить самые скрытые чувства. Она почувствовала, как каждое его прикосновение, каждый вдох сливаются с её, как будто они стали единым целым, растворившись в этом волшебном моменте. Время перестало существовать, и лишь нежность их соединения обретала значение.

Взоры, вновь открывшиеся после закрытых глаз, встретились, и в них говорило всё – и боль прошедших утрат, и надежда на новое начало, и обещание, что больше никогда не останется одинокой. Наоми, наконец, позволив себе забыть о борьбе, приняла этот момент, растворившись в поцелуе, который стал началом чего-то нового, искреннего и неизбежного.

Наоми, осознавая, что выпила больше, чем планировала, обратилась к Джуну с просьбой довести её до дома. Его сердце сжалось от разочарования – он надеялся на продолжение их вечера, но, увидев её уставшее лицо, решил не торопить события и согласился.

Вскоре к ним подъехал большой белый лимузин, сверкающий в свете уличных фонарей. Дверь открылась, и они сели внутрь. Интерьер лимузина был роскошным: мягкие кожаные сиденья, приглушённый свет, создающий атмосферу уюта, и бар с изысканными напитками. На стенах висели зеркала, отражающие их лица, а в воздухе витал лёгкий аромат свежих цветов.

По дороге Джун держал Наоми за руку, его прикосновения были нежными и уверенными. Он целовал её в щёки, поглаживал её волосы, и каждый его жест вызывал в ней тепло. Наоми, понимая, что пьяна, поддавалась на его ласки, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее. Она улыбалась, ловя его взгляд, и в этот момент казалось, что весь мир вокруг них исчез.

– Я хочу, чтобы эта ночь не заканчивалась … – прошептал Джун.

Их руки переплетались, а дыхание становилось всё более учащённым, тогда Джун наклонился ближе, чтобы поцеловать её в губы. Этот поцелуй был полон нежности и обещаний, и Наоми, забыв о своих сомнениях, ответила ему с той же страстью.

– Джун… – прошептала Наоми в ответ, чувствуя, как тепло его тела проникает в самую душу.

Его губы скользили по ее щеке, спускаясь к шее, вызывая легкую дрожь. Наоми запрокинула голову, позволяя ему исследовать каждый изгиб ее тела. Его прикосновения были словно электрические разряды, пробуждающие в ней доселе неведомые чувства.

Вдруг Наоми неожиданно поменяла позицию, она резко развернулась к нему, усевшись к нему на колени. Джун подался вперед, его руки крепко обхватили ее талию, словно боясь отпустить. Ее волосы рассыпались по его плечам, окутывая их обоих шелковистой пеленой. Он почувствовал, как ее дыхание участилось, вторя его собственному.

Наоми провела пальцами по его волосам, чувствуя их мягкость и шелковистость. Она заглянула в его глаза, полные огня и нежности. В этом взгляде она увидела все, что хотела увидеть: любовь, страсть, желание. Она приблизилась к нему еще ближе, чувствуя его тепло и силу.

Ее губы коснулись его губ, вначале робко и неуверенно, а затем все более и более страстно. Их поцелуй был наполнен нежностью и желанием, словно они ждали этого момента целую вечность. Наоми почувствовала, как ее тело охватывает жар, а в животе порхают бабочки. Она знала, что хочет его, хочет быть с ним здесь и сейчас.

Джун углубил поцелуй, его руки скользили по ее спине, вызывая у нее мурашки. Он чувствовал, как она отвечает на его прикосновения, как ее тело расслабляется в его объятиях. В этот момент они были единым целым, два любящих сердца, слившиеся в страстном порыве.

Затем, Джун вновь вернул её в прежнюю позицию, наклонившись над ней, после чего нежно взял руку Наоми в свою, переплетая их пальцы. Он смотрел на нее с обожанием, и его губы коснулись ее руки легким поцелуем. Затем он перешел к ее шее, оставляя там невесомые прикосновения. Наоми отвечала на его ласки, ее дыхание становилось все более прерывистым. Джун целовал ее губы, нежно и страстно, и она отвечала ему тем же. Его руки блуждали по ее телу, вызывая волну мурашек. Все было пропитано нежностью и желанием, но в то же время оставалось в рамках сдержанности.

Внезапно, словно опомнившись, Наоми отстранилась. В ее глазах мелькнула тень сомнения.

– Джун, подожди… давай не будем торопиться? – прошептала она, пытаясь унять бурю эмоций, бушующих внутри.

Джун замер, глядя на нее с нежностью и пониманием. Он видел ее колебания, ее страх, ее неуверенность.

– Тебе не стоит меня бояться – тихо произнес он, его голос звучал как успокаивающая мелодия. – Я никуда не тороплюсь. Я хочу, чтобы тебе было комфортно.

Она посмотрела в его глаза, ища подтверждение его словам. Там, в глубине зрачков, она увидела лишь искренность и тепло. Ее сердце немного успокоилось, буря эмоций начала стихать. Она улыбнулась, чувствуя, как ее страхи постепенно отступают.

Лимузин остановился у отеля, и Джун, не подозревая о том, что Наоми живёт с Чигуком, вышел первым, помогая ей выбраться. Она, слегка покачиваясь, попрощалась с ним, её губы всё ещё были опухшими от долгих и непрерывных поцелуев.

– Я позвоню тебе завтра! – шепнув на ухо, сказал айдол.

– Спокойной ночи! – игриво добавила девушка, помахав ему рукой.

В ответ Джун улыбнулся ей и подмигнул. Его глаза действительно искрились, и в тот момент он понял, что Наоми – это не очередная его игрушка, а, возможно, та самая, которую он ждал всю жизнь…

Глава 12

Наоми оперлась на холодную металлическую стенку лифта, закрывая глаза и глубоко вдыхая, пытаясь собраться с мыслями. Голова приятно кружилась, тело было расслабленным, но где-то внутри зарождалось беспокойство.

В голове всплывали сцены, которые ещё несколько часов назад казались сказкой. Джун держал её за руку, его пальцы мягко скользили по её коже, а губы оставляли горячие поцелуи на запястье, на плече… Наоми коснулась своих губ, чувствуя, как они пульсируют после всех этих прикосновений.

Но стоило ли это того?

Лифт издал негромкий сигнал, извещая о прибытии на нужный этаж. Двери медленно разошлись в стороны, и Наоми, приглаживая растрепавшиеся волосы, вышла в полутёмный коридор.

Она прокралась к двери, стараясь не шуметь. Чигук, скорее всего, уже спал, и ей совсем не хотелось сейчас сталкиваться с ним. Но стоило ей повернуть ручку и сделать шаг внутрь, как она поняла – квартира не погружена в сон.

Где-то в глубине гостиной мерцал свет, отбрасывая мягкие отблески на стены. Тишина была напряжённой, почти гнетущей. Наоми сделала несколько осторожных шагов вперёд и замерла, увидев Чигука.

Он сидел на диване, одной рукой опираясь на подлокотник, в другой держал телефон. Его поза была расслабленной, но Наоми чувствовала напряжение в его теле. А ещё этот взгляд… холодный, острый, пристальный.

Она сглотнула, пытаясь собраться с мыслями, но алкоголь ещё не до конца выветрился, и ей сложно было сообразить, что сказать.

– Ты не спишь… – пробормотала она, стараясь выглядеть невозмутимо.

Чигук медленно поднялся. Свет падал на его лицо, подчеркивая строгие черты и напряжённую линию челюсти.

– Поздновато для прогулки, не находишь? – его голос был низким, сдержанным, но в нём явно читалось раздражение.

Наоми поёжилась. Она была не готова к его реакции. Она надеялась просто проскользнуть в комнату, принять душ и уснуть, ни с кем не разговаривая.

– Я… просто… – она запнулась, понимая, что оправдания звучат глупо.

Чигук подошёл ближе, и только сейчас она заметила, что он тоже выглядел усталым, будто не сомкнул глаз ни на минуту.

– Хорошо провела время? – сухо поинтересовался он.

Наоми не знала, что ответить. Ведь на самом деле – да, провела. Но почему при нём она чувствовала себя так, словно сделала что-то неправильное?

Наоми сделала шаг вперёд, и вдруг её ноги подкосились. Алкоголь всё ещё дурманил голову, и ей пришлось ухватиться за Чигука, чтобы не потерять равновесие.

– Ой, – она захихикала, цепляясь за его плечи. – Кажется, я немного… эээ… перебрала.

Чигук напрягся, когда её руки обвились вокруг его шеи. Её тело было тёплым, от неё пахло дорогим вином и сладкими духами. Он сжал челюсть, стараясь сохранить самообладание.

– Чигууук, – протянула она его имя, заглядывая ему в глаза с какой-то детской наивностью. – Ты даже не представляешь, как прошёл мой вечер…

Он молчал, но взгляд его потемнел.

– Это было просто волшебно! – продолжила Наоми, слегка покачиваясь и не отпуская его. – Джун такой романтик… Ты бы видел, как он организовал всё! Этот сад, это вино…

Она мечтательно закатила глаза, а у Чигука внутри всё закипало.

– А потом… – она усмехнулась, прижимаясь к нему сильнее, будто делясь самой сладкой тайной. – Мы целовались…

Чигук застыл, его руки сжались в кулаки, когда он услышал эти слова. Ему хватило одного взгляда Наоми, чтобы понять, в каком она состоянии – пьяная, раскрасневшаяся, с чуть припухшими губами и мечтательной улыбкой на лице. Внутри всё закипело, но он старался держать себя в руках.

– Достаточно, – его голос прозвучал низко и угрожающе.

Но Наоми словно не слышала. Она прижалась к нему сильнее, её пальцы слабо сжали ткань его рубашки.

– Ты ведь знал, да? – она хихикнула. – Что я… так сильно в него влюблена…

Чигук глубоко вдохнул, чувствуя, как злость и раздражение смешиваются с чем-то другим – с обидой, с горечью, с желанием встряхнуть её, чтобы она, наконец, открыла глаза.

– Хватит, Наоми, – он осторожно, но твёрдо отстранил её.

Но она не отступала. Подняв голову, посмотрела прямо в его глаза, улыбаясь по-детски наивно.

– Почему ты злишься? Ревнуешь?

Чигук молчал. Конечно, ревновал. До боли в груди, до ярости, до желания увести её из этого глупого спектакля, который она сама же устроила. Но вместо ответа он молча подхватил её на руки и понёс в спальню. Она зашептала что-то, но он уже не слушал.

«Ты ведь завтра всё забудешь», – мысленно сказал он, опуская её на кровать и поправляя выбившиеся пряди волос.

Наоми ещё раз улыбнулась, закрывая глаза.

– Чигук… – пробормотала она перед тем, как провалиться в сон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Гримваген – это специальный транспорт, оборудованный для гримирования актёров и подготовки их к съёмкам. Он напоминает дом на колёсах, но внутри оснащён необходимыми удобствами для работы и отдыха актёров.

Вернуться

2

Тайяки – традиционное японское печенье в форме рыбки. Дословно название переводится как «запечённый морской лещ».

Вернуться