Анастасия Ридд
Ты никогда не станешь моим

Пролог Катя

– Я хотела поговорить с тобой, – неуверенно начинаю я. Даже примерно не могу представить, какую реакцию ждать от Кости Лисянского, моего близкого друга в прошлом и совершенно построенного человека в настоящем.

– Если ты о той ночи… – говорит он, но я мгновенно перебиваю его.

– Да, то есть нет, – отрывисто вздыхаю. – Не совсем, Кость.

– Ты права, мы должны это обсудить. Всё же мы с тобой не посторонние и взрослые люди, чтобы делать вид, что ничего не произошло, и бегать друг от друга. – Костя поворачивает во двор, и я на автомате ищу взглядом свою машину. Стоит только убедиться, что с ней всё в порядке, как спутанные мысли о предстоящем разговоре с Лисом моментально врезаются в голову.

Я искоса наблюдаю за Костей. Он больше не мальчик, который был рядом со мной на протяжении тех лет, что мы учились и дружили. Теперь он состоявшийся мужчина, знающий, чего ждёт и хочет от жизни. Пристальный взгляд, сканирующий всех и вся, хмурые брови, играющие желваки на скулах говорят о том, что мальчик вырос и теперь с ним шутки плохи.

– Да, Костя, мы должны всё обсудить. – Я вкладываю в голос максимум уверенности, но он всё равно кажется хриплым и тихим.

– Приехали. Думаю, удобнее будет поговорить в квартире. У меня скоро встреча, я должен принять душ и переодеться, – Костя чеканит каждое слово. – Пойдём.

Не могу не сказать ему. Это было бы неправильно, но в настоящий момент я волнуюсь так, что, кажется, сердце выпрыгнет из груди, стоит мне только переступить порог его квартиры. Но ведь это Костя, мой дорогой друг, который всегда понимал и поддерживал меня. Ну и пусть прошло слишком много лет с тех пор, как мы в последний раз говорили как друзья.

– Располагайся, Кать. – Он бросает ключи на полку в прихожей, а в моей памяти всплывают картинки недавней ночи. – У меня не так много времени, ты уж прости.

– Не думаю, что нам следует обсуждать то, что было, полдня, – выдавливаю из себя хоть что-то, наконец-то набираясь смелости и заглядывая в глаза Лису.

– Я так понимаю: мы не просто уснули? – резко говорит Костя. – Давно я не надирался до такой степени, чтобы отшибло память.

– Не просто, Кость, – киваю я, не двигаясь с места.

– Я ещё утром понял, что что-то не так. Твоя реакция была слишком очевидной, – усмехается он.

– Что ж не переспросил? – нервно сглатываю я, потирая ладошки, которые уже успели вспотеть.

– Башка раскалывалась на части. Да и, зная тебя… – Лис замолкает и прислоняется к косяку, складывая руки на груди. – Если бы Катя Соболева хотела, я бы узнал об этом.

– Есть последствия той ночи, – я смотрю в глаза Косте. Он в изумлении выгибает бровь.

– О чём ты? – грубо спрашивает Лисянский.

– У нас будет ребёнок, – быстро отвечаю я.

– Я не ослышался? – Он резко меняется в лице.

– Нет, – сохраняю спокойный тон. – Я беременна. От тебя.

Он окидывает меня презрительным взглядом с головы до ног, после чего начинает смеяться. Но в этом смехе не слышится ни капли радости, скорее наоборот – горечь и отчаяние. Я сжимаюсь, будто от холода, хотя в его квартире очень даже комфортная температура. Всё дело в нём, в отце моего ребёнка. За всё то время, что мы друг друга знаем, я ещё никогда не видела Костю Лисянского таким.

– Твое враньё может дорого тебе стоить, Соболева. – Лис мгновенно оказывается возле меня и резко хватает за подбородок, пристально заглядывая в глаза.

– Я не вру, – почти выкрикиваю я.

– Замолчи, Катя! – Он отпускает меня так же молниеносно. – И послушай внимательно. У меня не может быть детей. Никогда! А теперь проваливай. И навсегда забудь дорогу в мой дом.

Мне больно, слёзы струятся по моим щекам, но я не чувствую их. В груди словно кто-то прокручивает раз за разом острый клинок, и образовавшаяся дыра становится всё больше. Мне трудно дышать, кажется, что кислорода и вовсе не остаётся. Я словно на последнем издыхании хватаю воздух ртом, но тщетно. Пячусь к входной двери, не отводя взгляда от человека, который только что навсегда разбил моё сердце.

– Ты никогда не станешь моим, Костя, даже если приползёшь на коленях с ворохом извинений. И, когда тот момент наступит, я попрошу… – Я задыхаюсь, в горле моментально пересыхает. – Нет, не просто попрошу, я сама лично засуну их тебе в одно место!

– Не обольщайся, Катюша, – он намеренно выделяет моё имя. – Этого не произойдёт. Я не потерплю в своем окружении лгунью. Не представляю, что за игру ты затеяла, могу сказать лишь одно – ты в неё заочно проиграла. А теперь уходи, пока мне не пришлось силой выставить тебя квартиры.

Я выбегаю, глотая солёную воду, струящуюся по щекам. Пелена слёз застилает глаза, и я на автомате нажимаю на брелок своей машины. Усаживаюсь на сиденье, вставляю ключ и выезжаю с парковки. Не успеваю проехать и ста метров, как путаю педали газа и тормоза и становлюсь виновницей аварии. Правой рукой потираю лоб, которым успела стукнуться о руль, и выхожу из автомобиля.

– Ты в своём уме? – громко кричит разъярённый мужчина, глядя на наручные часы.

– Простите, я вас не заметила, – невнятно блею я, переводя взгляд на помятый бампер дорогого внедорожника последней модели, после чего негромко восклицаю: – Чёрт возьми!

– Нет у меня времени с тобой возиться, – чуть спокойнее говорит он, по всей видимости обращая внимание на мои заплаканные глаза. – Вот моя визитка. Жду звонка завтра утром. – Я непонимающе смотрю на протянутую мне бумажку с тиснёным шрифтом. – По поводу ремонта. Тебе придётся возместить ущерб.

Мужчина усаживается в свой внедорожник и моментально срывается с места.

– Только этого мне не хватало, – бормочу себе под нос.

– Катя! – окликает меня знакомый голос. Я поворачиваю голову и застываю на месте, готовясь провалиться сквозь землю. – Какая неприятность! – сокрушённо произносит девушка.

– И тебе добрый день, Лера, – сквозь зубы говорю я. А сама в этот момент думаю: что же ещё должно произойти сегодня? Ещё одна неприятность, которая окончательно добьёт меня?

– Ты какими судьбами здесь? – хитро улыбается девушка Лиса.

– По работе. – Сглатываю ком, который снова подступает к горлу.

– Понятно. Слушай, Кать, я сама хотела с тобой связаться, а тут по воле случая мы и встретились. – Она делает небольшую паузу, вероятно, намереваясь создать интригу, но, заметив, что я никак не реагирую на её слова, продолжает: – Как ты уже знаешь, на следующей неделе у нас с Лисом свадьба.

Я стараюсь ничем не выдать эмоции, которые в буквальном смысле хватают меня за горло и душат так сильно, что мне в очередной раз за этот грёбаный день не достаёт воздуха.

– Мне бы хотелось, чтобы ты – как близкий друг моего будущего супруга – присутствовала на таком важном для него событии. Я знаю, что для Кости ты значишь очень много и что ты не раз вытаскивала его из различных передряг. Поэтому вот – держи! – Лера даёт мне невероятной красоты конверт, из которого торчит приглашение, после чего садится в автомобиль и, не прощаясь, уезжает, оставляя меня наедине с дерьмовым настроением, которое и без того, казалось бы, хуже уже быть не могло. Но нет. Сегодня определённо не мой день. В довершение ко всему я получила приглашение на свадьбу к отцу своего ребёнка. Что может быть ужасней?

Глава 1 Катя

Шесть лет назад

– Лис, ты видел того чудака в оранжевом парике? – смеюсь я, подхватывая лучшего друга под локоть. Он морщит нос, демонстрируя всем своим видом, что мужчина в парике его совсем не интересует. – Напоминает тебя в нашу первую встречу.

– Я почти простил тебя, Соболева, – серьёзным тоном произносит Костя. Я перевожу взгляд на него, и замечаю в глазах озорные смешинки. – Поэтому в твоих же интересах не напоминать мне об этом.

Мы с Костей бредём по оживлённой улочке, которая наполнена смехом и весельем. Сегодня выходной день, а это означает, что к вечеру здесь будет не протолкнуться. И именно по этой причине мы решили пройтись сейчас, после напряжённого, наполненного несколькими экскурсиями дня.

– Честно говоря, я валюсь с ног от усталости, Кость, – хнычу я. – Мы только за сегодня прошли километров тридцать. Не меньше. Я выжата как лимон.

Лис смеётся. Своим глубоким низким бархатным смехом, который каждый раз заставляет меня замереть. Ведь так умеет только он. Мой лучший друг мужского пола. Удивительно, сколько раз судьба или жизнь – кому как нравится – сталкивала нас друг с другом. И мы всегда оставались, и продолжаем оставаться близкими друзьями.

– Хочешь перекусить? – спрашивает он, чуть наклоняясь. Этот жест означает, что он готов предоставить мне свою спину в качестве транспорта.

– Костя, ты самый лучший! – восклицаю я, обнимая его руками за шею. Он подхватывает меня под бёдра, и я чувствую, как устали мои ноги – они больше не пройдут ни одного метра. – Давай перекусим. Внизу улицы есть отличная забегаловка. Помнишь, мы в первый день там обедали?

– Предлагаешь нести тебя целый квартал? – усмехается он, двигаясь в нужную сторону. А я невольно вдыхаю его потрясающий парфюм, гоня от себя ненужные мысли.

Наша первая встреча стала полным крахом. Это произошло ещё четыре года назад. В сентябре. Первая неделя первого курса в университете выдалась не самой простой. Да и дома всё было не так идеально, как хотелось бы. Словом, я находилась в крайне подавленном состоянии, не зная и не понимая, как из него выбраться.

У отца были большие проблемы с бизнесом, который держался буквально на последнем издыхании. По правде говоря, если бы не моя помощь, то абсолютное разорение оказалось бы неминуемо. Я вкалывала днями и ночами на фабрике отца, лишь бы выбраться из тяжёлой ситуации, в которой оказалась наша семья. Казалось бы, молодая девушка восемнадцати лет должна была наслаждаться жизнью, встречаться с друзьями, влюбляться в парней, но у меня просто не было на это времени. Весь последний школьный год я помогала отцу сводить концы с концами, и мои труды к моменту поступления в университет уже начали приносить плоды. Ещё годик-другой в таком темпе, и мы должны были зажить как раньше, в те времена, когда моя мать ещё жила с нами. Именно в это время по воле случая я познакомилась с Костей Лисянским, с человеком, который перевернул всю мою жизнь с ног на голову.

Ещё со школы за мной таскался Саша Юматов, которого в прошлом я отшивала далеко не один раз. Но этому кадру было наплевать. Он даже в тот же университет поступил, лишь бы быть ближе ко мне. По мне, так полный бред. Но факт остаётся фактом. И по какой-то неизвестной мне причине Саша сошёлся с Костей Лисянским. И благодаря именно ему мы и познакомились.

– Красотка, привет! – небрежно бросил Юматов, направляясь к столику, за которым обедала компания парней, буквально в первый же день зарекомендовавших себя «королями» первокурсников.

– Иди, куда шёл, Юматов! – злобно прорычала я, поперхнувшись брусничным морсом, который мгновенно встал мне поперёк горла. – У тебя какие-то проблемы с мозгами? Я тебе уже несколько лет твержу одно и то же. Отвали от меня.

– Ух, какая ты строптивая, Катюха! – усмехнулся он, касаясь своими тонкими пальцами моего плеча. – Кстати, угощайся!

Парень поставил на стол передо мной стакан с оранжевой жидкостью, по внешнему виду напоминающей апельсиновый сок, который, к слову сказать, я не переношу даже на дух. Да и ко всему прочему у меня аллергия на цитрусовые. И Саше это было хорошо известно. Парень запрокинул голову и заливисто рассмеялся, чем обратил на себя ещё больший гнев, который разрастался внутри меня буквально в геометрической прогрессии.

– Кать, он того не стоит. Идиотом был, идиотом и останется. – Моя лучшая подруга Есения взяла меня за руку. Я перевела взгляд на неё, но взять себя в руки уже было невозможно. Вероятно, не начнись этот день так дерьмово, я могла бы и вовсе не реагировать на неадекватного человека.

Я резко встала со стула и схватила стакан с апельсиновым соком, чуть расплескав содержимое на пол. Чувствовала на себе взгляды всех собравшихся, но не обращала внимания ни на кого и ни на что, кроме спины в белой рубашке. Уверенной походкой пошла в сторону столика, за которым расположилась компания из шести человек. Трое из них сидели ко мне спиной, но мне не составило труда определить среди них ненавистного Юматова. Недолго думая, я подошла к нему и вылила содержимое стакана прямо на голову.

Внезапно стало тихо. Был слышен лишь звук капель оранжевого цвета, которые хаотично падали на пол. Мне нисколько не было стыдно, Юматов заслуживал наказания за долгие годы своей навязчивости. Оставалось только надеяться, что после моей выходки он отстанет от меня раз и навсегда.

– Какого чёрта?! – раздался грозный голос, больше напоминавший рёв разъярённого быка. Я буквально подскочила на месте. Медленно осознавала, что только что произошло, и не могла пошевелиться. Ноги будто задеревенели, а внутри постепенно разливалось неприятное, но такое знакомое чувство вины.

Я повернула голову вправо и заметила самодовольную ухмылку Юматова. Твою ж!.. Возможно, та ситуация могла бы стать забавной, если б не была настолько идиотской.

– П-прости, – едва слышно одними губами пробормотала я.

– Облажалась так облажалась, Соболева! – смешно оказалось только одному Саше.

– Заткнись, Юматов! Ты полный кретин! – сквозь зубы произнесла я.

Чувствовала себя полной идиоткой. Я облила белоснежную рубашку совершенно незнакомого мне парня яркой сладкой жидкостью. У Юматова были такого же оттенка волосы, как у того человека, и такая же белоснежная рубашка. Чёрт!

Незаслуженно облитый мной парень медленно обернулся. Презрительный взгляд, которым он окинул меня, был красноречивее всяких слов. Я почувствовала, как в помещении резко стало жарко, а внутри меня всё сжалось.

– Прости, я не хотела, – еле слышно произнесла я. – Нет, не так. Я хотела, но приняла тебя за другого. Попробую всё исправить.

Что двигало мной в тот момент, совершенно неясно, но я схватила со стола несколько салфеток и начала промокать ими жёсткие волосы темноглазого шатена. Старалась не смотреть на него, но всё равно заметила, как тёмные брови незнакомца выгнулись в изумлении. Несколько секунд парень не предпринимал никаких действий, вероятнее всего, он пребывал в шоковом состоянии, впрочем, как и я.

– Идём! – приказал он, перехватив мою руку. Его голос звучал грозно среди оглушающей тишины, которую по-прежнему никто не решался нарушить.

Он резко поднялся со своего места, возвышаясь надо мной высокой скалой, отчего я почувствовала себя сантиметров на двадцать ниже, чем на самом деле. Успела уловить лишь сочувствующий взгляд своей лучшей подруги, прежде чем меня буквально вытолкнули из столовой.

– Что ты себе позволяешь? – возмутилась я в безуспешных попытках выдернуть руку из его крепкой хватки. Он потащил меня к выходу из здания университета, и, честно говоря, мне стало не по себе. В голове рисовались не самые приятные картины того, что со мной будет из-за этой маленькой оплошности. – Я, конечно, понимаю, что виновата, но давай как-то полегче, хорошо?

– Замолчи! – рявкнул парень, после чего открыл входную дверь.

– Куда ты меня тащишь? У меня ещё две пары, я не могу их пропустить. – Я пыталась держать свои эмоции под контролем, но каждое слово давалось мне с большим трудом. Я понимала, что попала.

– Сегодня ты не вернёшься в универ, – отрезал он, когда мы подошли к белоснежному спортивному автомобилю. – Едешь со мной искупать свою вину. Очень вовремя ты мне попалась.

– С чего ты решил, что я куда-то поеду с тобой? Да я даже не знаю, кто ты! – Он буквально втолкнул меня на пассажирское сиденье спорткара, после чего дверь моментально закрылась.

Парень быстро обошёл автомобиль, на ходу снимая свою мокрую рубашку. Мой взгляд невольно упал на рельефное тело, и я тут же отвернулась. Не на что мне было глазеть, тем более в той ситуации, в которой я оказалась, парни – последнее, о чём я должна была думать или мечтать. Всему своё время.

– Меня зовут Костя Лисянский, учусь на первом курсе. – Он повернул ключ в замке зажигания и выехал с парковки. Его нисколько не смущало отсутствие одежды выше пояса, зато я чувствовала себя, мягко говоря, неловко.

– Куда мы едем? – спросила я, разглядывая сменяющиеся один за другим пейзажи за окном.

– За новой рубашкой, – коротко ответил парень. Некоторое время он молчал, после чего наконец задал вопрос: – Ты Соболева? Катя?

– Да, – в изумлении я повернула голову в его сторону и тут же ощутила, как лицо залилось румянцем. – Ну конечно! Юматов!

– Слушай, раз уж ты готова искупить свою вину, – отрывисто сказал Костя, а я удивленно ахнула, – то сегодня у тебя как раз есть такая возможность.

– Что я должна сделать? – спокойно спросила я.

– Притворишься моей девушкой, – пожал он плечами, ехидно улыбаясь.

– П-прости? – заикаясь, произнесла я.

– Есть ещё вариант, – невозмутимо ответил Лисянский. – Ты можешь купить мне новую рубашку.

– Я предпочитаю второй вариант, – фыркнула я.

– Её стоимость около тридцати тысяч. – Костя припарковался рядом с торговым центром, и я поняла, что это была не шутка. Там находились самые дорогие бутики города. Он заглушил двигатель и повернулся ко мне. На его губах играла лёгкая ухмылка. – Так что, идём за рубашкой?

Глава 2 Катя

– Кость, честное слово, мне очень стыдно за нашу первую встречу, – хитро улыбаюсь, когда мой друг открывает дверь только что выбранной забегаловки.

– Рад, что ты испытываешь подобные чувства, – он открыто усмехается. – Я ведь до сего момента считал, что тебе это чуждо. Вон тот столик свободен, – Костя кивает в сторону окна, после чего берёт меня за руку, продвигаясь к пункту назначения.

Прикосновение Лиса совершенно обычное, едва ощутимое, но я чувствую лёгкое покалывание. Не понимаю, что так на меня действует: усталость или же нечто другое. Но в этот момент решаю отбросить все мысли из головы и насладиться приятным времяпрепровождением в отличной компании своего лучшего друга. По правде говоря, в последние несколько дней я ощущаю определённую неловкость в присутствии Кости. Меня будоражит его близость, что очень странно, учитывая, сколько лет мы остаёмся просто друзьями.

– Я так рада, что ты согласился поехать со мной, – искренне произношу. – Это первое лето, когда я наконец могу вздохнуть спокойно. Папин бизнес потихоньку набирает обороты, и у меня теперь есть время на себя.

– Хороший он у тебя мужик, – серьёзным тоном говорит Лис, забирая чашку с кофе у только что подошедшего официанта. Некоторое время молчит, и, казалось бы, едва уловимое напряжение, которое исходит от него, я ощущаю чересчур остро.

В голову невольно врываются воспоминания четырёхлетней давности и первая встреча с семьёй Кости, когда мне пришлось притвориться его девушкой. Ещё тогда я удивилась, как родители наседали на него. А парню было всего-то восемнадцать. Лисянский-старший довольно успешный предприниматель, у которого в столице имеется огромное количество знакомых в разных сферах, поэтому для меня этот человек представлялся тем, кого лучше обходить стороной. Супруга Виктора и по совместительству мама Кости, Татьяна, тоже, что называется, непростых кровей. Зато сестричка Кости Агния – невероятно приятная и умная девушка, с которой, даже учитывая небольшую разницу в возрасте, мы сразу же нашли общий язык. Она младше Кости на три года, но между братом и сестрой такие теплые отношения, которые были видны невооруженным глазом. И, по правде говоря, окунувшись в атмосферу семьи Лисянских, я поймала ощущение, что Костя и Агния вовсе не дети своих родителей. Настолько они отличались от холодных и своенравных Виктора и Татьяны. Но вряд ли я имею хоть какое-то право рассуждать на тему их семьи, ведь моя никогда не являлась примером для подражания.

– Родителей не выбирают, Кость, – обречённо вздыхаю я. – Но, так или иначе, думаю, твои желают тебе счастья. Просто… делают это своими способами.

– Не уверен, что они желают счастья, – горько усмехается он, переводя взгляд на оживлённую улицу. – Эти двое из тех, кто ищет выгоду и пользу от всех, кто находится в радиусе ста километров. И их дети, к несчастью, исключением не являются.

– Мне очень жаль. – Я кладу ладонь поверх его кисти и моментально встречаюсь с ним взглядом, в котором, помимо теплоты и благодарности, вспыхивает какой-то незнакомый мне огонёк. Я несмело улыбаюсь и медленно убираю руку, но он перехватывает мои дрожащие пальцы, тем самым заставляя пульс участиться.

– Спасибо, – Лис едва шевелит губами, после чего неловкий момент рушит вовремя подошедший официант.

К отелю мы с Костей направляемся на удивление молча. Ощущение неловкости ни на мгновение не покидает меня. Искоса поглядываю на Лисянского, но на его лице не замечаю ни единой эмоции.

По своим ощущениям четко понимаю, что, несмотря на усталость, вряд ли мне удастся быстро заснуть. В голове что-то щёлкает, а в сердце стреляет, и я пока не понимаю, что с этим делать. А главное, не могу перестать думать о будоражащей близости моего лучшего друга. Чёрт возьми!

– Хочешь или нет? – Костя пожирает меня пристальным взглядом, который я так отчетливо чувствую на себе, но не могу заставить повернуть голову в его сторону.

– Чего хочу? – непонимающе качаю головой, по-прежнему не глядя на друга.

– Кать, ты в облаках витаешь, что ли? – усмехается Лис, резко останавливаясь.

– Нет-нет, просто задумалась, – вру я.

– Я говорю: хочешь пройтись к морю, подышать воздухом перед сном? – спрашивает он. – Нам через пару дней возвращаться, а на море в ночное время мы так и не были.

– Да, конечно, я за. – Чувствую, как мои губы расплываются в натянутой улыбке.

– Тогда идём, – тихо произносит он.

Море сегодня спокойное, а на берегу нет ни души. Костя пропускает меня вперёд, и я смело шагаю по вытоптанной дорожке, которая располагается среди высокой травы.

– Здесь потрясающе! – восклицаю я, глядя на гладкую поверхность моря, освещаемую светом луны. – И почему мы только перед отъездом решили прийти сюда ночью?

– Слишком насыщенной у нас оказалась поездка, – спокойно отвечает Лис, разглядывая звёздное небо. – Было не до этого.

Я поднимаю глаза вверх и поражаюсь открывшейся картине. Тёмное полотно усыпано бесчисленным количеством звёзд, свет которых отражается на водной глади. Вид завораживает, и я достаю из сумки телефон, чтобы запечатлеть этот удивительный пейзаж.

– Видел? – восторженно вскрикиваю я. – Упала звезда!

– Успела загадать желание? – весёлым тоном спрашивает Костя, после чего снимает с себя футболку.

– Да, – весело произношу я, сменив фокус с неба на Лиса. – Ты что делаешь?

– Купалась в море ночью хоть раз?

– Нет, конечно! – я изумлённо таращусь на лучшего друга, но он, не обращая на меня никакого внимания, продолжает снимать с себя одежду.

– Нет желания? – Даже в темноте я вижу озорные смешинки в его глазах. Он подмигивает мне, после чего разбегается и ныряет в тёмную воду.

– Костя! – кричу я, когда спустя несколько секунд Лисянский так и не выныривает из моря.

Проходят ещё секунды, и я начинаю не просто волноваться. Мне становится страшно, ведь только что могло произойти нечто непоправимое. На ходу снимаю с себя одежду и, оставшись в одном нижнем белье, пулей мчусь к тому месту, куда только что нырнул мой лучший друг.

– Ну наконец-то, Соболева! Воздух-то уже стал заканчиваться, – раздаётся откуда-то слева, и я мгновенно поворачиваю голову.

– Лис, я ненавижу тебя! – восклицаю я, после чего бью по тёплой воде рукой, окатывая брызгами и без того мокрого Лиса.

– Это вряд ли. – Тон парня резко становится серьёзным. – Мне известно твоё истинное отношение ко мне.

Костя ныряет и буквально за считаные секунды оказывается рядом со мной. На опасно близком расстоянии. Я резко разворачиваюсь, когда ощущаю на своей талии сильные пальцы. Тёмно-русые волосы Лиса кажутся почти чёрными, а в карих глазах читаются незнакомые эмоции, направленные в мою сторону. Далее события развиваются весьма стремительно. Мой друг осторожно притягивает меня к себе и касается своими губами моих. Невесомо, почти неосязаемо, но это прикосновение вызывает внутри меня такую бурю, которая не проходит даже по возвращении домой.

– Месячное воздержание, Лисянский? – нервно усмехаюсь я, медленно отрываясь от Кости. Делаю над собой усилие, заглядывая в глаза лучшему другу, который только что своим поведением разрушил все мои стереотипы о дружбе между мужчиной и женщиной.

– Типа того, – хмыкает Лис. В его поведении ничего не меняется, и я искренне рада этому, потому как с тем ощущением неловкости, которое начало развиваться ещё сильнее после поцелуя, бороться непросто даже мне.

– Хочешь сказать, даже не ёкнуло? – Я игриво хлопаю его по плечу, после чего делаю попытку выйти из моря.

– Соболева, на что ты рассчитываешь? От ворот поворот ты мне дала сразу же после ужина у моих родителей. – Костя подаёт мне руку, и мы вместе выходим из воды. – Как ты говорила? – Лис принимает задумчивый вид, но я точно знаю, что он помнит. Ведь мы не раз за эти четыре года обсуждали ту мою фразу.

– Любовь – это одна сплошная иллюзия, поэтому давай не будем забивать голову подобными глупостями! – повторяю я свои же слова, после чего добавляю: – Знаешь, я в самом деле считаю, что невозможно любить одного человека всю свою жизнь.

– Ты так считаешь? – отстранённо переспрашивает Костя, натягивая на себя футболку.

– Да, – пожимаю плечами, собирая намокшие волосы в высокий хвост. – Всё дело в том, что мне неизвестны такие пары, которые по прошествии лет относились бы друг к другу с тем же трепетом, что и в самом начале отношений. Либо семьи разваливаются спустя время, либо… – я запинаюсь.

– Живут как мои родители, – заканчивает за меня Костя и попадает в самую точку.

Я быстро киваю и перевожу тему. По пути в номер мы говорим почти обо всём на свете, избегая только произошедшего между нами. Я хоть и болтаю всякую чепуху, смеюсь порой невпопад, в общем, веду себя как обычно, но на самом деле внутри бушует ураган необычных и несвойственных мне эмоций.

Смотрела ли я хоть раз на Лиса как на бойфренда? Нет. Вру! Да, конечно, да! В самом начале нашей дружбы подобные мысли посещали мою голову, но я гнала их от себя подальше. Во-первых, потому что я должна была помогать папе, а во-вторых, Костя из тех парней, кто оставляет после себя глубокий след в душе. Он весьма симпатичный, харизматичный и уверенный в себе парень. Уже в восемнадцать такие качества, как целеустремленность и самодостаточность, выделяли его среди сверстников. И дело не в материальном благосостоянии, а в том, что он знал, чего хотел. Он не шёл на поводу у отца и матери, а жил своей жизнью, не забывая учитывать интересы родных. А если прибавить к этому всему высокий рост, широкие плечи и осанку, как у Аполлона, то оставалось лишь тайно или открыто вздыхать по нему, как это делала добрая половина девушек университета.

– Я в душ! – выпаливаю я, на ходу снимая сандалии. Вечная борьба за первенство пребывания в ванной между мной и Лисянским продолжается на протяжении всего отпуска, независимо от того, в какой стране мы находимся. А всё потому, что мистер Чистая пятая точка моется почти час.

– Чёрт! Кость! – кричу я, потому как не сразу замечаю, что полотенце здесь отсутствует. По всей видимости, его забрали во время очередной уборки, а чистые сложили на кровати вместе с постельным бельём.

Я жду добрых пять минут, но, когда мой друг не откликается и в пятидесятый раз, решаю забрать полотенце самостоятельно. Выглядываю из-за двери и, никого не заметив, пробираюсь к кровати. Заворачиваюсь в полотенце, но чувствую на себе пристальный взгляд. Ищу глазами источник своего дискомфорта и мгновенно ощущаю, как щёки заливаются краской, когда вижу, что Костя лежит на диване в наушниках и ни на секунду не отводит взгляда от моей персоны.

Глава 3 Катя

– Я собираюсь закатить вечеринку по приезде, придёшь? – спрашивает Костя в комнате ожидания. Наш рейс задерживается уже на целый час, и мы коротаем время за просмотром какого-то неинтересного боевика.

– Разумеется, Лисянский! – восклицаю я. – Возьму с собой Есю. Моей дорогой подруге уже давно пора развеяться.

– Конечно! О чём речь?! – произносит он, листая в телефоне фотографии из отпуска. Несколько секунд молчит, после чего задаёт короткий вопрос: – Англия, да?

– Да-а-а, – протягиваю я, чувствуя, как мой голос наполняет неподдельная радость от невероятных впечатлений о стране, которая, к счастью, полюбилась не мне одной. – Я и не думала, что меня может что-то поразить настолько сильно. Удивительная архитектура, природа. Да и люди вовсе не снобы, Кость.

– Нам просто попадались такие. – Замечаю на его губах искреннюю улыбку, от которой моё сердце пропускает удар. – Позитив притягивает позитив. По-другому и быть не может.

– О, наш рейс! – говорю я, услышав объявление по громкой связи.

– Наконец-то. – Костя потирает лицо, после чего встаёт с места и, схватив нашу ручную кладь, направляется к выходу.

– Спасибо тебе за эту поездку, – едва слышно произношу я. Чувствую, как к горлу подступает ком. – Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня.

– Эй! Завязывай хандрить! Твоему милому личику это не идёт, – он останавливается рядом и осторожно касается моей щеки, вытирая скупую слезу, которую я не успеваю сдержать.

Я моментально убираю его руку и обнимаю Костю за шею, прижимаясь всем телом. Для меня эта поездка действительно значит очень много. И тот факт, что именно Лис согласился составить мне компанию, возносит его в моих глазах практически до небес. Всё дело в моей матери. Я решила уехать в спонтанный отпуск как раз из-за неё, вернее, из-за её неожиданно проснувшейся любви ко мне и неуёмного желания встретиться. Обида на неё была так велика, что я как последняя трусиха сбежала из столицы туда, где эта, с позволения сказать, родственница не могла достать меня. Мне просто больше не хочется бередить старые раны, которые за годы, что мы не общались, успели затянуться.

Костя берёт мое лицо в ладони и долго смотрит в глаза, не давая и мне отвести взгляд куда-нибудь в сторону. В очередной раз я ощущаю лёгкое покалывание от его прикосновений. Дыхание сбивается, и Лис успевает это заметить, прежде чем мне удаётся взять себя в руки. Я пытаюсь контролировать свою реакцию на близость парня, но предательское тело выдаёт меня с головой. Костя не дурак. И ему известно, как на него реагирует весь женский пол. Но я исключение. Я друг. По крайней мере, до этой поездки считала себя им.

– Хочешь, чтоб я поцеловал тебя? – открыто спрашивает Лис, отчего, как мне кажется, мои щёки вспыхивают с ещё большей силой.

– Я… – пытаюсь что-либо ответить, но слова теряются в поцелуе, которого, как оказывается, я жажду больше всего на свете.

Он не похож на тот, что был в море. В этот раз я чувствую, как жар разливается по всему телу, заставляя сердце трепетать так, что его стук наверняка слышит весь аэропорт. Меня ещё никогда не целовали с таким чувством и пылом. Я просто тону в тех ощущениях, которые с каждой секундой заставляет меня испытывать мой лучший друг. Его губы настойчивы, а руки прижимают с какой-то невероятной силой. Ещё мгновение, и во мне появляется страх, что этот безумный момент моей жизни совсем скоро закончится. Поэтому, недолго думая, я поддаюсь эмоциям и с трепетом прижимаюсь к сильному телу, бесстыдно отвечая на совсем не целомудренный поцелуй.

***

В полном смятении я возвращаюсь домой. Непроизвольно трогаю свои губы, которые будто до сих пор горят от поцелуя, случившегося несколько часов назад. Обсудить произошедшее нам так и не удалось, потому что по случайному стечению обстоятельств мы с Лисом сидели в разных концах самолёта. Костя любезно уступил свое кресло женщине с маленьким ребёнком, а сам пересел на её место в конце салона. Крайне благородно с его стороны. В этом и есть весь Лисянский.

В аэропорту нас встретил мой папа, по которому я успела соскучиться за время путешествия. На его лице играла лёгкая улыбка, но как только я подошла ближе, в глазах моего родного человека заметила слёзы.

– Папочка! – Со всех ног бросилась в объятия к отцу. Он крепко прижал меня к себе, и я снова почувствовала себя маленькой девочкой, которая слишком сильно дорожит самым родным и близким мужчиной в её жизни.

– Здравствуйте, Алексей Геннадьевич! – вежливо поздоровался Лис. Мужчины пожали друг другу руки, после чего внимание отца вернулось ко мне.

– Надеюсь, вы отлично отдохнули! А теперь я забираю мою крошку домой. Уж очень соскучился. Тебя подбросить, Кость?

– Нет, я на такси. Вы в дороге часа полтора потеряете, – с улыбкой ответил парень.

– Ничего страшного, как раз расскажете о поездке. Из первых уст, так сказать, – настаивал папа.

– Алексей Геннадьевич, правда всё в порядке. Не беспокойтесь, я доберусь, – отказывался Костя. Он явно не хотел обидеть отца, но ехать ему действительно нужно было почти в другой конец города. – Кать, тогда до завтра. Жду тебя на вечеринке.

– Хорошо, спасибо тебе за всё, – выдавила я из себя, поймав пристальный взгляд тёмных глаз своего лучшего друга.

Меня не покидало ощущение, что на эти несколько секунд, когда мы играли в гляделки, я даже забыла, как дышать. По правде говоря, последние три дня мне вообще казалось, что всё это происходит будто не со мной. И самое странное во всей ситуации – мои эмоции и реакция на Костю. Когда-то я зареклась от подобной близости с ним, а всё потому, что в глубине души была уверена на миллион процентов: попробовав раз, остановиться уже не смогу. Что уж греха таить, этот человек всегда привлекал и привлекает меня не просто как друг. Но, видимо, только сейчас я решилась признаться самой себе в этом.

Отец вновь пожал руку моему другу, теперь уже на прощание, после чего взял чемодан и повернулся к выходу.

– Догоняй, крошка! – ласково произнёс мой родитель, перед тем как уйти.

– Кость… – нерешительно начала я, прекрасно понимая, что сейчас не время и не место для подобных обсуждений. Но игнорировать свои чувства с каждой секундой, проведенной рядом с ним, было всё сложнее.

– Давай так, – сказал он во время образовавшейся паузы. – Мы оба сегодня переспим с мыслями о том, что случилось и почему. Нам двоим надо переварить, так ведь?

– Да, – я уверенно кивнула, понимая, что Костя прав.

– Завтра на вечеринке найдём укромное местечко и всё обсудим, – серьёзным тоном произнёс Лис, после чего провёл рукой по тёмной копне своих непослушных волос.

– Согласна, Лис, – едва слышно ответила я.

– Потому что я ни черта не понял, что именно произошло между нами. – Он подошёл опасно близко и приподнял двумя пальцами мой подбородок, заставляя смотреть в глаза. – Нужно понять, что это, чтобы не разрушить те отношения, которыми я дорожу, Катя.

К моему удивлению, засыпаю я мгновенно, стоит только голове коснуться подушки. Но сплю крайне беспокойно, то и дело просыпаясь в холодном полу. Мне снится один и тот же сон. Костя снова и снова целует меня, и каждый раз мы практически переходим черту. Это какое-то наваждение. К утру я вообще не могу думать ни о чём, только о губах, руках и сильном мускулистом теле Кости Лисянского.

Первым делом решаю съездить на производство, чтобы посмотреть на новое оборудование. Я не один месяц занималась изучением наиболее подходящих моделей, и в конечном итоге мы с папой сделали выбор, сейчас новую линию уже установили, и мне не терпится увидеть её перед запуском.

– Дочка, доброе утро! А ты чего вскочила ни свет ни заря? – Отец застывает с чашкой кофе в руке, когда я вхожу в кухню. – Ты же любитель поваляться подольше. И, учитывая, что мы приехали уже ночью, я был уверен, что не увижу тебя раньше обеда.

– Доброе утро, папуль! Не спится что-то. Хочу съездить на производство, так соскучилась. – Я подхожу к отцу и, обнимая его за плечи, целую в щёку.

Удивительно, сколько дел я успеваю переделать за короткий промежуток времени. Я действительно соскучилась по нашему семейному делу и работникам производства. К вечеру заезжаю за своей лучшей подругой Есенией, и мы вместе с ней колесим по городу в течение нескольких часов. С трудом уговариваю её поехать на вечеринку к Косте, скорее даже ставлю перед фактом, когда мы подъезжаем к дому, в котором он живёт в собственной квартире.

Мандраж от предстоящей встречи только усиливается, но я стараюсь ничем не выдавать свои истинные эмоции. Даже лучшей подруге не рассказываю ни о чём, хотя между нами секреты возникают только в исключительных случаях. Сейчас в моей жизни, по всей видимости, случай именно такой. Да и о чём говорить? О душевных терзаниях, которые мне несвойственны?

– Привет, Лис! – весёлым тоном произношу я. – Ты же помнишь Есению? Сегодня я наконец-то сумела затащить её на нашу вечеринку!

– Привет! – смущённо отвечает Еся.

К нам подходят ещё два парня, Егор и Миха, и я непроизвольно начинаю флиртовать. Несмотря на почти полное отсутствие личной жизни, с общением и флиртом у меня всё в порядке.

Мы болтаем в основном об университете, а также я вскользь упоминаю нашу поездку. Стараюсь вести себя непринуждённо, но волнение перед предстоящим разговором берёт верх. Через несколько песен до нас доносятся звуки медленной композиции, и Егор приглашает мою подругу на танец. Миша тоже куда-то отлучается, и мы с Лисом остаёмся наедине.

– Успела отдохнуть? – Дыхание Кости опаляет мою шею. Музыка играет довольно громко, поэтому ему приходится наклониться ко мне, чтобы задать вопрос. Чувствую аромат дорогого и уже полюбившегося парфюма лучшего друга и на мгновение закрываю глаза, вдыхая его.

– Сегодня ездила на производство, потом с Еськой встречалась, а теперь вот к тебе приехала, – натянуто улыбаюсь я. – А ты?

– Тоже был занят, – коротко отвечает Костя. Он некоторое время молчит, после чего произносит, едва шевеля губами: – Поговорим?

Я несмело киваю, после чего внезапно раздаётся звонок в дверь.

– Я должен встретить Беркута. Это мой давний друг. – Лис делает шаг в сторону прихожей.

– Да, конечно, – растерянно произношу я, пожалуй, впервые в жизни чувствуя себя не в своей тарелке.

– Это быстро. В моей спальне мы сможем поговорить. – Его губы приподнимаются, образуя подобие улыбки, после чего он скрывается в коридоре.

Через минуту я оказываюсь в комнате лучшего друга, где уже успела побывать несколько раз. Но тем не менее с любопытством рассматриваю всё, что здесь имеется. Взгляд останавливается на чёрном блокноте в твёрдом переплете. Я оборачиваюсь, будто совершаю нечто противоправное, и как только вижу, что дверь закрыта, беру в руки ежедневник. Перелистываю несколько страниц. Ничего интересного. Обычные учебные и рабочие записи.

– Нашла что-то занимательное? – внезапно над ухом раздаётся низкий бархатный голос Лиса. От неожиданности я подскакиваю на месте.

– Как же ты меня напугал! – Я делаю вид, что хвастаюсь за сердце, а сама в это время пытаюсь выдавить из себя улыбку. – Встретил Беркута?

– Да, дружище уже вовсю развлекается, – усмехается Костя, после чего его лицо резко становится серьёзным. – Ты мне нравишься, Соболева.

Я на мгновение теряю дар речи и смотрю на Лиса, будто в первый раз вижу. Хлопаю глазами, понимая, что речь идёт не о дружеской симпатии.

– И у нас есть два варианта развития событий, – продолжает он. – Мы оставляем всё как есть, забываем обо всём, что произошло в Европе, и продолжаем дружить как раньше, никогда не вспоминая о том, что было.

– А второй? – я задаю вопрос настолько тихо, что, кажется, не слышу саму себя.

– Второй вариант мне нравится больше, Соболева. – Его взгляд моментально темнеет. Костя делает шаг навстречу, оказываясь в нескольких сантиметрах от меня. – Попробуем нечто большее, чем то, что у нас уже есть.

– Ты с-серьёзно? – заплетающимся языком произношу я. – Как ты себе это представляешь, Кость?

– Так и представляю, – спокойно отвечает он. Но спокойствие оказывается мнимым. Невооружённым глазом видно, как играют желваки на его скулах, а также как сбивается дыхание. – Мы перешагнули черту, и назад дороги уже нет. Давай будем максимально честными. Даже если мы попытаемся сохранить наши с тобой дружеские отношения на прежнем уровне, то из этого всё равно ничего не выйдет. Мы постоянно будем возвращаться к тому, что случилось в Европе. Кать! – Лисянский подходит слишком близко ко мне и разглядывает чересчур внимательно, будто видит впервые. – Ты мне нравишься не просто как подруга, ты интересная девушка, и мне хотелось бы узнать тебя и с этой стороны тоже.

Я очень хочу принять его предложение, но, сама того не желая, мысленно возвожу барьер между нами. Основной и настоящей причиной отказа, которую я не собираюсь озвучивать Косте, является его несерьёзность по отношению к девушкам. На протяжении четырёх лет я наблюдала все его отношения, ни одни из которых не длились более двух недель. Костя потешит своё самолюбие, после чего со мной произойдёт то же, что и с другими девушками. Возможно, мы сумеем продержаться несколько месяцев, но исход будет один: я останусь с разбитым сердцем. И речь не идёт о том, что я обязательно влюблюсь в него. Нет! Я не очень-то верю в любовь, о которой пишут в книгах. Я говорю о разочаровании в хорошем человеке, которое придёт вместе с разрывом отношений. Костя спокойно переключится на другую, а я буду страдать, понимая, что вернуть дружбу уже никогда не удастся. А я, как и Лис, судя по его словам, очень дорожу тем, что между нами есть.

– Ты тоже мне нравишься, Лис, но, прости, не до такой степени, чтобы терять тебя в качестве друга, – тяжело вздыхаю я, избегая его взгляда. – Уверена, что, несмотря на те поцелуи, которые, разумеется, были очень приятными, вряд ли нам удастся сохранить и дружбу. Мне очень важен ты и отношения с тобой. Ты дорог мне, Кость. Но вот представь, со временем начнутся проблемы, ревность, скандалы и всё то, что обычно разрушает отношения. Мы потеряем друг друга.

– То есть ты не рассматриваешь вариант, что у нас может что-то получиться сейчас, а в будущем мы с тобой поженимся и нарожаем кучу детей? – нервно усмехается мой друг. Он всегда делает так, когда нервничает. Костя Лисянский не привык получать отказ, поэтому его реакция мне понятна.

– Кость… – начинаю дрожащим голосом. Хочу забрать все свои слова обратно, объяснить, что мне просто страшно, ведь у нас может не получиться, но дверь в спальню резко открывается, и договорить я не успеваю.

– Так, виновники торжества! – восклицает Миша Власов. – Вы не наговорились за весь отпуск? У нас там тухло без вас. Погнали тусить!

– Погнали, Мишаня! – Лис расплывается в хитрой улыбке, после чего подходит к другу и хлопает его по плечу. – Действительно, некрасиво вышло.

– Вот и я, чёрт возьми, о том! – громко смеётся Миша и выходит из комнаты.

Костя делает шаг, после чего останавливается, расправляет плечи и резко оборачивается. Его лицо светится поддельной радостью. Уж мне-то этот блеск глаз хорошо знаком.

– Я тебя понял, Катюш. Доля правды в твоих словах есть, поэтому оставляем всё как есть, – спокойно произносит он. – А теперь идём веселиться. Нас уже заждались.

Глава 4 Катя

В заключительный учебный год мы врываемся сломя голову. Время летит так быстро, что, кажется, не успею оглянуться, как диплом будет у меня в руках. И после учебы я смогу окончательно и бесповоротно погрузиться в наше семейное дело. Всё же не так-то просто совмещать очное обучение с работой. Да и порой чувствую, что и знаний мне хватает.

В университете мы с Лисом пересекаемся довольно часто, но после той вечеринки общаемся исключительно по делу либо банально интересуемся друг у друга, как дела.

Сегодня я совершенно случайно отключила будильник и проспала на учебу. На первую пару и вовсе нет смысла идти, потому что наш лектор не слишком приветствует опоздания даже на пять минут, не говоря уже о тридцати, поэтому я делаю всё размеренно. Мне удаётся выпить кофе с пирожным и подумать о завтрашней тусовке.

У Власа намечается грандиозная вечеринка. И это первое мероприятие, где мы встретимся с Костей вне стен университета. После того разговора я решила оставить всё как есть и не бередить себе душу. В который раз я уверяю себя, что поступила правильно. Да и разум твердит то же самое. Вот только сердце считает иначе.

– Сенька, привет! – я встречаю свою лучшую подругу в коридоре и виновато пожимаю плечами. – Будильник не прозвенел.

– Не прозвенел или ты его наглым образом выключила? – усмехается Орлянская и добавляет: – Привет!

– Ой, не будь занудой! – говорю я, хватая подругу под руку. – Завтра тусовка у Мишани, Егор говорил тебе?

– Говорил, но я не пойду, – быстро отвечает подруга, и я замечаю, как её настроение мгновенно меняется.

Егор неплохой парень из той же самой тусовки. Он ухаживает за моей подругой, но невооруженным глазом видно, что её душа не лежит к нему. У Есении в прошлом был не слишком удачный опыт с противоположным полом, поэтому подобные мероприятия она не жалует. Но я уверена, что мне удастся уговорить её, а с поддержкой Егора так и подавно. Вот только есть более весомая причина, по которой Еся не хочет идти туда, и, по всей видимости, она никак не связана с прошлым, скорее с настоящим. И имя ей Влад Беркутов, он близкий друг Кости и по совместительству сводный брат моей подруги.

Немалых усилий мне стоит уговорить Есению пойти на вечеринку, и, когда она соглашается, я почти силком тащу её в торговый центр за нарядами на завтра. Я выбираю золотистое платье средней длины. На первый взгляд оно кажется обычным, но стоит повернуться спиной, и ты уже становишься королевой бала.

– То, что надо, Кать! – восклицает Есения.

Весь следующий день я не могу найти себе места, даже несмотря на то, что кручусь как белка в колесе. Волнуюсь перед вечеринкой так, словно иду на подобное мероприятие в толпу незнакомых мне людей впервые. Я точно знаю, в чём дело, вернее, в ком, но тем не менее стараюсь взять себя в руки.

Я опаздываю на добрых полчаса. Вхожу в особняк Власовых, от которого так и веет роскошью и дороговизной. Я имела счастье побывать здесь ранее. С Лисом. Поэтому не осматриваюсь и не любуюсь представшей картиной, а выискиваю глазами свою компанию.

Спустя мгновение чувствую на себе пристальное внимание, точно зная, кому оно принадлежит. Меня моментально бросает в жар, а щёки и вовсе пылают огнём. По коже пробегают мелкие мурашки, а сердце с трепетом пропускает удар за ударом, когда я встречаюсь с потемневшим взглядом до боли знакомых глаз. Уголки губ лишь подрагивают, когда я совершаю безуспешную попытку улыбнуться. Делаю глубокий вдох и направляюсь к компании, которая в полном составе ведёт активную беседу.

– Всем привет! – с придыханием произношу я, совершая один оборот вокруг своей оси, чтобы продемонстрировать наряд. Стараюсь вести себя как обычно, не выдавая волнения и истинных чувств, которые бушуют внутри меня.

– Ты шикарна, детка! – Миша приобнимает меня, и я одариваю его ослепительной улыбкой.

– Идём, Кать! Дело к тебе есть на миллион, – резко произносит Лис, тем самым вызывая недоумение на лицах присутствующих.

Костя хватает меня за руку и ведёт на второй этаж особняка. Но больше всего меня поражает его настроение. Он зол. И я впервые за четыре года вижу подобные эмоции. Даже со своими родителями на моих «смотринах» в первый же день знакомства он выглядел более добродушным.

Мы стремительно преодолеваем двадцать ступеней и оказываемся в первой попавшейся комнате. Лис плотно притворяет дверь, после чего поворачивается ко мне, сохраняя всё то же выражение лица.

– Костя, что случилось? – Я складываю руки перед собой.

– Ты меня злишь, Соболева! – после нескольких минут молчания и разглядывания моего наряда наконец произносит Лисянский.

– Что это значит? Не узнаю тебя, Лис, – растерянно говорю я, чувствуя себя в обществе Кости не в своей тарелке. Пожалуй, в первый раз.

– Решила кого-то подцепить в таком наряде? – Вопрос ошарашивает меня до такой степени, что я просто ахаю. – Тебе надо переодеться.

– Что? – я качаю головой, понимая, что мне вовсе не послышалось.

Лис в два шага преодолевает образовавшееся расстояние между нами, и я ощущаю его дыхание, которое моментально опаляет мою кожу. Похоже, всегда рассудительный и спокойный Костя остался на первом этаже, а передо мной сейчас другой человек.

– Платье, говорю, открытое, – он чуть сбавляет обороты.

Лис кладёт руку мне на талию, совсем как тогда, в море, после чего наклоняется к моим губам. В этот момент я едва контролирую себя, ощущая, как к щекам приливает жар. Меня неоспоримо тянет к нему, а эмоции оказываются сильнее здравого смысла. Я сама тянусь к горячим губам, утопая в водовороте чувств к этому человеку. Чувств, которые растут с невероятной силой.

Поцелуй прекращается, даже не успев начаться. Костя резко отстраняется от меня, заставляя почувствовать себя круглой дурой. Всё происходит настолько неожиданно, что я даже не сразу понимаю, как Лис оказывается в противоположной стороне комнаты. Он осторожно отодвигает штору, пристально разглядывая огромный двор, в центре которого располагается бассейн. Выражение его лица кажется задумчивым и сосредоточенным. И если бы я не знала своего друга настолько хорошо, то могла бы подумать, что он чем-то недоволен, но вижу – на самом деле есть что-то тревожащее его в настоящее время.

– Извини, Катя. Я необоснованно вспылил. Есть кое-какие проблемы, тебе о них знать необязательно. – Я разглядываю профиль Кости, ощущая разочарование. Ожидание не совпадает с реальностью.

– Хорошо, как будешь готов – расскажешь, – с улыбкой произношу я.

– Кстати, платье отличное, но чересчур открытое. Не хочется, чтоб тебя приняли за… – Лис замолкает. Он поворачивает голову в мою сторону, встречаясь со мной взглядом, в котором разглядеть какие-либо эмоции не представляется возможным. – Ты понимаешь, о чём я.

– Конечно, – быстро киваю, не понимая, что происходит со мной в этот момент. – Но оно не выглядит так.

– Ладно, предлагаю закрыть эту тему. Я тебя понял ещё в прошлый раз, поэтому теперь давай по делу. – Он подходит ко мне, соблюдая дистанцию и не нарушая моё личное пространство. – У меня совсем скоро день рождения. Буду рад, если ты поможешь мне всё устроить. Ты прекрасный организатор, поэтому мне бы хотелось, чтобы именно ты и занялась этим. Отмечать будем на турбазе, – говорит спокойно, будто мы только что обсуждали погоду.

– Конечно, я с радостью, – натянуто улыбаюсь я, машинально поправляя платье. – На празднике будет только наша компания? Или кто-то ещё?

– Да, все наши, – отвечает Лис. – И ещё плюс один человек.

В этот момент, кажется, мои щеки вспыхивают, а лоб покрывается испариной. Меня бросает в жар от простой фразы моего друга, потому что я сразу понимаю, что именно она значит.

– Кто она? – Вопрос вырывается непроизвольно. Разумеется, речь идёт девушке.

– Кира Рахмеева. – Руки Кости медленно опускаются в карманы джинсов, а выражение лица продолжает оставаться непроницаемым.

– Ты и Кира? Серьёзно? – Я едва могу сдерживаться. Пару недель назад Лис говорил об отношениях со мной. Хотя чему я удивляюсь – это ведь Костя Лисянский.

– Да, почему бы и нет. Мы оба свободные люди, – пожимает плечами парень.

– Она же с Красновым встречается. – Я опускаю взгляд на свои руки, чувствуя, как потеют ладошки.

– Уже нет, – усмехается он. Аргумент теряет свою силу. – Ты ревнуешь?

– Нет, Кость, с чего ты взял? Просто, на мой взгляд, это не та девица, которая подходит для серьёзных отношений, – раздражённо произношу я. Едва сдерживаю эмоции, потому что эта новость для меня – полная неожиданность. Надо сказать, не самая приятная.

– А с чего ты решила, что мне нужно что-то серьёзное? – Костя многозначительно играет бровями, после чего продолжает решительным тоном: – Так что, возьмёшь организацию праздника на себя?

– Конечно, – я озадаченно поджимаю губы, в то время как он направляется к двери.

– Спасибо, – небрежно бросает Лис, после чего выходит из комнаты, напоследок крикнув: – Идём веселиться, Катюш.

Я оседаю на кровать и закрываю лицо руками. Ощущение какой-то пустоты или даже потери разливается внутри меня тягучей лавиной. Второй раз в моей жизни сердце буквально рвётся на куски от осознания ненужности другому человеку. Моя мать стала точкой отсчёта. И сейчас, после разговора с Лисом, я чувствую почти то же самое. Наши отношения с Костей безнадёжно испорчены и восстановлению, к сожалению, уже не подлежат.

***

Все детали празднования дня рождения я подумываю тщательно. Несмотря на холод в наших отношениях, не могу подвести близкого мне человека. Стараюсь не думать и даже игнорировать его отношения с Рахмеевой, хотя, судя по всему, развиваются они стремительно.

Иногда меня посещают мысли, что отношения моего лучшего друга с Кирой – это не больше чем фарс, будто он таким образом хочет сделать мне больно, отомстить за то, что я ему отказала, ведь Лисянский не привык к подобному.

– С днём рождения, мой дорогой друг! – я приезжаю одной из первых и, увидев Костю, бросаюсь к нему в объятия. – Подарок вручу чуть позже.

Я кидаю взгляд за спину парня и замечаю недовольную Киру, которая, скрестив руки перед собой, вероятно, ждёт, когда я отлипну от Лиса. По правде сказать, мне наплевать, что она думает. Тем более я считаюсь привилегированным гостем на этой вечеринке, ведь, помимо дружбы с именинником, всей организацией праздника занималась именно я.

– Надо накрыть стол, Кость. Думаю, мы можем расположиться и на улице. Сегодня отличный денёк, – говорю я, не обращая внимания на Рахмееву, которая молчит, будто в рот воды набрала. – Кира, давай организуем, пока остальные ещё едут.

Девушка закатывает глаза, после чего идёт разбирать пакеты, брезгливо доставая из них содержимое.

– Кира, это всего лишь продукты! Не отрава! – усмехаюсь, ловя её негодующий взгляд. У меня нет цели задеть её или унизить. Меня просто раздражает то, что она ведёт себя не как девушка виновника торжества, которая должна бегать и суетиться, хотя бы организовывая стол, а как столичная моделька, по-королевски сидящая на троне и не делающая ровным счётом ничего.

Спустя некоторое время у нас всё же случается конфликт из-за того, что она начинает указывать мне, куда поставить ту или иную тарелку. Получив не самый приятный ответ, Кира не выдерживает и кидает в меня первым попавшимся предметом. Начинается драка, вернее, её жалкое подобие. Я никогда не ввязываюсь в подобные склоки, но сейчас не могу упустить такую прекрасную возможность, что называется, выпустить пар. Поэтому спустя несколько секунд окружающие уже растаскивают нас.

Лис берёт Киру за руку и заводит в дом, следом топаю и я. Меня трясёт от переизбытка эмоций, но я не жалею о том, что выдрала этой мерзавке несколько прядей волос.

– Кто-то решил испортить мне праздник? – Лис лениво разваливается на диване, рассматривая нас обеих. Его забавит сама ситуация, но я чувствую себя неуютно, будто прохожу какой-то непростой отбор, в котором фавориткой вовсе не являюсь.

– Нет, Кость, никто не собирался портить тебе день рождения, – отвечаю я, нагло разглядывая свою соперницу.

– Думаю, лучше будет, если одна из нас уедет отсюда, Костюм. – Рахмеева подходит к дивану, присаживается рядом с Лисом и повисает на его руке, жеманно улыбаясь. – Я бы не хотела, чтобы ты в свой праздник слушал выяснение отношений двух деревенских девиц.

– Что думаешь, Кать? – спрашивает парень, приобнимая Киру за талию. Я чувствую себя не в своей тарелке. В настоящий момент я лишняя, и сладкая парочка ясно даёт мне это понять.

Я ничего не отвечаю. Нет никакого смысла что-то доказывать и портить настроение имениннику. Именно поэтому из большого уважения к Лисянскому я просто хватаю свою сумку и выбегаю из дома.

Я моментально принимаю решение ехать домой и ни в коем случае не возвращаться обратно, даже если Костя будет настаивать, в чём, кстати говоря, я нисколько не сомневаюсь. Выезжаю с парковки, ожидая звонка от Лиса, но получаю только сообщение от Есении. Она просит сообщить ей, когда доберусь домой.

Когда спустя пять минут, полчаса и даже спустя час от Лиса нет ничего: ни звоночка, ни сообщения, – слезы выступают одна за другой, хаотично падая мне на колени. Я сижу в машине около дома уже несколько минут и не выхожу. А в итоге уже рыдаю так, что прохожие заглядывают в машину, жестами предлагая свою помощь. Но мне не нужно ничего. Теперь мне остается только мириться с осознанием того, что в какой-то момент я перестала быть значимым для него человеком. И мне так больно и горько оттого, что он выбрал не меня именно тогда, когда я так отчаянно в этом нуждалась.

***

Я не сразу понимаю, откуда исходит этот отвратительный звук. Трель напоминает звучание домофона. Чёрт возьми, это он и есть! Неужели папа забыл ключи? И решил уехать от своей Лии среди ночи? Нет, он бы так не поступил, это точно не папа.

Сползаю с кровати и беру мобильный. Смотрю в экран. Два часа ночи. И двадцать пропущенных от Кости Лисянского.

– Понял, что был не прав, да? – заплетающимся языком бормочу я, глядя на телефон.

Кстати, громкие звуки прекратились. Может, мне это только приснилось? Стоит подумать об этом, как трель раздается снова.

– Кто? – Прошлёпав в прихожую, на автомате поднимаю трубку домофона, хотя могла бы просто отключить звук.

– Открывай! – слышу низкий бас, после чего нажимаю на кнопку.

Несколько минут стою, прижавшись спиной к входной двери, и жду человека, которого видеть мне совсем не хочется. Я понимаю, что, скорее всего, он сделает попытку извиниться, но вот нужны ли мне его извинения? Большой вопрос.

– Сделаешь кофе? – виноватым голосом спрашивает он.

– Я не хочу говорить с тобой. – Костя стоит на пороге, и я не предлагаю ему пройти в квартиру. – Поздновато для визитов, не находишь?

– Может, всё же пустишь меня? – Он касается моей руки, которая находится на дверной ручке, но я мгновенно убираю её. – Катя, мне нужно с тобой поговорить.

Лисянский бесцеремонно вторгается в мою квартиру, закрывая за собой дверь. В маленькой прихожей резко становится нечем дышать, поэтому я направляюсь в кухню и нажимаю кнопку на чайнике. Из холодильника достаю торт, купленный сегодня отцом, и молоко. Чувствую за своей спиной какое-то движение, но не оборачиваюсь. Атмосфера напряжена до предела, а такого между нами ранее никогда не случалось. Наливаю кофе в две чашки и ставлю на стол, избегая взгляда именинника.

– С днём рождения! – грубо произношу я, салютуя чашкой кофе, после чего делаю глоток.

– Прости, Кать! Ты убежала слишком быстро, я бы ни за что не поступил так с тобой. У нас с Кирой состоялся разговор. Я объяснил ей, что ты для меня друг, и она не имеет права так говорить. – Я слышу в его голосе искренность. Знаю, что он раскаивается, но обида сильнее меня.

– Ты оправдываешься, Лисянский? – горько усмехаюсь я. – Что-то не очень-то на тебя похоже.

– Спустя две минуты я вышел из дома, тебя уже не было. Еся сказала, что пока тебя лучше не трогать, и написала сообщение сама. – Костя делает маленький глоток, после чего продолжает: – Я обидел тебя. Прости меня за это.

Я поднимаю глаза на Лисянского. Парень говорит совершенно серьёзно, а его слова раскаяния и просьбы о прощении звучат так искренне, что я на мгновение забываю о том, что произошло.

– Если это всё, то допивай кофе и возвращайся к своим гостям, которые для тебя что-то значат. Они наверняка тебя уже потеряли, – произношу делано безразличным тоном, но, откровенно говоря, я уже простила его, и мне совсем не хочется, чтобы он уезжал. – Особенно один из них. Вернее будет сказать, одна.

– Злишься, Кать? – Костя ставит чашку с кофе на стол и поднимается со стула. Делает шаг в мою сторону. Сейчас нас разделяет несчастных полметра. – Понимаю, имеешь право. Но я примчался, чёрт возьми, как только смог, как только приехало грёбаное такси. И после этого будешь утверждать, что ты ничего не значишь для меня?

– Ну хорошо, – сдаюсь я. – Я не буду скрывать, что эта ситуация стала для меня показательной. Я много времени потратила на подготовку, а все мои труды оказались напрасны. Мне нужно время, чтобы простить тебя окончательно. Теперь всё, доволен? – Непроизвольно зеваю. – Я хочу спать.

– Я рад, – Лис расплывается в улыбке, от которой моментально учащается пульс. Ещё совсем недавно я ничего подобного не испытывала, а сейчас одно касание, улыбка или же простой взгляд этого человека вытягивают моё тело в тоненькую струну. – Отца дома нет?

– Нет, – качаю головой, убирая чашки в раковину. – Тебе пора.

– Я ждал такси почти два часа, чтобы приехать сюда, и ехал ещё час, – раздражённо произносит Костя. – Обратно не поеду. Могу остаться у тебя? Глаза слипаются.

– А как же твои гости? – Я резко поворачиваюсь, встречаясь с его напряжённым взглядом.

– Все уже спят. Поеду с утра пораньше, если ты не против, – губы Лисянского трогает чуть заметная улыбка.

– Ладно, оставайся. Всё равно сил спорить с тобой нет. Диван, как всегда, свободен.

Глава 5 Катя

В наших отношениях с Костей словно пробегает кошка. Мало того, что мы довольно редко общаемся, так к тому же если пересекаемся, то чаще всего спорим друг с другом. Ничего не имею против адекватных споров, но когда это превращается почти в скандал, то я начинаю ругаться в ответ. Дружба трещит по швам, если она вообще таковой является.

Если окунуться в прошлое и проанализировать наши с Лисянским отношения, то, безусловно, этот человек многое сделал для меня и всегда был рядом, если мне требовалась первая психологическая помощь. Он никогда не переступал черту, но всё пошло наперекосяк в Европе. А мы ведь до сих пор могли бы дружить. Хотя, если по-честному, рано или поздно я бы призналась самой себе, что Костя Лисянский значит для меня. Жаль, что из-за своих страхов, предубеждений или, правильнее сказать, глупости я теряю не только надёжное плечо, но и возможность попробовать стать счастливой с ним.

– Привет, Кать! – Останавливает меня в коридоре университета Костя.

– Привет, Кость! Что-то срочное? – торопливо говорю я, поглядывая на наручные часы. – Я ужас как опаздываю на финанализ. Дай, пожалуйста, пройти. Поговорим позже.

– Отменили лекцию. Задание у Орлянской потом возьмёшь. – Напряжённая поза парня свидетельствует о том, что он не намерен отступать. – Выпьем кофе?

– Давай, – в удивлении выгибаю бровь, после чего разворачиваюсь и, не дожидаясь Кости, топаю в кафетерий.

Делаю над собой усилие, стараясь не выдавать волнение, которое появляется настолько неожиданно, что, откровенно говоря, я теряюсь. О чём нам общаться с Костей сейчас, если в последние несколько недель мы почти не разговаривали?

– Тебе как обычно? Капучино? Или в этот раз попробуешь латте? – внезапно раздаётся над ухом, когда я опускаю свою огромную сумку на стул.

– Попробую, Кость, – натянуто произношу я. Лисянский задерживает взгляд своих тёмных глаз на мне дольше дозволенного, после чего, отвернувшись, бредёт к пустой кассе.

Не успеваю оглянуться, как передо мной опускается поднос с кофе и моей любимой булочкой с корицей. Аромат исходит необыкновенный, и я в наслаждении прикрываю глаза.

– Пойдёшь сегодня на вечеринку в клуб? – спустя несколько минут молчания всё же произносит парень.

– Кто будет? – торопливо спрашиваю я, зная ответ на этот вопрос.

– Все наши, – срывающимся голосом отвечает Лис. – Давай как в старые добрые оторвёмся как следует!

Я невольно улыбаюсь, вспоминая все наши походы в клуб, которые можно пересчитать по пальцам одной руки. Пусть не слишком часто, но зато крайне весело. Перевожу взгляд на Костю, его губы также подрагивают от знакомой улыбки.

– Я приду, но сомневаюсь, что мы сможем потусить как раньше, – я глазами указываю на мобильный Лиса, который разрывается от настойчивых звонков Киры. – Хочу немного развеяться перед предстоящими экзаменами, – поясняю я, пытаясь придать голосу уверенности, чтобы все мои слова не звучали оправданием. – А теперь мне правда пора. Благодарю за кофе.

***

Я забегаю в здание клуба с большим опозданием. А всё дело в том, что перед самым выходом у меня порвался подол платья, которое я с таким трудом откопала в шкафу. Я привела в порядок свой наряд настолько, насколько это возможно, после чего натянула кусок серебристой ткани на себя.

Выискиваю глазами столик со знакомыми лицами и, сцепившись взглядом с тем, кого в самом деле ищу, медленно поднимаюсь на второй этаж, ещё не зная, чем для меня закончится этот вечер.

– Всем привет! – я киваю ребятам, которые резко замолкают и переводят внимание в мою сторону.

– Катюша, ты, как всегда, сногсшибательна! – Миша Власов встаёт с диванчика и через мгновение оказывается около меня, приобнимая за плечи. В нос врезается аромат терпкого парфюма, а губы парня касаются моей щеки.

– Спасибо, Мишаня! – как можно спокойнее произношу я, широко улыбаясь. Стараюсь ничем не выдать возникшего волнения при виде сладкой парочки.

Кидаю быстрый взгляд в сторону Кости и Киры, после чего мгновенно возвращаюсь к повышенному вниманию Миши. Успеваю заметить, как Рахмеева напрягается, но, честно говоря, мне плевать. Я больше не поведусь на её нападки. Делить нам с ней больше нечего. С Костей у нас исключительно дружеские отношения, которые, к сожалению или к счастью, не смогут перерасти во что-то большее. А со своими чувствами я уж придумаю, как справиться.

– Присаживайся, красотка! – Миша пропускает меня вперёд, и я опускаюсь на удобный диван. Власов присаживается рядом со мной и тут же начинает распинаться в каких-то банальных комплиментах в мой адрес.

Через какое-то время звонит мой мобильный, и, увидев на экране имя своей лучшей подруги, я спускаюсь вниз.

– Сеня, привет! Где ты? Я ж тебе давным-давно сообщение написала. – Я выхожу в коридор, где громкой музыки почти не слышно.

– Не видела. – В голосе подруги слышится грусть, и я точно знаю, с чем это связано. Вернее будет сказано, с кем.

– Так ты приедешь? – спрашиваю я.

– Да, Катюш, приеду. Не хочется чахнуть дома в пятницу вечером.

– Какая муха укусила Влада? – интересуюсь я, вспоминая подошедшего несколько минут назад Беркута.

– А что с ним? – обречённо вздыхает Есения.

– Пришел злой как собака! – быстро говорю я. – За две минуты влил в себя четыре стопки.

– Он не пьёт, – напряжённо произносит подруга.

– Я в курсе, Сень, – выдавливаю из себя. – Но сегодня, по всей видимости, исключение из правил. Вы до сих пор скрываете свои отношения?

– Мы не говорили об этом с ним. Да и не то чтобы скрываем, просто повода как-то не было поделиться с толпой. Ладно, я скоро буду, – отвечает Есения, после чего сбрасывает вызов.

Орлянская приезжает довольно быстро. Мы пробираемся через толпу, которая увеличивается с каждой минутой. В клубе становится нечем дышать, не говоря уже о жаре, которая выталкивает полураздетых парней и девушек на улицу. Состав нашей компании остаётся неизменным, не считая отсутствия Владислава Беркутова, который совсем недавно был здесь. Я устраиваюсь на диване напротив Лиса и Киры, игнорируя резкие взгляды последней в мою сторону.

Через минуту я уже не слышу, о чём беседуют ребята прямо рядом со мной, потому что моё внимание приковывает перепалка двух голубков. Из-за громкой музыки невозможно разобрать, по какой причине у только что довольной и счастливой пары происходит конфликт. Но воздух в буквальном смысле становится разряженным от негативной атмосферы. Я поочерёдно смотрю на всех присутствующих, но их внимание обращено только на Костю и Киру. При этом Лисянский кажется абсолютно спокойным, в то время как Рахмеева активно машет руками и делает безуспешные попытки выдавить из себя несуществующие слёзы. В конечном итоге девушка хватает сумку и демонстративно поднимается с места, бросив напоследок какую-то колкую фразочку Косте и окинув меня презрительным взглядом. Она не прощаясь направляется к лестнице, но через мгновение оборачивается. И, когда видит, что Лис даже не собирается идти за ней, Кира злобно фыркает и уходит.

– Что, Лис, не смог совладать с красоткой? – громко смеётся Власов, салютуя другу бокалом.

– Ага, – лениво отвечает Костя, после чего переключает своё внимание на девушку, которая сидит справа от него.

А через несколько минут я замечаю Беркута, сидящего на первом этаже в окружении двух девиц. Эта картина открывается и Есении. Выражение её лица меняется мгновенно, и подруга, недолго думая, хватает меня и тащит на танцпол. Могу представить, что творится у неё в душе, потому что сама испытываю примерно то же самое.

Я будто смотрю захватывающий фильм с абсолютно непредсказуемой концовкой. Беркут ввязывается в драку с нашим общим с Орлянской одноклассником Димой, которого мы совершенно случайно встретили в помещении клуба. Парень ещё со школы сходит с ума по Есении. И не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы этого не заметить. Разумеется, у Беркутова сорвало планку, когда он увидел Есю в компании Шахова. Драку удаётся прекратить, лишь когда Костя оттаскивает Влада от Димы. Лис силком выталкивает своего друга из здания клуба.

– Бер, да что с тобой? – Выбегаю следом за парнями на улицу, даже не накинув куртку. По правде говоря, я волнуюсь за Влада. Он не всегда совершает разумные поступки, а о его уравновешенности порой и вовсе говорить не приходится.

– Влад, – тихо окликаю Беркута, когда тот не отвечает. – Это перебор.

– Знаю, – кивает он, после чего в его глазах вспыхивает огонь.

Я оборачиваюсь и вижу причину перемены в лице Влада. Есения. Подруга семенит на высоких каблуках к нам. Столько злости и агрессии в Орлянской я не видела, пожалуй… никогда. Она со всего размаха бьёт Беркута по щеке, тяжело дыша.

– Лис, думаю, нам пора, – шепчу на ухо Косте, на что он кивает и берёт меня за руку.

– Идём, да и ты замёрзла. Выскочила в одном платье, – произносит он, после чего мы вместе направляемся к зданию клуба.

Мы пробираемся через толпу к лестнице, ведущей на второй этаж. Внезапно быстрая мелодия сменяется на медленную, и Лис притормаживает, после чего поворачивается ко мне лицом и притягивает к себе. На мгновение я забываю, как дышать. И дело не в душном помещении и огромном количестве людей вокруг. Всё это становится второстепенным, уходит на второй план. Я чувствую лишь горячие руки на своей талии, которые прижимают меня к себе, и частое дыхание, опаляющее мою и без того горящую огнём щеку. Нервно сглатываю и касаюсь озябшими пальцами шеи Кости. По телу пробегает разряд, будто кто-то только что долбанул меня электрошокером. Эмоции накрывают лавиной, сметающей всё на своём пути, и я всё крепче прижимаюсь к стальному телу.

– Замерзла? – раздаётся над ухом. Его губы едва касаются моей кожи, и моё сердце пропускает удар, после чего продолжает отчаянно биться, то и дело почти выпрыгивая из груди.

– Уже нормально, – я едва собираюсь с силами, чтобы проронить одну фразу.

– Ты красива, Кать! – Я замечаю неровное дыхание Костю и чувствую, как к щекам приливает жар, а внизу живота разливается незнакомое тепло.

– Спасибо! – Поднимаю глаза на Лиса и застываю, потому как его губы находятся в непозволительной близости от моих.

– Как вообще дела? Мы так давно не общались по-человечески. – Костя проводит кончиком пальца по моему позвоночнику. В этот момент я едва контролирую себя, потому что близость этого человека побуждает меня к действиям, которые в данной ситуации не просто неприемлемы, они абсолютно невозможны.

– У кого-то просто личная жизнь отнимает слишком много времени, – совершаю слабую попытку улыбнуться.

– Кто-то ревнует? – щурится он. – Или просто скучает?

– Скучает, разумеется, – я широко раскрываю глаза в изумлении, будто Костя только что сморозил огромную глупость, в ответ на что получаю широкую улыбку.

– Тогда, может, пообщаемся без лишних глаз? – играя бровями, произносит он.

– Куда поедем? – спокойно интересуюсь я, с каждым его словом волнуясь всё больше.

– Можем ко мне. По дороге закажем какую-нибудь пиццу или роллы, если хочешь. Красное полусухое стоит в баре. Что скажешь? – Песня заканчивается, а мы всё ещё стоим в центре танцпола, обнявшись.

– Поехали, – только и успеваю ответить я, после чего Костя хватает меня за руку и, забрав вещи из гардероба, выводит на улицу.

Глава 6 Катя

– Чувствуй себя как дома, – улыбаясь, произносит Лис, скидывая с себя куртку и ботинки. – Помочь? – Он замечает, как я безуспешно пытаюсь справиться с замком верхней одежды.

– Да, помоги, пожалуйста. – Я заметно нервничаю. – Замок заело.

Убираю свои дрожащие пальцы, как только рука Кости опускается на «собачку». Лисянский с лёгкостью расстёгивает замок куртки, и я облегченно вздыхаю, когда он отстраняется. Мне нужно несколько минут, чтобы прийти в себя. Откровенно говоря, я уже жалею, что согласилась на предложение Лиса поехать к нему в гости. Просто в его присутствии мне становится не по себе. Ведь я чувствую то, что не должна, то, во что не верю. Но, как ни крути, подавлять в себе эти ощущения мне не хочется. Я впервые испытываю подобные эмоции и думаю, нужно дать самой себе шанс понять, отчего все влюбленные сходят с ума. Но страх остаться брошенной с разбитым сердцем червяком выгрызает всё хорошее, что только может быть.

Я незаметно прошмыгиваю в ванную комнату и слегка ополаскиваю лицо водой. Смотрю на себя в зеркало, призывая к сохранению спокойствия и непринужденности. Улыбаюсь своему отражению, но улыбка выходит не естественной, а скорее натянутой, и в этот момент я чётко осознаю, что Лис больше не является моим другом. Теперь это тот человек, который задевает струны моего сердца как мужчина.

Стук в дверь прерывает мои мысли, и я поспешно открываю. За ней стоит Костя с загадочным выражением лица. Он в одних джинсах, мускулистый торс обнажён, а рубашка, та самая, которая была на нём в клубе, сейчас небрежно перекинута через локоть. На ней красуется небольшое красное пятно.

– Как можно было всего-то открыть бутылку с вином и так заляпать рубашку, Кость? – нервно усмехаюсь я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.