Евгений Беллард
И да воздастся вам по делам вашим

– Признавайся, Фицрой! Это ты убил Джонса!

Джеймс Райт, грузный немолодой коп с квадратным оплывшим лицом и мясистым носом, хватил ладонью по столу, заставив меня подскочить на месте.

– Признайся, иначе «техасский коктейль» тебе обеспечен, – зевнув, повторил его более молодой напарник, чернокожий Дэвид Грув.

Они мариновали меня уже битый час. И комната для допросов с её голыми, выкрашенными в болотный цвет стенами без окон вызывала у меня приступ клаустрофобии.

– Я уже сто раз сказал, что не убивал этого ублюдка!

– Вот-вот! Именно, что ублюдка. Сам признаешь, что Джонса ты ненавидел и у тебя был мотив, – удовлетворённо заметил Райт.

– Думаю, мотив убить Джонса был у всех присутствующих на этом проклятом вечере, – возразил я.

– Ага. Но только ты тиснул о Джонсе пару статеек, из-за которых попал под суд за клевету. Не так ли, Фицрой? – с ядовитым сарказмом поинтересовался Грув.

– Детективы, я вам говорю, вы взяли не того. Ищите лучше…

– Куда уж лучше, – перебил меня Райт. – У тебя нет алиби, есть мотив и возможность. Ты первым обнаружил труп.

– Какая возможность, детектив? По-вашему, я пришёл на эту вечеринку с огромными клещами, которыми вырвал сердце у Джонса? Вы видели дырищу в его груди?

– Ты слышал, Дэвид? – Райт повернулся к напарнику: – Фицрой уже признался, чем убил Джонса. Надо искать клещи. Он спрятал их где-то в доме. Вначале придушил. Галстуком. Потом вырвал сердце.

– Идиотизм! Я просто предположил! И я не уверен, что это клещи! Это вообще невесть что! – я старался не впасть в отчаянье, но копы давили и давили на меня. – И если бы его задушили, то столько кровищи не было бы! И на кой черт душить собственным галстуком? Я просто оставил его на перилах.

– Ты смотри, какой он умный, – ухмыльнулся Грув. – А скажи-ка, Фицрой, зачем ты вообще снимал галстук? Тебе было слишком жарко?

Мне осточертел этот разговор. Сложив руки на груди, я откинулся на спинку стула и замолчал.

Никогда бы не подумал, что из-за этого проклятого галстука попаду под подозрение в убийстве, и мне будет угрожать смертная казнь. Когда мой редактор Сэмюэль Мартин предложил мне взять интервью у Альфреда Джонса, который собрался баллотироваться в губернаторы от республиканцев, я подумал, что это идиотская шутка. Я написал цикл статей о махинациях фармацевтической компании, владельцем которой был Джонс. Они продавали просроченную вакцину от гриппа. Люди делали прививку, считая, что это защитит их. Я сумел найти факты о гибели двенадцати детей и нескольких взрослых из-за некачественной вакцины. Но компания тут же подала в суд на наш журнал и, естественно, выиграла дело. Нам присудили огромный штраф. Это не разорило нашего издателя, но сильно подорвало мою репутацию. Кроме того, раньше я был женат на племяннице Джонса, Элизабет, и дядя сделал все, чтобы разрушить брак Лиз с таким голодранцем с левацкими взглядами, как я.

Но Сэм дал понять, если откажусь брать интервью – вылечу из журнала в два счета. Я вынужден был согласиться. И отправился в гости к Джонсу, в его особняк на самой окраине Долины, рядом со скалистой грядой, за которой начинался лес. Это место старожилы за глаза зовут «Логово забытых». Почему будущий губернатор решил устроить встречу с прессой в таком Богом забытом месте, я не понимал.

Погода была омерзительная. По сизому небу ползли тучи, напоминавшие изъеденные молью овечьи шкуры. Проглядывал диск полной луны, смахивающей на засохший, проеденный в нескольких местах крысами сыр. В гараже меня поджидал побитый жизнью «форд». Когда я вырулил на проезжую часть, по крыше противно застучали капли дождя. Даже в солнечной Калифорнии ливень может стать настоящим бедствием.

В задумчивости я чуть не пролетел мимо двухэтажного здания в стиле неоклассицизма из темно-серого кирпича – унылого, с высокими, закрытыми ажурными решётками, узкими окнами. Припарковав машину в пристройке рядом с домом, я направился к украшенному колоннами входу. По краям его, словно часовые, вытянулись зелёные туи.

Я прошёл в фойе, остановился около высокого зеркала в старинной позолоченной оправе. Усмехнулся отражению, поправив мерзкий ядовито-зелёный галстук.

Интерьер особняка с тех пор, как я видел его в последний раз, не изменился. Длинное фойе со стенами, обитыми голубоватым, чуть пожелтевшим от времени шёлком в мелких розах. Слева – дверь в просторную столовую, справа – в библиотеку. В нишах – копии древнегреческих статуй. На стенах в широких рамах картины со сценами охоты, пейзажи.

Тихий гомон переговаривающихся гостей напоминал шелест волн, набегавших на морской берег. Я заприметил три десятка журналистов солидных изданий, парочку известных продюсеров, владельца радиостанции, несколько банкиров. Среди них расхаживал Роберт Андерсон, нынешний муж Лиз. Великолепно сшитый костюм и холёное лицо аристократа. Он превосходил меня, и по внешним параметрам, и социальному статусу со всеми сопутствующими его положению атрибутами: колумбийский университет, гольф, верховая езда, яхты. Один из самых высокооплачиваемых адвокатов штата. Из тех, что берет тысячу баксов за час. Но его услуги стоили того: он был в состоянии убедить присяжных, что прародитель зла лишь невинный младенец.

Взяв с подноса у официанта бокал с шампанским, я отправился на поиски Джонса. Обошёл гостиную, библиотеку, поднялся на второй этаж по мраморной лестнице и наткнулся, наконец, на героя этой скучной вечеринки. Для будущего губернатора он выглядел невыразительно. Вытянутое лицо, длинный тонкий нос, вялый безвольный рот, тусклые глаза уснувшей рыбы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.