# Доктор прошлого

Татьяна Колфилд

На Юге Франции поселился доктор Стефан Либорн. Он всю жизнь занимался собиранием трав,врачеванием людей и алхимией,которая была под запретом.К несчастью для доктора о его выходках узнали преследователи еретиков и началась охота. Стефан Либорн вынужден был спасаться бегством и упал в колодец. Очнулся Стефан в чужом саду и в другом времени. С этого момента неприятности современного мира стали сыпаться на бедного доктора один за одним. Сможет ли он вернуться в прошлое и что или кого он потеряет из будущего?

Часть I

Глава 1

Мягкий солнечный свет падал на лужайку перед крыльцом и росинки на зеленой траве забавно поблескивали. Как и всегда утро в маленькой деревушке на юге Франции начиналось одинаково. По – крайней мере для одного человека точно. Нога, обутая в порядком изношенный ботинок, перешагнула через порог дома и в ту же секунду примяла траву около крыльца. Стефан Либорн прищурил глаза и подставил лицо солнцу. Так он делал каждое утро, радуясь прекрасной погоде. Он привык делать все по порядку и осмотр территории с утра стал для Стефана своеобразным ритуалом.

Но в этот раз пошло все не так, как обычно. А ведь он собирался приступить к любимому своему занятию в скором времени, но теперь похоже засесть за свои пробирки удастся не скоро.

Стефан краем глаза заметил чёрное пятно вдалеке, которое торопливо спешило в сторону его домика. Сомнений не было, кому – то понадобилась помощь. Он встрепенулся, отбрасывая всю радость так хорошо начинающегося дня и приготовился встретить гостью.

– Доктор Либорн! – подходя ближе к дому, женщина осмелилась окликнуть Стефана. – Доктор…

Он почтительно кивнул, выказывая кивком головы что слышит её. Иначе она будет повторять его имя бесконечно, да на всю округу. Хотя тут по – соседству и никто не жил из людей, доктор Либорн ценил пушистых белок и других зверьков, которых громкий шум мог напугать.

Вид женщины был встревоженный, а руки болтались в воздухе, как прутья ивы. Белый чепчик мадам Клодины Блуа съехал на боке, но она этого не замечала. Скорее всего ей было просто не до него, так как мадам волновали проблемы посерьёзней, чем какой – то чепец.

Доктор Стефан сделал шаг навстречу Клодин и спросил у неё бархатным тембром.

– Что случилось мадам Блуа? На вас лица нет! – последнюю фразу он проговорил более волнительно, чем хотел.

Вместо немедленного ответа, женщина застыла прямо перед доктором и прерывисто всхлипнула. Слез не было.

– Доктор Либорн. – вытерла пот со лба. – Генриэтта заболела!

Стефан поднял бровь. Он ожидал продолжения.

Прежде чем она вновь начала говорить, прошло около двух минут.

– Такого с моей девочкой ещё не было. Болезнь эта весьма странная!

– Что за симптомы у Генриетты? – Стефан более внимательно посмотрел на мадам.

Лицо её было испещрено морщинками, которые и должны уже находиться на своих местах. Мадам Клодин Блуа было около восьмидесяти лет, но для такого возраста она была достаточно крепкая и сильная.

– Она кашляет. Так надрывно… Мне показалось это странным.

– Как часто она кашляет и можете описать более подробно этот процесс? – тут же Стефан включил свою профессиональность. – Хотя нет! Я сейчас лучше сам отправлюсь к Генриетте и посмотрю своими глазами. – он опустил взгляд на Клодину. Толку на данный момент от неё не было.

Стефан зашёл в дом и кинулся к полке с лекарствами против кашля. Рука застыла над тюбиками, решая какие именно взять. Спустя две секунды Стефан сгреб их все в свой чемоданчик.

– На всякий случай. – пробурчал он себе под нос.

Когда все было готово, он ступил за дверь своего дома и посмотрел на мадам Клодину. Та с робостью смотрела на доктора. Как будто ожидая, что он сотворит с Генриеттой чудо и она вылечится.

Стефан твёрдой поступью направился по тропинке, не спеша, чтобы женщина успевала за ним.

Они шли всю дорогу молча, думая каждый о своём. Стефан шёл погруженный в мысли о природе, а женщина о болезни своей дочери.

Стефан же не сомневался, что это обычная простуда, которая за пару микстур вылечится.


Доктор Либорн был относительно молодым мужчиной. Возраст его подходил к тридцати пяти годам, но женат он не был. Всю жизнь Стефан прожил в деревушке округа Провинция и с детства учился у своих родителей знахарству и лекарству. И на удивление его так это увлекло, что он всю молодость посвятил учению, а после начал лечить людей. Родители Стефана были тоже врачами, поэтому спрашивать почему мальчик выбрал этот путь было бессмысленно. Кстати и дальние родственники Либорнов занимались врачеванием.

С двадцати шести лет он начал осваивать алхимию, что было запретно.

Это влекло Стефана со страшной силой. За эти годы он познал много нового для себя и полезного для людей. Жаль, что знания приходилось скрывать иначе его бы объявили еретиком. А с такими у первосвященников разговор был короткий.

Но и это не мешало Либорну осваивать и дальше алхимию. Тем более кое – какие навыки ему помогли в лечении, чему он очень был рад.

В деревне все знали славного лекаря и периодически обращались к нему за помощью, когда он находился не в отъезде. Ведь Стефан ездил по всей Провинции и везде находились люди, которым требовалась помощь и лечение. А ещё он очень любил природу и пребывание на свежем воздухе. Казалось, что он питал от неё силы и энергию. Вокруг дома доктор разбил небольшой сад, чтобы все нужные цветки для изготовления микстур были под рукой. Жизнь протекала у Стефана Либорна более – менее благоприятно. А несколько лет назад у него даже появился друг. Как – то раз, одним утром он вышел на крыльцо и обнаружил, что его двор навестил гость. Стефан прошелся вокруг дома, но самого гостя не увидел, только следы. Огородик доктора был изрыт маленькими ямками. Ну и пришёл же он тогда в замешательство и решил выследить, кто посещал его ночью.

Оказалось, что это небольшого размера собачка, которая явилась и во вторую ночь. Видимо ей прилюбился двор Либорна. Тут – то он её и поймал. Собачка оказалась дружелюбная и ласковая и стала крутить хвостом при виде хозяина дома. А Стефан пожалел пса и оставил его у себя. С тех пор они крепко подружились и шавка осталась жить во доме Стефана. Два года они делили вместе и радости и события, а потом собака Стефана пропала. Всю ночь и весь следующий день был он бродил по деревне в поисках верного друга, но так и не нашёл его. Несколько месяцев он находился в унынии и тяжело переживал потерю собаки. Стефан даже бросил заниматься своим знахарством. Руки не поднимались. А потом душевные стенания стали понемногу уменьшаться и доктор опять вернулся к своему занятию. Но иногда вспоминал все – таки своего друга, правда уже не так остро, как раньше.


Клодина распахнула перед доктором дверь и Стефан ступил в полумрак. В нос моментально ударил запах болезни и какой – то скисшей еды. Он незаметно, чтобы не обидеть хозяйку повел носом, пытаясь избавиться от неприятного аромата и прошёл в самую ближнюю комнату. Расположение комнат он знал хорошо, не раз здесь бывал и потому уже очутился в комнате Генриетты.

Сзади себя он слышал тихие шаги мадам Блуа, которые замерли в нерешительности ровно в метре от его спины.

В комнате молодой девушки было темно, как и в коридоре и Стефану пришлось напрячь зрение. Возле проёма стояла деревянная косая на один бок кровать, а сверху лежала груда тряпок. Всё было неряшливо и доктор был неприятно удивлён этим обстоятельством. Обычно в этом доме старались придерживаться порядка и чистоты, но не сегодня.

Груда тряпок зашевелилась и Стефан поразился ещё больше. Оказалось, что это не кучка тряпья, а человек. И человеком этим была Генриетта.

Доктор Либорн поспешил подойти к ней и заглянул через свёрток. Девушка спала. По – крайней мере подумал он именно так. Глаза её были закрыты, а лицо отдавало белизной. Всё признаки болезни были наяву.

Стефан помялся с одной ноги на другую, после чего обернулся к Клодине.

– Найдётся чистый стул и вода? – глухо поинтересовался он.

– Да. – точно так – же, чуть слышно отозвалась она и вышла из комнаты.

Стефан остался наедине с Генриеттой и первым делом пощупал её лоб ладонью. На ощупь он казался липким и горячим. Тогда Либорн прикоснулся к шее, заодно и пощупать пульс девушки. Жилка билась между пальцами еле – еле и Стефан покачал головой.

« Сколько же она дней находится в таком состоянии «? – задал он сам себе мысленно вопрос.

Доктор убрал тряпье с тела девушки и открыл свой чемодан. В эту минуту, как только щёлкнул замок вошла мать Генриетты со всем необходимым.

– Поставьте здесь. – не глядя на вошедшую, он кивнул головой.

– Доктор Либорн. – робко начала Клодина. – Можно мне остаться с Генриеттой?

– Зачем? – он замер на долю секунды. – Вы считаете, что сможете мне чем – то помочь?

– Нет. – заколебалась женщина. – Ну…Вдруг…

– Если мне что – то понадобится я всегда могу вас позвать, мадам Блуа. Стены здесь тонкие, слышимость хорошая.

– Я поняла. – Клодина видела, что рассердила доктора и бесшумно выскользнула за дверь. В её планы не входило раздражать Стефана в такой момент.

Стефан провел возле постели больной более часа и все это время он сбивал жар, обтирая её мокрой тряпкой. Тело девушки было таким горячим, словно предано огню и он опасался, что этот метод будет недейственным. Но спустя пятьдесят минут жар стал сбавляться и Либорн выдохнул с некоторым облегчением.

Генриетта открыла глаза.

– Здравствуй! – мягко поздоровался он с ней.

Она лишь кивнула ему, так как губы её треснули и говорить было тяжело.

– Давай я тебе буду задавать вопросы а ты кивать? – Стефан придвинулся на стуле ближе к кровати.

Генриетта кивнула.

– Когда ты почувствовала недомогание? – вгляделся в её лицо Стефан более внимательно. – Более трех дней назад?

Кивок.

– У тебя появилась слабость?

Кивок.

– А кашель появился сразу? – продолжал допрос доктор.

Генриетта лежала ровно.

– Раньше?

Кивок.

– Кашель был сухой?

Кивок.

Так он пытался выяснить хоть что – то от самой Генриетты. Узнав достаточно, он налил в ложечку микстуру собственного приготовления и влил девушке осторожно в рот.

– Теперь поспи. – легонько похлопал её по руке и поднялся.

Генриетта провалилась в сон. Уже на выходе из комнаты до его ушей долетело её тихое сопение.


– Она выздоровеет? – заглянула ему в глаза Клодина.

Он надеялся, что да. Очень редко у него умирали пациенты, хотя случалось всякое. Он пытался сделать все возможное, чтобы помочь больным и преуспевал в этом. Но его искренне расстраивали случаи, когда спасти кого – то не удавалось.

Поэтому сейчас Либорн не торопился обнадеживать мать больной и ответил уклончиво.

– Даст Бог – спасётся! – посмотрел Клодине за плечо и вдруг ему сделалось так тоскливо.

Впереди расстилалось зелёное поле, с колышущейся травой. Ярко светило солнце и уже чувствовался в воздухе зной. День будет жарким.

А вот Генриетта лежала в тёмном доме, без воздуха и загибалась от болезни.

– Мадам Блуа?! – посмотрел Стефан своими серыми глазами в глаза женщины. – Я бы посоветовал вам пустить побольше воздуха в дом. Понимаете?

Она смотрела на доктора и молчала.

– Вашей дочери нужен свежий воздух. Нужно проветрить комнаты! – более настойчиво проговорил он.

Клодина кивнула и напомнила ему Генриетту. Он надеялся, что его требование будет выполнено. Ведь в первую очередь это нужно им. Нужно больной.

С этим он развернулся и отправился прочь, не оборачиваясь.

Домой почему – то ему идти расхотелось. Может быть он слишком долго провел в затхлом помещении и теперь ему хотелось надышаться.

Путь обратно занял у него много времени и домой Стефан вернулся только после полудня.

Нужно было приниматься за работу, но вначале он решил передохнуть и искупаться в ручье.

Стефан Либор спустился вниз и скинул с себя верхнюю одежду, оставаясь в нижних подштанниках и рубахе.

– Ух… Как хорошо. – вода казалась изумительно прохладной. Приятной телу и Стефан начал омовения. Понемногу усталость и впечатления о болезни Генриетты стали уходить на второй план, а мозг доктора переключился на более приятные мысли.

Его радовала природа вокруг и пение птиц. Так Либорн купался целых полчаса, и наконец одумался, что слишком долго времени провел в воде.


Только под вечер он засел за книги, под пламенем факела и принялся за чтение. Вот так и раньше, он тайком утаскивал книгу с полки и прятал её до наступления темноты, чтобы потом прочесть под факелом. Зачем он так делал, объяснения не было. Скорее всего маленькому Стефану просто нравился сам процесс. Ведь это было так интересно. Родители так и не узнали, что вытворял он в юном возрасте. Времени поделиться с ними у него не было. Да как – то не довелось, а теперь все воспоминания об этой поре он носил в себе.

Хорошее было время.

Правда все это время он посвятил образованию, чтению и лекарству. Но нисколько об этом не жалел. Доктору Либорну нравилось то, чем он занимался половину своей жизни.

Чуть позже он вышел на улицу и постоял некоторое время, прислушиваясь к ночным звукам. Его удивляло, как это природа может таить в себе столько разнообразия.

« Интересно, все ли замечают то, что я»? – промелькнуло у него в голове. Стефан потянул носом. Запахло хвойными ветками и доктору особенно нравился этот аромат. Запах леса…

Хрустнула ветка чуть поодаль от дома и Либорн повернул голову на звук. Как ни старался он высмотреть, так ничего у него не получалось.

– Заяц наверно, или ещё какой зверёк. – вслух сказал он.

Больше ветка не хрустела и Стефан тоже вскоре отправился внутрь дома.


Деревушка на юге Франции была не единственная в округе Провинция. Но одна из нескольких, ближе всех к городу. Сельчане часто посещали город, так как им приходилось там сбывать свой урожай. Правда всегда за столь мизерную плату, что выручали они от продажи жалкие крохи.

Лекарь Стефан Либорн бывал и в других регионах Франции. Более северных, западных, но ни один из них не вызывал у него такой трепет, как его. Он был всецело предан своему месту, где родился. Ему казалось, что в его деревне и листики на деревьях зеленее, и земля мягче и растёт на ней урожайней. Хотя на самом деле все было одинаково, но свое все – же роднее.

Стефан сыскал славу у простого народа на многое расстояние от дома. Всё почитали его и уважали. Стефан был очень добрым и справедливым человеком, поэтому его и любили остальные люди, кроме одного. И эта неприязнь не была взаимна. Стефан знал о том, как к нему относится Базиль Марен и знал так же почему, но поделать ничего не мог. Первое время он даже винил себя, но потом перестал. Всё благодаря другой своей соседки, которая всячески поддерживала лекаря. Это была Мари – Луиз Корбей. На несколько лет старше его, но это не влияло на их подобие дружбы. В детстве они некоторое время даже дружили.

Мария – Луиз Корбей жила в самом первом доме от дома Стефана. Через чащу и потому ей было ближе всех забегать к нему, проведывать. Стефана нисколько это не напрягало, наоборот порой и ему бывало скучно иногда. Поэтому посиделки в компании были не лишними. А если ещё Мари – Луиз приносила с собой травяной чай, то жизнь играла новыми красками.

А сама же виновница считала Стефана сродни младшего брата и всячески старалась его опекать, как самая настоящая сестра. Стефан как ни странно ценил её заботу и был благодарен.

Так и протекала жизнь жителей небольшой деревушки.

Наутро Стефан услышал стук в дверь, когда толок семена цветка. Отложив камень на стол, он поспешил открыть дверь, чтобы узнать кто явился к нему спозаранку.

За дверью оказался Сиприн Жиньяк. Дядя Мари – Луиз Корбей.

Он был нечастым гостем дома Либорна, но всегда желанным.

– Доброе утро! – широко улыбнулся доктор и отступил назад, давая пройти Сиприну.

– Доброе. Доброе! – гость ступил за порог и огляделся. – Как всегда все по полочкам! – заметил он.

Стефан пожал плечами. Он любил порядок.

– Как Мари – Луиз? – поинтересовался он за племянницу Жиньяка.

– Отлично. Передавала тебе привет!

– Ей тоже. – Стефан взял одну кружку.

– О нет – нет сынок! – замахал рукой гость. – Не надо мне ничего! Я так нахлебался воды, что похож теперь на водяную бочку.

Стефан отставил кружку обратно и повернулся к Сиприну лицом.

– Я вот зачем пришёл. – выражение лица его приобрело серьёзность. Улыбку будто стёрли и теперь Жиньяк заговорил без шуток. – Я слышал Генриетта заболела.

Либорн кивнул, подтверждая правоту его слов. Но тень недоумения успела промелькнуть по лицу и её заметил дядя Мари – Луиз.

– Да. Всё так. Вчера мадам Клодин Блуа заходила ко мне и мы вместе отправились к ним. Девушка действительно серьёзно больна. Я дал ей микстуру. – кратко объяснил доктор.

– Понятно. – задумчиво смотрел Жиньяк в пол, не моргая.

– Почему это вас беспокоит? – теперь уже заволновался Стефан.

На миг воцарилось молчание и стало слышно жужжание пчелки, которая по ошибке залетела в дом к лекарю и теперь искала выход.

– Дело в том. – медленно начал он. – Что до нас дошли слухи о болезни Генриетты… Девушка посещала город, а после слегла. – печально закончил Сиприн.

– Но что это может значить? – воскликнул Стефан и всплеснул руками. Он не понимал, что же так беспокоит Жиньяка.

– Да вот меня это настораживает если честно доктор. – откровенно признался он и перевёл взгляд на окно.

Комната Стефана была светлая. С двумя полукруглыми окнами, через которые насквозь проходил свет. А если уж стоял солнечный день, то все предметы светились ярким свечением. Похоже было на чудо.

– Просто я и до этого Краем уха слышал, что несколько человек из города заболели чем – то весьма похожим на болезнь девушки Генриетты.

– Я ничего такого не слышал. – почесал доктор макушку озадаченно. – Ну конечно я и в городе с месяц как не появлялся…

– Вот – вот! – поднял Жиньяк палец вверх. – А я тебе говорю! Волнует меня это. Не выходит из головы! Как бы это не заразно было!

В голове у Стефана промелькнуло нечто похожее вчера, но он не придал этому особого значения. А теперь корил себя. Оказывается не одному ему это зашло в голову. Может стоит наведаться к ней ещё раз? Или лучше в город?

Разговор с Сиприном Жиньяком ни к чему не привёл, лишь озадачил доктора. После того, как гость ушёл, Стефан опустился на стул и принялся размышлять.

После недолгих раздумий, решение было принято, а затем последовал глубокий вздох, вырвавшись из горла Либорна.


Глава 2

Утром, на следующий день Стефан выдвинулся в путь, на своей упрямой лошадке Поппи. Её ему подарили в благодарность, из соседней деревни. Частично это даже скрасило ему потерю верного друга – пса. Теперь Поппи путешествовала с ним везде, а вернее он с ней.

Но лошадь была норовиста, с гонором. Поэтому к ней нужен был особый подход и ласка. Пока Стефан неплохо с этим справлялся. Один раз за все время она взбрыкнула под ним, чуть не скинув седока. Только чудом он удержался в седле. Но больше такого не повторялось.

Вот и сейчас Либорн во весь опор мчался в сторону города.

Чем ближе к городу, тем чаще стали встречаться по пути знакомые, которые останавливали доктора и останавливались сами, чтобы узнать, как у него дела и просто поболтать. Малознакомые люди просто махали рукой лекарю в радостном приветствии.

– Добрый день, доктор Либорн! – слышалось со всех сторон. Он только и успевал кланяться в ответ, да держаться за седло. Иначе Поппи бы его непременно скинула, отвлекись он на секунду.

Медленными темпами он все – же въехал в город и двигался по главной улице, по направлению дома своего хорошего друга. Тоже кстати врача.

Но прежде чем добраться до дома Гаспара, Либорн натолкнулся на девчушку, плачущую посреди улицы. Что было самое поразительное, никто не обращал внимание на ребёнка и доктора это глубоко затронуло.

Он остановил кобылу и спрыгнул с седла.

– В чем дело, милый ребёнок? – как можно ласковее проговорил он и сделал шаг к ней.

Ребёнок всхлипывал не прекращая и совсем не обратил на взрослого человека, который уже стоял рядом.

– Девочка, почему ты плачешь так горько? – тронул её за рукав Стефан.

Она замерла. Рыдания стихли.

– Скажи мне, в чем причина. – он был настойчив, но мягок.

Девушка, лет восьми посмотрела на него с любопытством. Лицо её было чумазым и к тому же красным, от слез. Видно было, что этот ребёнок давно не мылся. Волосы спутаны в кучу, и чтобы их разгладить придётся приложить немалые усилия. Все это подметил Стефан в мгновение ока.

Девочка в свою очередь изучала незнакомого человека, не зная, стоит ли ему довериться или нет.

Видимо стоило, потому что малышка бросилась к нему на шею и зарыдала по новой. Маленькое тельце забилось на его груди в конвульсиях и рука машинально прижала её к себе, согревая теплотой.

– Ну будет тебе. Тише, тише. Не плачь. – успокаивал ребёнка Стефан. – Где твои родители? Мать? Отец?!

– Там. – неопределенно ткнула куда – то в сторону она.

Стефан ничего не понял. Впереди была площадь, но где именно находился дом девочки было непонятно.

– Пойдём ты мне лучше покажешь? – он подхватил её на руки, но она начала вырываться. Ему пришлось поставить девочку на землю. – Что случилось?

– Туда нельзя! – покачала она спутанной головкой.

– Почему? – Стефан чувствовал себя глупо, но похоже было, что кроме него никто не хотел помочь ребёнку. На них даже никто не смотрел. Всё торопились по своим делам, не замечая ни лошадь, ни мужчину с ребёнком.

– Мама не встаёт. – так тихо произнесла она, что ему пришлось наклониться близко к её губам, чтобы расслышать. – Мама не встаёт.

– Что с ней? – деловито спросил он. – Ей нужна помощь? – тогда ему нужно немедленно отправляться в дом ребёнка.

– Она кашляла, а потом слегла. – уже более свободно заговорила девочка.

– Кашляла… А потом слегла. – самому себе повторил Стефан. – Ты ищешь помощь, я так понял?

– Не знаю. – горько вздохнула она. – Мне просто страшно.

– Так! Показывай, где твой дом. Нужно помочь твоей маме, чтобы она как можно скорее выздоровела. – доктор взял девочку за руку, а уздечку в другую руку.

Малышка робко пошагала прямо и вскоре они уже пришли к жилищу. Но что это был за дом. Стефан ужаснулся. Неужели ребёнок живёт здесь? Может это шутка?!

Но посмотрев на неё, до него стало доходить, что все очень серьёзно и восьмилетний ребёнок действительно живёт в этом ужасе. Он даже домом не мог это назвать.

Покосившаяся постройка, напоминала лошадиный сарай. Без окон и хлипкая деревянная доска, вместо двери. Вокруг так называемого дома земля была усеяна кучами отходов. Запах стоял соответствующий.

Стефан не стесняясь зажал нос руками. Девочка не выказала удивления, видимо привыкла, что люди так реагируют на местность вокруг дома.

– Ну пошли. – стараясь говорить бодро, он сжал ладошку девочки покрепче.

– Угу.

Вдвоём они шагнули внутрь и попали в длинный коридор. По обе стороны шли раздельные комнаты и дальше малышка повела доктора сама. С балок свисали какие – то тряпки, которые значительно затрудняли передвижение. Они били по лицу и Стефану было это неприятно. Наконец – то они пришли и перед глазами Либорна предстала мать девочки. Она была повернуть к ним лицом и он увидел, что ей уже ничем не помочь. Девочка пока что этого не поняла.

« Нужно увести ребёнка отсюда, как можно быстрее «. – забилась в голове мысль. – « Об остальном подумаю позже «.

– Как тебя зовут? – посмотрел он девочку жалостливым взглядом.

– Мадлен. Вы поможете маме?

– Попозже. – уклонился он ответа. – Пойдём выйдем. Вначале нужно тебя пристроить. – он подтолкнул её к выходу. Как ни странно, но девочка поддалась и затопала обратно, к выходу.

В голове доктора носились мысли диким вихрем. Он не знал, как объяснить ребёнку, что её мама мертва, а её саму нужно кому – то передать. Но кому?

Вырвавшись из тесной и вонючей постройки он задышал в нос, набирая в лёгкие воздух.

Девочка выжидала и смотрела на мыски своих тапок.

– Послушай. Нужно чтобы нам кто – нибудь помог. – наклонился он к ней. – У меня есть здесь один друг, он тоже врач. Нам нужно к нему.

Мадлен пожала плечами. Она доверяла Стефану, а потому безропотно пошла вместе с ним.


Он постучал в тяжёлую дверь два раза и она распахнулась.

На пороге стоял его давний знакомый Гаспар Лепаж. Тот сместил взгляд вниз, на спутницу Стефана и раскрыл от изумления рот.

– Мадлен! – ахнул он.

– Вы знакомы?! – ещё больше удивился Либорн. – Теперь уже он открыл рот от изумления. Вот как оказывается бывает.

– Да, я её знаю. – пропустил он их внутрь и закрыл дверь. – Стефан, прости я не поприветствовал тебя как следует. Был ошарашен.

– Ничего. Я не менее тебя! – Стефан уже сел в кресло в большом зале Гаспара.

Мадлен запрыгнула на диван и доктор отметил про себя, что девочка слишком вольно здесь держится. Значит она уже бывала в доме Гаспара. Но по какому поводу?

– Ну расскажи. – Лепаж остановился около окна и смотрел одновременно на двоих. – Как ты поймал Мадлен?

– Никак. – пожал он плечами. – Я услышал горькие рыдания, но никто не затормозил, кроме меня. – Стефан нахмурился.

Гаспар был не глупым человеком и сразу понял, что – то произошло. Но оба заводить разговор при ребенке не стали.

– Ну ладно. – Гаспар повернулся к Мадлен. – Ты голодна?

– Да. – без смущения отозвалась она.

– Я сейчас позову Рене и она позаботиться о тебе, Мадлен. Не переживай, все будет хорошо.

Гаспар размашисто вышел из комнаты, оставляя друга с ребёнком в зале.

– Мадлен, ты здесь уже была? – вдруг спросил Стефан.

Она кивнула.

Больше он ничего не стал спрашивать у неё. Считая, что это неприлично. Лучше он спросит у Лепажа. Только бы определить куда – нибудь её, в заботливую руку.

Гаспар уже вернулся не один.

Сзади него, наступая тому на пятки спешила встревоженная Рене. Завидя чумазую девчушку на диване, мадам Рене схватилась рукой за сердце.

– Господи! Неужели это Мадлен? – звучало более как утверждение. – Что с тобой произошло, девочка?

Стефан не заметил, как Рене подхватила её на руки и они обе исчезли из комнаты.

– Рене о ней позаботится! – уверил его друг.

Стефан ни капельки не сомневался.

Гаспар прикрыл дверь комнаты, чтобы их разговору никто не мешал и сел рядом с доктором на диван.

– Лепаж? – приподнял вверх бровь доктор. – Меня интересует откуда ты знаешь Мадлен?

– А я в свою очередь хотел спросить, почему девочка одна. – склонил набок голову друг доктора.

– Как ты это понял? Ведь я ничего не говорил.

– Ну… Ведь если бы я ошибался, то Мадлен не была бы тут.

– Да. – послышался вздох. – Ты совершенно прав. Кое – что и в самом деле случилось.

– Что?

– Мать девочки мертва. – выдал Стефан и Гаспар замер. Лицо сделалось восковым.

– Как мертва? – просипел он.

Либорну пришлось все рассказать.

– Мадлен сказала лишь, что мать болела, а потом слегла. – поделился он этой особенностью .

– Умерла. – повторил для себя Гаспар. – Знаешь, а ведь я знал Люсьенду давно. – признался он.

Стефан хмыкнул. Он уже это понял. Но говорить другу не стал.

Гаспар сам продолжил.

– Мы познакомились с ней несколько лет назад. Мадлен была совсем крошкой. Полтора года от роду. Люсьенда приехала в наш регион, потому что ей пришлось бежать из своего. Почему бежать? – Её муж был слишком жесток и молодой женщине с грудным ребёнком на руках пришлось бежать от него. Тут он и встретил её. У него возникло желание ей помочь. А дальше как – то незаметно получилось так, что Гаспар привязался к Люсьенде и малышке Мадлен.

Она считай выросла на руках Лепажа и он нёс в какой – то мере за неё ответственность.

– Между вам что – то было? – задал нескромный вопрос Либорн.

– Скорее всего да. – кивнул головой Гаспар. Взгляд его был устремлен сквозь стенку. – Я был к ней неравнодушен. – последовала долгая пауза, которую оба долго не решались нарушать.

– Поэтому Мадлен – это сейчас моя забота. Она должна остаться тут. – звучало твёрдо и неоспоримо.

– Ты никогда не говорил о ней. – укоряющим тоном проговорил Либорн.

– Не говорил… Хвастаться тут особо нечем! Жениться на ней я не собирался. Я можно сказать просто её жалел, а потом привязался к ней. Да и Люсьенда была птицей свободного полёта. После побега от мужа, она не хотела ни за кого выходить. А Мадлен жалко! – Лепаж поднялся.

Пока он возился с флягой, у Стефана было время помыслить.

Оказывается у его друга была давняя связь с матерью девочки и все хранилось в тайне. Вот как оказывается бывает.

– Расскажи мне поподробнее, Стефан. – попросил его Гаспар и он не смог отказать.

Дело дошло про упоминание о нечистотах, и Гаспар едва заметно поморщился.

– Я и не знал, что она живёт в таком месте. Иначе непременно бы помог.

– Ты не знал, что твоя дама обитает в таком месте?! – поразился Либорн и выпучил глаза.

– Нет. Она никогда не говорила и не хотела, чтоб я знал. – прищелкнул Лепаж языком. – Поэтому ты наверно заметил, как хорошо в доме ориентируется девушка.

Стефан кивнул. Да, он это заметил.

Поговорив немного за Люсьенду, разговор плавно перетек за других местных жителей и происходящих в городе событиях.


Немного погодя в комнату вошла Рене. Предварительно тихонько постучав.

– Войди, Рене. – ответил Гаспар.

Дверь распахнулась.

– Господин Лепаж? – обратилась она к хозяину. – Мадлен искупана и накормлена.

– Вот и хорошо! – кивнул довольно он головой.

Но Рене продолжала стоять на одном месте, как приросла к нему.

– Что – то ещё, Рене? – посмотрел он на неё.

– Да, господин. Её укладывать?

– Ага.

Рене не шевельнулась.

– Что ещё? – тяжко вздохнул Гаспар. – Говори не бойся.

– Она хочет домой. Я пыталась переключить её внимание на что – то другое, но Мадлен плачет и хочет увидеть мать. – она повела плечами. – Может быть её отвести к Люсьенде?

Гаспар и Стефан переглянулись между собой и одновременно посмотрели на Рене.

Она переводила недоуменно взгляд с одного на другого.

– Рене! Мадлен сирота! – объявил трагично Гаспар.

– Вот горе – то какое! Беда! – запричитала она. – Как же так?!

– Болезнь её съела. – вмешался Стефан. – И мне кажется это странным, что у некоторых людей, не связанных между собой одинаковые признаки болезни.

Гаспар вскинул голову на друга. А Рене поднялась и поплелась на выход. Ей предстояло ещё как – то утешить малышку, подготовить…

– А я ведь тоже знаю некоторых больных с симптомами похожими друг на друга. – вдруг произнес Лепаж.

– В моей деревне заболела Генриетта. И дядя Мари – Луиз интересовался ею. – выдал правду Стефан.

– Вот как? И что это может быть? – почесал он нос и зашагал взад – вперёд по комнате.

– Мор?! – озвучил лекарь то, что давно вертелось в уме.

– Да ну. – коротко хохотнул Гаспар. – Стефан. На дворе 1348 год! Люди конечно может и не все освоили, но мы умные существа. Поэтому я думаю, что все это глупости. Никакой это не мор!

– Гаспар?! Почему ты так категоричен? – он был не согласен с городским другом. – Может это кара вообще?

– Ты по – прежнему занимаешься алхимией?

– Да!

Договорить они не смогли. Дверь раскрылась, от прорыва какого – то урагана. А оказалось, что это всего – навсего Мадлен ворвалась к ним.

– Дядя Гаспар! – бросилась девочка к нему на руки. – Дядя Гаспар?!

– Да мое золотко. – нежно погладил он её по чистым волосам. Рене мало того что их вымыла, но ещё и выдрала сбитые клоки. Теперь волосы девочки немного пахли и были шелковистые на ощупь.

– Я хочу к маме!

– Но сейчас на дворе вечер! – не придумал ничего лучше Гаспар.

– Она там совсем одна. – приводила доводы Мадлен.

– Давай мы поговорим об этом завтра? – устало проговорил он.

– Но я правда хочу к маме! – отстранилась она от Дяди Гаспара. – Пожалуйста.

Он смотрел на лицо девочки и сердце его сжималось от жалости к ней. Теперь Мадлен круглая сирота. Вдобавок, ей предстоит ещё только узнать об этом.

– Ну – ну. – заставил себя улыбнуться Гаспар. – А Рене уже давала тебе запечённое яблоко? – он лукаво посмотрел на Рене.

– Нет! – глаза девочки округлились, как блюдца.

– Ну так надо это исправить! – подтолкнул он Мадлен к Рене.

– Пойдём, милая. – взяла женщина её за руку и повела за собой. – Я угощу тебя самыми вкусными яблоками во всей Провинции!

Стефан наблюдал за ними с интересом, но нужно было ещё кое – что обсудить, а уже темнело.


Глава 3

– Гаспар, а в городе есть люди, которые болеют? – Стефан сидел закинув ногу на ногу.

– Ну конечно есть! – изумился другой врач. – Люди всегда болеют.

– Я неправильно задал вопрос. Извини. – он потёр переносицу. Столько событий произошло за один вечер, голова гудела. – Я имел в виду, есть ли кто с похожими симптомами?

Гаспар призадумался.

– Да наверно я бы мог с небольшой уверенностью сказать, что такие найдутся.

– Ты бывал у них?

– Ну конечно. Я каждый день у кого – то бываю.

Их разговор прервал стук в дверь. Стук повторился, но Рене не спешила открывать.

– Наверно с малышкой и не слышит. – Лепажу пришлось самому подняться. – Я сейчас.

– Конечно. – согласно кивнул Либорн. – Иди. Я подожду.

Потянулись минуты, и Стефан уже откровенно заволновался. Друг отсутствовал довольно – таки долго.

– Уж не отправиться мне самому за ним? – сам себе задал он вопрос и поднялся с дивана.

Неторопливо, он вышел в коридор.

– Как скоро вы вернётесь? – донесся до Стефана голос Рене и он сменил траекторию ходьбы. Круто развернувшись на пятках отправился в дальнюю комнату.

– Не знаю. Она спит?

– Гаспар?! – Стефан остановился возле говорящих.

– Сейчас Стефан. Сейчас…

Рене кинула быстрый взгляд на доктора.

– Вы отправитесь вместе?

– Если доктор Либорн того пожелает.

– Хорошо, господин Лепаж. – послушно кивнула она и скрылась в комнате.

– Всё – таки она хорошая женщина. – с чувством проговорил Гаспар и пошёл по коридору к залу.


– Стефан, ко мне только что заходили и просили о помощи. – сказал он, как только они вернулись в комнату.

– Кто?

– Жители города. – в голосе его слышались волнительные нотки. Гаспар что – то искал и Стефан наблюдал за ним глазами. – Нескольким плохо. Состояние их печально.

– Кашель, рвота и сильный озноб. – обеспокоенно произнес Гаспар.

– Тогда не стоит медлить! – вскрикнул Стефан.

– Да – да. – пробормотал хозяин дома и складывал нужные ему пузырьки в чемоданчик. – Я готов!

– Я тоже. – Стефан направился к двери.

Вдвоём, бок о бок они вышли из дома и растворились в ночи. Две длинные фигуры направились на окраину.

– Надо поспешить. – заторопился Гаспар.

К своей профессии он относился со всей серьёзностью и очень переживал за болеющих.

Через двадцать минут они подходили к чему – то жилищу и Стефан рассмотрел впереди себя тёмный силуэт. Их ждали.

– Здравствуйте, доктор. – послышался мужской голос. – Хм… Доктора. – видимо человек наконец – то увидел, что их двое и поспешил исправить свою оговорку.

– Здравствуйте, Анжи. Где больная? – деловито сказал Лепаж.

– Завели в дом. Ну и видели бы, как её рвало. Прям вот в этом месте, где вы стоите. – мужчина завернул я и пошёл в дом.

Стефан чуть было не отскочил от этого места, но правила приличия не позволили ему это сделать. Хотя какие могут быть правила, когда они пришли к больной?!

– Ей так и не стало лучше? – допытывался Гаспар.

– Нет. – сухо произнес Анжи, не оборачиваясь. – И лекарство, увы не помогло!

Стефан слегка вздрогнул от скрытого обвинения. Заметил ли это Гаспар? Не задело его?

Например сам он всегда начинал переживать и мыслить, что он мог сделать не так. Мыслями даже мог вогнать себя в депрессию. Но Гаспар вроде бы как не заметил и задавал уже новые вопросы.

Они пришли в комнату.

– Арлен. Арлен. – позвал женщину муж. – Доктор пришёл. Да не один. – принялся её толкать, но в ответ раздалось лишь слабое мычание.

– Стойте! – шагнул Гаспар к постели, где лежала больная. – Не трясите её! А ещё лучше отойдите. Мы сами справимся.

Как ни странно, но муж послушался и отступил.

– Хорошо. – только и сказал он.

– Арлен. – уже произнес Гаспар. – Её сильно трусит. – Да она вся горит. – сказал доктор Либорн, потрогав её лоб и щеки. – Поднеси сюда факел.

Гаспар посветил над головой больной и Стефану стало лучше видно. Увиденное его повергло в ступор.

– Боже мой!

– Что там?! – Гаспар наклонился посмотреть. – Бог ты мой!

Оба доктора ужаснулись.

Лицо больной было одутловатым, но не это их испугало, а воспаленная шея. Вернее то, что на шее, под кожей у женщины висел мешочек, с куриное яйцо, темно – фиолетового цвета. И оба одновременно отшатнулись от неё, как от прокаженной. Они поняли, что это за болезнь.

– Это бубонная чума! – первым сказал Лепаж.

В эту минуту в комнату вошёл Анжи и услышал лишь только последнее слово. Оно для него ничего не значило, но порядком напугало.

– Что с ней, доктор Лепаж? – дрожащим голосом спросил он.

Гаспар выпрямился и повернулся к мужчине.

– У неё чума. Бубонная чума. – не разлепляя губ ответил ему. – Их нужно проколоть, иначе Арлен умрёт не сегодня – завтра.

Анжи побелел, как мел и закачался.

– Её можно спасти?

– Не могу сказать с уверенностью. – сухо отозвался Гаспар. Врать ему не хотелось. – Мы сделаем все возможное, чтобы этого не случилось. Медлить нельзя.

Стефан засуетился.

– Нам нужна толстая игла, тряпка, чистая вода и кто – то в помощь.

Анжи кивнул и немедленно отправился выполнять поручение.

Доктора принялись за лечение.

Спустя полчаса, Стефан уже выпускал кровь из набухшего гнойника. Запах стоял неприятный, так как вместе с кровью шла вязкая желто – зелёная жидкость. Губы больной покрылись белыми корками.

– Ей нужно попить. – заметил Либорн.

Помощница, которую нашёл Анжи поднесла кувшин к губам женщины и влила свежую воду той в рот.

Стефан накладывал повязку Арлен на шею.

– Она выздоровеет? – волновался муж.

– Помолимся за неё. Всё в руках Бога. Только ему принадлежит сейчас несчастная. Он подвластен, как и забрать её, так и вылечить. Молитесь Анжи. Мы тоже помолимся. – Гаспар говорил тихо, но проникновенно.

– Осталось только ждать. – вмешался Стефан, закончив.

– Вам нужно будет менять ей повязку каждые два часа. И обрабатывать гной чистой водой. Потом опять накладывать. Побольше свежего воздуха и давайте ей опиум. – Лепаж оставил на столике маленький пузырёк и оглядел комнату.

– Спасибо вам.

– Ещё рано благодарить. – Стефан кивнул и они вышли из комнаты, оставляя больную наедине с мужем и помощницей.

– Нужно успеть к другим. – Лепаж побрел по дороге. – Ты был прав. – признал он слова Либорна, которые произносились не так давно.

– Я думаю, что и другие тоже болеют этой болезнью, но не пойму как. Он не может передаваться по воздуху!

– Не знаю, Стефан, не знаю. Одно могу сказать тебе! Нам предстоит тяжёлая ночь.

– Что же… Будем к этому готовы. – быстро шагал Стефан рядом с другом.


В ночь доктор Либорн никуда не поехал. Практически до самого рассвета они ходили по домам больных и пытались хоть чем – то облегчить их страдания. Кому – то давали опиум, другим микстуру. Назначали обтирания, жаропонижающие. Стефан и Гаспар не сомневались уже, что у всех их подопечных одна и та же болезнь. К счастью гнойных мешков ни у кого на шее больше не было.

Вернулись домой к Лепажу они около пяти утра, ещё было темно и на цыпочках прокрались, как воры в главную комнату. В доме все спали и они не хотели своим шумом беспокоить слуг и малышку.

– Оставайся спать здесь, на диване. – зашептал Гаспар. – А я лягу в маленькой комнате.

– Хорошо. Спасибо, Лепаж. – ответил шёпотом Стефан и опустился на диван.

Лёжа в чужом доме, в чужой комнате он ещё долго не мог заснуть. Спать хотелось, но всякие мысли лезли в голову и настроиться на сон было чересчур сложно.

« Как же так получается, что в город проникла эта чумная зараза? «– размышлял он про себя. В том что это именно она, Стефан был полностью уверен. Он изучал множество книг, не только во Франции, но и в других странах. Путешествия и алхимия помогли ему развиваться в сфере образования и знать то, что другим было недоступно. Несколько лет назад он захотел поделиться знаниями и с Лепажем. Теперь они были самыми образованными докторами во всей Провинции. Да что там Провинции! Во всей Франции!

С мыслями о произошедших накануне событиях, Стефан незаметно для себя уснул и проснулся спустя четыре часа.

Гаспар уже встал и сидел за столом.

– Почему так тихо?

– Рене с Мадлен отправились на рынок. – не отрывая головы от записей сказал хозяин дома. – Знаешь Стефан, что я нашёл?!

– Что? – он моментально сбросил с себя остатки сна и очутился в мгновение ока подле Гаспара.

– Вот смотри, я нашёл в каких – то старых записях, из Азии об этой заразе. – Гаспар послюнявил палец и перелистнул страницу. – Здесь сказано, что чумой болели на востоке и её существует несколько разновидностей.

Стефан наклонился ближе. Почерк был до того неразборчив, что он с трудом понимал написанное.

– Давай ты лучше сам зачитаешь мне. – попросил он друга.

– Один торговец находился на корабле. Как раз они только – только отплыли от берега… Вот где это произошло, тут не сказано. Ну, не важно… И через два дня почувствовал себя плохо. Можно было все списать на морскую болезни, но он плавает по морям уже несколько лет. Дальше он слег и у него поднялся жар… полдня он трусился в ознобе, а потом впал в бессознательное состояние. – на минуту Гаспар умолк. У него пересохло во рту и он отпил глоток воды, прежде чем продолжить. – Люди, которые с ним находились на корабле, после поделились тем, что у торговца начался бред. Он буровил нечто непонятное.

– А кто это все записал? Сам торговец? – Стефан выпрямился.

– Нет. – Гаспар пробежался взглядом по строкам. – Тут сказано, что он скончался спустя три дня от жара, бреда и к тому – же он кашлял так, что давился…

Гаспар перевернул последний лист и посмотрел на друга.

– Вообще все понятно. Такая болезнь существовала давно и мы выяснили, что её существует несколько разновидностей… Интересно, какие ещё сюрпризы нас будут ждать? – Стефан потёр подбородок.

– Меня больше страшит не это. – тихо промолвил доктор Лепаж. – А сколько человек могут заболеть. Чуму надо остановить!


Они ещё посидели недолго, решая каким образом её останавливать и придумывали новые разработки. Но вскоре дверь в дом хлопнула и послышался топот ног.

Мадлен влетела в комнату и оба доктора отметили про себя её посвежевший вид. Щеки раскраснелись на свежем воздухе. Видно было, что вчерашние усилия Рене принесли плоды.

– Дядя Гаспар! – побежала она к нему практически вплотную и задрала наверх голову. – Ну а теперь – то мы можем отправиться к маме?!

Гаспар сразу сник, по лицу пробежала тень грусти, которую уловили только Рене и Стефан. Девочка ещё была слишком мала, чтобы разбираться в таких тонкостях и не понимала, в связи с чем доктор оттягивает поход к её матери.

– Понимаешь, малышка. – вздохнул он. – В мире есть вещи, которые нам не подвластны. То есть мы ничего не можем с этим поделать. Вот и вещи происходят вокруг, на которые мы порой не можем никак повлиять, хотя стараемся.

Девочка моргала глазами и ничего не понимала.

Гаспар осмотрел вначале комнату, будто не понимал, где находится. Потом посмотрел на Стефана, Рене и та нервно сглотнула.

– Мадлен, пообещай мне, что не будешь рыдать. – проговорил Гаспар глядя в глаза ребёнку.

– Моя мама умерла? – дошло до девочки и глаза стали наполняться слезами. – Её больше нет?

– Нету. – сказал тихо Лепаж и отвернулся. Ему было тяжело видеть боль, отразившуюся на лице ребёнка от страдания. Его глаза тоже пощипывали от предательской жидкости, которая собиралась вырваться из глаз наружу.

Мадлен уткнулась в свои маленькие ладошки и плечики затряслись. К ней поспешила Рене.

– Моя дорогая, тише. Тише… Мама и сейчас с тобой. – шептала нежно ей на ухо женщина. – Просто мы её не видим, но можем почувствовать. Она рядом.

Девочка, заплаканная подняла голову и позвала маму.

– Мама?

– Нет, милая… ответить она тебе тоже не может. Просто присутствует рядом. Хочешь выйдем на улицу? – лепетала Рене.

Мадлен помотала головой, что означало отказ и бросилась вон из комнаты.

– Это было невероятно тяжело. – опускаясь в кресло, прикрыл пальцами глаза Гаспар.

– Мне её жаль. Она такая одинокая. – Стефан ещё не отпустил из головы образ понурой головки.

– Если мы не изобретем противоядие, то тысячи детей будут одинокими. – твёрдо сказал Лепаж. – Всё в наших руках!

– Я не хочу ничьих смертей. Всё это очень гнетет. – Либорн вышагивал по комнате. – Ты прав. Я отправлюсь домой и засяду за книги. Мы должны остановить болезнь, как можно скорее!

– Да, Стефан. Времени очень мало. Мы не знаем, как быстро она распространяется. Поезжай домой. Я тоже буду пытаться.

Стефан кивнул, пожал руку другу и направился к двери.

Ещё чуть – чуть он постоял у порога дома Лепажа и смотрел прищуренным взглядом вдаль. Туда, где нашёл девочку… Где изменилась его жизнь в один миг и он возложил на себя великую миссию. Вот только сможет ли он её вытянуть.

– Что ж, время покажет! – Либорн распряг лошадку Поппи и поскакал в сторону своей деревни.


Глава 4

Дома на Стефана накатила сильная усталость, с которой он не мог бороться и сразу же заснул, как только голова коснулась набитого соломой тюка. Лекарь проспал до следующего утра, ни разу не пошевелившись во сне. Стефан провалился в бездну и набирался сил.

Проснулся Стефан уже когда рассвело и удивился, что так долго проспал. За окном весело щебетали птички, но доктору было совсем не весело. Все тело ломило и он испугался, что и сам подвергся этой болезни. Несколько секунд посидел на тюфяке, прислушиваясь к своим ощущениям.

– Вроде бы никаких других признаков я не испытываю. – разговаривал сам с собой Стефан и заметно приободрившись поднялся.

Все в доме было по прежнему, но ему уже казалось, что все выглядит по – другому. Что сам мир изменился. Больше почему – то не радовало утреннее солнце, щебет птиц и голубое небо. Стефану казалось это несуществующим. Нарисованной картинкой. Как может быть так, что все вокруг цветёт и зеленеет, а люди умирают от страшной болезни. Неизвестной и непонятно откуда появившейся. Как с ней бороться? Какие методы пробовать?

Чуть позже Стефан сидел уже нагнувшись низко к столу и разбирался с растениями. Отделял семена. Они понадобятся ему для микстуры. Пот капал на деревянный стол, но Стефан не утирался. Казалось бы он не замечал своего состояния. Торопился сварить лекарство до темноты. Тут главное было не переборщить с добавлением ингредиентов, иначе все пойдёт насмарку.

Стефан закончил до темноты и слил густую жидкость в кувшин.

Нужно было дать лекарству настояться. Стефан создал его, но не питал надежды на его эффективность.

– Нужно ещё что – то! – задумчиво проговорил Либорн. – Несколько методик…

Он уставился в пол и принялся размышлять.

– А что если попробовать запереть этих людей?! – изумился он такому простому решению. – Не дать болезни распространится. Может быть только так её можно будет победить? Если они не будут контактировать с другими людьми, даже близкими, то больше никто не сможет заболеть!

Стефан всплеснул руками и понял, что придётся возвращаться опять в город. Только не сегодня, а лучше на рассвете.

Им с Лепажем нужно будет объявить карантин всему городу. Ох как это будет не легко. Ведь жители города могут и не послушать. Уж Либорн – то знал этих упрямцев.


Либорн брел верхом на лошади через тропинку с краю чащи и ещё издалека увидел путника, шедшего навстречу.

Тот тоже заметил надвигающегося лекаря и притишил шаг. Бегло посмотрев на кобылу, он моментально вспыхнул, как упавшее от искры дерево. А доктор Либорн шёл себе дальше и едва взглянул в лицо путнику. Кивком головы поздоровался и прошёл мимо.

– Что, лекарь в город направляешься?! – услышал он за спиной голос путника с ехидной ноткой.

Либорн натянул поводья и Поппи остановилась.

– Послушай, Базиль! Почему ты до сих пор держишь на меня зло?! – огорченно сказал Стефан. – Мы оба разумные люди и я не хочу жить в одной деревне, где меня один человек недолюбливает. – напрямую сказал Либорн.

Базиль усмехнулся…

– А как мне к тебе относиться, Либорн! – голос стал жёстче, а выражение лица угрюмым.

Базиль преобразился и теперь Либорн почувствовал волны агрессии и ненависти, исходившие от этого человека. Воздух между ними сгустился, а Базиль смотрел на него со спрятанной в глубине души злобой.

– Лекарь, а куда ты сейчас направляешься? Уж не в город? – спросил он Стефана.

– Даже, если и туда, то какое тебе до этого дело? – как можно мягче задал он встречный вопрос.

– Я слышал, что Генриетта слегла. – вдруг сказал он и улыбнулся.

Стефану показалось, что улыбка Базиля Марена приняла волчий оскал. Он ничего не стал отвечать. Просто смотрел сверху вниз на случайного собеседника.

– А ещё я слышал. – продолжал говорить Марен и в упор смотрел на доктора. – Что ты дал ей какое – то лекарство. Бедняжка не встаёт с постели уже третий день. И по рассказам Клодины ей все хуже и хуже. Что ты ей дал? Случайно не тоже самое, что и моей Дороти?

Стефан сглотнул накопившуюся во рту слюну и ощущения возникли такие, будто бы он проглотил камень. Базиль опять завел эту тему.

– К чему ты ведёшь? Ведь прошло уже пять лет, Базиль? – Стефан прищурил глаза. Поппи под ним затоптала, видимо почуяв, что путник не с добром подошёл.

– Когда – то ты Дороти дал одно чудо – лекарство и её это сгубило. – чеканил слова Марен.

– Мы уже обсуждали это неоднократно! – Стефан не хотел ничего сейчас выяснять. Во – первых он торопился, а во – вторых чувствовал себя виноватым, хотя на самом деле таким не был. – Моё средство здесь не при чем! Я многим людям давал его.

Базиль засмеялся в голос, но восковая маска застыла на лице. От этого лицо Марена казалось неживым.

– Я до тебя ещё не добрался, лекарь. – угрожающе проговорил он. – Но когда доберусь, то докажу, чем ты занимаешься!

Стефан решил тактично промолчать. Он не хотел вступать в спор с этим человеком. Он таил в себе опасность и мало ли на что был способен. Базиль Марен казался ему темной лошадкой, с которым опасно связываться.

А Базиль сказав, опустил голову вниз и прошёл мимо Стефана. Либорн смотрел ему вслед до той поры, пока тот не скрылся в глубине чащи.

– Ох Базиль, Базиль. – с горечью проговорил он и подстегнул лошадь.

Мысли его удручились и теперь всю дорогу до города Стефан размышлял о странной встрече. Он огорчался, что Базиль так ничего и не понял. Не понял, что это не его вина. В смерти Дороти.

А произошло вот что тогда, пять лет назад…

К Либорну днём ворвался незнакомый человек. В волнительном состоянии. Волосы торчали в разные стороны. Он, Стефан как раз читал книгу, когда дверь едва не сорвалась с петель и в его комнате не возник мужчина.

Но доктор быстро понял, что это не разбойник, а всего лишь испуганный человек. Он слёзно просил помочь его жене, которая мучается уже половину суток в родах и не может разродиться. Либорн выслушал путаную речь, покидал в чемодан нужные средства и поспешил за мужчиной к нему домой. Жил он далеко и путь занял у них около часа времени. К тому моменту, когда они пришли Дороти была измождена до предела.

Стефан, как тогда помнил, обернулся к мужчине, мужу роженицы и задал ему немой вопрос.

Дороти мучилась и доктор видел, что она в очень плохом состоянии. Потеряла много крови и опечалился, что ребёнка спасти не удастся. Ему достаточно было одного взгляда на неё, чтобы это понять.

Стефан опасался за роженицу, как бы спасти её и младенца. Хотя в последнее не верил. Слишком поздно за ним пришли. Но тогда, в тот момент не было времени отчитывать мужа Дороти. Он принялся за все возможное и к большому сожалению младенец, как Стефан и предполагал не выжил. Дороти была без сознания и потому не знала что происходит. Базиль Марен и вовсе не опечалился этому факту. Он вскользь посмотрел на своего мёртвого сына и перевёл взгляд на жену. Доктора такое отношение покоробило и ещё тогда он понял, какой это отвратительный человек. У Стефана Либорна появилась неприязнь к Марену. Не может добрый человек никак не отреагировать на смерть своего только что родившегося ребёнка. А этот смог.

Он оставил лекарство для больной, передал её Базилю. Тот пообещал давать, как сказал доктор, а через два дня на пороге его дома снова появился этот отвратительный человек. Но только уже в агрессивном состоянии и сразу принялся что – то кричать на него, обвиняя в смерти ребёнка и жены.

Стефан опешил.

Но Базиль пошёл ещё дальше и обратился к власти. Последовало долгое разбирательство, тянувшееся не один день. И в итоге Стефан заработал нервный срыв.

Самое обидное было то, что правда была на его стороне. Он делал все, что мог для спасения двух жизней. Но младенец мёртв. Дороти тоже. Он постоянно обдумывал, почему же умерла Дороти. Ведь по идее она должна была выжить. На этот вопрос ответа не было.

Теперь же от Базиля и ходили волны открытой ненависти и агрессии при каждой встрече. Стефан старался их избегать.

Вспоминая события, которые случились пять лет назад он доехал до города.


Но как же здесь все изменилось, спустя три дня!

Город будто подменили. Стефан ошалело смотрел на бродящих по окраине людей и не верил своим глазам. Грязные, со склоненными вниз головами, еле плетя ногами, люди перемещались, как тени.

Некоторые надрывно кашляли, останавливаясь и сгибаясь в три погибели. Звуки исходили пугающие, страшные. Уж насколько доктор повидал многое, но такое видел впервые.

Другие люди валялись прям на земле, в застывшей грязи, возле куч с навозом и мусором. Их не смущало ничего. Лишь подойдя ближе, лекарь заметил, что эти люди недвижимы. Состояние их было похоже на сонное. Грудь вздымалась не ритмично, а вразнобой. Стефан хотел было подойти ближе, чтобы узнать в чем дело, но чья – то рука остановила его. Обернувшись, он заметил тоненькую фигурку, а лицо было скрыто глубоко в капюшоне длинного плаща. Это тоже отметил про себя врач, что лето, пусть даже и слегка сыро, но человек кутался в полы длинного одеяния.

– Не стоит подходить к ним ближе, мсье! – заговорил женский голос.

– Почему? Почему они лежат в грязи? Они больны? – задал вопрос Стефан.

– Да, они больны. Им уже не поможешь. Среди живых есть мёртвые. Они тоже лежат на земле. – тихо закончила девушка.

– Как это среди живых? – пролепетал ничего не понимающий Либорн. – Почему их не похоронили?!

– Нас согнали сюда. Мы никому не нужные. – она сняла капюшон с головы и посмотрела на доктора печальным взглядом.

Стефан уставился на молодую девушку, некогда она была прекрасна, если бы не одно но…

Половина лица, вместе с носом была замотана мокрой тряпкой. А другая половина, та, где глаза была желто – серой. Белки глаз воспаленные, с красными прожилками.

– Что с вами случилось?! – искренне воскликнул он и прижал руку к губам. – Ой, простите!

– Ничего. Я все понимаю. – старалась не выдавать своих чувств девушка. Хотя её поведение Либорна задело. – Нас сослали сюда из города представители власти.

– Но почему? – нехорошее предчувствие посетило Стефана.

– Мы больны чем – то неизвестным. Они. – Она указала пальцем на лежащих людей. Стефан повернулся. – Были больны, как и я. Умерли в муках. Помощи не было. Власти запретили приближаться к нам. – девушка криво усмехнулась. – И оставшихся ждёт такая же печальная участь, как и их.

Стефан молчал и переваривал услышанное. Звучал рассказ невероятно.

– Неужели так бывает? – спросил он скорее у себя, чем у неё.

– Бывает. Мы обречены, увы. Вы тоже нам не поможете ничем.

– Но я хочу помочь! – возразил Стефан.

Девушка покачала головой.

– Не стоит. Вдруг вы сами заразитесь. У некоторых странные надутости на шее.

– Надутости? – переспросил он, поднимая вверх бровь. – Я уже такое видел.

– Уходите, доктор. – перевела она разговор в другое направление. – Уходите от греха подальше, да побыстрее. Вдруг кто – то увидит. Мы уже не жильцы.

– Но вы так молоды! – заспорил он с ней. В его голове не укладывалось, как он может оставить их всех умирать. Оставить эту молодую девушку на смерть. Она была тоже больна и Стефан понимал, что как бы ему не хотелось, но вряд ли сможет чем – то помочь им всем. Слишком непонятно все было. Слишком быстро развивалась болезнь.

Девушка надела капюшон на голову и пошла прочь, ни разу не обернувшись. А Стефан ещё долго смотрел ей вслед, пока она не скрылась за бугорком. Тогда он только отвернулся, Вокруг была сплошная разруха. Люди стонали, кашляли, копошились в отходах, чтобы что – то поесть. Власти не пускали их в город и им было совершенно все равно, где должны были брать себе еду несчастные. Их просто – напросто отправили умирать подальше от главной площади. Совсем выгнать из города они не смогли, а согнали их в кучку. Так они не выживут, если предположить, что болезнь передаётся воздушным путем. А у Стефана уже в отношении этого возникли стойкие сомнения.

Но дольше оставаться в этом месте он не рискнул. Отправился дальше.

Ближе к площади лучше не стало. Стало значительно меньше людей, а некоторые лавки были заколочены досками. Все это давало убогий вид. Больше никто не собирался в лавках и не звучали раскаты голоса. Город погрузился в печаль.


Глава 5

Базиль Марен скрылся в глубине чащи и пошёл тропинкой в соседнюю деревню. Идти предстояло приличное расстояние, но деваться было некуда. Время настало. Тем более до него долетали кое – какие слухи о болезни из города. Вон, даже Генриетта заболела. Но это не главное было до Базиля.

Марена ослепляла лютая ненависть к доктору. Всё бы ничего, до той поры, пока он не столкнётся с ним лицом к лицу. И дело было далеко не в Дороти.

Про Дороти он вспоминал редко и уж явно бы не стал задираться из – за неё. Базиль был слишком жесток, своенравен и неуправляем. Он был отшельником по своему роду, а доктор запомнился ему ещё с детства.

Сам Стефан этого может быть и не помнит, а вот у Марена отпечаталось это в памяти.

Он помнил, как доктор отверг его дружбу и предпочёл заниматься какими – то странными вещами. Базиля это глубоко оскорбило, на всю жизнь. Стефан в детстве не замечал ничего и никого вокруг, а Базиль думал, что он задирает нос.

Добрался до другой деревни Базиль к вечеру, но никого не застал.

– Вот блин! Этого старого первосвященника никогда не бывает на месте, когда он нужен! – в сердцах сплюнул он на землю.

Покрутившись волчком, он направился в сторону знакомого дома, чтобы узнать где первосвященник.

Сумерки сгущались и Базиль продвигался под покровом наступающей ночи. Постучал.

– Кто? – незамедлительно послышалось с той стороны.

– Я! – гаркнул Базиль.

– Сейчас! Обожди! – тон сменился на дерзкий.

Марен со злостью посмотрел на дверь. Не думал он, что ему сегодня придётся иметь дело с Адольгом. Самым недоверчивым человеком во всей округе.

Потекли минуты, и вот прошло уже целых десять минут, прежде чем дверь открылась.

– Ну? – на пороге стоял Адольг – нормандец, так его прозвали и смотрел на путника исподлобья, прожигая на нем дыру.

– Я пришёл узнать, где первосвященник? – решил не вступать в словесную перепалку Марен.

– Нет его! – коротко ответил тот. – Уходи!

– Подожди Адольг… Мне он срочно нужен. Я к нему по серьёзному делу.

Тот задумался и изучал глазами гостя.

– Я хочу сказать это Леону. – вспыхнул наглостью нормандца Базиль. – Это между нами.

– Ну тогда прощай! – хотел уже было тот захлопнуть дверь перед самым его носом.

– Подожди! Хорошо, я скажу.

– Ну?

– Насчёт того доктора из моей деревни. Возникли кое – какие подозрения относительно его лечения.

Нормандец постоял, подумал задумчиво, потом кивнул.

– Хорошо. Я тебе скажу, где первосвященник. – тот говорил серьёзно. – Возможно ты ещё успеешь его догнать, он недалеко отъехал.

Базиль послушно кивнул и приготовился слушать…


Мадлен кинулась на шею Либорну, тот машинально её обнял.

– Дядя Стефан прибыл! – обрадованно воскликнула она.

Это было ему приятно. Тем более к нему никто, кроме этого ребёнка и не кидался на грудь никогда.

– Здравствуй, Мадлен. – он вопросительно посмотрел на Рене. – Как она? – уже обратился он ко взрослой женщине.

– Потихоньку. Справляется. – губ коснулась едва заметная улыбка. – Она умница. Сильная девочка.

– Молодец! – потрепал он ребёнка по головке. – А где же Гаспар?

– Он отдыхает. Бессонная ночь. – пояснила Рене. – Я могу его разбудить.

– Нет, пока не стоит. – он опустился на тюфяк. – Как давно он спит?

– Около трех часов. – прищурила глаза она.

– Пусть ещё поспит часа два. Я подожду. – Стефан усадил девчонку на колени и принялся с ней болтать.

У него появился верный друг. Мадлен охотно делилась своими переживаниями и радостями, а Стефан внимательно слушал.

Рене возилась с готовкой обеда.

Когда Мадлен вдоволь наигралась со Стефаном, спрыгнула с колен и умчалась в дальнюю комнату. Рене и доктор остались одни.

– Ох, доктор Либорн. – вдруг отложила она кусок мяса на столешницу и тяжко вздохнула. – Ты видел, что происходит в городе?!

Стефан кивнул.

Он видел лишь часть.

– Людей согнали на окраины. Бросили там умирать. На улицах, на сырой земле. Дома и лавки заколотили. Не разрешают выходить. Люди умирают. Что происходит, доктор?! Мадлен осиротела и я в ответе за неё! – щеки Рене пылали от злости и безысходности.

– Я понимаю Рене, но мы толком не знаем. Похоже, что эта болезнь передаётся по воздуху. Как мы с Лепажем думаем. Наступают Рене тёмные времена. – у него вышло как – то зловеще.

– Это наказание! Кара Божья за все проступки. – нашла объяснение испуганная женщина.

– Возможно. Но так – же возможно и то, что он даёт нам с помощью этого уникальный шанс сделать что – либо во благо. Спасти человечество. Нужно только поймать лазейку, с помощью которой мы создадим противоядие.

– Гаспар всю ночь её искал и заснул под утро. Так ничего и не нашёл! – сказала она таким тоном, будто винила в этом Стефана. – Извини. Не знаю что на меня нашло…

Они вели долгий разговор, пока в кухню не зашёл Лепаж, хозяин дома. Сонный.

– Стефан?! – чрезмерно удивился он и потёр глаза, убеждаясь, что друг никуда не исчез или ему это не привиделось. – Уж ты ли это?!

– Я! – поднялся ему навстречу Либорн. – Думаю ты сам понимаешь, почему я пришёл.

– Понимаю. Ты уже видел достаточно?

– Более чем. – Стефан близко воспринимал боль чужих.

– Извини. Рене стоило бы меня разбудить сразу, как только ты прибыл. – Гаспар многозначительно посмотрел на свою помощницу. – Стефан, я засиделся до самого утра.

– Что – нибудь получилось?

– Нет! – мрачно закончил он. – Оно не эффективно.

Рене поставила перед ними тарелки с горячей мясной похлебкой и положила деревянные ложки. Стефан схватил ложку первый в руки и не дожидаясь пока похлебка остынет – приступил к трапезе.

Когда начал есть Лепаж, то Стефан попросил добавки.

Рене улыбнулась.

– Понравилась тебе моя стряпня? – черпала она из горшка ароматную жижу.

– Ещё как Рене! Мне всегда нравилась твоя стряпня. Вкуснее её я ещё ничего не ел.

Она смутилась от комплимента. Стефан это заметил.

– Правда – правда. Вот скажи, Гаспар?! Сколько раз я говорил, что готовка Рене превосходит все на свете.

– Ну ладно, ладно! Будет вам! Так вы меня совсем в краску вгоните. – пожаловалась она.

– Тсс… – сказал Либорн, принимая серьёзный вид.

Отобедав, или уже отужинав, мужчины удалились в комнату.

Им предстояло многое обсудить. Гаспар начал со своих разработок, а Стефан поправлял его в ошибках.


Человек выпросил коня, но ему предоставили всадника ещё в придачу. Что ж, все – таки лучше, чем путешествовать пешком. Да и быстрее. Неизвестно как далеко уехал нужный ему человек.

Базиль вцепился руками в седло и они помчались галопом. Местность была открытая, поэтому конь с легкостью несся на всех паруса вперёд.

И вскоре показалась телега первосвященника.

– Дальше я не поеду. Слазь. – не слишком ласково проговорил всадник и Базилю пришлось слезать.

Путаясь в полах накидки, он двинулся к остановившейся повозке первосвященника. Всадник тут же ускакал, бросив его, но Базилю уже было все равно.

Он подоспел как раз вовремя. В тот момент, когда Леон ступил на землю ногой.

– Господин! – кинулся к нему навстречу Базиль. Точнее даже не кинулся, а вынырнул откуда – то сбоку.

Первосвященник недоуменно на него воззрился.

– Ааа. Это вы. – протянул он, когда как следует разглядел Марена. – Удивительно, что вы меня нашли.

– Нужда гнала меня за вами.

– Что за нужда? – недоверчиво зыркнул он и прищурился.

Базиль откашлялся и понизил голос до шепота.

– Помните, я упоминал как – то одного человека? Он лекарь.. Доктор Либорн…


Их обсуждение затянулось до самой ночи, и на рассвете они вдвоём отправились в город.

Шагая по пустынной дороге Гаспар осматривал заколоченные двери. Как будто от самих домов веяло пустотой. Всё это выглядело довольно – таки печально. Город вымер и казалось, что ни единой души в нем нет.

– Жутко…

Стефан покосился на друга.

– Да, выглядит теперь город жутко. – подтвердил он. Больше всего Стефана поразила вонь и кучи отходов, прямо возле дверей. С каждым днем обстановка вокруг становилась удручающей. Люди заболевали повально. Бездомные прятались в закоулках и тихо умирали. Стефану было не по себе.

– Посмотри, какая страшная смерть. – бледными губами проговорил Гаспар.

– Я хочу вернуть жизнь обратно! – сцепил зубы Стефан. – Мы должны что – то с этим сделать!

Они зашли в дом, где жила одна знакомая Гаспара. Она тоже была больна и вся её семья.

– Привет, Эльберта. – поздоровался шёпотом доктор Лепаж.

Больная повернула голову на звук и раскрыла глаза.

– Гас…

Вот и все, что она могла сказать.

– Эльберта, дай я тебя осмотрю. – Гаспар шагнул к ней, предварительно укрыв лицо плащом. Тоже самое сделал и Либорн. С открытым лицом слишком велик был риск находится рядом с больными.

Гаспар раскрыл чемоданчик и достал пузырьки.

Стефан отупело смотрел на действия друга и вдруг понял, что все их манипуляции сейчас бесполезны.

Им нужен какой – то особый рывок. Новое открытие. То, чего они ещё не знают или не понимают.

Как только они вышли из дома, Стефан поспешил поделиться своими опасениями. Гаспар призадумался.

– Ты наверно прав. Но… Стефан, знаешь… Мы все равно будем пытаться. Другого выхода у нас нет. – помолчав немного, продолжил. – И времени тоже у нас нет, чтобы отправляться в путешествие и познавать что – то новое.


Первосвященник застыл и впился глазами в черную тень, которая выдала ему кое – что интересное.

– Ещё один еретик?! – шипящим голосом спросил он.

– Это уж вам решать. – склонил перед ним голову.

– Не для этих мест разговор. – отвернулся Леон Ламонтань и пошёл прямо.

Базиль остался стоять на месте, не зная, что ему делать дальше.

Но к его счастью, Ламонтань обернулся и бросил короткое слово.

– За мной.

Базиль двинулся за ним.

Первосвященник со своей стражей вошли в первый попавшийся дом и Леон посветил перед собой факелом.

– Садись здесь, человек. И обожди. – приказным тоном сказал он.

Пока первосвященник отсутствовал в глубине дома, Базиль строил в голове диалоги и как вообще начать разговор с таким человеком.

В комнату ступила нога, а Марен не услышал. Лишь когда почувствовал возле себя колебание воздуха, тогда вздрогнул от неожиданности.

– Ты чего – то боишься? – грозно посмотрел первосвященник на него.

В комнате стало светлее и теперь они видели друг друга хорошо, как при белом свете.

– Нет, господин. – опустил взгляд. – Просто задумался.

– О чем?

– Меня волнует, что этот доктор Либорн возьмёт на себя слишком непосильную ношу, от которой будут зависеть тысячи жизней и кое – что ещё…

Леон поднял бровь и обернулся на свою стражу.

– Вы слышали, что он говорит! – воскликнул он и усмехнулся.

Один из стражников чуть заметно кивнул.

– И что это кое – что ещё? – лукаво поинтересовался он.

Базиль чувствовал, как по спине катятся крупные капли пота. Он выпрямился и вздохнул. Первосвященник терпеливо ждал, но Базиль знал понаслышке, что медлить и заставлять ждать такого человека нельзя. Если конечно не хочешь, чтобы на тебя излился весь гнев и неприязнь.

Прочистив горло, он начал.

– В общем доктор Либорн создаёт прямую угрозу народу. Как в прямом, так и в переносном смысле. Он поит людей какими – то собственноручно изобретенными микстурами и занимается в своей каморке неизвестно чем…

Первосвященник нахмурился.

– Ты уверен?! Можешь подтвердить при совете?!

– Да, могу. – решительно кивнул головой Марен.

Разговор затянулся на пол ночи.


Глава 6

После возвращения из города прошло два дня. Стефан не спал эти дни и не выходил из дома. Он пересмотрел все свои записи, и создавал лекарство.

Все, как ему казалось было неэффективно.

Послышался стук в дверь и Либорну пришлось прекратить свои занятия.

– Кто? – спросил он через дверь.

– Доктор? – раздался молодой голос.

Он узнал его. Это была Орели Дерош. Молодая женщина из деревни. Её семье он помогал неоднократно и между ними возникло некое подобие дружбы.

– Заходи, Орели. – обрадовался Либорн, увидя доброе лицо. А самое главное – живое.

Она перешагнула порог и Стефан закрыл за ней дверь.

Орели огляделась и заметила в углу столик, на котором стояли всякие склянки и банки. А помимо этого стопкой лежали кожаные свитки.

– Я вас не отвлекла? – испуганно произнесла она.

– Нет – нет, что вы! – Стефан указал ей рукой на кровать. – Садитесь. Хотите травяного напитка?

– О да! – не сдержавшись воскликнула она и покраснела. – Ой!

Стефан широко улыбнулся и заверил её, что ему приятно будет, если она выпьет травяного напитка вместе с ним.

Пока он заваривал им напитки, попытался узнать, есть ли больные в деревне и сколько.

– Да, к сожалению такие есть. – скисла она сразу. – Правда не во всех домах, но это поправимо. Скоро эта болезнь до всех доберётся.

– Орели, сколько дней они болеют?

– Некоторые по два дня. А Клодина и сама заболела.

– А дочь её? – встрепенулся Стефан. – Генриетта выздоровела?

В уме он подсчитал, что Генриетта в болезни находится около недели.

– Увы, но дочь Клодины в очень плохом состоянии и все думают, что бедняжка умрёт. – ей было грустно.

– Умрёт? – открыл он рот. – Я надеялся, что болезнь может пройти сама по себе…

Орели Дебош не знала ничего. Ведь она не была лекарем. Она знала только то, что всем людям очень страшно и болезнь их разъединила друг с другом.

Стефан опустился на стул, забыв про чай. Наверно он принял бедное выражение лица, потому что Орели обеспокоенно приподнялась со своего места и спросила.

– Доктор Либорн, все ли в порядке? – и ей пришлось повторить, потому что Стефан погруженный в свои мысли не услышал её с первого раза.

– Всё… очень не в порядке. – признался он и дальше слова полились потоком.

Орели Дебош слушала его внимательно, не перебивая и качала головой.

Под конец монолога Стефан выдохся и почувствовал, что силы его ушли.

– Вот так вот, мадам Дебош. – закончил Либорн.

– Доктор Либорн. – она поступила взгляд. – Я не хочу вас расстраивать ещё больше, но вынуждена вам сказать, что один человек… точит на вас зуб!

Либорн удивился и посмотрел на неё странно.

– Как это точит зуб?

– Я случайно услышала, когда проходила мимо по тропинке. Ну знаете, какая ведёт в лес. Я собирала там грибы и возвращалась обратно. Вот тогда мне по пути повстречались два человека. Они тихо разговаривали, но я все равно уловил о чем речь.

Орели Дебош говорила ему, а у самой глаза блестели. Мадам старалась выложить ему все – все, что слышала, но не понимала, что её речь выглядит, как тарахтение. Но Либорн был сдержан.

– Они говорили об одном враче, я так понимаю, что этим врачом были вы! И первосвященнике. – она резко замолчала.

– А дальше? – нахмурился Либорн. – Что именно они говорили?

– Что этого врача давно надо навести было на след инквизиции. Но теперь – то дело сделано и первосвященник скоро пожалует в нашу деревню. Вот именно так те люди и сказали!

Либорн задумался и принялся перебирать в уме, кто же мог так говорить и почему.

– Похоже кто – то точит на вас зуб. Как бы не дошло до беды.

Либорну на ум приходил только один человек, враждебно настроенный против него. И это был Базиль. Только он может так говорить. Тем более эта их недавняя встреча в чаще. Тот взгляд Базиля, слова…

– Я знаю этого человека! – сказал Стефан и поднялся.

Пришёл черёд Орели удивляться.

– Знаете?!

– Да. Это Базиль Марен.

– Но почему он натравил на вас инквизицию?! Вы же лекарь! – раскраснелась мадам от возмущения.

Либорн и это ей рассказал.

– Знаете, я бы вам посоветовала уехать от беды подальше.

– Да куда я поеду! – это показалось ему глупым решением.

– Ну куда – нибудь на время. – спорил мадам. – Всё же лучше, чем сидеть и ждать, пока вас схватит инквизиция!

– Я нужен здесь! Это мой дом, моя деревня. Куда я поеду?! Да и ехать мне некуда… Разве что к доктору Лепажу. Городскому врачу.

– Вот к нему и направляйтесь! – хлопнула она в ладоши. – А как успокоится все, так вернётесь.

Пока они допивали травяной напиток, то обменивались репликами. Орели заставляла его на время укрыться у городского друга, а лекарь считал это смешным. Ведь он ни в чем не виноват, почему он должен прятаться?!

Лишь когда ушла мадам Дебош, Стефан призадумался.

– А не прислушаться ли мне к её словам? – закралась такая мысль. – Да нет! Это даже смешно! Я прав, ничего плохого не делаю, просто лечу людей.

Но сидя на стуле и размышляя, он все больше и больше склонялся к мысли – уехать. Вот прям сейчас!

Появилось у него какое – то нехорошее предчувствие. Ощущение беды что ли. Стефану стало душно, но встать со стула он не мог. Обведя глазами комнату, он как будто растворился в ней, стал видеть себя со стороны.

– Странное ощущение. – оно и правда было странным. Ему хотелось побыстрее покинуть свой дом. Вот так просто взять необходимое и уехать.

Через два часа ничего не поменялось. Хотя нет, поменялось. Доктор Либорн стал чувствовать страх и желание уехать отсюда немедленно.

Он встал, подошёл к своему столу и начал складывать сумку.

– Что я делаю? – бормотал он как сквозь сон. Но складываться не перестал.

Когда все было собрано, Стефан поспешил из дома прочь, не оборачиваясь. Его гнала оттуда какая – то невидимая сила. Бороться с ней он был не в силах. Они были неравны.

Поппи учуяла хозяина и коротко заржала.

– Сейчас, милая. Сейчас. – перекинул сумку через лошадь он и взобрался на неё. – Ну, поехали.

Они, в черноте ночи отдалялись от дома и вскоре вышли из деревни. Стефан предпочёл держаться той стороны, где лес. Почему так, он объяснить не мог. Просто ему подсказывал так внутренний голос.

Либорн скакал и отдалялся все дальше и дальше. На почтительном расстоянии от деревни он позволил себе остановится.

– Что я делаю? Занимаюсь какой – то глупостью! Это все болезнь. Если бы не она, то я бы не поддался панике Орели и спокойно лежал бы себе на своей кровати, а не скакал куда – то в ночь.

Но Стефан назад не повернул.


– Вот его дом! – показал на деревянную хижину человек в капюшоне.

– Ты уверен? Не перепутал? – спросил сидящий рядом. – В темноте все дома похожи друг на друга.

– Нет, я уверен. Это именно он. – сказал Марен.

– Ну хорошо. Тем лучше. – согласился с ним первосвященник. – Ближе! – это он уже сказал стражнику.

Базиль соскочил с повозки первый и помог вылезти из неё Леону.

– Вот сюда. – пытался он угодить, но не зная крутой характер Леона, только подвергал его раздражению. – Что я сам не знаю куда мне ступать! Или ты считаешь меня слепым, дряхлым стариком?! – угрожающе спросил он.

– Конечно нет! – испугался Базиль. – с инквизитором такие шутки были опасными. Поэтому он приказал себе молчать, чтоб не накликать на себя гнев.

Стража двинулась за ними.

– Какое неприятное место! – ноги первосвященника утопали в траве, идти было тяжело. – Я уже чувствую что – то нехорошее, исходящее из этого дома! – возмущался Леон. – Почему нельзя было подъехать ближе, чтобы не идти?!

Базиль покраснел, хотя этого никто не видел.

– Он мог бы услышать и выскочить в заднюю дверь. – оправдался он.

– Ты бывал здесь?! Здесь есть задняя дверь? – резко поинтересовался Леон.

– Н – не знаю. – не нашёлся что сказать Марен. – Должна быть.

– Ну ладно! – неожиданно смягчился Леон. Они как раз подходили. – Не важно. Мы ведь пришли не дверь смотреть.

Базиль молчал. Он понял, что лучше больше молчать и отвечать только тогда, когда спрашивают.

Стражники ворвались в дом. Сделать это было нетрудно. Дверь оказалась незапертой и первые влетели в неё трое стражников. После уже вошли Базиль и инквизитор.