Ката Риос
Беременная для Зверя

Глава 1

Марта лежит на постели и рассматривает мужчину из-под полуопущенных век. На первый взгляд он показался ей страшным, на второй кажется еще страшнее! Есть в нем нечто дикое, злое, необузданное. Он огромный, властный, страшный! Он пугает Марту. Она ни за что не поедет в его дом! Ни за что! Лучше умрет.

Марта открывает глаза. Дядя, увидев, что она пришла в себя, раздраженно говорит:

– Видит Бог, я пытался действовать по-хорошему! Но ты не успокаиваешься! Ты доставляешь мне кучу проблем! Поэтому слушай внимательно!

Дядя наклоняется к ней и голос его звучит зловеще:

– Ты не просто отправишься жить в дом Андрея! Ты станешь его женой, его собственностью! Я умываю руки, я отдаю тебя ему. Что будет с тобой и с твоим ребенком дальше – решать ему. Теперь он вправе делать с тобой все, что захочет. Захочет убить – пусть убивает! Даю право на все. Ты мне больше никто, Марта.

Эти слова звучат страшно, грубо, бесчеловечно. Марте хочется плакать, она не верит своим ушам, но на слезы у нее уже нет сил. А может, она их всех выплакала… Девушка смотрит в прозрачные, злые глаза своего так называемого “жениха”, сжимает кулаки и отворачивается к стене.

– Молчишь? Вот и славно. Вот и умница. Может, у тебя еще есть шанс стать хорошей, послушной женщиной, – ехидно усмехается дядя.

Марта сжимает кулаки с такой силой, что ногти вонзаются в ладони и становятся влажными от выступившей крови. Дядя со злой улыбкой поворачивается к светловолосому мужчине, который все это время стоит молча за его спиной.

– Она твоя, Зверь. Можешь забирать прямо сейчас. Больше эта девушка не имеет ко мне никакого отношения. Делай с ней все, что пожелаешь. Хочешь – женись, а хочешь – сделай своей прислугой.

На этом мужчины пожимают друг другу руки и выходят из спальни Марты.

за несколько дней до описанных событий

Марта с беспокойством смотрит на часы – прошло уже несколько часов, а Сергей так и не вернулся. Сердце замирает от волнения, руки дрожат. Она берет со стола пустой стакан и наполняет его последней водой из пластиковой бутылки. Вода, и та кончилась! Холодильник пуст, воды нет, и Сергей все никак не возвращается. Рука подводит, и стакан падает на пол, тонкое стекло бьется на мельчайшие осколки, драгоценные капли воды растекаются темным пятном по грязному полу.

– Черт! – восклицает Марта.

Но вместо того, чтобы замести осколки, она обходит их стороной и направляется к окну, сдвигает старую занавеску в сторону и прижимается горячим лбом к холодному стеклу.

– Сергей, где же ты? Неужели ты не придешь? Неужели ты обманул меня?

За окном совсем темно. Даже если бы Сергей стоял где-то там, в мрачной темноте двора, Марта бы не увидела его. Она трясет головой, чтобы отогнать от себя этот морок, это тягостное ожидание, но все без толку – сердце неистово колотится в груди, щеки горят нездоровым румянцем, тело сотрясает мелкая дрожь. На глазах дрожат слезы.

– Ах, Сергей… – шепчет она еле слышно.

Отойдя от окна, Марта опускает голову, каштановые кудри падают на лицо. Она прижимает ладони к округлому животу, нежно гладит его.

– Кажется, наш папа не вернется, – грустно произносит она. – Мы не нужны ему. Он нас бросил, сынок.

В маленькой, убого обставленной квартирке тихо. Слышно, как за стеной разговаривают и смеются соседи. Не дом, а картонная коробка! Марте становится тут тесно и неуютно. А ведь она была тут очень счастлива последние две недели, с тех пор, как они с Сергеем сбежали от ее дяди. Она почти ничего не взяла с собой из тех дорогих вещей, которые покупал ей дядя. Сергей обещал, что они все купят. Он обещал ей, что они всегда будут вместе, будут счастливы. И что же? Получается, его обещания ничего не стоили! А ведь она полюбила его – искренне, всем сердцем. Она отдала ему всю себя, и что же получила взамен?

Марта идет по стеклам в маленькую комнатушку, оклеенную желтыми обоями, они давно выцвели и ободрались в некоторых местах. Щелкает выключатель, и под потолком загорается тусклая лампочка без абажура. Комната наполняется желтоватым светом. Марта садится на продавленный диван, поджимает длинные ноги и обхватывает себя руками. Закрыв глаза, она вспоминает их первую встречу с Сергеем. Они столкнулись с ним в коридоре огромного дядиного особняка, куда Сергей пришел в качестве нового фитнес-тренера. Дяде Игорю в прошлом году исполнилось шестьдесят, но он был еще хоть куда и тщательно следил за своим здоровьем и физической формой. Оборудовав в подвале дома просторный спортзал, дядя нанял личного тренера – энергичного, мускулистого и дерзкого Сергея. Марта видела его несколько раз издалека, и вот однажды они столкнулись с ним нос к носу.

“Видимо, это судьба!” – подумала она тогда.

Молодая девушка сразу влюбилась без памяти в красавца-мужчину с мужественным, смуглым лицом, квадратными скулами, волевым подбородком и чувственными губами. Едва он коснулся сильной рукой ее похолодевшей ладони, она тут же почувствовала нежный трепет внизу живота, будто бабочка вспорхнула легкими крыльями и полетела. Встреча эта длилась несколько мгновений, они почти сразу разошлись по разным сторонам коридора, но Сергей потом признался Марте, что тоже полюбил ее с первого взгляда. Он говорил, что невозможно было не влюбиться в ее большие, испуганные глаза, в нежную, фарфоровую кожу и длинные каштановые локоны. Да, именно тогда между ними возникла та самая “химия”, о которой сложено столько стихов и спето столько песен. Марта была уверена, что это любовь – первая и единственная.

Потом все закрутилось очень быстро – Сергей передал Марте записку, и они начали тайно встречаться. Дяде она ничего не сказала, да он и не позволил бы ей строить отношения с Сергеем. У дяди были свои планы на Марту. С тех пор, как она попала в его дом после гибели родителей, он все время твердил ей, что сам обустроит ее жизнь.

– Слушайся меня, не шали, не проказничай, не спорь! Дядя знает, как для тебя будет лучше. Дядя устроит твою судьбу самым лучшим образом! – так он говорил ей, гладя по голове.

Он был сильный, суровый и властный, Марта никогда с ним не спорила. Она с детства знала, что дядя выдаст ее замуж за какого-нибудь очень богатого человека – банкира или бизнесмена. Вот только теперь, когда девушке исполнилось девятнадцать, планы дяди стали давить на нее тяжелым грузом. Она хотела сама выбрать себе избранника, она хотела лишь одного – любить и быть любимой. И вот, появился Сергей, и девичье сердце растаяло, а потом вспыхнуло ярким пламенем.

Марта была наивной и неискушенной в любовных делах, она уже даже не помнила, когда последний раз общалась с парнями. Сергей стал для нее настоящим принцем, мужчиной ее мечты. Юное сердце пылало от любви и страсти. Марта перестала есть, плохо спала ночами, все ее мысли были заняты Сергеем. Она влюбилась в брутального мужчину без памяти, и это было ее ошибкой. Теперь-то она это понимает, но тогда, несколько месяцев назад, она смотрела на мир сквозь розовые очки, мечтая лишь об одном – чтоб они с Сергеем были вместе…

Марта сидит на диване, прижав мокрые от слез глаза к коленям. Она вспоминает их первый раз – ночь любви, полную нежности и страсти. Дядя Игорь тогда уехал в командировку в другой город, и все сложилось – она обманула охранника, и Сергею удалось проскользнуть в дом незамеченным.

Марта зажгла свечи, надела длинную кружевную сорочку из тонкого шелка. Глядя на себя в зеркало, она нравилась самой себе – стройная, красивая, нежная. Сергей остолбенел, увидев ее такую – одновременно невинную и порочную, девственно-нежную, с горящими темной страстью глазами.

Она вдруг смутилась от его пристального взгляда, почувствовала себя глупой, неопытной девчонкой, по сравнению с ним, взрослым, познавшим множество красивых женщин. От стыда она обхватила себя руками, заплакала, затряслась, как дурочка…

Сергей подошел к ней, легким движением убрал с лица каштановые пряди и стал покрывать нежными поцелуями лоб, щеки, шею. Он целовал ее в губы – сначала нежно, а потом страстно, исступленно, язык его проникал ей в рот, и от этого в груди разливался жар. Марта стонала, обхватив его за мощную шею, держалась за него, чтобы не упасть.

Когда он спустил с ее плечей тонкие лямки кружевной сорочки, она скользнула вниз и упала у ног мягким белым облачком. Она осталась стоять перед ним совершенно нагая – ее кожа светилась золотым блеском при свете свечей, небольшие холмики грудей судорожно вздымались и опускались, соски набухли от возбуждения, влажные губы приоткрылись, готовые к поцелуям.

– Ты точно этого хочешь? – хрипло спросил Сергей, коснувшись пальцами ее плоского живота.

– Да… – ответила Марта и взяла его за руку.

Она уже не смущалась, смотрела на него уверенно – так, как смотрит женщина на влюбленного в него мужчину. Она хотела его, она жаждала его любви. Их любовь была тайной, запретной, и от этого – вдвойне желанной.

– Я хочу тебя. Возьми меня, Сергей! – страстно прошептала она.

Назад пути не было.

Сергей был нежен с возлюбленной – он обхватил ладонями маленькие груди и принялся ласкать их, осыпая поцелуями. Дыхание Марты стало шумным и прерывистым. Затем он спустился ниже, провел руками по трепещущему животу, и Марта прильнула горячими губами к груди любимого. Пальцы Сергея скользнули вниз и дотронулись до самого потайного женского места, оно было теплым и влажным. Он стал ласкать ее, и Марта, постанывая от удовольствия, мечтала о том, чтобы это ощущение не заканчивалось. Она чувствовала себя парящей в воздухе, как будто бы Сергей поднял ее и вознес к самым небесам.

– О да, это так приятно! – прошептала она.

– Дальше будет еще приятнее, милая! – ответил он.

От новых, неизведанных ощущений у нее как будто бы подкосились ноги, она ахнула, положила голову Сергею на плечо. Сергей подхватил ее на руки – легко, как пушинку, и перенес на кровать. Там, в объятиях пушистых покрывал и мягких подушек они еще долго нежились в объятиях, не спеша переходить к самому главному. Когда Сергей положил руку Марты на свою набухшую, пульсирующую плоть, она удивилась ее размерам и тверди, а потом инстинктивно обхватила ее пальцами, сжала рукой, слушая хриплые стоны возлюбленного.

– Вот так? Тебе нравится? – спрашивала она, лаская Сергея, и он лишь мычал в ответ.

Со временем она научилась доставлять ему удовольствие разными способами, а тогда, в первый раз, она ничего не знала и не умела.

Когда Сергей вошел в нее, она закричала, дернулась от боли, пытаясь оттолкнуть его, высвободиться из его рук, но он крепко держал ее, придавив своим весом к кровати.

– Подожди немного, потерпи, скоро боль уйдет! – сказал он ей в ухо.

И она замерла, напряглась, вцепилась ногтями в его плечи, оставляя на коже царапины. Сергей продолжал ритмично двигаться внутри нее. И вскоре боль и вправду сменилась другим ощущением – нестерпимого, трепетного жара. Огонь загорелся внутри Марты и пылал все яростнее. А потом все внутри нее забурлило, задрожало и взорвалось, тогда она не смогла сдержать крика. Ее крик слился с громким, утробным стоном Сергея, и она почувствовала, что внутри разлилось что-то теплое, благодатное. Они стали единым целым. Теперь их ничто не разлучит.

Да, это точно была любовь! И она не может взять и просто так закончиться. Может, Сергей еще вернется?

Марту бьет озноб. Теперь она уверена, что больна, и у нее жар – голова уже настолько горячая, что до нее невозможно дотронуться. Голова горячая, а руки ледяные. Это белая лихорадка – самая опасная, так в детстве ей говорила мама.

– Мамочка… – беззвучно плачет Марта.

Ей очень плохо, просто паршиво! Она больна, она сидит совсем одна в грязной, душной квартире где-то на окраине города. И она никому не нужна! Ни она, ни ее ребенок! Где же ее любимый? Где Сергей?

Она снова погружается в счастливые воспоминания. Сколько раз они были близки с Сергеем после того первого раза? Сколько раз становились единым целым, заставляя тела друг друга трепетать от космического экстаза? Марта не знает точной цифры, но знает, что они занимались любовью при каждом удобном случае. Иногда им хватало пары минут в душной кладовке – тогда они делали это почти беззвучно, обливаясь жарким потом. А иногда Сергей пробирался в особняк, точно вор, и тогда в их распоряжении была целая ночь, и они любили друг друга много раз. Это были поистине счастливые моменты. Неудивительно, что все закончилось тем, что Марта забеременела! Но даже этому она обрадовалась. И Сергей – тоже, ведь он сразу пообещал ей, что они поженятся.

– Сергей, где же ты? Вернись! Ты мне очень нужен!

Марта сползает с дивана. Ей не хватает воздуха и очень хочется пить, но она не может подняться с пола и только тихонько плачет.

Когда раздается громкий стук в дверь, Марта вздрагивает всем телом, и почти сразу же ее лицо расплывается в счастливой улыбке.

– Сергей, милый! – хрипло зовет она.

С трудом поднявшись на ноги, Марта идет к двери, держась за стену, чтобы не упасть. Перед глазами темнеет, во все стороны идут радужные круги. Сейчас она откроет дверь и рухнет в объятия любимого мужчины. Осталось лишь несколько шагов. А он уж позаботится о ней, спасет ее, вылечит. Сергей сильный, он может все.

Марта долго крутит допотопный дверной запор, пытаясь вспомнить, в какую сторону он открывается. Когда запор, наконец-то, ей поддается, она распахивает дверь. Улыбка на ее лице сменяется гримасой страха. Перед ней стоит высокий мужчина, но это вовсе не Сергей.

– Шлюха! Грязная, никчемная потаскуха! Дешевка! – кричит мужчина.

А затем он замахивается и бьет Марту по лицу. Она летит по узкому, темному коридору, роняя тумбочку и вешалку для одежды. Ее голова с глухим стуком ударяется о стену, а потом она падает на пол.

Марта лежит на полу – окаменевшая и бледная, точно мертвая, а мужчина безразлично переступает через ее тело и проходит на кухню…

Глава 2

– Грузи ее в машину и поехали! – властно командует мужчина своим помощникам, которые топчутся за его спиной. У мужчины седые волосы, морщинистое лицо, но его одежда безупречна, а фигура накачана и подтянута. Сразу видно, что он тщательно следит за собой. Это не старик, жизнь которого кончена, это зрелый, солидный мужчина, у которого еще много чего впереди.

Пока помощники неуклюже возятся с Мартой, вынося ее неподвижное тело из тесного коридорчика в обшарпанный подъезд, мужчина с брезгливой гримасой осматривает все вокруг.

– Дура! Все бабы такие – дуры! И добавить нечего.

Маленькая, кое-как обставленная квартирка явно не производит на мужчину достойного впечатления. Он морщится, отряхивает дорогой пиджак, как будто сам воздух здесь мог испачкать его, и выходит в подъезд, не закрыв за собой входную дверь.

– Вонючий бомжатник! Скорей бы убраться отсюда! – недовольно говорит он, спускаясь вниз по подъездной лестнице.

На улице он щурится от весеннего солнца, а потом достает влажную салфетку и с остервенением вытирает ладони.

– Не хватало еще здесь подцепить какую-нибудь заразу!

Подойдя к огромному, блестящему на солнце внедорожнику, мужчина садится на заднее сиденье напротив Марты, которая уже лежит на сидении напротив него.

– Поехали! – командует он водителю.

Машина медленно движется по ухабистым дорогам бедного района, застроенными одинаково серыми панельными пятиэтажками. Мужчина сначала смотрит в окно, а затем переводит взгляд на Марту. Она лежит на кожаном сидении – бледная, как будто мертвая. Свитер ее задрался, обнажив круглый живот. Мужчина протягивает руку и поправляет свитер неловким движением, будто боится коснуться этой живой, теплой выпуклости. Задержав руку возле лица Марты, он убирает каштановые волосы с ее щеки. На нежной коже расплылся огромный кровоподтек – след его удара.

– Марта, дурочка моя! – вздыхает мужчина.

Он берет безвольную тонкую кисть и по-отечески нежно поглаживает ее.

– Ну почему ты такая непослушная? Тебе нужно было слушаться меня!

Марта тихонько стонет, приоткрывая бледные губы, бормочет что-то, не приходя в сознание. Как будто даже теперь она отказывается быть покорной дяде.

***

Болезнь долго держит Марту в своем плену. Больше недели у нее не сбивается высокая температура. Ей чудится, будто она бродит по темному лесу, ищет Сергея, зовет его. Но в дремучей чаще нет ни Сергея, ни выхода – этот жуткий лес бесконечен. Колючие ветви царапают ей лицо и руки, корявые корни деревьев цепляются за одежду, опутывают ноги. Идти тяжело, Марта устала, но она знает, что если остановится сейчас, то умрет. И она все идет и идет по этому бесконечному лесу. Вот только куда?…

Очнувшись спустя неделю, Марта открывает слипшиеся веки и сразу же понимает, что дядя Игорь нашел ее и привез обратно в особняк. Она вспоминает их встречу и силу его удара. Коснувшись кончиками пальцев ссадины на щеке, она морщится от боли и унижения. Дядя никогда раньше ее не бил. Да, он всегда был строг и требователен, но чтобы вот так бить – такого никогда не было. А ведь она беременна! Беременна! Марта прижимает ладони к животу, чтобы убедиться, что ребенок на месте. Разве можно бить беременных женщин? Это просто аморально! Оказывается, для дяди нет ничего святого! Интересно, что он с ней сейчас сделает? Убьет? Точно убьет!

“Надо бежать отсюда как можно скорее, надо попытаться найти Сергея,” – думает Марта.

Она пробует встать с кровати, но руки и ноги не слушаются, они будто набиты ватой. Тело после длительной болезни слабое, безвольное, не подчиняется ей. Марта горестно вздыхает, и тут же в дверях ее спальни появляется молоденькая медсестра.

– Марта, здравствуйте! Как я рада видеть вас в сознании! Как вы себя чувствуете? Мы очень ждали вашего пробуждения!

Она подходит к ней и поправляет подушки и белоснежное одеяло.

– Я схожу оповещу Игоря Романовича, он очень хотел повидаться с вами. А потом поставим вам капельницу.

Марта смотрит на медсестру умоляющим взглядом.

– Я хочу встать, помогите мне! – жалобно просит она.

Медсестра удивленно вскидывает брови.

– Нет! Вы еще слишком слабая для того, чтобы вставать. Ближайшую неделю вы проведете в постели. Вам нужно беречь себя и восстанавливать силы после болезни.

Она улыбается и выходит из спальни. На Марту накатывает волна паники. Она вновь прижимает руки к животу. Вдруг они что-то сделали с ней, пока она была в отключке? Но в этот самый момент ребенок в ее утробе впервые пинается. Ощущение такое новое и необычное, что Марта тихонько смеется. Ей щекотно. Это похоже на порхание маленькой бабочки в животе.

– Сынок! – шепчет Марта, и лицо ее озаряет улыбка.

Ей так хочется, чтобы рядом в этот миг оказался Сергей. Наверняка, он бы тоже обрадовался первому пиночку малыша, он поцеловал бы ее в живот так, как обычно это делал. Марта морщится от душевной боли, грудь наполняется тоской. Она скучает по Сергею, он нужен ей, как воздух. Марта все бы отдала за то, чтобы любимый был рядом. Вдруг дядя как-то навредил ему? Вдруг он его… убил? Внутренности сжимаются от страха и нехорошего предчувствия.

Все складывается совсем не так, как хотела Марта. Из века в век женщины мечтают о любви, но из века в век судьба посылает им на пути к этой любви множество испытаний, разочарований и боли. Это несправедливо, неправильно.

Тут в спальню входит дядя Игорь, и все мысли Марты рассыпаются, утекают, как песок сквозь пальцы. Марта вздрагивает и сжимается. Ей хочется исчезнуть с лица земли, раствориться в воздухе, только бы не видеть дядю. Она ненавидит его всем сердцем. Лучше бы он никогда не забирал ее к себе, лучше бы отдал в приют после смерти родителей! Марта сжимает под одеялом кулаки. Взгляд дяди Игоря такой тяжелый, что девушке кажется, будто он вдавливает ее в кровать – глубже и глубже.

“Сколько можно смотреть! Скажи уже что-нибудь! Скажи снова, что я дешевая шлюха! Говори, но не смотри на меня так!” – мысленно молит она.

И он, как будто услышав ее мысли, наконец, произносит:

– Тебе повезло – не успела нахватать вшей в этом своем вонючем клоповнике!

Марта собирает всю свою волю в кулак и спрашивает:

– Что ты сделал с Сергеем, дядя?

Голос ее звучит тихо и хрипло. Это он… Это дядя Игорь сделал так, чтобы Сергей не вернулся к ней…

– Дядя, это ведь твоих рук дело? Что ты с ним сделал?

Лицо Марты некрасиво кривится. Еще чуть-чуть, и она разрыдается, но она из последних сил сдерживает подступающие слезы. Она должна быть сильной.

– С Сергеем твоим все в порядке, можешь не переживать, – с ехидной улыбкой говорит мужчина, – Любовью там и не пахло! Я дал ему немного денег, и он с радостью согласился уехать подальше от нашего города. Больше ты его не увидишь.

Слова дяди Игоря острой болью отзываются в груди Марты.

– Ложь! – кричит она, – Это ложь! Игорь не такой! Он не променял бы наши отношения на твои деньги!

Дядя смеется. Марте неприятен его смех, даже он звучит властно.

– Глупая! Еще не родился тот человек, которого нельзя было бы купить! Все решает сумма, которую ты предлагаешь. Для всех она разная. Кто-то стоит больше, кто-то – меньше. Твой Сергей оказался той еще дешевкой! Но ничего, зато удалось сэкономить на нем.

Дядя снова раскатисто смеется, а у Марты в душу закрадываются нехорошие предчувствия.

– Нет, я не верю. Он не такой… Не такой… Сергей любит меня, дядя, – упрямо повторяет она.

Смех мужчины резко обрывается. Он наклоняется к ее лицу – так близко, что Марта чувствует его дыхание.

– Как ты умудрилась вырасти такой дурой? – кричит он, – Ведь я делал все, чтобы вложить в твою маленькую головку ум! Правду говорят, что любовь парализует женский мозг.

– Дядя, – плачет Марта, – Дядя, я не верю тебе!

Мужчина отходит от нее, достает из кармана пиджака тонкий мобильный телефон и набирает номер.

– Сергей? Поговори с Мартой, она не верит, что ты уехал из города, – низким басом говорит дядя, а потом протягивает трубку племяннице.

Она берет скользкий телефон дрожащей рукой и чуть не роняет его на ковер. Поднеся трубку к уху, она ничего не говорит, лишь тихо всхлипывает.

– Марта? Ало, Марта? – голос слышится сквозь шум, как будто Сергей говорит из толпы людей.

Но это точно он – Сергей… Сердце у Марты обрывается, летит вниз с огромной скоростью и падает, разбиваясь вдребезги. Голос Сергея Марта узнала бы из тысячи других мужских голосов. Глубокий, бархатный, манящий.

– Марта, это ты? Ничего не слышно! – выкрикивает Сергей сквозь шум в трубке.

Марта ничего не может сказать в ответ, лишь беззвучно, как рыба, открывает и закрывает рот. Слезы душат ее, сжимают гортань. У нее очень много вопросов к возлюбленному, но она не задает ни одного из них.

– Марта! – снова и снова кричит в трубку Сергей, – Марта, прости меня милая! Прости, если сможешь! Мы больше не можем быть вместе.

Все внутри Марты умирает в этот момент. Все, что она так бережно хранила в душе, все, чем жила последние месяцы, все, о чем мечтала – все оказалось обманом, ложью, пустотой. Она впервые в жизни полюбила и доверилась мужчине, а он ее обманул. Какой банальный финал любовной истории! А ведь она прочитала столько романов о любви, и все равно не распознала ложь.

Дядя гладит Марту по волосам, забирает телефон из безвольно опустившейся руки. Он выходит из комнаты, оставляя ее страдать. Никогда одиночество так не давило на нее, как в этот самый момент. Поэтому, когда в спальне вновь появляется молоденькая медсестра, Марта облегченно вздыхает.

***

Дядя Игорь вновь приходит спустя неделю. За это время Марта окончательно пришла в себя после последнего разговора с Сергеем, оправилась от болезни. Она сидит за письменным столом, перед ней – книга, раскрытая посередине. Марта выглядит лучше – темные волосы заплетены в аккуратную косу, красное вязаное платье обтягивает грудь, но скрывает округлый живот. Лицо девушки по-прежнему бледное, а глаза выдают пережитое горе – они потухли, в них как будто больше нет жизни и молодости, только разочарование. Дядя обнимает Марту за плечи.

– Я пришел к тебе с важным разговором, дитя мое, – говорит он.

Марта отвлекается от чтения и внимательно смотрит в строгое дядино лицо.

– Ты знаешь, как я дорожу своей репутацией, как нелегко мне дается сохранить свое положение в определенных кругах. Поэтому я принял решение.

Марта чувствует, как по ее спине ползет неприятный холод. Ей не хочется, чтобы дядя продолжал, но он говорит дальше:

– Нам нужно скрыть твою беременность. Ты должна уехать отсюда, скрыться до родов, спрятаться где-нибудь в укромном месте, где точно нет журналистов.

– Где же я буду жить, дядя? – испуганно спрашивает Марта.

– Я нашел человека, который за тобой присмотрит. Его зовут Андрей Зверев. Он давненько отошел от дел, живет теперь очень обособленно. Поживешь у него.

Марта чувствует какой-то подвох в его словах. Жить в доме незнакомого мужчины? На что это будет похоже? Что задумал дядя Игорь?

– Я не хочу, дядя! Не отсылай меня никуда! Я буду безвылазно сидеть дома! Клянусь, никуда даже не выйду отсюда! Никто меня здесь не увидит, ни один журналист.

Марта хватает дядю Игоря за руку, смотрит на него умоляющим взглядом, но мужчина непреклонен. Он сжимает губы, хмурит брови и качает головой.

– Раньше надо было думать! А теперь все будет так, как я сказал. Я не позволю тебе разрушить то, что я строил годами! А Андрей… Этот мужчина сумеет о тебе позаботиться. Он надежный человек.

– Дядя, я не поеду к нему! – плачет Марта.

– Слушайся меня и делай так, как я скажу, – холодно отвечает мужчина.

Он уходит из комнаты, смерив перед этим Марту уничтожающим взглядом. После этого Марта отворачивается к стене и плачет несколько часов подряд. Надо бы спать, но ей не до сна. Она обдумывает свои дальнейшие действия. Медлить нельзя, нужно брать ситуацию в свои руки. Она уже не маленькая, беспомощная девочка, у которой только что погибли и мать, и отец. Она взрослая женщина, скоро у нее самой родится ребенок. Она должна научиться брать ответственность на себя!

Перед самым рассветом Марта складывает в рюкзак немного вещей и еды и незаметно покидает роскошный особняк. Без труда добравшись на такси до железнодорожного вокзала, она покупает билет на поезд. Марта решает ехать туда, где тепло – к морю. Марта ждет отправления поезда и строит планы, но внезапно замечает людей в черной одежде, которые разбредаются, как муравьи, по всему залу ожидания. Она пятится назад, в надежде проскользнуть к выходу незамеченной, но ее тут же хватают двое мужчин и ведут под руки мимо охраны к выходу.

– Помогите! Меня похитили! На помощь! – кричит Марта.

Но охранники не реагируют на ее крики.

Спустя полчаса заплаканная Марта заходит в дядин особняк, он рвет и мечет в ярости. Она думает, что он снова побьет ее, но он просто запирает ее в спальне и держит под замком несколько дней.

***

Когда дядя Игорь вновь приходит к Марте, она сидит на смятой кровати – непричесанная, в пижаме. Безразличное лицо при виде дяди меняется, и теперь на нем – ненависть и злость. Но дядя пришел не один – рядом с ним мужчина двухметровго роста в мешковатом спортивной костюме. Кто это? Новый охранник? Лица мужчины почти не видно – оно заросло густой бородой и наполовину скрыто лохматыми светлыми волосами. Марта ловит на себе мужской взгляд – недобрый, угрюмый.

– Ну вот, Зверь, это она. Моя племянница Марта, – торжественно произнес дядя Игорь.

Зверь… Мужчина, пристально смотревший на нее, и вправду похож на дикого зверя!

Марта встает на пол и, оттолкнув дядю, бросается бежать прочь. Но далеко убежать не получается, у нее кружится голова, и она валится прямо в сильные руки того, от кого хотела сбежать.

***

Андрей Зверев. Зверь.

Марта лежит на постели и рассматривает мужчину из-под полуопущенных век. На первый взгляд он показался ей страшным, на второй кажется еще страшнее! Есть в нем нечто дикое, злое, необузданное. Он пугает Марту. Она ни за что не поедет в его дом! Ни за что! Лучше умрет.

Марта открывает глаза. Дядя, увидев, что она пришла в себя, раздраженно говорит:

– Видит Бог, я пытался действовать по-хорошему! Но ты не успокаиваешься! Ты доставляешь мне кучу проблем! Поэтому слушай внимательно!

Дядя наклоняется к ней и голос его звучит зловеще:

– Ты не просто отправишься жить в дом Андрея! Ты станешь его женой, его собственностью! Я умываю руки, я отдаю тебя ему. Что будет с тобой и с твоим ребенком дальше – решать ему. Теперь он вправе делать с тобой все, что захочет. Захочет убить – пусть убивает! Даю право на все. Ты мне больше никто, Марта.

Эти слова звучат страшно, грубо, бесчеловечно. Марте хочется плакать, она не верит своим ушам, но на слезы у нее уже нет сил. А может, она их всех выплакала… Девушка смотрит в прозрачные, злые глаза своего так называемого “жениха”, сжимает кулаки и отворачивается к стене.

– Молчишь? Вот и славно. Вот и умница. Может, у тебя еще есть шанс стать хорошей, послушной женщиной, – ехидно усмехается дядя.

Марта сжимает кулаки с такой силой, что ногти вонзаются в ладони и становятся влажными от выступившей крови. Дядя со злой улыбкой поворачивается к светловолосому мужчине, который все это время стоит молча за его спиной.

– Она твоя, Зверь. Можешь забирать прямо сейчас. Больше эта девушка не имеет ко мне никакого отношения. Делай с ней все, что пожелаешь. Хочешь – женись, а хочешь – сделай своей прислугой.

На этом мужчины пожимают друг другу руки и выходят из спальни Марты.

Глава 3

незадолго до случившихся событий…

Андрей выпил еще рюмку текилы. Какую уже по счету? А впрочем, не важно! Он давно перестал считать выпитое. Иногда ему требовалось слишком много спиртного, чтобы напиться – мозг никак не хотел поддаваться алкогольному дурману, все крутил и крутил по кругу тяжелые мысли. А Андрею так хотелось выключить голову, забыться, отдохнуть от мыслей хотя бы так – в пьяном угаре.

Сильно шатаясь, он поднялся из-за стола, выпрямившись и превратившись из сгорбившегося над рюмкой алкаша в двухметрового, накачанного бородатого верзилу. Ну и видок у него, наверное! Да хотя, и к этому уже все привыкли.

В полутемном баре всегда одни и те же лица. Он выглядит так уже почти три года, и ему безразличны чужие удивленные, а порой и испуганные взгляды. Но сегодня здесь веселится какая-то незнакомая, слишком шумная компания, и Андрея сильно зацепил чей-то презрительный взгляд.

– Ну и бык! – послышалось откуда-то из толпы, пьющей за этим незнакомым столиком и, конечно же, Андрей отнес эти слова к своей персоне.

– Эй! Кто это сказал? – орет Андрей, держась за стул, чтобы не упасть.

– Андрей, не надо, иди лучше домой, проспись, отдохни, – проходящий мимо него бармен по-родственному кладет руку ему на плечо.

Но Андрей уже в ярости. И эту ярость уже было не унять. Она обрушилась на него мощным потоком кипящей вулканной лавы. Он толкает бармена в сторону и, приподняв тяжелый дубовый стол, с которого тут же посыпались на пол рюмки и бутылки, с ревом бросает его в пьющую толпу.

Как же он ненавидит этот убогий бар, насквозь пропахший запахами пота, перегара и дешевого одеколона! А вместе с этим баром Андрей ненавидит свою жизнь!

– Ааа! Мрази! Я вас всех сейчас убью! – орет Андрей и сжимает мощные кулаки.

Шатаясь, он подходит к одному из незнакомых мужчин, который посмел первым отделиться от веселой компании, и с размаху бьет его кулаком в нос. На Андрея тут же налетают со всех сторон другие мужчины, на пол летят стулья и посуда. Женщины, разбежавшиеся по углам, поднимают оглушительный визг.

Завязывается драка. Пятеро мужчин колотят Андрея и пытаются оторвать его от несчастного смельчака, которого тот, судя по всему, и вправду вознамерился прикончить. Лицо бедолаги уже похоже на кровавое месиво, и по тому, как безвольно болтается из стороны в сторону его голова, можно понять, что он в отключке.

– Убью! Твари! – рычит Андрей, раздавая мощные удары направо и налево.

Какое-то время драка продолжается, но вскоре с улицы доносится пронзительный и неприятный звук сирены. Наряд полиции, вызванный отчаявшимся барменом по тревожной кнопке, прибывает очень быстро. Дерущиеся мужчины тут же метнулись в разные стороны, даже тот, кому досталось больше всех, куда-то исчез. В центре разгрома стоит лишь Андрей. Когда на него надевают наручники, он даже не сопротивляется – сам, шатаясь, идет к обшарпанному полицейскому уазику.

– Убью, мрази! – цедит он сквозь зубы.

На переднем сидении уазика сидит старый мужчина в полицейской форме – капитан полиции. Он смотрит на Андрея с отеческой строгостью. Андрей тут же меняется в лице, ярость рассеивается, уступая месту тоскливому смирению.

– Что, Зверь, опять разбушевался? – спрашивает он, когда Андрей устраивается, еле поместив длинные ноги на заднем сиденьи, отгороженном стальными прутьями.

Седые усы капитана дрожат – под ними скрывается улыбка.

– Дядь Саш, отвези меня домой… – жалобно просит Андрей.

Говорить сложно, язык от алкоголя тяжелый, едва шевелится. Андрей закрывает глаза и опускает голову на грудь. Уазик трогается с места и через десять минут тормозит у большого, красивого особняка. Старый капитан оборачивается, какое-то время молча смотрит на пьяного мужчину сквозь стальную решетку.

– Ох, Андрюша… Видела бы тебя сейчас тебя твоя мамка! И хорошо, что померла уже и не видит сыночка в таком виде!

– Дядь Саш, не начинай, прошу тебя! – лениво отвечает Андрей.

– Ты смотри, дорогой племянничек, допрыгаешься, домашешь своими кулаками! – строго говорит капитан, – не успокоишься сам, я тебя посажу в тюрьму, пусть там успокаивают. Так и знай, посажу, не посмотрю, что ты мне – родня.

Андрей краснеет от стыда, но, чтобы не показывать дяде своего смущения, он изо всех сил трет лицо кулаками, измазанными чужой кровью.

– Андрюша, – уже мягче говорит капитан, – Послушай меня, сынок. Я ведь люблю тебя, как родного, ты это знаешь. Душа за тебя болит. Не губи свою жизнь, прошу. Возьми уже себя в руки.

Андрей смотрит на дядю мутными глазами, полными невысказанной тоски.

– Моя жизнь закончилась три года назад, дядь Саш. Ты это знаешь. Ничего с этим не поделаешь.

Мужчина хмурится и хлопает себя по ноге.

– Да ничего не кончилась! – восклицает он, – Вот же ты – сидишь передо мной. Живой, здоровый, как бык. Только сильно пьяный и потерянный.

Мужчина молчит, лицо его красное от волнения. Он и вправду всей души переживает за этого двухметрового мальчишку, своего племянника, который рос у него на глазах.

– Знаешь, что тебе нужно сделать, Андрюша? – тихо и вкрадчиво произносит капитан, поглаживая седые усы.

Андрей поднимает пьяные глаза, пытается сфокусировать взгляд на дядином добром, морщинистом лице.

– Жениться тебе надо, мальчик мой, – наконец, произносит дядя.

Слова его звучат торжественно, и от этого кажутся вдвойне смешными.

– Чего? – смеется Андрей.

– А я не шучу. Тебе надо жениться.

Андрей мотает головой, машет на старого капитана рукой.

– Ты не смейся, дурак. А послушай меня, я плохого не посоветую. Тебя только женщина может спасти.

Сначала смех Андрея звучит хрипло и неуверенно, но потом он запрокидывает голову и смеется от души, в полную мощь. Он смеется так отчаянно, что старый полицейский уазик слегка покачивается.

– Зря смеешься! – обиженно говорит старый капитан, – У женщин есть особенный дар. Они способны любовью исцелять душевные раны, даже самые глубокие – такие, как у тебя.

Лицо дяди становится серьезным и очень печальным.

– Ищи женщину, Андрей. Ищи скорее. А как найдешь – держись за нее. Поверь, она тебя вытащит из ямы, которую ты сам себе вырыл.

Андрей выползает из уазика, чуть не упав на землю. Шатающейся походкой он идет к дому. На полпути он оборачивается к дяде, который все еще смотрит на него из окна машины.

– Таких женщин, как моя Вика, больше нет. А значит, и искать нет смысла…

Глава 4

На следующий день Андрей просыпается лишь к обеду. Едва открыв глаза, он вспоминает вчерашнее. Опять напился и начудил черт знает что! Опять потревожил дядю. Надо бы ему уже уехать из поселка навсегда, чтобы не позорить их достойную фамилию своими дикими выходками!

Андрей кладет ладонь на чугунную голову. Виски выламывает от боли. Он вспоминает слова дяди о том, что ему жизненно необходимо жениться. Губы мужчины кривятся в печальной усмешке.

На этот раз он не хочет принимать слова дяди всерьез, несмотря на то, что он его искренне любит и уважает. Дядя Саша – человек добрый, умный, справедливый и главное, он относится к нему, непутевому, с огромным терпением.

Когда Андрею нужен совет, он всегда идет к нему. Дядя своего мнения не навязывает, просто говорит, что думает. И мысли его всегда оказываются правильными. Но то, что он посоветовал вчера, не лезет ни в какие рамки. Андрей массирует раскалывающуюся от боли и тяжести голову, пытаясь вспомнить слова дяди. “Только женщина спасет тебя,” – кажется, так он сказал.

Андрей и женщина! Это даже звучит глупо. Его можно представить только с Викой, но Вики нет в живых уже три года. Три года без нее… Три года одиночества… Три года он не живет, а существует, мирится со своим пребыванием на этой бренной земле, иногда – с безразличием, иногда – с большим трудом.

Хотя, если быть честным, то Андрей не так уж невинен. Он не обделен женским вниманием. Частенько по утрам, когда он после ударной дозы алкоголя, выпитой накануне, спит, оглашая спальню громким храпом, из его особняка выходят помятые, лохматые женщины в вызывающе коротких юбках и кофточках с откровенным декольте. Туфли с высоченными каблуками они, как правило, несут в руках.

Все эти женщины – шлюхи, работающие неподалеку от бара, где пьет Андрей. Он привозит их домой, бездушно трахает один, два или три раза, а затем прогоняет. Ни одной из них он не разрешил остаться в его доме на ночь. Это неправильно, ведь здесь с ним жила Вика…

Некоторые особенно настойчивые шлюхи пытаются разговорить его. Он бы, может, и поговорил с какой-нибудь из них, но разговоры их оказываются настолько тупыми, что ему становится тошно. Единственная женщина, которую он готов был слушать вечно – это Вика, его погибшая жена. Андрей часто задается вопросом – чем он так провинился перед Богом, что он забрал у него единственную радость – его любимую женщину?

Вика попала в автокатастрофу три года назад. Умерла до прибытия скорой помощи от открытой черепно-мозговой травмы и множественных переломов. Вика погибла не одна – она была беременна, носила их ребенка. Через месяц их мальчик должен был появиться на свет… Они погибли оба…

В один миг жизнь Андрея раскололась на мельчайшие осколки, и он не стремился убирать их, все ходил и ходил по острому голыми ступнями, ранил себя нарочно, страдал, мучился воспоминаниями. Три года прошло, а он так и не смог вернуться к нормальной жизни.

В доме есть комната, в которую Андрей не заходит уже три года – это детская, полностью готовая спальня для долгожданного сына. Он уверен, что если зайдет туда, то уже никогда не выйдет, там и умрет у крошечной колыбельки в окружении плюшевых медведей и зайцев.

А вот вещи Вики он недавно выбросил. Хранил их, перебирал время от времени, вдыхал запах жены, который хранили ее платья и шарфики, плакал над ними. Он даже спал какое-то время с ее ночнушкой в обнимку! А вот недавно решился и выбросил всю одежду, только портреты оставил. Она улыбалась ему с красивых фотографий – живая, радостная, вечно молодая, а он говорил с ней и молился на нее, словно на икону.

С тех пор, как Вика погибла, Андрей решил для себя, что его жизнь тоже кончена. Все потеряло смысл. Он отошел от бизнеса, переложив свои обязанности на доверенных лиц, перестал бывать в обществе и мелькать на светских приемах.

Вскоре он окончательно заперся в особняке, разогнав помощников по хозяйству. Он знал, что его пьянок они не вынесут. Алкоголь делал его агрессивным и неуправляемым. Именно из-за этих вспышек ярости Андрея и прозвали “зверем”.

После нескольких месяцев пьянства внешний вид мужчины стал соответствовать прозвищу – он перестал стричься и бриться, ходил в одной и той же мешковатой одежде. Он стал похож на растрепанного, грозного льва со светлой гривой.

Зверя стали сторониться люди, они боялись его неадекватного поведения. Когда Андрей понял, что он опустился на самое дно, он взял с собой рюкзак, набитый сухарями, чайной заваркой и тушенкой, и уехал в лес.

Его не было долго – несколько месяцев. Дядя Саша уже решил, что племянник погиб, он разыскивал его с нарядом полиции в окрестных лесах, но ничего не нашел – ни трупа, ни его следов. А потом Андрей объявился сам – приехал в поселок весь обросший, дикий и, на удивление, счастливый.

Дяде он сказал, что наконец-то почувствовал себя живым человеком, а не ходячим покойником. Оказалось, что все это время он жил в лесной хижине.

– Ну ты, парень, стал настоящим Тарзаном! – проворчал капитан, с любовью рассматривая обросшее, радостное лицо вернувшегося непутевого племянника.

– Ну, почти, – улыбнувшись, сказал Андрей, а потом добавил, – Просто зверь успокаивается в лесу.

Дядя усмехнулся и крепко обнял его, наверное, уже десятый раз.

И вот теперь, когда Андрей вновь прожил в поселке год, пытаясь вернуться к нормальной жизни, он понял, что ему окончательно здесь все опротивело. Ему лучше было там, в лесу. Здесь его ничего не держит. Дом по-прежнему пуст, а сам он никому не нужен. Жизнь здесь пуста и бессмысленна.

Закрутить бурный роман у него так и не получилось. Наверное, он стал слишком диким, нелюдимым и разучился ухаживать за женщинами. Да и все они не похожи на Вику! Только раздражают.

Андрей снова потихоньку превращается в Зверя и знает, что ни к чему хорошему это не приведет. Он берет со стола пустую бутылку из-под водки и зло бросает ее в стену.

***

На следующее утро у Андрея собран рюкзак. Он сидит в гостиной и ждет, пока кончится ливень. Как только яростный поток воды, льющийся с неба, стихнет, он сядет в машину и поедет в свой лес.

Зверь должен жить в лесу. И точка.

Он нетерпеливо смотрит на потоки воды за окном и хмурит густые брови. И в этот самый момент раздается телефонный звонок. Сотовый! Надо не забыть выключить его, ведь он не собирается брать его с собой, в лесу эта надоедливая трубка ни к чему, там нет связи.

– Да, слушаю, – недовольно отвечает Андрей, а потом добавляет более радостно, – Здравствуй, Игорь! Давно не звонил! Хорошо, жду.

Андрей кладет трубку. Похоже, отъезд переносится на завтра. Его старинный товарищ по бизнесу Игорь Коротков едет к нему, чтобы обсудить что-то важное при личной встрече. Отказать Андрей не может – он в долгу перед Игорем. Как-то давно, по ощущением, в прошлой жизни, он сильно выручил его с одной сомнительной сделкой, можно сказать, спас Андрея, тогда еще молодого и глупого, от тюрьмы.

Поэтому Андрей убирает рюкзак в шкаф, заказывает к приезду друга доставку еды, откупоривает бутылку виски и накрывает нехитрый стол.

***

Вдоволь наговорившись после ужина, Игорь переходит к делу. Он рассказывает Андрею о своей племяннице, которая забеременела по собственной глупости, и которую нужно сейчас надежно спрятать – там, где ее никто не найдет. Андрею не очень-то по душе перспектива возиться с беременной бабой.

– Извини, друг. Я за такое не возьмусь, – говорит он.

– Пойми, Андрюха, – говорит подвыпивший Игорь, – Девчонка молодая, глупая, как овца! Трахнулась с моим тренером! И все – вот вам ребенок готов. Как я не заметил вовремя – не знаю. Дел сейчас невпроворот!

Он подливает виски в два стакана, расстегивает ворот белой рубашки. Лицо его покраснело от напряжения. Андрей замечает, что вся голова у Игоря стала седой.

– А мне-то что до твоей племянницы? – пробует отнекиваться он.

– Помоги! Я в долгу не останусь, ты же знаешь! – упорно настаивает Игорь.

Андрей пожимает плечами. Нет, на такую авантюру он точно не подпишется.

– Ты сейчас отошел от дел, не светишься нигде, живешь за городом. Забери девчонку к себе, спрячь до родов. Потом я сам разберусь. А пока пусть она сидит в твоем особняке. Заставь эту принцессу работать по дому, пусть ведет хозяйство. Я смотрю, ты совсем перестал следить за порядком.

Особняк Андрей и вправду, пришел в упадок. Следить за ним некому. Тут везде пыль, грязь и мусор. Типичное жилище холостяка. Он качает головой, усмехается, хлопает Игоря по спине.

– Нет, друг. Мне баб сюда точно не надо! Они меня раздражают. Уж лучше пусть все так остается.

Игорь хмурится, трет руки, а потом снова принимается за уговоры.

– Андрюха, друг, выручай. Больше вариантов нет.

Андрей пьет залпом свой виски, закусывает долькой лимона, морщится. Потом встает, подходит к окну, за которым по-прежнему льет, как из ведра. Алкоголь, судя по всему, делает свое дело. Потому что Андрей внезапно оборачивается к Игорю и говорит:

– Ладно. Так и быть. Пусть твоя племянница поживет здесь. Сколько, говоришь, ей осталось до родов?

– Месяца четыре! – радостно восклицает Игорь и снова разливает виски по стаканам.

– Хорошо. Как-нибудь перетерплю четыре месяца. Только ради нашей дружбы, имей в виду, – говорит Андрей.

Игорь хлопает друга по плечу, а потом крепко обнимает. Он кажется маленьким и худым стариком по сравнению с молодым, широкоплечим и высоким Андреем.

– Только знаешь что, дружище… Давай-ка мы девку хорошенечко припугнем. Чтоб ей жизнь медом не казалась.

Он щурит и без того маленькие глазки и хитро смотрин на Андрея.

– Я скажу ей, что продал ее тебе. Что ты собираешься взять ее в жены, а если будет плохо себя вести, то сделаешь ее своей рабыней. Пусть эта дурочка тебя боится и считает хозяином, меньше будет проблем!

Андрей непонимающе смотрит на Игоря. Его удивленное лицо вытягивается в странную гримасу. Но потом он машет рукой и говорит:

– Да делай ты, что хочешь. Это не моя забота! Хочешь припугнуть – пугай, мне без разницы.

Игорь довольно потирает руки и смотрит ехидным взглядом в окно.

– Ну, дорогая моя племянница, скоро ты узнаешь, какая расплата тебя ждет за твой постыдный проступок…

Глава 5

Андрей жмет на газ. Его внедорожник несется по пустой трассе с бешеной скоростью. Позади него, на заднем сидении, сидит Марта. Она страшно напугана и всхлипывает, как ребенок. Игорь, отправляя ее с Андреем, зачем-то связал ей руки и вставил в рот кляп.

– Это еще зачем? – удивился Андрей.

– Пусть испугается! – шепнул он на ухо Андрею после того, как усадил племянницу в машину и захлопнул дверцу.

Андрей пожал плечами и кивнул. Ему было безразлично, как и в каком состоянии эта девушка. Ему вообще до нее нет никакого дела! Ее ужас и страх – это не его забота!

Но эти ее тоскливые всхлипывания ему уже порядком надоели. Он изо всех сил сжимает руль, но все равно не выдерживает, поддается ярости.

– Да заткнись ты уже! – сквозь зубы цедит он.

И девушка послушно замолкает.

Андрей смотрит на нее в зеркало заднего вида – она вся сжалась в комок. С кляпом во рту она выглядит, как пленница. А он тогда кто? Маньяк, похитивший ее? Ох, зачем он только согласился на эту авантюру?

Он ловит ее загнанный взгляд и тут же отводит глаза. Да она же совсем еще девчонка! Наверняка, просто молоденькая избалованная дурочка. Оступилась, с кем не бывает! Андрею уже тридцать, и он до сих пор чудит, да только никто не наказывает его за это. А ее вот решили наказать.

И чего это Игорь решил так жестоко с ней разобраться? Ладно, была бы она стервой, шалавой, а то с виду вроде бы приличная девушка – одета скромно, совсем не накрашена, у нее испуганное, но серьезное личико.Да, к тому же, родная племянница…

Андрей вновь бросает беглый взгляд в зеркало. Марта сильно напугана. Ну, еще бы! Тут любой человек испугается, не только беззащитная девушка. Андрей спиной ощущает ее страх, поэтому даже не пытается с ней больше говорить. Пусть пока продолжает бояться, раз Игорю так хочется. Это не его дело. В конце концов, стресс иногда полезен, он ставит поехавшие мозги на место.

Добравшись до своего особняка, Андрей помогает Марте выйти из машины, снимает веревку с ее рук, убирает кляп и отводит в комнату, которая раньше предназначалась для гостей. Потом он запирает дверь на ключ.

Девушка остается одна и сидит тихо, не рвется на волю, не стучит кулаком по двери, не срывает голос криком. Андрей стоит в коридоре и какое-то время прислушивается, пытаясь уловить малейший шорох, доносящийся из запертой комнаты, но не слышит ни звука.

***

Андрей возвращается к запертой двери, за которой оставил Марту, лишь поздно вечером. В руках у него – пакет с готовой, еще теплой, едой из местного супермаркета. Он отпирает дверь, медленно поворачивает ручку и шагает в темноту.

– Эй! – зовет он, – Ты спишь, что ли?

И тут сзади на него обрушивается мощный удар. Она бьет его чем-то очень тяжелым. Светильником? Вот сучка!

Голова гудит от боли, но он остается стоять на ногах, только покачивается из стороны в сторону. В это самое время его пленница выбегает в открытую дверь и мчится по коридору к лестнице, ведущей на первый этаж.

Андрей догоняет ее в два мощных прыжка, хватает за волосы, собранные в конский хвост, и с силой тянет на себя. И вот тогда она кричит – громко, яростно. Голос у нее звонкий и высокий, такой высокий, что от него закладывает уши.

– Да не ори ты! – яростно шепчет он ей на ухо.

Прижав ладонь к ее раскрытому рту, он сжимает ее маленькое личико. Крик обрывается, и тут же его ладонь пронзает острая боль. Эта сука прокусила ему руку! От неожиданности Андрей вскрикивает и выпускает ее.

Марта снова бежит, прыжками спускается по лестнице и, схватив внизу первый попавшийся стул, разворачивается и бросает его в Андрея. Удар вновь приходится ему по голове. На этот раз Андрей теряет равновесие и падает на пол. Марта, не теряя времени, бежит к входной двери.

– Ах ты, сука! – кричит Андрей.

Он догоняет ее на улице. В кромешной темноте двора он валит Марту в траву, прижимает к земле своим мощным телом и держит до тех пор, пока она не успокаивается. От нее приятно пахнет ванильной сладостью. Ей идет этот запах: нежный, девичий – не к месту подмечает Андрей.

Перестав сопротивляться, Марта жарко и тяжело дышит ему в лицо:

– Живот! Мне больно! – хрипит она.

Опомнившись, Андрей вскакивает на ноги и рывком поднимает девчонку с земли. На какое-то мгновение они оказываются лицом к лицу. Даже в темноте Андрей видит, что эта прыткая, дерзкая девчонка смотрит на него с нескрываемой ненавистью.

Нет, она просто так не успокоится. Будет пытаться сбежать снова и снова.

Не такая уж она и тихоня, как показалось ему на первый взгляд. И вовсе не серая мышь, наоборот, очень даже хорошенькая – длинные темные волосы, большие, выразительные глаза, разрумянившиеся от борьбы щеки, миловидное личико.

Она вдруг морщится от боли, сгибается пополам и стонет. Ему ничего не остается, как подхватить ее на руки и нести обратно в дом. Она легкая, почти невесомая, несмотря на то, что беременная. Худенькая, хрупкая, и живот еще совсем небольшой.

Андрей заносит девушку в дом, поднимается наверх и осторожно кладет ее на кровать. В комнате по-прежнему темно, и он щелкает выключателем, затем поворачивается к ней лицом. Марта смотрит на него пристально, с ненавистью. Глаза ее горят яростным огнем.

– Что ты намерен со мной делать? Скажи сразу! Будешь насиловать? Мучить? Или, может, сразу убьешь?

Ее тонкий голос переходит на визг, и это выглядит глупо. Лучше бы она и дальше молчала. От ее слов Андрей приходит в бешенство. Лицо его кривится в яростной гримасе. Она бледнеет от страха, глядя в его дикие глаза, отползает по кровати к стенке.

Андрей сжимает кулаки и выходит из комнаты, громко хлопнув дверью.

– Да! Изнасилую, замучу, а потом убью, – кричит он ей из коридора, зная, что она услышит каждое слово, а потом зло бубнит себе под нос, – Дура! Идиотка!

Он невероятно зол на эту несносную, глупую девчонку. Неужели он так страшен, что его можно принять лишь за насильника и убийцу?

Подойдя к зеркальной поверхности встроенного шкафа, он скептически осматривает себя. Ну, оброс слегка. Ну, не следит за одеждой. И что теперь? Называть его за это насильником? Идея запугать ее принадлежала Игорю, а виноват во всем оказался он.

Андрей берет стул, которым девчонка умудрилась разбить ему голову, и бросает его в зеркало. Слышится звон стекла – зеркальные осколки падают на пол.

А потом на какое-то время все в особняке стихает. Ночь накрывает пустые, заброшенные комнаты тьмой.

Андрей ложится на кожаный диван в гостиной и забывается тяжелым сном.

А Марта не спит, она сидит в углу кровати и боится пошевелиться. Вдруг насильник услышит ее и придет?…

Глава 6

Марта смотрит в окно.

Она уже целый месяц живет в особняке Зверя – огромного, страшного мужчины, которому ее отдал родной дядя.

Марта не покидает комнаты, в которую он ее поместил, ходит в одной и той же толстовке, ест и пьет то, что приносит ей Андрей. Он по прежнему запирает ее на ключ, но хотя бы не трогает ее.

Поначалу Марта страшно боялась этого – что он изнасилует ее, или сделает еще чего похуже. Но он ни разу даже не прикоснулся к ней, не говоря уже о чем-то большем.

Постепенно она успокоилась, начала спокойно спать по ночам, не ожидая, что к ней в любой момент может вломитсья это дикое животное.

Марта устала от такой жизни, от заточения. У дяди она тоже жила, как в тюрьме, но там она хотя бы покидала особняк – училась, ходила в кафе и в библиотеку…

А теперь ее тюрьма сомкнулась до размеров небольшой комнатки. Вот он – весь ее мир. Четыре стены, кровать и стол…

Она плачет каждую ночь и мечтает только об одном – выбраться на свободу из этого склепа. Если бы ей это удалось, она бы убежала как можно дальше, куда-нибудь к морю…

Ну и что, что она соврешенно одна и без денег. Она бы что-нибудь придумала! Люди могут находить выход из любой ситуации, так уж они устроены.

Она нашла бы на работу, пока ребенок не родился. Или братилась бы в фонд помощи беременным, попавшим в беду. Она читала о таких фондах в интернете. Это лучше, чем сидеть здесь, в четырех стенах и медленно сходить с ума!

Единственное развлечение, которое теперь есть у Марты – это окно. Телефон забрал еще дядя Игорь, а телевизор из комнаты, как и остальные тяжелые предметы, Зверь вынес сам. Испугался, что она покалечит себя или его.

Урод! Марта ненавидит этого мужлана всем сердцем! Она желает ему всего самого плохого!

Тем не менее, единственный человек, которого Марта видит в окно, – это Зверь. Поэтому ей приходится наблюдать за его редкими передвижениями.

Обычно Зверь занимается на улице хозяйственными делами – стрижет траву перед домом, колет дрова для камина или жарит мясо на мангале. Когда он на улице, Марта не сводит глаз с накачанного, крепкого тела, но при этом бубнит себе под нос:

– Ах ты, урод! Зверюга! Чтоб ты себе руку топором отрубил!

Но мужчина работает ловко, и проклятия Марты на него не действуют.

***

Однажды вечером Марта замечает, как Зверь идет к дому, держа за руку какую-то девицу. Марта из любопытства подходит поближе к окну, но занавеску не сдвигает, чтобы ее не заметили.

Девица слишком ярко накрашена, вульгарно одета и ведет себя вызывающе – громко смеется и без устали говорит о чем-то, растягивая алые губы в улыбке. Ее обесцвеченные мелкие кудри торчат во все стороны, как маленькие антенны.

Они останавливаются у двери, и девица принимается страстно целовать Зверя, обхватив руками его лицо. Он грубо отталкивает ее со словами “да подожди ты!”

И пока Зверь возится с замком на двери, она обвивает руками его шею и прижимается к нему своими пышными округлостями, которые так и норовят вывалиться наружу из глубокого декольте.

Марта презрительно смотрит на них, кривит губы, морщит свой курносый носик. “Только проституток здесь еще не хватало!” – с раздражением думает она.

Вскоре с первого этажа доносится звонкий смех. Видимо, им удается, наконец, открыть замок и попасть внутрь. Звенят бокалы, играет музыка – сначала тихо, а потом громче. Марта за все это время так привыкла к тишине, что звуки попсовой мелодии кажутся ей необычными и странными!

Женщина о чем-то болтает, но голоса Зверя, отвечающего ей, она не слышит. Он, наверное, вообще не любит говорить – решает Марта.

Через какое-то время до ее ушей доносятся громкие стоны. Белобрысая женщина эротично стонет и кричит, никого не стесняясь. Марта округляет глаза. Она прекрасно понимает, что происходит внизу. Значит, Зверь, решил не откладывать на потом то, за что заплатил деньги, и приступил к делу с порога.

На Марту накатывает злость, она сжимает кулаки и яростно стучит по столу. Интересно, как он ее там трахает – лежа на кожаном диване или стоя, приспустив штаны и развернув ее спиной к себе?

Марта на миг представляет себе эти ужасно пошлые картинки – белобрысая шлюха с открытым, перекошенным ртом прижата к стене мощным телом Зверя, а на его ритмично двигающихся бедрах напряглись и вздулись сильные мышцы.

Покраснев, Марта кривится и зажмуривается, чтобы прогнать от себя эти отвратительные образы, но чувствует внутри нарастающее волнение.

Не зная, как прекратить это безобразие, она приподнимает стол за ножки и с грохотом роняет его на пол.

Крики и стоны внизу тут же стихают.

– Андрей, кто это? Ты говорил, что живешь один! – визгливо спрашивает проститутка.

– Да не ори ты! – недовольно оргызается на нее мужчина.

И тут Марта понимает, что это, может, ее единственный шанс на спасение! Когда в этом доме еще появятся люди? Да никогда! К этому отшельнику никто не приходит!

Марта принимается неистово молотить кулаками по двери и кричит во всю силу своего голоса:

– Спасите! Спасите меня! Я заперта наверху! Он держит меня в плену! Умоляю, спасите!

От своего громкого крика, Марта больше не слышит, что происходит внизу. Но время идет, а к ней так никто и не приходит на помощь.

Подбежав к окну, она видит, как Зверь торопливо уводит белобрысую женщину прочь от особняка. Обернувшись, он замечает Марту в окне и бросает на нее убийственный взгляд.

Ей становится страшно, и она отходит от окна, не решаясь постучать в него. Эта женщина ей не поможет. Зря она надеется. Наверное, она тоже его боится. Или он просто купил ее молчание. Марта заламывает руки и рыдает, уткнувшись лицом в пыльную занавеску.

– Я так больше не могу… – шепчет она сквозь слезы.

***

Несмотря на жуткий страх, Марта не успокаивается. Следующим вечером она берет стул и разбивает окно в своей комнате вдребезги.

Девушка твердо намерена сбежать. Иначе она просто свихнется в этих четырех стенах! Зверя весь день не было дома, в особняке стояла мертвая тишина. И она надеется незаметно спуститься вниз по водосточной трубе, которая как раз расположена возле ее окна.

Марта заранее все спланировала, но по факту это оказывается сложным и опасным испытанием для беременной. Но выбора нет, и больше нет сил сидеть в заточении. Она залезает на подоконник и осторожно ступает на карниз.

Но…

Сбежать не получается!

Ее обхватывают сзади крепкие мужские руки и снимают с окна.

– Ааа! – в ужасе кричит Марта, – Отпусти! Отпусти меня!

– Жить надоело? – спрашивает мужчина и внимательно смотрит на нее.

Марта замечает, что у него светлые брови, но при этом густые, темные ресницы. Она трясется от страха и молчит, не знает, что сказать.

– Я не могу больше так! Не могу больше сидеть в этой комнате! – наконец, шепчет она, – Лучше бы ты меня убил…

Она боится его близости, боится говорить с ним, но и молчать больше не может. Будь, что будет.

– Я устала! Я хочу на свободу!

Она поднимает светлые, заплаканные глаза на Зверя. Тот по-прежнему изучающе смотрит на нее. Потом сурово хмурит брови и говорит:

– Хорошо. Будет тебе свобода.

***

Через час Марта сидит на заднем сидении внедорожника. Зверь – за рулем, он жмет то на газ, то на тормоз. Дорога плохая, они едут медленно.

В этот раз руки у Марты свободны. Помогая ей сесть, мужчина строго предупредил:

– Если захочешь выпрыгнуть из машины, лучше не делай этого. Попроси – и я остановлюсь, высажу тебя в любом месте. Где только пожелаешь! Поняла?

Марта кивает головой.

“Что-то тут не так. Есть какой-то подвох!” – думает она.

А вскоре понимает, в чем дело.

Ухабистая дорога, по которой они едут, с обеих сторон окружена густым лесом. На улице уже стемнело, и от деревьев к дороге ползет густой белый туман. Фонарей нет, только фары внедорожника светят вперед, освещая путь, все остальное кажется черным и страшным.

Выходить здесь Марта не решается. Обхватив себя руками, она позволяет Зверю увозить себя все дальше и дальше в лес…

Глава 7

Марте страшно. В последнее время ей часто бывает страшно.

Она помнит, как впервые в жизни испугалась до смерти. Это было тогда, когда погибли родители.

Они ехали на машине в отпуск всей семьей – счастливые, дружные. Подпевали всем знакомым песням, играющим по радио. А потом какая-то машина внезапно вылетела на встречку из-под большегруза, перегородив им путь. Марта помнит цвет этой сумасшедшей машины. Красный. Помнит дикий взгляд женщины за рулем…

Отец резко дал по тормозам, съехал на обочину, но их занесло, и машина полетела с обрыва вниз по склону, заросшему высокими кустарниками. Марта помнит, как зеленые ветви скребли стекла с противным звуком. Этот звук до сих пор снится ей.

Несколько раз их машина перевернулась, а потом ударилась о землю. Последнее, что успела увидеть Марта – свои окровавленные руки. Она тогда подумала – как же теперь купаться в море? Соль будет жечь раны…

Очнулась она уже на больничной койке. Рядом стоял врач в небесно-голубом костюме и смешном чепчике, он что-то писал в своем планшете. Из-за спины врача виднелся строгий, дорогой костюм дяди Игоря.

“Что дядя Игорь делает в больнице?” – удивленно подумала Марта. До этого она видела папиного брата всего несколько раз, он вечно был занят. И тут Марте стало страшно. Она поняла, что случилось что-то очень плохое. Она даже спрашивать ничего не стала, и так все было понятно. Когда врач говорил с ней, она просто кивала, как будто была в курсе всего. Как будто знала и без него, что и отец, и мать погибли… Она только потом разрешила себе плакать, после разговора с врачом и дядей.

Тот липкий, противный страх – Марта хорошо помнит его. И теперь он тоже с ней, завладел целиком ее сознанием.

Страх и безысходность – это ее реальность.

Куда Зверь везет ее?

Лес становится все темнее и гуще…

Что он сделает с ней?

Убьет и закопает, чтобы никто никогда не нашел?

Будет пытать и издеваться?

Привяжет ее к дереву и будет наблюдать, как она медленно умирает?

Марта дрожит, молчит и даже не пытается что-либо предпринять для своего спасения. Она настоящая пленница. Кто в этом виноват? Дядя, который был слишком строг с ней? Сергей, который обманул и предал ее? Или все-таки она сама?

Ребенок шевелится, Марта кладет ладони на живот. Наверное, малышу тоже не спокойно. Она читала, что младенцам в утробе передается состояние матери. Бедный ее малыш! Он не виноват, что его мама попала в такую передрягу и испытывает постоянный страх!

***

Спустя несколько часов внедорожник останавливается посреди леса. Последние километры они едут даже не по дороге, а по натоптанной колее, которая тянется едва заметными полосами прямо по лесу. Мужчина глушит мотор и хлопает дверью.

– Выходи! – кричит он.

Марту сильно укачало, она кое-как выбирается с заднего сиденья и тут же падает на колени. Ее рвет на мох, смятый колесами внедорожника.

Поднявшись на ноги, Марта едва распрямляет ноги – мышцы затекли и первое время тело кажется ей чужим. Марта оглядывается – кругом лес. Высокие сосны и ели тянутся вершинами к темному небу, на котором рассыпались мелкие блестящие звезды.

Лес густой и безмолвный. На много десятков, а может, сотен километров никого нет. Звать на помощь бесполезно – никто не поможет ей. Бежать от Зверя тоже не имеет смысла. Куда бежать? Одна в густом лесу она погибнет, и смерть эта будет долгая и мучительная.

Марта не смотрит на Зверя. Ей кажется, что, взгляни она сейчас на него, он тут же кинется и разорвет ее на части. Она знает, что он тоже ее ненавидит. И тут, будто в подтверждение ее мыслей, мощная фигура нависает над ней, как скала.

Марта дрожит, чувствуя себя маленькой и жалкой. Он – волк, а она – испуганный заяц, он – паук, а она – мелкая букашка. Ей не справиться с ним! Мужчина делает шаг по направлению к ней, и она громко, пронзительно визжит.

– Прошу! Не убивай меня! Пощади! Я буду слушаться! Я буду делать все, что ты прикажешь! Только не убивай меня…

По щекам Марты катятся крупные прозрачные слезы, ее трясет, она слишком сильно устала и перенервничала.

Мужчина смотрит на нее из-под нависших бровей, потом берет за плечи и разворачивает на сто восемьдесят градусов.

– Иди в дом, там разберемся, – говорит он низким, хриплым голосом.

И только теперь Марта замечает низенький деревянный дом, который освещают все еще включенные фары внедорожника.

Подойдя ближе, она понимает, что это вовсе не дом, а старая избушка, сложенная из бревен, почерневших от времени. Откуда она взялась в лесных дебрях? Кто в ней жил? Подумать об этом Марте некогда – мужчина подталкивает ее вперед, распахивая перед ней деревянную дверь.

Они заходят внутрь друг за другом. Тут темно, холодно и пахнет пылью и затхлостью. Порывшись в шкафах, мужчина находит несколько свечей и зажигает одну. Маленькая кухонька наполняется желтым, дрожащим светом. Марта испуганно озирается вокруг.

Тут очень тесно, грязно, неуютно. Это место можно показывать в фильмах ужасов – думает она.

Что они будут тут делать?

Как будто услышав ее тревожные мысли, Зверь говорит:

– Мы будем тут жить.

Марта напряженно смотрит на него, боясь сказать в ответ то, что ему не понравится.

– Вижу, тебе здесь не очень-то нравится. В твоих же интересах навести тут уют. Ты же… женщина.

Последнее слово он произносит с особой, странной интонацией, и на Марту накатывает волна плохого предчувствия. Все-таки он видит в ней женщину? Ей снова становится страшно.

Андрей ходит по кухне взад и вперед, смахивает пыль с поверхностей, трясет покрывала.

– А если вдруг захочешь бежать – беги, – говорит он, остановившись рядом с Мартой.

Голос его звучит тихо и жутко. Он стоит так близко, что Марта чувствует его запах. От него пахнет горячим потом, дымом, табаком и какой-то сосновой смолой.

В этот момент из леса доносится протяжный волчий вой.

– Ах да, забыл сказать. Тут много волков, так что будь осторожна. Они только и поджидают какую-нибудь наивную красную шапочку, навроде тебя.

Марта смотрит в голубые глаза мужчины и видит в них озорные искорки. Уголки губ приподнимаются в улыбке.

Марта чувствует, как подгибаются ее колени. Снаружи – волки, внутри – этот мужик, которому непонятно что от нее надо! Куда же ей деваться от всего этого?

Она подходит к двери и неуверенно распахивает ее. Волчий вой повторяется. И теперь он звучит громче, как будто стая совсем рядом.

– Господи! – шепчет Марта и захлопывает дверь.

– Да, лучше помолись! Умные люди говорят, что молитва очищает разум. Тебе не мешает его хорошенько очистить.

Он бросает на нее очередной злой взгляд. Марта молчит. Она все еще думает, как он может ей навредить, если она останется с ним один на один в этой тесной избушке. Может, он привез ее сюда, что расправиться с ней, просто выжидает подходящий момент?

Она стоит и наблюдает, как Зверь растапливает печь. Когда огонь разгорается и кухню наполняют треск горящих поленьев и благодатное тепло, на Марту накатывает страшная усталость. Она больше не в силах стоять – ноги затекли, беременный живот стал тяжелым и потянул ее к низу.

Поэтому когда мужчина берет ее за руку и ведет в смежную крошечную комнатушку, в которой помещаются лишь кровать и стол, она не сопротивляется. Рука у него огромная и горячая, в ней тонкая кисть Марты кажется кукольной.

Зверь указывает рукой на кровать, накрытую старым выцветшим покрывалом и приказывает:

– Раздевайся!

Марта замирает от ужаса, но ей ничего не остается, как послушно выполнять его приказание. Растирая по щекам горячие слезы, она, отвернувшись от него, стягивает с себя толстовку, штаны и остается стоять у кровати в полупрозрачной майке и трусиках, ощущая на себе пристальный взгляд Зверя…

Глава 8

Обернувшись, Марта понимает, что ошиблась – мужчины в комнатушке нет, никто не смотрит на нее. Он, наверное, и не смотрел, сразу вышел в кухню.

Она облегченно вздыхает. Ей становится легче от того, что она не привлекает его в качестве сексуального объекта. Хотя какой из нее сексуальный объект? Одета вечно в огромный спортивный костюм, волосы зализаны в хвост на макушке, не накрашена ни капли, еще и с беременным животом. Таких женщин не хотят, они совершенно не привлекательны!

Марта ложится на кровать и накрывается покрывалом. И едва ее голова касается кисло пахнущей подушки, она проваливается в сон.

***

Марта сидит в своей комнатушке уже второй день. Она не ест, не говорит, не встает с кровати. Хорошо, что на подоконнике стоит бутылка с водой, иначе бы она уже умерла от обезвоживания.

Второй день она напряженно прислушивается к звукам, доносящимся с кухни. Зверь время от времени гремит посудой, копошится по шкафам, шуршит пакетами, после чего в комнатушку проникают аппетитные, теплые ароматы еды.

Мужчина не предлагает Марте поесть, а сама она не просит, хотя очень голодная. От голода у нее уже подкашиваются ноги и кружится голова.

Марта смотрит в окно, в него виден лес. Сквозь густые кроны деревьев к земле почти не пробивается свет. Здесь всегда туманный полумрак. Марта никогда не любила лес, тут полно опасностей и комаров. Теперь же она просто возненавидела его.

Время от времени в окне мелькает силуэт Зверя. Поначалу, увидев его, Марта отворачивается, но потом из любопытства начинает рассматривать его мощную фигуру: широкую спину, мощные руки, огромные плечи и голову, заросшую волосами сверху и бородой снизу.

– Какой же он страшный! Как леший! – говорит Марта сама себе.

***

Голод оказывается сильнее Марты. Вскоре он изводит ее так сильно, что она выходит на кухню. Не глядя на Зверя, она говорит:

– Я могу делать какую-нибудь работу взамен на еду. Можно?

Мужчина с аппетитом отхлебывает из чашки густую похлебку, пахнущую мясом и грибами. Марта решает, что он не услышал ее, потому что он даже не поднимает головы. Но потом он откусывает половину от толстого ломтя черного хлеба и отвечает ей с набитым ртом:

– Накладывай из горшка и садись за стол.

Она тут же подходит к печи, берет деревянный половник и неуверенно накладывает похлебку в чашку. Руки трясутся от голода, ноги подкашиваются, и она идет к столу очень медленно и осторожно. Опустившись на лавку, она начинает есть – сначала медленно, а потом торопливо и жадно, как будто боясь, что Зверь передумает и отберет у нее еду.

– Спасибо, – тихо благодарит его Марта, склонив голову над пустой тарелкой.

Что делать дальше – она не знает. Уйти обратно в комнатушку? А как же грязная посуда?

– С этого момента за еду, стирку и уборку отвечаешь ты, – произносит Зверь, – Просто так я тебя кормить не буду. Ты не королева, а я не слуга.

В завершение он стучит по столу мощным кулаком. Марта испуганно вздрагивает и торопливо кивает.

– Хорошо, – говорит она.

– Не знаю, умеешь ли ты хоть что-нибудь! Обычно такие избалованные капризули, живущие во дворцах, ни на что не способны!

Лицо Марты меняется, становится строгим.

– Я все умею: и стирать, и готовить, – обиженно говорит она, – Я не всегда жила в дядином особняке. Мои родители были обычными людьми и научили меня всему.

Взгляд ее становится дерзким, но он тут же опускает голову, боясь реакции Зверя. Но тот лишь ухмыляется под густой бородой, щурится хитро.

– Вот и славно, – говорит он.

Марта удивляется тому, что этот грозный верзила может говорить, как обычный человек. Но уже в следующую секунду он хмурит брови и рявкает на нее:

– А теперь пошла прочь!

Девушка от неожиданности подскакивает на лавке и, обхватив руками живот, уходит.

– Спасибо за ужин, – говорит она из своей комнатушки.

***

На следующее утро Марта поднимается на рассвете и на цыпочках пробирается на кухню. Зверь еще спит на лавке, его храп разносится по всей избушке. Стараясь не шуметь, Марта достает сковороду и сырые яйца.

К тому моменту, как Зверь открывает глаза, у Марты уже готов завтрак – яичница и кофе. Взгляд мужчины кажется ей удивленным, но он почти сразу же хмурит густые брови и садится за стол. Марта смущенно смотрит на его голый торс и мощные мускулы, обтянутые смуглой кожей.

– Чего уставилась? Говори уже, что хочешь сказать!– не глядя на Марту говорит он.

Какой же он грубый и неотесанный! Марта сжимает кулаки за спиной, закусывает губу от обиды. Но решает не придавать значения его тону.

– Может, начнем с начала? – спрашивает она, пытаясь придать своему голосу веселое звучание, – Познакомимся? Меня зовут Марта. А вас?

Он смотрит на нее, как на сумасшедшую.

– Давай-ка все проясним, – отвечает он, – Мне тут не до глупостей. А еще мне безразлично кто ты, и как тебя зовут!

Все ясно, он не собирается обращаться к ней по имени. Она для него – объект презрения, молодая беременная дурочка, от которой решил избавиться ее родной дядюшка.

– Что ж вы меня не убили? Это вполне можно было сделать в лесу! Меньше было бы проблем! – тихо бормочет она, не надеясь на его ответ.

Но он, отодвинув от себя пустую чашку, пристально и строго смотрит на нее.

– Я, по-твоему, похож на убийцу? – грозно спрашивает он.

Марта пожимает плечами.

– Просто чем мучить человека, уж лучше сразу его убить, – говорит она, – Еще не понятно, кто хуже – мучитель или убийца.

Он встает из-за стола, надевает футболку и старый свитер. Он такой большой, мощный, но движения его легкие и бесшумные.

– Хватит болтать! – говорит он, – Пойдем, я покажу тебе здесь все.

Он выходит из избушки, и Марта, взяв свою толстовку, следует за ним.

Лесной воздух окутывает их обоих свежестью и прохладой. Марта наблюдает за тем, как мужчина спускает ведра в колодец, а потом, гремя цепями, поднимает их оттуда до краев наполненный водой.

Марта оглядывается по сторонам.

“Ну и местечко! – думает она, – связи нет, электричества нет. Воду, и ту приходится брать из колодца. Как здесь жить?”

Потом ее лицо неожиданно проясняется: “Ну хоть убивать меня он пока не собирается! Хотя… Кто его знает? Может, он ненормальный и вскоре изменит свое решение?” Но то, что он до сих пор ее не тронул, уже расположило ее.

***

Через несколько дней Зверь смотрит на Марту и говорит:

– Пришло время тебе увидеть одно место. Иди за мной.

Почему-то Марту пугают его слова. Она идет за Зверем с тяжелым предчувствием и отчаянно стучащим в груди сердцем…

Глава 9

Они идут по лесной тропе минут десять. Зверь молчит, и Марте ничего не остается, как просто идти за ним, то и дело уворачиваясь от колючих еловых ветвей, которые так и норовят хлестнуть ее по лицу. Мужчина не оборачивается, видимо, он уверен, что Марта больше никуда от него не сбежит.

Она и вправду не собирается бежать – наоборот, старается не отставать слишком сильно, держать его в поле зрения, чтобы, не дай Бог, не заблудиться, в этом дремучем лесу, кишащем волками.

Вот только куда же он ее ведет?

Спустя какое-то время, деревья расступаются, и Марта открывает рот от удивления. Ни в одном городском парке она не видела такой первозданной, нетронутой красоты! Марта смотрит на лесное озеро, заросшее по краям густым рогозом, и не может сдержать восторженного возгласа.

Озеро небольшое, оно раскинуло свои воды среди леса темной, зеркальной гладью. По его поверхности гуляют солнечные блики, в прибрежных зарослях громко квакают лягушки, цветные стрекозы летают совсем низко над водой, а повыше в воздухе темным облаком вьется мошкара.

– Как здесь красиво! – с восторгом произносит Марта.

Она думала о плохом, а он привел ее в такое чудесное место! У нее в душе теплится благодарность, но она ничего не произносит, просто стоит, прижав руки к груди, и любуется чудесным видом.

Зверь вдруг снимает свитер, футболку, скидывает кроссовки и стягивает с накачанных ног спортивные штаны. Марте становится не по себе. Может рано она обрадовалась? Девушка начинает тревожно озираться по сторонам. Когда он переводит взгляд на нее, она уже готовится рвануть с места – неважно куда, лишь бы подальше от него! Но он поворачивает к ней голову и говорит:

– Запомнила дорогу? Здесь можно помыться. И постирать. Подожди здесь, я быстро!

Он поднимается с земли и бежит к воде в одних обтягивающих боксерах. Его бедра и ноги стройные и накаченные. Он с разбега прыгает в воду, и от него во все стороны летят сверкающие брызги.

Марта следит за ним внимательным взглядом, чувствуя, как щеки ее заливает краска. Она отворачивается и смотрит в другую сторону, но наслаждаться прекрасным видом уже не получается. Она слишком смущена. Ей тоже хочется в воду, она давно не мылась, волосы уже слиплись, а тело неприятно зудит. Но она стесняется раздеваться при нем. Еще чего! Лучше она придет сюда позже и хорошенько вымоется в одиночестве.

Через несколько минут Зверь выходит на берег и протягивает ей пучок какой-то болотной травы.

– Таволга, – поясняет он, – можно заварить ее кипятком, получится ароматный чай.

По его лицу стекают капли воды, волосы и борода намокли, от этого лицо его очерчивается, становится выразительным. Марта замечает квадратные скулы и волевой подбородок. Он вовсе не урод, как сперва ей показалось. Просто эта ужасная борода ему ничуть не идет. Может, этот грозный с виду мужчина даже не хочет ей зла? Просто одичал в этом лесу без людей, вот и общается через силу.

Пока он, фыркая от воды, пытается натянуть на мокрое тело одежду, она смотрит на него и думает, какой же он странный, нелюдимый дикарь. Ей интересно, почему он такой?

Назад к дому они вновь идут молча – он впереди, она следом. Марта вдруг запинается за корявый корень дерева, торчащий из земли, и неловко падает. Мужчина оборачивается, и взгляд его становится встревоженным. Преодолев расстояние, разделяющее их с Мартой, он склоняется к ней и касается рукой ее живота.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.