Ирина Кругликова
Тайны Кастоль 2

Глава 1. Начало всякого продолжения

– Мадам Земга! – шустрый мальчик-посыльный вбегал в любимое ищейками кафе. – Вы слышали утренние новости? «Ежедневный столичный вестник» напечатал сенсацию! Лорд Зархдаан, глава СОМРиК, объявил о своей помолвке отделу, и эта новость разнеслась подобно песчаному вихрю!

– Его милость женится? – мадам Земга во все глаза уставилась на мальчишку. – Не может быть!

– Колонка новостей несравненной Шушу Землеройки! – бойкий посыльный сиял. – Мадам журналист, как всегда, на высоте! Самые шокирующие новости!

– Ну, если Шушу напечатала, то значит это должно быть правдой, – кивнула хозяйка кафе. – А кто невеста? Что там написано про невесту было?

– Сейчас, мадам, – мальчик выуживал из кармана свернутую газету, – я еще не успел все прочитать.

– Наверное, это та самая коллега его милости, с которой он однажды приходил ко мне поужинать. Та красавица-блондинка с фиолетовыми глазами. Ликая, да-да, я вспомнила ее имя! Ах, что за чудо-девушка! И умная, и образованная, и самостоятельная! Такая бы точно составила его милости прекрасную партию.

– Нет, мадам! – мальчик-посыльный был взбудоражен. – Мадам Шушу пишет, что девушка из Листорны! Из той самой дальней претории, которая вроде с помидорами и тыквами.

– Из Листорны? – брови мадам поползли наверх.

– Из Листорны! Если только ваша Ликая оттуда, но сама мадам Шушу имени не указала. Все ждут от нее теперь интервью и говорят, что она направилась в Листорну лично, чтобы найти избранницу Зархдаан.

Мадам Земга поджала губы и сокрушенно покачала головой, услышав про избранницу его милости.

– Ох, нет, нет, Мики, дорогой мой, – поохала хозяйка кафе. – Я знаю, что избранница его милости погибла от магических ран в тумане месяц назад. По слухам, гулявшим по столице, отдел контроля ловил сбежавшего из тюремной крепости опаснейшего преступника всей Оокры. Повариха моей подруги сказала, что ужасный убийца захватил избранницу его милости в заложницы, нанес ей смертельные магические раны и насильно затащил в туман. Говорят, так он отомстил ищейкам за свой арест.

– Не может быыыыть! – мальчик прикрыл рот. – Избранную зверя Зархдаан? Как он моооог… этот род, итак, почти исчез!

– Вот так, так. Поэтому то его и прозвали самым опасным преступником нашего мира! Никого супостат такой не пожалел! Стольких поубивал, да еще и на избранницу его милости покусился… – женщина печально вздохнула. – Хорошо, что этот страшный маг и сам сгинул в том тумане. Только вот его милость, говорят, весь седой вернулся в отдел… да вот… и ко мне ни разу еще не приходил.

– Но как же тогда свадьба? – удивился Мики.

– Ну, раз объявил о помолвке, значит зверь то его… угомонился наверное или погиб в крови то, или клеймо древнего волка ослабло, может… А может и хорошо это все… милорд достоин счастья. Прекрасный мужчина! – мечтательно закатила глаза вдова.

– Во делааа, конечно, – впечатлительный мальчик поднял брови. – Эх, ладно, мадам, я вот к вам тут чего бежал то! Послание вам личное велели передать.

– Что это? – мадам вертела в руках красивый розовый конверт с эмблемой столичного дизайнерского дома. – Пахнет то, как вкусно! Они там что? Даже конверты с приятным запахом делают! Ох, уж эти маги искусств!

– А что там пишут то, мадам Земга? Читайте скорее, читайте, вдруг что про ваше кафе там! – мальчик-посыльный суетился около своей хозяйки.

– Ох, Единый! Поверить не могу! По указу верховного мое кафе подлежит тщательной проверке! Скоро к нам прибудет специалист из дизайнерского дома!

– Зачем? Зачем, мадам? Читайте же дальше! – мальчик уже подпрыгивал, чтобы самому заглянуть в послание.

– Пишут, что дизайнерский дом ищет подходящее помещение для проведения свадебного пиршества его милости! Ох, Единый! По указу верховного рувима!!!

– Владыка и правда покровительствует лорду, да, мадам? Лично печется о его свадьбе! – мальчик засиял и воодушевился. – Мадам! Нужно, чтобы ваше кафе стало самым подходящим местом для этого! Да, же?

– Да, Мики, конечно! Давай, беги, да беги скорее к Или Такоэ! Пусть пошлет ко мне его бытовичку Лилианну с девушками. Будем готовиться к прибытию специалиста из дизайнерского дома! Ты же самый быстрый был? Я же первая узнала об этом? – мадам прищурилась.

– Первый, мадам Земга, я сразу к вам и побежал, когда мне послание то отдали! – посыльный выпятил грудь вперед.

– Тогда быстрее! Пока Лилианну не увели конкуренты!

Мальчик моментально испарился в поисках Или Такоэ, а мадам Земга умчалась на кухню, чтобы поскорее известить обо всем своих служащих. Хозяйка любимого всеми ищейками кафе хотела непременно понравиться творческим магам и не только из уважения к дознавателям, но и для собственной репутации. Принять у себя свадебное торжество главы СОМРиК было очень выгодно для ее кафе.

В то время как столичные рестораны и кафе бились за право принять у себя самого владыку среди приглашенных на свадьбу лорда, в стенах магической академии шли не менее важные бои за право быть принятыми на практику в отдел этого же лорда. Рэйнольд рано утром прибыл в столицу из Листорны для того, чтобы нанести визит в академию и отобрать для СОМРиК пару-тройку особо талантливых выпускников.

– Советую вам, лорд-глава, обратить внимание на Милису Фога, – говорил ректор академии. – Девушка хоть и с факультета магических искусств, но вполне талантливый маг. У нее быстрые реакции и неплохо развитые навыки дара маскировки. Однажды я сам с трудом обнаружил ее, когда она накинула на себя иллюзию профессора Диксон. Думаю, такая пригодится вам в отделе.

– Благодарю за совет, лорд-ректор, но я предпочитаю сам принимать решение исходя из экзамена на практику в мой отдел, – Рэйнольд чеканил словно золотые монеты каждое свое слово.

– Конечно, лорд-глава, ваше право, – кивнул глава академии.

– Рад, что мы пришли к очередному взаимопониманию, лорд-ректор, – кивнул глава отдела.

– Как и в прошлый год, лорд-глава.

Оба мужчины, сидящих рядом на первой скамье арены магических испытаний, были давними соперниками. Они и сами уже не могли точно вспомнить причин этого непонятного противостояния и неуступчивости, но привычка въелась в них, словно вторая натура и не желала ни в какую покидать бывших однокурсников с факультета права и закона.

Седой лорд Зархдаан с аккуратно заплетенными длинными косами и гладко выбритым лицом сегодня был похож на благородную противоположность встрепанного черноволосого лорда Архан'Эр. Создавалось впечатление будто глава СОМРиК в последнее время не вылазил из салонов красоты мадам Вивиан, а глава академии, напротив, – скитался беспризорником по улицам и оброс густой, торчащей во все стороны, бородой и усами. К концу учебного года дотошный и несгибаемый ректор по обычаю превращался в злобную фурию, которая носилась по коридорам и корпусам и лично могла устроить разборки по поводу и без. Единственным профессором на сегодняшний день, кого студенты действительно уважали и побаивались был именно сам Элион – глава академии.

День ректора не задался с самого утра, вдобавок именно на сегодня был запланирован ежегодный экзамен для желающих пройти выпускную практику в СОМРиК. Лорд Архан'Эр предстал перед главным ищейкой темной, встрепанной и мрачной тучей. И хотя глава отдела, итак, был гостем академии лишь один день в году, но ректор сегодня не мог никак проявить даже малое подобие приветливости, – он был на взводе с раннего утра.

День отборочного экзамена оба мужчины старательно запоминали в деталях. Из-за этих самых деталей, порой просто придуманных для подпитывания давнего соперничества, мужчины никак не могли прийти к настоящему взаимопониманию.

– У меня есть подопечная, – продолжил пикировку Рэйнольд, – Вилерия Кастоль. Советую вам, лорд-ректор, обратить внимание на нее. Это очень талантливая девушка из Листорны. У нее быстрые реакции и неплохо развитые навыки дара исчезновения. Однажды я сам с трудом обнаружил ее, когда она накинула на себя невидимость. Я тогда был на важном задании.

– Благодарю за совет, лорд-глава, но я предпочитаю сам принимать решение исходя из экзамена на поступление в мою академию, – ректор чеканил каждое свое слово словно золотые монеты.

– Конечно, лорд-ректор, ваше право, – кивнул его бывший сокурсник.

– Рад, что мы пришли к очередному взаимопониманию, лорд-глава, – кивнул лохматый мужчина.

– Как и в прошлый год, лорд-ректор.

Экзамен на выпускную практику длился около семи часов. Желающими пройти испытание были не только старшие курсы, но и помладше. Даже первокурсников допускали к попытке, которую они в ста процентах случаев проваливали, но все же ректор не ставил никаких ограничений для их допуска на арену.

– Благодарю за важный для моей академии визит, лорд-глава.

Ректор провожал гостя обратно до ворот академии, после окончания испытаний. Время, проведенное Элионом на трибунах арены, немного привело его в чувство, и он смог расслабиться и успокоиться.

– Этот визит важен и для моего отдела, благодарю взаимно, – кивнул ухоженный с ног до головы Рэйнольд.

– Мои студенты очень активизируются именно к концу учебного цикла. Меня это радует. Вы уже определились с избранниками?

На последнем слове ректор осекся и украдкой взглянул на седые длинные волосы Рэйнольда. На мгновение в глазах Элиона промелькнула искренняя печаль и сочувствие к мужчине, пережившему утрату избранной.

– Кхм, – кашлянул лорд Архан'Эр и перефразировал свой вопрос, – когда мне послать к вам за именами тех, кто пойдет к вам на практику?

– Я сам завтра отошлю к вам посыльного, – Рэйнольд протянул Элиону руку.

– Рэй… – ректор ответил на рукопожатие и впервые решил нарушить давнюю традицию прощания с главой СОМРиК. – Сочувствую твоей утрате… пусть Единый утешит тебя в скором времени… если это возможно, конечно…

Лорд Архан'Эр опустил взгляд и также хотел опустить и руку, но внезапно почувствовал, как важный гость усилил свой захват и еще крепче сжал ладонь сокурсника.

– Элион, ты совсем в своей академии оброс заботами и не интересуешься слухами? – счастливо улыбался седой Рэйнольд, шокируя своей улыбкой встрепанного ректора. – Заберу я твою талантливую Милису с факультета магических искусств и того парня с факультета артефакторов тоже заберу. Как там его…

– Кенаэ? – ректор даже не замечал, что они с бывшим однокурсником все еще держатся за руки.

– Да, его, – Рэйнольд прекратил прощальное рукопожатие, – Кстати, что за приспособления он использовал?

– Ээээ… он их сам делает, – ректор немного растерялся от непривычного для него окончания визита ежегодного гостя. – Парень талантлив, но живет только лишь своими винтиками, да механизмами.

– Нам в отделе такие и нужны! – Рэйнольд крепко хлопнул главу академии по плечу и улыбаясь пошел на выход.

– Рэйнольд! – окликнул его Элион и замер, не зная, что сказать. – Я…

– Скажешь в следующий раз, – мужчина сиял звездами в глазах. – Я приду на вступительные экзамены со своей подопечной, Вилерией Кастоль, и моей невестой, Иринеей рода Сирин'Эр-Кастоль.

– Сирин'Эр? Твоя невеста – менталист?

Элион раскрыл от удивления рот, представляя рядом с красавцем ищейкой страшную, лысую девушку с белыми глазами. Счастливый лорд Зархдаан ничего не ответил ошарашенному ректору и весело помахав на прощание рукой бывшему сокурснику, покинул стены академии.

Лорд Элион сердце рода Архан'Эр еще долго смотрел Рэйнольду вслед и четко ощущал неумолимо приближающийся непростой для него учебный цикл. По совсем не загадочному лицу жениха менталистки, ректор мог смело предположить, что счастливую и гладко выбритую благородную физиономию главы СОМРиК он будет теперь наблюдать чаще чем один раз в полный учебный цикл. Как при таких частых будущих встречах находить силы для соперничества и словесных пикировок, взъерошенный мужчина не знал.

Элион внезапно сильно занервничал от того, что такие прекрасные ежегодные традиции противостояния двух лордов порушила какая-то там страшная девица-менталистка с фамилией двух родов и еще одна девица из Листорны. Элион знал о дальней и тихой претории не понаслышке. Его предок – Архан, тот самый древний святой, который увел свой народ в пещеры, оставил много личных дневников, которые в роду ректора изучали от мала до велика. Дневники предка по мнению Элиона были странными, он описывал какие-то дичайшие вещи в виде уровней магов, доходящих до нескольких десятков. Ректор слабо верил в эти сказки про сверх способности древних основателей родов, которые, если верить предку, могли раскалывать континент на части, если бы захотели.

Лохматый Элион отвлекся от мыслей о первых святых магах, обладающих невероятной силой, и пнул с непонятной досады мелкий камень на тропинке. Мужчина, будучи сам предельного седьмого уровня знал, что переход на следующий уровень магического развития требовал от каждого мага просто невероятной решимости заглянуть в собственные страхи и пройти сквозь грань, выйдя обновленным. Элион не любил это состояние и всячески избегал ситуаций, которые вынуждали его делать внутренний выбор. Погрузившись в заботы академии, он не находил ни времени, ни сил на собственное развитие и довольствовался уже долгое время просто семеркой магического резерва. Для работы со студентами этого ему вполне хватало. Самой главной проблемой, интересующей ректора, была проблема под названием «нехватка кадров».

Лорд Архан'Эр возглавлял столичную магическую академию уже двенадцать лет. С чего вдруг верховный решил назначить на столь непростую должность совсем юного и только что окончившего обучение Элиона, никто не знал. Лично подписанный указ о назначении в академию нового ректора принес сам советник верховного, Брут золотой лис Нафар. С этим указом пришлось смириться всем профессорам, а вот с решениями самого Элиона не хотели смиряться не то, что многие, а практически все.

Юный и неопытный ректор, на которого неожиданно свалился груз огромной ответственности, в те годы воевал даже с комендантом женского общежития. Пожилая мадам Ля Сье отказывалась пускать на этажи вчерашнего студента, пусть даже и для ректорской проверки. Комендант однажды не только закрыла перед ним вход своим объемным телом, но и назвала молодого ректора красавцем-совратителем, жаждущим получить ключ от сада невинных сердец, чтобы напитать свое мужское самолюбие. Элиону казалось странным то, что комендант забыла, что в женском общежитии начались проблемы с охранным контуром. Он шел его восстанавливать лично сам, потому что старые профессора наотрез отказались идти это делать.

В первые два года ректорства Элион бился буквально на каждом шагу не только за подчинение своим приказам, но и за то, чтобы советник прекратил лично приносить письма с указами от верховного о назначении новых учителей в академию, а также о внедрении новых современных программ обучения. Уже в течении трех последующих за этим лет штат основных старых профессоров, мастеров и сотрудников сменился полностью. Элион был главой академии, но принимать решения ему совершенно не дозволяли, причем прямиком из самого дворца владыки континента.

Молодой лорд Архан'Эр был порой в ужасе от вновь прибывших неизвестно откуда профессоров и их методов преподавания. Юный Элион даже лично записывался на прием к верховному, но если и уходил от того с надеждой, то в дальнейшем начинал понимать, что про него просто забывали, как забывали и все его просьбы оставить учебный процесс в покое и не расшатывать многовековые устои и традиции академии. В конце концов юный ректор оставил свои отчаянные попытки достучаться до владыки. Единственное, что смог в такой ситуации сделать неопытный Элион – это взвалить на себя неофициальную педагогическую нагрузку, лично назначать дополнительные занятия, вести добровольные факультативы в обход новой программы обучения и самому разбираться во всех делах академии.

За последние двенадцать лет Элион превратился из мягкого, доброго и аккуратного юноши с факультета права и закона в язвительного мужчину склонного к жестким и порой весьма неприятным для многих решениям. Набранные по указу верховного сотрудники порой вообще не имели представления о том, что от них требуется. Они часто бунтовали против строгих традиций и правил академии, могли даже саботировать распоряжения юного ректора, что непременно отражалось на студентах.

Видя, как безответственно порой относятся к своим обязанностям преподаватели, сами обучающиеся расслаблялись без сожаления. Приходили они в себя лишь ненадолго перед ежегодным посещением академии важного гостя из СОМРиК. Конечно же Элион видел, что есть особая молодежь, которую не могли испортить даже такие условия обучения, какие целенаправленно создавались для нее прямиком из дворца верховного. Студенты вроде Милисы и парня-артефактора Кенаэ, победившего в испытании главы ищеек, были отрадой для Элиона. Эти талантливые и целеустремленные юноши и девушки были главным мотиватором для ректора.

Лорд Зархдаан посчитал бывшего однокурсника недостойным и начал противиться ему при встрече именно от того, что Элиону так рано удалось получить столь почетную и высокооплачиваемую должность. Рэйнольд считал, что этого можно было добиться лишь нечестным и подозрительным способом, хотя и сам стал самым молодым главой ищеек за всю историю. Элион же в свою очередь не спешил никого переубеждать только лишь по одной причине – ему просто было не до таких мелочей. Чужое мнение его вообще перестало интересовать после того, как он погрузился в дела академии.

– Ох, ваша милость, скорее, поспешите! Только вы один можете помочь!

Мадам-комендант женского общежития со всех ног бежала к ректору. У них с Элионом уже давно сложился великолепный и прочный рабочий тандем. Вот и сейчас, столкнувшись с проблемой, женщина первым делом бросилась на поиски главы, который точно не оставил бы ее без помощи.

– Что стряслось, мадам? Куда идти? – Элион среагировал мгновенно.

– На этот раз к нам! – женщина запыхалась. – Пятый этаж! Профессор Диксон уже в который раз назвал Юнию безмозглой тупицей и презренной сиротой, не заслуживающей магии! На этот раз он просто проходил мимо девочки после экзамена на практику в СОМРиК, когда она возвращалась обратно в общежитие! Юния на грани, ваша милость! Вы сможете ее успокоить, я знаю! Вы ведь знаете, что эти зазнайки, дочери некоторых… благородных… также начали повторять за профессором Диксон эти ужасные вещи! Ох, ваша милость! Что же творится с академией? Как же так? Я шестой десяток лет работаю, а такого бардака, как в последние годы ни разу не вспомню! Благословение Единого нам всем, что у академии еще остался такой великий ректор, как вы!!!

Элион ускорил шаг и, влетая на пятый этаж со скоростью молнии, лишь немного не успел к девушке-первокурснице, которая только что отказалась от магии навсегда.

– Юния… зачем же ты… – лорд-ректор с дикой болью в сердце присел рядом с бледной девушкой, – магия то тут причем? Ты ведь была необыкновенно одарена! Ты же целитель… Зачем?

– Простите, ваша милость, – девушка заплакала, – я просто устала… мне достался такой дар, а я даже не знаю от кого… наверное, все правы на мой счет…

– Ох, милая, ну кто все? – мадам-комендант обняла девушку. – Не надо было слушать никого… тебе просто завидовали все эти… не очень уж и благородные!

Элион уже не обратил внимания на то, как утешала мадам Ля Сье потерявшую магию девушку. Он применил свой тихий дар сердца на студентку и вышел из женского общежития. Уже стоя перед корпусом профессоров, мужчина с горечью думал о том, что сегодня континент потерял талантливого мага, показавшего при поступлении десятый уровень силы.

– Десять из десяти… – прошептал Элион, глядя на льющийся сверху тихий свет царицы ночи. – Была ли вообще Юния сиротой? Десятый резерв у брошенного кем-то ребенка… изначальный предельный уровень с рождения… мощный целительский дар… доброе сердце… О, Единый! Неужели ты оставил мою обитель?

Элион почувствовал отчаяние в своем сердце, ожесточение и страх, что академия не только близка к своему краху, но и скорее всего уже перешла эту грань. Как бы он не бился со всем, что свалилось на его голову, но в такой важный момент в который раз просто не успел помочь. Мужчина нахмурился и пообещал в своем сердце сделать все возможное, чтобы профессор Диксон недолго еще проработал сотрудником академии. Уволить его Элион не мог – давний приказ верховного лишил ректора права принимать такие решения.

– Значит я сам сделаю все возможное, чтобы профессор ушел отсюда по собственному желанию!

Злость, отчаяние, бессилие, одиночество и горечь потери навалились на мужчину, сминая все на своем пути. Эмоции боли и обреченности оформили предел его магического развития. Элион почувствовал внутри себя напитавшуюся его негативными эмоциями грань магии. Темно-синие глаза доброго юноши с факультета права и закона налились жаждой мести за юную студентку, которая стала бы со временем звездой среди целителей континента.

Магия звала мужчину попробовать горечь безнадежности, непоправимости, беспомощности и собственной невозможности повлиять на что бы то ни было в академии. Грань развития звала мага признать собственное бессилие. За все двенадцать лет своего ректорства Элион еще ни разу не чувствовал в своем сердце такого болезненного желания мстить. Мстить тем, кто плел интриги в его академии, втихаря издевался над бедными и менее благородными, кто подкупал профессоров и сколачивал себе группы, чтобы выделиться не заслугами, а грубой силой и давлением на тех, кто слабее.

Мужчина не пошел на зов магии. Он был не готов принять тяжесть полного проигрыша себя в качестве главы академии. Хотя сердце рода Архан'Эр и понимал, что все это лишь иллюзия магии и очередная ступень его развития, но после того, как он увидел опустошенную Юнию, боль в сердце почти полностью сокрушила его. Почему-то Элион с огромным раздражением и подозрением вспомнил о подопечной Рэйнольда Зархдаан. Мужчине почему-то почудилось, что девушка из Листорны была из числа тех наглых богатых студенток, которые увивались за красавцем-ректором все эти годы и не гнушались никаких методов ради достижения своих целей.

Самому Элиону было не до романтики и все его отношения с ищущими собственной выгоды студентками заканчивались перенесением упавших поблизости от него в обморок прелестниц на ближайшую скамейку или подоконник. Поначалу юный ректор еще верил в эти обмороки, беспомощные ситуации и девичьи слезы, но со временем научился так прожигать взглядом, что студентки моментально приходили в себя, сами решали свои проблемы, лечили вывихи лодыжек за секунду и смахивали несуществующие слезинки внезапно появившимся из ниоткуда собственным платком.

– Вилерия Кастоль, значит, да? – предел магии гремел жаждой выместить на ком-то всю накопленную ректором обиду. – Ну, что же… я лично проверю, за какие-такие заслуги ты попала прямиком из примитивной и отсталой Листорны в личные ученицы главы СОМРиК!!!

Глава 2. В усадьбе

После испытания юных магов на практику в отдел, Рэйнольд через час с небольшим покинул столицу. Теперь он был постоянным клиентом почтовика Листорны, так как при каждом удобном случае заказывал переход и появлялся в воротах усадьбы Кастоль, проводя там все свое свободное от работы время. После громкого дела о заговоре во дворце и ужасном преступнике, сгинувшем в тумане, все нарушители порядка на континенте будто поутихли и присмирели. Каждый в отделе заметил, как резко снизился уровень преступности и для расследований ищейкам, казалось бы, остались лишь мелкие разборки в злачных местах, где обитали пьяницы и картежники, а также незначительные кражи, за счет которых жили, не обременяя себя честным трудом, отчаянные любители быстрой наживы.

Рэйнольд вышел из почтового портала, когда три светила заканчивали свою рабочую смену и готовились передать управление освещением континента прекрасной ночной царице. Лорд крепко пожал руку почтовику, с улыбкой забрал у него письмо для Вилерии и быстрым шагом направился в усадьбу, предвкушая встречу с избранной.

Усадьба встретила его приятными запахами вкусного ужина и оживленными беседами его обитателей, потягивающих неспеша вкусный папин отвар за большим столом. Рэйнольд зашел на кухню и отметил цепким взглядом боевика в розовом переднике. Коротко и быстро поприветствовав всех остальных, он сразу же направился к Иринее, крепко прижав девушку к своей груди и шумно вдыхая родной для себя запах.

– Рэээй! – засмеялась девушка. – Полегче, я еле успела чайник поставить, а он ведь горячий. Вдруг бы пролила на тебя.

– Я соскучился, – прошептал мужчина и потянулся к избранной.

– Мы же не одни! – слегка возмутилась девушка, отодвигаясь от жениха. – И тут несовершеннолетние! Цайэр и Цаэйя смотрят.

Рэйнольд поцеловал Иринею в щеки, в лоб, в макушку и обернулся к молчавшим присутствующим.

– Я не помешал? Может смутил кого? – задал мужчина провокационный вопрос и выразительно приподнял черную бровь, заставляя некоторых присутствующих смутиться еще больше.

– Нет, наставник, – улыбалась Вилерия подняв взгляд. – Просто вы всегда такой неожиданный.

– Это его милость то неожиданный? – Арма которую неделю гостила в усадьбе и не желала ее покидать. – Что может быть в этом мире более ожидаемо, нежели внезапные появления лорда Зархдаан в этом доме.

– Ваша милость! – близнецы Наолли встали и почтительно поклонились лорду, признавая старших, как их учили.

– Цайэр, Цаэйя, – кивнул лорд, – неужели ваш отец отменил запрет на посещение усадьбы?

– Нет, не отменил, – сверкала черными глазами Цаэйя. – Он просто не знает.

– Лерас нас если что прикроет, – голос Цайэра начинал ломаться, парень уже перегнал в росте свою сестру.

Пятнадцатилетние наследники эмита Наолли, младшие брат и сестра Лераса стали постоянными гостями в усадьбе. Красавцы-близнецы, серьезные, воспитанные и сильные магически образовали связь с Источником в зале наследия Наолли не так давно, но это уже повлияло на их мироощущение. Никто в этом доме не дал бы им пятнадцати. Они постоянно ходили хвостиком за Кьёром и были очень похожи на него внешне, будто именно он, а не рыжий Лерас был их старшим братом. Жгучие брюнеты, они отличались лишь цветом глаз от молчаливого сына пустынной ведьмы. Кьёр мог днями напролет находиться в их компании. Близнецов уже много раз отчитывал эмит Эфиор Наолли, но они упорно сбегали в усадьбу Кастоль и искали общества Кьёра, не боясь никаких наказаний от жестокого отца.

– Рэй, как вступительные? – Катр мощно вымешивал тесто рядом с Армой, на его милом розовом переднике виднелись белые пятна муки. – Есть кто на практику?

– С каждым годом все хуже, – нахмурился Рэйнольд. – Но еще можно найти истинные таланты, хотя их придется доучить в плане общих знаний и поднатаскать в плане боя.

– Факультет искусств? Артефактор с третьего курса? Ты серьёзно, что ли, шеф? – скривился от досады Варх. – И да, я не появлялся сегодня на работе, не начинай. У меня теперь свой личный войсис и почтовик всегда к моим услугам, если вдруг что. Хотя, как-то все затихло в последнее время, не находишь? У нашего единственного оставшегося интуита постоянное чувство надвигающейся опасности и его паника меня удручает.

– Давай не о работе, – лорд хотел перевести тему.

– А можно о работе, мастер? Пожалуйста! – Вилерия сложила ладошки в просительном жесте. – Расскажите про академию и что там вообще слышно?

– Нечего особо рассказывать, – Рэйнольд оставил невесту и сел на стул рядом с Вархом. – Столица живет своей жизнью. Практикантов я подобрал. Ректор вредничает, как и всегда.

– А ты нет? – взмахнул белыми ресничками менталист.

– А я нет! – строго посмотрел на Варха его начальник. – Где ты увидел вредность во мне?

– Ваша милость, – прозвенел голос Армы, – а про Пустыню все еще ничего не известно? Отец написал, что верховный отправил к ним гонца для назначения даты переговоров, но тот до сих пор не вернулся.

– Мастер, – робко взглянула на лорда Вилерия, – сейчас из-за пустынных все притихли? Да?

– Не знаю, Вилерия, я же просто ищейка, это к верховному с этим вопросом нужно, – покачал седой головой Рэйнольд.

– Но ты же сегодня у него был с утра, – Катр отряхивал руки от муки.

– Так владыка ему все и рассказал, – хмыкнул Варх. – Зачем шеф ходит во дворец? Сам рассказывает, а не затем, чтобы ему рассказывали.

– В любом случае я слышал от стражей, что все по-прежнему, – лорд Зархдаан не хотел споров, – на границе стычек больше не было. И хотя у нас работы и впрямь поуменьшилось, но не будем это связывать с пустынными, вдруг все же просто наша репутация, как ищеек скакнула после последних двух дел. Мне так вот это на руку сейчас.

Лорд нежно притянул подошедшую с чаем Иринею к себе и усадил девушку на колени. Варх стал раскачиваться на стуле, Катр отложил большой комок теста, чтобы оно отдохнуло, Вилерия смотрела, как в ее стакане плавают мелкие частицы листьев из заварки.

– Я вот никогда не понимала, к чему такие сложности с хранением наследия эмитов? – Арма постоянно поднимала тему Источников в усадьбе причем без всякого стеснения и запретов. – Все наши знают, что порой Источники веками стоят без тех, кто может принять их магию и тех, кого может принять сам Источник. Мне всегда отдавалось болью печаль нашего Источника от того, что Он вынужденно скрыт в зале наследия нашего особняка. И я ничего не могу сделать, ведь верховный быстро найдет на меня управу, если я как эмита открою зал наследия для посетителей.

– Согласна с пустынными? Одобряешь революцию? – Варх качался на стуле, сложив руки на мощной груди и сверкал глазами. – Нигде не скажи хоть об этом, иначе тебя не поймут все ваши.

Близнецы внимательно слушали наследницу Зимних, сидя по обе стороны от Кьёра. Они всегда соглашались с Армой, им нравилась идея открытия Источников для всего населения континента.

– Я нахожусь среди бунтарей, – проворчал Варх, считывая мысли присутствующих.

– Я не бунтарь! – возмутилась Арма и Катр стал недобро поглядывать на менталиста.

– Тебе меня не одолеть, не мечтай, – прикрыл глаза Сирин'Эр. – А ваши мысли, почтенная наследница, приведут континент к такой неразберихе и смертельным стычкам между властью и народом, что угроза пустынных покажется всем нам просто детской шалостью в песочнице.

– Ну, можно же постепенно это делать, – Арма искала безопасное решение, – как-нибудь незаметно и безболезненно для эмитов. Допустим раз в год лишая власти одного из тех, у кого Источник стоит без связи с магом долгое время, а туман поглощает медленно территории вокруг.

– Это верховному решать, а не тебе, – менталист был строг с наследницей и часто спорил с ней в усадьбе.

– Я согласен с Армой, – подал голос серьезный Цайэр.

– Она права, – добавила серьезная Цаэйя. – Туман в Листорне начал отступать и отступает до сих пор.

– Наша связь с Цветком наследия крепнет день ото дня, особенно после долгих визитов в усадьбу, – Цайэр нежно взглянул на Кьёра. – Цветок уже несколько раз нам пел.

– А туман отступает день ото дня, увеличивая территорию Листорны, – добавила Цаэйя.

– Но все равно это не быстрый процесс, – Варх перестал раскачиваться.

– Зато постоянный, – ответил ему неземным голосом Кьёр.

– Но опасный! – настаивал менталист. – И повторяю, это не вам решать, милые детки! Вскрывать многовековые тайны сокрытия эмитами Источников магии, разгоняющих туман… Опасно! Вы не знаете, что такое недовольство толпы властью!

– Что может быть опаснее фиолетового тумана для континента и для этой самой толпы? – сын бывшего советника всегда заканчивал всяческие споры в усадьбе просто одним своим вмешательством в разговоры. – Власть… богатые и знаменитые… Им просто нужно отойти в сторону и открыть Источники. Туман уйдет со временем. Их могут простить и понять, как маги, так и неодаренные.

– Простят и поймут? – Варх чуть не свалился со стула. – Ты сейчас точно понял, что сказал?

– От них ведь все и зависит, – юноша проигнорировал едкую реплику менталиста. – Никто не тронет их богатство, если они уйдут тихо и не начнут сопротивляться, удерживая власть над Источниками.

– Ах, Кьёр! – Арма оставила Катра и подлетела к юноше, обнимая того за плечи. – Ты просто непередаваемо восхитителен! Особенно когда говоришь! Сама не знаю, отчего никак не могу уехать из Листорны, но порой кажется, что именно из-за того, чтобы вновь и вновь слышать твой голос!

– Тут просто друзья, – нежно улыбался юноша, – и семья. Мне тоже уезжать из Листорны не хочется.

– Но придется, – строго сказал лорд.

– Давайте поедим? – предложила Иринея.

Девушка уже не один раз была свидетелем жарких споров в усадьбе, касающихся открытия Источников по примеру Пустыни. В доме Кастоль часто говорили о Пустынных, где сила избрала сразу трех магов для связи. Об этом знали уже практически все на континенте, но порой не имели представления, что означают эти слухи. Слухи же распространялись быстро, но порой были приукрашены различными выдумками всяких фантазеров, пользующихся этим для своей выгоды. Правду редко кто знал, о чем не раз всем напоминал Варх своими колкими замечаниями.

– Поедим? – спросил Катр. – Нам еще выпечку формировать.

– Давайте мы с Ири это сделаем? – спросил лорд, желая побыстрее остаться с невестой наедине.

– Про письмо не забудь, дружище, – Варх поднялся со стула и начал доставать тарелки, помогая Иринее.

– Точно! – спохватился лорд и вытащил из кармана письмо. – Вилерия, это тебе.

– О! – удивилась зеленоглазка. – Матушка наконец-то написала!

– Читай вслух, Вилерия, – посмотрел на нее менталист, – тут все свои.

– Ну, здравствуй Вилька! – начала девушка. – Думала уж вообще не напишешь матери и не спросишь жива ли я и здорова ли! А то выросли и все, мать сразу не нужна стала, забыли все хорошее, что я для вас сделала! У меня все прекрасно, наконец-то и я могу пожить для себя, ведь я заслужила это. Как только оказалась далеко от противной Листорны, так сразу все наладилось. Мужчины не дают мне проходу, одаривают комплиментами и украшениями, которые мне очень идут под цвет глаз. Хоть что-то хорошее я увидела за свою жизнь, а то только эти тыквы да помидоры. Как вспомню, так жуть берет. Тетушка Рутилия не нарадуется моему приезду, говорит, что я принесла свет и радость в её дом, и хоть кто-то меня любит и ценит! Ладно, некогда матери писать тебе. Не забывай, и сама пиши хоть раз в месяц той, кто отпустила тебя в столицу и благодаря чему ищейки прославились на весь континент.

– Жива и здорова! – Иринея разливала поздний ужин по тарелкам. – Прекрасно!

– И не говори, – у Вилерии отлегло от сердца. – Хоть ответила. Я вчера седьмое письмо ей отправила! А заодно и тетушке Рутилие еще одно.

– Бедная тетушка, – посочувствовала старой вдове Иринея. – Как она с ней живет там в одном доме.

После того, как Иринея стала Сирин'Эр через мутацию крови и насквозь прочитала Фулию, в ней поубавилось наивное почитание родительницы.

– Жива, здорова, вот и хорошо, – кивнула своим мыслям Вилерия. – Давайте уже действительно поедим.

– Цайэр, Цаэйя, – обратился к близнецам лорд. – Вас Лерас заберет или сами уйдете?

– Лерас, – в один голос ответили наследники магии и приступили к ужину.

– А где он, кстати? – спросил лорд.

– Работает над своим бизнес-проектом, – снова в один голос ответили близнецы.

– А, ясно, – хмыкнул лорд. – Все же он решительно настроен сделать из Листорны привлекательную для туристов преторию.

– Угу, – кивнули близнецы. – Только пока он не знает, чем можно завлечь сюда посетителей. Он хочет съездить в другие претории и посмотреть, какие услуги там предлагают для привлечения гостей.

– Интересно, что он найдет, – тихо сказал сероглазый юноша.

– Кстати, Кьёр, я заказал тебе новые документы. Но ты точно уверен, что не хочешь оставить титул герцога? – спросил лорд.

– Не хочу, – просто ответил юноша и занялся ужином.

– И на счет фамилии не передумал? – уже в который раз за эти дни спросила Вилерия.

– Нафар-Кастоль, красиво, по-моему, – изящно пожал плечами Кьёр. – И я хочу быть благодарным всем, кто причастен к моему рождению. Во всех смыслах этой фразы.

– Тем более фамилия Кастоль тебе очень подходит, – сказала Иринея.

– Почему? – лорд умел задавать правильные вопросы. – Что-то нашли в дневниках вашего отца пока меня не было?

– Милый, ты сначала поешь, – обратилась к лорду избранная, – а то так и остынет все, а ты наверняка только перекусывал сегодня. Тебе нужно поправляться!

– Ешь, Рэй, – подтвердил Варх. – Дневники Солифа подождут, как и дело Жигоров.

Только трем магам в усадьбе было известно, что сейчас сказал менталист и на что намекнул главе отдела таким вот простым способом. Лорд быстро смекнул, что не все так просто с дневниками Солифа Кастоль и что за эти дни сестры все же отыскали в отцовской библиотеке то, что могло удивить даже Варха. Рэйнольд уже давно понял, что Солиф не просто так остался в Листорне и открыл свой кабинет, где принимал больных луоку. Исследователь не гнушался ставить собственные эксперименты на доверчивых магах и их луоку, как не гнушался ставить эксперименты на своих собственных дочерях, пробуждая в них святую кровь своего предка. Солиф раздобыл даже портрет луоку одного из древних святых, а статуя в фонтане усадьбы точь-в-точь походила на этот портрет.

Фамилия Кастоль напрямую была связана с Листорной и первыми святыми, вышедшими из пещер после отступления тумана. Солиф был просто помешан на наследии своих предков. Он упорно искал в библиотеке Небесных данные своего рода и особенности родовой магии. Приставку Эр все представители Кастоль так ни разу и не получили. Чтобы носить магический приставной титул Эр, любому роду было необходимо в течении тридцати трех поколений взращивать магов одной направленности и сохранять развитие силы, передавая одаренным потомкам расположенность к определенной ее направленности, четко ведя летописи рода и предоставляя необходимые документы в «Палату Наследия Титулов».

Представители рода Кастоль не понимали особенностей своего магического дара, который то проявлялся, то вовсе пропадал в линии кровных родственников. Определенная направленность силы в роду Кастоль сохранялась не более двух-трех поколений, а потом или исчезала, оставляя его представителей вообще без магии, или полностью изменяла дар на какой-нибудь другой. Солиф много написал об этом на страницах своих дневников, которые сестры обнаружили в его кабинете, используя дар Вилерии видеть невидимое.

Солиф был скрытным, странным и порой озвучивал просто невероятные мысли в своих записях. То, что Варх сравнил найденное в его дневниках с делом Жигоров, означало, что Солиф дошел в своих рассуждениях или экспериментах до каких-то немыслимых вещей. Рэйнольд подумал, что еще и по этой причине менталист не появился сегодня на работе, а ужинать всем в усадьбе пришлось поздно.

Дело Жигоров, сумасшедшего ученого, который отлавливал магов и ставил на них эксперименты верховный засекретил много лет назад. Именно тогда Рэйнольда заметил владыка. На Зархдаан практически не действовала чужая магия и глава ищеек тогда лично подставился психу-ученому, чтобы выяснить, где тот держит пленных и где его логово. Дело раскрыли, Рэйнольду присвоили титул лорда за особые заслуги, а Гира уже через цикл отдал ему свой пост, сказав, что не видит на своем месте никого другого. Так Рэйнольд и стал самым молодым главой столичного отдела магических расследований и контроля с внушительным состоянием и особняком в столице. Ни Гира, ни верховный ни разу не пожалели об этом решении.

– Поговорим утром, – сообщил лорд менталисту, когда ужин был окончен.

– Ага, завтра вместе сходим в одно местечко, так что не спи долго, – менталист уходил к себе на диван в гостиную и ухмылялся. – Всем приятной ночной царицы!

Пришел Лерас и забрал близнецов домой. Те нехотя уходили, трижды обняв на прощание Кьёра. Арма не утерпела и тоже обняла юношу, пожелав тому спокойной ночи. Катр обиженно поджал губы, что его не стали на ночь обнимать, но промолчал – Арма знала, что боевик ждет от нее ответа, но не торопит развитие их отношений. Подружки ушли в комнату Вилерии и оставили лорда и Иринею одних на кухне.

– Любимая, иди ко мне. Я поставил таймер, не сгорит, как в прошлый раз.

Рэйнольд нежно улыбался невесте и поманил Иринею к себе в большое и удобное кресло, которое специально заказал для того, чтобы иметь возможность комфортно отдыхать, дожидаясь готовности полюбившейся всеми тыквенной выпечки.

– Ты же опять первый и сбежишь от меня, – кокетничала девушка. – Но если ты передумал, то я с радостью не отпущу тебя до утра.

– Я не передумал, – сглотнул Рэйнольд. – Но буду терпеть до того, пока не упаду.

– Не надо никуда больше падать, – Иринея присела на колени к жениху и стала целовать его шею.

– Ох, Ири, – пальцы Рэйнольда сжали подол платья девушки. – Когда уже эта свадьба?!

– Скоро, – прошептала блондинка, усмехаясь, – успеем понять, чего мы точно хотим.

– Понять не сложно, – обнимал девушку лорд. – Сложно дождаться этого «скоро».

– Так не жди, – провоцировала Рэйнольда девушка, – моя комната всегда свободна для тебя.

– Нет, уж! – отрезал мужчина. – Я не хочу жить, как моя мать жила с отцом! Я так решил!

– Ну, раз решил, то придется потерпеть, – хитро сказала Иринея.

– Ради этого я на все готов! – лорд крепче прижал к себе избранную.

Пока лорд-глава отдела шел к своей цели, лорд-глава академии также воплощал свои планы в жизнь. Элион определил погасшую магически целительницу Юнию в личные помощницы мадам-коменданта и оставил ее жить в академии. Девушке некуда было возвращаться и не к кому было пойти, поэтому ректор оставил бывшую студентку на попечение мадам Ля Сье и созвал срочный и самый скандальный за всю историю своего ректорства педсовет, на котором перед всеми отчитал профессора Диксон за неподобающее и недопустимое поведение в стенах вверенного ему учебного заведения. Элиона захватило еще большее отчаяние после того, как профессор Диксон возмущался, похрипел, но так и не уволился, а коллеги, что называется, умыли руки и остались при своем мнении, которое озвучили молча.

Герцог Брут золотой лис Нафар, бывший советник владыки, добавил из дворцовых фондов огромную сумму для выплат учителям академии, поэтому в их интересах было оставить за собой выгодное место работы. Многие из коллег Элиона лично прошли собеседование с золотым лисом и не поддерживали молодого ректора, хотя порой и сами не понимали почему. Знал лишь сам советник, обладающий даром подмены мнения. Если бы лорд Архан'Эр знал об этом, то его предел магического развития не стал бы таким угрожающим. Внутренне ректор уже одной ногой стоял за гранью отчаяния и безнадеги, а его надежда на то, что все может измениться в лучшую сторону, стремительно угасала.

Глава 3. Академия

Спустя несколько недель после того самого скандального педсовета, который устроил обозленный Элион, перед белоснежными воротами столичной магической академии стояли трое из Листорны. Темноволосая красавица с зелеными глазами рассматривала белоснежные ворота академии. Справа от нее находилась короткостриженая девушка-блондинка, а слева стоял восхитительно красивый сероглазый юноша. Они никуда не торопились и наблюдали за тем, как в академию входят молодые маги, как их частенько провожают какие-то родственники или знакомые, желая им помощи Единого на поступлении.

– Красивая, да? – Кьёр никогда не видел вблизи академию. – Будто пропитана силой!

– Лерас говорил, что внутри еще краше!

– В академии есть свой Источник, – серые глаза смотрели прямо.

– Лерас и Арма говорили, что нет, – отрицательно качала головой Вилерия. – Варх и его милость тоже говорили, что ничего такого не знают.

Вилерия оглядывалась в поисках наставника, который пообещал лично отвести их на экзамены. В сумке у девушки лежал тот самый конверт, который ей отдал мастер Гира. Она так и не знала, что написал верховный для ректора в этом письме, но это ее и не особо заботило. После того, как Иринея вернулась из тумана, Вилерия чувствовала себя счастливой как никогда. Проводя время в обновленной лордом усадьбе Кастоль, девушка ощущала себя впервые в кругу близких и друзей так, будто бы в настоящей большой семье.

Почти все время до начала вступительных экзаменов второго потока, предназначенного для неблагородных и небогатых магов, их с сестрой усадьба жила насыщенной жизнью. В самом начале этой обновленной жизни, а точнее после появления Кьёра и Иринеи, все, кто дожидался их вместе с Вилерией, устроили прибывшим тщательный допрос с пристрастием.

Как и в случае с Олегом, оба ничего не помнили о том времени, которое они провели в тумане. Их память и воспоминания об этом просто не существовали – Варх досконально пытался найти хоть что-то в их головах, но в итоге бросил это занятие. Вилерия также досконально рассматривала сестру и Кьёра, выявляя степень различий до и после тумана и находила как печальные, так и радостные моменты. Радостным было то, что черная воронка, живущая в сердце Кьёра, вывернулась изнанкой наружу, более не поглощая магию тех, кто прикасался к юноше. Жгуты черной магической ткани, которые оплетали его с ног до головы и могли перекидываться на посторонних, стали чистейше белыми и весь он теперь будто бы сиял в магическом свете.

Варх видел все то, что видела Вилерия через ее мысли. Он даже пытался поискать в записях из библиотеки что-то об этом, когда вернулся в отдел, но ничего толкового, способного хоть как-то объяснить воздействие магического мрака, так и не смог найти. Что касалось Иринеи, то тут Вилерия очень скорбела, ведь сестра вернулась практически пустой.

Старшая Кастоль пыталась объяснить это тем, что, входя в туман чувствовала, что правильно будет взяться за руки с Кьёром, хотя, воронка набросилась на нее мгновенно, выпивая ее магическую суть. Шагнув в фиолетовый мрак, Иринея уже не могла знать, что произошло с ней далее и почему все так случилось. Ее слитый воедино тройной дар, который очень напрягал девушку своими противоречиями, остался лишь в виде кровной принадлежности к роду Сирин'Эр. Как дочь Солифа и Фулии, Иринея обладала лишь первым уровнем магического резерва. Магия же менталистов хоть и жила в ее крови, но теперь никакой особой силой не обладала и по-прежнему требовала развития через преодоление неправды. Из десяти уровней магического развития, Иринея еле-еле наскребала на второй. В то же время Вилерия после принятия Кьёра достигла восьмого и продолжала накапливать резерв силы с завидным постоянством, усердно тренируя свое тело с лордом Зархдаан и свой внутренний дух с мастером разума, Вархом.

– Подождем остальных, ладно? – попросила Вилерия. – Зайдем вместе в академию.

– Конечно, Ви, – кивнула блондинка.

– Не боишься? – спросила младшая.

– Нет, – спокойно ответила Иринея. – Я хочу попробовать поступить, даже имея слабую магию.

Вилерия посмотрела на сестру и снова подумала, что время и магия в тумане текут с другой скоростью, поэтому белизна глаз Сирин'Эр превратилась у старшей в белизну волос, как у тех, кто потерял ментальный дар или отказался от него. Странные насыщенные фиолетовые отблески в синих глазах девушки были очень похожи на магические отблески чешуек ее луоку небесной тайны. В усадьбе тогда все пришли к выводу, что туман вывернул девушке разорванную связь с погибшим зверьком, придав ее синим глазам густой фиолетовый оттенок шерсти зверя видения будущего. Шрамы от разорванной связи с луоку у ней остались, но они были странные. Все хотели надеяться на то, что теперь вместо будущего Иринея сможет видеть прошлое, но девушка сразу развеяла эти надежды, сказав, что отреклась от дара еще до вхождения в туман.

Все в тот день активно обсуждали прошлое возвращение Олега и настоящее Иринеи и Кьёра. Маги искали сходства и различия в этих событиях. Не участвовал в бурных обсуждениях лишь только лорд Зархдаан. Он неотступно находился рядом с Иринеей и рассматривал с таким счастьем ее фиолетовый оттенок глаз и светлые волосы, что Варх порой выразительно закатывал глаза и качал головой, глядя на своего начальника. Менталист искренне считал, что его шеф прошел какое-то, одному ему понятное, испытание веры. Такое испытание не повысило уровень магии, но что-то навсегда изменило в его лучшем друге, сделав того внутренне сильнее.

Когда Рэйнольд понял, кто именно зашел в усадьбу, то мгновенно оказался рядом со своей избранной и долго не выпускал ее из объятий, покрывая поцелуями лицо избранной Агнар. Лишь Вилерия смогла оторвать наставника от сестры, чтобы самой занять его место. Следом за ней со старшей обнимались Варх, Катр и Лерас, а потом лорд снова долго обнимал Иринею и со слезами радости целовал глаза и волосы избранной.

Через дар Вилерии все поняли, что Кьёр более не опасен и начали обнимать также и его, радуясь его преображению и искренне заботясь о юноше; Кьёр остался жить в усадьбе Кастоль. Дикий и не знавший общения в компании сверстников, да и не только сверстников, юноша поначалу шарахался от открытости разговоров, от того, что кто-то мог спокойно к нему прикоснуться, предлагая подлить чая или положить еще кексик. Вилерия от радости и на эмоциях пообещала сама себе, что станет заботиться о нем и приучать его потихоньку к жизни в обществе, даже если сам Кьёр будет сопротивляться. Варх тогда сказал, что Вилерия его пугает своими мыслями, но останавливать девушку в ее сердечном порыве не стал. Менталист и сам видел, насколько юноша чист и красив какой-то неуловимой и благородной красотой.

Сын бывшего советника верховного был умен, начитан, хрупок, как тончайшая ваза, и притягивал к себе чем-то, что невидимо и неосязаемо витало около него. Вилерия даже сравнила его с Источником, только живым и ходячим на двух ногах. Она всегда объясняла это сама себе тем, что близнецы и Арма постоянно кружили около этого прекрасного юноши, словно бабочки-пчелы около ароматного цветка. Менталист согласился с ней, чувствуя, что что-то в ее словах точно отражает и его странное притяжение к этому юноше.

Когда команда лорда узнала о возвращении Иринеи, все маги завалились в усадьбу с полными пакетами продуктов и долго пировали. Ищейки теперь покидали усадьбу только для того, чтобы не оставлять свои обязанности в отделе, но при каждом удобном случае сразу же появлялись в красивых воротах, выкрашенных магическими красками. У почтовика Листорны теперь были свои постоянные клиенты, чему он сам был очень рад.

Катр увлекся огородом настолько, что отвлечь его от полюбившегося хобби смогла только еще большая любовь. Подруга Арма написала Вилерии, что родители отпустили ее в гости. Когда Арма прибыла и увидела в усадьбе живую, теплую землю, цветы, растущие овощи, грядки и деревья, а также какого-то здоровенного мужика, который рылся во всем этом, словно какой-то сумасшедший луоку, то совершенно была очарована усадьбой Кастоль. Катр, когда услышал, как кто-то восхищенно говорит о земле и ее запахе, обернулся, да так и замер весь грязный с какой-то травинкой в руках.

Наследница эмита Сиар, девушка из зимней претории, откуда был родом и сам Катр, моментально покорила сердце мощного боевика и с тех пор в доме сестер Кастоль было двое мужчин, редко участвующих в общих разговорах. Варх лишь обреченно вздыхал на это и старался порой сидеть ближе к Вилерии и Кьёру, когда рядом с ним не было близнецов Наолли. Менталисту очень нравился юноша и его чистый запах редких мыслей, так похожих своей детской наивностью на мысли Вилерии.

Рэйнольд пообещал обеим сестрам и даже Кьёру, что отведет их на вступительные экзамены. На поступлении Вилерии лорд категорично настаивал, Кьёру советовал поступать и даже лично сделал ему новые документы для этого, ведь у юноши как оказалось их не было вовсе. Но вот свою избранную лорд всячески отговаривал от поступления, ведь с минимальным уровнем резерва обучение было практически невозможным. Угомонился беспокойный Рэйнольд лишь тогда, когда Иринея, видя в каком пылу он рассказывает о трудностях и проблемах, подошла к нему и при всех жарко поцеловала, крепко-крепко обняв за талию. Тогда-то Рэй и рухнул перед ней на колени. Он сделал избранной предложение, вытащив откуда-то из брюк фамильное кольцо, которое видимо уже несколько дней там носил и ждал подходящего момента. Иринея сказала да. Ищейки и дознаватели вместе с Армой и Лерасом, приехавшим ненадолго Олегом, а также близнецами Цаэйей и Цайэром пировали в усадьбе Кастоль, пока к ним не заявилась разгневанная жена мастера Гира и не высказала им всем в праведном гневе за то, что она из-за них стала вдовой при живом муже. В тот день мастер Гира уехал с женой, а всем, кто остался в усадьбе долго было почему-то стыдно. Олег, ставший необычайно восприимчивым к чужой магии, не выдержал мук совести магов и на следующее утро умчался обратно к Небесным. Даже Арма ловила себя на мысли, что недавно совершила что-то предосудительное по отношению к этой женщине, хотя что именно совершила – представляла себе смутно. Лишь только после того, как Кьёр высказал свое робкое мнение по поводу дара жены мастера Гиры, все как-то заметно расслабились и вскоре совершенно забыли о страшной в гневе женщине.

За три дня до вступительных экзаменов троица из Листорны оставила усадьбу на попечение Лераса и отбыла в столичный особняк рода Зархдаан. Рэйнольд познакомил Вилерию со своими родственниками, прибывшими для продолжения знакомства с избранной Агнар и с удобством расположил всех гостей в отдельных комнатах особняка. Вилерия с сестрой, а также Кьёр с нетерпением ждали дня вступительных экзаменов в академию, продолжая ежедневные тренировки. Братья лорда Зархдаан были великолепным тренажером для любящей битвы Вилерии.

– Арма уже в столице? – Иринея смотрела с улыбкой, как ее жених приближается к ним, чтобы вместе зайти в академию.

– Нет еще, она написала, что побудет до самого начала учебного года с родителями, – Вилерия помахала рукой наставнику. – Мастер Рээээй!

– Смотрите, Варх тоже идет, – Кьёр был в сером костюме и выглядел очень элегантно, ловя на себе взгляды прохожих. – Кстати, где мы будем жить, когда поступим? У нашей милости останемся?

– Не знаю, – ответила Вилерия, – Арма сказала, что все живут в академии. Но место в общежитии могут выдать, как только вывесят списки. Все же лучше дождаться, когда приедут богатые и знаменитые, а также дети эмитов, чтобы сначала они выбрали себе комнаты, а потом уже такие, как мы.

– А что с нами не так? – Кьёр двумя руками пригладил красивые черные волосы и услышал неподалеку чей-то восхищенный вздох.

– Мы из Листорны, вот что, – ответила Вилерия. – И ты теперь кстати, тоже из Листорны, Кьёр светлая сила Нафар-Кастоль! Так что далеко не убегай, будем держаться вместе!

– Не убегу, – юноша мило улыбнулся.

– Вилерия, – менталист еще издалека считал боевой настрой девушки, которая вовсю опекала робкого паренька. – Ты еще в академию не зашла, а у тебя уже искры из глаз!

– И я рада тебя видеть, Варх, – улыбнулась зеленоглазка и почтительно кивнула. – Наставник!

– Любовь моя, – лорд приветственно кивнул Вилерие и Кьёру, но обратился сразу к избранной. – Ты точно не передумала? Испытание довольно суровое для твоих сил. За Вилерию я спокоен и за Кьёра тоже, но ты, моя звездочка, может просто посидишь со мной на трибуне и понаблюдаешь? А потом может мы поедем в мой особняк, и ты останешься там жить? Скоро снова приедет мама, она с нетерпением ждет встречи с тобой.

Рэйнольд говорил и нежно гладил обе руки Иринеи, заглядывая в синие омуты густого фиолетового оттенка.

– Ваша милость, может позволите мне самой решать? – избранная вытянула губки вперед, и лорд облизнулся. – Я хоть и слабая сейчас, но мечтала учиться там, где учились вы с Вархом! Вот если уж не поступлю, то тогда и поедем туда, куда захотите, лорд Зархдаан.

Менталист вздохнул и закатил белые глаза к небу, считывая мысли шефа и его невесты – такой выпуск в личных отношениях этих двоих он еще никогда не смотрел.

– Может пойдем уже? – Вилерия кивнула в сторону академии. – Экзамен через час.

– Вилерия, Кьёр, пошлите со мной, – Варх повел за собой будущих студентов, оставляя друга и Иринею наедине. – Я вам немного все покажу и сразу пойдем на арену.

– Что там у них? – Вилерие всегда было любопытно узнать, о чем думают ее наставник и старшая сестра. – Опять что-то новенькое? Ты нас из-за этого забрал?

– Угу, – промычал менталист, отдалившись от парочки. – Удивлять не перестают, как только встречаются… Это вот, кстати, знаменитый фонтан у ворот слева, говорят его лично строил первый ректор академии и статуя в фонтане – это фигура его луоку… То они с Рэем впадают в жуткий официоз и обращаются друг к другу исключительно на вы и чуть ли не полными именами… Парк академии вон там вдали не такой большой, как столичный, но скамеек и столиков много, в хорошую погоду можно даже уроки учить… Иногда мне, высшему менталисту, становится неловко, от того, как они начинают придумывать друг другу какие-то жуткие ласковые прозвища и Иринея, заплетая Рэю очередной мужественный вариант прически, начинает его называть этими прозвищами. Повернем сюда!

– А мне кажется, что ты подсел на них, как на истории мадам Шушу и ждешь новых выпусков, – Кьёр чувствовал себя свободно, говоря с менталистом.

– Эх, ты немного прав, парень! – Варх хрустнул шеей. – Вот там учебные корпуса, а за ними профессорский корпус. Справа вдалеке небольшой дом ректора академии.

– Арма говорит, что он самый молодой ректор за всю историю континента, – Вилерия наслаждалась красотой территории.

– Лорд Элион сердце рода Архан'Эр. Да, я помню его, они с Рэем учились на одном курсе и факультете.

– Серьезно, что ли? – удивилась Вилерия.

– Агась, – менталист наслаждался свежестью и прогулкой, – там вон прямо за парком маленькое озеро, про него ходят всякие странные истории, ну, в мое время точно ходили, когда я учился тут.

– Варх, а кто старше? Ты или лорд?

– Рэй старше, а что, парень? – захохотал менталист. – По мне разве не видно?

– Не очень, выглядишь почти также, как и наша милость.

Кьёр любил простоту и ясность в разговорах, а также почему-то всегда называл лорда «нашей милостью». Вилерия не раз спрашивала его об этом, но он пожимал плечами и говорил, что ему просто так нравится.

– Видит Единый, – менталист сгреб в обе руки своих спутников, – я вас люблю! Вот верите мне или нет, а вас двоих я люблю восхитительной любовью!!! Вы, оба, словно ночная свежесть для меня! Как цветущая единственной ночью в году розалия, как светлая…

– Вааарх! – зеленоглазка вырывалась из захвата. – У меня же волосы заплетены, растрепешь!

– А я потерплю, пока меня так обнимают, – отозвался где-то в подмышке у менталиста Кьёр.

– Ээх!!! Молодость!!! – счастливый Варх выпустил юношу и девушку из стального захвата. – Я стал говорить, как Гира! Жесть просто, я даже думаю сейчас, как Гира!!! Дааааа… старею… а любви, как у Рэя и у Катра, так и не познал…

– Здравствуйте! – все трое обернулись на тихий и нежный голос. – Вы, наверное, поступающие? Вы не туда идете, это дорога к женскому общежитию. Вам нужно на арену испытаний. Хотите, я вас провожу?

– Простите, нет, мы просто гуляли со старым другом, – Кьёр мило улыбнулся собственной шутке, но менталист его шутку не оценил.

– А, ясно, извините тогда, – девушка скромно опустила глаза.

– Варх? – Вилерия видела, что с менталистом что-то творится.

– Юния, да? – голос Варха звенел магической сталью. – Вы позволите облегчить вам боль?

– Что? А, да… вы же Сирин'Эр… – догадалась по белым глазам девушка. – Нет, не нужно, благодарю. Это был мой выбор.

– На который так повлияли, что заставили вас так думать о магии и о себе??? – Варх жутко заорал, от чего девушка попятилась в страхе.

– Я… пойду лучше, – сжалась Юния. – Пусть Единый благоволит вам при поступлении.

– Юния, погодите, – менталист смягчил тон и почти извинялся. – Я не хотел напугать вас, прошу прощения. Проводите нас до арены, будьте добры. Расскажите мне и моим друзьям, что в академии нового? Я – Варх, это Вилерия, а это Кьёр. Я давно не был в стенах своей альма-матер и совсем не в курсе того, что тут происходит сейчас. Прошу вас, не откажите!

– Ну, что ж, хорошо, – кивнула девушка, – я провожу.

Невысокая худенькая Юния повела за собой гостя и его друзей, неспеша рассказывая о последних новостях и событиях академии. Менталист шел рядом с ней и становился мрачнее грозовой тучи. Все его недавнее счастье и радость абсолютно испарились, что заметили и Кьёр, и Вилерия. Они не лезли к праведному рода Сирин'Эр, видя, что тот сверкает глазами и явно читает в голове у Юнии что-то совершенно отвратительное, ведь менталист громко сплюнул прямо перед ареной и начал страшно ругаться, не стесняясь проходящих мимо него юношей и девушек. Варх развернул зеленоглазку и пристально стал смотреть на нее проникновенным взглядом.

– А ну-ка, Ви, радость моя!

– Варх, ты чего? – Вилерия доверяла другу и начала открыто показывать ему свой разум.

– Э, нееее, куколка моя, ща мне твои мысли не нужны, вон туда смотри, – менталист указывал куда-то в сторону трибун. – Видишь, вот там гнида сидит? В шапке такой серой вязаной, нос острый, тело бесформенное, в мантию серую кутается. Профессором Диксон зовут гниду. Да, да, вот он. Видишь, хорошо. Так вот, слушай, Ви. Если он попадется тебе во время испытаний, как второй наставник и мастер сознания разрешаю тебе замочить этого гада так, чтобы мокрого места от него не осталось.

– Варх, – начала было Вилерия.

– Вот и умничка, правильно, верь мне, а я потом тебе все расскажу. Иди! И Кьёр, тоже иди! Рэй вон там ждет вас… О, Единый… он вас благословить хочет… я лучше на трибуны пойду.

Вилерия и Кьёр переглянулись и пожали плечами, глядя, как уходит менталист. Юния тоже быстро попрощалась и ушла, а Рэйнольд и Иринея наоборот, подошли к ним, счастливо улыбаясь.

– Вилерия, Кьёр! – торжественно начал лорд. – Позвольте пожелать вам благословения Единого!

Рэйнольд подошел сначала к подопечной, а потом к юноше и поцеловал их в лоб по-отечески. Лорд выглядел таким счастливым, будто отправлял сына и дочь в начальную магическую школу. В его глазах сверкали яркие звезды. Он обнял их обоих, хлопнул по плечу Кьёра и Вилерия подумала, что если бы наставник был таким же сентиментальным, как мастер Гира, то сейчас уже бы вытирал скупую мужскую слезу белым платочком с вышивкой.

– Да, все будет хорошо, мастер Рэй, – Вилерия отошла от наставника и взяла сестру за руку. – Мы пойдем к остальным.

– Конечно, Вилерия, идите… Ири, – лорд нежно поцеловал невесту в щечку, отчего та покраснела, – если что, я вмиг у тебя, моя люб…

– Не надо, ваша милость, я сама справлюсь, – выразительно посмотрела на него девушка.

– Наша милость такой… – Кьёр шел рядом с Вилерией и смотрел туда же, куда и она, – как отец в общем…

Все, кто собрались на испытания второго потока, расположились на нижних трибунах. Обычно вступительные экзамены у небогатых и незнаменитых не представляли собой ничего интересного. Профессора откровенно скучали, но ходили на вступительные, ведь в их обязанности входило сразиться с абитуриентами, устроить для них полосу препятствий, дать устное задание и проверить уровень магической силы. Невысокая женщина-профессор уже начала объяснять суть всех четырех испытаний, когда троица подошла поближе.

Арена была разделена на секции и каждую секцию надлежало пройти за определенное количество времени – это было первым заданием. Помощники профессора разделили толпу поступающих на группы по двадцать человек и приступили к испытаниям. К досаде, Варха, тот, кого он разрешил хорошенько потрепать, отказался помогать коллегам и удалился к себе.

Вилерия в своей группе справилась первой, пройдя с блеском полосу препятствий, а вот Иринея в этой же группе пришла восемнадцатой и тяжело дышала. Кьёр спокойно пошел туда, куда ему указали помощники профессора и вместе с еще двумя парнями пришел в тройке лидеров. Он тоже тренировался вместе с девушками, пока был в Листорне. Тихо и незаметно наблюдая за тренировками Вилерии, юноша перенимал кое-какие знания и для себя.

Второе испытание было устным. Каждому поступающему задавали три вопроса: о магии, истории магии и основных магических принципах, положенных в основу ее практического применения. Вопросы у всех были разными, проверяла абитуриентов уже другая женщина-профессор и в целом не выражала никаких эмоций по поводу услышанных ответов, лишь писала у себя в блокноте и несколько раз что-то в нем подчеркнула. Когда отвечали сестры Кастоль, она чуть кивнула и еще раз что-то подчеркнула в своих записях.

Прошло более двух часов с начала экзамена. Вилерия немного расслабилась, выпила воды из бутылки и стала разглядывать трибуны, пока отвечали все остальные поступающие. Она нашла взглядом наставника и тот кивнул ей, показывая одобрительный жест. И, как всегда, когда на фоне счастливо улыбающегося кого-то всеми сразу особо замечается хмурое и неприятное, то взгляд автоматически притягивается к этому хмурому и неприятному. Вилерия посмотрела на того, кто сидел рядом с ее мастером и поежилась от того, как недобро этот кто-то смотрел в ее сторону. Зеленоглазка предпочла не рассматривать в такой солнечный день тех, кто так смотрел на нее и отвернулась. Она нашла на трибунах Варха.

Менталист, как и обычно был весь в белом. Лысина его сверкала в лучах трех светил дня, белая серьга в правом ухе сияла отраженным светом дневных светил и сам он весь был похож на светлое облако, вот только взгляд у Варха жег хуже раскаленной добела печи. Вилерие казалось, что менталист снова произносит вслух правдивые ругательства – от него отсели практически все, кто был поблизости. Менталист шарил взглядом по трибунам и сверкал глазами так, что Вилерия даже стала задумываться, что же могло такого думаться в головах присутствующих. Иногда Кьёр тоже поглядывал на трибуны и на менталиста в особенности.

– Ви, – Иринея подошла к сестре и погладила ее по плечу. – Ты, молодец!

– Угу, – отозвалась младшая.

– Видела, Кьёр то наш какой стал, а?

– Ммм, – кивнула девушка и резко спросила. – Ири! Ты же была менталистом, пусть и недолго, как думаешь, что с нашим Вархом?

Иринея нашла лысого мага в белом очень быстро – вокруг него было необычайно пусто. Девушка рассматривала его, потом смотрела туда, куда смотрит менталист, посмотрела на сестру и на Кьёра.

– Что за девушка с вами была, когда мы с Рэем к вам подошли?

– Юния, помощница мадам-коменданта женского общежития.

– А что тебе Варх сказал?

– Чтобы я профессора в сером плаще и шапке размазала, но он ушел отсюда почти сразу.

– Ммм, ну, ясно тогда, – сказала Иринея и помахала жениху, который смотрел на нее, приложив правую руку к груди.

– Ири, хватит, а? – вспылила зеленоглазка. – Говори, что ясно то? Ты вроде магию свою таинственную потеряла, но все равно… старые привычки берут видимо свое в тебе…

– Плохо тут все в академии… – Иринея улыбалась и продолжала махать лорду, отчего привлекла к себе внимание.

– Ири, смотрят же! – зашептала зеленоглазка.

– Ты про ректора что ли?

– Про кого?

– Ну, рядом с Рэем ректор сидит. Лорд Элион сердце рода Архан'Эр. Он вроде бы на тебя смотрит. Жутковатый у него сейчас взгляд, хотя он смотрел иначе, когда Рэй меня с ним знакомил.

– Тебя познакомили с ректором? – Вилерия уставилась на сестру.

– Ну, да, и если бы вы не ушли, то Рэй и вас бы познакомил.

Продолжить разговор девушкам не удалось, началось третье испытание. С арены исчезли все предметы и остался лишь замеряющий магию артефакт. Сейчас на открытой площадке всем абитуриентам надлежало сразиться с одним из преподавателей: сначала в физической силе, затем в магической. Поступающие могли использовать все, что хотят, а у преподавателей было ограничение – им просто нужно было защищаться и тем самым проверить на что способен маг. Нападать дозволялось лишь в том случае, если возникала такая необходимость.

– Пойдешь первая? – спросила Иринея.

– Нет уж. Я лучше еще послушаю, что ты скажешь, Ири, – юная сыщица открыла ладони, – Продолжай, давай, что там было, пока нас не было?

– Пошли тогда к Кьёру, – девушка кивнула в сторону юноши, и они направились к нему. – Ничего особо не было. Нас представили. Ректор поздравил нас с помолвкой, но выглядел как-то нездорово. Кстати, ты видела его дары?

– Не могу рассмотреть, далековато, надо поближе. Светится темным чем-то, но я не знаю, что это. Может это предел такой у него.

– А, ну, понятно. Потом скажи, интересно.

– Скажу, – кивнула Вилерия и подошла к сероглазому юноше. – Кьёр, ты как?

– Хорошо, думал, будет сложнее почему-то, – он провел рукой по черным волосам и рядом послышался тихий вздох восхищения. – О чем говорили?

– О Вархе, – юная разведчица была напряжена, – Ири говорит, что в академии не все так хорошо, как кажется на первый взгляд.

– И во дворце так было при моем отце, – Кьёр пожал плечами. – На первый взгляд управлял континентом добрый владыка, но по факту из тени творил свои недобрые дела мой отец. Глядя на меня с черной воронкой, тоже можно было сказать, что все хорошо на первый взгляд. Такова жизнь… часто все не то, чем кажется…

– Бррр, – сморщилась Вилерия. – Ты так спокойно об этом говоришь.

– А как надо? – похлопал длинными ресницами Кьёр и приложил изящные руки к груди. – Взволнованно? Хочешь изображу трагедию всей моей прошлой жизни также эмоционально, как плюющийся Варх? Рассказать тебе, как я однажды съел не совсем полезные ягоды в лесу, чтобы убить себя поскорее и отомстить себе же за убийство Хелены?

– Нет, уж! – скривилась Вилерия. – Не надо ничего изображать!

– Слушайте, может сдадим, пойдем? – Иринея умела перенаправлять зарождающиеся у сестры эмоции отвлечением. – Толпа рассеивается. Осталось немного. Давайте, я первая пойду, как самая слабая. Меня быстро победят. А кстати, как экзаменаторы нас различают?

– Ааа, ты же не видишь, – ответила со вздохом Вилерия. – Над нашими головами имена написаны. Видимо это какая-то преподавательская фишка, чтобы студентов не запоминать. На нас ее навесили при входе в академию. Мы же документы сдавали, вот нас и подписали всех. Наверное, это просто заклинание.

Они втроем подошли к кучке абитуриентов, которые стояли на ногах и не охали, как остальные. Те, кто стояли и охали, а также те, кто лежали и охали, уже прошли свою схватку и некоторые были помечены женщиной-профессором в блокноте. Иринея ушла сдавать боевую подготовку, а к Вилерии и Кьёру направился крепкий парень не из охающих.

– Эй, ты! Ты же явно из тех, да? – крепыш крикнул громко, чтобы специально привлечь побольше внимания. – По одежке же вижу, что благородный! Что во втором потоке то забыл? Ты чей-то столичный богатенький сыночек?

– Я из Листорны, – спокойно ответил Кьёр, понимая, что крепыш обращается к нему.

Кьёр отказался от титула своего отца, когда Рэй делал ему документы и сказал, что сам будет зарабатывать себе имя на континенте, приняв лишь небольшую сумму монет в наследство от родителей, которую они тайно оставили для сына. Кьёр считал, что родился заново в тумане Листорны и взял двойную фамилию, почитая магов, родивших его. Юноша категорично настаивал на том, чтобы выразить свою сердечную признательность обеим сестрам Кастоль именно таким образом. Если бы фамилия Иринеи и Вилерии отражала принадлежность к сильному магическому роду, ему бы никто не разрешил ее взять просто так, в этом плане ему помогло то, что Кастоль считалась фамилией неодаренных, а фамилия золотого лиса считалась заурядной и не требовала подтверждения на принадлежность роду. Но несмотря на все это, любой, кто видел Кьёра, понимал, что юноша не может быть из простой семьи.

В чем-то наглый крепыш из второго потока был прав – благородство ощутимо сквозило в облике сероглазого юноши. Это было то, что никак не возможно спрятать: жесты, осанка, походка, умение красиво стоять и говорить, вести себя, а также по-особому смотреть на других. После тумана Кьёр будто стал идеальной версией самого себя. Все, что он так старательно подавлял, будучи черной воронкой, изменилось в обратную сторону – юноша расцвел подобно диковинному цветку, вроде того, которым магически назвали Вилерию.

Розалия являлась единственным растением на континенте, цветение которого хотелось увидеть абсолютно всем. Ее цветок распускался только в свете ночной царицы раз в год и только при ясном, звездном небе. Порошок из этого растения являлся ингредиентом для самых сильных зелий и мазей. Сейчас наглый крепыш из толпы рассматривал Вилерию и громко хмыкал с каким-то своим пониманием.

– Эй, красотка, а ты откуда? Неужели тоже из Листорны? – крепыш становился все наглее, и его кривая ухмылка становилась шире. – Может встретимся вечером, после вступительных? Я угощаю. Знаешь таверну старого Жу?

– Нет, благодарю, я буду занята, – ответила Вилерия и отвернулась к Кьёру.

– Ты гордая что ли, да? Или охраняешь этого благородного, чтобы другим не достался? За идиота то меня не держите, я уж благородных то вмиг отличу от своих.

– Послушайте, – Вилерия хотела отшить крепыша, но вмешался Кьёр.

– Вам лучше отойти к своим, как вы выразились о своей принадлежности к определенной прослойке нашего общества, – сын бывшего советника чуть склонил голову на бок. – Подобру-поздорову, конечно же лучше отойти.

– А может ты сам пойдешь куда подальше отсюда? Или я сам тебя сейчас туда отведу!

Крепыш не стал ничего ждать, а сразу замахнулся со всей силы кулаком на Кьёра, но не успел и шага сделать вперед, как тот молниеносно прижал его к земле, как любил говорить Катр – мордой в пол.

– Атпуфти, – крепыш плевался землей.

– Отпусти его!

Вилерия подскочила от громкого голоса и обернулась. К ним направлялся ни кто иной, как сам ректор академии собственной персоной.

– Простите, лорд Архан'Эр, я виноват, – Кьёр смиренно склонил голову в знак подчинения старшему магическому роду континента.

– Не терпится показать на что способен? – раздражался ректор. – Проверь на мне! Отойдем!

– Извините, лорд Архан'Эр, позвольте все объяснить! – Вилерия хоть и кипела от чувства несправедливости, но поклон старшему роду тоже сделала, как полагается. – Этот парень первый начал! Он замахнулся на Кьёра и хотел его ударить, это была самооборона!

– Вилерия Кастоль, я полагаю? – ректор приподнял темную бровь.

– Правильно полагаете! – в зеленых глазах читался вызов.

– Вижу и вам не терпится показать на что способны? Проверьте на мне также! Прошу, отойдем.

Ректор начал удаляться от основной группы и уводил двух абитуриентов подальше от остальных. Иринея как раз в этот момент окончательно проиграла женщине-профессору. Учительница сочувственно посмотрела на слабую магически Иринею и не стала ничего писать в блокнот.

Старшая Кастоль не нашла Вилерию на прежнем месте и лишь по тому, что вся толпа присутствующих на арене куда-то вдруг двинулась, поняла, что сестру нужно искать именно там, куда все направлялись. Иринея догадывалась, что вероятнее всего сейчас ее сестра находится в самом центре сегодняшних скучных событий. Короткостриженая блондинка аккуратно обошла толпу и нашла лазейку, сквозь которую просочилась, чтобы увидеть прямо перед собой битву магов.

Ректор, а это был именно он, отбивал магические атаки Кьёра и Вилерии. Если атаки Кьёра были совершенно небоевыми, но очень красивыми, то вот атаки Вилерии были жесткими и даже опасными. В конце концов Кьёр поднял руки и отошел, уступая полностью место для Вилерии. Вилерия же в свою очередь сдаваться не собиралась. Ее тренировали два прекрасных мастера. Иринея восхищенно смотрела на то, как ее младшая сестра двигается по полю. Она была похожа на дикую кошку: стремительная, гибкая, красивая, сильная, целеустремленная и смелая. Но даже при всем при этом, Иринея видела, что ректор просто играет с девушкой. Когда мужчина применил атакующее заклинание, зеленоглазка упала на землю, громко охнув.

– Вы проиграли и уже мертвы, – сказал ректор лежавшей на земле Вилерие. – Вставайте, теперь дуэль физической силы.

Юная разведчица поднялась, ее глаза сверкали светом, в котором плескалась обида и унижение. Ректор спалил ей пол рукава и штанину, а из второго разорванного рукава виднелась кровоточащая царапина.

– Ваша милость, – вмешалась профессор с блокнотом, – думаю, вы уже достаточно проверили эту абитуриентку. Пора закончить этот этап и перейти к последнему.

– Но я хочу сразиться в дуэли физической силы! – Вилерию подпитывала какая-то немыслимая жажда.

Опять тайны! Почему этот ректор так злобно смотрел на нее? Она не знает его, но он уже так предвзято к ней отнесся. Зеленоглазка понимала, что ректор вышел за границы норм экзаменационного отбора, но не знала, почему он так сделал. Он атаковал ее и не просто так атаковал, а применял боевые заклинания и мог ее даже ранить, если бы она не имела опыта тренировок и не знала базовые правила уклонения. Она понимала, что наставник и Варх не вмешаются, ведь девушка им не позволит решать свои собственные проблемы, тем более на таких скучных вступительных экзаменах.

Обида на ректора захлестнула ее, поэтому зеленые глаза полыхнули ярким светом, магия забурлила в крови девушки, и вся она сосредоточилась на предстоящей схватке с мужчиной. Вилерия полностью оторвала свисающий рукав, подпоясалась крепче и врукопашную бросилась на ректора, вымещая всю свою обиду на этого странного мужчину. Странного потому, что Вилерия разглядела два его дара и их ограничения, поэтому тем более не могла взять в толк, отчего при таких дарах он с такой ненавистью смотрит на нее, будто в девушке находится причина всех его невзгод на сегодняшний день.

– Что с ректором? – Варх уже сидел рядом с другом и наблюдал с трибун за происходящим через ментальный дар. – Может я вмешаюсь и отомщу ему за нашу девочку?

– Элион же не в конец рехнулся! Не надо вмешиваться, – лорд встал и поднялся повыше на трибунах, чтобы видеть бой подопечной. – Он, конечно, превысил свои полномочия, но я верю, что он не со зла.

– Ляха-паучиха, Рэй, не выводи хоть ты, а! – Варх сплюнул раздражение на землю. – Пошли уже, короче, поговорить надо нам серьезно. Я в академии с выпуска не был, но Рэй, говорю тебе, – это просто полная задница, что тут в мозгах некоторых сотрудников творится. Их тут всех почти к мозгоправу надо, кроме ректора твоего, хотя и его тоже надо!

– Парней звать? – лорд сосредоточился.

– Пока наших не трогаем, а вот к верховному сходить бы нужно прямо сегодня. И сходить нам обоим. Это все касается золотого лиса. Не удивлюсь, что тревожные слухи с востока как-то имеют к этому отношение. Олега бы сюда, жаль парень насовсем уехал жить к Небесным! Все, погнали, Рэй! Иди, невесту свою предупреди, что мы уходим во дворец. Двигай, Рэй, двигай, давай уже!

– Варх? – лорд пристально смотрел на менталиста.

– Ляха, Рэй!!! Верь мне!!! Это же ты теперь умеешь делать с блеском!!! – некрасивое лицо менталиста стало совершенно страшным в его праведном призыве.

Рэйнольд быстро нашел невесту и предупредил ее о том, что им нужно срочно отлучиться с Вархом по делам. Мастер быстро взглянул на то, как хорошо сражается Вилерия без магии и оценил, что она смогла вырваться из захвата ректора. Судя по лицу Элиона, играть с подопечной лорда Зархдаан он перестал и теперь прижимал девушку лицом к земле, применяя болевой захват. Откуда Вилерия нашла в себе силы вырваться Рэйнольд не имел понятия. Поцеловав невесту в щечку, наставник еще раз восхищенно посмотрел на то, как его подопечную снова прижало мощное тело ректора, только теперь противники тяжело дышали и смотрели друг другу в глаза с такой дикой эмоцией, что на лицах всех присутствующих отразился шок и неверие. На лицах всех, кроме Иринеи и Кьёра – двое счастливо улыбались неизвестно от чего. Они вместе подошли к Вилерии, которая стояла и отряхивала замаранную одежду.

– Сестра, какие страсти! Ты была просто великолепна, ты знаешь? Вы прекрасно смотрелись с ректором в пылу битвы!

– Вилерия, ты просто гений быстрой профессиональной боевой подготовки. Можно взять у тебя пару уроков?

– Да, какой я гений! – Вилерия сплюнула на землю, чем напомнила друзьям второго своего наставника. – Мне просто дар видеть невидимое помогает. Я будто могу просчитывать направление удара. Но вы видели, как он меня скрутил? Кстати, я и сама не поняла, как из второго его захвата вырвалась. Будто проскользнула, а он и не заметил.

– Может это тоже твой дар? – сероглазый парень мило улыбнулся и снова вызвал чей-то восхищенный вздох.

– Ты сегодня – первая звезда второго потока, сестра! И ты тоже Кьёр. Там вон девушки почти в обмороке от твоего нежного образа.

– Пойдемте лучше на определитель уровня силы, – продолжал нежно улыбаться юноша.

Вилерия шла за сестрой и Кьёром и приводила остатки своей одежды в порядок. Ей стало чуть легче, когда она взглянула ректору в глаза во время полного своего проигрыша. Ненависти как таковой все же в них она не увидела, а вот заинтересованность очень даже. Лежа под мощным телом лорда Архан'Эр, Вилерия всем своим взглядом старалась дать ему понять, что он не на ту напал и что, если он будет к ней несправедлив, то она будет давать ему отпор. Понял он это или нет, девушка не знала точно.

Пока Вилерия ожидала в очереди к артефакту определения уровня силы, то обдумывала случившееся. Она вспоминала дары ректора и ту мужественность, чистую мужскую силу, которую он источал. Она впервые ощутила такую неповторимую ауру от мага и только сильнее крепла в своей уверенности допросить ректора о его поведении… Если, конечно, он разрешит допросить… если выпадет такой шанс… если звезды сойдутся в точке успеха и… ну, и много еще чего. Но мысль зеленоглазки все же была крепкой, как и ее уверенность в себе.

Очередь впереди медленно рассасывалась и вскоре трое из Листорны подошли к артефакту замера магической силы поближе.

– О, смотри, даже шкала есть, – заметила Иринея.

– Конечно есть, смотри, Иринея, видишь? – Кьёр указал девушке куда-то.

Вилерия сначала хотела тоже посмотреть, но потом почувствовала на себе чей-то взгляд и отвлеклась, обернувшись – это был взгляд ректора академии. На зеленоглазку накатило дерзкое чувство, и она вдруг широко и очаровательно улыбнулась победившему ее мужчине.

– Стоило только ради вашей ошарашенной физиономии улыбнуться, лорд-ректор! – сказала сквозь зубы девушка.

– Первый уровень – это единица силы, видишь? – Кьёр продолжал читать лекцию об артефакте своим красивым и чистым голосом, чем привлек к себе слушательниц и слушателей.

– Вижу, единица силы, да. Двойка – это второй уровень?

– Двойка, да, второй уровень силы, но вот третий – это уже четверка магического резерва. Представь, что ты постоянно умножаешь на два. Если накопила одну единицу магической силы, то развивая ее ты станешь двойкой, потом четверкой, потом восьмеркой резерва магии.

– И четвертым уровнем силы? Верно?

– Да. Пятый уровень силы – это резерв в шестнадцать единиц, а вот шестой и седьмой уровни – соответственно тридцать две единицы резерва и шестьдесят четыре. Это очень много, по сравнению с первыми уровнями.

– Много. Всего же десять уровней?

– Десять, насколько известно, – кивнул Кьёр. – И представь, если восьмой и девятый, как у нашей милости и Варха – это сто двадцать восемь и двести пятьдесят шесть, то теперь вообрази мощь резерва десятого уровня!

– Пятьсот двенадцать? – тихо донеслось где-то сбоку.

Кьёр обернулся на голос и так мило улыбнулся своей невыразимой улыбкой, что восхищенные вздохи раздались уже с трех сторон. Сын герцога Нафара был непередаваемо изящен. Он нисколько не был похож на брутального красавца с имиджем бунтаря, напротив, его образ был настолько естественным и непринужденным, что заставлял испытывать трепетное благоговение перед изящной чистотой мужской красоты. Его тонкие черты лица, мягкий и спокойный взгляд серых глаз, загадочная улыбка в уголках губ вызывали у окружающих лишь одно желание – не разрушить этот ускользающий и прекрасный образ, но дать ему отпечататься в памяти навсегда.

– Да, пятьсот двенадцать, – Кьёр чуть склонил голову и выразительно повел черными бровями, – прекрасно считаете, леди.

Леди чуть не рухнула, столкнувшись с восхитительным взглядом серых глаз. Вилерия закатила глаза, как Варх и ей не надо было сейчас быть менталистом, чтобы понимать, что думалось в головах у столпившихся вокруг них слушателей.

– По сравнению с первым уровнем силы пятьсот единиц магического резерва – это просто нереально как-то даже.

Вилерия обернулась, на этот раз говорил какой-то худощавый парень в бедной одежде. Кьёр тоже обернулся, ведь его благородство не позволило ему говорить боком с теми, кто к нему обращался.

– Да, вы верно подметили…

– Бараг рода Змурака, – отозвался паренек.

– Кьёр светлая сила Нафар-Кастоль.

Сын герцога почтительно поклонился неблагородным, отчего некоторые из них вдруг тоже склонились, подражая красиво говорящему об артефакте юноше. Слушатели не спускали с Кьёра глаз.

– Вы герцог? – спросил Бараг.

– Что за допрос? – дерзко спросила Вилерия, чувствуя, что ее подопечного хотят украсть. – Ты сам-то кто?

– Я интуит, – сказал парень. – И я чувствую, что вы двое не подходите для отбора второго потока. Только эта девушка, которая с вами, подходит. Я про силу говорю.

Парень указал на Иринею и Кьёр сразу тепло посмотрел на блондинку. Вилерия гордо вздернула красивый носик и распрямила плечи.

– Мой первый наставник, лорд Зархдаан, глава СОМРиК говорит, что дары сначала нужно развивать, а потом уже ими хвалиться!

– Ты здорово сражалась с ректором! – интуит и бровью не повел на ее слова.

– Да!

– Да!

– Ты молодец!

– Я никогда не видел таких битв!

– Еще и без магии!

– Да ваще!!!

На помятую и ободранную Вилерию отовсюду посыпалась похвала, но девушка успела лишь растерянно поблагодарить юношей и девушек – подошла их очередь замерять силу.

– Нижняя граница второго уровня, потенциала к развитию нет, – объявила профессор с блокнотом и вычеркнула имя Иринеи из списка.

Вилерия с досады прикусила губу, а Кьёр снова тепло посмотрел на блондинку. Иринея с иронией подумала, что, наверное, ей уже нечего развивать в себе. Она была менталисткой и видела нутро магов, видела доверенное ей небом будущее, похоронила своего зверя, спасла сестру и Кьёра, сделала, что была должна для континента. Она прожила болезненную агонию мутации крови, которая выжгла в ней все мышцы и сделала ее похожей на ходячий скелет. Она пережила некое сращивание трех даров, которые разрывали ее своей разнонаправленностью и вызывали в ней чувство схождения с ума. Она отказалась от любимого, так как думала о себе, что это не она его избранная. Она не стала обманывать и как могла, находила управление своими противоречивыми дарами, чтобы сохранить для себя временно все три и постаралась не рехнуться до нужного ей момента. Она даже сходила в туман и вернулась живой, продолжая держать за руку Кьёра, как и обещала ему. Она не бросила юношу, хотя ей было очень страшно входить в магический мрак, зная, что они скорее всего в нем останутся навечно. Сила не дала ей видений будущего Кьёра и видений ее собственного тоже не дала. Небесная тайна ограничилась лишь видениями, нужными для ее миссии, но совершенно не лишала ее свободного выбора, как жить и что делать.

– Седьмой уровень силы с мощным потенциалом к развитию, – женщина профессор жирно подчеркнула имя Кьёра.

Когда сероглазый красавец отошел от артефакта и встал рядом с образовавшейся вокруг него компанией абитуриентов, где-то сбоку даже похлопали.

– Восьмой уровень силы с мощным потенциалом к развитию, – женщина внимательно посмотрела на Вилерию и на два раза обвела имя девушки у себя в блокноте.

Когда кто-то начал хлопать, зеленоглазка увидела, что это был парень-интуит. Вилерия поджала губы, ей хотелось быть сейчас только втроем, поэтому она поспешила увести с арены сестру и опекаемого ею юношу, чтобы поговорить с ними наедине.

– Кьёр, слушай, а как Лерас учился в академии, если он не маг? – спросила Вилерия, когда они отошли подальше ото всех.

– Он учился, как неодаренный сын эмита, – чистый и ясный голос снова начал рассказывать. – Базовые предметы: история, артефакторика, зелья и снадобья, роды и их дары, ну, и наследие эмитов, конечно же. Такие студенты сдают экзамены раньше остальных и выдают дипломы им на отдельной церемонии.

– Откуда ты знаешь? – спросила Вилерия.

– Меня же обучали родители, они пророчили мне большое будущее и любили воображать, как будут присутствовать на церемонии моего академического выпуска. Во дворце были специальные уроки для детей аристократов, и я также обучался сам, пробираясь тихонько туда, где меня не замечали. Что мне было делать? Я должен был не привлекать к себе внимания. У меня была уйма времени. Кстати, Вилерия, ты сейчас разве не должна была отдать письмо ректору? – напомнил, между прочим, Кьёр.

– Тоооочно! Я совсем забыла! – зеленые глаза искали главу академии. – Но он уже ушел куда-то.

– Ви, пошли с тобой поищем его? – предложила Иринея. – А Кьёр пока подождет нас на трибуне. Я вижу, что за нами идут его верные слушатели, возможно они хотят поговорить об артефакте определения силы.

– Я вас подожду на трибунах, ищите спокойно ректора. Он ушел в ту сторону, я видел.

Вилерия и Иринея уходя заметили, как около юноши снова собирается молодежь.

– Ири, вот что это такое? Дома из него и слово не вытрясешь, а тут так спокойно обо всем говорить начал! Он похож на любимого профессора в окружении верных учеников.

– Давай мы лучше пойдем туда, где точно найдем ректора?

– Я знаю, где он живет, если что, – Вилерия чувствовала странную растерянность, – попробуем там поискать, если вдруг не догоним его или вдруг найдем того, кто поможет его найти. Ох, надо было у тех профессоров попросить нам помочь. Что-то не сообразили…

– Давай сначала сами поищем, а заодно и осмотримся, – предложила старшая.

Академия была разделена на пять корпусов, соединенных небольшими переходами и которые соединялись в кольцо. Стены каждого были окрашены в свой цвет: бело-зеленый, бело-синий, бело-желтый, бело-красный, бело-фиолетовый. Внутри располагался двор со множеством клумб и скамеек. Вилерия и Иринея шли по главному пути между корпусами к дому ректора, чтобы зеленоглазка передала письмо от верховного лично в руки лорда Архан'Эр.

– Что там такое происходит? – спросила сестру Вилерия.

– Не знаю, шум какой-то, – пожала плечами старшая.

Девушки подошли на шум поближе и увидели забавную картину: среди столпившихся кругом студентов в академической форме, высокий черноволосый красавец мужчина держал за воротники двух учащихся, оторвав тех от пола.

– А вот и ректор, – улыбнулась Иринея. – Недолго искать пришлось, нужно просто идти туда, где шумно и маги собираются в толпы!

– Собственной персоной, – нахмурилась Вилерия.

– Хорош, скажи? – спросила старшая, толкнув сестру локтем в бок. – Знаешь, сестра, многие могут отрастить себе бороду и усы, но такую мужественность не смогут изобразить никогда! Он просто покоряет тем, какой он… прям мужчина-мужчина как будто…

– Ну да… – тихо произнесла девушка, отмечая про себя, что Арма точно не врала, рассказывая про ректора-красавчика, от которого все студентки сходят с ума.

Сам ректор при этом выглядел так, будто только что перетаскал на складе сотню мешков с зерном или вылез из листорнских пещер, не используя снаряжение. Волосы его еще после битвы с Вилерией торчали в разные стороны, а теперь он был похож на ежа-дикобраза в период гона. Одежда была будто бы не первой свежести, словно он носил ее несколько дней подряд, спал в ней, сидел в ней и совершенно не снимал.

– Еще раз вы примените порошки-бомбочки в стенах академии, – орал ректор, – можете сразу забирать свои документы, ясно? А в наказание прямо сейчас идете на кухню чистить к ужину кертус!

– Но еще даже не начало учебного цикла! – возмутился один из висевших.

– Но вы-то приехали пораньше специально для этого, – ректор взглядом указал на упаковку от бомбочек и низким, но в тоже время бархатным голосом сказал, – Кертус. Вас. Ждет.

– Кертус, фууууу…

– Он же воняет и от него жжет глаза! Помилуйте, ваша мииилость!

– Не обсуждается, все понятно? – рявкнул ректор, опустив парней.

– Понятно… – поникнув, в один голос ответили парни.

– А вы чего все стоите? Дел никаких нет? Могу помочь найти, – ректор еще больше нахмурился и обвел взглядом студентов. – Кертуса на кухне много!

Все быстро разбежались в стороны, и только Вилерия осталась стоять на месте с конвертом в руках. Оказывается, Иринея чуть отошла назад и теперь в поле зрения нервного мужчины была только она одна – девушка, бросившая ему вызов, или наоборот, – девушка, принявшая его вызов.

«Но это смотря под каким углом рассматривать ситуацию!» – весело подумала Иринея.

– Это вам, – Вилерия подошла ближе и протянула ректору письмо, – от верховного рувима.

– Что вы тычете мне этим письмом, Вилерия Кастоль? – уставился на нее ректор. – Поступают тут всякие и считают себя очень важными персонами, письма от верховного носят лично… Сыт я по горло этими вашими письмами из дворца!

– Не хотите извиниться за свои слова, ваша милость, лорд-ректор?

Иринея сдерживала улыбку, глядя на то, как два упрямца столкнулись интересами. Блондинка знала свою сестру и ее обостренное чувство справедливости. Также она заметила, как ректор перевел взгляд и задержал его на одно лишь мгновение на губах Вилерии.

– Зайдете ко мне в кабинет после занятий, – не дожидаясь ответа, Элион развернулся и ушел.

– М-да, – сказала Вилерия. – Интересный персонаж. Может Варх и прав, и в академии точно все не просто.

Вдруг зеленые глаза полыхнули светом и Вилерия побежала за ректором.

– Я еще не ваш студент, чтобы вы вызывали меня к себе в кабинет! – девушке все же удалось этим остановить ректора. – Письмо для вас! Оно от верховного, но я не знаю, что там написано! Я не ходила за ним лично во дворец! Если вы не согласны с тем, что я при своем восьмом уровне силы, при моих навыках и при своих знаниях достойна учиться тут, то я не знаю, что вам сказать! Я не пытаюсь пролезть в академию через личные письма от верховного!

Элион не знал, почему он стоял и молчал, слушая эту горячую девушку. Он видел, что артефакт показал восьмой уровень ее резерва, на собственной шкуре опробовал ее силу, слышал, как она четко отвечала экзаменаторам, как первой прошла полосу препятствий и ему ровным счетом нечего было ей ответить. До него только сейчас дошло то, что он вызвал ее к себе в кабинет ни за что, а просто так. Элион ужаснулся своей мысли, что хотел вызвать ее в свой кабинет, хотя она еще не зачислена официально, а уроков в это время еще вообще не было.

– Возьмите письмо, ваша милость! – девушка сверкала зелеными глазами и чеканила каждое свое слово, будто золотую монету.

Вилерия смотрела на мужчину снизу вверх. Элион медленно взял конверт и не спуская с девушки взгляда, распечатал его при ней. Он быстро пробежался по тексту письма и на его лице началась такая смена выражений, что когда он дочитал все до конца, то его брови уже были где-то в спутанных волосах, а глаза в неверии разглядывали девушку из Листорны, будто видели ее впервые.

– Я был очень неправ, Вилерия Кастоль, – ректор чуть поклонился зеленоглазке. – Я не понимаю, почему выместил на вас свое раздражение, но я очень благодарен вам за то, что вы добились сейчас того, чтобы я его прочитал.

С этими словами он повертел письмом и быстро сунул его в карман пыльных брюк. Вилерия подумала, что ректору приходится много работать и доверяя Варху, начинала понимать, что этому мужественному магу может быть непросто управлять таким огромным учебным комплексом; она уже не была в обиде на него.

– Да, все хорошо, я вижу ваш предел, ваша милость и понимаю, как никто другой, с чем вы столкнулись, – Вилерия искренне сочувствовала лорду Архан'Эр. – Вы в одном шаге от девятого уровня. Магия душит вас, верно? Ей тесно в вашем восьмом.

– Вы же не менталист, – с сомнением сказал Элион.

– Не менталист, но я вижу дары и ваши ограничения, поэтому также вижу и ваш магический предел. Крепитесь, лорд-ректор, – Вилерия вдруг нежно улыбнулась мужчине. – Все будет хорошо. После ночной царицы обычно восходят дневные светила.

Элион не понял, что сделала эта девушка своими словами, но надежда на лучшее зажглась в его сердце с необычайной силой. Он решительно шагнул за грань отчаяния и вышел оттуда обновленным. Когда магическое развитие обрело в его сердце новую форму, ректор благодарно посмотрел на девушку.

– Благодарю, Вилерия Кастоль! Простите меня за неподобающий прием. Вы сильная абитуриентка, и я рад, что такая, как вы останется в этих стенах. Можете быть уверены в вашем зачислении.

Элион впервые за долгое время улыбнулся легко и спокойно. Когда мужчина говорил от сердца и оно освобождалось от последних остатков мрака отчаяния, изнутри этого сердца, в котором жила магия рода Архан'Эр стало формироваться тело зверя-луоку. Вилерия еще ни разу в жизни не видела того, как образуется связь мага и луоку. Младшая Кастоль через свой дар видела, как сердце мага будто звало к себе магическую суть полуразумного существа, похожего на большую кошку. Мужчина прямо сейчас магически рождал своего зверя и это была пума, но не обычная.

Вилерия отошла назад, понимая, что ее заденет чужой силой. Она видела, как нити магии ректора и огненной пумы сливаются воедино и становятся будто одним магом, но разделенным на два тела. Огненная пума вышла из сердца мужчины и стала вполне реальной. Луоку повела носом и ткнулась в руку главы академии, чтобы он погладил ее. В глазах пумы и ректора плясали блики огненной стихии, вся шерсть переливалась у зверя огненными всполохами, а на груди у нее формировалось огненное ожерелье в виде маленького сердца. Теперь зверь отражал магию хозяина, и маг отражал силу зверя-луоку.

«Если бы он сейчас запустил в меня тем заклинанием, думаю спалил бы не только рукав и штанину!» – с облегчением подумала Вилерия, глядя на прокачанного магией ректора.

– Красавица моя, – взлохмаченный мужчина прямо при Вилерии сел на землю и прижал к себе большую луоку, зарываясь в ее мягкую шерсть.

Зеленоглазке стало немного неловко, ведь она наблюдала сейчас за тем, как взрослый мужчина изливал свою нежность и ласку на этого зверя. Огненная пума мурчала и терлась о своего хозяина, их связь крепла – маг давал огненной пуме имя.

– Красавица моя, сердце мое. Кааррда – твое имя.

– Рррр, – мурчала луоку.

Все это время Иринея стояла поодаль и ждала сестру. Когда Вилерия подошла к ней, то они понимающе переглянулись и решили направиться обратно к Кьёру. Блондинка посмотрела на сестру, она знала этот взгляд – чем-то ректор зацепил внимание зеленых глаз. Вилерия почему-то думала о том, что хорошо быть Кексиком, все тебя гладят, целуют, жулькают и любят… Та невыразимая любовь, которая шла из сердца рода Архан'Эр по отношению к огненной пуме была девушке знакома. Так смотрел на ее сестру наставник, так смотрел Катр на Арму, так смотрел на свою жену мастер Гира. Вилерия впервые с какой-то непреодолимой тоской с сердце захотела, чтобы так смотрели и на нее.

– Нет, даже не так! – вслух сказала девушка, резко остановившись на дорожке. – Я сама так хочу смотреть!

– Как? – спросила Иринея.

– Ну, вот так как-то! – Вилерия изобразила взгляд, и ее сестра засмеялась.

– Чтооо? Мастер Рэй так на тебя всегда глядит!

Около девушки уже кружил Кексик и питал ее силы, пока она гладила его перышки.

– Не так он глядит, – улыбалась невеста Зархдаан.

– Да так! – Вилерия снова попыталась изобразить взгляд и этим еще больше рассмешила сестру.

– Что смеетесь? – Кьёр приближался к девушкам, он был один.

– Показываю Ири со стороны, как смотрится ее жених. А ты чего один? Где твои слушатели?

– По домам ушли, – как ни в чем не бывало ответил юноша.

– Что? Неужели просто так ушли и даже номера войсиса не попросили?

– Откуда у них войсисы? Ты же видела, как они одеты.

– Ну, ты тоже носил лохмотья, хотя был герцогом и даже жил во дворце, – нашлась с ответом Вилерия.

– Зачетно сказала, – Кьёр изящно изобразил жест восхищения.

– Куда пойдем? – спросила Иринея.

– А где, кстати, Варх? – спросила Вилерия.

– Ой, точно! – вспомнила блондинка. – Варх сказал Рэю, что в академии что-то происходит и они ушли к владыке на срочный прием.

– Тогда ничего страшного, – Кьёр кивнул девушкам идти за ним. – Навели порядок во дворце, наведут и там, куда их занесло сегодня. Наша милость и Варх знают свое дело.

Девчонки переглянулись и пошли за юношей. Троица еще полчаса погуляла по территории академии, а потом направилась в кафе мадам Земги. При выходе из белоснежных ворот имена над их головами потухли, о чем сообщила Вилерия. Они с радостью встретили хозяйку своего любимого кафе, и та с присущим ей энтузиазмом рассказала друзьям о последних новостях столицы. О том, как верховный объявил конкурс среди ресторанов и кафе, желая угодить своему лучшему ищейке, который спас владыку от нападения ведьмы, которая тайно проникла во дворец. Такие новости женщина рассказывала особенно эмоционально.

– Не совсем все так было, но это уже и не важно, – улыбнулась Вилерия. – Так кто победил в конкурсе то? Лорд Зархдаан вообще сам-то в курсе, что верховный желает принять участие в его свадьбе?

– Думаю в курсе, но отказать не смеет, – подала голос Иринея. – Владыка очень хочет быть благодарным ему за службу и лично будет присутствовать на торжестве… когда невеста согласится выбрать дату этого торжества, конечно же.

– Ох, деточка! – мадам Земга была возбуждена. – Ты так странно говоришь, а я ведь помню, что вы из Листорны, мои голубушки! Неужели вы лично знаете счастливицу? Я вас столько не видела, ну-ка рассказывайте, кто она?

– Она перед вами, – очаровательно улыбнулась Иринея, чем шокировала хозяйку кафе. – Кстати, мне нравится это место, думаю я сама скажу Рэю, что свадьбу будем справлять у вас, милая мадам Земга. У вас прекрасная прилегающая территория и можно вот тут в центре сделать хорошее место для танцев, если раздвинуть столики по периметру зала. Я не хочу много гостей, только самые близкие и родные, думаю наберется где-то около пятидесяти гостей или чуть больше.

Иринея включила свою хозяйственность и практичность на полную. Она рассуждала о том, как именно видит свой важный день, в какой цветовой гамме, подаче блюд и оформлении прилегающей к кафе территории. Невеста Зархдаан будто бы отключилась от внешнего мира и не замечала, как пораженная мадам Земга смотрит на нее. Иринея совершенно пребывала в своих мечтах, будто бы этот самый важный день уже наступил.

– Очень красиво, – согласно кивнул Кьёр, нежно глядя на девушку.

– Ох! Да, что же! Ох, милая! Это ты? Ты невеста его милости? – мадам Земга отмерла и уже вовсю обнимала Иринею. – Тебе нравится мое кафе? Ох! Я же все сердце вложила в это место, мы вместе с мужем моим его создавали! Как он погиб то, я вот одна сохраняла его красоту. Тут все цветочки моими руками посажены! Ох, красота то какая!

Мадам Земга отпустила улыбающуюся Иринею. Вилерия и Кьёр тоже радовались за мадам, что ее мечта только что сбылась и ее кафе выбрали местом проведения свадебного торжества главы СОМРиК.

– А не передумаешь, голубушка моя? – прищурилась хозяйка. – Верховный все же! Да и его милость порой как посмотрит, так жуть берет! Как же ты против них то, ежели они, мужчины то по-своему скажут все делать?

– Как же они могут сказать и сделать по-своему, если невеста пойдет справлять свою свадьбу в кафе к мадам Земге, а они куда-то в другое место? – искренне удивилась будущая леди Зархдаан.

Тут уж вовсю захохотала Вилерия, а смех Кьёра переливался звенящими колокольчиками, он все также тепло и нежно смотрел на Иринею.

Глава 4. Учеба началась

Начало учебного цикла в академии выпало на дождливые дни, поэтому все прибывшие студенты предпочитали не высовываться на улицу, а находиться в стенах учебного заведения. Вилерия и Арма шли по широкому коридору главного учебного корпуса. Наследница эмита претории Зимних, ставшая подругой младшей Кастоль, помогала девушке освоиться в академии, ознакомиться с ее уставом, правилами и традициями. Вилерия много слышала об академии от Лераса, когда он возвращался домой на каникулы, но одним делом было слушать рассказы друга и совершенно другим – ощущать собственную причастность к жизни за белоснежными академическими стенами.

В честь начала учебного цикла все профессора и студенты собирались в огромном помещении главного корпуса, где ректор произносил приветственную речь, поздравлял всех с возвращением в академию, а новоприбывших поздравлял с поступлением, зачитывая имена каждого первокурсника. Туда-то и направлялись подружки, по пути обсуждая насущные вопросы.

– Смотри, Ви, главная доска с объявлениями, – Арма остановилась возле стенда. – Тут списки всех, кто обучается, курсы, расписание, номера и расположение аудиторий, имена профессоров и их специализация, информация о дополнительных факультативах и кружках. С третьего курса начинается окончательное деление на факультеты, менять направление больше не разрешат, поэтому, подруга, сразу думай, что тебе больше нравится.

– Благодарю, Арма, – Вилерия внимательно читала информацию на огромном стенде. – А где список факультетов?

– Вот, – наследница указала на самый верх. – Целители, закон и право, снадобья и травы, артефакторика и не магические изобретения, боевой факультет, стихии и другие виды магии, факультет изучения магических и не магических зверей, а также звезды всех наших мероприятий – факультет искусств!

– Звезды прям? – усомнилась Вилерия.

– О! Ты просто не видела, во что они могут превратить любую, даже самую отстойную академическую традицию! Музыка, декорации, театральные постановки, конкурсы и атмосфера! Это всегда такая праздничная феерия, что вся академия каждое их шоу ждет с нетерпением! Они реально, конечно, там чокнутые почти все, но все же этот факультет – просто отпад! У них даже есть своя музыкальная группа! Таано Катанис – их лидер, я тебе его покажу сейчас, когда зайдем в общий зал. Он также лидер всего четвертого курса, а наследница эмита Водных – его девушка. Говорят ее отец не одобряет их отношения, но ей плевать! Если с искусством поведешься, то от них и наберешься.

– Я слышала немного иную поговорку, – улыбнулась зеленоглазка.

– Кстати, где твоя сестра и ваш прекрасный кузен какой-то там троюродной тетки вашего двоюродного дяди по отцу? – Арма шутливо спрашивала про притягательного юношу из усадьбы Кастоль.

– Кьёр где-то вместе с Ири. Мы договорились встретиться на церемонии начала учебного цикла. А кстати, Арма, ты не знаешь, сколько со второго потока вообще поступило магов?

– Ну, это зависит от того, сколько поступило богатых и знаменитых, – Арма безразлично пожала плечами. – Мест то всегда сто двадцать четыре, а потока два. Вот если на первом потоке будет сто двадцать четыре подходящих абитуриентов, то второй поток будут лишь для галочки экзаменовать, но сюда не возьмут никого.

– Мммм, понятно, – Вилерие не нравилось то, что она услышала. – Значит пять курсов и шесть сотен обучающихся?

– Где-то около того, не все же до выпуска доходят. Иногда, кстати, на свободные места берут кого-нибудь типа сиротки Юнии. Говорят, у нее десятка была при поступлении.

– Десятка? Серьезно? – удивилась Вилерия. – Такое вообще бывает?

– Ага, – кивнула ей подруга. – О! Вон Таано! Парень со стоячей синей челкой. Желтый костюм. Видишь?

Арма указывала на кучку странно одетых молодых людей. Все они напоминали толпу диковинных сказочных персонажей, разукрашенных от волос до ногтей на ногах разноцветными красками.

– Это факультет искусств? – Вилерия и представить себе не могла, что можно так выглядеть или такое с собой сотворить.

– Ага! Говорю же, они – чокнутые! – улыбалась Арма, разглядывая вызывающий наряд Таано.

– Варх говорит, что каждый гений – невротик, но не каждый невротик – гений.

– Если играть на музыкальных инструментах также, как братья Ругаш, то можно сказать, что правда есть в словах высшего менталиста, – искренне рассмеялась Арма. – Для занятий искусств даже построили маленький корпус возле дальней стены академии и оттуда постоянно доносятся звуки музыки и всякий театральный шум. Один раз они даже что-то взорвали во время репетиций и ректору пришлось вызывать городских мастеров. Но Таано все же красавчик! Скажи, Ви?

Вилерия скептически рассматривала лидера музыкантов, ее мысли внезапно переключились на воспоминания битвы с ректором и о той покоряющей мужественности, которая не шла ни в какое сравнение с производимым этим слащавым Таано впечатлением. Как только Вилерия вспомнила про ректора, он собственной персоной появился в общем зале. Его сопровождала темно-синяя, почти черная пума, которую обвивали золотые огненные всполохи. Лорд Архан'Эр вызвал удивленные шепотки по залу, в котором уже собрались все студенты и преподаватели. Рядом с Вилерией удивленно вздохнула Арма.

– Это огненная пума! – наследница еще была не в курсе, что у их главы появился магический зверь. – Невероятный луоку, один из сильнейших в магическом бою! Ее атаки гасятся исключительно магом воды и никак не ниже седьмого уровня! Интересно, как ректору удалось такого луоку заполучить?

Вилерия скромно промолчала, она примерно представляла себе, через что прошел маг, чтобы вызвать зверя такого уровня и родить его магически из своего сердца. Девушка очень внимательно, впрочем, как и все в этом зале, рассматривала мужчину, стоявшего на возвышении. Он очень изменился с того дня, когда они сражались на арене. На ректоре была красивая одежда, напоминающая своими цветами оттенки шерсти и магии его зверя. Темно-синий костюм с золотыми вставками идеально дополнял мужественный облик ректора. Красиво заплетенные в косу черные волосы и серьезный взгляд иссини черных глаз вызывал у студенток восхищение.

– С началом учебного цикла!

По залу пронесся глубокий бархатный голос и Арма шумно втягивая в себя воздух, сделала шаг вперед. Ее примеру последовали многие, но Вилерия осталась на месте.

– Наша академия приветствует вас!

Пока ректор говорил, Вилерия поймала себя на мысли, что никогда не слышала более красивого мужского голоса. Она искренне считала, что у Кьёра был прекрасный голос, а уж если он начинал говорить, то слушать его можно было бесконечно, но вот у ректора голос был воистину…

– Хорош, не правда ли? – прошептал кто-то рядом и Вилерия выпала из своих раздумий.

– Ири, напугала же, – Вилерия провела рукой по своей правой щеке. – А где Кьёр?

– Я тут, – тихо сказал юноша. – Слева от тебя, Вилерия, как и всегда.

– Я устроила нас в общежитие, – сообщила старшая сестра. – Эмиты на первом, богатые на втором, знаменитые на третьем, а мы на последнем, пятом.

– А я сам устроился на пятый, хотя меня уговаривал комендант взять отдельную комнату на третьем, – снова прошептали слева.

– Скоро праздничный ужин, но сначала будет музыкальное представление, – продолжали шептать справа. – Говорят местная звезда, Таано Катанис, будет петь, а братья Ругаш играть на виоле и музыкальных клавишах.

– Потом нам выдадут листы с расписанием на неделю, – шептал слева Кьёр.

– Ви, ты слушаешь или тебя больше интересует вступительное слово главы академии? – Иринея хитро улыбалась и пихнула сестру локтем в правый бок.

– Учеба! – громко и протестующе сказала Вилерия. – Вот все, что меня интересует!

Так вышло совершенно случайно, но ее слова услышали многие в зале. Ректор замолчал именно в тот момент, когда девушка хотела подтвердить для сестры свой боевой настрой на получение диплома и дальнейшее трудоустройство в СОМРиК. На Вилерию многие из стоящих поблизости посмотрели с сочувствием, потому что мало кто разделял ее мнение.

Арма была права на счет факультета искусств. Все его представители были немножечко с приветом, но также были невероятно талантливы и изобретательны – теперь троица из Листорны, как и все остальные с нетерпением ждала следующего академического праздника, чтобы услышать дивный голос парня с синей челкой и непревзойденное исполнение музыки братьями с третьего курса.

Ужин в честь начала учебного цикла завершился бурными обсуждениями и вечером девушки сидели в комнате на пятом этаже и болтали на разные темы, которые так или иначе сводились к факультету искусств и ректору с его огненной пумой. Вилерие было очень комфортно в компании сестры, Армы и еще двух девушек, поступивших во втором потоке и теперь проживающих в одной с сестрами Кастоль комнате. Арма жила на первом этаже в отдельных двух комнатах с собственным санузлом, но почти сразу же после ужина прибежала на пятый и принесла с собой печенье и конфеты, которые она привезла из дома.

Дочь эмита Зимних действительно была простой девчонкой. Добрую, любознательную, рассудительную и веселую девушку уже было не остановить – наследница рассказывала первокурсницам кучу историй, делилась своими мыслями и планами – она совершенно не была похожа на одну из представительниц богатых и знаменитых.

Вилерия молча слушала подругу, которая, поджав ноги на кровати, плела себе косички и без умолку говорила. Очередная забавная история, которая произошла на занятии профессора Диксона, когда тот уснул, рассмешила девушек до слез. Вилерие впервые так нравилось быть просто слушателем.

– Весело тут у вас, конечно, – хохотала Иринея.

– Ага, вот так и живем. Каждый день случаются какие-нибудь такие ситуации, Ви, и даже порой кажется, что мы сюда не учиться приехали. – Арма облизнула кончик косички и задорно посмотрела на подругу.

– Я не специально, – Вилерия поняла, что ее громкую фразу в общем зале уже многие обсудили.

– Как вам в целом академия? – спросила Арма и снова перевела тему на факультет искусств. – Скажите, музыканты классные? У Таано такой шикарный голос, я просто дрожу, когда он берет высокие ноты!

– Мне тоже очень понравилось, как он пел! – Грэя, девушка с серыми волосами, соседка сестер по комнате подпрыгнула на кровати. – Я его фанатка теперь!

– Но Вилерии, наверное, хочется поскорее побывать на всех занятиях? – Арма весь вечер поддевала подругу.

– Да, я люблю узнавать что-то новое, – зеленоглазка никогда не боялась вызовов. – Мне нравится учиться! Особенно, когда мастера – профессионалы своего дела!

– А ректор понравился? – хитро улыбалась Арма. – Он – мастер своего дела! Лорд Архан'Эр преподает боевую подготовку, и ты уже завтра сможешь убедиться в его профессионализме, Ви. У вас завтра пара с ним.

– Я уже, итак, смогла в этом убедиться, – буркнула с непонятной досады Вилерия.

– Чтоооо? – Арма выплюнула волосы изо рта. – И ты молчала? Расскажи!!!

– Я его видела на вступительных экзаменах второго потока, и он лично у нас с Кьёром принял испытание магическим и не магическим боем. Конечно же, он победил, – зеленоглазка почему-то не хотела говорить о ректоре. – С первого раза…

– Обычно этого раза и хватает, чтобы влюбиться, – улыбалась наследница. – Хотя ему уже тридцать пять… еще и характер вредный… да и поговаривают, что может он типа того… ну… не по девочкам в общем.

– Имеешь ввиду, что он готовится стать непорочным служителем Единого? – спросила Ерла, вторая соседка по комнате.

– Его просто ни разу ни с кем не видели из девушек, – Арма накручивала свои белые волосы на карандаш, – хотя дай другому мужчине такую внешность, он бы сразу воспользовался этим, а ректор… Эх, такие гены пропадают, как говорит мама!

– Но в академии хватает красивых парней, начать с того же Таано, – сказала Грэя.

– Да, но ректор не молодеет, – Арма вытащила карандаш из волос, – так что скоро девичий интерес к нему пропадет.

– Рэю скоро тридцать восемь, – Иринея не разделяла мнение наследницы.

– Так это же Зархдаан, – хмыкнула Арма. – С ним все понятно! Таких, как твой жених, Ири, неизвестно когда настигнет, поэтому представителей его рода в расчет я бы не брала, если бы искала себе подходящую партию.

– А тебе самой кто-нибудь нравится? – теперь зеленоглазка решила вести допрос подруги. Может быть Катр?

– Мне? Эээ… нууу… – Арма снова засунула кончик белой косы в рот, – нуу… я знаю точно, что мое от меня никуда не уйдет! Да!

Вилерие понравился ответ Армы и ее подход к такому важному делу, как выбор спутника жизни.

– Действительно всему свое время, – согласилась юная разведчица.

– И вообще время прекрасно! А уж время проведенное с любимым прекрасно вдвойне! – Иринея сделала смешное выражение лица и комнату огласил громкий девчачий хохот.

Старшая Кастоль знала о чем говорит. У всех Зархдаан был странный пунктик в личных отношениях. Если маг был способен сдержать зов крови волка-коршуна и до обряда в храме Единого не овладевал избранницей или не вступал в интимные отношения с избранником, то магия их рода создавала особо прочную связь с парой зверя. Фраза про умереть в один день как раз и отражала суть этой особенности магии Зархдаан. Избранные разделяли полностью чувство древнего луоку и уже не способны были изменять, полюбить кого-то другого или родить детей все пары. Рэйнольд рассказывал Иринее, что в противном случае Зархдаан вообще не имели никаких законных прав на супругу или супруга. Они могли делать что хотят, жить с кем захотят, рожать детей с кем захотят и не будут иметь за это осуждения, ведь мага считали слабее, чем инстинкты зверя крови. В случае, когда маг подавлял в себе зов волка, то во время обряда Единения на избранном и на самом представителе рода Зархдаан появлялись особые отметины-символы, которые свидетельствовали о внутренней силе мага и почти стопроцентно после свадьбы каждый из таких Зархдаан повышал магический резерв на пятьдесят, а порой даже и на сто магических единиц. Мать Рэйнольда отдалась избранному до обряда в храме и всю жизнь терпела его измены и вольное поведение, ведь отец главы ищеек был красавцем и до сих пор пользовался успехом у женщин и девушек.

Иринея прекрасно знала, к чему именно стремится Рэйнольд. После их совместного расследования глава СОМРиК был решительно настроен образовать с избранной высшую магическую связь. Он даже воображал, как будет целовать отметины магии на теле любимой и радоваться, что потом она уже не сможет от него никуда деться и будет любить только его. Рэйнольд наивно потирал руки в предвкушении того, как обретет некое подобие власти над избранной – вопрос контроля своей женщины стоял для него очень остро и болезненно. Иринея же потирала руки совершенно в обратном предвкушении того, как подольше не дать мужчине обрести над собой то, к чему этот самый мужчина так стремился.

Варх не зря так удивлялся при каждой их встрече – менталист открыл для себя все грани женского коварства, ведь Иринея намеренно изводила его лучшего друга при каждой встрече. Как Рэйнольд держался, менталист порой и сам не понимал. Главу СОМРиК безудержно тянуло к избранной, но каждая его с ней встреча заканчивалась полным изнеможением его зверя. Менталист и понятия не имел, как оказывается может скулить древний устрашающий врагов волк-коршун, уговаривая избранную поскорее выбрать дату свадьбы. Прапрабабка Варха очень сильно напоминала ему его прапрадеда в такие моменты, поэтому менталист радовался, что сия чаша миновала его мужскую гордость – праведный рода Сирин'Эр искренне сочувствовал лучшему другу. А лучший друг крутил в своей голове при каждой встрече с избранной одну лишь утешительную молитву – «Зато потом она уже никуда не денется от меня, осталось лишь чуть-чуть потерпеть». И Рэйнольд терпел.

Пока избранная Зархдаан веселилась в академии, куда попала исключительно сто двадцать пятой за заслуги перед верховным, о которых ему напомнил глава СОМРиК, сам лорд Зархдаан закрыл внезапно образовавшееся громкое дело.

Ищейки с раннего утра прочесывали столицу в поисках тех, кто уже третий раз грабил лавки артефактов, принадлежавшие несравненной Вивиан прекрасной Луне и сбывал краденое на неофициальных рынках. Группа быстрого реагирования во главе с лордом и Вархом арестовала троих магов, один из которых был с даром иллюзий, а двое обладали огромной физической и магической силой. Один из шайки воров погиб при задержании, а еще один был сильно ранен.

Поздно вечером глава отдела лично отправился в тюремную крепость с группой дознавателей и боевиков, чтобы передать стражам преступников. Варх остался ночевать в тренировочной: день выдался тяжелым и менталисту не спалось, поэтому он решил пойти выпить чего-нибудь покрепче, чем чай.

Проходя мимо зала совещаний, Сирин'Эр услышал громкие и весьма напряженные мысли. Кто-то из его коллег явно страдал и мучился. Варх поспешил со своим «принятием» на помощь, но когда приоткрыл дверь кабинета, то увидел, как его мощный коллега-боевик, ссутулившись сидел за столом. Катр пыхтел, вытирал пот со лба и упирался крепкими коленями в столешницу. Варх услышал, как тот, кто сегодня в одиночку уложил двух крепких бугаев, обеспечивавших доставку краденных артефактов и перевоз монет, что-то странно бубнил себе под нос. Катр напоминал сумасшедшего. На полу возле боевика валялись скомканные листочки, разорванная бумага и сломанные карандаши. Очередной комок смятой бумаги внезапно полетел в сторону менталиста.

– Смотри куда кидаешь, – сказал Варх подпирая плечом дверной проем и складывая руки на мощной груди. – И хватит ломать карандаши, а то всю канцелярию переведешь.

– Кто вообще придумал стихи? – роптал Катр. – Они ведь никуда в хозяйстве не пригодятся! То ли дело кусок добротного свежего мяса!

– Так-то обворожительная пишется на букву «о», а не на «а», – громко заржал менталист. – Ты серьезно пишешь комплементы на каждую букву ее имени? Ха!

– Лучше бы помог, раз ты все знаешь. А если нет, то и молчи. Абворажительная, Радастная, Маленькая, Араматная… аааааррррррр!!! – на пол полетел новый листок. – Может лучше так? Ты прекрасна как Источник! Вдохновляешь, наполняешь! Ты чудесна и свежа! Как в нашей претории зима! Не могу не есть, не спать! В кучу мысли не собрать! Только о тебе мечтаю! Встречи ожидаю!

– Самое главное теперь, чтобы ты это ей вслух прочитал, – веселился менталист, – девушка то грамотная, может и ошибки найти у тебя в тексте. А может и вовсе почерк твой не разобрать и подумает, что это рецепт пирога с капустой.

– Ваааррррх!!! – боевик треснул кулаками по столу и стол тоже треснул.

– Ты же знаешь, что шеф вычтет это из твоей зарплаты?

– Ну, все! Ты меня достал, белоглазый мозгодел! – Катр выругался, поднялся на ноги и готов был выпустить все накопленное напряжение от умственной деятельности, делая из менталиста мясную отбивную.

– Иди ко мне моя муза! – дразнился Варх, отступая в тренировочную и вытягивая губы для поцелуя. – Мы сегодня с тобой совпали в желаниях, сладенький мой поэт! Пошли разомнемся, надо действительно напряжение сбросить, а то рядом со мной ежедневно мужчины, преисполненные желаний! Поднадоела уже изрядно одинаковость ваших тайных фантазий!

Когда Рэйнольд вернулся в отдел из тюремной крепости и стал искать друга, то нашел того вместе с боевиком в тренировочном зале, определив по громким звукам их местонахождение.

– Вы что?! – заорал глава отдела, когда увидел во что его коллеги превратили снаряды для тренировок. – Рехнулись совсем?! Я лишаю вас на три месяца зарплаты!!! А если это еще не покроет расходы на восстановление, то монеты вы станете считать в бухгалтерии только тогда, когда я разрешу!!!

– Рэй, ты чего такой напряженный? – менталист знал, чем задеть друга. – Невеста сильно хочет, а ты решил поберечь себя до свадьбы в который раз? Может тоже снимешь напряжение? Присоединяйся! Будешь третьим!

Катр громко заржал, а Варх схватил тяжелую гантель, намереваясь нагло бросить ее в голову лучшего друга.

– Давай, Рэй, мой любимый, не ломайся, – менталист призывно и нескромно поглаживал тяжелый снаряд, и сверкал белыми глазами, – я же знаю, что ты хочешь попробовать!

– Пошли шеф, – пробасил Катр. – разделим воздержание от бухгалтерии на троих. Всего один разочек. Не оглядываясь на последствия и не сожалея.

Наутро все сотрудники СОМРиК благодарили Единого, что недавно обновили все охранные контуры и укрепили магически каждый закуток в отделе, начиная от стен и окон и заканчивая полом и потолком. Ищейки и дознаватели с благодарностью вспоминали ту страшную, костлявую и дотошную до мелочей менталистку, которая лично с их начальником ходила по кабинетам и раздавала нелицеприятные советы о том, где и какие нужно в отделе навешивать магические плетения. Двое из группы лорда, да и лично сам лорд появились в бухгалтерии к восьми утра с готовыми заявлениями, что жертвуют всю нужную сумму на восстановление повреждений из своей зарплаты. Им троим нисколько не было жаль потерянных монет.

– Как резерв, шеф? – довольный Катр стоял перед белоснежными воротами академии.

– Восстанавливается, – улыбался Рэйнольд. – Амарио отправил меня на два дня на больничный по магическому истощению.

– А меня на три! – похвастался Варх и весело хохотнул. – Вижу себя обычным неодаренным, потому что ничего не вижу. И не слышу тоже!

– Хорошо было, приятно, – поиграл мышцами боевик. – Я прям до самого конца дошел! Надо повторить будет.

– Угу, – согласился Рэй.

– Только, мальчики мои, давайте в другом месте в следующий раз? – предложил Катр. – Тесновато нам троим в коридорах было.

– Никогда не думал, что обнуление резерва может быть таким сладостным, – улыбался Варх.

– Ты уверен, что скоро большая перемена? – Рэй проходил в ворота академии.

– Ага, – ответил ему менталист. – Как раз и пообедаем. Как думаешь, Элион будет против, если мы основательно поправим в его владениях свое магическое здоровье, путем насыщения своих желудков? Я кертус с академии не ел!

– Ну, вот и спросим об этом его лично, – потирал ладоши глава ищеек. – Сэт мне вчера притащил расписание первого курса, они сейчас на арене. У них как раз пара с ректором.

– Посмотрим, как наша малышка тренируется, – Варх чувствовал себя тем, кто, идет пораньше в школу за дочерью, чтобы увидеть, как та занимается.

– И посмотрим также, как с ней тренируется сам натренированный тренер, – сказал лорд.

Когда троица магов с опустошенным магическим резервом приблизилась к арене боев, то им открылась интересная картина: их подопечная лежала придавленная спиной к земле и тяжело дышала. Дыхание девушки явно сбилось, она смотрела в глаза ректору, но сдаваться не собиралась. Лорд-ректор плотно прижимался к ней телом и давил всем своим весом. Рядом с ним ходила огненная пума, нервно дергая длинным хвостом и неотрывно следя за парящим неподалеку Кексиком. Первокурсники из второй группы сидели на трибуне и наблюдали за боем их мастера.

– А может ректор все же рехнулся от всех этих проблем, свалившихся на его голову? – спросил менталист.

– Я думаю, он выбрал Вилерию, чтобы наглядно продемонстрировать студентам тот уровень боевой подготовки, к которому они должны стремиться, – ответил лорд Зархдаан. – Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Смотри, наших определили в четвертую группу, нашивки на рукавах синие.

Мужчины стояли и смотрели, как ректор отпустил Вилерию и снова разрешил ей нападать. Девушка была похожа на луоку ректора. Гибкая и ловкая, в черно-синей форме, отличающей всех первокурсников, она продолжала искать брешь в защите мастера боев. Зеленые глаза сверкали, девушка то бросалась вперед, то ловко уворачивалась от захвата.

– Ухх, ну, почти, девочка, почти, – менталист улыбался.

– Он ведь с ней просто играет, – заметил Катр.

– Только ей не говори, а то горячая наша обидится на ректора, – попросил менталист. – У них, итак, что-то не заладились отношения.

– Уушшшш, – резко зашипели трое, когда девушка больно рухнула на землю.

– Это было грубовато, – сморщился Рэйнольд. – Элион перегнул, конечно, сейчас.

– Зато эффективно для обучения! – Катр покрутил мощной шеей, вспоминая проведенную с друзьями бурную ночь.

Пока сотрудники отдела контроля наблюдали за боем их независимого эксперта по болезням магических зверей, сама эксперт снова лежала прижатая к земле. Вилерия чувствовала странное смущение. Возможно, это происходило из-за злости или из-за нежелания проигрывать, а может из-за того, что тот, кто вел предмет по боевой подготовке очень плотно прижимался к ней и давил своим весом. Но когда лицо ректора находилось близко к ее лицу, и она ощущала на щеке его горячее дыхание, вдыхала терпкий мужской запах, то зеленоглазке хотелось не только вырваться из захвата мага, но и никогда более не приходить на арену. «А может и вовсе отчислиться!» – подумала Вилерия, вставая на ноги.

Постоянно тренируясь с лордом Зархдаан и праведным рода Сирин'Эр, постоянно проигрывая им и будучи много раз прижатой к полу или земле, она никогда не замечала, чтобы от ее наставников шла такая энергия. Даже ее первый поцелуй с Лерасом не был таким интимным и не вызвал столько ощущений, как то, что сейчас переживала в себе Вилерия – от ректора шла дикая и просто невыносимая для нее энергетика мужественности.

– Какой отвратительный дар! – плевалась в раздражении зеленоглазка, когда глава академии отпустил ее и пошел куда-то прочь. – Отвратительный дар! Отвратительный!!! Кто вообще придумал эту мужественность!!!

– Ви, ты чего так злишься? – Иринея поспешила к сестре, видя, как та дергается и нервно отряхивает с себя пыль и грязь. – Ну, подумаешь проиграла! Мы все ему проиграли. А я вообще проиграла всем в группе.

– Вилерия, тебя ректор на закуску видимо оставил, чтобы вся наша группа посмотрела, к чему нужно стремиться, – Кьёр тоже подошел к девушке и пытался ей помочь морально. – Он специально дал тебе проявить свои навыки, чтобы мы это увидели! Думаю, что у тебя точно будет автомат по его предмету!

– Эй, Вилерия, давай помогу? – парень-интуит из второго потока направил на грязную форму специально сложенные в жест пальцы. – Ну, вот! Теперь все чисто!

– Научишь? – спросила Иринея.

– Прости, боюсь твой резерв потом часа три будет восстанавливаться, – покачал головой Бараг. – Пусть тебя учат профессора. Я почему-то не хочу иметь дело с твоей магией. Не обижайся.

– Я не в обиде, – улыбнулась Иринея.

– Куда ректор вообще ушел? – ворчала Вилерия. – Урок же еще не кончился.

– Так-то кончился только что, – ответил интуит. – А у ректора вон там гости какие-то, смотрите. Я чувствую, что они очень сильные маги, но только пришли не совсем к нашему профессору, хотя и к нему тоже пришли.

– Моя тыковка-помидорка, – алчно улыбалась Иринея, потирая ладошки в предвкушении. – Пошли, Ви, там Варх и Катр тоже пришли.

– Потом подойду, – зеленоглазка осталась на месте. – Пусть сначала с профессором Архан'Эр поговорят.

– Они все равно уже идут сюда, – нежно улыбнулся Кьёр и добавил очень тихо. – Знаешь, Иринея, я очень люблю взгляд нашей милости, когда он так смотрит на тебя.

Вилерия отреагировала на слова юноши и решилась посмотреть в сторону наставника, но взгляд ее зацепился совсем не за того лорда, за которого бы ей хотелось, чтобы он зацепился.

Элион думал, что маги из отдела пришли к подопечной и ее сестре, но Рэйнольд попросил заключить между СОМРиК и академией взаимовыгодный контракт. Некоторые тренировки ищеек выходили по их словам за рамки допустимых техникой безопасности норм. Рэйнольд хотел арену академии, пообещав взамен показательные бои для студентов.

– Хотите предложить новое сотрудничество, лорд-глава? – Элион поглаживал свою луоку, когда говорил с ищейкой. – Желаете теперь не только забирать отсюда свои кадры, но и приводить их сюда для расширения рамок допустимых вашей… техникой безопасности… норм?

– Рад, что вы так быстро меня поняли, лорд-ректор академии, – Рэйнольд чуть склонил голову.

– Давайте обсудим все нужные условия в моем кабинете, лорд-глава отдела, – Элион ответил кивком головы.

– Могу ли я сначала пообедать вместе с моей невестой в вашей просторной столовой, лорд-ректор академии? – Рэйнольд прямо смотрел на бывшего соперника.

– Вы – желанный гость в этих стенах, лорд-глава отдела.

Элион развернулся и пошел обратно к четвертой группе первокурсников. Он поймал взгляд зеленых глаз, но девушка нахмурилась и сразу отвернулась.

– Урок окончен, сейчас большая перемена. У вас полтора часа на отдых между занятиями, – лорд-ректор снова посмотрел на младшую Кастоль. – Все молодцы сегодня! Вечерние тренировки по желанию, время указано в расписании. Если хотите увеличить физическую силу и развить навыки боя, я буду вас ждать сегодня вечером. Бараг, хорошо, учитывая, что вы не умеете сражаться. Кьёр, вам нужно больше заниматься. Вилерия, вы – большая молодец и надеюсь, что мы увидимся сегодня вечером.

– Я не буду ходить на вечерние тренировки, профессор Архан'Эр, у меня уже есть два наставника, и я хочу по вечерам тренироваться самостоятельно или с ними.

– Ваше право, Вилерия.

Лорд-ректор смотрел на девушку изучающе: еще ни одна из студенток не отказывала ему в тренировках.

– Чего стоите? Время идет! – вдруг гаркнул он во весь голос. – Живо марш в столовую! У вас далее по расписанию практический урок магии, хотите попадать в обмороки от истощения? Профессор Омайя несгибаемая воля Рессанд'Эр любит доводить студентов до грани, особенно если те приходят неготовыми!!!

Всю четвертую группу моментально унесло туда, куда послал их страшный ректор. Вилерия убежала самая первая, прихватив с собой Кьёра: ей не терпелось оказаться подальше от такого отвратительного для нее дара. Не унесло вместе со всей четвертой группой лишь Иринею. Блондинка хитро улыбалась, глядя на своего жениха. Она протянула ему ладошку, чтобы он взял ее за ручку и проводил до столовой. В этот момент почему-то начало уносить подальше самого ректора, и он наскоро предупредил главу ищеек, что будет ждать того у себя в кабинете после обеда для обсуждения всех пунктов соглашения.

Элион действительно рад был помочь отделу контроля, хотя бы даже за то, что теперь золотой лис сидит в тюремной крепости и академия может вздохнуть спокойно. Перед началом учебного года верховный и его новый советник из рода Сирин'Эр лично посетили академию и переговорили со всеми ее сотрудниками. Большую часть преподавателей сразу уволили, включая профессора Диксон, поэтому нехватка кадров обрушилась на этот раз приятной головной болью на Элиона, и он спешно стал возвращать педагогов из старой гвардии или просто нанял новых, но проверенных советником Сирин'Эр. Благо, что высокие зарплаты, привлекшие желающих поработать в академии, позволили ректору свободно отобрать тех, кто подходил больше. Новый учебный цикл начинался для него приятнее, чем все предыдущие. Одно лишь тревожило Элиона – взгляд восхитительных зеленых глаз.

Троица магов из отдела контроля с пустым резервом направлялась в столовую академии. Лорд держал свою избранную за ручку и что-то тихо говорил ей на ушко – Иринея хихикала.

– Дружище, я двумя руками за контракт, – Варх воздел очи к небу, – если почаще буду обнуляться, то может и вовсе потеряю интерес к развитию событий.

Когда ищейки вошли в столовую, то увидели, как к независимому эксперту СОМРиК подходит красноволосая и красноглазая наглая девица и тыча в Вилерию длинными пальцами с красными ногтями, что-то ей говорит.

– Неужели, я вижу очередную замарашку из Листорны? Ты, наверное, и в академии будешь ковырять лопатой в земле, ища, где посадить тыквы и помидоры? Ой, вижу, что ты уже ковырялась! Руками что ли землю рыла? Или лопату просто дома забыла?

У Вилерии была грязь на лице и руках после боя с ректором: форму ей очистил Бараг, а вот лицо и руки нужно было умыть. Где-то раздались противные смешки и некоторые из студентов стали обступать девушек, ожидая, чем закончится их разговор.

– Восьмой уровень из Листорны, серьезно? Что творится в академии! То сироточек бедненьких всяких добирают, а у них оказывается десятый уровень, то каких-то недоразвитых магичек со вторым уровнем без потенциала к развитию. Это же твоя сестрица сто двадцать пятая в списке висит? Неужели она служила подстилкой тем, кто ее пропихнул в академию?

Отовсюду стали доноситься одобрительные возгласы, кто-то даже присвистнул и похлопал красноглазой. Толпа стала еще плотнее, а лица студентов, ждавших, что ответит та, что дралась лично с ректором на вступительных, стали еще злее.

– Пойдем, Вилерия, – Кьёр выступил вперед и чуть прикрыл собой младшую. – Девушке плохо, не будем мешать ей болеть.

Ищейки поняли, что примерно происходит, но слов красноглазой не слышали. Варх знал, что его подопечная не любит, когда кто-то не дает ей решить проблему самостоятельно, другое дело, если у нее не получается ее решить, но попробовать найти решение зеленоглазка любила сама. Варх понимал, что означает, когда внутри толпы сталкиваются интересами две стороны. Менталист увидел, как Кьёр с присущей ему утонченной красотой отводит Вилерию прочь. Проследил опытным взглядом затем, как девица с огненными волосами замечает ищеек в компании старшей сестры той, которую она пыталась только что задеть. Четко увидел, как гаснет в толпе азарт продолжать поддерживать стычку и иметь из-за этого проблемы. Сама девица, не желая проигрывать, схватила Вилерию за предплечье и прошептала ей что-то на ухо, отчего зеленые глаза сверкнули.

– Вилерия, все в порядке?

Менталист все же решил подойти поближе: он знал, чем порой могут заканчиваться наезды на тех, кого по ошибке считают слабыми. Род Сирин'Эр в основном боялись, но красноглазая с вызовом и превосходством посмотрела на менталиста, отпустила руку Вилерии и ушла в компании своих подпевал.

– Чего хотела красноглазая? – спросил менталист.

– Предупредить, о том, что у нее титул герцогини и поэтому она тут все решает.

Вилерия сдерживалась, она не хотела усиливать более свои эмоции, ведь после боя с ректором, итак, была на взводе.

– Ты напряжена, – сказал расслабленный Варх. – Пошли, присядем все вместе. Я двести лет не ел в столовой академии, поэтому хочу сейчас попробовать все, включая кертус, который терпеть не мог в годы студенчества, хотя он быстро пополняет резерв. Одно плохо – вонь потом изо рта такая, что хоть нос затыкай.

Вилерия не стала ничего отвечать менталисту, она дождалась всех и пошла к длинному столу у стены, который предназначался для таких, как она студентов. Ищейки набрали на раздаче полные подносы и довольные уселись рядом с Кьёром, Вилерией и той компанией, которая образовалась рядом с ними. Это была половина четвертой группы первокурсников: парень-интуит Бараг, пять девушек, включая примчавшуюся откуда-то наследницу Зимних, три юноши, которые следовали за Кьёром по пятам, а также Грэя и Ерла – соседки сестер по комнате.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.