Настасья Тихая
Два дара в Неживой Академии

Глава 1

Передо мной было круглое озеро. Серебряная луна отражалась в его неподвижных водах. Я шагала по берегу к воде и знала, что сплю. Мое сердце было наполнено радостью, потому что вода во сне означала, что мой живой дар пробудился. А значит я отправлюсь в Живую академию как когда-то вся моя семья.

Но не только обретенный дар приводил меня в трепет во сне. В ночь пробуждения дара я могла увидеть своего суженного. Достаточно было склониться над водой, чтобы увидеть его. В сердце моем был только Ольв, на чье предложение о браке я согласилась еще год назад в нашу последнюю встречу. По условиям помолвки мы поженимся спустя три месяца после пробуждения моего дара. Именно столько времени потребуется на подготовку торжества. Как потомственная семья магов живого дара, родители Ольва хотели убедиться, что во время испытания дара я получу знак жизни. Мой дар пробудился позже, чем у остальных магов. И это заставило волноваться всю семью. Срок помолвки заканчивался, и без знака жизни она была бы расторгнута. Оставалось всего полгода до конца помолвки, и мой дара наконец пробудился.

Я подошла к краю озера и заглянула в его воды. Зеркальная гладь отразила мое взволнованное лицо, румянец на щеках, длинные темные растрепанные волосы и ошеломленные темные глаза в обрамлении черных ресниц. А удивление вызвала не моя заурядная внешность, а наряд. Я увидела на себе гробовое платье со шнуровкой на талии и коротким бантом на шее. Опустила взгляд на свою одежду и убедилась, что на мне ночная сорочка с вышитыми розами на лямках. Тогда почему вода показывается меня в одежде ведьмы?

Я нахмурилась и всмотрелась в воду. Где Ольв? Вода прозрачна, как слеза, и только мое озадаченное лицо смотрит на меня из воды.

Вдруг чьи-то руки легли на мои плечи. Я вздрогнула. Глаза расширились от ужаса, ведь в отражении воды я до сих пор была одна. Стоило обернуться, как я увидела своего суженного. Я сразу поняла, что это моя судьба. Страх отступил. Его место заняла тянущая нега внутри меня. Но на моих плечах лежали руки совсем не Ольва.

Передо мной стоял некромант в черных одеждах. Лицо греческой скульптуры с резкими скулами и чувственными губами. У моего суженного был роковой лик темного мага. Его пылающий взгляд горел торжеством обретения своей половины. Он чувствовал ту же связь, что и я.

– Забудь про воду, Алегра, – хриплым голосом приказал он. – Наша связь нерушима, и сама смерть не может уничтожить наши узы.

Его сильные пальцы сжимали мои плечи, словно он боялся, что я убегу от него. Моя сорочка стала темнеть и превратилась в гробовое платье из отражения воды. Я обернулась к озеру, но оно высохло. Одна часть меня тянулась к незнакомцу, но в голове крутился образ другого мага.

– А как же Ольв? Как между мной и тобой могут быть узы? У меня уже есть жених.

Я попыталась отступить в сторону от некроманта. Его руки, глаза, широкоплечая фигура мешали мне думать. Мысли путались с новыми чувствами к некроманту. Но он не пустил. Его чувственные губы изогнулись в усмешке.

– Нет больше никого для нас, Алегра. Ты знаешь мое имя так же хорошо, как я твое. Прислушайся к своему сердцу.

– Тавидар…– прошелестели мои губы.

Глаза Тавидара блеснули мрачной решимостью, и я поняла, что он собирается поцеловать меня. Как мне хотелось этого! Словно глотка воды в жаркую погоду. Разум кричал, что это неправильно. Ведь у меня есть жених. Но когда руки некроманта потянули меня к себе, я отдалась в его сильные объятия. Губы некроманта накрыли мои, и все мое естество воспылало огнем желания.

Мои руки потянулись и обвили крепкую шею. Его объятия были хваткой смерти, которая ни за что не отпустит свою добычу.

Я забыла про дар воды, Живую академию и Ольва. Был только мой суженный.

Когда Тавидар отстранился, я ощутила пустоту и потянулась снова к нему.

– Наше время заканчивается, моя невеста, – он коротко рассмеялся, увидев разочарование на моем лице. – Скоро ты проснешься, но я найду тебя. Теперь наши жизни навеки связаны. Ты – моя избранница, Алегра.

Он раскрыл широкую ладонь, на которой оказалось кольцо с черными алмазами. Мне осталось только наблюдать, как некромант надел его на мой палец.

Глава 2

Сквозь шторы пробивались утренние лучи. На соседней кровати сидела Нуми в ночной сорочке. Настоящее украшение семьи с нежной кожей и тонким голосом. Ее руки сжимали одеяло. От волнения на голубых глазах сестры блестели слезы.

– Алегра! Я проснулась от того, что ты говорила во сне, – Нуми откинула одеяло и свесила босые ноги на пол. – Это был вещий сон? Твой живой дар проснулся, да? И ты видела своего суженного?

После пробуждения обрывки сна никак не хотели складываться воедино. Нуми жадно смотрела на меня и ждала ответа. Я порылась в голове.

– Да, я видела суженного, Нуми, – в этом я точно была уверена, но почему-то не сразу вспомнила его лица из сна. – И дар…да, мой дар проснулся, но…

Нуми захлопала в ладоши как ребенок и вскочила. От бурной радости она кружилась и не видела моего перекошенного от потрясения лица, когда воспоминания нахлынули на меня. Некромант испортил все мои планы! Я была в такой ярости, что не подумала о том, кто виноват в моем неожиданном даре. Но именно его я видела причиной наших уз. Не иначе как Тавидар подстроил нашу связь! Но у меня уже есть жених, который ждет нашей свадьбы так же, как я. От злобы я сжала кулаки, и почувствовала на пальце кольцо.

Нуми схватила со стула свое платье и выскочила в коридор. Ее голые пятки стучали по полу. Ковров на втором этаже не было, потому что семейству Аугуст уже давно было не по карману содержать дом. Именно поэтому семья возлагала огромные надежды на мой брак с Ольвом.

– Мама! – донеслось до меня из коридора. – Мама! Дар Алегры проснулся! Она поедет в Живую академию и станет женой Ольва! У нее был вещий сон!

В ответ раздал счастливый смех Биргитты. А я достала руку из-под одеяла и уставилась на черное кольцо. Злость отступила, и я решительно потянула кольцо прочь с пальца. И пусть, что вещий сон сулил мне некроманта. Я все равно выйду замуж за Ольва. А Тавидар пусть ищет другую невесту на погосте! Но кольцо не снималось. Что б некроманту провалиться в яму! Мало того, что вторгся в мой вещий сон, еще и магическое кольцо одел.

Надо было срочно привести себя в порядок и одеть платье. Сколько явиться королевский архивариус и проверит мой дар. Ведь была же вода в моем сне! Значит живой дар у меня есть, вот и надо предъявить его на испытании. А мертвый дар не использовать ни при каких условиях. Не такая уж редкость иметь два дара в первый год после их пробуждения. Но каждый маг навсегда избавляется от одного из них. И я смогу.

Как раз когда я была одета в голубое платье и завязывала волосы лентой, снизу раздался стук в дверь. Архивариусы мгновенно получают сведения о новом даре у граждан королевства и незамедлительно отправляются в каретах к новому магу.

Я достала из коробки кулон в виде капли и застегнула на шее цепочку. Это был подарок Ольва. Кулон был красивый, но я ждала пробуждения дара, чтобы его носить. Сегодня был подходящий момент одеть подарок жениха. Мне нужно было проявить именно свой живой дар и получить соответствующий знак. Пусть кулон мне поможет!

Когда я коснулась кулона с упованием на его помощь, кольцо некроманта вспыхнуло белым светом, и подаренное Ольвом украшение растеклось водой. Мое платье оказалось мокрым. От злости на проделки кольца я топнула ногой. Если черному украшению не понравился подарок жениха, это не значит, что его надо уничтожать! Пришлось переодеваться под крик матушки на первом этаже, извещающей о прибытии королевской кареты.

Я спустилась по лестнице на первый этаж, где торжественные и нарядные Нуми и матушка Биргитта стояли рядом с архивариусом.

Старичок был сух и низок. Двумя руками архивариус держал свой большой портфель, но упорно отказывался отдавать тяжелую ношу в руки хозяек дома. Архивариус страдал бессонницей, всю ночь работал за письменным столом, поэтому его коричневый костюм был помят.

Биргитта и Нуми не скрывали счастливых улыбок при моем появлении в гостиной.

С рождением дочерей Биргитта перестала варить зелья в столичной лавке, а стала домохозяйкой. Ее простое синее платье было испачкано на боку мукой. Нуми одела желтое платье. Их белокурые головы были уложены одинаковыми косами и украшены живыми цветами. Что будет, если они узнают о моем втором мертвом даре? В нашей семье таких случае не было. Мало того, что я отличаюсь от голубоглазых и светловолосых родственников, так еще оказалась магом с двумя дарами.

– Моя Алегра! Поздравляю тебя! – матушка бросилась обнимать меня. – Сразу после испытания ты напишешь письмо Ольву. Пусть знает, что дар пробудился, значит подготовку к свадьбе можно начинать. Нуми, усади гостя!

Мои ноги стали ватные. А вдруг на испытании я покажу только мертвый дар? А Биргитта уже уверена, что мы с Ольвом одной сущности. Даже если результатом испытания будет выявление два дара, мой жених никогда не должен узнать об этом. Его семья строго следит, чтобы избранники членов семьи привносили в род только живой дар.

Архивариуса посадили на лучший стул в комнате. В отличие от своих собратьев, это сидение не скрипело и не шаталось. Он был полон негодования и громко заявил:

– По пути к вашему дому, на моих лошадей напали тени! Это не слыханно! При свете дня подвергнуться опасности.

Горожане давно привыкли к нападениям теней, которых ловили стражники столицы. Никто не слушал возмущений гостя. Биргитта суетливо терла край стола полотенцем. Нуми грызла ноготь. От результата испытания зависело будущее семьи.

Пока архивариус доставал предметы из своего портфеля, я старалась унять бешено колотящееся сердце. Старческие руки архивариуса доставали поочередно свечу, мешочек с землей и чистый лист бумаги.

– Хорошо, что вы не пострадали и в целости добрались до нашего дома, – тараторила взволнованная испытанием матушка. – Дар Алегры несколько поздновато пробудился. Вы же понимаете, что в ее возрасте у нее есть жених. Он с нетерпением ждал ее дара и последующей свадьбы.

Я шумно вздохнула, когда последним на стол легла кость. Тогда Биргитта замолчала, а архивариус попросил меня подойти к столу.

– Алегра Аугуст, прошу вас положить свои руки на стол и сосредоточиться, – сухим голосом сказал архивариус. – После окончания испытания вы получите знак своей сущности.

Нуми ободряюще улыбнулась. Биргитта вытирала полотенцем уголки глаз от набегающих слез счастья. А я не могла отвести взгляда от кости, которая притягивала меня. Неудержимо хотелось прикоснуться к ней. Но силой воли я заставила себя перевести взгляд на мешочек с землей. Мне нужно думать только о живом даре. Даре моей семьи.

«Каждый будет ждать:

Вспыхнет ли свеча.

Или жизнь пробьется из земли.

Плоть покроет кость,

Или листок украдет мысль».

Ноги прошли несколько шагов вперед, и ладони легли на стол. Биргитта близоруко сощурилась, когда на моем пальце блеснуло кольцо, но не посмела нарушить ритуал вопросом.

Огонь и воздух не были моей сущностью. У меня не было оснований думать, что я могу проявить дар воина или левитации. Я смотрела только на мешочек, который архивариус предварительно открыл. Из черной земли должен был появиться росток. Я глубоко вздохнула и обратилась к своей сущности. На моих глазах земля покрылась плесенью. Никакого ростка не появилось. Биргитта и Нуми склонили головы над столом.

– Это плесень, архивариус? – недоумевала матушка. – Земля испорчена Алегрой…

– Глядите! – перебил ее гость и показал пальцем в край стола. – Кость!

Мы повернули головы в указанном направлении. Комната качнулась перед моим взором.

– Кость покрылась плотью, – нежная Нуми позеленела от вида свисающих и разлагающихся мышц и кожи.

На столе появились белые тонкие линии ауры. Они сложились в маленький круг, в центре которого было изображение черепа. Это был знак. Архивариус поднял его со стола и сунул в мою руку. Знак был твердым как камень и светился как звезда.

– Возьмите знак и носите в Неживой Академии, адептка Алегра. Поздравляю с прохождением испытания.

Я была оглушена результатом ритуала. Все мои надежды в один момент рухнули. В голове была пустота. Я могла лишь пялиться на знак в своей руке.

– Как это возможно?! Что это значит? – закричала Биргитта.

– У вашей дочери два дара, мадам. Вы сами видите результат испытания и знак. Своим сильнейшим мертвым даром Алегра испортила землю, – он достал из портфеля книгу. – Однозначно она имеет влияние на живой мир, однако принадлежит мертвой сущности. Ее главный дар – мертвый. А живой дар – это рудимент, который через год пропадет. Не стоит так волноваться. Такие случаи бывают даже в самых уважаемых семействах.

Аккуратным почерком архивариус внес в толстую книгу запись.

– А как же Живая академия и свадьба! – матушка выхватила книгу из его пальцев. – Не смейте записывать мертвый дар возле имени моей дочери! Весь наш род относится к сущности воды и жизни!

Нуми упала в кресло и громко зарыдала.

– Отдайте книгу, мадам, – проявляя чудеса терпения, обратился к Биргитте архивариус.

Но матушка была в панике, и сама не знала, что творила. Архивариус взял книгу с другого конца и потянул на себя, но Биргитта вцепилась в нее и не отпускала.

Открылась дверь гостиной и в клубах дыма из трубки появилась Альба. Бабушка была одета в кокетливое зеленое платье с низким вырезом, из которого торчал бутон розы, подаренный очередным поклонником. Она замерла на пороге. Архивариус, потрясенный представшим им зрелищем, выпустил из рук книгу. Биргитта прижала ее к себе с ликующим возгласом разбойника, и лишь потом увидела причину своей победы.

– Мама…

Цепким взглядом ярко подведенных глаз Альба узрела предметы испытания, знак в моей ладони и кольцо на пальце. Она вытащила из алого рта трубку.

– Ох! – у Альбы вырвалось колечко дыма. – Похоже, что у малышки Алегры пробудился неожиданный дар…хм…как интересно, что через поколение…

– Что через поколение, Альба? – истеричные нотки в голосе Биргитты взвились под потолок.

Всем присутствующим в комнате стало понятно, что Альба не удивлена моему знаку и знает причину мертвого дара. Мой дар совсем не результат случайности. Сердце пропустило удар. Заинтригованная Нуми даже перестала плакать. Не успела я и рта раскрыть, как Альба пронеслась деловитой рысью мимо архивариуса, подхватила меня под руку и потянула в кабинет отца.

– Биргитта, отдай архивариусу его книгу! Король будет недоволен, если драгоценное имущество его служащего будет украдено. И следуй за нами в кабинет.

Архивариус цепко выхватил из рук поникшей Биргитты фолиант.

– Нуми, не сиди тут как печальная русалка на скале! Принеси дорогому гостю чай и пирог. А мы сейчас вернемся к вам, уважаемый архивариус!

Едва мы оказались в соседней комнате, как Альба захлопнула дверь, вытащила розу из корсажа и кинула ее в незажженный камин.

– Я была уверена, что тот красавчик был обладателем живого дара! Иначе я была бы гораздо осторожнее, – поведала она тихо. – Еще повезло, что живой дар все же остался в крови нашей Алегры.

– О чем ты говоришь, мама? – нахмурилась Биргитта.

– Все и так понятно! – взорвалась я. – Мне достался дар какого-то проходимца в постели нашей бабушки!

Биргитта приложила руку к сердцу и осела на кресло, которое издало громкий скрип.

– Он не был проходимцем! – возмутилась Альба. – У нас была любовь! Страсть! Он был…как же его звали…

Я провела ладонью по волосам и скривилась от боли. Кольцо на пальце зацепило волосы. Отлично! Я получила дар безымянного предка.

– Вы же знали Густафа!

Наши взгляды устремились к старому портрету дедушки Густафа. Неутомимый исследователь растений пожелал, чтобы фоном его бледного лица за круглыми очками были листья.

– Для Густафа существовали только растения и цветы! А я была молодой и страстной! Да, в моей жизни были любовники. Если бы не одна из моих интрижек, я бы осталась без детей. Тебя, Биргитта, просто не появилось бы на этом свете. Ведь Густафа не интересовала эта сторона брака…

– Хватит, мама! – поежилась Биргитта. – Что нам теперь делать? Разве Алегра может принять темный дар? Тогда брака с Ольвом не бывать!

– Брака не будет даже если Ольв и его семья узнают, что у меня два дара, – мрачно сообщила я. – Вы же знаете его семью.

Биргитта в отчаянии схватилась за волосы и принялась раскачиваться.

– Мы будем разорены! У нас столько долгов! После свадьбы Алегры и Ольва мы могли бы улучшить свое положение. Кто возьмет вас замуж после разорения семьи, Алегра? Нуми не выдержит такого удара! Что будет с нами?

Альба задумалась и потерла бровь, отчего темная краска с нее размазалась по лбу. Я подошла к Биргитте и обняла ее. Мы должны что-то придумать, чтобы избавить меня от мертвого дара. От Биргитты толку нет. От волнения она перестает здраво рассуждать. Я погладила матушку по голове.

– Альба, бывали случаи, что рудимент становился единственным даром. Я готова на все, чтобы избавиться от мертвого дара.

– Нельзя упускать брак с Ольвом. Алегре повезло получить предложение от богатого наследника, который к тому же друг ее детства и мил ее сердцу, – Альба пожевала губу. – По законам дара у Алегры есть год, чтобы рудимент вытеснил сильный дар и снова пройти испытание.

– Целый год! – всхлипнула Биргитта.

– Наша помолвка прекратиться через полгода, Альба, – отчаяние уже охватило и меня. – Юэн, сын соседей, уже через два месяца избавился от второго дара и перешел в Птичью академию! И ректор назначил повторное испытание для него раньше положенного года!

– Да, в исключительных случаях ректор может назначить меньший срок…Алегра, тебе нужно уговорить ректора уменьшить испытательный срок.

Я с готовностью кивнула и приложу все усилия, чтобы избавиться от мертвого дара.

– Надо узнать у архивариуса, как подать прошение об уменьшении испытательного срока перед вторым ритуалом. Биргитта, ступай на кухню и принеси пирожные к чаю и фрукты. Нам предстоит задержать уважаемого архивариуса, чтобы составить прошение, – решительно сказала бабушка.

Услышав строгий тон Альбы, Биргитта взяла себя в руки и вышла из кабинета. Альба стояла у приоткрытой двери, откуда была видна расположенная рядом с гостиной кухня. Архивариус пил чай, а Нуми отрезала следующий кусок пирога, чтобы положить его на тарелку гостя. Сестра с улыбкой кивала на слова архивариуса, которые не доносились до кабинета. Но я видела, какими грустными оставались глаза Нуми. Она переживала за мой результат испытания.

– Альба, у Нуми тоже может быть два дара? Или вообще у нее может обнаружиться только мертвый дар? – тихо спросила я.

– Нуми не должна знать, что отец Биргитты не Густаф. Я позабочусь, чтобы она не проболталась твоей сестре. Не хочу, чтобы девочка переживала до самого пробуждения дара.

Я заметила, что Альба не отмела возможность двух даров у Нуми. Также никто не мог дать гарантии, что у ее сестры не окажется только один дар – мертвый.

– Ольв не возьмет меня замуж с двумя дарами, бабушка Альба, – слезы стали жечь глаза. – А без этого брака у нашей семьи заберут дом за долги.

Альба обернулась и больно схватила запястье руки, в которой я до сих пор сжимала знак.

– Алегра, несмотря на этот знак, ты остаешься самой собой. Я всегда учила тебя бороться. Ты никогда не была такой слабой как сестра и мать. И сейчас не время становиться похожей на них, – жестко сказала Альба.

Альба всегда прямолинейно высказывала свое мнение. Я смахнула слезы. Мне надо пройти испытание и уйти из Неживой академии со знаком жизни.

Мы выскользнули из кабинета как раз в том момент, когда Биргитта несла поднос с пирожными и фруктами.

– Дорогой наш архивариус, нам нужна ваша помощь! – с улыбкой обратилась к гостю Альба. – Алегра, положи на тарелку архивариусу пирожные. Моя дочь Биргитта сама их печет. Такой вкусный десерт может сравниться с королевским столом.

Не любящий сладкого архивариус был вынужден молча кивнуть и протянуть к себе украшенные пудрой корзиночки. Альба закрыла дверь на кухню и села рядом со стариком. Он понял, что путь к отступлению отрезан и с готовностью сообщил:

– Я готов оказать любую помощь, мадам Аугуст.

Альба бралась за проблемы с таким же напором, как за обольщение очередного кавалера.

Биргитта и Нуми молча замерли у стола и смотрели, как Альба старается спасти семью.

– Помогите нам составить прошение об уменьшении испытательного срока для Алегры, архивариус. Этой милой леди предстоит выйти замуж за мага из уважаемого семейства. И как вы понимаете, леди Аугуст никак не может пойти под венец со знаком мертвого дара.

Архивариус с облегчением выдохнул, словно ожидал приказа убить дракона, а получил поручение, которые вполне мог выполнить:

– Ах, мадам Аугуст! Я понимаю ваши тревоги перед свадьбой своей внучки. Но вам не следует тревожиться. Для магов с двумя дарами есть испытательный срок – один год. Если в течении него у Алегры рудимент вытеснит сильный мертвый дар, то она подаст прошение ректору. Уверен, что при такой серьезной причине как предстоящий брак, ректор с готовностью назначит повторное испытание на один месяц раньше конца испытательного срока.

Я метнула встревоженный взгляд на Альбу. Повторное испытание через одиннадцать месяцев будет слишком поздно.

Нуми округлила глаза от услышанного срока, уронила ложку и поспешно нырнула под стол за ней.

– Дорогой архивариус, – Альба взяла со стола вилку и вцепилась в нее, как в оружие. Архивариус с опаской посмотрел на столовый прибор в ее руке. – Помолвка окончиться через полгода. Если у Алегры не получит к тому времени знака жизни, свадьбы не будет.

– Ведь были случаи раннего повторного испытания, архивариус, – напомнила Алегра.

Архивариус понял всю серьезность ситуации по решительным лицам леди, которые его окружали. У него не было возможности покинуть стены обветшалого дома семейства Аугуст, пока он не составит нужную им бумагу. Он отставил тарелку с пирожными и потянулся к своему портфелю:

– Я могу составить бумагу, мадам и леди Аугуст. Но Алегре требуется сегодня вечером явиться на прием к королю. Он будет принимать присягу новых рыцарей и магов. А также примет назначение нового ректора Неживой академии. Традиционно адепты академии, чьего нового ректора назначает король, могут присутствовать на приеме. Алегре будет достаточно показать свой знак при входе во дворец.

Я переглянулась с Альбой и кивнула. А Биргитта выскочила из кухни, чтобы подготовить лучшее платье для приема.

– Алегре требуется поговорить с ректором и подписать у него прошение.

Я была готова прыгнуть в пасть дракону ради живого дара. А тут требовалось всего лишь уговорить нового ректора отпустить меня раньше.

– Но во время испытательного срока Алегра будет сталкиваться с экзаменами и опасностями в незнакомой для нее обстановке Неживой академии. Чтобы рудимент стал достаточно сильным и вытеснил мертвый дар, требуется каждый раз взывать к своему живому дару и никогда не пользоваться мертвым. Вы меня понимаете, Алегра?

Я слушала гостя так внимательно, что его слова отпечатались в моем сердце. Ни за что не пользоваться мертвым даром. Только взывать к живому дару.

– Да, архивариус.

Старик разложил перед собой бумагу и взялся за перо.

– Я вижу, что вы сами потрясены результатом испытания, адептка Алегра. Непросто оказаться с другим даром в семье живой сущности. Вам нужна будет помощь амулетов в Неживой академии, чтобы усилить рудимент. Обратитесь к Франциску, когда прибудете в замок, – архивариус подмигнул ей. – Он давно снабжает адептов запрещенными средствами.

– Спасибо, архивариус! – я обняла его и отстранилась, чтобы дать старику изложить прошение на бумаге.

Альба улыбалась, а мне хотелось рассмеяться в лицо некроманту. Скоро я раздобуду подпись ректора и получу помощь амулетов. Через полгода я останусь только с одним живым даром и выйду замуж за друга моего детства.

Глава 3

Когда архивариус отдал составленное прошение, Альба выпроводила гостя. В доме началась подготовка к королевскому приему. И уже вечером я села в нанятую карету и поехала во дворец. В сумке лежали прошение и знак. Дворец освещали сотни огненных шаров, которые создали придворные маги. Кареты останавливались на дорожке, из которых выходили гости. Все были одеты в праздничные наряды. Слуги в ливреях проверяли приглашения гостей и пропускали в широко распахнутые двери дворца. Ведьмы и некроманты прикрепили на свою одежду знак смерти и беспрепятственно проходили на прием.

Извозчик открыл передо мной дверь, а я вдруг ощутила на себе чужой взгляд и оглядела поток магов, движущихся ко дворцу. Воздух был наполнен разговорами и смехом. В полутьме я не узнала ни одного лица среди разодетых гостей. Однако мне казалось, что у меня с наблюдателем есть незримая связь. Я должна была испугаться, но меня наоборот тянуло к наблюдателю. Неудержимо захотелось встретиться с ним взглядом.

Я поспешила ко дворцу и у входа отбросила посторонние мысли и чувства. Мне надо найти нового ректора. Как фокусник, который хочет скрыть секрет своего фокуса, я быстро достала из сумочки знак и показала слуге. Он едва успел увидеть череп, как я уже воровато совала знак обратно. Вдруг в толпе окажутся знакомые, которые увидят знак смерти.

Дворец был заполнен гостями. В тронном зале возле короля стоял высокий и лысый распорядитель. Казалось, что на столб натянули расшитую ливрею. Королевский распорядитель объявлял имена кандидатов в рыцари. После этого король брал меч и осуществлял посвящение.

Я впервые видела короля так близко. Он был стар, но в его руках еще было достаточно силы, чтобы поднимать тяжелый меч. На его плечах была алая мантия со знаком пера.

– Алегра! – я обернулась на ликующий возглас и увидела Ольва. – Как я рад тебя видеть! Новость о моем назначении пришла только сегодня днем. И мы с отцом без промедления прибыли в столицу для назначения. Даже не успели разослать приглашения близким. И вот в такой важный для меня момент ты рядом!

К счастью, Ольву был поглощен ожиданием назначения и не подумал спросить, по какой причине я оказалась во дворце.

Ольв Венсон светился счастьем, глядя на меня. А я была рада видеть старого друга, которого с самого детства считала своим будущим мужем. И с нежностью улыбалась ему, но внутри себя ощутила странную пустоту. Мой сосуд чувств к жениху был осушен. Я смотрела на его румяное лицо, полное жизни, и водянистые глаза. Ольв старше меня на три года. Пока Еспер Аугуст был жив, наши отцы вместе трудились лекарями в городском лазарете.

Тогда семейство Аугуст было частым гостем в доме Венсон. Я росла вместе ним. За последний год как мы не виделись, он стал крупнее из-за своей любви к еде.

– Даже не вериться, что скоро ты станешь моей женой, Алегра, – улыбался Ольв. – Скорее бы твой дар пробудился!

Впервые, я испытала страх перед скорой свадьбой. Как только я получу знак жизни, то буду облачена в свадебное платье. Почему я стала бояться этого? И где старый трепет и радостное ожидание будущего рядом с Ольвом? Почему я не испытываю даже капли чувств, которые обрушились на меня в вещем сне.

Хорошо, что в этот момент королевский распорядитель объявил имя Ольва. Он обернулся к трону и не видел ужаса на моем лице, когда я осознала, что испытываю к нему такую же нежность как к соседской кошке. Я не любила Ольва!

Рядом возник Питер Венсон, его отец. Он был грузным магов в мантии, украшенной позолоченной вышивкой и драгоценностями. Его тяжелый взгляд не выражал ко мне родственной любви. По мнению семейства Венсон, сначала мне требовалось получить знак жизни, чтобы родственники распахнули свои объятия для меня. Я догадывалась, что родители Ольва не были довольны его выбором невесты. Питер Венсон сдержанно кивнул мне на мое приветствие, а затем взглядом указал встать позади Ольва. Я молча подчинилась.

Зудящее ощущение чужого взгляда не давало мне покоя. Ольв потянул меня за руку к трону и королю, а я оглядывалась, пока не увидела его.

Тавидар стоял, прислонившись к колонне. На его плечи был наброшен черный пиджак с серебряной вышивкой на карманах с изображением костей. Его черный взгляд был устремлен на меня. В моей груди разгорелся пожар, а дышать стало трудно.

Вот он – причина моих бед! Мало того, что я отхватила дар незнакомого мне деда, так еще и Тавидар объявил меня своей невестой! Я должна ненавидеть его. Но мои губы вспоминали поцелуй, а тело просило объятий. Что со мной? Меня держит за руку жених, а я мечтаю о Тавидаре.

Его губы изогнулись в нахальной улыбке, словно он читал мои мысли и ощущал такое же томление внутри себя. Я тряхнула головой и отвернулась. Тавидар больше не прикоснется ко мне, даже если мне придется спрятаться в склепе. Вот избавлюсь от мертвого дара и связь с некромантом пропадет.

Ольв остановился перед королем, а я встала позади него. Монарх отставил меч в сторону, и распорядитель дал ему бумагу. Но вместо поздравлений и объявления назначения, король вдруг посмотрел куда-то вбок и воскликнул:

– Ха! Вы только посмотрите! Сам князь призраков явился за назначением в ректоры! Никак будущая княгиня твоих земель зачислена в Неживую академию! А, Тавидар?

Я вздрогнула и обернулась. Король не глядя сунул в руки Ольва бумагу и пошел к Тавидару сквозь толпу гостей, которая словно трава расступалась перед ним. Пол покачнулся под моими ногами. Сам князь призраков объявил себя моим женихом. И пришел забрать кресло ректора. Значит сегодня вечером я должна подписать у Тавидара прошение об уменьшении испытательного срока, чтобы получить знак жизни, уйти из Неживой академии и разорвать связь с князем призраков.

Что-то мне подсказывало, что Тавидар не отпустит меня просто так.

– Распорядитель, дай мне бумагу для моего друга Тавидара, пока он не передумал стать ректором! Давно же я тебя ждал на этот пост.

Распорядитель зашуршал бумагами, выискивая нужный приказ.

– Кто же та девушка, что заставила тебя стать ректором, чтобы защищать ее во время обучения? Инстинкт пары сильнее желания князя держаться подальше от службы, а? – хохотнул король.

Распорядитель помчался по залу с протянутой бумагой, которую король передал Тавидару:

– Тавидар, князь призраков, назначаю тебя ректором Неживой академии.

Тавидар взял бумагу и поднял на меня горящий взгляд. Из-за этой ужасной связи даже на расстоянии я чувствовала его торжество и предвкушение стать моим учителем и опекуном. Я похолодела от неизбежности попасть в его плен.

– Ну и кто же она, Тавидар? – подмигнул король, не унимаясь. – С кем появилась темная связь, а?

Таридар так и не сводил с меня взгляда, а я покачала головой, мысленно умоляя князя молчать о нас. Если он расскажет королю, то моя помолвка с Ольвом будет расторгнута в ту же минуту в королевском дворце. Лицо Тавидара стало жесткой маской. Он понял мою немую просьбу.

– Ты не можешь себе представить, Роллон, как я жажду представить тебе мою невесту, – разнесся голос князя по залу.

Гости притихли и подались вперед, чтобы увидеть невесту князя призраков, который запросто называет короля по имени. А я отступила назад. Единственными магами в зале, кого не интересовала личная жизнь некроманта были Ольв и его отец. Они растерянно вертели бумагу в руках, не дождавшись официального объявления, а затем вскрыли королевскую печать. Теперь склонив головы над бумагой, они читали строчки приказа, не обращая внимания на меня и перемещения гостей, тянувшихся в другую часть зала к королю и некроманту.

Я пропускала толпу вперед, а сама пятилась, пока не увидела справа коридор, ведущий прочь из зала. В главные ворота продолжался поток гостей, поэтому выйти из дворца не представлялось возможным. Тогда я поспешила в коридор, но и там были маги и слуги. А мне надо было остаться одной, чтобы осознать боль, которую я причинила Тавидару отказом признать себя его невестой. Из-за нашей связи я понимала его даже на расстоянии. Ноги несли меня из одного зала в другой, пока я не оказалась в саду. Под темным небом раскинулись кустарники и цветы. Птицы пели на ветвях деревьев. Здесь еще никого не было, потому что прием у короля в зале еще не закончился. Я вздохнула свежий воздух и зажмурилась.

Все было зря! Платье, прическа, прошение и поездка во дворец. Тавидар теперь и есть ректор. Я все равно должна поговорить с князем. Но как уговорить его отпустить меня?

– Ты убежала из зала, но от своих чувств тебе не скрыться, моя Алегра, – раздалось позади меня.

Я обернулась и оказалась в плену темных глаз, полных боли. Я не хотела ощущать его чувства и эмоции. Тавидар вторгся в мою жизнь и испортил ее.

– Ты не должен был называть меня своей невестой, Тавидар! – я сжала кулаки и ударила его в грудь. – Ты должен отпустить меня! У меня есть другой дар. Только им я буду пользоваться!

Тавидар обхватил мои кулаки и прижал к себе. В его руках была такая сила, которая не отпускала меня, но и не причиняла боли.

– Связь образовалась не по моему желанию, малышка. Но по своему желанию я не отпущу тебя.

Я вырвалась и достала из сумки прошение:

– Я обращаюсь к тебе как к ректору Неживой академии. Это прошение допустить меня до повторного испытания раньше положенного срока. Потому что через полгода должна состояться моя свадьба с Ольвом.

Лицо князя исказила судорога страдания, которая уколола меня в самое сердце.

– Ты не получишь испытание через полгода, Алегра. Ты не любишь Ольва. И не выйдешь за него замуж. Еще во сне я приказал тебе забыть о даре жизни. Ты моя избранная и одной сущности со мной!

– Я усилю рудимент, вот увидишь! Ни разу не воспользуюсь мертвым даром! Подпиши мое прошение, Тавидар.

Мое лицо горело, а грудь высоко вздымалась. Прическа растрепалась. Тавидар обхватил ладонями мое лицо и жарко прошептал:

– Хочешь свободу от меня и дара, да, малышка? Тогда заключим сделку.

Мое сердце громыхало. Я бессознательно облизала губы, все так же остро понимая чувства и желания князя. Его глаза опустились на мой рот.

– Я позволю тебе пройти испытание через полгода при одном условии. Если ты снова получишь знак смерти, то выйдешь за меня замуж и станешь моей княгиней.

Стать его женой через полгода, если рудимент не уничтожит мертвый дар?! Я не успела возмутиться, как его большой палец лег на мои губы:

– Или жди положенный год.

Я кивнула. Но никому не расскажу, как получила подпись на прошении. На карту поставлена моя судьба. Князь хочет навсегда завладеть мной.

– Неужели ты хочешь сделать меня своей парой, не смотря на то, что я ничего не чувствую к тебе?

– Я заставлю тебя доказывать мне это все полгода, Алегра, – пригрозил он.

В глазах Тавидара бушевал темный океан, а я испугалась ответных волн внизу живота.

– Поцелуй меня, – приказал Таридар.

Эта проклятая связь заставляет желать больше, чем просто поцелуй. Я не могла противиться своему желанию. Наша связь толкала меня в его объятия.

Но если он поймет, что чувства накрыли меня, то я пропала. Князь не допустит меня до испытания раньше положенного года. Я должна проявить выдержку и показать, что наши узы не заставляют меня желать его. Пусть князь видит, что мои чувства к Ольву сильнее ненавистной связи!

Я коснулась его губ. По телу пробежала дрожь. Нужно быть отстраненной и холодной с ним. Но как же мне хотелось прижаться к сильному телу князя и раствориться в его объятиях! Эта борьба с узами следующие полгода рядом с князем сведет меня с ума.

Язык коснулся его сомкнутых губ, и Тавидар резко втянул в себя воздух. Его пальцы сжались на моих плечах, оставляя синяки. Наши губы слились. Мое тело горело, и жар князя не обжигал меня, а ласкал. Пальцы запутались в его темных волосах. Не сдерживая больше себя, я сжала пряди и потянула. Тавидар издал рык и сжал меня, присваивая себе.

Весь мир будто стал призрачным вокруг нас. Пока со стороны дворца не раздались голоса гостей, входящих в сад.

Я очнулась и отшатнулась от князя. Он нехотя расцепил объятия. Мы оба тяжело дышали.

– Не смей говорить, что ничего не чувствуешь ко мне, – жестко приказал князь.

От стыда за свое поведение в его объятиях и злости на себя мое лицо пошло красными пятнами.

– Это все магия наших уз, Тавидар! Ты тут не при чем. Когда я избавлюсь от мертвого дара, наша связь исчезнет!

Тавидар разозлился так сильно, что даже далеко стоящие гости почувствовали волны его гнева и отошли в сторону. Князь взмахнул рукой, и к нам подъехала карета, запряженная призрачными конями.

– Ты едешь в Неживую академию сейчас же, Алегра.

Я упрямо сложила руки и отошла от кареты:

– Мне надо забрать вещи из дома и попрощаться.

Надо было рассказать все семье и объяснить свое отсутствие Ольву, но князь сжал губы. На его лице проступили желваки, а глаза заполнились тьмой.

– Пока между нами есть связь, я не подпущу тебя к Ольву, – выдал мрачный вердикт князь. – Садись в карету, иначе я сам усажу тебя в нее.

Гости с опаской посматривали в нашу сторону. Еще не хватало, чтобы князь прилюдно запихивал меня в карету на глазах изумленной публики. Такой скандал неизбежно дойдет до ушей Ольва. Поэтому я предпочла не злить еще больше князя. В конце концов я могу написать письма семье и жениху из академии.

Я подобрала брошенные на траву сумку и прошение. Князь распахнул передо мной дверцу кареты и молча ждал.

– Через полгода ищи себе другую невесту, – мстительно прошипела я и нырнула в нутро кареты.

– Через полгода ты окончательно потеряешь второй дар и станешь моей женой, – рявкнул князь и захлопнул дверцу.

Кони резво побежали по дорожке, унося меня из дворца.

Я направлялась в Неживую академию в полной решимости не использовать мертвый дар. А сделать своим единственным даром рудимент. Мне требовалось лишь каждый раз пользоваться живым даром. Архивариус обещал помощь Франциска, который снабдит меня амулетами, усиливающими рудимент. Казалось, что все просто, а впереди меня ожидает избавление от второго дара, связи и свадьба с Ольвом.

Но как мало я знала о Неживой академии! Поэтому по прибытии на место была глубоко потрясена полным отсутствием живой природы вокруг академии. Деревья и животные были мертвые или призраками. Даже озеро было заполнено мертвой водой. Высокий черный замок стоял на скалах, у подножия которых лежали камни и песок. Все вокруг Неживой академии было мертво. Позади замка тянулись ряды могил и склепов. Меня пробрало от холодного ветра и разочарования.

Ничего из этого окружающего мира не могло отозваться на живой дар.

Глава 4

Я стояла в своем голубом платье в темноте пе

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.