Дарья Кошевая
Хорошие девочки предпочитают плохих мальчиков

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ХОРОШИЕ ДЕВОЧКИ ПРЕДПОЧИТАЮТ ПЛОХИХ МАЛЬЧИКОВ

Глава первая

Лиза

Каково бывает цветам в душной оранжерее? Я думала, что знаю об этом прекрасно. У меня три сестры (надо ли уточнять, что я самая младшая из них?) и заботливые родители. Я всегда была эдакой маленькой принцессой в воздушных розовых платьях. Мне повязывали яркие банты, даже когда в том не было необходимости, мне запрещали состригать пшеничные кудри в школьные годы, а до восемнадцати лет я должна была приходить домой в восемь и ни минутой позже.

Не подумайте, что я жалуюсь. Не так уж плохо, когда у тебя заботливая семья. Но иногда мне начинало казаться, что я фарфоровая кукла, которую бояться даже достать из красивой коробки. Я и сама боялась, что разобьюсь, поэтому не слишком-то старалась постигать внешний мир: кое-как окончила школу, потом институт. Больше времени проводила дома за чтением французских романов, чем на улице. Но никого это не огорчало. Все говорили, что я скоро выскочу замуж, и жизнь устроится само собой. «Кому нужны аттестаты, когда у тебя такие ресницы?.. Вот только, Лизочка, не надо торопиться с выбором избранника!»

Когда мне исполнилось двадцать два, родители переехали в загородный дом, поближе к красотам природы. Все сестры к тому времени жили с мужьями в собственных квартирах, так что я наконец-то была предоставлена самой себе. Вдохнув глоток свободы полной грудью, я закрутила головокружительный роман с парнем из соседнего дома. То есть, это мне так казалось, что головокружительный. Сравнивать было не с чем. Но я с удовольствием и безрассудством, которое присуще только домашним девочкам, вырвавшимся из-под опеки, погрузилась в пучину страсти.

Пока он меня не бросил. Это стало настоящей неожиданностью. Я ревела, как сумасшедшая. Мое состояние было близко к помешательству. Я уже видела себя в белой комнате с мягкими стенами, выцарапывающей его имя на собственных запястьях. Но проснувшись очередным утром вдруг подумала, что разбиваться мое сердце кажется не собирается. А значит, я не стеклянная и переживу это. Сложнее было объяснить то же самое сестрам. Произошедшее заставило всех относится ко мне, словно к тяжело больной.

– Он ведь из такой хорошей семьи, я знаю его родителей! – бормотала безутешная Наташа, которая меня с ним и познакомила, – и надо же, обернулся таким подлецом!

– Ната, он хороший человек! – пробовала возразить я.

– Не говори так, был бы он хорошим, никогда не бросил бы нашу маленькую девочку! Ну ничего. И не таких исправляли.

Я поморщилась, как от зубной боли. Наташа тем временем сноровисто затолкнула в холодильник кастрюлю с куриным бульоном. Старшая из сестер и не принимает возражений. Я собиралась сказать ей, что не голодна и вообще сама в состоянии что-нибудь приготовить, но звонок телефона в коридоре отвлек внимание. Я бросилась к трубке.

– Да?

– Привет, – сказал Пашка. Я поняла, что мне еще больно слышать его голос. – Звоню извиниться. Знаешь, это было неправильно. Ты же такая милая, беззащитная! Мне плохо от того, что я сделал тебе больно! Ты не должна меня прощать, Лиза, я последний падонок, раз поступил так с тобой!

Я сглотнула. Заглянула на кухню, желая убедиться, что Ната все еще там, а не в темном переулке, держит нож возле горла моего бывшего парня.

– Это мои сестры тебя заставили сказать такое? – тихо спросила я.

– Нет… – он замялся. – Э… Ладно, да. Ты же все равно узнаешь. Но честно говоря, и самому неловко, что так вышло…

– Достаточно, – прервала я поток излияний. Слушать все это было неприятно. Я попрощалась и нажала «отбой».

– Ну, сестрички, блин!..

– Ты что-то сказала? – донеслось из кухни.

– Нет, ничего.

Я вошла на кухню. Наташа закончила с бульоном и теперь отскабливала и без того чистую раковину.

– Кто звонил? – невинно поинтересовалась она. Я не стала отпираться.

– Пашка.

Сестра удовлетворенно кивнула:

– Раскаялся, наконец?

Я уперла руки в бока, пытаясь отстоять свою позицию.

– Не очень-то красиво заставлять его позвонить!

– Он еще на коленях к тебе приползет, будет умолять, чтобы впустила, – довольно улыбнулась Наташа.

Меня, кажется, никто не слышал. Я покачала головой.

На следующее утро телефонный звонок на мелкие клочки разорвал красочный сон. Я нехотя открыла глаза и нашарила мобильный на тумбочке.

– Привет, ты как?

Это опять был Пашка, и еще даже толком не проснувшись, я поняла, что начинаю злиться.

– Хорошо. А ты?

– Я? Э-э-э… Нормально, – растерялся он.

– Вот и замечательно! Ты не мог бы больше не звонить сюда?

– Я просто хотел…

Но что он там хотел, я выслушивать не стала, а просто повесила трубку. Может быть я веду себя не красиво, но… А, к черту все это!

Я встала, умылась, заварила кофе. Забралась на стул с ногами и обняла ладонью источающую пар чашку, разглядывая двор за окном. Так, и какие у меня на сегодня планы?

Планов не было, как не было и работы.

Когда-то я грезила журналистикой: беготня по городу, интервью, расследования. Но многочисленные родственники настойчиво и неуклонно объясняли, что девочки с кудряшками не созданы для подобной профессии. Что криминальная журналистика опасна, а глянцевая развращает. В итоге меня пристроили в интернет-журнал для женщин, где мне надлежало писать заказные статьи не выходя из дома. Работы было немного и денег не много, но чего хватало, так это свободного времени.

Решив, что свежий воздух не помешает, я быстро собралась и вышла из квартиры, пряча волосы под капюшоном красной ветровки.

На улице бурлила ручьями весна, самое ее начало, когда мокро, грязно, но уже как-то по-особому легко дышится. Хлестал мелкий дождь, превращая остатки снега в грязную кашу. Я зашла в продуктовый, а потом побрела в сторону парка, наплевав на то, что ноги наверняка промокнут и я испорчу замшевые ботинки. Было здорово просто идти и ни о чем не думать. Я чувствовала, что свободна, впервые в жизни. Мне казалось, что я стою на распутье, что впереди меня ждет собственный выбор, от которого зависит моя судьба.

В сущности, так оно и было.

Я вошла в парк и свернула на одну из размытых дорожек, намереваясь сделать небольшой круг, а потом возвратиться домой.

Хлюпая по кашице из снега и воды, я повернула голову и увидела черноволосого юношу в темном плаще, который лежал на парковой скамье. Его взгляд был устремлен к небу, будто парень старался разглядеть там что-то интересное. Капли дождя падали ему на лицо. Редкой красоты лицо, надо сказать. Я нехотя отвела глаза и пошла дальше. Вот ведь странный субъект, на бомжа он не похож, неужели кому-то может нравиться расслабляться подобным образом?

Я гуляла по парку еще минут десять, а потом повернула обратно. В ботинках уж слишком хлюпало, да и пакеты с продуктами с каждым шагом все больше оттягивали руки. Пора домой.

Все это время мысли были прикованы к незнакомцу. Когда показалась та скамья и лежащий на ней человек, я поняла, что задерживаю дыхание, и сердце мое колотится быстрее. Наверное, загадка этого парня не давала мне покоя.

Отругав саму себя за чрезмерное любопытство, я нехотя пошла прочь. Дождь сменился мокрыми хлопьями снега. Я обернулась. Парень на скамейке практически не поменял позы, а в его непокрытых волосах застревали снежинки.

Я едва заставила себя уйти.

Зайдя в квартиру, я сразу сбросила ботинки и прошлепала на кухню, чтобы подогреть бульон для варки пельменей. Потом отправилась в комнату, по пути разбирая влажные пряди волос, которые наверняка стали кудрявиться даже больше, чем обычно. Когда-нибудь я их обрежу и выпрямлю то, что останется. Будут знать…

От мокрых носков на паркете осталась цепочка влажных следов. Я замерла на пороге комнаты, растерянно оглядываясь. Меня вдруг накрыло ощущение потери. Словно что-то забыла… Я задумчиво почесала одну ногу об другую, как делала в детстве. Мое воображение услужливо нарисовало картинку: черноволосый незнакомец, с удобством расположившийся на этом цветастом диване. Я помотала головой, отгоняя видение. «Вот еще не хватало! Тащить в дом непонятных личностей! К тому же, он не похож на бездомного! Разумеется, ему есть куда пойти кроме моей квартиры, просто он не хочет. Мало ли, что. С девушкой поссорился. Или с мамой…» Бормоча себе под нос отговорки, я осознала, что стою в коридоре и снова надеваю ботинки. «Просто узнаю, что с ним, – заверила себя я, – и тут же вернусь».

Дорога до парка заняла пару минут, потому что я едва не бежала, хоть и посмеивалась над собой. Снег теперь падал с неба в таком количестве, будто весна махнула на нас рукой и передумала наступать, умчавшись в неведомые края. Тропинку занесло. Из-под моих замшевых ботинок летели белые хлопья. Нужная скамейка тонула в белом тумане. На ней никого не было.

Я огляделась. Весь парк казался вымершим, а тишина стояла такая, будто меня заботливо укутали в вату. Я глубоко вздохнула, почувствовав разочарование. Снежинки застревали в растрепанной гриве волос, выбившихся из-под капюшона, и таяли на щеках.

Я немного постояла, прислушиваясь, не раздадутся ли где-то шаги. А потом побрела обратно, смущенная собственным глупым порывом.

Кухня была в дыму – бульон, оставленный мной на огне, выкипел, а сама кастрюля покрылась черной сажей. «Прекрасное начало дня!» – заявила я мирозданию, топнув ногой. Мироздание ответило протяжным мяуканьем. Я повернула голову. По подоконнику со стороны улицы ходила ослепительно рыжая кошка. Подоконник скрипел, кошка душераздирающе орала и скреблась в окно. «О-о-о!» – протяжно вскрикнула я, не найдя подходящих слов. Наверняка сбежала у кого-то из соседей, иначе что ей делать на втором этаже? «Уходи! Иди домой!», – я замахала руками. Кошка грустно вякнула и села на подоконнике, буравя меня умными глазами цвета лайма. «Кыш!» – сказала я, но без всякого успеха. Потом сдалась и распахнула створки окна, потому что все равно собиралась проветрить кухню. Кошка словно того и ждала. Тут же проникла в квартиру и без колебаний направилась к холодильнику, иногда оглядываясь на меня.

– Ну ты подруга, и наглая!

– Мяу! – подтвердила она, строя одну из хитрых кошачьих морд.

– Ладно-ладно. Если подождешь, то что-нибудь тебе поищу.

Кошка подмигнула и улеглась возле холодильника, чтобы я не забыла о своем обещании.

Я проветрила квартиру и даже накормила непрошенную гостью.

– Наверняка ведь, сытая! – попеняла я ей. – Вон бока какие пухлые!

Кошка дернула рыжим хвостом, никак не реагируя на критику, и продолжила вылизывать миску.

– Тебя уже ищут безутешные хозяева! – попробовала я воззвать к кошачьей совести. – Предлагаешь мне этим заниматься? Ладно, повешу объявление внизу. Не выгонять же тебя в подъезд.

Кошка довольно замурчала и принялась тереться об мои ноги. Я сообщила рыжей хитрюге все, что о ней думаю, и ушла в комнату. Там я устроилась в кресле, собираясь перечитать «Джейн Эйр» по пятому разу, накрывшись клетчатым пледом. Не прошло и минуты, как Кошка расположилась на моих коленях, притворяясь маленьким лисенком, который проглотил заведенный трактор. Я и не заметила, как задремала под этот успокаивающий звук.

На этот раз проснуться заставил скрежет открываемого замка. Понятное дело, пришла одна из сестер. Сейчас ругаться будет. Я тяжело поднялась. Кошка скатилась с моих колен. Сердито вякнув, она заползла в кресло и снова заснула.

– Привет! – воскликнула Наташа, переступая через порог.

– И тебе, – сонно откликнулась я.

– Ты заболела? Чего дрыхнешь в середине дня?

Наташа щелкнула выключателем, и в комнате настал свет.

– Нет, не заболела.

Я потерла глаза, недовольно щурясь на сестру. Она бодро улыбалась мне, как всегда полная сил и оптимизма. Говорят, что мы с Наташей не похожи. Я вообще единственная блондинка в семье, Ната же красит волосы в красно-каштановый, а ее кудри во много раз аккуратнее моих. Она высокая, подтянутая, и всегда одета в джинсы и одну из клетчатых рубашек, что так похожи на мужские, но висят в женских отделах. Наташа домохозяйка. Когда она заканчивает работу по дому и отправляет свою дочку на очередную секцию, то приходит сюда и хозяйничает у меня.

– Ты же не хандришь из-за Павлика, правда?

«Павлика!» Сестра, похоже, до сих пор считает, что мы не выросли из детсадовского возраста.

– Не-ет! – возмутилась я. Наташа принюхалась, повернувшись в сторону коридора.

– У тебя что-то сгорело?

Я собиралась ответить, но этого не понадобилась, потому что Наташа увидела… монстра, судя по ее распахнутым глазам.

– Ты… Ты принесла кошку!? – сестра задохнулась от возмущения, заметив на моем кресле рыжий сопящий комочек. Я пожала плечами:

– Она сама пришла.

– Но у тебя в детстве была аллергия на шерсть!

– Теперь нет.

– Ты совсем не думаешь о своем здоровье! – напирала Наташа, грозно подбираясь к главной причине спора. Я мужественно закрыла кресло своим телом.

– Я ее пристрою, она скорее всего потерялась, так что ты не волнуйся…

– И грязи от этих кошек, – как будто не слыша меня, бормотала помешанная на чистоте сестра. – Заразу всякую разносят!..

– Она чистая, домашняя.

– Диван тебе будет драть, потом за обои примется…

– Новые поклею, давно мечтала заняться ремонтом, – я показала сестре язык, как бы говоря, что со мной спорить бесполезно.

– Ух! Ну, Лиза!.. – Наташа погрозила мне пальцем. – Через пару дней сама ее выкинешь! Так что я тебе ничего говорить не буду.

– Спасибо, – мне едва удалось спрятать язвительный тон. Я не собиралась оставлять кошку себе, точнее, даже не думала об этом, но похоже Наташа уже успела мне запретить заводить животных.

Не знаю, люблю ли я кошек. В детстве все мои попытки принести в дом котенка заканчивались ничем – меня всегда заставляли нести его обратно. Да, из-за моей тяжелой аллергии. Но тогда я кошек точно любила, как и многие дети. Получается, даже когда я выросла, то не могу позволить себе живое существо рядом с собой?

Удостоверившись, что мне есть чем поужинать и дав несколько полезных советов, Наташа ушла. А я впервые подумала о том, чтобы сменить замки.

Потом мне стало стыдно.

Глава вторая

Несколько дней я добросовестно расклеивала объявления, а их не менее добросовестно сдирали дворники. Хозяева Кошки так и не откликнулись, и я решила оставить ее себе, тем более, что очень к ней привязалась. Не последним фактором, повлиявшим на мое решение, была Наташа, которая повторяла, что я должна «включить голову».

– Надо дать тебе имя! Нельзя же звать кошку просто Кошкой!..

– А меня все устраивает, – говорили ее хитрые глаза.

– Нет, так не пойдет, – я выразительно взглянула на золотой хвост, заканчивающийся острой кисточкой. – Будешь Морковкой. Для краткости – Морка.

– Мурмяк, – ответила кошка, щуря глаза цвета лайма.

Теперь на улице отчаянно светило солнце. Весна работала без устали, оправдывая те несколько холодных деньков, на которые брала выходные. Дороги превратились в сплошные лужи, но все равно гулять было одно удовольствие. Я намеривалась зайти к своей подружке Ритке и решила срезать путь через парк, где дворники расчистили тротуар от талого снега. Гуляющих людей было много, визжали от радости дети, пили пиво подростки. Но вот я заметила знакомый черный силуэт на одной из дальних скамеек. Тот парень… А я-то уже начала думать, что он мне приснился…

Не веря себе, я пошла прямо к нему. Он сидел, как-то странно сгорбившись, сосредоточенно глядя в одну точку. Теперь парень уже гораздо больше походил на бездомного, его темные волосы спутались и торчали в разные стороны, лицо осунулось и казалось очень уставшим, а хороший плащ был запачкан в весенней грязи. Я опустилась на скамейку рядом с ним. Он даже не шелохнулся.

– У тебя что-то случилось? – заискивающе пробормотала я. Парень мне не ответил и вообще, казалось, не услышал. Так же сидел на своем месте, безучастно глядя вперед и ничего вокруг не замечая. Зато я смогла рассмотреть его, ведь теперь он оказался весьма близко. Не смотря на опущенные плечи и безжизненный взгляд, незнакомец был очень красив. Даже лучше, чем мне запомнился. Он оказался моим ровесником или немного старше.

Я не отставала.

– Могу я чем-то помочь?

– Нет, – глухо произнес он. Так тихо, что я не была уверена – не послышалось ли. Я почувствовала себя глупо. Ну что мне за дело? Что пристала к человеку? Сидит себе, переваривает свои проблемы в одиночестве…

Но мне хотелось ему помочь… Он выглядел таким потерянным и несчастным…

– Если я правильно поняла, вам некуда пойти?

Парень посмотрел мне в глаза. Долгую секунду казалось, что он пошлет меня подальше, чтобы не лезла с ненужными вопросами, но он вдруг улыбнулся. Это была скорее тень улыбки, но на изможденном лице она выглядела очень трогательно.

– Ты все правильно поняла.

Он смотрел так, будто собирался заправить непослушную прядку волос мне за ухо и прикоснуться к пылающей щеке. Я почти осязала его прикосновение. Но ничего подобного незнакомец не сделал. Он просто смотрел на меня, и в его глазах плескалось штормовое море. Пожалуй, я не взялась бы гадать, что скрывается за этим взглядом.

– Я… я… живу одна, так что можете немного пожить у меня. Пока не решите свои проблемы…

Я что, сказала это вслух?!

Незнакомец изучающее смотрел, и бог знает, что видел.

– Хорошо. Пойдем.

Парень поднялся со скамейки, я вскочила тоже.

Я не предполагала, что он согласится! Да еще так легко, словно только этого и ждал! Может я погорячилась? И зачем сказала, что живу одна?.. Дура!

– Передумала?

Если глаза – это зеркало души, то его душа была черной и бездонной пропастью.

– Н-нет.

Да, да, да, я передумала! Но у меня никак не получалось произнести это, глядя на него. Мы шли рядом по парковой дорожке, и от этого сладко и жутко замирало сердце.

Наверное, когда раздавали мозги, я второй раз стояла в очереди за волосами.

– Как тебя зовут?

Ох, как я ждала этот простой вопрос!

– Лиза.

– Ли-за, – он произнес по слогам, будто зовя меня прыгнуть за ним в глубокий колдовской омут. Я заворожено следила за его губами. – Знаешь, что ты в этой куртке похожа на красную шапочку?

– А ты, значит, волк?

Парень ухмыльнулся, показав краешек белых зубов. Я ждала, что он тоже представится, но попутчик молчал.

– Эй! Не хочешь назвать свое имя?

– Тебе нужно имя? – он, казалось, наблюдал за моей реакцией. – Пусть будет… Дима. Да, коротко и ясно. По-моему, мне подходит.

Я приподняла брови.

– Что-то имеешь против?

– Нет…– я постаралась, чтобы голос не звучал так растерянно. Тем временем мы подходили к дому: маленькой и аккуратной пятиэтажке с белыми балконами.

Последний шанс вырваться и убежать. Я искоса взглянула на парня. Поймала взгляд штормовых глаз.

Представить его на обложке глянцевого журнала? Легко!

Я толкнула железную дверь подъезда.

– Только у меня кошка, – сказала на всякий случай. Он пожал плечами, мол, кошка и кошка, какая разница. Мы поднялись по ступенькам на второй этаж, и я немного повозилась, отпирая замок. Дима, или кто он там на самом деле, молча ждал, стоя в шаге от меня. Я отстраненно подумала, что не достаю ему даже до плеча. И что если он захочет меня стукнуть по голове, то сейчас самое время. Мне даже начало покалывать затылок.

Но ничего не произошло. Дима терпеливо дождался, когда я распахнула дверь.

– Ну… э… ладно, проходи, – неуверенно забормотала я, пропуская его в прихожую. И услышала шипение. На пороге стояла Морка, выгнув спину дугой. Торчащая кверху шерсть сделала ее в два раза крупнее.

– Морковка! Ты чего!

Кошка остановилась, подозрительно смотря то на Диму, то на меня.

– Она никогда себя так не вела… Ну то есть она у меня не слишком давно, но…

– Защищает, – со странной интонацией произнес парень.

– Все в порядке, Морка! Все хорошо. Это мой гость, – увещевала я кошку.

Морка рыкнула и скрылась в квартире так же быстро, как и появилась.

– Ого, – пробормотала я, – у меня сторожевая кошка, надо же! Лишь бы она также не бросалась на сестер, а то они меня прибьют.

– Сколько у тебя сестер? – спросил Дима, пристраивая свой плащ на вешалке. Он остался в черной рубашке и брюках.

– Целых три. Одна помешана на контроле, вторая на заботе, а третью нам явно подбросили.

– Ты это о чем?

Я растерялась, не зная, как описать ему Сашу. «Без царя в голове!» – говорила о ней мама. Саша шла по жизни легко и непринужденно, разбивая сердца и не оборачиваясь. Будь она героиней фантастического фильма, за ее спиной полыхало бы красное пламя, сжигая дотла города.

Она делала то, что хотела. Мне никогда не разрешали поступать так же. «Ты же не Саша!» – стыдила меня мама, когда я пыталась следовать за сестрой. Ей все было можно, потому что на нее, если верить родителям, махнули рукой. Исправить подобную натуру казалось делом неосуществимым. А я всегда была хорошей девочкой. Послушной девочкой. Чертовски завидуя безбашенной Саше в ее свободе… Куда-то не туда потекли мои мысли…

Я покачала головой, не желая вдаваться в объяснения. Дима к тому времени уже разулся и обнаружил папины тапочки. С интересом он огляделся.

Родительская квартира, если уж на то пошло, ничего не расскажет обо мне самой. Призраки большой семьи все еще витают в ней. Массивная мебель из темного дерева, ореховый паркет, пестрые тяжелые шторы и диван с креслами в тон к ним. Множество старой одежды в прихожей, широкий ассортимент расчесок, большой выбор туфель и сумок, оставшихся от каждой из сестер.

Я нервно потеребила прядку волос, не зная, что говорить и делать дальше. Как вести себя?

– Воспользуюсь твоим душем? – спросил Дима, выведя меня из оцепенения.

– Что?

– Горячий душ, – повторил он. – Было бы не плохо.

– А, да, конечно.

Я указала на дверь в ванную и что-то пробормотала про чистые полотенца, лежащие в верхнем ящике комода. Абсурдность ситуации не укладывалась в голове.

Поблагодарив, новый знакомый отправился в ванную комнату, а я смогла хоть немного прийти в себя. Из зеркала в прихожей смотрела пунцовая особа с дикими глазами и встрепанной гривой. Да уж, красотка еще та!

– Красная шапочка, – я скорчила зеркалу рожу, слушая, как зашелестел душ. Провела ладонью по ткани Диминого плаща. Кашемир. Вещь была явно дорогой.

Я решила, что если уж состою теперь в армии спасения, то должна хотя бы накормить странного гостя. А потом будет не стыдно завалить его вопросами и решить, что делать дальше.

Когда он зашел на кухню, пахнущий жаром и шампунем, в халате моего отца, на столе дымились желтые ломтики запеченного картофеля и куриное филе. Я постаралась на славу.

– М-м-м! Пахнет очень… – он сглотнул слюну, – вкусно!

Я тоже сглотнула слюну, но совсем по другой причине. Дима был красив, очень красив. Если меня попросили бы описать идеальную внешность парня, я рассказала бы о нем. Эдакий демонический облик, темные волосы, белая кожа, глаза цвета шторма, резко очерченные кроваво-красные губы. Его тело, выглядывающее из-под полураспахнутого халата, казалось совершенным: крепкие рельефные мышцы торса, гладкая сталь пресса. Я почувствовала, как распадаются клетки моего мозга. Боюсь, обратно их уже не собрать.

Откуда он такой взялся на скамейке в нашем провинциальном парке?

Дима подвинул к себе тарелку и принялся за еду.

– Отлично! – заявил он. Тарелка пустела невероятной скоростью.

«Интересно, как давно он ел в последний раз? – подумала я. – Если судить по аппетиту – несколько дней тому назад».

Я сама голода не чувствовала, слишком напряженным было мое состояние. Я должна узнать хоть что-нибудь о своем госте!

Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть. Дима вопросительно поднял глаза.

– Понятия не имею, кто это, – сказала я. Так оно и было. Мои сестры воспользовались бы ключами, а больше я никого не ждала. Я провела рукой по волосам, и пошла в коридор. Звонок прозвенел второй раз. Я заглянула в глазок.

Р-р-р! С той стороны двери маялся Пашка. С букетом цветов, между прочим. Я щелкнула замком и выглянула на лестничную клетку.

– Вам кого? – поинтересовалась так сухо, как смогла.

– Лизка, это глупо. Я к тебе, – и он просочился в прихожую. Умеют же люди быть наглыми!

– Что-то забыл?

– Нет, просто хотел узнать, как ты. Проходил мимо и…

– И мимо цветочного ты тоже совершенно случайно проходил, да?

Он улыбнулся. Улыбка у Паши была хорошая, добрая. Сразу хотелось улыбаться в ответ. Но я сдержалась.

– Ну, вроде того. Держи, – он протянул мне красные розы, обернутые в блестящую фольгу.

Пашка, несомненно, симпатичный парень, светловолосый, сероглазый. Еще недавно он казался мне образцом мужской красоты. А сейчас при взгляде на него ничего не дрогнуло в сердце. И как это я раньше не разглядела, что никакой любви между нами нет?

– Спасибо, – сказала я, взяв цветы. – Но это совершенно точно – лишнее.

– Не дури, Лиз! Твои сестры рассказали мне, как ты убиваешься.

Я фыркнула. Сестрички! И зачем они лезут в мою личную жизнь? Неужели посчитали Пашу подходящей для меня партией, раз так стараются нас помирить?

Я припомнила, что Наташа в хороших отношениях с его старшей сестрой. Наверное, подружкам было бы очень удобно, если бы мы встречались. Даже в чужом доме я осталась бы под наблюдением.

– Не стоит их слушать. Я совсем не…

Лицо Павла изменилось, сделавшись багровым от злости, и я обернулась. Дима стоял в коридоре, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди.

– Теперь вижу! – прорычал Пашка. – Просто поразительно! Так быстро нашла мне замену!

– Это кто? – спросил Дима.

– Мой бывший парень.

Если бы проводился конкурс на самого красного человека в мире, я бы с легкостью выиграла! Что за глупая ситуация!

Дима отлепился от стены и оттеснил меня за спину.

– Вот что, бывший парень, давай-ка катись отсюда.

Пашка побелел от ярости. Я видела, как сжимаются его кулаки.

– …еще и в халате, – пробормотал он.

Мне очень хотелось сказать ему «это не то, что ты думаешь!», но когда такое произносят в фильмах, героям никогда не верят. Да и что еще он может подумать? Я на его месте лишилась бы дара речи.

– Извини, – сказала я, – тебе лучше уйти.

Тоже фразочка из фильма. Но как подходит!..

– Да. Конечно.

Не глядя на меня, он развернулся и хлопнул дверью.

– Пока, парень, – сказал Дима и ухмыльнулся. Встретив мой взгляд, он потер переносицу. – Мда, – сказал он, – извини. Надеюсь, ты не была в него влюблена?

И не дожидаясь моего ответа, он пошел в гостиную.

– Не будешь возражать, если я немного посплю? Черт, если не лягу сейчас, то свалюсь от усталости.

– Э… Хорошо…

Я смотрела, как он с блаженствующим видом устраивается на диване.

– Ты все еще не рассказал мне, что с тобой случилось и кто ты такой!

Дима прикрыл глаза.

– Расскажу, когда будешь готова.

– Я готова!

– Еще нет.

– Эй, ну что это за отговорка! Я должна знать, кто лежит у меня на диване!

– У тебя на диване лежу я. А на счет того, что случилось, могу сказать одно: поругался с семьей.

– О! – сочувственно нахмурилась. Это было мне понятно и знакомо. – Извини. Уверена, вы помиритесь!

– Нет, – сказал Дима и отвернулся, – надеюсь, что этого никогда не произойдет.

Глава третья

Димериус

Есть что-то забавное в том, как зло тянет к наивности и доброте. Неужели мы подсознательно так хотим очиститься, прикоснуться к тому, что трогать запрещено?

Так или нет, прикосновения тьмы распространяют вокруг себя отнюдь не свет.

Я не хотел делать это, я не хотел делать это снова. Но сочетание простодушного, трепетного сердца и мощной скрытой силы поразило меня.

Если бы во мне осталась хоть капля доброты, я исчез бы в тот же миг, как Лиза села рядом со мной на скамейку в крохотном парке не менее крохотного города, чьего названия я даже не помнил.

Я боролся с собой, со своим «даром», но правду сказать, тот бой был не долгим. Злобная судьба подсунула девчонку не случайно. С удивлением почуяв спящую силу, я обрек человека на нечеловеческую участь. Я почти слышал, как поезд ее жизни съезжает на совершенно незнакомые и темные пути. Таков мой «дар». Некоторые называли меня призывающий и то, что я призываю из людских душ, не каждому придется по вкусу.

Вот только на этот раз я решил использовать инициацию для собственного блага. План мгновенно созрел в моей голове.

Слишком слаб, чтобы противостоять оставшимся? Да, но у меня есть то, чего у них нет. Я могу создать собственных братьев и сестер.

Я не собираюсь плодить армию. Для этого я слишком люблю держаться в тени. Может и хорошо, что такая способность, как у меня не досталась кому-то вроде Аретты или Люса. В общем, Лизы будет вполне достаточно. Если я что-то смыслю, ее сила впечатлит, и бывшие братья и… хм… сестра оставят меня в покое. Их не так много осталось, чтобы рисковать кем-то из своих. Одно дело прихлопнуть мага-иллюзиониста и совсем другое, если рядом с ним будет сестра-воин. Я стану не нулем, но уже единицей. К тому же с учетом моих способностей к обращению людей… Со мной придется считаться. Если я поведу себя правильно, то смогу даже торговаться на собственных условиях. Осталось лишь продержаться то время, пока Лиза пройдет обращение и окрепнет.

На самом деле мне ничего не нужно, кроме жизни. Но они этого не знают. Когда все будет закончено, я отпущу девчонку. Не будут препятствовать ей, даже если она захочет присоединиться к ним. Это будет ее выбор. У каждого должен быть собственный выбор.

Глава четвертая

Лиза

Дима заснул, оставив меня гадать, что он имел ввиду. Судя по дорогой одежде и внешнему виду, вряд ли он принадлежал к семье алкоголиков или наркоманов, с которыми родной сын не захочет иметь никаких дел. Хотя что я в этом понимаю! У богатых людей тоже могут быть проблемы.

Я бродила по гостиной, стараясь не шуметь. Потом вспомнила, что могу провести время с большей пользой, то есть поработать. Так что загрузила старенький компьютер и вышла в «аську». Связалась со своей виртуальной начальницей:

– Здрасть, Ольга Борисовна. Хочу работы.

Через минуту пришел ответ:

– Привет Лиза. Даю тебе «Польза солярия», «Магия зеленой одежды» и «Секреты восточного макияжа». Если справишься, получишь заказное задание про напольные светильники.

– Хорошо, – отправила я и приступила. Заказные задания были у нас в качестве бонуса. В них содержалась реклама и мы, горе-писаки, должны были эту рекламу скрывать за завесой статьи. Такие тексты оплачивали заказчики, и подчас весьма неплохо. Я вся была погружена в работу (скачивала с интернета картинки с зеленой одеждой от знаменитых Кутюрье и читала отзывы о ней), поэтому не сразу услышала, как открылась входная дверь. Голос сестры приближался по коридору.

– Привет, Лизок! Наташка сказала, ты завела кошку? Ты уверена, что…

Когда я спохватилась, Люба была уже на пороге комнаты и во все глаза смотрела на спящего парня.

«У-упс», – подумала я. Все-таки стоит поменять эти чертовы замки!..

Люба – средняя сестра, то есть в нашей семейной иерархии идет после Наташи. Многие считают, что они близняшки. Но это не так. Люба младше на год и несколько месяцев, к тому же если хорошо присмотреться, то можно заметить, что ее черты лица немного мягче. То же самое касается и фигуры. Люба носит платья в цветочек, а Ната кроме штанов ничего не признает.

– Привет! – сказала я, изображая радушную улыбку, хотя честно признаться, сестренка появилась не вовремя.

– Это кто? – воскликнула она, не думая понижать голос. Но парень даже не пошевелился.

– Дмитрий, – я сцепила руки на груди. – Мой знакомый. Он иногородний, ему некуда пойти и он пару дней поживет у меня.

Зачем я соврала?

Наверное потому, что правда звучала бы еще глупее.

– Ага, отлично! – кипятилась сестра. – Сначала бездомная кошка, теперь бездомный парень! Кто он такой? Я его не знаю! Это приличный человек?

– Да, да, приличный, конечно же, – кивала я словно китайский болванчик. Хотя сама не была так уж в этом уверена. Кто он такой? Да я сама не знаю. Но не признаваться же в этом!

– А кем он работает? – допытывалась сестра.

– Он… э… Снимается для журналов, знаешь ли, – врала я напропалую. Подумала немного и уточнила: – Для глянца, само собой. Реклама джинсов, дорогих часов, дизайнерских футболок. Странно, что ты его не узнала. Дмитрий приехал в наш город на несколько дней, моя начальница попросила устроить его у себя.

– О!

Взгляд Любы немного подобрел.

– Будет давать нам интервью, – быстро добавила я.

И испугалась, что сестра спросит, почему его не поселили в гостинице, но она не спросила. Сказала совсем другое:

– Ты смотри, аккуратнее с ним, Лизок! Парень уж слишком красивый! Влюбишься еще! Забеременеешь! А он уедет, и думать о тебе забудет!

– Ну что ты!

Я скосила глаза на Диму. Хорошо, что он так крепко спит…

Люба поманила меня в коридор, отчего-то вдруг застеснявшись говорить при посторонних. Морковка шмыгнула между нами, но на этот раз осталась незамеченной. Видимо на фоне парня в халате кошка показалась сестре совершенно безопасной.

– А Пашка знает?

– Знает что?

– Что этот Дмитрий остановился у тебя на диване? – она обожгла меня язвительным взглядом.

– Вообще-то с Пашей мы расстались. Так что это мягко говоря, не его дело, – буркнула я, сделав вид, что рассматриваю картину на стене: фантастический пейзаж в стиле «рассвет на Марсе». Ее мне когда-то презентовала отвязная сокурсница Люся на день рождения.

Сестра неодобрительно замычала, попытавшись расписать мне, как всей семье нравился мой бывший парень. Не увлекшись этим разговором, я потеснила ее к двери.

– Все в порядке, правда. Спасибо, что беспокоишься за меня.

Нет, ну а что еще я могла сказать?

Был вечер. Я закончила работу, в том числе заказную статью про напольные светильники. Дима все спал. Я смотрела на него. Смотрела. Он был такой красивый… Мне было почти физически больно от его совершенной красоты, завораживающей, как пламя свечи в темноте. Я хотела узнать его. С ним что-то случилось, что-то ужасное, я это чувствовала. Я хотела помочь. Но посветит ли он меня в свои тайны? А может, никаких тайн и нет, а есть мое больное воображение?..

Я стояла возле кухонного окна, бездумно вглядываясь вдаль. Есть что-то завораживающее в постепенно темнеющем небе.

– Привет, – сказал Дима, появляясь в круге кухонного света. Темные волосы забавно торчали в разные стороны, придавая внешности хулиганский вид. Я смотрела на него через отражение на стекле, скрывая таким образом выражение собственных глаз.

Парень тоже заглянул в окно, но скорее напряженно, чем любуясь.

– Есть еще время. Пока не все потеряно, – и он подмигнул мне, хотя я ничего не поняла. Дима стоял теперь слишком близко и по моей коже, казалось, гуляли разряды электричества.

– Ты расскажешь мне? Что с тобой случилось? Я готова узнать, правда.

– Думаешь, что готова? А если это перевернет твою жизнь?

Я моргнула в растерянности. О чем он?

Дима стоял прямо за моей спиной. Между нами было всего несколько сантиметров и я поняла, что страшно нервничаю. От него исходила опасность и притягательная сила.

– Чувствуешь это, не правда ли?

– Что? – голос мой охрип.

– Тебя ко мне тянет.

Я развернулась, гневно сверкнув глазами:

– Какая самоуверенность!

И уперлась прямо ему в грудь. Дима не делал попытки отстраниться, а мне тем более некуда было деваться. Оконное стекло холодило спину через тонкую белую футболку.

– Да, я самоуверен. И знаю, что нравлюсь тебе. Но есть и еще одна причина, по которой ты хочешь меня коснуться.

– Мда?

Мне и правда хотелось, но вместо этого я спрятала руки за спину. – Ты слишком близко, – сказала я. Он сделал виноватое лицо и отошел вправо. Теперь мы стояли у окна плечом к плечу. Я повернулась лицом к стеклу. Ночь совсем захватила город, и двор потонул в темноте. Однако я упорно делала вид, что пытаюсь там что-то разглядеть. Потому что все еще ждала объяснений. И так же потому, что мое сердце гулко колотилось, когда это парень был рядом.

– Я хочу проверить одну свою теорию. Ответь на несколько вопросов, только честно.

– Почему мы опять говорим обо мне?

– Таков будет уговор. Ты ответишь на мои вопросы, а я на твои.

Я повернула к нему лицо.

– Да?

Дима улыбнулся.

– Обещаю. Мы узнаем то, что хотим. Только отвечай честно, Лиза. Даже если мои вопросы покажутся тебе странными.

– Это все мне и так кажется до ужаса странным, – я вздохнула. – Ладно. Спрашивай. Хотя ума не приложу, при чем тут я…

– Тсс, – он прижал палец к своим губам. – Сейчас моя очередь.

Дима помолчал, давая мне собраться с мыслями. Поэтому его вкрадчивый голос в тишине заставил меня вздрогнуть:

– Ты хотела бы стать особенной?

Хотела бы я? Конечно. Этого хотят все. Что за вопрос? Наверное что-то вроде проверки на мою честность.

И я ответила:

– Да.

– Хотела бы стать сильной?

– Да.

– Хотела бы изменить свою жизнь?

Я помедлила, но все же кивнула. Вопросы нервировали меня. Я не понимала, зачем он их задает. Если это игра, то она начала меня пугать. А ведь мы даже не условились, сколько всего их будет.

– Хотела бы иметь возможность спасти кого-то. Меня, например?..

Может это такая разновидность флирта? Все-таки он немного того…

Я тихо пробормотала «да».

– Все, Лиза, – его рука легла мне на плечо, – я узнал то, что хотел.

Если я хоть что-нибудь понимаю, он выглядел довольным. Я спихнула его руку и постаралась говорить спокойно.

– Ты сумасшедший или сектант?

– Ни то, ни другое.

Дима снова положил ладонь мне на плечо. Его глаза смеялись.

– А кто тогда?

– Маг.

– Очень смешно, – скривилась я и снова сбросила его руку.

– Смешно, но не очень, – сказал он. – Я маг, это правда. И в моих силах сделать тебя сильной. Ты только что сказала, что хочешь этого.

Он обнял меня, тихо и спокойно.

Это было приятно. Точнее, было бы приятно. При других обстоятельствах.

Потому что сейчас в моей душе нарастала паника. Как будто я стала тюленем, на которого безжалостные охотники набросили сеть.

Дима держал меня, прижав к своей груди, словно и не замечая сопротивления.

– Т-ш-ш, Лиза. Это не ложь. Я чувствую в тебе спящие способности, и могу их пробудить. Ты хотела знать, что произошло. Так позволь же рассказать. Другие маги желают моей смерти. Их больше, и они намного сильнее, так что я считал, что моя жизнь окончена. Что это лишь вопрос времени. Я сбежал довольно далеко, но мне ли не знать, как легко обнаружить след. И вдруг появилась ты! Я с удивлением и радостью разглядел в тебе спящую силу. Понимаешь, это шанс. Если мы будем вдвоем, они не станут нас трогать, побоявшись потерять кого-то из своих. Ты получишь силу. Я получу жизнь. Не такой уж и плохой расклад, а?

У меня перехватило дыхание. Невероятно, что я слышу нечто подобное на собственной кухне, при том, что телевизор выключен.

– Сделай что-нибудь, что бы я тебе поверила.

Это сказал кто-то моим голосом, но не я, потому что мой мозг лежал в отключке, совершенно не шевелясь. Так мне, по крайней мере, казалось.

– Хорошо, если ты этого хочешь…

Дима прикоснулся к моей ладони, и в голове все поплыло. Сначала я увидела лишь серые клубы туман. Но вот налетел сильный порыв ветра, и туман расступился. Взгляду открылись острые горные вершины. Все это я видела снизу, словно запрокинула голову к небу. На горизонте появилось несколько точек, они приближались с огромной скоростью. Вот я уже могу их рассмотреть. Шесть темных фигур, среди которых молодая девушка, если судить по ее лицу. Она бледна, у нее голубые холодные глаза, кроваво красные губы. Прямые белые волосы полощутся на ветру. От нее веет смертью. Приятели тоже не выглядят добренькими, если уж на то пошло. Я вижу злость в их глазах. Чувствую желание, что их переполняет. Это желание имеет много названий, но суть одна. Причинять страдания. Они этого ждут. Они этого жаждут.

Это очень страшно.

Кажется, я кричала. Что-то случилось. Я перестала видеть и слышать. Закружилась голова.

– Лиза? – меня кто-то позвал. Я с трудом вынырнула на поверхность, то есть обрела зрение и связность мыслей, хотя желудок по-прежнему оставался завязанным в узел. Надо мной склонялся Дима. Взгляд его штормовых глаз испугал.

– Добро пожаловать в мои воспоминания, – кисло улыбнулся он и отстранился. Хотя на этот раз я предпочла бы не лишаться опоры.

Остаток ночи мне снились кошмары. Все они были почти одинаковыми – шесть фигур в черном летели куда-то на запад. Ничего ужасного, если честно, в их действиях не было, но я три раза просыпалась в холодном поту и с гулко бьющимся сердцем. В девять утра я не выдержала и встала. Пошла на кухню пить крепкий-прикрепкий кофе. Дима сидел за столом и смотрел в окно. Сегодня он не казался мне таким уж прекрасным, сегодня я его боялась.

– Плохо спала? – посочувствовал он, не повернув головы.

– Да, – буркнула я и стала набирать воду в электрический чайник.

За окном завыла сигнализация чьей-то машины. Через минуту все стихло. Мы сидели в молчании, я пила свой кофе, Дима изучал пейзаж за окном.

– Ты проделал какой-то трюк с моим разумом? – спросила я хмуро. Это было единственное толковое объяснение, пришедшее в голову.

– Никаких трюков не было. Но если хочешь трюк, то вот, – на моих глазах парень поскреб ногтем по стеклу, и с той стороны каким-то образом началась снежная буря. Я припала к окну. Вихри снега кружились в невероятном танце, хотя до этого на улице было тихо и тепло.

– Или так.

Вместе со снегом в воздухе теперь парили лепестки роз, красные, словно кровь. Завораживающее зрелище.

– Как ты это делаешь?!

Дима вздохнул.

– Пей кофе, а то остынет.

Моргнула. За окном снова было обычное весеннее утро, которое обещало превратиться в погожий день. И никакого снега. И тем более, никаких розовых лепестков.

Я плюхнулась обратно, заглядывая ему в глаза:

– И я тоже так смогу?

– Не знаю.

Я подарила Диме удивленный взгляд. Предполагалось, что он в этом разбирается.

Тот развалился на стуле, так что передние ножки оторвались от пола.

– А прежде чем родится ребенок, ты сможешь угадать, будет он шахматистом или проявит способности к хоккею?

– Нет.

– Вот и я понятия не имею, что из тебя получится. У всех свои таланты. Я неплохо владею иллюзией, но предпочел бы, чтобы тебе от мира досталось нечто посерьезнее.

– То есть ты сравниваешь меня с еще не рожденным ребенком? – от души возмутилась я. – Как-то обидно, знаешь ли. Мне уже двадцать два!

Дима был явно не в восторге от моих умственных способностей. Я постаралась исправиться.

– Ладно-ладно. Поняла. Вроде бы. Ты владеешь иллюзией. Значит то, что я видела за окном, не происходило по-настоящему? Ты не делал зиму посреди весны, и кроме меня никто этого не видел?

Он кивнул.

– Хорошо. А то соседи могли бы сойти с ума.

Ладно, чего я в конце концов испугалась? Подумаешь, какая-то кучка злодеев на горизонте!.. Да они может вообще не появятся! Зато я обрету то, о чем многие мечтают с первой прочитанной сказки! Мир, казалось, все это время готовил меня к тому, что произошло. Магия? Отлично. Потрясающий парень рядом и он пробудит во мне магический дар?.. Хм, о да, детка. Все условия, чтобы мозги превратились в сладкую розовую вату.

Дима сказал, что нам нужно как можно больше проводить время вместе. Якобы его присутствие – катализатор моих дремлющих способности. Что ж, разе я против?

Хотя это и было больше похоже на деловое соглашение, я не оставляла мыслей о его штормовых глазах и прикосновениях, от которых тело бьет весьма приятным током.

Глава пятая

Димериус

Забавно. Она смотрит на меня, и видит только симпатичную мордашку. А темную душу и злые мысли разглядеть не может. Ее наивность сводит с ума. «Беги, – хочу я сказать ей, – спасайся, девочка». Она не слышит моего молчаливого предостережения, не убегает, а вместо этого – льнет ко мне. И, черт, я не хочу этого чувствовать, но чувствую – в другой жизни она бы мне тоже нравилась.

В той, где я не стал бы темным магом, заботящимся о собственной шкуре.

Разумеется, Лизу тянет ко мне, виной этому ее спящая сила, которая требует от меня, призывающего, немедленного пробуждения. Я чувствую, как эта сила кипит и бьется, словно море о волнорез, спрятанная глубоко внутри. Мне хочется поспешить, но я не спешу. Если я выпущу ее слишком резко, девчонка может погибнуть.

Поэтому я жду, жду, давая ей привыкнуть ко мне. Инициация будет проходить постепенно.

Ну почему все так некстати? Сила запрятана глубоко и надежно. А ведь были такие люди, с которыми достаточно было лишь поговорить или подержать за руку, чтобы они почувствовали зов…

А еще эта «кошка»… Вот бы Лиза удивилась, если бы сумела увидеть ауру своей питомицы! Мама рассказывала, что подобные звери охраняли дворец Королевы, да и на картине, висящей в комнате Люса, они изображены вместе с правительницей. Но откуда им взяться в этом мире? Не понимаю.

Мне повезло, что Морка слушается хозяйку. Надеюсь, зверюшка не покажет свой истинный облик.

Впрочем, я похоже хочу слишком многого. Уже удача, что мы встретились с Лизой.

Глава шестая

Лиза

Дима ненадолго ушел, а вернулся с деньгами.

– Пойдем, покажешь мне, где здесь можно купить мобильник. И приличную одежду.

– Откуда у тебя деньги?

– Иллюзия творит чудеса.

– Ты их украл?

– Больно надо, – возмутился он. – Сами отдали.

И видя, что я не трогаюсь с места, пояснил:

– Сделал вид, что я артист и показал фокус с картами.

– Не правда.

– Правда.

Он стоял на своем, и я решила, что верю.

– С ненастоящими картами? – уточнила на всякий случай. Дима нетерпеливо тянул меня за руку:

– Пойдем, а? Разумеется, карты и сам фокус были иллюзией, – он дернул плечом. – Если хочешь знать, всем понравилось. Мне накидали кучу денег. Хотя такой способ заработка мне не по вкусу. Надо будет придумать что-то другое.

Мы вышли из подъезда, и отправились в сторону торгового центра «Невпопад». «Надо же, – думала я, подставляя щеки робкому весеннему солнышку, – люди видят настоящую магию, но принимают ее за карточный фокус».

– А как ты зарабатывал раньше? – спросила я.

– В этом не было необходимости.

На этот раз объяснять свои слова Дима не пожелал. Ну и ладно. Зеленела молоденькая травка на газонах, таяли остатки снега, высыхали лужи. Витамин D проникал в мои поры. Ну ладно-ладно, зануды, вырабатывался под действием солнечных лучей. Хотелось гулять, петь и веселится.

В торговом центре Дима выбрал и купил себе одежду, а потом приобрел мобильный телефон. Новый номер он тут же вбил в память моего смартфона.

– Если меня не окажется рядом, а ты почувствуешь что-то странное, тут же звони, – серьезно предупредил он меня.

Его забота тронула. Я одарила парня широкой улыбкой, а он покачал головой.

Мы снова вышли на улицу. Свежий ветерок растрепал мои волосы. Я шла рядом с Димой и улыбалась солнечным лучам, чувствуя себя глупой и счастливой. Я любила Пашу? Какая ерунда, теперь я ни за что в это не поверю! Вот она любовь, яркая, горячая, струящаяся по венам, словно сладостный яд и одновременно живая вода. Я никогда еще такого не чувствовала. Ни к кому. Отношения с Павлом показались мне детским садом. Острое, не на что не похожее чувство проросло у меня в груди, могущественное, словно ураган. Я глупая и счастливая. Глупая и счастливая.

Остановилась, слегка дернув Диму за руку. Он, занятый собственными мыслями, непонимающе взглянул на меня. Было видно, что хорошая погода его не занимает.

– Можно я тебя поцелую? – с отчаянной смелостью спросила я, заглядывая ему в лицо. Димины брови в удивлении взметнулись вверх.

– Ты меня?

Я хотела объяснить, что в этом ничего предосудительного нет, но Дима не дал. Он наклонился ко мне и легонько коснулся губами моей щеки. Сердце пропустило один удар. Потом он меня поцеловал. Я, кажется, куда-то провалилась, это была безумно прекрасная невесомость; его губы были такие теплые, такие мягкие… Он оторвался от меня и улыбнулся, в его глазах плясали бесенята. Сколько прошло времени? Я не знаю.

– Может лучше наоборот?

Я смущенно кивнула, плавясь от яркого солнца и нахлынувшего ощущения счастья.

провела пальцем по синей жилке на его твердой руке. От него исходил жар, будто я стояла возле открытого огня.

Рука Димы резко дернула мою, и я едва не упала.

– Что ты… – возмутилось было я, но он уже бежал и тянул меня за собой.

– Быстрее, – выдохнул он. Я вдруг увидела, что на нас несется какая-то женщина. Очень худая и длинная, словно капитан женской сборной по баскетболу. Сутулясь, держа перед собой тощие руки, она бежала к нам. Очень быстро. Черное платье из неровных лоскутов развевалось во все стороны, ноги в легких босоножках едва касались земли. Лицо исказилось в ужасной гримасе сумасшествия.

Мы побежали.

– К подъезду!

Женщина за считанные секунды пересекла детскую площадку, бросившись нам наперерез. Она неумолимо приближалась. Дима рванул что было сил, я болталась на его руке, замедляя движение, хотя и старалась не отставать. Вот перед нами наконец замаячила дверь моего подъезда на кодовом замке! Я с размаха нажала нужные цифры, дверь открылась. Дима затащил меня внутрь.

Я оглянулась – странная женщина догнала нас и теперь тянула железную ручку на себя. С нашей стороны Дима тоже держал дверь.

– Лиза, быстро! – скомандовал он. – Беги домой. Выпусти кошку!

– Что? – в растерянности пробормотала я, – Морковку? Зачем?

– Без вопросов, бегом! – заорал он. – Меня на долго не хватит, эта тварь очень сильная!

Дима сумел захлопнуть замок, но толстая железная дверь сотрясалась от ударов, словно картонная. Мне показалось, что ее сейчас просто сорвет с петель. Ну и силища!

– Да что ты стоишь! Просто сделай, как я говорю!

И я помчалась вверх по ступеням. Хорошо, что бежать не далеко. Стоя перед собственной квартирой, я никак не могла найти ключи, а когда нашла, мои руки так тряслись, что мне не сразу удалось отпереть замок. Снизу раздавались жуткие звуки. «Выпусти кошку» – «При чем тут Морка? Какой-то бред!» – подумала я, влетая в прихожую. Но что-то рыжее уже пронеслось мимо меня и исчезло в подъезде.

– Морка?

Я выбежала на площадку и услышала жуткий звериный рык. Ноги подкосились от страха. Раздался ужасный грохот и звуки борьбы. Я очень осторожно начала спускаться вниз. Рассудок не поспевал за происходящим. Что здесь творится?

Стало тихо-тихо. Оставшиеся ступеньки я преодолела бегом, жалея, что не догадалась взять из квартиры чего-то, сошедшего за оружие.

Но все уже было кончено. Дима стоял, привалившись к стене. На остатки двери было страшно смотреть – груда покореженного метала грустно свисала теперь с одной петли. Я в немом удивлении и с каким-то сумасшедшим спокойствием проследила, как с улицы возвращается огромная рыжая кошка. Ростом с пони. Это была увеличенная копия моей Морковки.

У меня задергался правый глаз. А так я совершенно спокойна. Правда-правда.

Плохо помню, что было дальше, но кажется, мы поднялись в квартиру. Во всяком случае, через некоторое время я осознала себя полулежащей на диване и бессмысленно таращащийся в стену. Прикрыла глаза, в надежде прийти в себя. Хотя бесполезно, я-то прежняя, а вот мир вокруг встал с ног на голову. Не знаю, что поразило меня больше: сумасшедшая женщина, смявшая железо голыми руками, или… или…

– К-кто это был?

Дима устроился рядом со мной, задумчиво хмурясь. Морка, в привычном глазу размере, смотрела на нас с подоконника.

– Их называют кромсатели, и ты не захочешь знать, почему.

– А… – пробормотала я. – И что он, то есть она хотела?

– Ее послали, чтобы найти меня. И по возможности убить.

Я нервно сцепила пальцы.

– И у нее… могло получиться?

– Могло, – не стал отпираться Дима. Мы оба посмотрели на кошку. Вопрос вертелся у меня на языке, но озвучить подобное было не просто.

– А что, все кошки на самом деле большие?

– Нет, Лиза. Не все. Боюсь что это и не кошка вовсе.

– А кто?

Он взлохматил волосы.

– Я слышал о таких животных от матери. Но они не должны водиться здесь, их место совсем в другом… гм… мире.

Дима как-то странно взглянул на меня. Я ответила ему не менее странным взглядом, который означал, что я ничего не поняла, но делаю вид, что все в порядке.

– Значит, мне очень повезло! Хотя поверить в такое… извини, но даже в твою магию поверить проще, чем в гигантскую кошку.

Я поднялась и с благодарностью, граничащую с некоторым трепетом, стала гладить рыжую красавицу. Та взмахнула хвостом и лениво прикрыла лаймовые глаза. Мол, чеши меня, чеши, а я пока посплю.

– А что случилось с той женщиной? – запоздало испугалась я. – Она убежала или как? Может стоило вызвать полицию? Слушай, а если нас видели соседи?!

– Не волнуйся, я отвел всем глаза. Они думают, что видели собачью драку, оттуда и кровь. А тварь скрылась с прокушенным плечом и рукой. Не думаю, что теперь она будет нас беспокоить.

Глава седьмая

Димериус

Тварь. Теперь тварь с бессмысленными глазами. Ее звали Маргарита. Такое вот длинное, совершенно не подходящее ей имя. Несмотря на свою внешность, Марго всегда пыталась быть женственной. Платья чертовски странно смотрелись на ее долговязой фигуре. Зато бойцом она была отменным.

Марго – одна из первых, обращенных мной. У Аретты были на нее серьезные планы. Но что-то пошло не так, обращение не завершилось. Маргарита стала одной из наших кромсателей. И по имени ее больше никто не звал.

Много позже я понял, что такое происходит довольно часто. Чаще, чем мне хотелось бы. Они не выдерживают потока своей силы. Они сходят с ума.

И чем сила больше, тем вероятней, что человек не удержится на границе нормального рассудка. Поэтому надо быть очень аккуратным с инициацией.

Какая ирония, что они послали против меня мои собственные ошибки…

Глава восьмая

Лиза

На пороге, улыбаясь, стояла Саша.

– Сестренка!

Мы обнялись. Я давно ее не видела. Саша никогда не докучала мне контролем, и оставаясь в детстве на ее попечении, я могла заниматься чем угодно. Когда мы стали взрослыми, средняя сестра тем более не часто баловала меня своими визитами.

Сестру я очень любила, но сейчас ее приходу не обрадовалась. Несмотря на замужество, она жила от одного романа до другого, мужчины всегда складывались к ее ногам штабелями…

На ее фоне я выглядела бледной молью. Сегодня она была просто прекрасна (впрочем, как всегда), миниатюрная, загорелая, с ежиком черных волос и огромными выразительными глазами.

Саша скинула легкое шелковое пальто, оставшись в короткой черной футболке, обнажающей плоский персиковый живот, и соблазнительно обтягивающих брюках. Я еле сдержала рвущийся стон.

– А что за несчастье случилось с дверью подъезда? – спросила сестра, расстегивая ремешки замшевых туфель. Меня слегка передернуло от воспоминаний. Пришлось сочинять на ходу:

– Да вот, представляешь, хулиганы сломали.

– Ужас!

Еще бы не ужас!

– Говорят, у тебя гость? – медово улыбнулась Саша, изучая себя в зеркало.

Я обреченно кивнула.

– Пойдем, я вас познакомлю.

Она прошествовала за мной в комнату, где на диване во всей своей красе восседал Дима.

– Привет, – поздоровался он, разглядывая мою сестру. Та сразу же оценила невероятную привлекательность объекта и сделала стойку:

– Здравствуй, – она протянула тонкую ладонь для рукопожатия, – Александра.

– Дмитрий, – в тон ей ответил мой гость.

– Давай приготовим чай, – потянула я Сашку прочь.

– Он красавчик! – заявила Сашка, оказавшись со мной на кухне. – Натаха сказала, снимается в какой-то рекламе? Странно, что я его ни разу не видела, такое лицо не забыть…

Я пожала плечами, одновременно заливая листья чая и черной смородины крутым кипятком. Небо за окном неожиданно потемнело и набухло дождем. По стеклу застучали первые капли.

– Вот невезуха, а я зонтик не взяла!.. – пробормотала сестра. Пока я возилась с заваркой, она сделала несколько бутербродов и теперь красиво раскладывала их на большой синей тарелке. – А сколько он пробудет в нашем городе?

– Кто?

– Ну ты чего, Лиз? Дима, конечно.

– Не долго, я думаю, – выдавила я. – А в чем дело?

– Я бы с ним куда-нибудь сходила, – спокойно ответила Саша. Чашка едва не вывалилась из моих рук. Я глубоко вздохнула и призвала себя к спокойствию. Надо сказать ей… Что-нибудь… Какую-то похожую на правду, ложь…

Я поймала себя на мысли, что вру теперь родным слишком часто и слишком легко. Это не к добру.

– У нас с Димой…

До чего же противно дрожит мой голос.

– Я все понимаю, – заверила меня сестра и улыбнулась. Теперь я догадалась, что возможно, не прошла какую-то проверку. – Он красивый мальчик и все такое. Но будь осторожна, такие как он…

– Знаю-знаю, – перебила я. – Только вот не пойму, почему тебе можно встречаться с «такими как он», а мне нельзя?

Саша всплеснула руками, словно до меня не доходило очевидное:

– Глупая, да потому что ты влюбишься, а я погуляю и брошу. Я же за тебя волнуюсь!

Ага, спасибо.

Я разозлилась. Дождь за окном превратился в ливень.

На кухню медленно, походкой царицы вошла Морковка.

– А я думала, Наташа шутит…– удивилась сестра. – Какая лапочка!

«Видела бы ты ее час назад! – подумала я. – Когда она была огромным зверем с острыми кинжалами зубов и когтей! Смертоносная, рыжая, как солнце… Как она разделалась с той страшной женщиной…» Впрочем, этого я не видела, это все мое воображение.

Морка зевнула и милостиво разрешила Саше себя погладить. Потом запрыгнула на подоконник, и свернулась калачиком, прижав к голове собственную ногу.

Саша расположилась в кресле напротив Димы и завела ничего не значащую беседу. Я ее не слушала, но, кажется, это были какие-то байки из мира шоу-бизнеса.

Дима был спокоен и сдержан. Мне даже показалось, он тяготится ее присутствием.

Тогда почему он на нее так смотрит?

Как «так», Лиза, ты все это придумываешь, он просто смотрит на нее, вот и все…

В восемь часов Саша грациозно поднялась и с улыбкой заявила, что ей пора. Я тоже вскочила, словно взведенная пружина. Глянула в окно – ливень все еще не прекратился.

– Одолжу тебе свой зонт.

– До скорого, сестренка, – она чмокнула меня в щечку, и я почувствовала себя сволочью – выгоняю собственную сестру под дождь…

Саша выглянула из-за моей спины и помахала наманикюренными пальчиками:

– Пока, Дима! Думаю, еще увидимся!

Я поскорее закрыла за ней дверь.

К ночи меня начало лихорадить. Сначала я думала, что злюсь из-за Саши, но прислушавшись к себе поняла, что дело во мне самой. Высшая степень раздражения плясала внутри, а кожа горела огнем. Это было бы похоже на грипп, если только он бывает у… души. Да, все мои чувства словно выворачивались наизнанку.

Отчаянье до боли сжимало мое сердце ледяными пальцами. Ни вздохнуть. Слабый крик, похожи на птичий, сорвался с моих губ.

Дима схватил меня и прижал к себе.

– Началось.

«Что началось?» – хотела спросить я, но вместо этого затряслась в рыданиях. Но слез не было. Плакать было нечем. Я сходила с ума.

Дима сжал меня в объятиях еще крепче, так что ребра отозвались болью.

– Я рядом, все будет в порядке, – зашептал он успокаивающе. – Ты это выдержишь. Ты сильная.

Его слова и тело каким-то образом дарили облегчение. Я схватилась за это чувство, не давая своему сознанию уплыть в темную бездну. Сложить мысли в слова удалось с трудом. Я разлепила высохшие губы и запрокинула голову, ища глазами его глаза:

– Что… происходит? Со мной?

Дима провел ладонью по моему лицу. Я поняла, что его пальцы подрагивают, как и мои.

– Ты меняешься. Твоя сила выходит наружу.

– Моя… магия?

Он улыбнулся, слегка грустно и поцеловал меня в висок:

– Да, твоя магия.

Я тоже улыбалась, пока мое тело не пронзило болезненной судорогой. Я согнулась, тяжело дыша. Перед глазами плавали цветные пятна.

– Смотри на меня, Лиза, – попросил он. – Думай обо мне. Не поддавайся.

– Легко тебе говорить!

Я цеплялась за его руки, как утопающий. Мир стал как-то странно накреняться и раздваиваться. Я проваливалась в бездну.

– Нет! Черт, нет! Так не будет! Ты не лишишься рассудка! Посмотри на меня, девочка! Я… Я знаю, что надо делать. Я все сделаю правильно. На этот раз да. Я проведу тебя. Я не позволю тебе уйти…

Дима все говорил и говорил что-то, мне было уже не разобрать. Я положилась на него, зная только, что жар его тела и голос – единственное, что держит меня по эту сторону.

Горячие губы припали к моим губам. Я искала и нашла его язык и переплела его со своим. – Не бойся, – бормотал он, словно в бреду, когда на мгновение отрывался от меня. – Я не причиню тебе боли…

А я и не боялась. Только сердце стучало, как бешеное.

Откуда-то взялись свечи, я помню их огоньки и запах воска. Дима шептал мне что-то на незнакомом языке, рисовал пальцем узоры на моем обнаженном теле. Узоры становились все ярче, так, что их сияние почти ослепляло меня, потом гасли. Я была словно в лихорадке. Кажется, я что-то кричала? Не помню.

Я заглянула в бездну, бездна заглянула в меня и выпустила из своих когтей.

Глава девятая

Димериус

Смотрю в ее глаза и отмечаю мельчайшие изменения. Обдумываю и запоминаю каждое, скрупулезно составляя список собственных злодеяний. Лиза пока не понимает, или вернее сказать, не осознает их.

Инициация прошла успешно. Я вытянул девчонку из безумия, в которое она погружалась. Ее сила теперь открыта и ищет выхода. Лизе еще предстоит научиться ею управлять. Но главное я сделал.

Я должен испытывать радость, но не испытываю. Мне больно сознавать, что я создал еще одного темного. Тем более из той девушки, которая покорила меня добротой и открытостью.

Но такова моя роль в этом мире. Волк может сколько угодно плакать над телом растерзанного козленка, но в итоге все равно его сожрет. Это инстинкты.

Я такой, какой есть.

Говорю себе, что должен проверить девчонку в деле. Это ведь часть моего плана и мне стоит его придерживаться. Я не знаю здешних мест, но чувствую, где притаилось зло. Туда мы и отправимся.

Глава десятая

Лиза

Было очень жарко. Сквозь сомкнутые веки я почувствовала, как на лице остановился солнечный луч. Спать не представлялось возможным, я открыла глаза и села на постели. Пот лил с меня едва ли не ручьями, тонкая простынка прилипла к спине. Ну и духотища! Дима спал рядом, невыразимо прекрасный в своей наготе.

Я встала и побрела в душ. Под холодными струями воды жара, наконец, уступила легкой прохладе. Я, кажется, могла бы стоять так часами, но побоявшись простудиться, решила все-таки ограничиться десятью минутами. Накинула халат, замотала волосы в полотенце и вдруг замерла у зеркала. Мои глаза показались чужими на собственном лице. Гораздо темнее, чем были. Или это просто игра воображения?

День стоял жаркий, почти летний и Дима предложил отправиться в лес на прогулку. Это не так уж далеко – темная полоса деревьев виднеется на горизонте даже из окна моей квартиры. Я была не против. Возможно после того, что между нами произошло, я и предпочла бы провести время дома, но навязываться не хотела. Между нами и так все не просто, а в четырех стенах Диме тем более быстро наскучит мое общество.

Так что погулять по лесу – замечательная идея!

Вскоре мы вышли из дома и сели на двадцатый автобус. Городок вскоре закончился, а начались поля, деревянные домики и полусгнившие деревянные заборы. Ехать было не очень долго, около получаса, и вот, наконец, показалась нужная остановка. Я уверенно спрыгнула на пыльную землю, улыбаясь ярко светящему солнцу. Длинная юбка, словно парус, надувалась от ветра и хлестала по ногам. Такой живой, такой энергичной я давно себя не чувствовала!..

– Вот и приехали!

– Да, – Дима провел рукой по моим волосам. Втянул носом воздух, словно принюхиваясь. – Мы на месте. Пойдем. Мне кажется, здесь есть очень красивое озеро.

Он подмигнул, а я хмыкнула. Конечно я знала про озеро. Да и кто о нем не знает?

Первые елки расступились перед нами. Закрыли собой солнце. Стало прохладно, напоминая о том, что воздух в тени еще не прогрелся. Мы доверились тропинке, ведущей вглубь лесной чащи

Озеро и правда было весьма живописным, словно на картине. Зеленая вода матово поблескивала, отражая верхушки деревьев. Я постелила старое толстое покрывало на поваленное древо возле самой кромки воды. Это было подходящее время, чтобы признаться:

– Знаешь, у меня вчерашний вечер как в тумане…

Дима понимающе кивнул. – Кое-что конечно помню, – я почувствовала смущенный румянец, заливающий щеки, и опустила глаза.

– Ну хотя бы «кое-что», – передразнил парень. – Я думал, тебя хотя бы должна волновать открывшаяся сила.

Я удивленно вскинула голову.

– Ты говоришь о… магии? Я что… я… Но я же ничего не чувствую! Ничего необычного!

– Изменения произошли, – уверенно сказал Дима. Я неверующе скривила губы. Он просто дурачит меня. Разыгрывает, как маленькую девочку. Я сделал вид, что запускаю огненный шар в озеро.

– Пш! Пш! Ха-ха, видишь, ничего не выходит!

Дима закатил глаза.

– Скоро увидим, – пробормотал он.

– Лизка, это ты что ли? – услышала я возглас. Обернулась. Недалеко от тропинки стоял парень и две девушки. Одна из них показалась мне смутно знакомой.

– Привет, – помахала я рукой на всякий случай.

– А я думаю: ты или не ты! Отдыхаешь со своим парнем? Мы тоже отдыхаем. Давайте отдыхать вместе!

На Димином лице промелькнуло что-то вроде… недовольства? Что ж, я его понимала. Мне тоже хотелось побыть вдвоем.

Компания, припираясь и шутя пошла к нам, а я все пыталась вспомнить имя этой девушки. Кристина что ли? Они бросили свои куртки прямо на землю и сели рядом с нами. Дима поздоровался со всеми и я с неприятием увидела, как женская половина компании пытается удержать его взгляд на себе.

– Это Юля, это Стас, – представила Кристина своих друзей.

А дальше произошло странное.

– Вы верите, что тут живет водяной? – вдруг спросила Юля, подруга Кристины. Та скептически поджала губы.

– Глупости не говори! Может ты еще в Деда Мороза веришь? – пошутил Стас, в открытую потешаясь на девушкой.

– Мне бабушка рассказывала, что тут испокон веков покойники всплывали! Что их водяной в это озеро заманивал, а потом топил! И в прошлом году мужик утонул, помните?

Стас усмехнулся и помотал головой:

– Пьяным купаться полез, вот и утонул!

Они продолжали спор, а я посмотрела на озеро. Вот по воде пошли еле заметные круги. Может быть, это плавает в глубине обсуждаемый водяной. Поглядывает на нас из-под толщи воды и посмеивается? «Глупые людишки, – думает он, – можете хоть сто раз сказать, что меня нету, но я-то есть! И скоро заманю в свои сети очередную жертву!» Я перевела взгляд на Диму. Оказалось, что он тоже задумчиво рассматривает зеленую поверхность воды.

– Лиза, – Кристина бесцеремонно подергала меня за рукав, – а помнишь Васю?

Я никакого Васю не помнила, но на всякий случай кивнула.

– А Вася – то женился! Представляешь?

– Ничего себе, – пробормотала я. – На ком?

– На Светке, на этой белобрысой стерве, представь!

Я не имела понятия ни о Васе, ни о стерве Светке, и начала невольно раздражаться.

– Они в свадебное путешествие улетели.

Какое мне дело до этого?.. Неизвестно откуда взявшееся бешенство накатывало все сильнее.

– Ой, на тебе комар, – Кристина сильно хлопнула меня по руке. – Кажется. Или мошка. Убила! – похвасталась она, демонстрируя размазанный ладонью трупик. Я с яростью оглядела ярко-красное пятно на своем предплечье. Кровь прилила к моему лицу. «Это я бы тебя убила… Убила…. Убила…» Я стиснула зубы. Да что же такое? Мне все сильнее хотелось ее ударить. И эту подружку. Нечего было так смотреть на Диму, когда ясно, что он пришел со мной! Зачем они вообще нарушили наше уединение?!

Я заставила себя перевести взгляд на озеро. Оно казалось воплощением спокойствия. Мутно-зеленое, покрытое ряской, и, наверное, очень глубокое.

Кристина тем временем наливала виноградный сок в пластиковый стакан, одновременно пытаясь завести с Димой разговор.

– Лиза! Ой…

Она опрокинула стакан на меня. Я вскочила, но было поздно – уродливое красное пятно, так похожее на кровь, расползлось по моей юбке.

– Извини, – пробормотала Кристина, а Стас почему-то засмеялся.

– Да постираешь, ничего ведь страшного, – утешающее пролепетала Юля.

– Ничего страшного, – передразнила я.

«Подумаешь, пятно на юбке!» – твердила я себе, но одновременно в моей голове взрывались вулканы ярости. «Да как они посмели!.. Вылить на меня эту дрянь! Я сейчас их всех уничтожу! Я…» Мои кулаки сжались сами собой. Кристина смотрела на меня с испугом. А мне хотелось кого-нибудь ударить. И посильнее. Чтобы была кровь. И уже не важно, за что. Просто бить. Подавлять своей силой. Чтоб валялись в ногах и просили прощения…

Я вдруг испугалась, потому что поняла: мне с собой не справиться. Что сейчас произойдет что-то страшное. Это жуткое чувство иступленной злости с каждой секундой сильнее охватывало разум. Перед глазами все поплыло.

Озеро! Вот мое спасение!

И я побежала в воду. Прямо в одежде. Не надо было оборачиваться, чтобы увидеть, что происходило за моей спиной. Стас застыл с открытым ртом, Кристина покрутила пальцем у виска, а Юля бросилась к Диме:

– Останови ее!

Но тот лишь покачал головой, с непонятным любопытством глядя на меня.

Ледяная вода лесного озера. В нос ударил резкий запах тины. Я нырнула, не закрывая глаз. Глубоко, очень глубоко. Мне открылся завораживающий зеленый мир, где причудливо играли тени, качались длинные скользкие водоросли, плавали туда-сюда стайки маленьких черных рыбок. Не дышать оказалось легко. Даже легче чем дышать. Вода уже не казалась мне холодной, напротив, мне было комфортно как в собственной ванне. Дно темнело где-то далеко внизу, я поплыла туда. И там, в подводной глубине, между гниющими корягами я увидела его. Водяного. Он замер на самом дне, и, не мигая, смотрел на меня. Это был даже не он, а скорее оно, существо, покрытое зеленой кожей и похожее на человека. Это существо сейчас чувствовала страх, тошнотворный и липкий. Оно боялось меня. И все-таки не решалось сбежать. Я подплыла поближе. Теперь можно было различить черты его странного лица: белки больших глаз чуть на выкате, невнятный нос и лягушачий рот, усеянный рядом мелких острых зубов. Такими зубами, наверное, легко разрывать добычу на куски…

Тварь не выдержала и бросилась на меня, целясь в незащищенное горло. Я легонько ударила ее кулаком в область груди, там, по моему мнению, находились жабры, и услышала тихий утробный вздох. Существо отлетело обратно и ударилась об дно, подняв тучу ила и грязи. Я выставила свою руку чуть вперед, обратившись к водяному раскрытой ладонью, и из ладони полился черный свет. Он поблескивал в воде и медленно окутал зеленого обитателя озера. Жуткий вопль разнесся в воде, водяной затрепыхался, пытаясь вырваться из смертоносной хватки, но мы оба знали, что он обречен. Через несколько секунд все закончилось.

Я поплыла вверх, без мыслей, без ощущений, а внизу, придавленное корягой, лежало сморщенное тело водяного.

Вынырнула на поверхность, подняв фонтан брызг. Волосы, облепленные тиной, прилипли к лицу. Наверняка я выглядела словно болотная кикимора. Дима, не боясь промокнуть, протянул мне руку, помогая вскарабкаться на скользкий пригорок.

– Сейчас. Погоди, девочка, – он утвердил меня на земле и оставил одну. Я стояла в растерянности, а по моим ногам и рукам стекали струйки холодной воды.

Компания сверлила меня странными взглядами.

– Мы тебя звали, – с укором сказал Стас.

– Мы думали, ты утонула! – по щекам Юли бежали слезы. Она торопливо отвернулась. Кристина скривила губы.

– Пойдем, ребята, – сказала она, – не будем мешать психам!

Они подняли куртки с земли, а Дима тем временем вернулся с покрывалом и укутал меня в него. Я вдруг начала мерзнуть, мои зубы клацали друг об друга с невероятной скоростью. Не обращая внимания на оборачивающихся девушек, Дима крепко прижал меня к себе, целуя в висок.

– Все хорошо, – шептал он. – Ты справилась.

Тепло возвращалось ко мне, хотя я по-прежнему не могла перестать дрожать.

– Во мне было столько злости! – пробормотала я. – Я хотела убить! Я могла бы наброситься на кого-то из них!

Я поежилась, не желая представлять себе эту картину.

Я думала, что это не высохли капли озерной воды, но оказалось, что горячие слезы бегут по моим щекам. Дима стирал их не менее горячими пальцами, словно пытаясь так же стереть мою скорбь.

– Прости за это, – сказал он наконец. – Я должен был знать, на что ты способна и как поведешь себя. Увидеть, насколько ты сможешь себя контролировать в гневе. Поначалу сила может затмевать разум, а это очень вредно. Гнев стоит оставлять холодным и расчетливым, тогда им можно управлять. Не волнуйся, я не дал бы тебе наброситься на людей.

Я пыталась осмыслить то, что он говорит, но все больше тонула в прекрасных штормовых глазах.

– А как же водяной? Я… я, кажется, его убила…

– По нему никто не будет скучать, девочка.

На протяжении всего пути обратно Дима расспрашивал меня о черном «свете», которым я убила водяного. Я, как могла, пыталась вспомнить подробности. Но связно рассказать, что случилось было трудно – все произошло слишком быстро, как-то инстинктивно, и я мало что поняла. Я даже пыталась восстановить этот свет на ладони, чтобы показать Диме, но ничего не вышло.

– Не переживай, – сказал парень. – Потом получиться снова.

– Я научусь им управлять?

Он взглянул на меня, и мне почудилась печаль в бархатном голосе:

– Конечно. Жаль, я плохой учитель.

Глава одиннадцатая

Затаив дыхание я наблюдала, как она лезет ко мне в окно, бесшумно открывает створку, ставит руки на подоконник. Мне не было страшно. Я еще толком не проснулась.

Женщина была не одна, я насчитала еще троих человек. Молчаливо и сосредоточенно они забирались в мою квартиру. Потом вдруг замерли, вглядываясь в темноту комнаты. Я тоже не шевелилась. Дима проснулся: я заметила, как он резко открыл глаза. Я также слышала, как за дверью крадется Морка.

Незваные гости бросились вперед.

Я не собиралась ждать, когда нас покромсают на кусочки. Гнев ударил в голову темной волной.

Мгновение, и я стояла перед ними, а из моих рук текло черное сияние.

Медленно, слишком медленно!..

Дима уже был рядом. Он схватился с высоким парнем в рукопашную, ударил его по голове, а потом сжал руками горло противника.

Две женщины бросились на его незащищенную спину. В одной из них я узнала недавно напавшую на нас блондинку-баскетболистку. Ее рука и нога были перебинтованы, но это, казалось, женщину ничуть не волновало. Ее глаза блестели безумием, как и глаза всех остальных гостей. Жуткое зрелище!

Испуг придал мне сил. Темное свечение из моих ладоней сформировалось в черную руку. Потом в петлю. Я поняла, что могу придавать тьме желаемую форму. Соприкоснулась ладонями друг с другом, и черный свет потек из обеих. Петля становилась больше. Довольно экспериментов!

Я слегка размахнулась и смогла захватить женщину петлей. Черные щупальца, что-то вроде канатов из тьмы, обвились вокруг ее горла. Шуршание. Хрип. Бездыханная «баскетболистка» повалилась на пол.

Из коридора огромным прыжком вылетела Морка, вышибив при этом закрытую дверь. Только щепки полетели! Не везет дверям в моем доме на этой неделе!..

Могучие лапы с размаху ударили вторую женщину, и та, взвизгнув, вылетела в распахнутое окно. Я переключилась на парня, который все еще пытался сбросить Димины руки. Тьма потекла из моих ладоней, вливаясь в разинутый рот непрошенного гостя.

Парень задергался в конвульсиях, из его рта брызнула пена. Потом он упал и затих.

Дима перегнулся через подоконник и указал на силуэт внизу:

– Лиза, одна убегает! Ты можешь ее достать?

Оказалась, что выпавшая из окна женщина ничуть не пострадала. Обернувшись, она зарычала, как мог бы зарычать дикий зверь, но не человек. Я поняла, что за все это время люди, напавшие на нас, не произнесли ни слова.

Убегающая женщина вдруг поднялась над землей, словно это не стоило ей никаких усилий. Теперь она летела по ночному небу! Я вцепилась в подоконник.

– Лиза?

Покачала головой – слишком далеко. Но попробовать стоило. Я выпустила черную силу из своей ладони и сформировала ее в копье. Потом размахнулась и со всей силы бросила вдаль. Секунду спустя мы увидели, как призрачный наконечник достигает своей цели. Женщина резко остановилась, перевернулась в воздухе и начала свое стремительное падение на землю. Я проводила тело взглядом, потом обернулась.

Морковка сидела в углу и умывалась, как ни в чем не бывало.

Дима склонился над упавшими… людьми?.. существами?..

На моих глазах тела превращались в черный песок.

– Магия стирает следы, – произнес парень.

Я устроилась на кухне с чашкой мятного чая, бездумно глядя в вечернее небо. Морка терлась об мою ногу, норовя скинуть тапок. Потом вдруг подняла голову и взглянула на меня грустными лаймовыми глазами. Словно смиряясь с чем-то. Но вот я почувствовала, как напряглось ее тело, а вслед за этим раздались шаги.

– Не поздновато для чая?

– Мята успокаивает, – пробормотала я, а потом сообразила, что эта фраза не из моего лексикона. Скорее уж из Любиного. Сестрица любит заваривать всякие травки и долго рассуждать об их полезных свойствах. Дай ей волю, она все на свете лечила бы отваром из шиповника.

– Тогда и мне налей.

Я грела ладони над чашкой.

– Я их убила?

Дима кивнул, приглядываясь к моему лицу.

– Н-насовсем? Ой, мамочки…

Голос дрожал. Злость отступила так же быстро, как появилась, и я осталась одна в своей голове: запутанная, до смерти испуганная происходящим, маленькая глупая девочка.

Дима положил руку мне на плечо, принялся тихонько разминать пальцами напряженную шею.

– Ты говорил, та женщина не вернется. Но она влезла в мою спальню, да не одна, а с компанией таких же…

Он молчал. Теплая рука посылала приятные волны моему телу, но я старалась их игнорировать.

– Ты же ни в чем не можешь быть уверенным, так? На нас собираются снова напасть?

Его глаза потемнели. Я видела, что парень не хочет говорить мне правду. Но под моим напряженным взглядом он сдался:

– Ты права, Лиза.

И это было не то, что я хотела услышать. Но по крайней мере, он ответил честно.

Черт, что происходит с моей жизнью!

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЛИСЮКИ

Глава первая

Сестры решили, что я чокнулась. Или потеряла голову от неземной любви.

Как еще они могли объяснить себе, что «маленькая принцесса с кудряшками», какой я до сих пор была для них, решила снять дом в лесу. Да и не дом даже – настоящую развалюху.

Но тут уж извините, на что хватило денег.

В населенный пункт Лисюки можно было добраться автобусом или попуткой, потратив на это полтора часа своей жизни. Здесь был продуктовый магазин, почта и парочка пятиэтажек, а дальше, насколько хватало глаз, простирался хвойный лес. Он выглядел таким дремучим и нехоженым, что наверняка видел наш мир еще в колыбели. В лесу, словно иголки в стогах сена, были затеряны чьи-то участки. Наше временное жилище находилось в получасе ходьбы от магазина бодрым шагом. Не так уж и плохо, наверное.

Дом меня, признаться, удивил. Снаружи он выглядел ужасно – эдакий несуразный каменный монстр. О каком-либо дизайне говорить было смешно, даже ставни на окнах были разного вида и размера, а стены не знали краски и все поросли мхом. Я обошла здание кругом и смогла полюбоваться на огромную трещину, проходящую по фасаду. Надеюсь, он не развалится, пока мы будет в нем жить…

На участке росли гигантские, чуть ли не корабельные сосны и никаких тебе цветочков – ягодок.

Но вот внутри оказалось не так уж плохо. Самое главное – было проведено электричество и водопровод (трубы шли к реке, правда вода поступала только холодная), а значит, мне не пришлось отказывать себе в примитивных удобствах, чего я, если честно, очень боялась. А другая радость поджидала меня в большой комнате на столике в углу – старенький компьютер. Я включила его в розетку, смахнула пыль, дохлых комаров, и с замиранием стала наблюдать, как он оживает. Поэтому, главным моим приобретением стал переносной интернет-модем. Как жить без горячей воды я еще представляю, но жизнь без интернета – это, безусловно, ад. Тем более, что моя работа без него не представляется возможной.

Работа, интернет – ха три раза. Я изо всех сил цеплялась за привычные вещи, выгоняя панику из сердца.

Потому что мир вдруг стал местом, о котором я ничего не знаю.

Потому что моя кошка крупнее, чем полагается.

Потому что мой парень (а можно ли так назвать Диму, еще вопрос) явно многое мне недоговаривает.

Потому что я чувствую силу в себе, и эта сила меня пугает.

И в конце концов потому, что нас хотят убить.

Но случилось еще одно – как будто всего остального мне было мало! – я теперь слышала зов. Это нечто такое, что не опишешь словами. Меня тянуло куда-то, и я ощущала чужие голоса у себя в голове. Дима объяснил, что так маги призывают меня к себе. Что если я последую зову, меня подчинят, сделают своей служанкой. Или убьют.

Ни того, ни другого мне не хотелось.

А рядом с Димой зов проходил, исчезал, будто его и не было. Парень обещал, что я и без него перестану это слышать. Скорей бы.

Я решила обезопасить хотя бы свою семью, поэтому заняла денег и сняла эту развалюху, по ошибке именуемую домом.

Был вечер. Первый мой вечер в лесном домике. Дима еще несколько часов назад вышел во двор, и с тех пор не возвращался. А перед этим…

Мы стояли на веранде, болтая о пустяках. Точнее, болтала в основном я, желая скрыть смятение, царившее в душе после переезда в лесную глушь. Дима отвечал на шутки, но я видела, что под напускной маской веселости он напряжен, и сосредоточенно что-то обдумывает.

– Прости, – вдруг сказал он, – что я втянул тебя во все это. Тебе не стоило садиться на ту скамейку.

– Почему это? – возмутилась я. – Ты что, жалеешь, что мы познакомились?

Взгляд его штормовых глаз обжег меня. Сердце забилось быстро, тяжело.

– А ты нет?

– Н-нет. Я вообще-то люблю тебя!

Это было сказано прежде, чем я смогла прикусить болтливый язык. Но ответ заставил перестать злиться на себя за несдержанность, а переключил мою злость на парня. Потому что он сказал:

– Глупости, Лиза. Ты меня вообще не знаешь.

Он твердо подчеркнул голосом это свое «вообще». И пока я подбирала в уме гневный ответ, Дима сверкнул глазами и вышел вон. Я осталась одна. Раздражение боролось во мне с желание догнать его и… И что, Лиза? Со слезами на глазах сказать, что пошутила? Нет уж, лучше оставить это, как есть.

Через полчаса я не выдержала и вышла во двор, но парня там не оказалось, только Морка сосредоточено вынюхивала что-то под сосной. «Ладно, – решила я, – погуляет и вернется». Но на душе стало как-то неуютно. Телефон Димы сиротливо лежал на подоконнике, лишая меня возможности ему позвонить. Прогнав тревогу, я села перед монитором и ушла в нирвану. Прошло пару часов, я дописала безмозглую статью о видах маникюра и взялась за новую. Теперь уже о женщине с татуировкой. Это была идея Ольги Борисовны, она желала, чтобы я поведала, как же замечательно делать себе наколки на теле. Рядом они поместят рекламу гламурного тату-салона «Гладиолус». В розовой рамке. И вот я сидела и печатала: «Что это за загадочная женщина, помечающая свое тело эмблемой, которую не удастся похитить ни одному вору? Оказывается, ей может стать каждая, будь она юристом или учительницей, певицей или домохозяйкой. А вы знаете, что первая в истории татуировка была найдена на теле мумии египетской жрицы?.. Женщина с аккуратной татуировкой – это всегда неразгаданная тайна, один шаг навстречу ее душе и тайным желаниям, мечтам и страстям. Кто она, орхидея ли, тигрица или загадочная надпись на санскрите?.. Татуировка говорит о своей обладательнице, что она другая, не такая, как все, что она хочет выделяться…» Я попыталась представить себе женщину, которая на самом деле загадочная надпись на санскрите, и поняла, что это, пожалуй, лишнее. Стерла. Вздохнула. Встала и снова вышла во двор. Димы все не было. «Постою немного тут», – подумала я, и замерла греческой статуей, нервно вглядываясь в зеленую листву. Ничего не происходило, кроме того, что ветер совсем растрепал мои волосы. Через минут пять томительного ожидания, я не выдержала и вернулась в дом.

Запел на тумбочке сотовый.

– Да?

Звонили, конечно, Наташа и Люба. Они попеременно отбирали друг у друга трубку, желая узнать, как у меня дела.

– Отдыхаешь? Как погода?

Я придала своему голосу наиболее радостный оттенок.

– Ой, да просто здорово! Здесь такой чистый воздух, вы себе не представляете!

– А комары, комары есть? – спросила Наташа.

– Не замечала.

Не до комаров нынче, сестрички!..

– И что… – Люба понизила свой голос до шепота. – У вас с Димой теперь любовь, да?

Я глупо хихикнула.

– Да так…

– Ну, понятно, – с облегчением, как мне показалось, вздохнула Наташа. – Ты вся в Сашку, такая же… Наотдыхаешься – возвращайся к нам.

Я пообещала, что как только – так сразу, и мы тепло попрощались. Положив трубку, я вздохнула. Знали бы они… Впрочем, нет, сестрам лучше ничего не знать. Иначе меня запрут в комнате с мягкими стенами, не желая слышать ни о какой магии.

Так, ладно. Что у меня, занятий что ли нет? Я решила приготовить овощной суп, чем и занялась. Когда суп был готов, взялась за мытье полов. Потом протерла пыль на всех горизонтальных поверхностях. За окном постепенно устраивалась ночь. Подул сильный ветер и в окно застучались черные ветки, словно чьи-то костлявые руки. Я поежилась. Села на диван и призналась себе, что ужасно волнуюсь. А вдруг Дима ушел… навсегда? Возможно ли такое? Оставил меня в лесу совсем одну?

Морковка подошла ко мне и села возле ног.

– Где он бродит, а? – спросила я. Кошка мигнула зелеными глазами, подергала рыжим ухом и задремала. Мне бы ее спокойствие. А что, может ну его, это жуткое приключение, а? Вызвать такси. Вернуться в город, в свою квартиру? Позвонить, наконец, подружкам? Сходить в клуб, в конце концов?! Перспектива одной коротать здесь ночь меня откровенно пугала.

Я поняла, что тянусь к кошельку, где у меня сложены визитки. Номер пригородного такси должен найтись на одной из них. Но хочу я вовсе не домой. Что-то гораздо дальше и южнее звало меня.

Я потерла виски. Опять этот дурацкий зов.

Никуда я не поеду. Вдруг Дима вернется, а меня нет. Что он подумает?

Лишь бы он вообще вернулся.

Круглая желтая луна смотрела в форточку, и в этом было что-то нереальное. Я так и сидела в прострации, ожидая неизвестно чего. «Вдруг с ним что-то случилось?» – билась испуганной птицей мысль в голове. Стукалась во все подряд, отскакивала, причиняя мне боль. Терпеть это не было больше никакой возможности; как будто разогнулась сжатая пружина – я вскочила, влезла в кроссовки и, накинув теплую куртку, вышла в темноту. За дверью остался теплый светлый дом, в котором мирно посапывала Морка. Я постояла немного, привыкая к темноте. Потом сделала десять шагов и оказалась в лесу.

«Что это?» Нечто темное лежало в отдалении. Человек? Дима??? Я побежала вперед, споткнулась и едва не угодила в грязную яму. Вернула себе равновесие и оказалась прямо перед… «Гм, это коряга», – подумала я, но мне вовсе не было смешно. Очертания упавшего дерева и впрямь походили на лежащего человека, особенно в темноте. Может вернуться?..

Где-то далеко закричала птица, и я едва не подпрыгнула от страха. Дима, Димочка, где ты?

Ночной холод забрался мне под одежду и вовсю гулял по спине. Ноги облепили голодные комары. Хотелось повернуть обратно, но настойчивое ведение, что он лежит где-то без сознания, гнало меня вперед. «Может, на него напали эти жуткие люди? – думала я, дрожа от страха, – Могли ли они так быстро обнаружить нас здесь? Бр, если подумать, это прекрасное место, чтобы избавиться от Димы без свидетелей…» Я вторично запнулась об торчащий из земли корень, но на этот раз не удержалась и упала, ободрав ладони о колючий кустарник. Выругавшись, поднялась, схватившись за влажный еловый ствол. Распущенные волосы зацепились за когтистые ветви, а одна прядь запуталась так сильно, что мне пришлось замереть и силой пытаться ее освободить.

– Помочь? – голос раздался совсем близко, над моим ухом. Ловкие пальцы в два счета отобрали мои волосы у скрюченной елки.

– Дима! – выдохнула я. Он в ответ прижал меня к стволу.

– Я, конечно. Ты ожидала кого-то другого?

Он ласково провел по моему лицу кончиками пальцев, убирая налипшую грязь.

– Что ты здесь делаешь?

Мое сердце билось, как сумасшедшее.

– Я бы хотел спросить у тебя тоже самое. Разве ночной лес – хорошее место для прогулки?

– Я искала тебя!

– Я не терялся, – заявил он, – просто разведывал местность. В будущем нам с тобой это очень пригодится.

Он замолчал и осторожно поцеловал меня в губы. Я обижено отвернулась.

– Мог бы предупредить… Я волновалась.

– Мне казалось, ты сейчас не захочешь меня видеть.

Я вздохнула и тихонечко всхлипнула от обиды. Дима нежно взял меня за руку и повел к дому. О случившемся никто из нас предпочел не говорить.

Глава вторая

Димериус

Я хотел бы сказать, что они потеряли мой след. Но это не так. Я чувствовал разлитый в воздухе запах черной магии. Поисковой магии. Скорее всего, сюда хочет наведаться один из моих братьев. Чтобы покончить со мной раз и навсегда. Я уже пожалел, что не оставил в живых ни одного из кромсателей. Скорее всего, вести о Лизе, моей новой «сестренке» до Красных скал так и не дошли.

Но может, так и лучше. Сюрприз, ребятки. Если кромсателями еще будут рисковать, ведь их много, то обученными магами – вряд ли. Лиза – настоящий джокер в рукаве. Я был прав на счет ее силы. Немного практики и она сможет поспорить с любым из темных за главенство.

А значит, скоро одним моим братцем будет меньше.

Глава третья

Лиза

Зов опять преследовал меня. На этот раз во сне. Меня разбудило дикое, неистовое рычание Морки. Димы в комнате не было. С колотящимся о ребра сердцем, я выпуталась из одеяла и бросилась за порог. Как была, в тапочках и фланелевой пижаме.

Туманное утро встретило меня холодным ветром в лицо. И гигантской кошкой, ощерившей зубастую пасть.

Дима лежал на крыльце, уткнувшись лицом в ступени. А над ним в воздухе зависли двое: молодой брюнет в черном плаще, под тонкими усиками кривая усмешка, и девушка-блондинка, голубоглазая красавица, словно сошедшая с обложки журнала. Вот только выражение глаз у девушки отнюдь не журнальное.

Дима со стоном пошевелился, и у меня отлегло от сердца. Похоже, его просто оглушили.

Девушка улыбнулась нам и ступила с воздуха на траву. От ее этой ее улыбочки кровь стыла в жилах, и блондинка о том была прекрасно осведомлена. Спутник держится чуть позади. Похоже, красотка считается главной.

– Смотрю, ты хорошо подготовился к нашей встрече, Димериус? Думаешь, что тебя защитит эта милая кошечка, да?

Морковка оскалила зубы в ужасающем оскале.

Дима осторожно перевернулся, держась за голову. Встретился взглядом со мной.

– …Или может быть, надеешься на помощь девчонки? – блондинка игриво рассмеялась, смерив меня уничижительны взглядом. – Прикроешься ей, а сам попробуешь убежать? Это вполне в твоем духе! – она повернулась ко мне. – Уходи, пока есть возможность! Мы убьем тебя позже! Проживешь еще парочку дней своей никчемной человеческой жизни, а?

Не смотря на столь щедрое предложение, я осталась стоять там, где стояла. Что тут говорить, хотела бы – не убежала, мои ноги словно приросли к земле.

– Не будь столь самоуверенна, Аретта, – Дима поднялся на ноги. Надеюсь, только я одна видела, что его пошатывает.

Та, кого Дима назвал Ареттой, только хмыкнула и полуобернулась к парню за спиной:

– Ты забыл, кому обязан жизнью! Я растила тебя, крысеныш, я помогала тебе развивать способности!

– Да ты терпеть меня не могла. Если бы не особенность моей силы, ты первая бросила бы меня светлым!

Блондинка ощерилась, как голодный волк:

– Не говори ерунды, Димериус! Ты забыл, кто твоя настоящая семья! Ты предал нас! И поэтому ты заслуживаешь только смерти и забвения! Чего тянуть, прикончим их, Муракус!

Муракус, казалось, только этого и ждал. Из-под его плаща появилась огромная булава с устрашающими металлическими шипами. Я побледнела. Хотелось закричать, но из горла вырвался только полузадушенный хрип. Парень замахнулся своим жутким оружием с какой-то показушной медлительностью. Секунда и я оказалась на земле, что-то тяжелое придавило меня сверху. Я больно ударилась лбом о камень и, подняв глаза, успела увидеть, как Морка прыгнула и вцепилась в руку Муракуса.

– Лиза!.. – Дима рывком поднял меня на ноги. – Сконцентрируйся! Ты должна помочь!

Легко сказать! Я еще ни разу не смогла сознательно призвать силу. В прошлых случаях я была зла, ярость затмевала разум. А сейчас внутри только дикий испуг.

Что и говорить, эта парочка умеет внушать ужас.

Аретта тряхнула волосами и черная волна откинула рыжую кошку на пару метров назад. Ударила о дерево. Сосна затрещала, Морка жалобно мяукнула.

– Лиза!

Кровь с рассеченного лба стекала мне на глаза.

Муракус ухмыльнулся и сделал выпад в сторону Димы, его булава со свистом рассекла воздух над нашими головами. Я с визгом отскочила. Дима уклонился от удара, и подняв с земли толстую ветку, завертел ее у себя в руках. Я с открытым ртом наблюдала, как ветка превращается в длинный черный меч. Муракус сделал еще шаг и оружие с треском встретилось – железные шипы ударили по деревянному лезвию. Меч выдержал! Но это стоило Диме огромных усилий, пот катился по его лицу, глаза казались безумными, словно у зверя, которого загнали в угол. Неужели я ничем не могу ему помочь?! Аретта столкнулась со мной взглядом и подмигнула. Ее, кажется, забавляло то, что здесь происходит. Меня переполнила всепоглощающая злость и обида за Диму. Почему они не могут оставить его в покое? Почему не дадут просто жить?!

Морка, хромая, вернулась ко мне. Бедная моя кошка, она-то за что страдает?

Руки сжались в кулаки сами собой, болезненная судорога свела тело. В ладонях появилось черное пламя. Оно вытекало из пальцев и бежало до локтя и обратно. Тогда я распрямила спину и почувствовала себя сильной. Значимой.

Я могу помочь Диме. Я знаю как.

Они ничего не замечали. Муракус наступал. Дима защищался из последних сил. Аретта стояла чуть в стороне, готовая, если что, ударить побольнее. Морка копила силы для нападения. Я ее опередила. Выставив вперед обе ладони, я швырнула черный сгусток в руку, держащую булаву. Деревянный меч переломился пополам, вновь превращаясь в ветку. Дима не удержал равновесие и упал навзничь. Булава покатилась по земле, а Муракус заорал и схватился за быстро сгорающую кисть. Глаза парня были полны муки и изумления, но жалеть я его не собиралась. Следующий удар я направила в блондинку, но она отбила его резким взмахом волос.

– Глупая девчонка!

Из-за пояса она вытащила нож с длинным острым лезвием и, метнувшись к Муракусу, одним точным движение отсекла его тлеющую руку от туловища.

– Ты что, свихнулась? – заорал тот.

– Хотел умереть – так бы мне и сказал, – прошипел блондинка в ответ. – Заканчиваем здесь. Девку не убивай, она понадобится нам живой.

Я не успела опомниться, как ее волосы распустились сетью и обвили меня, будто тонкая металлическая леска. Чем сильнее я вырывалась, тем туже становилась сеть. Белые пряди, оказавшиеся на ощупь такими острыми, резали тело. Что там с Димой, с Морковкой?.. Я пыталась обернуться, но не могла. Из последних сил выпустила черный огонь из пальцев, желая прожечь эти путы, и тут небо взорвалось на тысячи кусочков. Золотой огонь затмил зрение, ударная волна подбросила в воздух, а потом ударила о землю.

Комната кружилась. Иногда я видела в этом хороводе вспышки света от окна, которые тут же превращались в вертящиеся линии. Если закрыть глаза, то становилось еще хуже: темнота обступала со всех сторон, несла куда-то вниз, и тогда накатывала удушающая тошнота. А что мои руки, ноги? Тело, наконец? Я не чувствовала ни одну из своих конечностей, будто их не было вовсе.

Я также не уверена, есть ли у меня губы и язык, но голова точно есть. И она ужасающе болит. Весь мир состоит только из этого – головокружительный танец комнаты и боль в моей голове.

Затем в моем мире появился еще какой-то посторонний шум. Я напряглась и смогла различить голоса. Мужской и женский.

– Я хочу находиться возле нее. Хочу видеть, как она проснется.

– В этом доме ты не останешься! Для тебя Лиза умерла и не проснется никогда! После того, что ты сделал… Не думай, что я подпущу тебя к ней!

Молчание. А потом снова голос. Такой знакомый голос…

– Но ты сможешь ей помочь?

– Да. Я ей помогу. А ты уходи.

Где-то громко хлопнула дверь, а потом в меня полилось тепло.

Глава четвертая

– Меня зовут Софья. Я помогу тебе.

«Где он? – думала я. – Где Дима?»

Круглое загорелое лицо, обрамленное черными блестящими волосами, склонилось надо мной. Карие с желтой крапинкой глаза, добрая улыбка. Теплые руки.

Но где Дима?

Почему он не со мной?

Комната уже почти не кружилась, так, покачивалась немного туда-сюда, да кровь набатом стучала в висках. Девушка помогла мне приподняться и выпить воды из запотевшего стакана. Я благодарно посмотрела на нее, а потом меня скрутил приступ кашля. Казалось, горло было отдельным несмазанным механизмом, древним и ржавым.

Она аккуратно поддержала меня и впихнула подушку за спину. Тут же теплый, невероятно пушистый рыжий комочек устроился на груди. Морковка! Кошка замурчала и принялась облизывать мое плечо. Я осторожно провела одеревенелой рукой по ее голове, убеждаясь, что все в порядке. Откинулась на подушку. Такие простые действия, оказывается, требовали много сил!..

– Где Дима? – наконец, прохрипела я. Софья недовольно скривила губы.

– Лиза, ты не знаешь всего… Пойми, для тебя же будет лучше, если он исчезнет из твой жизни! Теперь тебе ничто не угрожает. Я смогу тебя защитить.

У нее был очень взрослый и очень уставший голос, не вязавшийся с хрупкой внешностью. – Он один из них, понимаешь ты это, Лиза? Один из темных магов! Да еще и пробуждающий! Ты хоть представляешь, в кого он мог тебя превратить?!

Картина вдруг обрела ясность.

«Я поругался с семьей». «Другие маги желают моей смерти. Их больше, и они намного сильнее, так что я считал, что моя жизнь окончена».

Он спасался от своих же. Интересно, почему?

– Где Дима? – повторила я.

– Он ушел, – сухо сказала целительница.

– И ты его не остановила?

Софья отвернулась к окну. На ней была такая забавная белая маячка с крыльями и нимбом. Девушка ничего мне не ответила.

Я выглядела ужасно, будто только что вылезла из фильма ужасов. Ожоги по всему телу, особенно на руках, тонкие порезы от жутких волос блондинки и огромный кровоподтек на лбу. Ожоги, кстати, дело рук Софьи.

– Иначе я не смогла бы тебя освободить, – оправдывается она. – К тому же я не знала, что ты будешь колдовать именно в этот момент!.. Все это скоро пройдет, – правдоподобно поклялась она мне. – Я тебя вылечу, вот увидишь! У кошки за день зажила сломанная лапа, а ты, думаю, в себя придешь денька через три.

Я кивнула, мне хотелось верить в хорошее.

Она светлая. Я темная. Вот что мне теперь следовало осознать.

– Но все еще можно исправить, – говорит Софья. – Изменения в тебе не зашли слишком далеко. Я помогу тебе. Мы направим силу по иному пути.

История Софьи была во многом похожа на мою собственную. С того места, где я познакомилась с темным магом Димериусом. С Димкой.

Сейчас, сидя в кресле во дворе, я позволила себе все это хорошенько обдумать.

Софья столкнулась с Алексом в каком-то кафе. Она утверждает, что до этого парень не раз ей снился. Алекс тоже оказался беглым опальным магом. Между молодыми людьми вспыхнуло чувство. «Настоящее чувство!» – подчеркивала Софья, глядя на меня. Они вскоре поженились. А девушка стала светлой колдуньей.

«Я долгое время работала в старой библиотеке», – рассказывала она, – « и там нашла одну книгу. «О Светлых и Темных», так она называлась. Это было еще до встречи с Алексом. Тогда я понятия не имела, о чем это, но что-то заставило меня стащить книгу и спрятать дома». После знаменательной встречи, Софья уже гораздо внимательнее изучила находку.

– И что там, в этой книге? – нетерпеливо спросила ее я. Она лишь махнула рукой:

– Да много всего. Я тебе как-нибудь дам, ты сама почитаешь… Основная часть посвящена рассказу о природе темной и светлой силы. Мол, темные маги – повелители хаоса и разрушения, несущие ужас и смерть всему живому. А их антиподы, соответственно, маги светлые. Их сила черпается из добра и любви, они могут создавать и лечить.

– Обычные игры добра и зла, – прокомментировала я. Софья согласно кивнула.

Девушку заинтересовал рассказ о приобретении человеком сверхъестественных добрых сил. В трактате говорилось, что нужно «всего лишь» сконцентрироваться на своих самых благих душевных чувствах, а потом мысленно переместить эту энергию в руки. «Я долго тренировалась, – сказала мне Софья, – и в конце концов у меня получилось! Оказалось, что это просто, вот смотри…» Она продемонстрировала мне золотой полыхающий шар у себя на ладони. Я только ахнула. Он был такой красивый, не то что тот черный огонь, который создавала я…

– Я тебя научу. Думаю, ты сможешь… Я на это очень надеюсь.

И вот этим утром Софья усадила меня в кресло и приказала тренироваться. Мне нужно было лишь сосредоточиться на добрых чувствах… Но ничего не получалось. Во мне не было света. Ведь Дима ушел.

«Темной было становиться гораздо проще», – думала я, закусив губу.

Прошло два дня. Я выглядела уже не так страшно, значит Софья была права – скоро и следа не останется. Она приезжала ко мне раз в день, приносила продукты, лечила прикосновениями теплых пальцев. Сегодня я, наконец, вышла в интернет и взялась за работу, когда в дверь тактично стукнули, и появилась целительница.

– Привет, – кивнула она. – Как ты?

Софья, конечно, справлялась о моем здоровье.

– Хорошо. Уже ничего не болит.

Она улыбнулась, но без своего обычного энтузиазма, и тяжело опустилась на стул в прихожей.

– Я видела сон, – сказала она.

В своих снах Софья предвидела некоторые события. Так, ей приснился Алекс задолго до их встречи, она видела меня и Диму в своих снах, потому и примчалась нам на помощь.

– Я должна была тебя спасти, – объясняла девушка, запуская руку в свои шелковые волосы. – Это было предначертано мне судьбой, я уверена! Иначе ты бы мне не снилась! Но я долго не могла понять, кто вы такие и где вас искать. А когда поняла, было почти поздно! Знала бы ты, как я боялась не успеть!

Софья в одиночку смогла дать отпор двум темным колдунам. Они бросили нас, не став с ней связываться, а иначе точно бы убили.

– Спасибо тебе, – с чувством благодарила я. Во рту оставался вкус горечи.

«Спасибо, за то, что спасла меня. Нас спасла. Но Дима ушел из-за тебя, и за это я тебя ненавижу».

Ненависть не была яркой, скорее, размытой, как дождь на стекле. Она ядом проникала в каждое мое действие, каждую мысль. Дима ушел. Что с ним сейчас? Софье было наплевать на него, она считала его исчадьем ада, который обманул бедную девочку. Меня. Какая глупость! Она забывала, что сама живет с темным магом. Неведомый Алекс давно и прочно спрятался за ее спину и редко выходил из дома, по ее же словам. Боялся, я так думаю.

А Дима был другим! Я уже сто раз его простила, ведь была уверена, что он хотел как лучше! Он пытался защитить нас обоих и делал это как умел.

– Найди его, прошу тебя! – со слезами в голосе умоляла я Софью. – Он ведь в большой опасности! Его убьют!..

– Не могу! – отвечала она. – Он снился мне раньше, когда был с тобой. Но теперь он ушел… Я больше не вижу его… – она разводила руками.

– Вот, – Софья выложила на стол потрепанную книгу.

– «О Светлых и Темных», – прочитала я. – «Том первый. Светлые». Значит, есть и продолжение?..

Девушка пожала плечами:

– Понятия не имею. В библиотечных каталогах такой книги вообще не существует, хотя нашла я ее именно в библиотеке. Интернет тоже ничего не дал. Если второй том и написан, мы вряд ли его найдем. Я хотела сказать о другом. В своем сне я показывала тебе эту книгу. Возможно, это важно. Ты листала ее и вдруг на что-то наткнулась.

Она подвинула ко мне фолиант.

Ладно, раз так надо… Я принялась переворачивать тонкие пожелтевшие листы. Честно говоря, и без всяких пророческих снов было интересно почитать, что здесь написано.

Вот взгляд зацепился за некое слово. Я открыла заинтересовавшую страницу. Софья склонилась над ней вместе со мной.

В квадратной рамке был нарисован посох с набалдашником в виде загнутой львиной лапы. «Серый посох» – если верить приписке внизу.

– Что это такое? – уточнила я.

– Нет, это не то, что ты должна была найти, – Софья тряхнула волосами. – Это раздел мифов и легенд. Видишь, написано: не существует.

– И все-таки? – упорствовала я.

– Оружие против темных и светлых магов, – бесцветным голосом поведала Софья. – По преданию, его может держать только «серый» маг – это значит, на половину темный, на половину светлый. Но так не бывает! Я имею ввиду, ты либо зло, либо добро, понимаешь? Автор этой книги не раз упоминает, что «серые» маги – это такая сказочка.

– Но объясни, почему их не может быть?

Софья сурово сдвинула черные брови.

– Потому что если они могут убить светлых магов, значит сами они темные. Другого варианта тут быть не может.

Мы помолчали.

– Листай еще, – наконец сказала Софья. – Должно что-то найтись. Здесь очень много информации про светлую магию, выдержки из прекрасного трактата о лечении! Уверена, ты найдешь что-то по душе!

Я так и не поняла, чего она от меня хочет, но послушно переворачивала страницы. Софья сделала нам чай с лимоном, поставила передо мной чашку, а сама расположилась на диване за маленьким столиком. «Почему меня все опекают? – вдруг подумалось мне, – Полузнакомая девушка готовит чай на моей же кухне…. Самое время признать себя инфантильной».

– Ты думаешь, маги придут за нами, да? – уточнила я, обернувшись. Софья сделала маленький глоток, сгорбилась и обняла теплую чашку обоими руками. Потом медленно поставила ее на стол.

– Да, – наконец ответила она. – Боюсь, что так. И мои сны на это намекают.

– Когда?

– Не знаю. Скоро. Я одна, я всех не смогу защитить… Нас убьют… – она спрятала лицо в ладонях. – Алекс, бедный мой Алекс…

Софья всхлипнула.

– Он что, инвалид?

– Н-нет, – удивилась она.

– Так, – я расправила затекшие плечи. – Надо найти Диму. Нас ведь теперь не так уж и мало! Смотри: ты, я, Морка, Алекс, Дима!..

– Нет, – воскликнула Софья и подняла на меня блестящие от слез глаза. – Алексу нельзя им показываться! Его убьют, как ты не понимаешь!.. Он столько прятался от них не для того, чтобы…

Я отвернулась, чтобы не демонстрировать своего раздражения, отодвинула книгу и вернулась к работе.

Софья ушла от меня вечером. Мы не разговаривали, она слонялась по моему дому словно неприкаянное привидение, туда – сюда, без всякого толка и смысла. Перед уходом поводила надо мной руками и сказала:

– Ложись спать, завтра проснешься здоровой.

Потом ушла. Я немного понаблюдала за ее фигурой из окна, потом выключила свет и забралась в кровать. Накрылась теплым одеялом, закрыла глаза. Сон не шел. Я вспоминала, как мы лежали здесь вместе с Димой, обнявшись. Где он сейчас? Под каким дождем мокнет?.. Жив ли?.. «Жив», – говорила я себе. – «Конечно же да!»

Надо тренировать в себе светлую силу. Сосредоточься, Лиза, сосредоточься на чем-нибудь хорошем.

Вспомни своих сестер! Твоя любовь к сестрам! Подумай о ней!

Любовь. Черт, он ведь даже не поверил, что я люблю его!..

Лиза, ты сможешь! Ты должна!

Где он?!

Глава пятая

Погода стояла холодная и дождливая, поэтому Софья облачилась в простой зеленый свитер с широким горлом и джинсы. Волосы заплела в две смешные косички.

Но меня это не остановило.

Я взяла ее за руку, как только она вошла и развернула на 90 градусов.

– Куда ты меня тянешь? – засмеялась девушка.

– К тебе домой.

Прозвучало, признаюсь, глупо. Она удивленно округлила глаза, еще не понимая, что я говорю серьезно.

– Зачем?

– Мне нужно поговорить с Алексом.

Она остановилась и выдернула руку. В ее глазах плескался страх.

– …по поводу Димы, мне кажется, он может знать, как его найти, – торопливо пояснила я.

– С чего ты взяла? – Софья говорила деревянным голосом, изучая мое лицо. Я умоляюще дотронулась до ее плеча:

– Я не могу быть уверена, но мне так кажется… Не бойся, я не собираюсь уговаривать его нам помочь, или о чем ты там подумала?..

Она дернулась, но промолчала, потом неохотно пошла вперед. Я последовала за ней.

Идея была возможно глупой, но… Почему бы и не проверить, в конце концов. Что-то подсказывает мне: один беглый маг вполне может знать, где находится другой.

Софья ездила на старенькой белой «тайоте».

– На первое время, – оправдалась она. – Потом куплю другую.

Я понимающе кивала. Машина выглядела не так уж и плохо, чистая, по крайней мере. Водила девушка аккуратно, медленно и даже немного грустно. На посторонние разговоры не отвлекалась. Поэтому я просто изучала вид за окном, иногда поглядывая на собственное отражение в зеркале. Здорово было снова иметь нормальное, не обезображенное шрамами и синяками лицо. Чтобы я еще раз пожаловалась на собственную внешность? Да никогда в жизни! Волосы стекали по плечам закрученными пшеничными прядями, завивались во все стороны; я задумчиво накрутила пару колец на палец. За окном бежали дома, бежали деревья, и, иногда, люди. Закрапал дождик, я смотрела на мир по ту сторону стекла сквозь маленькие прозрачные капли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.