Равшан Юлдашев
Память будущего

Глава 1. Воздух, в котором живёт время

"Память – это не прошлое.

Это голос времени, который

всё ещё говорит с нами."

Стеклянный купол Музея возвышался над горизонтом, как огромный прозрачный цветок, застывший в момент раскрытия. Его лепестки – дуги из гибкого стеклокомпозита – переливались на солнце радужными бликами. Внутри под куполом воздух дрожал, словно дышал, – и в этих дрожаниях вспыхивали лица, улицы, целые сцены из прошлых эпох, будто сама реальность оживала, стоило лишь сделать шаг вперёд.

Дмитрий – охранник природного сектора. Внутренне молчаливый, он глубоко чувствует природу и прошлое. Потерял любимую женщину, Светлану, и теперь возвращается в музей, чтобы понять, что есть память, а что – иллюзия. Внешне – высокий, с простыми чертами и внимательным взглядом. Живёт на грани между живым и воспроизводимым.

Дмитрий стоял у главного входа. Он не был в музее много месяцев – с тех пор, как оставил попытки “вернуть” её.

Светлана. Образ, который не давал покоя, и каждый раз, когда он возвращался, он чувствовал, как тонкая грань между правдой и воспоминанием тает, будто лёд на ладони. Он знал: чипы не воскрешают мёртвых – они лишь запускают реакцию памяти, подстраивают картину под её владельца, соединяют архивные данные, образы, запахи, голос… иллюзию, запрограммированную по законам души.

Сегодня он пришёл за ней, но не знал, что всё измениться в этот день, воспоминания и настоящее создавая реальность определить их будущее.

Он проходя возле стадиона (театральной сцены где чипы создают из воздуха реальность) как реальным улицам старого города, которые оживают каждый вечер: торгующие лавки с хлебом и специями, дети, бегущие по мостовой, звуки флейты с балкона.

Он пришёл к музее проходит контроль.

– Паспорт, – произнёс охранник с приветливой усталостью.

Дмитрий молча протянул документ.

– Записка?

Как раньше взял ручку и написал: «Привет Света. Я опять за воспоминаниями»

–Вот пожалуйста.

Охранник кивнул и пропустил его в центральную зону за прошлый двух годный архив. Записку писали чтоб люди не терялись в комнатах огромного архивного музея задерживаясь за прошлым.

Внутри было тихо. Мягкий свет под ногами, незаметные проекции формировали мир, как если бы человек вошёл в чужую, но знакомую жизнь. И всё же здесь было по-другому, чем в прошлый раз. Он услышал сквозь тихого затаённого зала голоса. Но эти голоса за чужими дверями которые люди воспоминая и объединяясь памятью архива создавали с помощью чипами оживляющее реальность.

Светлана стояла на краю поля, где травы касались колен, а небо плавно переходило в землю. Здесь, среди тишины и дыхания ветра, воспоминания не приходили – они жили рядом, под кожей.

Она закрыла глаза. И он вернулся.

…Был тёплый вечер в июле. День, когда жара наконец спала, и ветер начал шептать в кронах деревьев. Дмитрий ждал её у реки, где они обычно встречались – не потому что так было удобно, а потому что это место было их.

Он сидел у воды, босиком, ноги в реке, в руках – зелёное яблоко.

– Опоздала, – сказал он, не оборачиваясь, но она видела, как губы его дрогнули в улыбке.

– Специально, – ответила она, присаживаясь рядом. – Чтобы ты соскучился.

Он протянул ей половину яблока. Она откусила, сморщилась.

– Кислое.

– Как ты, когда злишься, – тихо сказал он, и она рассмеялась.

Потом они долго лежали в траве. Слушали сверчков. Говорили мало – слова казались лишними, когда рядом бьётся сердце другого. Он гладил её волосы, а она рассказывала о детстве: как боялась темноты, как мечтала быть художницей, как однажды спряталась от дождя в старом сарае и впервые услышала, как «дышит» крыша.

Он слушал. Всегда слушал, как будто всё, что она говорит – самое важное в мире.

– А ты? – спросила она. – Ты всегда хотел быть охранником природы?

– Нет. Раньше хотел быть дальнобойщиком. Ехать вперёд, далеко, без остановок.

– Почему передумал?

– Потому что нашёл то, от чего не хочется уезжать.

Он посмотрел на неё, и в его глазах было так много нежности, что она не нашла, что сказать.

Они остались до заката. И когда солнце легло на траву последними бликами, он тихо сказал:

– Я не знаю, где мы будем через десять лет. Но обещай мне одну вещь.

– Какую?

– Если вдруг станет тяжело… вернись сюда. Вспомни этот день. Меня. Нас. Всё ещё живо, пока ты это помнишь.

Она тогда не ответила. Просто обняла его. Слишком сильно. Словно знала, что это нужно навсегда.

Светлана открыла глаза. Поле всё ещё шептало. Воздух был полон запаха лета.

Дмитрия уже не было. Но память… память была рядом. Живая.

Глава 2. Память с душой

"В каждом воспоминании

есть выбор – остаться или отпустить."

В другой комнате зала десятилетней давности была Наталья которая часто приходила вспоминать детство, родителей.

Наталья – врач, заботливая и сильная. Потеряла родителей, ищет внутреннее равновесие через возвращение в прошлое. Часто вспоминает кухню, запах трав, голос матери. Обладает аналитическим умом и тонкой душевной организацией. Её встреча с Дмитрием становится моментом пробуждения чувства, которое выходит за пределы логики.

Наташа воспоминает и наблюдает за реальностью оживляющей сцены.

– Мама, ты помнишь, как я пряталась под столом? – произнесла женщина лет двадцати.

Она стояла у воссозданной сцены – маленькая кухня, советская плитка, за окном мокрый двор, зимний вечер.

На стуле сидела пожилая женщина в халате, и её голос, почти шёпотом, отвечал:

– Конечно, Наташа. Ты всегда думала, что мы не замечаем. Но мы с отцом всё знали…

Потом другая сцена реальности.

Дом стоял на окраине деревни, укутанный весенним ветром и запахом влажной земли. Наталья открыла старую дверь, та заскрипела, как в детстве. Прежде чем войти, она на мгновение остановилась на пороге. Воздух внутри всё ещё хранил тепло ушедших лет – аромат сушёных трав, немного дыма и что-то еле уловимое, почти как голос, прячущийся между стен.

Кухня встретила её молчанием. На стене висели часы работающие нижнем маятником. Скатерть на столе – та самая, в мелкий синий цветок, была аккуратно разложена, будто мама только вчера протёрла её рукой. Наталья прошла к буфету, открыла дверцу и нашла коробку с фотографиями. Среди них – та самая: она, Сергей, мама и папа. Её пальцы дрогнули, когда она взяла снимок.

Села за стол. Склонилась над фотографией, как над письмом, которое можно прочитать снова и снова, зная, что ответа уже не будет.

Закрыв глаза, она позволила воспоминанию ожить.

Сергей – брат Натальи, советник по технологиям. Рациональный, прагматичный, но не лишён чувств. Он вырос с Натальей, был её защитником в детстве, но повзрослев, стал человеком системы. Его страх перед непредсказуемой природой памяти толкает его к контролю. В его действиях – не злоба, а тревога. Он боится потерять ту, кого любит, и потому идёт против тех, кто даёт ей свободу.

Ещё сцена молодости.

…Лето. Утро. Кухня залита солнечным светом. Запах варенья, чуть подгоревших блинчиков и свежезаваренного чая. Мама в цветастом фартуке смеётся над чем-то, что сказал отец. Он в майке, с растрёпанными волосами, держит газету. Сергей с серьёзным видом вылепливает шарик из мякиша хлеба, а Наташа, уткнулась в книжку.

– Наташенька, – говорит мама, улыбаясь, – отложи хоть на минутку. Завтрак всей семьёй – это не просто еда.

– Это ритуал, – поддакивает отец. – А то забудешь, как звучит голос отца.

Сергей фыркает:

– У неё память как у компьютера!

– Пусть будет память с душой, – нежно говорит мама, поправляя ей волосы.

Они смеются. В этот момент мир казался вечным.

Но вечность закончилась. Болезнь сначала забрала отца, потом – маму. Остались только она и брат Сергей.

Так прошлое оживляясь сцена за сценой окутываясь воспоминаниями Натальи из архива- чипы творили реальность. Закончив воспоминания Наталья вышла в коридор от комнаты зала. из десятилетней давности – архивной комнаты по коридору слышала голоса от зала комнат.

Глава 3. Встреча – Переплетение судеб в музее

Проходя мимо двухлетней- архивной комнаты услышала знакомый голос и начала подглядывать.

Светлана – её память хранит архив. Светлая, свободная, творческая. Для Дмитрия она – голос тишины, для Натальи – подруга юности, весёлая и вдохновляющая. Образ Светланы – связующее звено воспоминаний двух разных людей.

Светлана – это не только возлюбленная Дмитрия, но и близкая подруга Натальи. Окружающая среда – смесь лесных пейзажей, больничных коридоров, детских комнат, пляжей, мгновений, которые когда либо происходили, но воспринимаются как реальные.

Дмитрий и Наталья начинают искать друг друга в реальности. Впервые встретившись, они обнаруживают, что имеют совершенно разные образы Светланы, будто они знали двух разных женщин. Чем больше они делятся воспоминаниями, тем больше несостыковок:

– Светлана в воспоминаниях Натальи – свободная, жизнерадостная, деятельная.

– Светлана в памяти Дмитрия – тёплая, загадочная, склонная к уединению.

Глава 4.Переплёт памяти – Когда образы сливаются

"Чужое воспоминание может стать твоим,

если оно касается сердца."

Воздух вокруг них дрожал – не от температуры, не от ветра, а от плотности чувства. Как если бы время на секунду потеряло ориентацию и попыталось встать на цыпочки, заглядывая в чью-то душу.

Проекции соединились не по правилам – музейная система никогда не создавала смешанных сцен. Чипы не должны были перекрываться, не должны были запускать чужие фрагменты памяти, особенно если между ними не было связи. Но сейчас – нечто нарушилось. Или… что-то нашло дорогу.

Светлана стояла в центре. Не изображение, не голограмма – она выглядела настоящей. Она двигалась, как она всегда двигалась: чуть склонив голову, легко поправляя волосы за ухо, как будто думала, что никто не заметит. Голос её был обволакивающим, чуть насмешливым.

– Вы оба такие серьёзные, – сказала она. – А ведь всё это – просто напоминание. Не надо бояться.

Наталья дёрнулась.

– Ты… ты видишь её? – спросила она.

– Да, – кивнул Дмитрий.

– Это невозможно. У каждого сцена – персональная. Мы не можем видеть одно и то же.

– Видимо, можем… если это воспоминание об одном и том же человеке.

Молчание. Глубокое и нежданное.

И тут Светлана исчезла – словно выдох.

Они остались стоять, окружённые полуразрушенной сценой, где кухня переходила в библиотеку, а окно с мокрым двором сменялось сосновым лесом.

Наталья сделала шаг назад.

– Простите… это было… странно.

– Меня зовут Дмитрий.

– Наталья. – Она чуть кивнула. – Я видела вас раньше. Вы… вы из природной зоны, да?

Он подтвердил. И вдруг почувствовал, как легко стало говорить. Никакой тревоги, никакого напряжения. Только спокойное понимание, что сейчас здесь, в этом пространстве памяти, они оба более настоящие, чем где-либо ещё.

– Я часто прихожу сюда, – сказала Наталья. – Оживляю… дом. Родителей. То время. Иногда мне кажется, что я на самом деле туда возвращаюсь.

– А я прихожу всё реже, – признался он. – Боялся, что потеряю себя.

– И что вы нашли?

– Вас, – просто ответил он.

Слова прозвучали без патетики. Просто факт. И Наталья не отвернулась.

Позже, в зоне отдыха музея – тёплая, почти настоящая кофейня с нейтральным светом и мягкими креслами – они сидели, укрывшись от цифровой реальности.

– Мне казалось, что чувства остаются только в воспоминаниях, – сказала Наталья. – А вы разрушили этот фильтр.

– А мне казалось, что чувства – обман. Но с вами… всё снова обрело вес.

Они обменялись номерами. Не по протоколу, не ради “остаться на связи”. А чтобы продолжить то, что началось здесь, но должно было выйти за пределы стен музея. Они по воли Дмитрия вошли в комнату зала чтоб больше вспомнить и узнать о Светлане. Когда они вошли в трехлетний архив – когда только, что познакомился с Светланой и одушевил архив и тут сразу сменились сцены друг за другом скрещиваясь с памятью Натальи и ей было интересно узнать покойную подругу по ближе и их любовь. Они так и не знали прохождение времени. Энергия музея так воплотила в себя людей они забывали о времени, и биологические инстинкты как аппетит, сон и т.д. Здесь люди оставались неделями пока их кто-то не поискал. Поэтому при входе просили паспорт и записку, чтоб было легко найти их. Музее был свой детектив, который тщательно изучал записки и жизнь человека и мог найти из огромного мира музея архива данных маленький мир человека и тот человек. Оживляющий музей архив данных тысячелетий длинные коридоры с огромными залами. В каждом зале один летний архив с чипами всего живого. В зале можно несколько людей одновременно находясь- увидят разные картины оживления архива данного этого года. Но когда войдут несколько людей одновременно для определенного человека они увидят одну сцену с чередованием касающихся воспоминаний людей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.