В плену у незнакомца
Евгения Султанова-Ус

© Евгения Султанова-Ус, 2025

ISBN 978-5-0065-9813-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

– Завтра он приедет. Ты познакомишься с будущим мужем, Агата. Выглядеть ты должна великолепно. Твоя обязанность блеснуть красотой, а ум показывать ни к чему. И не возражай. Ваша свадьба уже дело решённое, ты знаешь. Жду тебя в замке.

Отец строго посмотрел на меня, сложив руки на груди. Затем повернулся и вышел вон из кабинета. Он знал моё негативное отношение к его старинным взглядам на наш современный мир. Где это видано, чтобы в 21веке браки заключались без согласия невесты! Не знаю, возможно в аристократичных семьях, где-нибудь в графствах Англии?! Быть может, но точно не у нас в стране. Да и не аристократы мы. Хотя мой строгий, гордый отец, считает именно так. Он причисляет себя к сильным мира сего, так как у него денег куры не клюют, и он может позволить купить себе не только дома, машины и острова, но и людей! Это уму непостижимо. Теперь он хочет продать меня, заключить выгодную для него сделку с помощью родной дочери и тем самым приобрести целые километры территории под строительство своих коттеджей, которые он продаёт по баснословным ценам. И что самое интересное, ещё ни один его проект не провалился. Это, конечно, благодаря его правой и опытной руке, Андрею Владимировичу Грецкому. Хотя отец и сам хорошо ведёт дела, помощь старого и верного друга всегда кстати. Они совершили множество сделок за последние двадцать лет, стоя рядом, не предавая друг друга и действуя сообща. Но! Андрей Владимирович как был простым в общении и взглядах так и остался. Он не ходил, гордо задрав подбородок и смотря на остальных свысока. И как повезло его дочери Элине, что у неё такой замечательный отец, который не станет идти против её воли и не выдаст замуж за незнакомца. Он предоставил ей самой решать, с кем связать свою жизнь. В отличие от моего отца. Деньги изменили его. Он стал груб, горд, заносчив и мнил себя высокого рода. Он собирается создать собственный герб! Можно ли представить?! А замок, который он отстроил под Екатеринбургом, выглядит как старинная реликвия рода, оснащённая, однако, всеми «сладостями» современного мира для абсолютнейшего комфорта и уюта, находящихся там людей. Я ненавижу то место, а вот мама, которой, похоже, такое положение дел и изменения в характере её мужа, только в радость; так вот мама переехала туда сразу после окончания всех работ по строительству «Дома пафоса», как я его называю, отражающего непомерное эго моего отца, и вот уже не один год предаётся там всяческим развлечениям и пьянству. Отец тоже живёт там, но они почти не видятся. Слишком много пространства в этой пародии на замок. Их обоих это устраивает, ведь между ними давно нет привязанности и нежных чувств. Их любовь утонула в бумажных купюрах, а уважение засыпало звонкими маленькими монетками.

Что касается меня. Я бы и вовсе сбежала от своего семейства, но связана обещанием, которое дала по глупости отцу ещё в пятнадцать лет. Эх, мелкая глупая дурочка. Отец меня развёл, а я повелась.

Однажды он вошёл в мою комнату и сел на кровать, где я учила уроки.

– Ты моя красавица дочь, – сказал он, гордо глядя на меня. – Для тебя я делаю всё, что делаю. Всё, что есть у меня однажды станет твоим и твоего брата. Вы мои наследники. А ты ещё и моя надежда на будущее. Ты очень красива уже сейчас, ты лучше всех девушек, моя милая.

Я широко улыбнулась. Мне было лестно. Мои щёки зарделись, взгляд хотелось спрятать куда подальше.

– Хочу, чтобы ты пообещала мне кое-что, солнышко.

– Всё, что угодно отец, – ляпнула тогда дурочка Агата.

Отец взял мою руку и улыбнулся. Его коварный план по моей продаже уже тогда начал воплощаться в жизнь.

– Когда тебе будет двадцать три года ты должна будешь выйти замуж за человека, которого я прочу тебе в мужья. Не беспокойся, он не обидит тебя, а будет любить, как и ты его. Ты будешь самой счастливой девушкой на земле.

Эк, он мне тогда расписал! А я уши развесила, идиотка!

– Правда, папа?

– Конечно правда. Я люблю тебя больше жизни, милая. Разве я могу тебе лгать?

Мог. Ещё как. И солгал. Разве могу я быть счастлива, когда меня пытаются выдать замуж силой. За незнакомца. Я совершенно ничего не знаю о нём. Даже его имени.

Но тогда всё это казалось мне таким простым. А мои будущие двадцать три года такими далёкими, что я запросто сказала «да» отцу. Он вынул из кармана пиджака бумагу, дал мне ручку и сказал:

– Заключим соглашение, милая? Тебе нужно подписать, вот тут.

Я быстро поставила корявую подпись и в сердцах обняла отца, не думая, что через восемь лет буду чуть ли не проклинать его за то, что он воспользовался моей подростковой наивностью, решив тем самым мою судьбу.

И вот сегодня Архипов Владимир Валерьевич предъявил ту самую, подписанную мной восемь лет назад бумагу. Я, конечно, могу, и отказаться, могу порвать эту бумажицу и кинуть её в самодовольное лицо отца, проявив тем самым свою волю и твёрдый характер, но! Отец не умеет проигрывать. Он пошёл ещё дальше. Во-первых, если я откажусь от нашего с ним договора, он лишит наследства меня и моего младшего брата. Во-вторых, он пригрозил, что выгонит из дома мать, разведётся с ней. Отец поступил хитро. На своё наследство мне плевать, но брат не должен остаться ни с чем. Я такого не допущу. А для мамы потеря дома была бы ударом. Да, она легкомысленная прожигательница жизни, ей не нужно ничего, кроме её дорогих вечеринок и кучи разномастных гостей, и даже судьба собственной дочери её почти не волнует, но! Она моя мать и этим всё сказано. Я не могу поступить с ней плохо для собственного комфорта. Да, я честный и скромный человек. Я подписала чёртов договор с родным отцом. И я его должна выполнить, несмотря на просто громадных размеров сопротивление, что бушует у меня в душе. Хочу кричать против, но молчу. Трусиха ли я? Не знаю. Вряд ли это трусость. И отца я не боюсь, в отличие от мамы. Но… Проклятое «но» всегда всё портит.

Я бросаю ручку на стол, выругиваюсь вслух. Громко. Думаю, меня слышно за дверью кабинета. Плевать я на это хотела с высокой колокольни. Хватаю сумку, пиджак и покидаю свой любимый кабинет. Сейчас мне в нём слишком тошно, ведь в воздухе до сих пор витает дорогой, приторно сладкий аромат отцовской туалетной воды.

Мне нужно на воздух, а ещё лучше куда-нибудь что-нибудь выпить. И покрепче. Жаль, что я на дух не переношу крепкие напитки. Кажется сейчас я могла бы выпить Bacardi 151 или даже замахнуть пару рюмочек Poitin, и всё равно мне не станет легче. Я это знаю. Поэтому достаточно старой доброй «Изабеллы», чтобы хоть немного расслабиться. Дома вина у меня нет. Можно посидеть в каком-нибудь баре. Может встречу Элину. Она завсегдатая баров и клубов. Особенно тех, где на горячее подают мужской стриптиз. Элина умеет веселиться, в отличие от меня. Я умею лишь работать. Что ж, каждый делает то, что у него выходит лучше всего.

Подъезжаю к клубу «Мартина», выхожу и спотыкаюсь прямо на ровном месте. Я лечу на асфальт, вытянув руки перед собой, моля бога, чтобы не разбить себе нос и не сломать пальцы или запястье. Даже зажмуриваю глаза от страха, готовясь к боли и прилюдному унижению. Ещё чуть-чуть и… И я оказываюсь в крепких мужских объятиях! Меня обдаёт умопомрачительным ароматом туалетной воды, от которой дико кружится голова, а глаза не хотят открываться. Я невольно потёрлась о щетинистую щёку, чувствуя как сильные руки сжимают меня словно в тиски. Мне становится и больно и приятно одновременно. Так бы и стояла, прижавшись к так вкусно пахнущему незнакомцу, наплевав на все мыслимые правила приличия.

– Tom Ford Grey Vetiver, это лучший аромат в мире, – произношу я со стоном. – Я бы вечно нюхала Вас.

Тут же слышу тихий бархатистый смех.

– О, ну это можно устроить, если тебе так понравился аромат моих духов. Но есть условие: сначала ты станешь моей и подаришь мне своё тело, ведь я тоже сражён твоим ароматом от Gucci. Согласна?

Примечание:

Poitin – ирландский национальный крепкий алкогольный напиток. Крепость 40—90%

Глава 2

Помню как в тот момент, когда я хотела поднять лицо и посмотреть на наглеца, который посмел сделать мне непристойное предложение, погас фонарь, у которого мы стояли. И помню как стало темно возле клуба. Я вырвалась из крепких рук, придя в себя. Меня будто холодной водой из таза облили! Перед глазами пронеслись последние события и я, наверное, покраснела как самый спелый помидор! Я тёрлась о незнакомого мужчину! Как последняя… О, Боже! Я же трезвая была! Что со мной произошло? У меня будто мозги отказали, когда я оказалась в его объятиях и почувствовала такой притягательный аромат мужских духов. Это были мои любимые мужские духи. Обожаю их аромат. И этот нахал пользуется именно ими! Отдать ему моё тело. Как посмел предложить такое условие?! Обалдеть можно.

Звонкая пощёчина огласила ставшее тихим пространство вокруг нас. Я оттолкнула мужчину и быстро прыгнула обратно в машину.

– Я тебя найду, никуда не денешься, красавица, – услышала краем уха его бархатистый шёпот. А затем умчалась прочь от «Мартины» и незнакомца со стальными объятиями.

Всё остальное помню с трудом. По дороге мне позвонила Элина. Мы встретились в клубе и сидели там почти всю ночь. Я не помню как попала домой. Стоп! А дома ли я вообще?

Разлепляю веки. Вернее лишь одно. Обвожу взглядом комнату. Моя. Так, я точно у себя дома. Узнаю любимые панели серебристо-серого цвета и пейзаж Арского на стене. Оригинал, который подарил мне отец на двадцатилетие. Картина прекрасна, но из-за того, кто её подарил, она мне не очень приятна.

Я с трудом поднимаюсь с кровати, откидывая лёгкий плед. В голове гудит свисток поезда, а во рту кажется сдохла мышь. Руки и ноги тоже ооочень плохо слушаются меня.

Чёрт, мне же сегодня ехать в «дом пафоса»! Нужно привести себя в порядок. В ванне это и делаю. Умываюсь ледяной водой, чищу зубы на три раза, потом встаю под контрастный душ. Брррр… Но помогает.

Выхожу из ванной, чувствуя себя намного свежее, но голова всё равно болит. Это проблема решается аспирином, желательно растворимым. Как хорошо, что нахожу шипучку в своей аптечке. Сняв полотенце, надеваю халат на голое тело. Чувство голода заставляет громко урчать мой желудок. Упс! Завтрак был бы кстати. Идя по коридору, перебираю в уме, что у меня лежит в холодильнике. На этой неделе я не закупалась продуктами. Делаю это обычно по субботам. Но сегодня у меня не будет времени на ходьбу по магазинам. Папочка ждёт товар, чтобы выставить его на показ. Я товар. Меня продают. Тошнит от этих слов. Или от выпитого вчера алкоголя? Я всё-таки сделала это: выпила Poitin, и не пару, а все три рюмочки, вперемешку с винцом. Оно добило меня окончательно. Я не часто пью и меня запросто развезёт с небольшого количества спиртного, как сопли по асфальту. Но! Если учесть, что Poitin это очень крепкий напиток…

У меня на кухне кто-то жарит яичницу с беконом. По аромату узнаю. И кто же это хозяйничает на моей кухне? Элина, больше некому.

Останавливаюсь на пороге.

– Привет, подружка. Проголодалась? – Весёлый и звонкий голос Элины наполняет кухню. А ароматы её готовки наполняют мой рот слюной. Тошноту как ветром сдуло.

– Приветик. Мне ужасно плохо, и я ужасно хочу есть.

– Поздний завтрак готов. Да, набралась ты вчера сильно. Неужели так подействовала встреча с ароматным парнем?

Элина хохочет. Раскладывает еду по тарелкам. Ставит передо мной чашку дымящегося кофе. Ммм… Божественно.

– Налетай.

С удовольствием! Десять минут и моя тарелка и чашка пустеют. Я довольно откидываюсь на спинку стула. Наблюдаю за своей красивой рыжеволосой подругой. Я знаю Элину всю жизнь, ведь наши отцы дружат более двадцати лет. И мы тоже вместе так сказать с пелёнок. Не припомню хоть раз, когда мы ссорились. Нам никогда ничего не приходилось делить, вкусы у нас разные, наверное поэтому разногласия обошли нас стороной. Сколько помню, мы всегда были вместе. В садике, в школе, потом на домашнем обучении и, наконец, вместе пошли в институт. Учились на разных кафедрах, но почти всегда приходили и уходили вдвоём. Если это позволяла учёба. Элина училась на юриста, теперь она работает в фирме наших отцов. Закончила она с отличием. Со своей работой подруга справляется на ура. Она знающий юрист, а не выскочка, которая мнит о себе много, на деле являясь полным профаном. Элина почти всё время отдавала учёбе. Из неё вышел отличный специалист. Нет того закона, которого она не знает. Бывали ситуации, когда ей приходилось разбираться в сложных случаях и хитросплетениях строительного бизнеса. И она выходила победителем. Да, несмотря на столь молодой возраст (Элине как и мне 23) она блестящий юрист. Так что моя подруга не только любит здорово повеселиться, но и поработать. Отец гордится ею. Мы дружим много лет и естественно такая дружба проникается взаимным доверием. Мы тесно связаны, у нас почти нет тайн друг от друга. И, конечно, я рассказала про вчерашнюю встречу с незнакомцем Элине. Она теперь зовёт его ароматным парнем. Боже! Ну что за дурацкое прозвище она ему дала! Надеюсь, я больше никогда его не встречу. Вот только как я пойму, что это он, если увижу? Ведь я совершенно не разглядела его лица. На самом деле я не знаю как он выглядит. Вот так. Даже голос не узнаю, ведь он говорил шёпотом. Ну да ладно, хватит думать о нём. Он посторонний, пусть таким и остаётся.

Возвращаясь в моему повествованию, хочу отметить кое-что, вернее уточнить: я сказала, что у нас с Элиной ПОЧТИ нет тайн друг от друга. Но у меня всё -таки есть одна. Никто: ни Элина, ни её отец, ни мой брат, ни даже моя мама не знают о договоре, который я заключила с отцом. Это известно лишь мне и ему, ну и конечно отцу того, кого он прочит мне в мужья. Владимир Валерьевич строго настрого запретил мне говорить об этом кому-либо. Он не хочет, чтобы родные знали о том, что глава семьи продаёт собственную дочь. Ради выгоды, ради получения новой земли под строительство. Это огромные деньги. Я уверена, узнай о таком положении дел отец Элины, он ни за что бы это не одобрил. Они рассорились и тогда неизвестно что стало бы с их общим многомиллионным бизнесом. Впрочем, мой брат тоже не был бы в восторге, но он против отца не пойдёт. Мама. Ей нет дела до планов отца или моей судьбы. Так обстоят дела в моём семействе. Мне, порой, хочется рассказать всё Элине. Так и подмывает выложить горькую правду. Но… Мне известно о последствиях.

– Ты чего так задумалась? Эгегей! Подружка, где ты? В объятиях незнакомого красавчика?

Элина машет рукой у меня перед лицом. Я быстро моргаю, отвлекаюсь от своих мыслей. Смотрю на неё. Что она там сказала? Какой ещё красавчик?

– Что?

Элина смеётся.

– Ну тот, что спас тебя вчера от неминуемой гибели, – Элина моет посуду, но взгляд от меня не открывает. Любопытная она не в меру. Но мне это в ней нравится.

– Нет, – отмахиваюсь я. – Я не думала о нём.

Сейчас точно нет. Но вот утром.

– Да ладно, – хохочет подруга. – Может вы ещё увидитесь.

Подмигивает мне. Я качаю головой.

– Я даже не знаю как он выглядит. Так что вряд ли. Да и видеть я его не хочу. Давай сменим тему.

Элина вытирает руки и хлопает в ладоши.

– Как скажешь, моя дорогая. Во сколько едешь к отцу?

Она садится напротив меня и подпирает подбородок ладошками.

– К вечеру, – лучше бы вообще не ехать.

– Значит встретимся там. Мы приедем с отцом и мамой.

Элина даже не догадывается, какой повод у отца, чтобы собрать две их семьи вместе. Она и не узнает. Отец замаскирует это гнусное событие под вполне пристойный повод: знакомство с возможным инвестором. Вот только я не в курсе, что это за инвестор. И не инвестор он вовсе, а продавец земли. И в то же время покупатель человеческих душ, в данном случае он покупает мою душу и жизнь для своего избалованного отпрыска, будь он неладен. Как всё это мерзко!

Не хочу видеть отца, не хочу видеть грёбаного щёголя, который должен стать моим мужем, не хочу видеть в очередной раз пьянство матери!

Хочу лечь под одеяло и закрыться с головой ото всех. Навсегда! Или пойти утопиться в ванне? А может сигануть с десятого этажа? Чтоб уж наверняка.

– Мне пора, нужно заехать в офис и подготовить пару документов к понедельнику, отец просил, – Элина встаёт из-за стола и подходит ко мне. Берёт за руку. Я иду следом за ней к входной двери.

– Набирайся сил и приведи себя в порядок, моя милая подружка, – весело говорит Элина и убирает лохматую прядку моих непослушных тёмных волос за ухо. Потом обнимает и чмокает в щёку. – Увидимся в «доме пафоса!»

Я закрываю за подругой дверь, сползаю на пол. Как мне не хочется ехать к отцу. Но долг обязывает. Кидаю взгляд на настенные часы. Ого! Время уже почти два часа дня! Пора приводить себя в порядок. В чём лучше продать себя?

Глава 3

– Вот идиот! – Недовольно ворчу на пешехода, который почему-то растерялся и не переходит дорогу. Сигналю ему, чтобы двигался вперёд, а он машет мне рукой, мол проезжай. Ну что за люди! Это же пешеходный переход. Я снова сигналю ему. За мной уже собралось несколько машин и в свою очередь сигналят мне. Наконец, парень ступает на пешеходную дорожку и быстро перебегает её. Я выдыхаю с облегчением, матеря придурка вслух.

Движение восстанавливается. Я смотрю на часы. Половина пятого, я как раз успеваю к пяти в «дом пафоса».

Мои сборы были не очень долгими. Хотя я действительно раздумывала, в чём появиться перед избалованным папиным сынком. Приходила мысль надеть свои старые широкие брюки, в которых я обычно ездила на лесные прогулки и толстовку оверсайз, волосы собрать в пучок и надеть очки с толстыми стёклами. Я бы с удовольствием заделалась эдакой серой мышью! И посмеялась бы от души над раскрытым от удивление ртом испорченного мальчика. А ещё лучше, если бы он испытал ко мне отвращение. Или позеленел от тошноты. Хм, тоже вариант.

– Дааа, – мечтательно протянула я, глядя на себя в зеркало. Иногда мне говорят, что я красивая. Но я себя такой не считаю. Симпатичная, да, согласна, но не блистательная красавица, в отличие от Элины. Рост метр шестьдесят семь, волосы очень тёмные, почти чёрные и густые, ещё и непослушные, доходят мне до талии. Очень долго приходится расчёсывать такие волосы, чтобы они не путались. Я часто хожу в парикмахерскую. Хотя и сама умею справляться со своей большой шевелюрой. Я довольно стройная, но не худая. Вот это мне в себе нравится. Ничего лишнего на бёдрах, талии и боках. Нет, нет, никаких диет! Я ем столько сколько хочется, но всё равно не полнею. Это у меня от мамы. Она в свои сорок с хвостиком очень стройна и элегантна, несмотря на образ жизни. Гляжу на своё лицо. Оно чуть припухшее после ночной гулянки. Нужно сделать примочки холодной водой и всё станет как раньше.

А после сижу и думаю сделать ли макияж. Ах, да, я должна выглядеть великолепно сегодня, как сказал отец. Морщусь. Я не буду делать из себя помпезную куклу. Я вообще не приверженец косметики, так что выкуси, папуля! Мои пышные густые ресницы не требуют нанесения туши. Откидываю её в сторону. Крем. Что ж, увлажнить кожу лица и шеи можно. Это мне только на пользу.

Дальше. Тени. Я вообще не знаю, зачем они лежат в моей косметичке. Я пользуюсь ими разве что на Новый год. Откидываю их.

Консилер. Да, можно выровнять цвет кожи. Готово.

Румяна. Фууу.

Подводка для глаз. А вот цвет моих ярких зелёных глаз можно и подчеркнуть ещё больше. Пусть думает, что я ведьма, которая сожрёт его вместе с…

Вот чёрт! Да уж. Прыскаю, закрыв рот ладонью. Моё настроение немного поднялось. Сделать бы что -то такое, что отпугнёт щёголя от меня. Показать, какая я не культурная за столом? Возможно. А быть может выругаться самыми грязными словечками, которые я знаю? Придумать можно и что-нибудь похлеще, чтобы отвратить его от себя. Это идея. Ведь если он сам не захочет жениться на мне, то отец не сможет меня обвинить в том, что я нарушила договор. Конечно, на кону большие деньги, но… Что это за но, я не в курсе, хотя оно есть всегда.

Так, губы. Блеска будет достаточно. Не хочу привлекать к губам много внимания, пусть лучше смотрит в глаза и думает, что я…

Качаю головой. Неужели всё это глупости и мне никак не перехитрить судьбу?

Расчёсываю волосы. Сначала расправляю их по плечам. Смотрю в зеркало. О, нет, это будет слишком. Кожа у меня чуть смуглая и в купе с распущенными чёрными волосами и выделяющимися на фоне лица глазами, я похожа на цыганку. И ещё я действительно похожа на колдунью из одного фильма, который смотрела уже давно. Нет, это чересчур. Я, конечно, хочу, чтобы «женишок» не хотел иметь со мной ничего общего, но мне не нужно, чтобы он обделался от страха, лишь взглянув на будущую невесту.

Хохочу во весь голос. А потом мне снова становится грустно.

В конце концов делаю высокий хвост и скрепляю его заколкой со стразами. Так я выгляжу более пристойно, более обыденно.

В вещах долго не копаюсь. Глянула в окно. Погода супер. Надеваю довольно простое, но элегантное чёрное платье до колен свободного покроя, туфли на семисантиметровом каблуке, сверху накидываю пиджак. Беру одну из своих маленьких сумочек и уф, неужели, выхожу из квартиры!

И вот я в дороге. Чем ближе я к дому отца, тем сильнее хочется повернуть назад.

Останавливаюсь на светофоре. Рядом серая «Хонда».

– Его фамилия Тамлин, и он красавчик, каких только поискать, – слышится из приоткрытого окна женский голос. – Я сегодня познакомлюсь с ним, он будет на приёме в замке. Жду не дождусь, когда он там появится.

Я хмыкаю. Поворачиваю голову. Грудастая блондинка в красном платье, и намалёванная по самое не балуйся. Классика! Наверное, одна из завсегдатаев матери или пустышек отца. Она не стоит внимания, и меня не интересует, о ком она так распинается. Тамлин. Никогда не слышала такую фамилию. Что это вообще за фамилия? Откуда родом? Загорается красный. Опережаю блондинку, она затроила на светофоре.

– Прощай, тупая курица, – нараспев произношу я и мчусь прочь.

А ровно в пять часов вечера я выхожу из автомобиля, захватив сумочку, и направляюсь прямо в ворота огромного замка синей бороды. Ну и вечерок мне предстоит…

Глава 4

Я не думала, что отец так много людей позовёт в этот вечер в замок. Тут около ста человек, не меньше. Зачем? Думаю, чтобы всем заявить, что его дочь скоро выходит замуж за одного из самых богатых выскочек из их мира толстых кошельков. Вернее за его сыночка. Хотел заявить, что тот наследничек уже занят, и никто не смеет на него посягать. Держу пари так и есть.

Я стою в самом углу большой залы, чуть в тени, чтобы не быть слишком заметной. Кажется у меня получилось. Я пью уже третий бокал минералки, а ко мне ни одна дама и ни один кавалер не приклеился до сих пор. Со мной рядом лишь старушка в кресле. Забавная бабулька, однако. Я не в первый раз её встречаю у отца в доме. Суворина Вера Дмитриевна. Если честно, я ни сном ни духом, кто она такая, но все относятся к ней с почтением. По крайней мере, старшая половина отцовских гостей, включая и его самого. Это маленькая старушка, с весёлым нравом и пошловатыми шутками. Одета в бархатное фиолетовое платье сегодня с накинутой поверх плеч белой вязанной шалью. На голове шляпа в тон платью, из под которой выглядывают седины. Я бы дала ей лет семьдесят, не больше. Морщины избороздили её лицо, но улыбка озорная, совсем как у молодой женщины. Глаза имеют уже выцветший серо-голубой оттенок. Когда-то, по всей видимости, они имели глубокий и насыщенный небесный цвет. Старость меняет нас внешне, но у многих остаётся прежний характер. Подозреваю, Вера Дмитриевна была той ещё хохотушкой и шутницей, будучи молодой.

– Смотри, дочка, какой напыщенный павлин, вон там, заходит в двери. Кажется у него сейчас лопнет самомнение и растечётся по всему залу, – хихикает Вера Дмитриевна. Я смотрю в сторону, куда она кивнула. Узнаю напыщенного павлина.

– Или заду, – шепчу Вере Дмитриевне. – Это Самолюбов Герман Валерьевич.

– О, я почти попала в точку, дочка.

– Так и есть, Вера Дмитриевна.

Она подмигивает мне и снова осматривает зал.

Герман Самолюбов один из адвокатов моего отца. Ему сорок лет и он терпеть не может свою коллегу по работе, мою подругу Элину. Самолюбов хрен, который не знает ни одного нюанса своей работы. Не понимаю, зачем отец и Андрей Владимирович держат его на работе. Неужели, он на что-то годится?

Смотрю как Герман проходит по залу, задрав голову чуть не под самый потолок, здороваясь то с одним, то с другим гостем. Чёрный фрак немного узок ему, а брюки слишком широки. Он пристально рассматривает платья дам глубоко посаженными водянистыми глазками, а некоторых разглядывает весьма вульгарно. Вижу как он засунул свой длинный нос в центр небольшой группки людей, бурно обсуждающих какие-то новости из мира строительства. Мне это совсем не интересно, поэтому отворачиваюсь от строительных магнатов и хватаю очередной бокал с подноса, проходящего мимо официанта.

– Воронцова-то совсем перестала сюда ходить, теперь и косточки не с кем этим богатеям перемывать, – подала голос Вера Дмитриевна.

– Посмотрите немного вправо и увидите ту самую вдову, о которой так много ходило разных сплетен весной.

– О, кажется она нашла новую жертву. Ты знаешь, что Фаина Лавская была замужем четыре раза и все её мужья сгинули в земле.

Я киваю, восхищённо смотря на прекрасную вдову. Вот это женщина! Она очень красива, но лицо её печально даже если она улыбается.

– Я наслышана об этом, Вера Дмитриевна.

– Ой, вру, – хлопает старушка себя по лбу. – Одного она кремировала, якобы по его собственному желанию.

– Что ж, этот способ уже давно не новый, Вера Дмитриевна.

– Что ты всё заладила Вера Дмитриевна да Вера Дмитриевна! – Притворно злится моя собеседница, и я отрываю взгляд от вдовы.

– Что?

– Зови меня баба Вера или бабушка. Зачем мне твоя Вера Дмитриевна, шут бы её побрал!

Я смеюсь. Она и правда забавная. Хотела бы я такую бабулю. Но у меня бабушек нет. Умерли. Я не знала ни одной.

В зале заиграл вальс. Только танцев мне и не хватало! Пора уносить отсюда ноги. Парочки встали в ряды и закружились под красивую мелодию.

– К тебе кавалер, кажись, подкатить собрался, дочка, вон как глазки по залу бегают, тебя ищет, – кивая, говорит баба Вера. Она ловко подзывает официанта и берёт бокал красного вина.

Я знаю, о ком она говорит. Саша Петров вечно ошивается возле меня на таких вечерах. Я всё время отказываю ему в танце, но он слишком напористый. Лишь раз я с ним танцевала вальс. Тогда меня мутило от его вечно сладких духов и яркого красного галстука.

Я закатываю глаза. Он совсем не вовремя! Я бы хотела ещё немного посплетничать с бабой Верой, заменить её отсутствующую подружку, но здесь оставаться стало опасно.

– Советую тебе бежать, Агатонька, иначе он опять оттопчет тебе ноги.

– Я обязательно последую Вашему совету.

Допиваю минеральную воду и ставлю бокал на стол.

– Кажется он тебя заметил. Беги, я прикрою. Не забудь вернуться на ужин к одиннадцати. Говорят, сегодня будет французский суп буйабес и молочный поросёнок в кисло-сладком соусе!

В благодарность быстро жму руку весёлой старушке и осторожно ретируюсь в сторону выхода в сад. Так я не пересекусь ни с кем нежелательным.

Тихонько закрываю за собой двойные двери. Через балкон выхожу в сад. На улице зажглись фонари. Время уже больше десяти вечера, стало темнеть и свежеть. Дышать легче лёгкого.

Я нахожусь здесь много часов. До сих пор не видела отца. Но видела маму, которая уже напилась и крепко спит в спальне. Элина подходила ко мне за вечер несколько раз. Она сегодня в ударе. Танцует со всеми подряд. У неё хорошее настроение, а у меня на душе кошки скребут. И кстати, пока никакого жениха я не видела. Франт и его отец задерживаются? Отличное начало. Вот бы они не пришли совсем! Быть может, он не подобрал галстук в тон рубашки?

– Он приехал, наконец! Мистер Тамлин. Такой красавец, мускулистый, высокий, обходительный и вежливый, – вдруг слышу на балконе тот же блондинистый голос, что и по дороге сюда. – Вокруг него уже собралась целая стая поклонниц. А мне он улыбнулся.

– Я бы тоже хотела с ним познакомиться, – сказал другой голос, более тонкий чем первый, и казалось даже боязливый.

– Я познакомлю тебя, обязательно, Роро. Дай только немного отдышаться.

Голоса стали громче, я нырнула под балкон, снова прислушалась. Не знаю зачем, но достаю из сумочки блокнот, вырываю листок и пишу на нём фамилию Тамлин. Подписываю щёголь. Возможно позже я прочту о происхождении этой необычной фамилии.

Курочки подошли к перилам и снова стали кудахтать о блистательном мистере Тамлине, который лишь войдя в залу, очаровал всех дам вокруг. Должно быть тот ещё щёголь. Мне захотелось сплюнуть на землю. Терпеть не могу таких франтов!

– Он так прекрасно танцует, а его улыбка столь белоснежна, что затмевает всё вокруг, – расписывает попугая одна из девушек.

– Вот это да! – Восхищается другая.

– Руки, – мечтательно продолжает блондинка. – Такие большие и сильные, вот бы оказаться в его объятиях!

– Вау!

– У него прекрасное чувство юмора.

– Превосходно! Это очень кстати.

Почему это кстати? У Веры Дмитриевны тоже прекрасное чувство юмора, но её никто не обсуждает!

– Я бы осталась с ним наедине, поверьте милочка, и не раз, – щебечет грудастая.

Ты бы осталась с любым, у кого карманы набиты деньгами. Я фыркаю. У меня спина затекла стоять в три погибели (балкон низкий и мне пришлось согнуться чуть ли не вдвое), а они всё щебечут и щебечут. Расписывают незнакомца, как принца из сказки. Я всё -таки сплёвываю на траву.

Наконец, голоса затихают. Я осторожно выбираюсь из своего укрытия, вытягиваю шею и заглядываю на балкон. Уф. Ушли.

Разгибаюсь в полный рост. Нужно быстрее рвать когти отсюда, пока не пришли ещё какие-нибудь охотницы за чужим богатством. Не хочется опять слушать, как он красив, как очарователен и привлекателен, какие белоснежные у него зубы и большие красивые руки. И что ещё у него большое?

– Тьфу! – Сплёвываю ещё раз. Вынимаю из сумки блокнот и смотрю на свою запись. Да для чего мне эта фамилия! Вырываю листок, комкаю его. Оглядываюсь. Не хочется мусорить в саду, ведь он правда красив. Убираю клочок бумаги и блокнот обратно в сумочку.

Никогда не могла терпеть этих богатых папенькиных щенков. Поэтому и сама у отца работать не стала. Создала своё дело. Нет, не на деньги отца! – Какой кошмар!

Я резко останавливаюсь на дорожке перед очередным фонарём. Он начинает гореть ещё ярче, потом совсем тускло. Это что, так задумано? Делаю очередной шаг и подворачиваю ногу.

– Ай!

Чёрт, как же больно. Кажется я вывихнула лодыжку. Рычу от досады. Оборачиваюсь вокруг. Как назло ни одной живой души, чтобы помочь. Блииин, сломала каблук. Досадно.

Держусь за фонарь, приподнимаю ногу, осматриваю ступню. Видно плохо. Мне бы на лавку сесть. Одеваю покалеченную туфлю на травмированную ступню. Делаю несколько маленьких шагов, но спотыкаюсь обо что-то. Да что же это!

– Будь ты не ладен! – Ругаюсь вслух. Это моя привычка, ничего не могу с собой поделать.

Кажется я не удержу равновесие. Я стараюсь изо всех сил!

– Ай, ой, мамочки… етит…

В этот момент сзади меня за талию обнимают крепкие руки, не давая упасть. Меня плотно прижимают спиной к чьей-то широкой груди, и я вновь чувствую уже знакомый умопомрачительный аромат: нотки шалфея, муската и красного перца. Мне никогда не забыть этот аромат и никогда не спутать его ни с одним другим.

Глава 5

Прерывистое дыхание никак не может прийти в норму, а сердце, отбивая бешеный ритм, кажется сейчас выскочит из груди. Мне бы закричать, позвать на помощь, но я не в силах даже звука издать. Меня обнимает и прижимает к себе тот же самый человек, которого я встретила вчера вечером. Я узнала это по аромату, который так опьяняюще действует на меня. Я встречала эту мужскую туалетную воду раньше. И вот сейчас стою, окружённая этим ароматом и наслаждаюсь им. Мужские руки всё крепче сжимают моё тело, я чувствую как медленно скользит его ладонь вдоль моего бедра, поглаживая, лаская его длинными пальцами. Вторая рука перемещается мне под подбородок и берёт его в тиски. Наша поза так эротична сейчас, что в низу моего живота разгорается огонь. Кажется, я становлюсь мокрой от его движений руками по моему телу. Он словно хозяин держит меня, и я должна ему подчиниться. Горячие пальцы незнакомца проникают мне под платье. Я всхлипываю от удовольствия, когда мужчина отодвигает край моих кружевных трусиков и начинает ласкать меня двумя пальцами. Я словно обезумела от желания. Прижимаюсь к нему всё теснее, как какая-нибудь развратная девка, трусь попкой о его промежность. Кажется, я истекаю соком желания. А он ласкает меня, всё быстрее двигая пальцами по клитору. Я стону от удовольствия, запрокидываю голову ему на плечо, повинуясь его движению. Он чуть крепче сжимает мой подбородок. Движение пальцами становятся ещё быстрее и мучительно-приятная волна уже вот вот готова прокатиться по моему телу, когда он вдруг убирает свои пальцы и показывает мне. Я вижу на них свою влагу. Его аромат снова заставляет кружиться мою голову. Я чувствую стыд, злость, неудовлетворённость.

– Ещё, – стону я. Поднимаю на моего мучителя взгляд. Встречаюсь с иссиня-серыми, сейчас почти чёрными, словно ночное небо глазами, которые смотрят на меня насмешливо. Редкий цвет. Не встречала таких глаз в своей жизни. Я прихожу в себя. Хочу вырваться из его рук, но он и шанса мне не даёт.

– Я же сказал, что найду тебя. Не дёргайся, маленькая девочка.

Да уж, он выше меня на целую голову, я ему кажусь мелкой, он мне кажется мерзким. Теперь точно. Как я могла поддаться его развратным действиям? Он будто загипнотизировал меня. Ай, Агата, не оправдывай себя, ради бога! Чёртов незнакомец. Я никогда не позволяла себе такого. Вообще ни с кем. Как же я зла на него!

– Отпусти меня, – шиплю, словно змея. Моя шея начинает болеть, ведь голова до сих пор запрокинута на его плечо, а он всё также властно держит меня за подбородок, не давая пошевелиться.

– Поцелуешь, отпущу, – говорит он, а у меня подкашиваются ноги от того, как он красив и притягателен. – Но только сама. И можно со стоном, как было только что, когда я ласкал твою жаркую мокрую киску.

Он широко улыбнулся, открывая ряд белых ровных зубов, а я возненавидела его в эту секунду. Он откровенно издевался надо мной! Насмехался, выставляя на посмешище перед самой собой. Этого моя гордость не могла снести.

– Кстати, ты обдумала моё предложение?

Его рука вновь скользнула в мои трусики, но на этот раз я была готова. Такому приёму меня научила подруга. Элина красивая девушка, и ей ни раз доводилось давать отворот поворот слишком навязчивым мужчинам. Я сделала вид, что поддаюсь, и обмякла в руках незнакомца. Клянусь, я услышала довольную усмешку! Нахал! Просто невообразимый тупица. Получай! Воспользовавшись его невниманием, я резко подняла ногу и опустила уцелевший каблук на его ступню, обутую в кроссы. Признаюсь честно, мне доставил огромное удовольствие вопль, который издал незнакомец в ту же секунду. Ай, я прямо почувствовала волну удовлетворения, пробежавшую по моему телу!

Его руки отпустили меня. Я толкнула его от себя бедром и встала напротив.

– Никогда, слышите? Никогда я не легла бы с Вами в постель. Даже не поцеловала бы, будь Вы хоть самым последним мужчиной на земле. Вы мне просто противны, – гордо подняв подбородок, отчеканила я. А потом, пока он не пришел в себя, помчалась вон из сада, слыша вдогонку матерные слова и крик:

– Вызов принят. Я доберусь до тебя, маленькая чертовка!

Ахаха! Попробуй! Ты даже не знаешь, кто я и как моё имя!

Только когда я забежала в дом и добежала до библиотеки (с трудом, хочу сказать, сломанный каблук изрядно мешал мне при беге), я остановилась. Мне пришла мысль, что я не знаю, как он нашёл меня здесь. Но этому есть объяснение. Наша встреча случайна. Он не ожидал меня увидеть. Наверное, он такой же приглашенный моего отца, как и все остальные. Больше мы не пересекёмся. И слава богу. Нет никакого желания видеть его. Только если дать пощёчину за моё унижение.

– Дрянь, – выругалась я, прислонившись к двери библиотеки и немного отдышавшись. Прикрыла глаза. Чёрт! Мой мозг включил воспоминание о том, что со мной сделал этот злодей. А тело – мой предатель, снова среагировало! Нет, нет, успокойся. Это чушь полнейшая! Я не испытывала удовольствия от его нежных и страстных касаний. Это лишь момент, который я забуду очень скоро. И тело моё тоже.

– Просто выкинь из головы унизительные воспоминания, Агата.

– Что ты делаешь здесь?

Недовольный голос отца заставляет меня вздрогнуть.

– Отец.

– Пойдём, мне нужно поговорить с тобой. Уже около часа тебя ищу.

– Ещё бы! – ехидно отзываюсь я. – В этом замке запросто можно потеряться. Наверное тебе стало скучно в полчище твоих обожателей и ты решил перемыть мне косточки.

– Не нужно насмешек. Глупо с твоей стороны мне перечить. Что с твоей обувью?

Он подходит ко мне и осматривает с ног до головы. Кривит недовольную гримасу.

– Я просил быть красивой сегодня, а ты оделась как чучело. Разве так можно? Ты дочь строительного магната, а не рабочего стройки.

Да уж! Папаня всегда выглядит с иголочки, элегантно и волосы у него намазаны гелем. Вот и сейчас он весь блистает в белоснежном костюме. Прямо излучает чистоту и гордость, полон высокомерия даже рядом с родной дочерью.

– Пойдём.

Он открывает библиотеку и мы заходим внутрь. Сейчас начнутся нравоучения и оскорбления в мой адрес. Мне не впервой, и обычно я сдерживаюсь, но не уверена, что выдержу его скверный характер и на этот раз.

– Садись, – тоном, нетерпящим возражений, говорит мой отец. Я стою посреди комнаты и даже не смотрю на родителя. Я вспоминаю один вечер, что провела в этом кабинете пять лет назад. Тогда мне казалось, что это лучший вечер в моей жизни и никто не сможет лишить меня счастья, которое я испытала. Мы спрятались тогда от грозной мисс Феоктистовой, управляющей этого замка. Сели между книжных шкафов и открыли бутылку вина. Чтобы не включать свет, я взяла фонарик. Тихо включила нашу любимую мелодию на телефоне. В наш маленький мирок никто не должен был вторгаться. Но его резко и неожиданно разрушило появление моего отца. Мисс Феоктистова рассказала ему, где мы. Она проследила за нами. То, что произошло в тот вечер, навсегда поселило в моей душе ненависть к отцу.

– Ты оглохла что ли, Агата?! Садись, я сказал. Мне нужно обсудить с тобой не только твой внешний вид, но и наш с тобой договор.

Не знаю, что со мной сегодня, но я не хочу подчиняться ему. Возможно моё недавнее унижение всему виной. Я не хочу, чтобы меня унижали ещё больше. Отец приказывает мне, будто я одна из сотен его служащих, о которых он вытирает ноги. Он и об меня не раз их вытирал.

– Говори, что ты хочешь, и я уеду из этого кошмарного замка, – с вызовом говорю я. Отец прищуривается. Он и не думал, что я буду сопротивляться его приказам.

– Ты никуда не уедешь. Твой жених уже прибыл. Скоро я представлю его тебе. Будь с ним ласкова, послушна, не перечь ему. Я не должен потерять доверие его отца, иначе всё на что я надеялся, рухнет.

Он рассуждает обо мне как о бездушной кукле, как о рабыне, у которой нет воли. Чёрт, я не могу больше этого терпеть. Я не позволю ему и дальше унижать меня и решать, какое платье мне надеть и как широко раздвинуть ноги перед тем, перед кем он скажет. На кону стоит многое, согласна, но в первую очередь на кону моя собственная жизнь и судьба. Почему я должна спасать всех? Почему я должна стать козлом отпущения? Чтобы мама и дальше пила, убивая себя алкоголем день ото дня, а брат бездельничал, странствуя где-то по свету, как сейчас, например. Мы даже не знаем где он. Руслан вечно колесит по свету, за последние три года я видела его от силы раза три, четыре. Путешественник, чёрт возьми! А я значит должна за всех отдуваться?!

– И ещё одно. Поднимись наверх и переоденься. Твоё тряпьё совершенно не годится для встречи с женихом. Не позорь меня этим чёрным дурацким дешёвым платьем. Если бы ты была умнее, и перестала играть в независимую девочку, то давно бы уже присоединилась ко мне. И в деньгах ты бы не нуждалась.

– Я не нуждаюсь в деньгах, – тихо говорю я, чувствуя, как закипает внутри меня злость, моя ненависть готова вырваться наружу. Как я могла так долго терпеть его оскорбления? Сама не понимаю.

– Судя по твоему гардеробу этого не скажешь, – с холодной усмешкой замечает мой отец. – Где ты купила эту пародию на платье? В секонд хэнде? Дурочка.

Такое ощущение, что на меня вылили целую бочку гнилых отходов.

– У меня отличное платье и стоит оно не дёшево. Но не в этом дело. Ты просто хочешь меня унизить.

Отец усмехается.

– Ты сама себя унижаешь, общаясь со всяким отрепьем. Уже много лет. Чего стоит только последний твой кавалер, который…

– Заткнись! – Не выдерживаю я. Ком подкатывает к горлу, но я не плачу. – Не смей говорить об Артёме! Достаточно того, что ты сделал. Не марай его имя своим грязным ртом. Ты не достоин даже его мизинца.

Отец лишь смеётся над моими словами. Мне хочется стереть с его лица выражение превосходства, но я не в силах этого сделать. Всё, что я могу – убежать из проклятого «дома пафоса» и не видеть моего ухмыляющегося насмешливого отца.

– Обычный бедняк, вот кто был твой Артём. И жизнь его жалкая…

– Замолчи! Остановись…

– И сам он был жалок…

– Нет… прекрати…

– И умер как жалкое ничтожество, – сказал он вкрадчиво и довольно. Я ясно уловила удовлетворение в его голосе. Это он убил Артёма. Либо его убили по его приказу. В глубине души я всегда знала это, но у меня не было доказательств. Нет их и сейчас. Вечер в библиотеке закончился для нас трагедией, но я до сих пор не знаю точно, как и что произошло.

– Ты решила уподобиться ему? Я тебе не позволю. Ты будешь делать то, что я скажу, и тогда заслужишь, может быть, моё уважение.

– Черта с два, – последняя капля переполнила чашу моего терпения. Я больше не смогу плясать под его дудку. Он слишком ранил меня, упомянув о друге, которого он же меня и лишил. – Пошёл ты, куда подальше, папаша.

– Что ты сказала?

Он хватает меня за локоть, сильно сжимает. А я сжимаю кулак.

– Убери от меня свою руку, иначе я тебя ударю. И мне плевать, что ты мой отец, – говорю я сквозь зубы. Чётко и ясно звучит мой голос в пространстве библиотеки.

– Да как ты смеешь…

Я выдёргиваю руку из его хватки.

– Смею. И ещё не такое сделаю, если ты от меня не отстанешь. С меня достаточно твоих оскорблений. Ищи другого козла отпущения. Найди себе новую жертву, а я больше не буду подчиняться тебе. Я разрываю наш договор!

С этими словами я разворачиваюсь и иду вон из кабинета. Громко хлопаю дверью. Аж стены сотрясаются. Вот так тебе, папочка! Оставайся со своим длинным носом и миллионами. А с меня хватит. Я уезжаю из этого дерьмового дома. Лишь попрощаюсь с Верой Дмитриевной и свалю.

Чёрт, как все пялятся на мой сломанный каблук. Да плевать. Я быстро нахожу старушку в зале. Она на том же месте, где я её оставила. Подхожу к ней и пожимаю руку. Она видит как я взволнована.

– Что случилось, Агата? – Сжимая мою руку, беспокойно спрашивает она. – Твой отец опять оскорблял тебя, доченька?

Откуда она знает?

– Всё хорошо, баба Вера, – с улыбкой отвечаю я. – Теперь всё хорошо. Мне пора домой.

– Очень жаль, что ты так скоро уходишь. Нам бы с тобой увидеться, – вдруг без тени улыбки говорит она. – Я бы хотела поговорить с тобой, без свидетелей. Ты знаешь мой адрес?

Я качаю головой. Вера Дмитриевна опасливо озирается по сторонам и достаёт визитку из своей чёрной сумки, которую весь вечер держит на коленях.

– Вот, держи. Позвони мне завтра.

Она протягивает мне визитку. Я убираю её в сумочку.

– Хорошо. Но мне пора.

Я улыбаюсь ей и отхожу.

– Обязательно мне позвони, – слышу вдогонку. Она говорит что-то ещё, но из-за музыки, что играет в зале, я не слышу её слов. Я позвоню ей завтра и узнаю, что она хотела сказать.

А сейчас я, наконец, покидаю это ненавистное место.

Выхожу из зала, прохожу несколько коридоров, пересекаю холл, и вот я оказываюсь на улице. Свежий воздух помогает мне успокоиться. Я сделала невозможное сегодня. Я смогла противостоять отцу. Чёрт, кажется я горжусь собой! Широко улыбаюсь, подходя к своей машине. Хорошо бы сейчас проехаться с ветерком по трассе. И заскочить в какое-нибудь ночное заведение за бутылочкой вкусного красного вина. Хочу отпраздновать свою маленькую победу. Но маленькая ли она? Хм. Нет, она огромна для меня. Пусть сам женится на этом придурке. Какой бы он ни был. Мне плевать.

– Я теперь свободна!

Так странно, машина не заперта. Я точно её закрывала, когда приехала сюда. Оглядываюсь по сторонам. Вокруг темно и тихо. Лишь вдали, у ворот замка горит фонарь. Подул тёплый ветерок. Но что это? Ветер принёс с собой такой знакомый аромат. Я прикрываю глаза, ещё не понимая, что это за приятные нотки. А потом вдруг голос над моим ухом произносит:

– Насчёт свободы это ты поторопилась.

Я вздрагиваю и понимаю в этот момент, что за аромат вновь привлёк меня: Tom Ford Grey Vetiver.

– Свободу ты теперь долго не увидишь, маленькая девочка.

Это были последние слова, которые я услышала, прежде чем утонуть в притягательных нотках шалфея, муската и красного перца.

Глава 6

Тошнота подступила к горлу, и я попыталась открыть глаза. Но не тут-то было. На моих глазах была какая-то повязка, она совершенно скрывала от меня моё местонахождение. Ткань такая плотная, что вокруг только чернота, сплошная и нескончаемая. Между тем рвотный рефлекс уже вырывался наружу. Я поняла, что лежу на кровати, а где-то вдали слышится странный шум: будто ветер завывает и волны плещут. Но ведь я на суше, а не в море, так что какой к чёрту шторм? Я делаю глубокий вдох. Ужасно чувствую себя. Голова кружится как от морской болезни. Такое состояние было у меня однажды, когда я совершала прогулку на яхте своих друзей. Несколько дней мы провели в открытом море, и всё то время я мучилась от тошноты. После этого я зареклась путешествовать водным транспортом. Самолёт, поезд, лошадь, велосипед, хоть пешком, как паломник. Что угодно, но не вода! И вот теперь такое знакомое чувство. Нет, не может быть. Я на суше. Я на суше. Ай! Мне уже невмоготу. Я перегибаюсь на ощупь через край кровати и меня выворачивает на изнанку.

– Ооо, Боже! Помоги мне, – стону я.

Стоп. Мои руки. Почему они связаны за спиной?! Что это значит? Меня вдруг ведёт в сторону и я с криком «спасите» лечу с кровати на пол. Качка?! Это качка! Точно.

Я на воде. На корабле, яхте или ещё на чём -то подобном. Это ясно как то, что меня выворачивает наизнанку. Не могу не узнать все мои старые ощущения.

Лежу на полу, как дура, и даже пошевелиться боюсь. Вдруг опять будет тошнить. Где-то слышится топот ног. Бегут в моём направлении. Кого-то привлёк мой крик. Я постанываю от боли в висках. Будто дятел долбит своим клювом. Безжалостный. Слышу как дверь с правой стороны от меня открывается и закрывается снова.

– О! – Женский возглас. Чьи-то руки бережно помогают мне подняться с пола. Меня садят на кровать. Я издаю ужасный звук, будто меня вырвет снова. Но еле как сдерживаю позыв.

– Развя… жите ме… ня, – прошу я.

Слышу возле себя тяжёлый вдох. Руки женщины касаются меня и снимают повязку с моих глаз. Я сначала щурюсь от яркого света, что проникает в окно, как я теперь понимаю каюты.

– Вам снова плохо?

Закрываю рот ладонью. Икаю. Чёрт! Мне явно не хорошо. Поворачиваюсь к ней. Ого! Какая красивая. Девушка молода, моложе меня года на четыре, наверное. Волосы цвета шоколада, вьющиеся, густой волной струятся по плечам, доходя до середины спины. Красиво изогнутые брови, нос с горбинкой, полные естественно красные губы. Но её глаза! Это отдельная история. Они так прекрасны. Большие, тёмные, подведённые жидкой подводкой. Они ясно выделяются на румяном лице. Словно два чёрных оникса сверкают в солнечных лучах, проникающих в помещение.

– Вы так бледны, – с сочувствием говорит она приятным чуть с хрипотцой голосом.

– У меня морская болезнь, – слабо отвечаю я. – Мы ведь в море?

Она кивает. Я осматриваю её одежду. Широкие брюки пёстрого цвета, расшитые золотой нитью, а сверху тёмно-зелёный шёлковый халат, плотно застёгнутый на маленькие переливающиеся пуговки, и сверху повязанный пояс. Он тоже расшит красивой золотой нитью. На ногах у незнакомой мне девушки туфли без каблука, с причудливо вышитым узором. Она похожа на восточную красавицу из сказок, что мне читали в детстве. Акцента, однако, у неё нет. Говорит на чистом русском языке. Кто же она? Как сюда попала? И вообще, где мы и как я то сама сюда попала? Это главный вопрос.

– Да, мы в море, – отвечает, улыбаясь девушка. – Моё имя Айна, кто-то зовёт Гайной. Давайте, я освобожу Ваши руки. Я была против, чтобы Вас связывали, но мой брат очень своеволен и дал чёткие указания своим слугам.

– Агата. Значит, Вы…

– Я не его слуга. Мне и самой тут подчиняются. Конечно, главный он, но… Готово. Скинем эту ужасную верёвку.

Мои руки снова свободны. Я потираю запястья. Взгляд падает на пол. Ой! У кровати стоит таз и я не промахнулась, оказывается, когда мне стало плохо.

– Кто поставил сюда это? Я думала, что прямо на пол…

Девушка качает головой.

– Я видела как Вам плохо. Распорядилась принести сюда таз. Я не хотела, чтобы Вам закрывали глаза. Это было совсем ни к чему. Вы три дня не приходили в себя после снотворного, которым Вас усыпили. И я не понимаю, почему мой брат так жесток, что связал Вас.

– Три дня? Снотворное?

У меня снова начинает кружиться голова. Я лихорадочно вспоминаю, что вообще со мной произошло. Айна суёт руку в карман и достаёт оттуда какой-то маленький мешочек, стянутый шнурком. Развязывает шнурок и вынимает кусочек какого-то корня.

– Вот, держите, это имбирь, он помогает от тошноты.

Я с благодарностью взяла из её рук кусочек имбиря и откусила маленькую часть.

– Если не поможет, есть таблетки. Многие страдают от качки, особенно первые несколько дней.

– Я не понимаю ничего. Я здесь уже три дня? – Спрашиваю, проглотив имбирь и откусывая ещё.

– Да, в первый же день, в день отплытия, Вам стало плохо. Я сидела с Вами почти всё время. Уходила лишь чтобы принести воды. Вас накачали очень сильным снотворным. Я была зла на брата. Но его воля, закон. Он хозяин. Хотя я стараюсь смягчить его характер, он всегда стоит на своём. Но иногда слушает меня.

– Это он привёз меня?

– Да. Тем вечером. Четыре дня назад. Было уже поздно. Я беспокоилась. На утро был назначен вылет, а его до сих не было. Но вот он появился. А Вы были у него на руках. Без сознания. Он сказал, что Вы полетите с нами. Я хотела расспросить его о Вас, но он чётко дал понять, чтобы не было никаких расспросов. Когда мы прибыли на место, Вам выделили каюту на яхте, оставили здесь. Я переодела Вас и дала немного воды, когда Вы очнулись.

Осматриваю себя. И правда, моего платья и пиджака нет. На мне синяя шелковая туника и шаровары в тон. На ногах такие же туфли как у Айны, только белые, а у неё они зелёные.

– И я заплела Вам косу, – снова улыбнулась девушка. – У Вас очень красивые волосы. Мне было приятно касаться их.

– Спасибо, но…

Мой мозг переваривает всю ту информацию, что мне передала сказочная девушка Айна. Нет. Это всё как-то нереально. Быть такого не может. Выходит меня похитили? Кто? Кто этот её брат? Я не помню, что со мной случилось. Последнее, что помню, я собиралась уехать из замка отца. Потом мрак.

– А вот это мы уберём, нужно принести чистый, – Айна берёт таз, уносит его из каюты.

Пока её нет, я осматриваюсь кругом. Кажется, мне немного лучше, и я могу осмотреть место, в котором оказалась. Я удивляюсь себе, почему я так спокойна. Но тут же нахожу ответ: я ещё не понимаю, что происходит. И я не верю, что всё это наяву. Мне просто снится, да?

Каюта небольшая, пол застелен дорогим на вид ковром, на стенах картины. Я не знаю автора картин, но пейзажи очень красивы. Из мебели здесь, кроме кровати, письменный стол и стул, полки с книгами, тумба, на которой стоит ваза с белыми розами. В центре каюты небольшой диванчик на двоих человек. Я бы это назвала тахтой.

Я выглядываю в окно. За ним плещутся морские волны и разбиваются о борт белоснежной яхты. Айна не врала. Да и зачем бы ей? Но я должна знать, что вообще происходит. Зачем меня похитили из дома отца, перевезли куда-то на частном самолёте, по всей видимости, потом погрузили, как какую-то вещь, на эту яхту и везут… Куда меня везут?

Айна, прикрыв дверь и поставив таз у кровати, садится рядом со мной.

– Ты должно быть проголодалась? – Спрашивает девушка. – Я велела приготовить тебе поесть. Что -то лёгкое, чтоб не нагружать желудок так сразу.

– Айна, – мягко перебиваю я её. Внутри меня начинает клокотать буря, но девушка не виновата в моих несчастьях, она лишь хочет облегчить это дурацкое путешествие в неизвестность.

– Да?

Я беру её руки в свои. Она с интересом смотрит на меня.

– Скажи, куда мы плывём?

Она хмурит брови. Думаю, Айна прекрасно понимает, что вся ситуация, в которой я оказалась, незаконна. Она не дура. Поджимает губы. Не хочет говорить. Или боится своего брата? Этого преступника, который похищает людей. Интересно, кто же он такой.

– Айна, твой брат похитил меня, понимаешь? Он везёт меня куда-то против моей воли.

Она кивает головой.

– Мне очень жаль.

– Скажи, куда мы плывём? Я имею право знать хотя бы это.

В ней происходит борьба. Я вижу это. Она сжимает мои ладони, открывает рот, чтобы сказать что-то. Но в этот момент я слышу знакомый бархатный голос за дверью каюты. Не может быть! Он говорит что-то на иностранном языке. Потом смеётся и в ответ ему отзывается хохот нескольких человек. Он шутит с ними? Как был там ни было, а Айна не успевает сказать мне и слова. Дверь в каюту открывается и на пороге я вижу загорелое лицо моего похитителя. Без рубашки, в одних шортах. Он смеётся, какой-то реплике, что раздаётся позади него, а потом глядит на меня. Это точно он. Обладатель умопомрачительного аромата, который сводит меня с ума. Вот су… Чёрт, как же он высок! Но меня сейчас не пугает его рост, его внушительная фигура с голым торсом и сильные мускулистые руки! Как только я вижу его, то гневная волна внутри меня набирает скорость. Этот наглец посмел похитить меня как какую-то рабыню и увезти куда ему вздумается!

«Свободу ты теперь долго не увидишь, маленькая девочка».

Эти слова эхом стучат у меня в голове.

– Ах ты, сволочь! – беззастенчиво кричу я и хватаю первое, что попадается под руку. Таз, принесённый Айной. Подойдёт! Как жаль, что он чистый. Я размахиваюсь и с рыком кидаю таз прямо в наглое лицо незнакомца. Справа от себя слышу вскрик Айны. За спиной мужчины какие-то смеющиеся голоса.

– Я тебя засажу в тюрьму и ты сгниёшь там, поразит!

Кричу, прежде чем комнату наполняют ругательства загорелого красавчика, которому в голову прилетел железный таз. Или он не прилетел?!

Глава 7

– Айна, выйди, – голос напряжён, глаза мечут молнии, поза бойца. С третьим, кажется, переборщила. Таз не достиг цели. Ой, как же мне жаль!

Так странно, но солнце вдруг совершенно покинуло каюту.

– Не трогай её, прошу, – взмолилась девушка, закрывая меня своим хрупким телом. Разве может она противостоять такому сильному высокому мужчине, который к тому же полон ярости? И ярость эта направлена лишь на меня. Нет, Айна не должна пострадать из-за меня. Пусть я только только её узнала, но эта девушка была ко мне добра, она ухаживала за мной, хоть и не была обязана.

– Я сказал, выйди из каюты, сестра!

От него прямо пышет жаром. Не думаю, что от меня не исходят горячи волны. Меня так и подмывает набросится на этого нахала, наглеца, который посмел обращаться со мной как со своей собственностью. Действие снотворного и впрямь прекратилось, а морская болезнь отступила. Её вытеснила, клокочущая внутри меня злость. И наверное имбирь. Я готова к бою.

– Айна, я справлюсь, – трогаю её за локоть, глаз от наглеца не отрываю.

– Что? – Взвизгнула Айна и повернулась ко мне лицом.

– Я крепкий орешек.

Слышу издевательский смех на пороге комнаты.

– Посмотрим, какой ты крепкий орешек. Я в два счета тебя уложу на лопатки, глупая. Айна, оставь нас. Больше повторять не буду.

Голос его вроде бы строг, но насмешлив одновременно. Айна со словами «удачи тебе», осторожно двинулась в сторону двери. Её пропустили. Айна выскользнула за дверь и та громко захлопнулась за ней.

Я прищурилась, наблюдая за действиями моего похитителя. Он сделал чуть заметный шаг в мою сторону. Я не пошевелилась. Лишь следила за ним взглядом. А он осторожен, двигается плавно, еле уловимо. Словно пантера. Или тигр. Он загнал меня в клетку, но я просто так не сдамся.

– Ты поступила очень глупо, бросив в меня таз, – говорит он, делая ещё пару маленьких шагов вправо, я делаю шаг влево. Вот незадача: ещё пара шагов и мне некуда будет двигаться. Там стоит тумбочка. У меня будет лишь один вариант. Перемахнуть через тахту и попытаться выбраться из комнаты. А там… не знаю, что там дальше, но придумаю что-нибудь. Я хорошо плаваю. Знать бы где мы. Может недалеко от суши. Хотя это вряд ли. Айна сказала, что уже три дня прошло…

– Я жалею лишь об одном, что таз был пуст и чист, Айна лишь недавно вынесла последствия моей морской болезни. Я бы посмеялась над тобой, когда тебя окатило содержимым.

Я даже прищёлкнула языком, представляя эту отвратительную для него картину. Для меня же она была великолепна.

– Остра на язычок, маленькая девочка. Хм, посмотрим, кто острее. Скоро ты узнаешь как надо мной смеяться.

– А ты узнаешь, что вторая нога у меня может ударить не хуже первой, – парирую я. Делаю шаг в сторону. У меня ещё один в запасе. Он делает ещё два шага. Теперь он стоит совсем справа от меня. От меня до него примерно шага три. – Ты связал меня и глаза закрыл, чтобы отомстить за удар? Как жестоко!

– Ты ещё не понимаешь куда попала, но скоро убедишься, что со мной шутки плохи, – цедит он сквозь зубы, делая ещё один шаг. Его серые глаза блестят стальным блеском. Он словно зверь, а я его добыча. Нет, нет, я не должна так думать. Он преступник, похитивший меня. Правда на моей стороне. Ему не победить.

– А кто сказал, что я шучу? Ты ещё пожалеешь, что связался со мной! – Поднимаю я бровь, делаю очередной шаг от него. Упираюсь в тумбочку левым бедром. Нужно выгадать момент и бежать.

– Твои попытки меня запугать просто жалки, – смеётся он. Ещё шаг. Я слышу как ветер завывает за бортом с новой силой. Точно собирается гроза. Я не моряк, но даже я чувствую изменения в погоде.

– А ты сам жалок, раз думаешь, что победишь! – Кидаю ему оскорбление и мельком гляжу на дверь.

– Ах, ты мелкая… – Рычит он и бросается ко мне. Я чудом уворачиваюсь и бегу вперёд. Перепрыгиваю невысокую тахту, вот я уже рядом с дверью. С силой дёргаю за ручку, распахиваю дверь. Я налетаю на какого-то низенького человечка, который заносит руку для стука. Видимо это слуга, который пришёл позвать хозяина. Он испугано смотрит на меня, а я наступаю. Человечек отпрыгивает в сторону, я несусь дальше.

– Стой, глупая, – гремит позади меня уже совсем не бархатный голосок. Это рёв тигра, не иначе. Я припускаю ещё быстрее, поднимаюсь по ступеням. Пробегаю длинный коридор. Наконец, я на палубе. Что дальше? Яхта просто огромных размеров, а значит и команда большая. Или нет? Вообще, чтобы управлять яхтой не нужно слишком много людей, но мало ли. Заламываю руки. Как же беспокойно! Может, хоть кто-то поможет мне. Я бегу, куда глаза глядят. Мысленно благодарю Айну за то, что на мне сейчас не моё платье, а такая удобная свободная одежда. Бежать в ней намного легче.

Странно, но по пути не встречаю никого из команды. Успеваю осмотреться кругом, почти не слыша шаги за спиной. Размеры яхты впечатляют, конечно, но я видала и больше. Кто её владелец? Неужели мой похититель? Вообще, это логично, ведь так?

Небо стало совсем тёмным, тучи нависли низко, ветер усиливается с каждой минутой. Точно, точно будет гроза! А ведь совсем недавно светило солнце.

Шаги позади стихают. Не догонишь! Кажется, я оторвалась. Шикарный бассейн в самом центре палубы. С удовольствием занырнула бы туда, но сейчас не время. Снова бегу по лестнице, на уровень выше. Передо мной коридор. Как всё причудливо устроено на этой яхте! Забегаю внутрь. Останавливаюсь. Смотрю по сторонам. Бок колит ужасно. Мне бы отдышаться. Медленно двигаюсь вдоль узкого коридора. Чувствую приятные съедобные ароматы, мой желудок урчит от голода, а рот наполняется слюной. Где-то рядом кухня. На море опустился вечер и наверное готовят ужин. Пахнет жаркое и запечённым мясом. Ага надпись на ближайшей ко мне двери «камбуз». Я протягиваю руку и проскальзываю внутрь кухни. Тихо прикрываю дверь за собой. Тут человек семь, все заняты своими делами и не обращают никакого внимания на меня. Вряд ли они знают кто я такая, и уж тем более не в курсе, что их работодатель похитил меня из дома отца.

Я прохожу по кухне, заглядывая через плечо поваров. Сглатываю слюну. Останавливаюсь возле кастрюли, где варится суп из морского коктейля. Обожаю креветки, кальмаров и всяких морских тварей. Агата, слюни подбери!

– Великолепный арромат, правда? – доносится позади меня приятный незнакомый мужской голос с акцентом.

Я оборачиваюсь. Мужчина среднего роста, лет сорока, с маленькими усиками и весёлым взглядом в форме повара стоит с ложкой в правой руке и, улыбаясь, смотрит на меня.

– Да, – оторопело отвечаю я.

– Анри, – представляется он.

– Агата.

– Разрешите мне проверрить суп, мадам. Думаю, он уже готов, и я смогу угостить Вас, прекрасная Агата, если Вы того пожелаете.

Господи, какой он вежливый. С ума сойти! Как же это приятно. И так забавно тянет букву «р». Я киваю и делаю два шага в сторону, наблюдаю как он помешивает содержимое супа, пробует его на готовность и, наконец, отключает конфорку.

– Дадим ему настояться, минуты три и можно прробовать. А пока позвольте угостить Вас бокалом красного вина.

Он ловко достаёт откуда-то вино, я даже не понимаю откуда, и бокал. Наливает тёмно-красную жидкость, немного взбалтывает её в бокале и протягивает мне. Я очарована его манерами, хотя он не первый так вежлив и внимателен со мной. Беру бокал и делаю глоток.

– Замечательное вино, – удовлетворённо улыбаюсь я.

– Каберрне Фран из долины Луары. Насыщенный ягодный вкус, травянистый аромат с перчинкой, приятная кислотность, – расхваливает мой новый знакомец вино.

– Прекрасно, – чуть улыбаюсь я. Он очень забавный, особенно его маленькие усики и мягкий французский акцент.

Я пью вино маленькими глотками, а Анри рассказывает мне о марках вин, которые ему довелось испробовать в прошлом году в Италии.

– Ну, а сейчас время для буйабеса марсельского, лучший рецепт знаменитого французского супа, – открывая крышку, говорит он, и я уже предвкушаю, как буду наслаждаться вкусными и сочными креветками, нежнейшим мясом омара, лангуста и другой морской вкуснятины.

– Вы оцените великолепное сочетание шафрана, лука и крепость прованского чеснока. Прриятного аппетита.

Я беру ложку и готовлюсь уже снять пробу пахнущего приправами супчика, как вдруг…

– Нет уж, оценивать она сегодня твой буйабес не будет. Думаю, ей предстоит сегодня оценить силу моего гнева и злости.

Ложка выпадает из моих рук. Я застываю на месте. Анри заставил меня забыть обо всём с помощью своего чудесного вина и прекрасного ароматного супа. Я вскакиваю и озираюсь кругом в поисках ненавистного голоса. Анри застывает с поварёшкой в руке. Остальные смотрят то на меня, то на своего работодателя.

Я встаю со стула, гордо поднимаю подбородок, с вызовом смотрю на своего похитителя. Чёрт, как же его зовут?

– Ты не можешь быть столь глупой и думать, что я тебя не найду. Это яхта, которая движется в открытом море. Это моя яхта, с моей командой. Я знаю её как свои пять пальцев. По-твоему, это смешно, оскорбить меня, удрать, а потом просто сидеть тут, распивая вино и лакомясь морским супчиком? Решила поиграть со мной?

Он нависает надо мной, словно гора. Я сажусь на стул и почти скатываюсь с него. Эк, его разобрало! Но ведь это он меня похитил! Это он меня затащил на свою чёртову яхту и везёт бог знает куда. И ещё претензии мне предъявляет!

Я отталкиваю его от себя, смелея от своих мыслей (а может от бокала вина), встаю со стула снова и, прищурившись, смотрю на этого бесстыжего детину, который решил отчитать меня перед всеми как школьницу.

– Ты смеешь говорить со мной таким тоном после того как по…

Он резким движением хватает меня за руку и, даже не давая договорить, закидывает меня себе на плечо. Уносится прочь из кухни под молчаливые взгляды людей.

– Продолжайте работу, – бросает он на пороге. А потом, несмотря на все мои возражения и крики отпустить, несёт меня куда-то, рыча словно лев на всех, кто попадается у него на пути. Я уже выбилась из сил и отбила свои кулаки и ладони о его твёрдую спину. Он непробиваемый, видимо. И твердолобый.

– Я ненавижу тебя, – шиплю на него. От возмущения я уже красная как рак, а от бессилия хочется плакать. Он слишком силён для меня. Он – гора, я – лишь мелкий камешек, что скатывается по этой горе. Эх, почему я не родилась мужчиной. Я бы сбила с него спесь.

– О, знаю, у меня уже вся спина в царапинах, злобная фурия. Сама лечить будешь, – рычит он. Ещё чего!

– Хрена тебе лысого! – Восклицаю я. Он подбрасывает меня немного вверх. От неожиданности я прикусываю язык. Чувствую вкус крови во рту. Вот гад!

Мы спускаемся вниз по лестнице. В этой части яхты я не была. Он толкает дверь какой-то каюты ногой. Та распахивается и я уже внутри. Мучитель проходит по довольно большой спальне и бросает меня на кровать, что стоит за ширмой. Я тут же перекатываюсь и пячусь назад, боясь, что он снова нависнет надо мной. Но нет он только усмехается и пристально смотрит на меня. В полутьме комнаты я вновь вижу как поблескивают его глаза, не предвещая мне ничего хорошего.

– На этой кровати сегодня я буду придаваться с тобой любовным утехам, буду ласкать тебя пальцами так как тебе нравится. Если будешь фурией в кровати, то я не против.

Я расширяю глаза. Мы в его спальне? Она шикарная, конечно, но я не собираюсь придаваться здесь любовным утехам. Особенно с человеком, который так ненавистен мне.

– Ничего подобного не будет, – я хочу спрыгнуть с необъятной постели, но он в один прыжок оказывается возле меня. И вот я лежу на спине, он надо мной. Одной рукой берёт мои руки и поднимает над моей головой, держит оба запястья. Вторую руку кладёт мне на низ живота. Поглаживает пальцами. Даже через ткань я ощущаю это прикосновение. Оно заставляет меня вздрогнуть. Мозг помнит эти касания, да и тело не забыло, как я того хотела. Пусть вокруг нас лишь тусклый свет ночных ламп, я всё равно отлично вижу его лицо, руки, широкую грудь, прядь светло-каштановых волос, что упала ему на лоб. Сжимаю губы. Не могу не признать, у меня слюни текут, когда я смотрю на него. Реакция как с голодухи на суп буйабес. О, нет!

– А кто стонал и извивался несколько дней назад под моими пальцами, кто просил ещё? М? – Говорит он почти шёпотом у моего уха. Чуть приподнимается. – Стоит мне опустить руку туда, и ты будешь просить не останавливаться. Держу пари, ты уже намокла, красавица.

У него чертовски красивая улыбка, нет дьявольски красивая! Но его слова это ещё одно унижение, ещё одно оскорбление в мой адрес. Я начинаю вырываться из его сильных рук. Но для него это лишь жалкое трепыхание мелкого жучка.

– Не трогай меня, – шепчу, но он прикладывает свой палец к моим губам и, бог мой, я ловлю себя на огромном желании притянуть его лицо к себе и поцеловать полные губы! Какая же я слабая идиотка. Агата, возьми себя в руки. Я вдруг обмякла, надеясь, что мой старый приём сработает. Я позволила ему опустить руку ещё ниже. Даже выгнулась немного ему навстречу. Он улыбнулся, думая, что победил. В момент, когда он немного ослабил свою хватку, дёрнулась и согнула колено, норовя ударить моего мучителя. Но он всё предусмотрел. Тут же перехватил мою ногу и сел на меня сверху.

– Мы поиграем так как ты захочешь, – смеётся он. – Но ударить себя снова, я не позволю.

Он внезапно встаёт с меня и с кровати.

– Видишь царапины?

Поворачивается спиной ко мне. Я приглядываюсь и вижу следы от собственных коготков. Некоторые довольно длинные. Ай да я! Ай молодец! Так тебе, получай.

– Твоя работа. И ты, как я уже сказал, будешь залечивать мои ранки.

– Черта с два! – Кидаю ему в лицо. Сажусь на кровати. Не дождётся он от меня никакой помощи.

Он идёт к двери, на пороге оборачивается и говорит:

– Выбирай, либо ты лечишь мои раны, либо остаёшься без ужина на сегодня.

Что? Он ещё и изверг!

– Пошёл ты!

– Я приду и ты узнаешь, как мне сопротивляться. Докажу, малышка, что…

Я хватаю подушку и кидаю в закрывающуюся дверь. Даже гадать не надо, конечно я не попала в него. Я бессильно откидываюсь на кровать. Что мне делать? Я точно не сдамся ему. Это не в моём характере. Только недавно я смогла дать отпор отцу, а значит и с этим верзилой справлюсь.

Нужно придумать, как сбежать из его шикарной каюты до того как он вернётся. Я не хочу здесь находиться! Я не хочу снова испытывать унижение! Убежать, убежать отсюда! И как же мне это сделать?

Глава 8

– Немедленно отыщите девчонку! – Громыхал мой похититель. Он был очень зол, когда, вернувшись через полчаса после ухода, не увидел меня ни на кровати, ни под кроватью, ни за столом. Да, кстати, в шкафу он тоже меня не нашёл, ведь я не там.

Я долго думала, как мне выбраться из его огромной каюты, обследовала каждую деталь, но ничего не получалось. Тут некуда было деться. Хоть она и большая, спрятаться тут всего-то пару мест. Дверь заперта на ключ, окна здесь нет. Я прошерстила каждый уголок. Почти отчаялась, но вдруг мне в голову пришла дельная мысль. Вдруг сработает. За дверью каюты я увидела небольшую нишу, где висела его одежда. Халаты, рубашки, шорты, футболки. Может ничего не получится, но я решительно шагнула в нишу и закрылась его одеждой. В нос мне ударил знакомый аромат. Мне немного стыдно, но я с удовольствием стояла и вдыхала его.

Конечно я вздрогнула, услышав шаги за дверью. Они были спокойные и тихие, даже осторожные, но мой острый слух всё равно их уловил. Он, что подкрадывался к двери, чтобы застать меня врасплох? Умора!

Когда дверь открылась, он зашёл в комнату и сразу двинулся к кровати, закрытой ширмой от посторонних глаз. Мелькнула загорелая спина. Глупец! И правда думал, что я сижу там и жду, когда он придёт, чтобы исполнить обещанное? Я чуть вслух не рассмеялась!

Осторожно выглянув из ниши и поняв, что он в мою сторону не смотрит, я выскользнула за приоткрытую дверь. Надо было ему закрыть её! Ха! Я быстро, но бесшумно (спасибо этим удобным белым туфлям и ковру на полу) пробежала по коридору и поднялась по лестнице. И опять-таки никого не встретила, что мне было только на руку. Уже наверху лестницы я услышала его львиный рёв. Это придало мне ускорения. Я понеслась наверх, на третий уровень яхты. Как хорошо, что яхта огромна! Здесь есть, где спрятаться. Я оказалась в таком же узком коридоре, что на втором уровне. Куда дальше? Ещё выше? В конце коридора я увидела очередную лестницу. Поднялась по ней и оказалась на открытом воздухе. Боже, как хорошо! Моя морская болезнь совершенно меня не беспокоила. Что ж и ей спасибо! Иначе не знаю, что бы я делала со своей тошнотой здесь. Я подошла к краю, облокотилась о поручни. Вдохнула вечерний воздух. Так странно! Собиралась гроза, но отступила. Небо было усеяно звёздами. Небо великолепно! Оно нависает над нами словно купол, бесконечный и непредсказуемый, оттого и прекрасный. Миллионы звёзд глядят сейчас на меня с невообразимой высоты. Я стою и думаю о том, что все наши проблемы и беды ничто по сравнению с небом.

Даже ситуация, в которой я оказалась, не кажется мне теперь такой безнадёжной. Не знаю, куда мы направляемся, куда этот ужасный человек держит путь, но как только я сойду на берег, какой бы он ни был, я сбегу! Как это будет, не знаю, всё зависит от обстоятельств, но! Я всё равно вырвусь из его гнусных лап!

Ясно одно, мы за границей, вот только где?

– Немедленно отыщите девчонку!

Я смотрю вниз. По палубе бегают люди в поисках меня. И он. Рвёт и мечет. Зачем я ему? Он даже имени моего не знает. И я тоже не знаю как его зовут. И кто он? Вот бы узнать у его сестры. Она проявила ко мне заботу. Она добрая девушка. И Анри. Вряд ли он или кто-то ещё, кроме Айны, знает, что их хозяин привёл на борт пленницу. Наверное думают, что я его любовница, с которой он поссорился и теперь она сбежала от него. Как же стыдно! Ведь я его любовницей не являюсь. И не буду. Это слишком унизительно. Что бы сказал сейчас отец, зная, что его дочь похищена и планам, которые он себе настроил не сбыться? Я не выйду замуж за того хлыща, которому он меня прочил. Сделка не состоялась. Ха! Так тебе, папочка. Надо же в моём похищении есть плюс. Но и минусов полно.

Я поссорилась с отцом и хлопнула дверью. Он не пошёл за мной. Наверное мой маленький бунт казался ему лишь пшыком. Он думал, что это ничего не значит, и он всё равно заставит меня поступить так, как хочет. Но теперь меня нет и он не знает, что делать. Держу пари он в панике. Прошло уже четыре дня. Он меня обыскался. Пусть ещё поищет. Когда сбегу от своего похитителя, то вернусь домой и снова прямо заявлю ему, что не подчинюсь его планам. Я точно не выйду замуж за того папиного сынка. Ни за что! Это моё слово. И точка.

Ну а пока. Пока буду действовать по обстоятельствам. Но я ни за что не вернусь в каюту капитана.

– Кэп, её нигде нет, – доносится до меня голос с французским акцентом. Это не Анри, а кто-то другой.

– Не за борт же она прыгнула! Не совсем дура! – Рычит кэп! Поищи ещё, глупец. А я посмеюсь над тобой, стоя здесь.

Проходит ещё около пятнадцати минут. Мои ноги начинают зябнуть, а живот громко урчать. Я не знаю, когда ела в последний раз. Я находилась в полу бессознательном состоянии три дня. Вряд ли кто-то пытался накормить меня. А если учитывать морскую болезнь… Только Айна заботилась обо мне. Её брат был настолько жесток, что связал мне руки и закрыл глаза. Зачем? Ведь знал, что я никуда не денусь. Его поступки не понятны мне. Неужто и правда глупая месть за удар по ноге?

– Тебя обыскались, – тихий голос позади меня отрывает от мыслей.

Я оборачиваюсь. Айна. Нашла меня первой.

– Должно быть тебе холодно.

Она подошла ко мне и накинула плед на плечи. Эта девушка очень заботливая. Если учесть, что она меня не знает.

– Спасибо.

– Почему ты здесь?

Пожимаю плечами. Разве не понятно? Я не хочу быть там.

– Я не хочу возвращаться туда, где твой брат. Он увёз меня против воли. Удерживает на этой яхте, везёт неизвестно куда.

– Хочешь вернуться домой, это понятно. Но сейчас этого сделать никак нельзя.

Я не глупая, понимаю это.

– Зачем он привёз меня сюда?

Быть может сестра даст ответ.

– Ты ему сильно понравилась, иначе он не пошёл бы на это.

Сильно понравилась? И значит надо было меня похищать? Совершать преступление? Это поступок варвара, а не человека из современного мира!

– Должно быть ты отказала ему.

Айна смотрит на меня с грустной улыбкой. Она попала в точку.

– Мой брат не привык к отказам. Он всегда получает то, что хочет. И, порой, на пути к желаемому бывает жесток, но ты не…

– Но я не вещь, чтобы так со мной обращаться. А он мне не хозяин.

Айна накрыла рукой мою ладонь.

– Он знает, что ты где-то прячешься. Скоро он успокоится. А пока мы можем пойти в мою каюту. Я принесу поесть.

Рычащий звук моего живота сам всё сказал за меня.

– Идём. Не бойся. Переночуешь в моей каюте. Утром решим как быть. Вы поговорите и придёте к обоюдному решению. Ты сильная девушка раз решилась сбежать от него. Обычно все его бояться. И все подчиняются.

Так странно она сказала эти слова. До этого Айна говорила, что брат её слушает, но так ли это на самом деле?

Мы спустились вниз, на первый ярус. Пару раз прятались от рыщущих на борту людей её брата. Но благополучно добрались до каюты Айны.

– Проходи. Я сейчас принесу тебе поесть, ты очень бледна, ведь не ела несколько дней.

Она повернулась, чтобы уйти, я остановила её, позвав:

– Айна, он будет недоволен, что ты мне помогаешь, – я бы очень не хотела, чтобы гнев её брата был направлен против неё.

Айна улыбнулась:

– Не беспокойся. Брат не тронет меня.

С этими словами она вышла и закрыла дверь.

Я огляделась. Каюта очень маленькая, но красиво обставлена. Одноместная кровать застелена красивым шелковым покрывалом тёмного синего цвета, на стенах переливающиеся шелковые платки самых разных цветов. На полу ковёр с причудливыми узорами. У окна маленький низкий стеклянный столик, на котором я вижу фарфоровый чайник, а рядом две стеклянные чашки. В углу тумба, где Айна наверняка хранит одежду. Заходя, сразу чувствуется, что это комната женщины. В воздухе витает аромат трав, цветов и благовоний. Я подхожу к тумбе и рассматриваю разные баночки и тюбики, что стоят тут. Фигурка тигра, на которой висит браслет, рядом ещё несколько фигурок разных животных. Они так красиво выполнены, что дух захватывает. Над тумбой замечаю картину интимного содержания. На ней женщина и мужчина слились воедино. Выглядит это красиво, если честно, несмотря на эротичность и не совсем пристойность изображённого. Я ещё некоторое время хожу по комнате, рассматриваю сверкающие золотыми нитями в свете ночной лампы платки. Вот бы мне приобрести хоть один такой. Думаю, они стоят немалых денег.

Вдоволь насладившись обстановкой, я сажусь на пол, скрестив ноги. Прикрываю глаза.

До меня доносится крик из коридора. Вздрагиваю, открыв глаза. Там за дверью о чём -то спорят двое людей на незнакомом мне языке. По тембру я узнаю ЕГО голос, а второй голос Айны. Я не понимаю слов, но точно знаю, что они спорят из-за меня.

– Тессна видел вас двоих, так что не надо мне лгать, она у тебя. Он видел как вы обе заходили в твою каюту, – кричит грозным голосом брат Айны теперь на русском.

– Твой Тессна везде суёт свой длинный нос, – отвечает намного тише сестра.

– Он выполняет мой приказ! Как и все на этом судне! Ты в том числе обязана это делать.

– Я не обязана тебе подчиняться и ты это знаешь, – вкрадчиво и совершенно спокойно говорит Айна.

– Она должна быть в моей постели, а не у тебя рассиживать, сестра. Именно для моего удовлетворения она здесь, а не чтобы стать тебе подружкой, ясно это?!

Что?! Что он там сказал? Я здесь для его удовлетворения? С ума что ли сошёл?!

Я вскакиваю с пола, в сердцах хватаю со стола чайник, понимая, что он отнюдь не пустой. Тем лучше. Он что же меня за шлюху принимает? Или я его наложница? Обалдеть можно! Я покажу тебе как меня унижать!

Я стремительно несусь к двери и резко её распахиваю.

Айна стоит в двух шагах от двери, загораживая её собой. Чуть дальше стоит эта сволочь, в шелковом расшитом халате и шортах, которая меня проституткой назвала. Как же я…

– Ты в своём уме?! – Кричу на него, замахиваясь чайником. – Я тебе покажу как считать меня падшей женщиной. Настучу тебе по тупой башке, чтобы ты вбил в неё, я приличная девушка, а не путана какая-то, чтобы быть твоей игрушкой.

Он стоит словно в ступоре. А во мне клокочет ярость. Держу пари, лицо моё раскраснелось от злости. Пользуясь его замешательством, обхожу Айну, встаю на цыпочки и сняв крышку выливаю всё содержимое чайника на голову самодовольному индюку, который вздумал меня оскорбить перед чужим для меня человеком. Только сейчас понимаю, что за спиной чудовища стоит ещё один человек. Маленький, но пухлый, длинноносый человечек. Это, судя по всему, и есть тот самый Тессна, который сдал меня своему хозяину.

Я перевожу взгляд на самодовольного индюка. По его волосам и лицу стекает жидкость вперемешку с какими-то травами.

Мгновение все стоим молча. Он и его слуга в недоумении, я прищурившись и злясь ещё сильнее. А позади себя слышу испуганный шёпот Айны на иностранном языке. Кажется это тайский. Хотя, может, я ошибаюсь.

– Ты! – Тихо, злостно говорит ОН, убирая ошмётки травы с лица. – Как ты посмела?!

В ту же минуту я вижу как он замахивается на меня своей огромной ручищей. Мои глаза расширяются от удивления, а чайник выпадает из рук. Он хочет ударить меня?!

– Нет, остановись, – Айна встаёт между нами. Взгляд у него звериный, но не ударит же он собственную сестру?!

– Отойди, сестра, – сквозь зубы говорит индюк, хотя сейчас он больше похож на хищника, который вот вот проглотит свою добычу. И эта добыча – я.

– Вам обоим нужно успокоиться, брат, – Айна заметно нервничает. Руки её дрожат. Она, конечно, знает, каков её брат в гневе.

– Ещё ни одна женщина не смела так меня унижать, да ещё и при слуге!

Вряд ли слуга понимает речь своего хозяина. Он просто стоит и испугано смотрит на всех нас, что -то шепча на своём языке. Хлопает глазёнками, будто ему соринка в оба сразу попала.

– И это даром для неё не пойдёт. Айна, отойди, – вкрадчиво, но весомо говорит этот человек и Айна нехотя отходит.

– Брат, она…

– Иди-ка сюда, чертовка, – он протягивает руку и хватает меня за запястье так, что мне становится больно. Я хочу вырваться. Он сжимает мою руку сильнее.

– Отпус… – хочу воспротивиться я, но…

– Лео, не надо! – В отчаянии взмолилась Айна. – Она слишком хрупкая, ты ранишь её!

– Не трог….

– Молчи, чертовка, пока я всю дурь из тебя не выбил, – его взгляд сказал больше слов. Я сжимаюсь под этим взглядом, страх наполняет мою душу, но черта с два я покажу ему, что боюсь. Пусть мой страх останется при мне. Хочется исчезнуть, раствориться, чтобы не быть у него на пути. Поднимаю голову, смело смотря в его серые глаза, в которых замечаю яркие искорки гнева.

– Оставь её со мной, прошу! – Уговаривает брата Айна.

– Нет! – Сказал, как отрезал. – Гордая, да? – Стреляет в меня угрожающим взглядом.

– Она будет ночевать в самом низу, в темноте и без еды! Это моё последнее слово. Если кто-то меня ослушается, я сброшу его за борт.

Он отпускает моё запястье. Я отступаю на шаг назад.

– Тессна, отведи её в кладовую и запри там до утра, – говорит хозяин слуге. Потом снова поворачивается ко мне. – Скоро ты узнаешь, как мне перечить, маленькая девочка.

Он разворачивается и уходит прочь. Маленький человечек по имени Тессна что-то говорит мне на его языке.

– Я поговорю с ним, – трогает меня за локоть Айна. Сочувственно смотрит на меня. Я же ещё не совсем отошла от шока, вызванного собственным поступком. – Я постараюсь…

Пухлый Тессна торопит меня. Я отдаю пустой чайник Айне.

– Прости за это.

Обречённо опускаю голову и бреду вслед на семенящим передо мной слугой. Я не знаю, что меня ждёт дальше. Слёзы душат меня. Как же я ошибалась, думая, что в моём теперешнем положении есть хоть один маленький плюсик.

Глава 9

Кладовая оказалась отнюдь не такой, какой я её себе представляла. Лео (так назвала моего похитителя Айна) сказал о ней как о самом жутком месте на яхте. Но здесь довольно сносно. Тессна отвёл меня сюда и запер дверь.

Здесь тепло, но немного сыро. Лунный свет проникает сквозь иллюминатор. В кладовой хранятся какие-то рыболовные снасти, резиновая лодка без чехла, куча крючков и разных инструментов. На потолке подвешен гамак, значит спать мне предстоит не на полу. Лучше спать в гамаке под низким потолком в тесной сырой кладовке, сохранив достоинство и честь, чем в шикарной кровати с ненавистным мне человеком, и навсегда потерять их.

Я залезла в гамак и закрыла глаза. Сон, конечно, не шёл, ведь до ужаса хотелось есть. Желудок болел от голода. Я стала размышлять о том, что произошло со мной.

Всю жизнь я жила под контролем отца. Матери на меня было плевать, она не особенно любила меня. Она любила моего младшего брата, своего единственного сына, к нему проявляла интерес и заботу, его холила и лелеяла, ему читала сказки, его брала на прогулки. А со мной возилась няня.

Когда брат вырос, то стало понятно: ему нужна свобода. Он хотел освободиться от опеки матери. Руслан уехал. Потом вернулся. Уехал снова. И так длится до сих пор. Он разбил сердце матери, сказав ей, что она достала его своей любовью. Может, из- за его отъездов она и запила. Стала вести весёлый, но пустой образ жизни. Даже тогда она не стала относиться ко мне лучше. Я не могла заменить ей обожаемого сына.

А я больше не смогла жить с ней, да и с отцом тоже, под одной крышей. Мои отец и мать жили как соседи уже много лет. Они друг другу не мешали, почти не общались и не виделись. Как раз в то время произошло событие, которое сильно поменяло моё отношение к отцу. Я поняла, что он жесток.

Я впервые решилась сделать что-то самостоятельно. С детства я очень сильно увлекалась рисованием. Получалось у меня хорошо, и я даже брала уроки у художницы. По совместительству она была ещё любовницей отца, но я тогда была слишком мала, чтобы это понять. Елена прекрасно рисовала и умело учила меня. Мне нравились её уроки, с нетерпением ждала их. Лучше всего у меня получались портреты. Ещё обожаю рисовать природу и людей среди неё.

Я открыла художественную мастерскую в Екатеринбурге. Отец ворчал, что я занимаюсь ерундой, но сильно не препятствовал мне. Даже хотел дать денег на покупку помещения. Но я отказалась. Не хотела ничего брать у него. Я устроилась в небольшое издательство и создавала обложки и иллюстрации для книг. Мне хорошо платили, ведь работу я делала добросовестно, качественно. Через полгода работы, я смогла снять небольшое помещение под мастерскую. К тому времени я познакомилась с несколькими людьми, такими же фанатами художественного искусства как и я. Мы вместе работали в мастерской, создавали картины. Через год открыли выставку.

Сейчас наша мастерская работает день ото дня. Людей в ней стало больше, а выставки регулярными. Я не нуждаюсь в деньгах настолько, чтобы брать их у отца.

Но отец никогда моё увлечение не считал чем-то серьёзным. Ведь он хотел выдать меня замуж, заключив сделку. Я знала это. И вот теперь я здесь. Моё тайное желание не выходить замуж за незнакомца сбылось. Но что со мной будет дальше, в руках этого зверя? Неизвестно что лучше: быть замужем за незнакомцем, но хотя бы жить в родных краях или быть увезённой опять-таки незнакомцем в неизвестном направлении. Выбор, мягко говоря, небольшой. Но выбора у меня не было и вовсе. Никто не спросил, чего хочу я.

– Агата, – шёпот из-под двери прервал мои невесёлые мысли.

– Айна? – Так же шёпотом отозвалась я.

– Слава богу, ты здесь.

Послышался какой-то шорох, возня. Повернулся ключ в замочной скважине. И вот дверь отворилась. Айна быстро зашла и снова прикрыла дверь за собой. Девушка выглядела очень взволнованной.

– Вот, я принесла тебе еды. Хорошо, что Тессна привёл тебя сюда, а не во вторую кладовую.

Она вынула откуда-то из одежды и положила мне на колени небольшой свёрток.

– Это не буйабес, конечно, но придаст тебе сил. Ты ведь совсем ослабла. Не ожидала от брата такого. Он опешил, когда ты вылила мой чай ему на голову.

Она улыбнулась. Её мой поступок испугал, как и меня, но теперь это казалось комичным.

Я развернула материю и принялась улетать всё, что там было: кусок сыра, часть копчёного окорока, белый хлеб, варёные яйца. Тут хватит, чтобы мне дня три спокойно сидеть в этой кладовке и не рыпаться.

– Да, так ему и надо, – прожевав кусок мяса, отозвалась я. – Он считает меня шлюхой, я не позволю себя так оскорблять. Ты видела его лицо?!

Мы смеёмся вместе над глупой рожей Лео.

– Я не понимаю, как он сдержался, – говорит Айна, вытирая слёзы из глаз, когда наши смешинки немного успокоились. – Обычно он не терпит таких оскорблений.

– Тебе спасибо! Ну и вкусный же этот окорок!

– Анри замечательный повар. Уже три года работает то на яхте, то в доме. Но чаще он здесь.

– В доме?

– Тшшш…

Айна приложила палец к губам. Обе замолкаем, прислушиваясь. Вдалеке слышатся чьи-то шаги. Но это удаляющиеся, а не приближающиеся шаги. Вскоре всё стихает.

Я сворачиваю остатки еды обратно в ткань, убираю себе за спину.

– Вот, – Айна подаёт мне какую-то бутылку.

– Что это?

– Пей, это очень вкусное вино, – улыбается она мне. – Только не переусердствуй, крепкое.

Пара глотков вина мне не помешает сейчас уснуть. Иначе мои мысли не дадут мне покоя.

– А теперь я пойду, – снова шепчет Айна. – Если меня увидят, не поздоровится нам обоим.

Я беру её за руки.

– Спасибо тебе, Айна, ты так добра ко мне. Я не ожидала от незнакомого человека.

Она сжимает мои руки в ответ.

– Ты не виновата, что оказалась здесь. Если я могу сделать хоть что-то, чтобы облегчить тебе жизнь, то я это сделаю.

Я обнимаю девушку, а после она уходит. Я снова наедине сама с собой. И с бутылкой вина. Зубами открываю пробку. Делаю несколько глотков. Вкусное вино. Тело расслабляется. Делаю ещё и ещё глотки. Замечательное вино. Жаль нет этикетки. Из основной бутылки Айна отлила вино в другую, фигурную красивую бутылку. Поднимаю её к иллюминатору. Причудливо отлитое стекло переливается в свете луны. Улыбаюсь. Делаю ещё несколько глотков. Ой, кажется моя голова начала кружиться, а тело повело в сторону. Почему-то двоится в глазах. Не понимаю, что со мной. Я так быстро опьянела? Смотрю на бутылку. Ого! Я почти всю уже выпила. Но оно такое приятное.

Сижу, раскачиваясь из стороны в сторону. Я будто в трансе. Вино сильно подействовало на меня. Я разжимаю пальцы и пустая бутылка выпадает из руки. Она катится по полу с характерным звуком. Падаю в гамак. Улыбаюсь. В голову приходят странные мысли. Я закрываю глаза и представляю как подходит он. Мягкие и бесшумные его шаги приближаются ко мне. Я знаю, что сплю, поэтому могу расслабиться и отдаться фантазиям своего разума. Пьяного, затуманенного разума.

Он рядом со мной. Стоит и смотрит в моё лицо, освещаемое луной. Наклоняется чуть ближе, я чувствую его дурманящий аромат, который действует на меня как афродизиак, не иначе.

– Ты станешь моей, тебе никуда не деться, – шепчет он, проводя пальцем по моим губам. Ловлю себя на желании поцеловать его пальцы. Поднимаю руку и глажу его по щетинистой щеке.

– Я буду твоей, – шепчу я, зная, что это всего лишь сон. Во сне можно делать, что вздумается, поэтому я могу подчиниться ему. Но лишь во сне.

Он перехватывает мою ладонь и целует пальцы, медленно посасывая каждый из них, создавая в моём теле желание.

– Скажи, что хочешь меня, – шёпотом говорит он. Рука Лео скользит по моему телу, чуть поглаживает живот. Я издаю стон. Между ног становится жарко и мокро.

– Пожалуйста, – прошу я продолжения его ласк, чувствуя, что он остановился.

– Сначала скажи, что хочешь моих ласк, – упрямо, издеваясь, говорит он снова.

– Я хочу, хочу, – наверное я умерла бы со стыда, будь это наяву, но во сне мне плевать. Я готова сказать, что угодно, чтобы снова почувствовать его пальцы внутри себя.

– Хорошая девочка, – довольно отзывается он и медленно ведёт пальцами всё ниже, наклоняется и задирает шёлковую тунику до груди. Нежно проводит языком вокруг пупка, а рука скользит под резинку шаровар, а затем и трусиков. Я в нетерпении выгибаюсь навстречу его руке, когда ощущаю горячие пальцы внутри. С губ срывается стон.

– Прекрасные звуки, – шепчет мне Лео, двигая пальцами быстрее. Я открываю глаза. Он наблюдает за моей агонией.

– Ещё, прошу, не останавливайся.

– Не буду, малышка.

Он добавляет ещё один палец, я поднимаю бедра вверх, стону громче. Боже, я в жизни не чувствовала такое блаженство в руках мужчины. И ведь это он только ласкает меня пальцами. И это лишь во сне! Что же было бы наяву?

– Ты моя, скажи это.

– Я твоя.

– Ты принадлежишь мне, Агата.

– Только тебе.

Меня накрывает удовольствие, я издаю очередной стон, а губы Лео накрывают мои и нежно целуют. Язык не проникает внутрь моего рта, но снова и снова касается губ, чуть щекоча их. Я обвиваю руками его шею и трусь о его короткую щетину.

– А теперь спи, малышка, – шепчет он мне на ухо. – Засыпай.

– Но я уже сплю, – шепчу в ответ.

Я секунду гляжу в его красивое смуглое лицо, но слушаюсь его и закрываю глаза, улыбаясь.

– Останься со мной, – прошу я. Как же хорошо, что это сон! И как хорош этот сон. Я обнимаю Лео, запускаю пальцы в его волосы и улыбаюсь.

– Ты моя.

Глава 10

Мягкий шелест волн, доносящийся издали, заставляет меня проснуться. Как же хорошо я спала сегодня! И мне снился чудный сон. Я стою у кромки воды, волны ласкают мне ступни, лёгкий бриз теребит волосы, а солнце обнимает своим теплом. Я где-то далеко от дома и… отца. Владимир Валерьевич не сможет найти дочь, чтобы выдать замуж за неизвестного ей человека. Улыбаюсь. Но! Тут же вспоминаю, где нахожусь на самом деле, и улыбка гаснет мгновенно.

Чёрт! Меня же похитил какой-то варвар и везёт в неизвестную сторону! Он был настолько жесток, что приказал бросить меня в сырую кладовку лишь из-за маленькой и невинной шалости. Он сам виноват, что я вылила содержимое чайника ему на голову. Он ещё и без еды хотел меня оставить. Это после нескольких -то дней голодания! Спасибо Айне, что не оставила в беде.

Открываю глаза. Я ведь лежу в старом гамаке. Хорошо, что не на полу! Ой, что же это?! Мягкая кровать, стены совсем не напоминают стены кладовой и нет никаких снастей, лишь тахта, письменный стол, красивый ковёр на полу. Я точно не в кладовой. Я в той каюте, в которой очнулась вчера. Но! Кто меня сюда принёс?

Секунда и вспоминаю свой вчерашний сон о моём похитителе. Лео? Так его имя. Он пришёл в кладовую и… ласкал меня. Мне было так хорошо в его объятиях. Дура! Как же стыдно. Хотя это был лишь сон. Стоп!

Вскакиваю с постели. А сон ли это был? И не он ли меня сюда принёс?! Я чувствую как краска приливает к лицу. Это был не сон! Нет. Всё ЭТО было на самом деле, а я, после выпитого вина, подумала, что мне приснилось. О, Боже! Я говорила ему не останавливаться, просила ещё ласкать меня. Идиотка! Как должно быть он был доволен, что одержал победу.

Осматриваю себя. Я в той же одежде, что была, вот только под одеждой тело помнит жаркие прикосновения. Выброси всё это из головы, Агата. Я ж не смогу ему в глаза смотреть после этого, а он ещё и насмехаться вздумает. Я уверена в этом. Выбраться бы отсюда, чтобы не видеть его смеющихся серых глаз. Спрятаться где-нибудь, и не показываться, исчезнуть. Я не девственница, но мне невыносимо думать, что он трогал меня в самом интимном месте моего тела. Опять! Незнакомый мне человек. Со мной в жизни такого не было. Больше такого не повторится! Не позволю ему трогать себя впредь!

Подбегаю к двери. Заперта! Что и следовало ожидать.

Нужно успокоиться. Хорошо, что я чувствую себя сегодня нормально. Нет похмелья, несмотря на выпитое вино, и морская болезнь не вернулась. Странно, но мне это на руку.

Смотрю на окно. Может я смогу убежать и залечь где-нибудь в самом дальнем уголке этой большой яхты? Сказано сделано. Открываю окно, смотрю наружу. Ого! Как высоко! И бескрайнее синее море. Дура ли я? Но хочу рискнуть. Я решаюсь и перекидываю ногу через окно. Встаю на «парапет».

Голова немного кружится, но держусь я крепко. Шаг, другой, ещё один. Я почти у цели. Совсем немного и я ступлю на палубу. Не знаю зачем, но я поворачиваю голову и смотрю вниз. Никогда не стоит смотреть вниз, если ты находишься на большой высоте. К горлу подступает тошнота. Чёрт! Моя нога соскальзывает, и я с криком «помогите»… вешу прямо над синей бездной. Ненавижу море, ненавижу яхты! Ненавижу этого человека, из -за которого я сейчас здесь!

– Помогите!

Так, успокойся, Агата. Нужно немного подтянуться на руках и тогда я смогу перемахнуть на палубу.

Изо всех сил стараюсь сгруппировать своё тело, подтягиваюсь вперёд и….

– Ты совсем ненормальная, девчонка! – Жёсткий голос сверху. Вижу босые ноги и синие шаровары. В ту же секунду меня берут за руку и тянут на себя. Словно ребёнка вытаскивают из маленьких неприятностей. Да разве это маленькая неприятность? Висеть как идиотка над… Впечатываюсь прямо в широкую загорелую грудь. Чувствую сильные руки на своей талии. Держат меня крепко. Теряю равновесие и мы вместе падаем на палубу. Две звезды упали с неба. Что за дурацкое сравнение! Я оказываюсь сверху на мужчине. Поднимаю взгляд. Лео смотрит на меня насмешливо. Я стону от отчаяния. Его руки крепко обнимают меня, не желая отпустить. Я прихожу в себя пару минут.

Он спас мне жизнь. Если бы он не оказался рядом в нужную секунду, я свалилась бы за борт и поминай как знаешь. Я умею плавать, но яхта движется быстро и меня бы просто обдало волной. И никто бы не заметил, как я барахтаюсь в воде, пытаясь спасти свою жизнь.

– Ты любишь быть сверху, малышка? Разрешаю быть командующей, но лишь в постели.

Благодарность за спасённую жизнь тут же улетучивается. Особенно, когда я смотрю в сторону и вижу как на нас уставилось человек шесть. Начинаю брыкаться и вырываться из его лап.

– Пусти меня, изверг! Сейчас же!

Он лишь ржёт надо мной. Ухахатывается до слёз! Его руки сжимают меня, тесня к себе всё сильнее. Не знаю, как мне это удаётся, но я сгибаю ногу в колене и с силой бью в самое больное место для мужчин. Жаль, что попадаю только в пах! Грозный рёв раздаётся на всю палубу, а мне удаётся высвободиться из крепких рук. Я знаю, мне не избежать его гнева. Но! Я встаю и со всех ног мчусь вон с палубы.

– Стой! Ты за это ответишь, коза! – Кричит мне вдогонку Лео, но я слишком напугана своими же действиями, чтобы остановиться.

– Нечего ржать надо мной, осёл, – шепчу себе под нос.

Может и правда броситься за борт? Это сейчас лучше, чем встретиться с ним лицом к лицу. Я перегнула палку? Представляю как ему больно сейчас.

Ох! Я падаю прямо в руки Айны.

– Агата!

– Спаси меня от него.

– Что ты сделала?

– Пнула его в пах.

– Айна, отойди!

Ничего себе, как быстро он прибежал, учитывая, что ему сейчас вообще не до бега! Значит не так больно, как я думала. Притворщик хренов!

Айна, видя разъярённое лицо Лео, чуть толкает меня назад, прячет за свою хрупкую спину, а я готова сжаться в комок. Лишь бы снова не оказаться в кладовке. Или в его каюте. Ой, из двух зол, кладовка – рай!

– Лео, успокойся, – Айна пытается сгладить ситуацию, но она даже не знает, что толком произошло.

– Успокоиться?! – Орёт мой похититель, делая пару шагов в нашу сторону. – Я не собираюсь успокаиваться. А ты, сестра, не стой у меня на пути.

Он ловко обходит Айну и хватает меня за руку.

– Лео! – Ахает его сестра, заламывая руки, со страхом смотрит на меня. – Только не….

– Да не убью я её! Но наказания она не избежит.

– Пусти, – рвусь из его лап изо всех сил. Да какой там! Я как маленький жучок в его огромных цепких ручищах. Хрен мне выбраться. – Ты просто паук!

– О да, я паук и ты попалась в мои сети, – злорадно говорит он, тащит меня куда-то по коридору.

Ещё несколько секунд, и я понимаю, что он ведёт меня в свою большую роскошную каюту, которая для меня хуже тёмной, сырой кладовки.

Я упираюсь ногами, пытаюсь тормозить, а он вдруг хватает меня и перекидывает через плечо. Что опять?!

Боже, спаси меня от гнева этого ужасного человека. Блин, который всё же спас мне жизнь!

Глава 11

– Прекрати брыкаться, успокойся, а то по голому заду отшлёпаю!

Угрожает он? Не хватало мне очередного унижения от этого неотёсанного варвара.

– А ты пусти меня!

Нет, моя гордость не выдержит позорных шлепков по ягодицам.

– Ну всё! Ты меня достала, маленькая фурия, ай!

Это я его за шевелюру дёрнула! Хорошенько так.

Он кидает меня на свою большую шикарную кровать и идёт куда-то за ширму. Я, недолго думая, вскакиваю и обхожу ширму с другой стороны.

– Что?

Ой, ой, не споткнуться бы о его великолепный ковёр.

Он рычит, видя, что уже бегу назад к двери.

– Ну что за девка! Наказание на мою голову!

Вот только не жалуйся! Он хватает меня за талию одной рукой, в другой мельком вижу широкий ремень. Он всерьёз решил меня избить?

Ору, что есть силы. Бьюсь, словно загнанная лань, но всё без толку.

– Ори сколько вздумается. Никто тебе не поможет, – злорадно ухмыляясь, говорит Лео.

Я снова на кровати. Он кладёт меня поперёк на свои колени лицом вниз.

– Я выбью из тебя всю дурь, крошка.

Слышу шлепок в воздухе. Он сделает это. Я пропала. Я опять проиграла.

– Не надо, пожалуйста, – молю я.

Он останавливается.

– Что ты сказала?

Не верит мне.

– Я не буду брыкаться и орать, только не нужно унижать меня и бить, – покорно говорю я, пытаясь вызвать в нём голос разума. Или голос совести!

Молчание.

– Обещаешь, маленькая девочка, что будешь спокойно себя вести?

Я лишь киваю, чувствуя, как моя гордость опускается ещё ниже. Злюсь. Я ему за это обязательно отомщу.

– Обещаешь, что не будешь орать как ненормальная и пытаться сбежать?

Снова кивок.

– Обещаешь отдать мне своё прекрасное тело и душу?

Он что издевается? Должны же быть пределы?

– Ты в своём уме, как там тебя, Лео?!

Его смех наполняет комнату. Блин, у него такой красивый мелодичный смех! Если бы он смеялся не надо мной, то я бы вместе с ним посмеялась. Хм. Как там говорят? Ничего страшного, если над тобой смеются. Гораздо хуже, когда над тобой плачут. Эээ, нет! Он хотел унизить меня, за это он точно поплатится! Дайте мне только время.

– Ладно, уговорила, – снисходительным тоном говорит он. Сейчас он меня отпустит, наконец-то! Выдыхаю облегчённо.

Но он не убирает с меня свои руки, он переворачивает меня на спину, словно я просто пёрышко в его пальцах. Я снова в его стальных объятиях. Смотрю на него. До чего же этот мужчина красив! Дыхание даже замирает. Эх, если бы он не пытался смирить мою гордость и не делал из меня рабыню…

– Ты понимаешь, какая ты красивая? – спрашивает он, глядя мне в глаза. – Лежи спокойно. Дай я посмотрю на тебя.

Его голос так ласков, а пальцы нежно касаются моего лица. Его красивые серые глаза излучают какой-то таинственный, завораживающий свет. О чём он думает сейчас? Неужели обо мне?

– Ты по-настоящему прекрасна, маленькая девочка. Ты сразила меня наповал тем вечером, когда сама чуть не упала на асфальт.

Это было очень глупо. Зачем напоминать мне об этом?

Он проводит большим пальцем по моим губам, и я теперь точно уверена: то, что было вчера ночью – не сон. Именно так он касался меня, нежно, чувственно, а я хотела поцеловать его пальцы. С этим осознанием вновь приходит стыд. Я краснею, и он видит это.

– Ты всё помнишь, малышка, – говорит он. Чувствую как его рука спускается ниже. Это настоящий соблазн. Перед моими глазами вчерашняя картина. Я как сучка стонала в его объятиях, я хотела ещё и ещё его ласк. Ненормальная. Он же просто хочет тебя использовать, а потом ты станешь ему не нужна. Он полакомится тобой вдоволь и… И что дальше? Что?

– Пусти меня, – говорю сквозь зубы.

Он удивлённо изогнул бровь. Если бы у меня был большой сексуальный опыт, я бы сочла это похищение как очередной отпуск, приключение, а его пламенные речи подстегнули бы ему ответить. Но! Моя личная жизнь довольна скучна и скудна. И мой опыт ограничивается лишь одним мужчиной. Тем, кого уже нет. Поэтому мне не льстит, а возмущает желание этого человека обладать моим телом, несмотря даже на то, что оно (моё тело) жаждет его жгучих прикосновений. Я слишком горда, чтобы признать, что меня тянет к этому мужчине с первых же минут встречи. А его насмешки унижают меня.

– Я прошу тебя отпустить меня, – повторяю я. Хочу отвернуться от него, но Лео берёт меня за подбородок и поворачивает моё лицо к себе.

– Я ласкал тебя и тебе это нравилось. Нет смысла отрицать. Более того, я знаю, что ты хочешь ещё моих прикосновений.

– Не хочу. Никогда этого не захочу! – Кричу я бессильно. Вырываюсь из его рук. Встаю перед ним и упираю руки в бока. – Ты ошибаешься! Я думала, что это лишь сон. Иначе и быть не могло. Я тебя не хочу и не хочу твоих ласк, заруби себе это на носу.

– Бла, бла, бла… – дразнит он меня. – А когда я взял и понёс тебя из кладовки, ты пылко прижималась ко мне…

– Перестань!

– Обвила мою шею своими прелестными ручками и положила голову мне на плечо…

– Замолчи! Я не хочу слышать.

Закрываю уши руками. Бред. Это просто его бред. Но как же меня к нему тянет. Ненавижу! Хочется кричать ему об этом в лицо.

– Если бы не сестра, ты бы проснулась в моих объятиях. Хочешь меня не меньше, чем я тебя желаю. И ты станешь моей. Я тебе это обещаю, маленькая девочка.

– Я никогда не буду твоей, я лучше спрыгну за борт!

– Ты будешь стонать подо мной и извиваться от страсти, просить любить тебя снова и снова, – издевается он, словно не слыша мои слова.

– Ненавижу! – Шиплю на него.

Разворачиваюсь и стремительно иду к двери. Хрен ты меня остановишь. Открываю дверь и выхожу из его дьявольской обители.

– Надень хотя бы спасательный круг, как там тебя, Агата?

Его бархатистый смех звучит мне в спину. Я пинаю все стены, что у меня на пути. Поднимаюсь по лестнице. Выхожу на палубу и понимаю: он прекрасно знал, что я не брошусь за борт. Это уже не имеет смысла. Яхта причалила к берегу.

– Добро пожаловать на остров Чанг, котёночек. Один из самых больших островов Таиланда, – слышу я за спиной ненавистный голос.

Глава 12

– Таиланд? Привёз меня в Таиланд? – Делаю несколько шагов в сторону от Лео. Мне очень неуютно стоять рядом с ним после того, что случилось в его каюте. Стыд и унижение, которым он меня подверг, не дают мне покоя. Чёрт, но Таиланд! Точно говорили на тайском, значит.

– Именно. Бывшее королевство Сиам.

– Почему именно сюда? Зачем? Неужели нет других мест? Да и в чём вообще смысл моего похищения?

Я развожу руками, глядя на него, задрав голову. Он закатывает глаза. Чего?!

– Сколько вопросов, женщина! – Восклицает он, смеясь. – Но пока отвечу только на один. Хотя и на другие вопросы, уверен, ты знаешь ответ. В особенности на последний.

Его глаза блеснули опасным огоньком, а мне вдруг становится не по себе. Моё тело реагирует не только на его прикосновения, но и на слова.

– А привёз я тебя именно сюда, потому что живу здесь, – бесцеремонно перебивает мои мысли Лео. – Здесь мой дом, солнышко.

Ого! Живёт в Таиланде? Не подумала бы. Я внимательно смотрю на него, потом поворачиваюсь к нему спиной. Мимо меня уже снуют мужчины, везя за собой чемоданы, сумки и ещё какой-то багаж. Так много всего! Что, интересно, это такое? Неужели он такой модник, что кучу вещей натащил сюда? Или Лео барахольщик? Почему-то смешно становится от этой мысли. Улыбаюсь пока он не видит.

Обвожу представшую мне панораму восхищённым взглядом. Я никогда не была в Таиланде. Передо мной открывается просто очаровательный, восхитительный вид на остров, сплошь покрытый деревьями с сочной густой листвой, зелёными горами и белыми скалами. Зелёная полоса резко сменяется светлой небесной голубизной сверху и пронзительно яркой и прозрачной морской полосой снизу. Остров будто заключён в объятиях двух стихий – воздуха и воды. Я словно в рай попала. Представляю, если он так красив издалека, то вблизи, наверное, ещё краше.

Подбородка касаются тёплые пальцы и закрывают мой, открывшийся в удивлении, рот. Дёргаюсь как от удара.

– Тише, тише, котёнок.

Я стреляю в него пронзительным взглядом.

– О, не убивай меня, прекрасная маркиза, своим взглядом, – кривляется он. Не обращая на это внимание, я произношу:

– Так красиво! – Хоть я и зла, но не могу сдержать восхищения. И почему я раньше не ездила в Таиланд? Видела его только на картинках. Но! Картинки несравнимы с оригиналом.

– Чанг классный остров. Экологически чистый, находится под охраной государства. Но уточню, мы причалили не к нему, а к одному островку из многих других, что окружают большой Слоновий остров. Здесь до Чанга подать рукой. Можно доехать на катере.

Он указывает рукой вправо от меня. Я гляжу в том направлении. И правда остров, что находится недалеко от нас, намного больше того, у которого мы причалили.

– Слоновий? – Переспрашиваю, делая шаг вперёд, вглядываясь в красивый соседний остров.

– Да. Чанг с тайского переводится как «слон». Вот и называют его Слоновий остров. А я живу на этом небольшом островке. Тебе понравится здесь.

– Начнём с того, что…

– Знаю, знаю, – перебивает он и отдаёт какие-то команды нескольким людям на тайском языке.

Я топаю ногой! Как смеет он перебивать меня?! Уму непостижимо. Я хотела сказать, что меня вообще здесь быть не должно, ведь меня привезли сюда силой. Я пленница и это не сможет мне понравиться никогда.

– Не злись, котёночек. Я покажу тебе мои владения, и ты поймёшь, что рада находиться здесь, – с невинной улыбкой на загорелом лице говорит мой похититель, снова поворачивая голову в мою сторону.

Я хочу возмутиться, сказать, что никогда не будет такого, но осекаюсь на полуслове.

– Твои владения? – Переспрашиваю я. – Этот остров твой?

Он щёлкает языком и берёт меня под руку.

– Так точно, маленькая девочка. Это мой остров.

Он обводит рукой пространство перед нами.

– Если хочешь это будет твой личный рай, – он очаровательно улыбается, не давая мне даже брыкнуться в его руках. Меня посещает мысль, что этот островок станет для меня не раем, а настоящим адом. И рядом со мной идёт отнюдь не ангел. Скорее красивый до потери сознания демон. Эх, меня засасывает в водоворот, из которого я вряд ли выберусь.

***

Наконец, я перестаю дёргаться в руках моего похитителя и стараюсь не обращать никакого внимания на него, пока мы сходим с яхты и идём по широкой тропинке вглубь леса. Я смотрю по сторонам, продолжая восхищаться здешними видами. Джунгли. Вот это да! Представляю сколько опасностей в этих плохо проходимых лесах. Так и гляди кто-нибудь выскочит из кустов.

– Эта часть острова огорожена забором и животные сюда не могут проникнуть, – словно читая мои мысли, говорит Лео. – Разве что насекомые, но от них никуда не скроешься. Правда на вилле их нет.

Это радует. Не хочется быть искусанной неизвестными козявками. Мы идём, всё дальше углубляясь в лес, а Лео рассказывает мне о местных достопримечательностях. Это всё, конечно, очень интересно, но мои мысли вдруг резко меняют направление.

Меня нет дома почти неделю. Из всех моих знакомых и родственников искренне за меня могут переживать лишь пара тройка человек. В их числе Элина. Она точно будет в панике. Пойдёт в полицию и заявит о моей пропаже. Но меня не найдут, и она будет сходить с ума, думая, что могло случиться с её всегда такой разумной подругой. Мне жаль Элину, ведь я точно знаю: она не находит себе места от беспокойства. Если бы позвонить ей!

Я резко останавливаюсь и нечаянно наступаю на пятку Лео.

– Эй, ты чего?! – Возмущается, тянет меня дальше. – Осталось немного до дома, идём.

– Нет! – Упрямо говорю я, упираясь ногами в землю. Я и с места не сдвинусь пока не узнаю, что мне необходимо.

– Ну что ещё, говори, – опять этот снисходительный тон, будто он ребёнку делает одолжение, покупая новую игрушку. Вот гад!

– Где моя сумка?

– Чего?

Он делает вид, что не понимает, о чём я говорю. Я прищуриваюсь, выдёргиваю руку из его цепкой хватки.

– Моя сумка, с которой я была в вечер моего похищения, где она? Я никуда не пойду, пока ты мне не скажешь, что с ней сделал. У меня там были важные вещи.

Он пожимает плечами, пытается снова схватить мою руку, но я отбегаю от него.

– Важные вещи? – Смотрит с усмешкой. – Это блеск для губ и смятый клочок бумаги с надписью Тамлин – щёголь, ты называешь важными вещами?

Чувствую, что краснею, но вот не могу понять от стыда или от злости на этого наглого верзилу.

– Мой телефон! Вот важная вещь. А ты ещё и рылся в моей сумке?!

Я сжимаю кулаки, гнев на этого негодяя растёт.

– Кто учил тебя шариться в чужих вещах, сволочь?

Его брови взлетают вверх. Глаза удивлённо смотрят на меня несколько секунд. У меня мелькает мысль, что он сейчас снова закинет меня на колени и попытается отшлёпать, но Лео вдруг начинает хохотать. Такой искренний, неподдельный смех заставляет уголки моих губ приподняться, но тут же снова придаю лицу суровое выражение.

– Ну и грязный язычок у тебя, котёночек, – он вытирает слёзы.

– Я ещё и не так могу, – вскидываю голову.

– Да, тебя следует наказать за такие словечки.

– Только попробуй! Так, где мой телефон? Куда ты его дел?

Лео отворачивается и возобновляет движение по тропинке, оставляя меня одну.

– Всё хорошо с твоим телефоном, – равнодушно кидает он через плечо. – Я сначала хотел выкинуть его в воду, но передумал.

– Отдай его мне! – Требую я.

– Когда придёт время. И ты не в том положении, чтобы требовать, котёночек. Идёшь?

– Нет, – с вызовом отвечаю я громко.

– Зря. Я сказал, что животные здесь не водятся из-за забора, а вот змей полно.

Что? Я быстро догоняю Лео, смотря себе под ноги. Не хватало ещё, чтобы змея меня укусила! Я тогда точно убью этого наглого красавчика.

На его губах появляется ироничная улыбка.

– Трусиха.

– Нет.

– Да.

– Нет!

– Ещё какая трусиха.

– Я не трусиха, – топаю ногой. Как же он меня бесит!

– Кто такой этот Тамлин? – Вдруг спрашивает Лео, останавливаясь. Его серые глаза буравят меня. Хочется провалится под землю или сбежать в джунгли, окружающие нас. Это странно. Почему так смотрит?

И всё же я не могу оторвать взгляда от его лица.

Кто такой Тамлин? Хм. Будто я знаю. Пожимаю плечами. Снова иду вперёд, Лео за мной.

– Мерзкий задавала, который думает, что все дамы от него без ума и готовы душу продать за ночь с ним, – насмешливо говорю я.

Он молча улыбается, вновь беря меня под локоть.

– А это не так? – Весело спрашивает он, пресекая моё сопротивление, крепкой хваткой.

Я лишь хмыкаю.

– А ты? – Не унимается он. Поворачиваюсь к нему. О чём это он?

– Что я? – Переспрашиваю. Он вынуждает меня снова остановиться. Я не ожидаю этого, но он поднимает руку и проводит ладонью по моей щеке. Чёрт! Моё предательское тело тут же отзывается на это нежное прикосновение. Сердце начинает биться чаще. Я хочу отстраниться, но Лео берёт меня за подбородок, поднимает моё лицо к себе. Его глаза стали тёмно-серыми, словно грозовая туча, и смотрят страстно, обжигающе. Будь оно не ладно! Я должна признаться себе, что меня тянет к этому насмешливому мужчине. Разве я уже не признала это? Его взгляд доставляет мне удовольствие. Он словно магнит для моего тела. Я призналась в этом себе, но никогда ему. Боже, убереги меня от ошибки! Прошу!

– Ты хочешь провести с ним ночь? Готова отдать за это душу? – Шепчет он, обдавая мою щёку жарким дыханием. Чего? Да я даже не знаю этого придурка! Как я могу хотеть его?

Я отталкиваю Лео, боясь, что не сдержусь под его напором, ведь он так сильно действует на меня. Голова не соображает, когда он так глядит и касается губами моей щеки. А этот его аромат! Чёрт! Держите меня крепче!

Отступаю на два шага назад.

– Меня не тянет к излишне самоуверенным выскочкам и напыщенным индюкам. Даже если бы я и была знакома с этим мистером Тамлином, а я с ним не разу не встречалась, и как он выглядит не знаю, так вот, даже если бы и знала его, то ни за что не повелась бы на его внешность и тело. Не верю, что он настолько великолепен, что стоит вообще обращать на него внимание. К тому же я не думаю, что он так уж красив, как о нём судачат.

Чего не скажешь о самом Лео. Он действительно красивый мужчина. Как бы он меня не раздражал, я не могу не признать сей факт. Блииин! Агата, остановись.

Лео молча улыбнулся и двинулся вперёд. Я за ним.

– Вот это тирада, киска! Зачем же тогда ты написала его имя на том клочке бумаги? – Проговорил он.

Не собираюсь ему отвечать. Чёрт, я и сама не знаю, зачем написала его имя! Гордо поднимаю голову, не удостоив его ответа. Я хотела узнать происхождение фамилии. А может я просто боялась эту фамилию забыть, потому что мне стал интересен её обладатель? НЕТ!

– Вот мы и на месте, киска.

– Не называй меня…

Хочу возразить я, но слова теряются где-то на полпути.

– Ого!

Тропинка заканчивается. Я останавливаюсь перед коваными воротами. Там за ними я вижу прекрасный сад с цветущими деревьями и цветами, а за ним двухэтажный дом светлого-бежевого цвета, с коричневой крышей, перед которым раскинулся большой бассейн с чистой прозрачной водой. Но не дом, сад или бассейн так удивили меня. Нет, меня удивила огромных размеров статуя слона, стоящая по левую сторону от ворот.

Лео во второй раз за сегодняшний день закрывает мой открывшийся от удивления рот, а затем распахивает ворота.

– Добро пожаловать, Агата, в мой дом.

Я двигаюсь вперёд и слышу как за мной закрываются железные ворота. Ловушка захлопнулась?

Глава 13

Несмотря на то, что мой отец может позволить себе всё, что только душа пожелает, я не выросла разбалованной папенькиной дочкой. Да я была под неусыпным контролем, но! Мне почти не уделяли внимания мои родители в том самом смысле, в котором должны были: отец всегда на работе и почти никогда дома, мать… Мне не совсем ясно, почему мама всегда холодно относилась ко мне. Когда у меня будут свои дети, я буду любить их всем сердцем.

Мне доставались лишь крохи внимания. Я росла одиноким ребёнком. Если не считать Элину, то больше у меня не было друзей. Оставаясь одна в своей комнате, особенно по вечерам, я мечтала как объеду много стран, буду путешествовать и познавать этот прекрасный огромный мир. К сожалению, до сегодняшнего дня я не сильно продвинулась на пути к мечте. Я была в Италии. Один раз. На этом мои познания заграничных миров окончены. Всё остальное лишь картинки, видео и рассказы Элины. Да, так получилось, что я почти никуда не выбиралась из родного Екатеринбурга. Увы.

Сейчас, стоя посреди поляны, окружённая высокими красивыми пальмами и пышными кустами разнообразных ярких цветов, я подумала, что впервые за много лет я не дома. Меня надо было выкрасть из отцовского сада, чтобы я повидала мир. Это казалось бы смешным, если бы не было таким грустным.

Человек, которого я видела два раза в жизни (причём «видела» это громко сказано) увёз меня, чтобы показать такую красоту, которую я ещё не встречала.

Агата, спустись с небес, пока тебя не сбросили. Этот человек просто хочет уложить тебя в постель, не больше. Это лишь каприз богатого индюка. Тебе ли не знать! Эта мысль бесит меня. Я кошусь на Лео. Он стоит рядом и ждёт когда я рассмотрю статую слона в его саду.

– Что такое, маленькая девочка? – Он замечает мой совсем не добрый взгляд. – От тебя повеяло холодком. Хочешь, я обниму тебя?

Издевается.

– Я не хочу твоих ласк, – рявкаю я.

– Хочешь, – улыбается и берёт меня за руку. Я резко одёргиваю её.

– Я сказала нет! – Расправляю плечи, поднимаю голову. – И не называй меня маленькой девочкой. Я взрослая и самостоятельная женщина. Ясно тебе?

– Раньше ты не возражала, – пожимает он плечами, а в глазах вижу игривые золотистые искорки.

– Я просто старалась не обращать внимания!

Я разворачиваюсь и иду обратно к воротам. Не хочу находится на его территории. Лучше я засяду в джунглях и буду сидеть пока он не отвезёт меня обратно домой. Или хотя бы отдал мне сумку. Там у меня есть банковская карта, паспорт (правда не заграничный) и телефон. Я могу сама выбраться с острова, если у меня будут для этого средства.

– Куда это ты собралась?

Кричит мне Лео. Знаю, он идёт следом за мной. Наверное, его забавляет моя реакция на всё, что происходит. Для него это игра, для меня жизнь.

– Домой, – коротко говорю я. Слышу смех позади себя. Сжимаю кулаки. Что смешного?

– Ты не сможешь уехать домой, пока я не разрешу.

Чего?! Я резко поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и лишь успев выставить вперёд руки, не налетаю на моего похитителя. Зато он ловит меня, словно в сети.

– Ты малышка, такая красивая и манящая, – шепчет он. – Я буду любить тебя ночи напролёт, и мы будем засыпать лишь к утру. У меня голова не соображает, когда ты рядом.

Звонкая пощёчина говорит сама за себя. Кажется, я уже третий или четвёртый раз ударяю его. Хм, никогда не замечала за собой склонность к драке.

– Значит ты глупый пень! Я не лягу в твою постель! – Мне страшно от того, как этот человек смотрит на меня сейчас, но я пытаюсь скрыть этот страх. Его глаза сделались почти чёрными от гнева. Кажется в них я вижу молнии. Я снова перегнула палку. Его рот плотно сжат, что говорит о крайнем раздражении. Этот человек возвышается надо мной, словно гора. Твёрдая неприступная гора, которую мне не обойти. Но он сам виноват, что я его ненавижу, так ведь? – Как ты можешь думать, что я хочу быть с тобой? Ты не понимаешь, да? Для тебя всё это игра. Наверное ты думаешь, какая глупая девчонка. Я обратил на неё внимание, такой богатый, красивый самец, а она противится и строит недотрогу! Но мне плевать, насколько ты богат и как красив, слышишь? Ты похитил меня, опоил какой-то хренью и увёз далеко от родного дома. Ты поступил так против моей воли. Ты в курсе вообще, что это преступление? Что меня ищут и родственники за меня беспокоятся? Да ведь тебя посадят за похищение. Но ты хозяин положения и тебе закон не писан!

Чёрт! Он смотрит на меня скептически. Думает, что я несу бред? Я распинаюсь тут перед ним, пытаюсь достучаться до здравого смысла, но, боюсь, всё это зря.

– Тебе плевать, что я говорю, – бессильно опускаю руки. – Я больше ни минуты здесь не останусь.

И я бегу, бегу в сторону свободы. Как же хочется выбраться из этой золотой клетки. Настроение хуже некуда.

Меня подхватывают сильные руки и я, чуть не задохнувшись, врезаюсь в широкую грудь.

– Не дёргайся, котёночек, – говорит мне Лео, сжимая грудь. Ай! Но я брыкаюсь изо всех сил. Индюку будто всё равно, что царапаю его спину и руки, бью кулаками в грудь. Лицо его серьёзно. Кажется, я разозлила его ни на шутку. Отшлёпает всё – таки? Только не это.

Он проходит мимо бассейна, поднимается по лестнице, идёт в дом. Две девушки служанки ахают при виде представшей, не совсем пристойной картины. Они обе краснеют.

– Привет Софи, привет Арина. Мама дома?

– Нет, мистер Та…

– Где она? – Перебивает он девушку.

– Уехала утром в Бангкок. Вернётся через неделю, другую, мистер Та…

– Отлично. Готовьте обед, я проголодался как зверь, малышки.

Почему он всё время перебивает?

Он им подмигнул! Флиртует с ними. Охренеть можно. Хотя мне плевать абсолютно. Одна девушка смущённо улыбается. Ловлю неприязненный взгляд второй. Что это с ней? Через пару секунд обе исчезают из шикарной гостиной.

– Пусти! – Рычу я.

– Заткнись, котёночек.

Он зловеще улыбается. А у меня дрожат колени. Что он задумал? Он поднимается на второй этаж, переступая через ступеньку. Двигается так легко и проворно, будто меня нет у него на руках. Этот мужчина что, совсем не чувствует мой вес?

– Сам заткнись, – не унимаюсь я. Изворачиваюсь и кусаю его за руку.

– Ах ты, маленькая…!

Он отпускает меня резко, словно в руках у него раскалённый кирпич. Неужели победа за мной в этом раунде? Я уже внутренне ликую, но этот невозможный упрямый человек хватает меня за руку и, открыв какую-то дверь, подталкивает меня в проём.

Я теряю равновесие и падаю на пол, устланный широким расшитым ковром с высоким ворсом.

Он встаёт надо мной, сунув руки в карманы. Смотрит бесстрастно. Взгляд абсолютно спокойный и холодный, словно сталь. Этот человек может быть безжалостным. Именно такие у него сейчас глаза. Безжалостные!

– А теперь слушай меня, дикая кошечка. Ты не покинешь этот остров, пока я хочу тобой обладать. Ты в моей власти. Пока я хочу тебя, ты будешь мне подчиняться. Ты будешь моей рабыней, и я буду брать тебя силой, если вздумаешь сопротивляться. Хорошенько это запомни. Здесь я хозяин, а ты лишь моя пленница.

Его голос жесток, когда он говорит эти слова. Меня будто ледяной волной окатывает, когда я их слышу. Кажется кровь отхлынула от лица.

– Но, скажу тебе ещё вот что, – голос становится мягче, глаза светлеют. С ума можно сойти! Я поражена сменой его настроений. – Ты можешь не быть пленницей, а быть гостьей на моём острове. Не сопротивляйся мне, смирись со своим положением, и ты сможешь получать удовольствие от нахождения здесь. Ведь в конце концов, этот остров красив и интересен. Я многое бы смог тебе показать. Выбор за тобой. Посиди немного здесь и подумай.

Лео разворачивается и идёт к двери. Берётся за ручку. Я же просто молча гляжу ему вслед, не в силах и слова вымолвить от негодования.

– И да, – вдруг поворачивается ко мне, на лице блуждает лукавая улыбка. Боже, как он красив! – Я ведь так и не представился тебе, Агата. Моё имя Леонардо Тамлин, но все зовут меня Лео.

Вот теперь краска точно отливает от моих щёк, пока я смотрю в победно улыбающееся лицо. Ведь я чувствую себя такой дурой, какой не чувствовала ещё ни разу в своей жизни!

Глава 14

Тамлин! Тамлин, чёрт тебя дери! Как так-то? Но откуда же я могла знать, что мускулистый красавчик, о котором судачили курицы на приёме в доме отца и наглец, похитивший меня и увёзший за тридевять земель, одно и то же лицо?! Я ушам своим сначала не поверила. То то он расспрашивал об этом мистере у меня! Ему было интересно, переспала бы я с Тамлином. Что ж, он знает, что нет. Блииин! Я такие грубые вещи сказала о нём ему же самому! Стыдно. Эх! Встаю с пола. Хожу туда сюда. Нет, а почему мне должно быть так стыдно-то? И вовсе не должно быть. Я сказала своё мнение. Да, оно не лестное, да я этого человека не знала, ну… вернее думала, что не знала и не встречала. Да, оказалось всё не совсем так, как я думала. Но! Ооох! Тамлин – щёголь.

– Кто такой этот Тамлин? – Передразниваю Лео вслух. – Делал вид, что не понимает. Ух, гад! Смеялся надо мной. Представляю, как ему было весело.

Я назвала его мерзким задавакой, который думает, что каждая женщина мечтает побывать в его кровати. А ещё сказала, что мистер Тамлин самоуверенный выскочка и напыщенный индюк!

Вот умора! Улыбаюсь. Сказала, что слухи о его красоте преувеличены. Но Лео правда очень красив. Таких глаз как у него я ещё не встречала. Загорелая кожа. Чувственные губы. Крепкие скулы, прямой нос, широкий разлёт бровей, мужественный подбородок. Мускулистая, немного волосатая грудь. В ней можно потеряться, такая она широкая. Сильные, крепкие руки с большими ладонями и длинными пальцами. Ммм. Мистер Тамлин, если бы я вас так не ненавидела, за то, что Вы, уподобившись моему отцу, сделали из меня пленницу, я бы могла сознаться, что желаю Вас не меньше, чем Вы меня.

«Ты можешь не быть пленницей, ты можешь быть гостьей. Смирись, не сопротивляйся…

Отдать ему своё тело? Смириться с тем, что я его рабыня? Подчиняться его приказам?

Я вскидываю голову, смотря в широкое зашторенное окно. Нет уж! Я потеряю последние остатки своего достоинства, если добровольно соглашусь на жизнь рабыни.

Мысли уже одолели меня! Я только сейчас рассматриваю комнату, в которой меня оставил Тамлин. Большая и светлая спальня. Кровать с шёлковым кремовым балдахином огромна. На стенах обои в тон балдахина. Потолок зеркальный с маленькими встроенными лампочками, зачем-то включёнными сейчас, при дневном свете. Над кроватью светильник золотого цвета. Красивый низенький стеклянный столик стоит у окна со светло-зелёными полу прозрачными шторами. По обоим сторонам от столика набросаны маленькие синего шелка подушечки, на которых, думаю, очень удобно сидеть. В углу зеркало во весь рост. Вся комната выполнена в нежных, ласковых, если можно так сказать, тонах. Здесь чувствуется уют и комфорт. Ни в одной спальне замка моего отца нет такого уюта, хоть они и шикарны.

Я провожу ладонью по гладкому шёлку подушек. Подхожу к полочкам, где стоят книги. Тут в основном классика, но есть и детективы и романы. Даже научная литература и какая-то фантастика. Книги о тайском массаже, медицине, природе, традициях. Некоторые книги на тайском языке, некоторые на русском. Интересно, чья это комната? Я открываю шкаф для одежды, но он пуст. Выходит тут никто не живёт. Захожу в ванную. Она огромных размеров. Никаких личных вещей. Только бутылочки с кремами, шампунь, баночки с различными маслами. Все банные принадлежности имеются, но такое впечатление, что ими не пользовались ни разу. Значит это комната для гостей. А из гостей в доме лишь я. Вернее, я пленница.

«Ты можешь не быть пленницей, ты можешь быть гостьей».

Закрываю дверь ванной. Подхожу к окну и открываю лёгкие шторы. Вау! Вот это вид. Весь сад усеян белыми цветами каких -то кустов. Интересно, что это? В центре сада огромный фонтан, из которого льётся чистая вода, искрясь и переливаясь в ярких лучах дневного солнца. А вдали бескрайние леса. На улице очень жарко. Наверное градусов 30, не меньше. Я открываю дверь на балкон. Выхожу. Тут стоят стол, стулья и два табурета, обшитые бордовым бархатом. Вряд ли здесь можно устроить послеобеденные посиделки. Слишком жарко и душно днём. Я глубоко вдыхаю воздух, чувствую благоухание цветов. И чего-то ещё. Не могу понять, что это, но аромат очень приятный. Он напоминает… Закрываю глаза, пытаясь вспомнить что же мне напоминает этот аромат.

Шоколад. Точно! Пахнет шоколадом. Я представляю как где-то на кухне из кастрюли по чашкам разливают дымящийся чёрный шоколад, его терпкий аромат щекочет ноздри и наполняет слюной рот. Ммммм. Боже, как же хочется есть.

Я скорей закрываю балкон, чтобы какие-нибудь ещё восхитительные запахи не проникли в комнату.

Подхожу к двери. Заперто. Лео дал мне время подумать. Но я не приму его условия. Пусть хоть умру от голода в этой комнате, а в постель к нему по доброй воле не лягу. Как только он вернётся, скажу ему об этом.

А пока… Что же мне делать? Взгляд падает на полки с книгами. Раз деваться мне всё равно некуда, то можно и почитать. Не скандалы же устраивать. Истерика ни к чему. Беру небольшую книгу с описанием природы Таиланда. Что ж, раз я в этой стране, можно о ней что-нибудь узнать. Устраиваюсь на мягкой, уютной кровати, открываю красочную книгу.

***

Не знаю сколько проходит времени, но я вдруг слышу как в замке поворачивается ключ. Кажется, я задремала прямо с томиком в руке.

Дверь открывается и входит одна из тех девушек -служанок, которых встретили внизу. Одета в просторное платье до колен, волосы зачёсаны назад и собраны резинкой в хвост. Босая. Она симпатичная, но на лице странная, недобрая улыбка. Именно эта девушка кинула недовольный взгляд, когда Лео так бесцеремонно втащил меня в свою гостиную.

– Добрый вечер, госпожа, я принесла ужин, – подчёркнуто официально проговорила она. – Представляю как Вы проголодались, проспали до самого вечера.

Немного насмешливо прозвучали её слова. Я ей не нравлюсь, это ясно. Но вот почему? Служанка прошла к маленькому столику и принялась ставить приборы.

За окном и правда стемнело.

Девушка поставила поднос, на котором уместилось много чего. Я заметила, что ужин принесён для двух человек. Два высоких стакана, две тарелки, два столовых прибора. Значит, я буду ужинать не в гордом одиночестве. Тамлин опять будет мне докучать? Опять будет угрожать? Оставит голодной, если не подчинюсь ему? Наблюдаю как служанка расставляет всё к ужину. Ставит на пол бутылку вина, открыв её.

– Вы не первая, – вдруг говорит служанка.

О чём это она.

– Что прости?

Она хмыкает. Ведёт плечом в сторону, будто не хочет отвечать. Но! Если сказала «а», то говори и «б», милочка.

– Вы не первая, кого хозяин приводит сюда для развлечений. Таких было много. Однодневок, госпожа.

Вот, дрянь! Ей-то что за дело? И снова этот официальный холодный тон. Констатация факта? Да пошла бы ты!

– Всё готово, – оповещает она. Разворачивается ко мне. – Он не задержит Вас надолго. Мистер Тамлин редко привязывается к женщинам, точнее никогда.

Мерзавка. Мне её мистер Тамлин вообще не нужен, а его привязанность тем более. Стоит вся такая гордая, а в глазах я вижу завистливый огонёк.

– Неужели мистер Тамлин до сих пор не удостоил тебя своим вниманием? – Говорю я, вскидывая бровь. – Плохо стараешься, милая.

Глаза служанки гневно сверкнули. Кажется, я приобрела недруга в первый же день своего появления в этом доме.

– Приятного аппетита, госпожа, – голос, полный сарказма.

Она быстро удаляется из комнаты, оставляя меня одну. Правда ненадолго. Через минуту в дверь спальни раздаётся тихий стук. Чего это он? Как странно, что он стучит, а не врывается в комнату, наплевав на все приличия. А разве он знает, что это такое? Пожимаю плечами. Меня влекут ароматы с подноса. Наверное, там много вкуснятины. Мне не терпится попробовать. Я откладываю книгу, говорю «войдите» и направляюсь к столику.

– Добрый вечер, Агата, я пришла поужинать с тобой, – приятный, спокойный голос Айны раздаётся у меня за спиной. Я облегчённо выдыхаю. Очень не хотелось видеть мистера Тамлина. Боюсь, что спустила бы его с этого красивого балкона, если бы он опять начал приказывать мне подчиниться. Эх, прекрасное было бы зрелище: летящий вниз головой красавчик мистер Тамлин. Он приземлился бы где-нибудь в кустах под окном: целый и невредимый, безусловно. Но потерявший своё гордое достоинство. Я довольно улыбаюсь. Жаль, что это лишь мечты.

Поворачиваюсь к Айне:

– Здравствуй, Айна. Я думала, что буду ужинать с….

В руке девушка держит какие-то вещи.

– Это тебе, – Айна протягивает мне лёгкое хлопчатобумажное платье в крупный жёлтый цветок, широкие шёлковые брюки, наподобие тех, что на мне, только зелёного цвета и бежевую блузку с коротким рукавом. Последним в мои руки попадает красивый комплект нижнего белья. —Ты ведь захочешь переодеться. Все новое, никто эту одежду не носил.

Вот это забота! Я с большим удовольствием сменю одежду. Мечтаю об этом.

– Спасибо, Айна. Ты очень внимательна.

Девушка опустила взгляд, но я всё же уловила лёгкую улыбку на её губах. В чём подвох? Может, вещи распорядился дать мне Лео? Хм. Какое участие по отношению к пленнице! Да какая разница? Главное, что я наконец, сменю белье и одежду. Я убираю вещи в шкаф, затем мы с Айной усаживаемся по разным сторонам столика на эти красивые шёлковые подушечки.

– Брат срочно уехал на Чанг. Возникли дела. Он был зол и расстроен. Вы снова ругались.

Ругались? Да, пожалуй. Но я бы сказала немного не так. Он меня ругал. Он мне угрожал. Он меня обидел. Он надо мной посмеялся. И кто должен быть зол и расстроен после такого? Однако, я лишь киваю, не говоря ни слова. Айна хорошо ко мне отнеслась, но как никак она всё же сестра Тамлина… Будет некрасиво поливать его грязью при ней. Но почему меня вообще это волнует? Тамлин совершил преступление, похитив меня. Жертва здесь я, а не он.

– Лео горячий человек, он может обидеть в сердцах, но он очень отходчив. Часто жалеет о сказанных в пылу словах.

Вот как? Пока я ничего такого не заметила. Сомневаюсь, что он жалеет о своём поступке и словах, брошенных перед уходом.

– Я не знаю твоего брата и…

Айна с интересом смотрит на меня. Блин, не могу не сказать, что думаю.

– Он грубо ведёт себя, но мне плевать на это. Твой брат поступил неправильно. Он сказал, что я могу не быть здесь пленницей, если смирюсь и перестану ему сопротивляться. Но я не могу уступить ему. Я не могу смириться, Айна.

– Ты слишком горда, – отзывается она.

– Дело не в гордости. Дело совсем в другом, – качаю я головой. Как сказать малознакомому человеку, что твой собственный отец хочет продать тебя словно товар? Стыдно признаваться в таком. И теперь я снова должна кому-то подчиняться? Снова должна стать игрушкой в чужих руках. Пока мной не наиграются. Морщусь, словно от боли. Это ужасно для меня.

Я ловлю взгляд Айны. Внимательный и загадочный. Будто она что-то задумала. Что это она? Тёмные, красивые глаза аж блестят.

– Что с тобой? – Озадаченно спрашиваю я. Ёрзаю на подушке. Мне не очень нравится этот взгляд.

Но Айна хлопает в ладоши и широко улыбается, будто ничего и не было.

– Я проголодалась, уверена ты тоже, – быстро меняет она тему разговора. Она усаживается удобней и открывает одно из блюд, стоящих на подносе. Принюхивается к аппетитному аромату, исходящему из него.

– Что это?

Чувствую как от аромата потекли слюнки.

– Као Ман Гай, рис и курица в бульоне. К нему подают чили с чесноком, если ты любишь острое, – отвечает Айна, и я с улыбкой смотрю на неё. Стоит ли говорить, что я не знаю культуру Таиланда и не ела тайских блюд?

– Као Нафет, – девушка убирает крышку с ещё одного блюда. – Жареная утка подаётся с рисом. Кусочки утки поливают утиным бульоном с листьями акации. А это Ям Пла Дук Фу, обжаренные во фритюре кусочки сома. Попробуй, они лёгкие и воздушные. Соус для них готовится из кислого манго, сахара, терпкого лайма, красного лука, кинзы, креветок, кальмаров. Добавляется ореховый соус и уксус. Нам Прик Капхи, смесь из овощей на пару с добавление мелкой рыбы. Он также подаётся с рисом и острым соусом из пасты креветок и пасты чили. И наконец, Ча Йен. Это особенный и очень сладкий напиток со льдом. В нём много сгущённого молока и сахара. Он безумно вкусный, если не переусердствовать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.