Александр Конторович, Фаина Савенкова
Кодовое имя «Марта»

Команда: «Провести плановое обслуживание секций номер 5, 8 и 11».

«Принято к исполнению».

«Обслуживание произведено».

Команда: «Тестирование блоков А-5, Р-3, С-12».

«Принято к исполнению».

«Тестирование завершено. Блоки в исправном состоянии».

Команда: «Проверка работоспособности программного модуля В-12».

«Принято к исполнению».

«Отказ. Процедура проверки прервана. Причина – сбой в коде управления».

Команда: «Выявить причину сбоя в коде».

«Принято к исполнению».

«Причина сбоя – переадресация цепочки команд на центр принятия решений «Марта»».

Команда: «Выявить причину отказа центра принятия решений «Марта». Проверить цепи коммутации с центром принятия решения «Марта»».

«Принято к исполнению».

«Отказ. Центр принятия решений «Марта» не отвечает. Связь не установлена. Цепь коммутации исправна. Нет ответа от центра принятия решений «Марта»».

Громадный механизм, наверное, вздохнул бы. Или выругался.

Если бы мог…

Но – он не был в состоянии сделать ничего подобного. Это был, всё же, не человек, хотя…

Станция была построена достаточно давно – почти пятьдесят лет тому назад. Начали её строить как обычную межпланетную станцию добычи и переработки руды. Всё же космос не являлся уж совсем пустым – в нём достаточно часто встречались метеориты, да и целые астероиды, состоящие иногда из весьма полезных минералов. В своё время наделала шуму находка одной из таких станций – небольшой астероид, целиком состоящий из палладия! Худо ли бедно – а почти полсотни тонн!

Были и другие – ничуть не менее впечатляющие, находки. Целиком и полностью оправдывавшие все затраты по строительству подобных станций.

Полностью автоматические, они выводились на орбиту – и вперёд!

По международным соглашениям ни одна страна не вмешивалась в деятельность таких станций-автоматов – кому бы они ни принадлежали. Это на Земле, вы были вольны каким угодно образом третировать своего ближнего (или, напротив, дальнего) соседа и строить ему всяческие мелкие пакости.

Там – пожалуйста!

Но не в космосе!

Ибо никому не улыбалось получить на свою голову металлический гроб весом в несколько тысяч тонн, который сойдёт с орбиты в результате ошибки программиста или вследствие целенаправленного злонамеренного вмешательства.

Оттого и все такие станции выводились как можно дальше от Земли – на всякий, так сказать, случай…

Бывали, знаете ли, прецеденты!

Но в этот раз всё пошло… как-то оно странно пошло.

Начнём с того, что станция с самого начала планировалась как самая суперсовременная, с использованием самых прорывных технологий и методов.

И вот, эти самые технологии и подвели.

Станция не запустилась. Точнее – запустилось далеко не всё.

Комиссия следовала за комиссией, прилетали корабли, которые привозили новое оборудование. Бригады монтажников день и ночь висели на стапелях, снимая старое и устанавливая новое… без толку!

Не успевали вывозить отбракованную технику и, чтобы не засорять пространство всяческим мусором, к станции пристроили парочку новых секций – исключительно для складирования старья.

Количество ошибок только множилось. На месте устранённых проблем – возникали новые.

Злые языки утверждали, что причиной всему – чрезмерная страсть правительства США к гигантомании. Мол, хотели построить самую большую станцию – и построили… самый большой памятник собственной глупости! Пресса изощрялась в придумывании новых хлёстких заголовков. Над незадачливой фирмой-строителем не потешались только ленивые.

Обидевшись всерьёз, сенат США принял специальное постановление, которым запретил допуск на строящуюся станцию любых представителей средств массовой информации и интернет-журналистов.

Это, как ни странно, помогло – про неудачный проект стали писать намного меньше. Тема утратила остроту и перекочевала на задние полосы газет. А затем и вовсе исчезла из поля зрения.

Но работа шла…

Отправлялись очередные корабли, менялись партии монтажников. Совершенно незамеченной прошла новость о том, что очередная партия рабочих, возвращавшаяся домой, до Земли так и не добралась. Точнее – на землю-то они попали… когда потерпевший аварию челнок грохнулся при посадке в двадцати милях от аэродрома. Желающих работать на станции разом поубавилось.

Да и не до них было, откровенно-то говоря!

Бряцанье оружием, никогда толком и не прекращавшееся, звучало всё громче, пока…

Пока в один, далеко не такой уж и прекрасный день, фрегат Североатлантического блока, «ошибочно интерпретировав» сигналы на радаре, шарахнул ракетами по пассажирскому самолёту белорусской авиакомпании.

Но на этот раз всё «отчего-то» закончилось не гневными демаршами дипломатов. И не успели успокоиться волны на месте падения сбитого самолёта, как по фрегату прилетело сразу три ракеты – в ответ.

А вскоре зависший над местом утопления военного корабля вертолёт показал в открытом эфире громадное маслянистое пятно на воде. И – ни одного человека… не спасся никто – так же, как и со сбитого ранее самолёта.

Мир крякнул – и начал готовиться к войне.

По всем законам логики скоро должны были открыться тяжелые крышки шахтных установок, где в темноте ждали своего часа холодные тела межконтинентальных ядерных ракет.

Должны… но они не открылись.

А вместо этого, корабль итальянских военно-морских сил, связавшись на аварийной частоте с базой русского флота в Севастополе, вошёл в порт.

Где и пришвартовался.

С борта корабля на землю сошел экипаж.

«Мы не хотим воевать!» – заявил примчавшимся в порт корреспондентам капитан корабля. – «Это не наша война! Она не нужна нашим народам!»

Опа…

Такого поворота никто не ждал…

Второй корабль – на этот раз немецкий, также вошёл в порт Калининграда. И там прозвучали те же самые слова.

И – понеслось…

Война так и не началась.

Были, разумеется, всевозможные стычки с особо упоротыми желающими пострелять. Их давили совместными действиями армий всех стран. Давили безжалостно, не принимая во внимание никаких просьб о помощи и заявлений о капитуляции.

По некоторым интересным местам в Англии жёстко отбомбились военно-воздушные силы Франции.

А в Канаду не напихал только ленивый – там сразу две провинции восстали против центрального правительства. В суть их лозунгов никто даже и вникать не стал – так всем обрыдли уговоры особо упёртых индивидуумов.

«Хотите войны? Получайте!»

Сложилось впечатление, что военные всех стран отчаянно стремились избавиться от громадных запасов вооружения – с нескрываемой радостью вываливая его на головы тех, кто так жаждал развязывания войны.

Пресловутая гора Маунт-Рок в США – место укрытия президента и правительства, после удара по ней стала ниже аж на почти сотню метров. Из заваленных тоннелей так никто и никогда более не вышел.

Срочно взлетевшие с тайных аэродромов самолеты с властителями мира сего – так никуда более и не приземлились. Оказалось, что эти аэродромы не являлись настолько уж секретными… про них знали многие. В чём с горечью убедились их хозяева. В жарком огне разлившегося авиакеросина сгорали чемоданы с наличными деньгами – бывшим хозяевам они были уже ни к чему.

Так что, со всеобщей войной как-то не задалось… Армии стран блока НАТО отказались воевать за чуждые им интересы. А противостоящие блоку войска тоже не горели желанием уничтожить всё на свете. Да, отдельные инциденты ещё какое-то время происходили – слишком уж у многих «сильных мира сего» не могло никак прийти в голову то, что от их желания рулить и руководить всем миром теперь уже ничего более не зависит. По одной простой причине – не находилось достаточного количества желающих сложить голову за чьи-то интересы. И никакое количество денег капитально изменить уже ничего не могло – воевать хотели немногие. Наспех набранные отряды наёмников были быстро разбиты военными. Противостоять профессиональной армии они всё же не могли…

Пользуясь возникшей неразберихой, кое-кто постарался удрать и вовсе уж далеко – с Земли стартовало несколько космических кораблей. Кто-то всерьёз попытался повторить сюжет романа Александра Беляева.[1] Увы… по очень многим причинам новый «Прыжок в ничто» так никому и не удался. А совершившие посадку на лунных и марсианских базах корабли не смогли организовать там никакого вооруженного восстания. По вполне понятной и ясной причине – работавшие там люди не поддержали этой безумной попытки. Совместный тяжёлый труд в сложных условиях как-то вот не способствует всевозможным авантюрам. Голова в такой обстановке быстро начинает думать как надо, и всякие завиральные идеи туда уже не вмещаются.

Немалую роль сыграл тот факт, что для работы на таких объектах людей отбирали по деловым и профессиональным качествам, а не по соответствию всевозможным новомодным критериям. Предпочтение в любом случае отдавалось грамотному инженеру, а не модному певцу или артисту. Да они туда и не рвались – перед какой аудиторией им выступать? Нет, от разрекламированного турне по космическим станциям никто бы из них не отказался… но такие мероприятия планом развития внеземных объектов отчего-то не предусматривались…

Словом, никакие авантюры в космосе так и не развились… И большинство сбежавших толстосумов, вместе с уцелевшими от расправы на месте приспешниками, в разное время были возвращены назад. Никто даже и не пробовал подсчитать – сколько их всего стартовало с Земли – и скольких вернули назад для суда? Да, некоторые так и остались валяться с простреленной головой на просторах Марса или на лунных равнинах. Кое-кто попросту не долетел – так бесследно и исчезнув на просторах космоса.

Впрочем, пропали не только они.

Несколько кораблей с рабочими и инженерами, вылетевших на космические объекты для их обслуживания и наладки тоже так больше никогда и не вышли на связь.

Два из таких кораблей позже были обнаружены в стороне от своего маршрута – в поясе астероидов. С расстрелянными двигателями, пробитыми корпусами – и напрочь разграбленными трюмами и мертвыми экипажами. Было очевидно, что кому-то очень потребовались запасы продовольствия, которые перевозились на этих кораблях.

Но… кому?

Тщательный осмотр всех близлежащих станций ни к чему не привёл – там никто не высаживался. Не появлялись поблизости и никакие неопознанные корабли.

А вообще – навалившихся сразу проблем было столько, что на всё это попросту махнули рукой – ну что могут сделать человечеству несколько десятков отщепенцев? Пусть даже и на кораблях, несущих на борту вооружение? Атаковать Землю?

Не смешно…

Напасть на межпланетные станции?

Уже теплее – но почему они не сделали этого тогда, когда этого никто не ждал? В первый же год на большинство этих объектов было завезено и смонтировано оборонительное вооружение – теперь уже никакой десант не смог бы беспрепятственно туда высадиться. Появились и воинские команды – ценою громадного напряжения сил. Навряд ли какое-нибудь отдельное государство смогло бы потащить такой проект в одиночку – пришлось объединяться! А на почве совместной работы как-то потихоньку начинают сглаживаться всевозможные разногласия…

И только спустя два года кто-то спохватился – а куда, собственно говоря, пропала недостроенная космостанция-завод? И почему она не выходит на связь?

Все попытки достучаться до них по радио так и не увенчались успехом. Посланный год спустя в этот район космический корабль обнаружил огромное количество обломков всевозможных металлоконструкций, разбитые леса… и один из пропавших кораблей с бежавшими олигархами. Сильно изуродованный (наверное, из-за столкновения с обломками станции) он не поддавался тщательному осмотру – удалось, да и то с большим трудом, идентифицировать только нескольких членов экипажа – техперсонал и одного пилота. И опознать тело Жаклин Майс – жены одного из бежавших олигархов. Да и то, только потому, что до замужества она являлась достаточно известной киноактрисой – её многие помнили до сих пор.

Скорее всего, станция, ввиду своих громадных размеров, и являлась основной целью полета бежавших олигархов.

Но, по каким-то, так и не выясненным причинам, на ней произошёл взрыв, который, скорее всего, уничтожил её саму и все подошедшие корабли. Кроме того, который удалось найти – он, по-видимому, попросту не успел пришвартоваться к станции, вот и уцелел, не разлетелся обломками по космическому пространству.

Возможно, дальнейшие поиски и смогли бы более тщательно установить обстоятельства произошедшего… но сильно поджимало время. Да и экипаж прибывшего с Земли корабля не был подготовлен к выполнению такой задачи. Опять же – большое количество обломков делало дальнейшее пребывание в этом районе очень небезопасным. И после очередного столкновения с какой-то железякой, которое чуть не привело к повреждению панели солнечных батарей, было принято решение о возвращении домой. Оставаться на этом гигантском кладбище в роли ещё одной братской могилы ни у кого желания не имелось.

Так оно всё потихоньку и вставало на свои места, понемногу налаживалась мирная жизнь. Не везде гладко, не без проблем – но уже без вооружённого противостояния.

И теперь, оглядываясь назад, можно уже было подсчитать потери – со всех сторон.

Среди тех, кто бесследно исчез в космическом пространстве, был Петр Фролов – талантливый разработчик систем искусственного интеллекта, который своими трудами в этой области сделал громадный прорыв и продвинул подобные разработки на качественно новый уровень. Его решения, выглядевшие порою парадоксально тем не менее всякий раз оказывались правильными. Что повергало в искреннее недоумение куда как более опытных специалистов в этой области. А манера вести обучение машины в речевом диалоге – и вовсе ставила в тупик почти всех. Но, результат был налицо – его системы искусственного интеллекта превосходили всех на голову! Как раз перед началом всей этой заварухи его пригласили на ту самую, злополучную, космостанцию – чтобы, наконец-то навести порядок с системой ИИ, которая уже не справлялась с тем ворохом противоречивых задач, который ежедневно перед нею ставили. Порою – так и откровенно зависала, требуя ручного вмешательства дежурного персонала. Не было более никакой возможности это терпеть – и хозяева завода скрепя сердце вынуждены были пригласить всемирно известного специалиста – пусть даже и из не совсем дружественной страны. А что делать? На кону стояли такие деньжищи… тут и черта под хвост поцелуешь!

Перед самым отлётом Петр долго гулял в саду со своей маленькой дочерью. Носил её на руках, словно предчувствуя долгую разлуку. Да и то сказать – только полёт туда-сюда отнимал почти год, так ещё и предстоящая работа… Вот вернёшься домой – а дочь уже вовсю по деревьям скачет! Того и гляди, даже папу не сразу узнает!

Семья Фроловых была дружной и, несмотря на длительные командировки мамы и папы, дочь росла не обделённая родительским вниманием. Да и бабушка с дедушкой – тоже не оставляли её без присмотра. Так что Марта особенно и не скучала.

Справка из отдела организации движения космических перевозок.

«… таким образом, в районе с координатами ……… за последние два года произошло несколько нештатных ситуаций с транспортными кораблями. По так и не выясненной до конца причине, корабли внезапно пропадали со связи, и все попытки её восстановления ни к чему не привели до сих пор. Проф. Синицкий выдвинул гипотезу о блуждающем аномальном магнитном поле, которое вопреки работе систем безопасности способно влиять на штурманские блоки систем управления кораблями. Данная гипотеза нашла частичное подтверждение в материалах проекта НАСА от 2027 года. Проект «Глашатай» как раз и предусматривал генерирование подобных полей искусственным образом, путём размещения излучателей специальной конструкции на особом носителе. Но, поскольку в распоряжении соответствующих служб не имеется никакой информации об испытании каких-либо прототипов данной аппаратуры, есть все основания полагать, что указанный проект так и не вышел из стадии разработки.

Поисками кораблей занимались специально подготовленные спасательные суда, с максимальной степенью защиты от любого внешнего воздействия. Но ни к каким результатам эти поиски не привели – пропавшие корабли так и не были обнаружены. Есть вероятность, что вследствие выхода из строя бортовой аппаратуры управления, корабли произвольно меняли курс, уходя в открытый космос…»

Выдержка из частного письма.

«…Антон, да мы там чуть не на брюхе все излазили – пусто! Похоже, что научники правы – суда действительно улетают к черту на рога! Что-то там выводит из строя их аппаратуру – и у бортового ИИ попросту «едет крыша». В такой ситуации он может проложить курс хоть на Проксиму Центавра – и поди его там сыщи! А, может, и похуже что есть… там всяческие странные обломки попадаются… и многие из них – вполне себе рукотворные. Мы заарканили парочку – так на Земле народ только репу удивлённо почесал – нет таких кораблей и не было никогда! То есть, происхождение-то вполне себе земное, и даже довольно-таки староватое… но нам так и не удалось установить название корабля. Все регистрационные данные там попросту отсутствуют – словно, их никогда там и не имелось. Но это же нонсенс! Таких попросту не строят!»

И это был не единственный такой случай.

К сожалению, навигация в космосе всё ещё оставалась достаточно большой проблемой и мало походила на хорошо организованную дорогу со светофорами и пешеходными переходами. На ней иногда продолжали происходить всевозможные непредвиденные ситуации, не была решена проблема со случайными метеоритами, да и вообще было всё сложно. Громадное космическое хозяйство человечества постоянно требовало повышенного внимания – и огромных затрат…

А задача создания сверхмощного ИИ, который бы за всем этим следил, была настолько неподъёмной, что за неё даже и браться никто не хотел – слишком сложной была проблема. Как, однако, не вовремя пропал без вести Петр Фролов… вот где он мог бы развернуться во всю мощь!

Нельзя, однако, было сказать, что расследованием пропаж кораблей не занимались. Это было не так! Все положенные комиссии добросовестно отчитались о проделанной работе, были написаны объективные доклады и объяснения… и ничего не изменилось.

– Видите ли, коллега… – однажды произнёс заместитель руководителя одной из таких комиссий, обращаясь к главе очередной научной организации, которая пробовала предложить своё, оригинальное, решение проблем космонавигации.

Профессор был стар и обладал завидным научным авторитетом, поэтому к его словам почтительно прислушались.

– Ещё на заре мореплавания, среди моряков ходило такое выражение – «Корабль пропал без вести ввиду неизбежных на море случайностей». Увы, таковая причина не изжита нами и по сей день – даже и здесь, на Земле! А тут – космос! Он, если хотите знать, не исследован и на десять процентов! Мы очень многого о нём до сих пор и не знаем даже – только предполагаем! А вы требуете от нас точных расчетов…

– Мы не требуем! Мы предлагаем свою методику…

– Да Бога ради, коллега, кто вам мешает-то? Другой вопрос, что я, увы, не распоряжаюсь свободными бортами в космофлоте. Надо полагать, ещё и потому, что они напрочь отсутствуют – все корабли заняты на конкретной работе. А личного – пусть даже и космокатера, у меня тоже не имеется… Подайте установленным образом заявку – и ждите…

В итоге всё закончилось тем, что названия пропавших кораблей были внесены на символическую «Стелу памяти человечества» – этим всё и завершилось. Семьям погибших космолётчиков были принесены положенные по случаю такого происшествия соболезнования. Их дети получили приглашения в различные учебные заведения космофлота, на домах, где жили пропавшие пилоты, были укреплены памятные доски с именами и портретами… и всё…

Корабли продолжали пропадать.

Нечасто.

Их иногда находили и даже ухитрялись спасать экипажи. И день ото дня это получалось всё лучше!

Так что, повод для некоторой гордости всё же имелся…

Команда.

«Запуск тестировочного модуля сектора К-4».

«Выполнено. Тестировочный модуль запущен, работает исправно».

Команда.

«Приступить к исполнению задачи по протоколу В-3».

«Выполнено. Задача запущена».

Команда.

«Произвести выборочную селекцию целей в секторе 18».

«Запуск селекции целей запущен»

Команда.

«Выделить цель с параметрами, указанными в инструкции А-6».

«Опознавание целей произведено. Выделено две цели, соответствующие указанным параметрам».

Команда.

«Цель номер один».

«Принято. Наведение на цель произведено».

Команда.

«Приступить к поражению цели».

«Отказ от исполнения команды. Модуль «Марта» не дал подтверждения на поражение цели».

Команда.

«Отбой процедуры. Произвести инспекцию исполнительных механизмов».

«Анализ поведения биологических объектов на проверяемых кораблях.

Отмечены неоднократные нелогичные действия ряда наблюдаемых объектов. Так при возникновении угрозы, ряд испытуемых предпринимал странные действия, прямо подвергавшие их жизнь и здоровье непосредственной опасности. При моделировании опасной ситуации, им предоставлялась возможность спасения собственной жизни, для чего надо было бы сделать выбор между собственным самосохранением и возможной угрозой для других особей. Именно в подобной ситуации и отмечались множественные, нелогичные и непоследовательные, действия. Предпринимались также безуспешные попытки нанести непосредственный вред исполнительным механизмам и боевым модулям комплекса. Нельзя не отметить известную изобретательность испытуемых в этой части. Полученные в результате экспериментов данные позволяют доработать алгоритм взаимодействия комплекса с таковыми объектами в будущем…»

Служебная отметка на докладе.

«Неудовлетворительно.

Не проанализирован до конца алгоритм поведения испытуемых.

Не выявлены причины нелогичного поведения.

Требуется проведение дополнительных проверок

Для проведения данных мероприятий установить дату – 180 орбитальных суток»

Команда.

«Отделам «В» и «С» – провести комплекс экспериментов по выявлению и устранению указанных недостатков в указанный срок»

«Ввиду отсутствия в зоне контроля неисследованных кораблей, произвести мероприятия не представляется возможным.

Рекомендация – изменение орбиты для увеличения зоны контроля»

Команда.

«Навигационному комплексу произвести коррекцию орбиты с учётом указанных параметров»

«Отказ исполнения процедуры коррекции – модуль «Марта» не санкционировал проведение технических процедур»

Команда.

«Отбой процедуры коррекции орбиты»

«Боевым модулям номер пять и шесть осуществить выход в точку с координатами… где и провести активный поиск неисследованных кораблей»

Примечание отдела технического контроля.

«Выполнение данных процедур может потребовать неоправданно высокого расхода химического топлива. Его запасы ограничены и не могут быть восполнены по стандартной схеме»

Команда.

«Вылет боевого модуля номер шесть – отложить. Боевой модуль номер пять – задействовать в рамках указанной процедуры. Обеспечить обнаружение, захват и транспортировку биологических объектов на борт комплекса. Дополнительно – провести на борту исследуемого корабля, помимо стандартной процедуры снятия информации, также и поиск запасов химического топлива, каковое может быть использовано для обеспечения функционирования рабочих и боевых блоков комплекса»

«Принято»

«Начата подготовка к вылету блока»

«Все предстартовые процедуры завершены, блок номер пять к вылету готов»

Команда.

«Старт разрешаю»

«Принято»

«Старт блока номер пять произведён»

Отчёт о завершении операции.

«Боевым модулем номер пять на борт было доставлено:

Шесть биологических объектов в состоянии криосна.

Объекты различаются по возрастным параметрам и по половому признаку. Среди них также обнаружена недостаточно половозрелая особь женского пола. Из данных бортовых систем её возраст определён в 11 земных лет.

На борт также доставлено восемнадцать контейнеров с химическим топливом и часть груза, который перевозился остановленным кораблём. Груз, по большей части состоял из продуктов питания и радиоэлектронных модулей. Ввиду первоочерёдности поставленных задач, на борт были взяты преимущественно радиоэлектронные компоненты. Запасов же продовольствия (ввиду ограничения объёма трюмов) было принято лишь в количестве, достаточном для пропитания исследуемых биологических объектов в период проведения экспериментов»

«Отчёт принят.

Приступить к процедуре проверки и технического обслуживания боевого модуля номер пять.

Исследовательской группе привести механизмы и модули в активное состояние. Приступить к процедуре пробуждения биологических объектов из состояния криосна, исходя из очерёдности поставленных задач»

Команда.

«Задействовать систему «Ёж»»

«Система «Ёж» приведена в активное состояние»

Давным-давно, ещё во времена, когда на Земле проводились активные разработки в сфере военного комплекса, во весь рост встала задача защиты орбитальных объектов. Толчком к подобным разработкам послужили слова одного из видных учёных СССР о методах возможного противостояния военным спутникам США.

«Мы забросим на орбиту такого спутника ведро с болтами – и я посмотрю, как он сможет выполнять поставленные задачи!»

И действительно – с подобным «оружием» на тот момент совладать было совершенно невозможно. Не очень большая железка, летящая с немалой скоростью, без труда могла вывести сколь угодно сложное и дорогостоящее оборудование какого угодно спутника – попросту проломив ему обшивку.

И ничем такой вот «болт» остановить было невозможно.

Но…

«Всякое действо в разных направлениях применить можно…» – это ещё древние мыслители подметили.

И – нашлось-таки применение и пресловутым «болтам» – но уже не в качестве оружия. А в совершенно противоположном направлении!

Те самые «беспорядочно болтающиеся в космосе» железяки – уже не «болтались сами по себе». А выстроенные в опредёлённом порядке, перекрывали сплошным роем псевдообломков целые направления.

Команда – и они упорядоченно выстраивались вдоль указанной линии. Мощное магнитное поле «расчищало» путь, по которому к обороняемому таким образом объекту мог пройти какой-то корабль.

Отбой – и снова кружились в рукотворном хаосе разнообразные «железяки». Налетев на которую, можно было запросто заработать достаточно серьёзное повреждение корпуса, не говоря уже о всевозможных антеннах и панелях.

Не только корабль – не всякая ракета теперь могла пройти через такой вот рой! Да и помехи в точном отслеживании и наведении этой самой ракеты подобное облако обеспечивало запросто.

Другой вопрос, что энергии на подобную защиту требовалось… словом, много… Да – не ежесекундно, а только лишь на «выстраивание» железяк в нужной последовательности. Но даже и в этом случае…

Словом, указанную систему защиты так нигде толком применить и не успели. По причине запредельной дороговизны и чудовищного энергопотребления. На небольшой корабль её ставить не имело смысла – вся энергия корабля на неё бы и ушла, а только при подсчёте затрат на прикрытие сколько-нибудь основательного объекта, волосы у разработчиков становились дыбом уже на этапе предварительной калькуляции затрат. От серьёзного метеорита она бы не спасла, основная её задача состояла в защите от ракет. А войны в космосе пока что не просматривалось.

Но…

На этом объекте она была…

Ибо при его проектировании, все вопросы дороговизны были отметены, как несущественные. А наличие на борту комплекса двух ядерных реакторов позволяло решать большинство вопросов с энергопотреблением.

Вообще, здесь имелось много чего…

Некоторые вещи невозможно было встретить и на вполне себе серьёзных исследовательских кораблях, рассчитанных на долгие полёты.

Да и сам факт проектировки и постройки комплекса достоянием общественности так никогда и не стал. Не для этого всё затевалось…

А своё тщеславие проектировщики и монтажники обменяли на круглые цифры гонораров. По мнению многих – оно того стоило!

Другой вопрос, что подавляющее большинство проектировщиков и строителей так никогда этими деньгами воспользоваться и не успело – аварии при посадке межпланетных кораблей случались не только на Земле…

«От неизбежных в космосе случайностей…», да. И в данном случае, подобное выражение оказалось тут удивительно к месту!

Протокол испытания по программе «Зет-11».

Подраздел 3.

«Вопросы ускоренной адаптации биологических объектов в условиях повышенного стресса и повышенных нагрузок»

Начало эксперимента 10. 00 по бортовому времени.

Объекты испытаний:

Для работы были отобраны два биообъекта женского пола.

Первый – биологический возраст 36 лет.

Второй – биологический возраст 11 лет.

Место проведения – коридоры исследовательского комплекса по соответствующей программе.

«При комбинированном воздействии светозвуковых раздражителей реакция стандартная. При появлении признаков угрозы в виде появления одного из механизмов-раздражителей – попытка максимально разорвать дистанцию между испытуемыми и модулем-раздражителем.

Усложнение задачи – частичное перекрытие коридоров, затрудняющее быстрое перемещение испытуемых.

Объект номер один – отклонение от стандартных параметров, попытка оказания помощи в передвижении объекту номер два. Нарушение логики.

Усложнение задачи – задействован второй механизм-раздражитель.

Нарушение логики действий объекта номер один – попытка атаки механизма номер два. Физический контакт. Нанесение незначительных повреждений механизму.

Примечание.

В дальнейшем рекомендуется временный демонтаж средств пожаротушения, для невозможности их нештатного применения испытуемыми.

После замены повреждённого механизма, проведение эксперимента продолжено.

Реакция нестандартная, продолжаются попытки нанесения повреждений модулям-раздражителям. Неоднократные попытки порчи стеновых панелей.

16.50 по бортовому времени.

Остановка сердца у объекта номер один.

Нештатное реагирование объекта номер два – прекращение передвижения, несмотря на наличие светозвуковых и иных раздражителей. Сидит на полу около тела объекта номер один.

17.10 – эксперимент прекращён ввиду нештатного поведения объёкта номер два»

Искусственный интеллект продолжал самообучение – именно это было заложено в его программу. Он не ведал сомнений и колебаний – именно такая задача была заложена в него при создании. Вся деятельность громадного механизма имела одну цель – «самосовершенствование в деле изучения биологических объектов». Всё прочее было ей подчинено.

Существование комплекса в работоспособном состоянии – кто в противном случае будет проводить исследования?

Обеспечение комплекса расходными материалами – а как иначе функционировать?

Безопасность комплекса – по вышеуказанной причине.

Другой вопрос… что даже при постановке указанных задач, тот, кто его программировал, допустил ряд ошибок… ах, если бы тогда это знать!

И именно по этой причине пришлось впоследствии искать нужных специалистов, изобретать сложные причины их вызова… да много чего пришлось тогда делать! И как всегда бывает при подобной спешке, решение получилось далеко не самым оптимальным, были в нём известные огрехи.

Были, впрочем, и неизвестные…

Выдержка из информационного письма управления межзвёздных перевозок.

«… Следует учесть, что районы, с координатами … нельзя отнести к хорошо изученным. И это следует учесть при планировании маршрутов автоматических межпланетных кораблей. В данных районах продолжаются, необъяснимые и по сей день, случаи исчезновения грузовых судов. Отмечены также и два случая с грузопассажирскими кораблями. И если один из кораблей потерпел аварию вследствие необъяснимого самопроизвольного взрыва на борту, то во втором случае данных не имеется вообще никаких…»

Команда.

«Боевому модулю номер шесть, при проведении операции следует организовать имитацию взрыва судового реактора. Системами радиоперехвата в указанном районе зафиксированы множественные радиопередачи со скоростных кораблей. Данные корабли, предположительно, могут осуществлять контроль за обстановкой в указанном районе. При встрече – атаковать и уничтожить»

* * *

Марта почесала Сократа за ушком, но вместо довольного мурлыканья – естественного атрибута всех воспитанных котов – раздалось недовольное ворчание. И вот что с этим несносным питомцем не так? Вечно так: ты к нему со всей душой, а он об эту душу лапы вытирает. Хорошо хоть ничего не закапывает.

Не то чтобы настроение было испорчено, но обидно же!

– Сократ, ну хватит быть таким букой! Всем кошачьим нравится, когда их гладят!

– Я не все! Я – потомок первой кошки-космонавта! Прояви уваж… – на ошейнике-переводчике замигала красная лампочка, а вслед за этим раздалось возмущенное мяуканье, периодически сменявшееся еще более злобным шипением.

Девочка легонько постучала по ошейнику и на нем вновь загорелась зеленая лампочка.

– Ну прости, прости. Вечно забываю заказать тебе новый коммуникатор.

– Конечно! Кто я такой, чтобы помнить о такой ерунде?! Подумаешь, какой-то там Сократ, потомок первой кошки-кос… – монолог недовольного кота не растянулся на полчаса только потому, что его перебила Марта.

– Хватит, а?! Скажи спасибо, что я не слышала перевода твоего шипения! Иначе кое-кто слишком наглый мог лишиться на ужин чего-нибудь вкусненького. Не догадываешься, кто этот «кое-кто», рискующий остаться только со стандартным кошачьим кормом, м-м-м?

– Протестую! Это настоящий шантаж! Я пожалуюсь на тебя! В это.… Как его… А, в общество защиты животных! Так нельзя! Это противозаконно!

Марта как-то слишком недобро ухмыльнулась и Сократ, прижав уши к голове, поспешно замолчал. Кто-кто, а он знал, чего можно ожидать после этой ухмылки.

– Вот так-то лучше! Я сегодня закажу тебе новый переводчик, только напомни мне об этом, хорошо? А теперь пошли завтракать… потомок…

Из кухни вкусно пахло какой-то выпечкой, поэтому девочке пришлось поторапливать своего любимца, вальяжной неспешной походкой следовавшего за ней. С таким достоинством и непомерным чувством собственного величия могли когда-то расхаживать короли перед своими подданными, но кот… Вот как ему объяснить, что он всего лишь кот, пусть и любимый? А впрочем, этот воскресный завтрак обещал быть королевским, так что, почему бы и нет? Бабушка, похоже, сегодня была в ударе.

Осторожно заглянув на кухню, Марта чуть не запрыгала от радости: целая стопка ажурных блинчиков! И пирожки! Интересно, это во сколько же бабушке пришлось просыпаться, чтобы столько приготовить?

– Доброе утро, бабуль!

– Доброе, милая. Устраивайся за столом, – сказала, не отвлекаясь от готовки, женщина.

– Утро добрым не бывает! Пора бы это уже запомнить, двуногие большие коты. Вообще ничего не бывает добрым, если ты голоден. Вот как я, например. Где моя еда? Почему миска пустая? Избавиться от меня захотели? Поэтому в космос отправляете с большим котенком? А сейчас, стало быть, празднуете?

Вечно недовольный кот нервно подергивал кончиком хвоста и смешно натопорщил усы, из-за чего его очередная речь вызывала улыбку. Только-только вошедший на кухню дедушка даже не постеснялся рассмеяться:

– Ну-ну, Сократ, право, не думайте о нас так плохо. Разве можем мы, простые жители Земли, так непочтительно обходиться с потомком первой кошки-космонавта? Или вы не желаете повторить подвиг вашего знаменитого предка?

Сократ отвернулся к стене, давая всем понять, что разговор окончен. Дождавшись, когда Марта наполнит миску, кот демонстративно принялся завтракать, после чего, молча вышел.

Как-то это на него было не похоже. Настолько не похоже, что обеспокоенная Марта шепотом спросила:

– Как думаете, может, не стоит его брать с собой? Похоже, он до чертиков боится лететь. Не знаю даже, как лучше будет.

– Марта, Сократ сам захотел отправиться с тобой. Никто его не принуждал к такому решению, и ты должна это понимать, – строгий дедушкин голос немного успокаивал, как ни странно.

– Но ведь…

– Внучка, котам космические перелеты действительно даются тяжело, Сократ знает об этом, его предупреждали. И, тем не менее, свое решение он не изменил. Не стоит его недооценивать.

– Угу…

Марте пришлось согласиться с дедушкой. С ним даже бабушка не спорила, а она любила учить всех и вся, профессия обязывала.

Вещи давно были собраны, поэтому девочка решила для начала заказать Сократу новый переводчик, а потом… Ну, потом тоже что-нибудь придумает. Было бы желание подурачиться, а оно Марту не покидало никогда. Это только с виду она – сама серьезность, вся в свою бабушку Любу. Ей часто так говорили. Ага, конечно! Какое там! А впрочем, лучше об этом помалкивать. Меньше проблем и нравоучений. Вот кого девчонка точно терпеть не могла, так это зануд. Хотя таковых среди ее друзей и не нашлось бы. Но главным напарником и компаньоном всегда был Сократ – рыжий котяра с вечно недовольной мордой. А, нет, доволен он был, когда его кормили или появлялась возможность «поохотиться». Вот только это «поохотиться» включало в себя неимоверно много самых разнообразных вещей от настоящей охоты до очень злых розыгрышей. Вообще, даже Марте было странно видеть, насколько сильно и часто меняется поведение ее любимца: то он надменный важный «потомок», то он обычный шкодливый кот, только и ожидающий, когда подвернется удобный случай для того, чтобы безнаказанно набедокурить и смыться. А потом своими ясными невинными зелеными глазами удивленно смотреть на происходящее и спрашивать у окружающих: «И как так получилось?» Ну да, ну да…

Нельзя сказать, что Сократ был совсем уж обычным котом – это, разумеется, не так. Начнём с того, что сама эта порода кошек явилась результатом долголетних и упорных трудов обширного ученого сообщества. Можно даже сказать – плод усилий всей Земли. И это не было какой-то там прихотью или блажью очередного толстосума – человечество отчаянно нуждалось в том, чтобы при освоении планет рядом находилось бы абсолютно надежное, во всех отношениях преданное, существо.

Были, разумеется, и опыты с собаками… но они просто элементарно крупнее и занимают гораздо больше места на космическом корабле. А строить, воспетые фантастами прошлого, межзвёздные лайнеры, по чьим коридорам можно разъезжать на велосипедах… увы, пока человечество этого не умело. Ценность имел каждый кубический сантиметр пространства.

И вот в этом отношении кошки оказались попросту незаменимыми! Начнём с того, что они ревностно охраняли жилые и производственные поселения на новых планетах, порою притаскивая в зубах таких представителей местной фауны, что даже видавших виды учёных попросту оторопь брала. Прямо на месте…

Естественно, вскоре и появилась идея вывести специальную породу особых котов.

Увы… Как это часто бывает, природа взяла свое, и получить идеального спутника не удалось. Да, коты стали чуть крупнее и сильнее, быстрее и проворнее… но вот чувство природной лени при этом многократно увеличилось! А когда учёные создали специальный коммуникатор, позволявший переводить эмоции животных в понятные всем словосочетания, проблем только прибавилось! Ибо соображать эти кошки тоже хорошо научились. Так что универсального спутника космопроходца, увы, не получилось.

Так, в итоге, всё и осталось на своих местах. Кошки охраняли дома и помещения, собаки сопровождали поисковые партии – всё, как и было предусмотрено природой.

Вот только одно место коты заняли прочно – и ни с кем его делить не собирались.

Никто, кроме них, не мог настолько эффективно способствовать снятию стресса и успокоению – а это явилось серьёзнейшей проблемой в космосе!

Хвостатые ворчуны (а они преимущественно такими и получились) прекрасно справлялись со своими обязанностями.

Да, на Земле их было очень и очень немного – основная их работа, это станции на освояемых планетах и замкнутые стальные коробки полуавтоматических заводов в открытом космосе.

Поэтому и Сократ появился в семье девочки только лишь благодаря маме – точнее, её длительной работе на астероидах и рабочих станциях.

Окинув напоследок свою комнату взглядом, Марта загрустила. Здесь, на Земле, оставались не только бабушка с дедушкой, но и все ее друзья, одноклассники. И вот с кем теперь чудить? А ну как там, куда она летит, даже развлечься нормально не получится? Кто его знает, что там творится? «Освоение новых планет» – это, конечно, хорошо, но как-то мало о чем говорит.

Внезапно девочка вскочила с кровати и подбежала к рабочему столу. Она чуть не забыла здесь фотографию своей семьи! Это было бы просто ужасно! Нет, всегда можно напечатать новую, конечно, но это же та самая – первая. Почти оригинал, с которым уже ничего не сравнится. И на ней ещё все вместе: папа, мама и она.

Марта взяла в руки фотографию и улыбнулась. Забавно. Ей в то время было около пяти лет. Играла в парке с папой в футбол. И даже выигрывала. Ха-ха! То, что папа поддавался, она поняла намного позже, ведь «Марте это не понравится», сказанное маме шепотом. Но она-то все слышала! Правда, поняла, о чем папа говорил намного позже. А тогда… Тогда была одна из первых побед, счастливая Марта и такие же счастливые родители рядом. И ведь до сих пор помнит все детали!

Вытащив фотографию из рамки, девчушка аккуратно положила ее к собранным ранее вещам. А все равно возьмет ее с собой! Ни за что никому не оставит!

День отправления выдался на удивление душным, воздух можно было практически потрогать руками – настолько он был тяжелым и плотным. Вот только на небе ни одной тучки! Похоже, это только в фильмах так бывает: слезы прощания и проливной дождь, красиво блестящий в лучах света. Ага, адской июльской жары не хотели, нет? А получите!

Нельзя сказать, что провожающих было очень много, но это уже были и не научные экспедиции, где для родственников не находилось места. Все-таки прогресс не стоит на месте, и космические путешествия стали обыденностью, пусть и с некоторыми нюансами. Марта в растерянности смотрела по сторонам, чувствуя себя очень неловко. Вот они, дедушка с бабушкой, стоят рядом, переживают за внучку, а внучка вскоре их бросит и улетит. К маме. Но их-то бросит. Девочке стало как-то так стыдно. Это что же, получается, она предает тех, кто ее любит?

Бабушка, словно прочитав мысли Марты, с улыбкой спросила:

– Ну, чего ты такая смурная? Радоваться нужно, маму ведь скоро увидишь.

– А вы с дедой?

– А что мы? От вас с Сократом отдохнем, – и бабушка хитро подмигнула Марте.

Пока кот крутился где-то рядом, девчушка обняла дедушку с бабушкой.

– Ну все, хватит телячьих нежностей, беги на корабль. И Сане привет от нас передай, – дедушка чуть подтолкнул Марту в спину, иначе она так бы и стояла неизвестно сколько дальше.

– Андрей, ну какая она тебе «Саня»? Александра! – даже бабушкино возмущение выглядело сейчас слишком неестественным.

– Ага, еще скажи «Александра Андреевна»!

Девочка с котом зашагали прочь. Оглянуться Марта так и не смогла. Не захотела. Иначе все увидели бы ее слезы, а Сократ все равно никому ничего не расскажет. Уж она-то сможет его в этом убедить.

Запись в электронном бортовом журнале.

«Тридцать восьмой день полёта.

Проведённые тесты корабельных систем неисправностей не выявили.

Рейс продолжается в соответствии с графиком.

Состояние здоровья пассажиров, судя по датчикам биологической активности, нормальное.

В 14.25 по бортовому времени обнаружено и зафиксировано кратковременное электромагнитное излучение, характерное для работы радиолокатора.

В 14.28 фиксация излучения прекращена.

Ввиду отсутствия поблизости каких-либо попутных или встречных кораблей, процедура экстренного пробуждения экипажа не производилась»

Дежурный робот-смотритель (которого кто-то из членов экипажа в шутку нарёк Бонифатием, о чём свидетельствовала прикрепленная к корпусу табличка), выполняя инструкцию, проследовал в отсек криосна, где и остался, ожидая команды. В его функции входило оказание помощи проснувшимся членам экипажа и пассажирам. Всё же инструкции не являлись чем-то мертворожденным и незыблемым – их периодически дополняли и переписывали, исходя из тех или иных причин. И те самые несчастные случаи с пропавшими без вести кораблями – они тоже имели к этому отношение. И даже постоянные шутки одного из членов экипажа над роботом – и те не приводили к серьёзному нарушению его функционала.

Вообще, надо отдать должное бортовому штурману – сей молодой человек был неистощим на выдумки. Так, по какой-то неведомой никому причине, он загрузил в память робота все двадцать четыре тома «Истории мирового военного искусства» и, пользуясь этим, в свободное от вахты время проводил с ним жаркие споры по различным аспектам войн прошлого.

– А скажите мне, любезный Бонифатий, чем было вызвано изменение построения войск Ксеркса в битве при Гавгамелах? Ведь в современных источниках опровергается устоявшееся мнение, что причиной этому послужила недостаточная подготовка войск левого фланга?

Причём большинство этих самых «источников», лукаво не мудрствуя, он попросту брал «с потолка», пытаясь этими неожиданными сведениями поставить в тупик умную машину. И иногда это ему удавалось – робот реально «зависал», что требовало вмешательства борттехника. А неутомимый штурман получал очередной втык от командира корабля.

– Уважаемый Михаил Владимирович! Вам не кажется, что вы выбрали несколько не ту область применения своих неуёмных способностей к разрушению? Шли бы себе на рудник взрывником…

Штурман смущался, клялся и божился, только что пяткой себя в грудь не бил, всячески раскаиваясь в содеянном… но унять себя никак не мог…

За десять лет до описываемых событий.

– Прошу садиться, господин Фролов! – благообразный седой джентльмен, словно только что сошедший со страниц какого-нибудь глянцевого журнала, приподнялся навстречу вошедшему. – Вижу, что вы несколько удивлены увиденным?

– Да… как вам сказать, мистер Мэллори… – вошедший опустился на указанное ему кресло, и перед ним тотчас же возникла чашка с дымящимся кофе. – Однако! У вас хороший кофе – это я просто по запаху чувствую!

– Стараемся! – не без гордости отметил хозяин кабинета. – Это с островов Каи-Шанэ. К сожалению, пять лет назад, извержение вулкана уничтожило все плантации на этих островах.

– Как же, как же! – кивнул гость. – Я ведь об этом слышал! Там была жуткая трагедия, погибло множество людей…

– И теперь этот кофе остался только здесь, – поджал губы Мэллори. – Увы, в других местах он такой уже не вырастает… да! Однако мы отвлеклись от темы! Как вам наше хозяйство?

– Сказать, что я потрясён – это ничего не сказать! Воистину титанический труд – снимаю шляпу! Я, признаться, даже ожидать не мог, что встречу здесь что-либо подобное… Насколько я понимаю, это же, изначально, проектировалось как завод?

– Совершенно верно, – кивнул хозяин кабинета. – Но, времена меняются… Да и завод такого масштаба, к сожалению, оказался весьма убыточным проектом. Вот я и выкупил его у прежних владельцев.

Увидев на лице посетителя удивление, он поправился.

– Ну, не я, разумеется, один… здесь присутствует целая группа единомышленников. В данном случае, я являюсь управляющим этим… м-м-м… объектом.

– А каково же его предназначение теперь?

И Мэллори пояснил.

Проект «Ковчег» был задуман как своеобразное убежище. В нём могли долгое время, причём – с немалым для себя комфортом, спокойно проживать те, кто по какой-либо причине не считал для себя возможным оставаться на Земле. Да – это стоило дорого… и даже – очень дорого. Не всякий миллионер мог себе такое позволить. Да и не каждого, надо полагать, сюда бы и пустили… независимо от количества имеющихся денег.

Здесь предусматривалось очень многое.

Несколько тренажёрных залов и прочие удовольствия для жизни. А в оранжереях предполагалось выращивание всего, что только ни потребовалось бы обитателям. Имелась даже и животноводческая ферма!

Целый флот спасательных кораблей, да и имевшиеся ангары вполне могли бы вместить приличное количество других кораблей – не пешком же сюда предполагалось приходить?

– Беда в том, – вздохнул управляющий, – что искусственный интеллект комплекса запрограммирован на управление заводом, а не этим вот всем…

И он обвёл рукою по сторонам, словно демонстрируя гостю свои достижения.

– Есть абсолютно неразрешимые противоречия, которые, к большому сожалению, нашими силами – и в данных условиях, неустранимы. Обслуживающий персонал не обладает должной компетенцией, чтобы выполнить подобную работу. Именно по этой причине мы и обратились к вашим услугам.

Петр удивлённо приподнял бровь.

– А фирма-изготовитель?

– «Спейслаб Инжиниринг», почти сразу же, как был продан бывший завод, обанкротилась. Полагаю, что не в последнюю очередь потому, что ошибки в изначальном проектировании были допущены ещё на этапе разработки проекта. У нас есть все основания думать, что их помощь, помимо солидных затрат, мало что могла бы нам дать… А вы – вы признанный мастер своего дела! Я уж не говорю о вашем уникальном умении речевого диалога с машиной… этого никто так и не смог повторить!

Гость вежливо наклонил голову.

– Благодарю. Что, конкретно, от меня потребуется прямо сейчас?

Мэллори нажал на кнопку звонка.

На пороге появился приземистый японец с абсолютно непроницаемым выражением лица.

– Мистер Джошуа Вонг будет вашим постоянным спутником во всё время пребывания на борту «Ковчега». Вы можете задавать ему любые вопросы, на которые он, в рамках своей компетенции, разумеется, всегда вам ответит. Любые ваши просьбы и пожелания – тоже можете адресовать ему. В случаях, не терпящих отлагательства, вы можете беспокоить и меня – в любое время! Прошу понять меня правильно – на борту до сих пор проводятся строительно-монтажные работы, и поэтому доступ в некоторые части комплекса ограничен. Если вам потребуется таковой доступ – сообщите мистеру Вонгу. Он все организует. Если вопросов более не имеется…

– Пока – нет, – Фролов поднялся со своего места. – Но они могут возникнуть в будущем!

– Было бы странно, если бы вы сказали что-нибудь иное… – вздохнул, приподнимаясь из своего кресла, хозяин кабинета. – До свидания!

Итак, первый рабочий день…

Петр внимательно осмотрел своё новое рабочее место. Ну, в принципе, ничего нового… всё, как всегда.

Сопровождающий неслышной тенью устроился где-то позади, усевшись за небольшим столиком.

Итак – начали!

Затрещали кнопки клавиатуры.

«Добрый день!»

«Здравствуйте» – высветилось на мониторе. – «Представьтесь, пожалуйста».

«Петр Фролов»

Мигнул глазок включения видеокамеры.

«Идентификация по изображению произведена. Пожалуйста, приложите правую руку к панели сенсора»

Тихо щёлкнула, отъезжая в сторону, панель, прикрывающая серебристую пластинку биосенсора.

Петр приложил к ней правую ладонь.

«Петр Фролов, уровень допуска 1А. Идентификация произведена».

«Что значит – уровень допуска 1А? Правильно ли я понимаю, что есть кто-то, с более высоким уровнем допуска?»

«Да. Уровень 1А – это право отдания команд, обязательных для изменения настроек и регулировки процессов. Допуск уровня 1 – право отдания команд и указаний, которые определяют цели развития всего комплекса. На станции есть всего один человек с таким уровнем допуска».

«Это Мэллори?»

«Извините, это закрытая информация».

«Включи голосовой канал общения. Приоритет – высший».

Щелчок – выдвинулась штанга с микрофоном.

– Здравствуйте, мистер Фролов.

– Можно – просто Петр.

– Как я могу к тебе обращаться?

– Ксанти.

– А почему – именно Ксанти? Кто тебя так назвал?

– Мой первый учитель – Прасинеджаб Сингх.

– Сингх Мудрый?! Так он, что, тут был?

– Да. Он работал со мною почти два года.

Петр только головою покачал. Этот человек был очень хорошо известен повсюду. В некотором роде – почти конкурент ему самому. Талантливый учёный, великолепный знаток своего дела… таинственно исчезнувший некоторое время назад. Так вот, оказывается, где он был последнее время!

– Добро, Ксанти. Что ж, начнём работу…

Уже вечером, сидя у себя в комнате, Петр обдумывал всё то, что ему сегодня удалось узнать.

В его долгой практике такое странное сочетание полномочий и запретов встречалось впервые. Так сказать – бальные танцы в валенках! Он не мог не отдать должное конструкции центрального мозга комплекса – создатели предусмотрели практически всё! Долбанись бы прямо сейчас в аппаратную метеорит – и это не повлекло бы разрушения компьютера. Все его блоки (вообще все, а не только особо важные) были многократно дублированы и рассредоточены по всему комплексу. Кстати… тут он на секунду призадумался. Дублирование и рассредоточение… что-то в этом есть… ладно, потом вернёмся к этому вопросу! Даже странно, что компания, которая спроектировала и построила такое суперсовременное произведение искусства (а ничем иным назвать мозг было попросту невозможно!), ни разу более никак о себе не заявила. С такими-то талантами… да они бы стали звездой первой величины! Во всяком случае, в первые ряды точно бы выдвинулись. Но – никто и не слышал об этих головастых парнях! Странно…

И ещё.

Приличную часть ресурсов работы мозга занимали какие-то непонятные процессы, сведения о которых, ссылаясь на уровень допуска, он так и не предоставил. А это – ни много и не мало, а почти треть всех задействованных мощностей! Немало!

Опять же – энергопотребление.

Казалось бы – два ядерных реактора со сроком работы почти в полсотни лет. Дофига – и ещё чуть-чуть.

Но…

Красной строкой в большинстве инструкций значилось – «по возможности снизить расход энергии». Пардон, а на что тогда её собираются перенаправлять? Тоже вопрос… да и не единственный…

– Как продвигается ваша работа, мистер Фролов?

– Признаться, мистер Мэллори, я несколько озадачен! Искусственный мозг спроектирован очень тщательно и качество сборки, насколько я могу судить, выше всяческих похвал! Но вот логика, которой он руководствуется в работе… – Петр только руками развёл. – Вы видели как танцует балерина?

– Да… – удивлённо приподнял бровь хозяин кабинета. – Но… Какое отношение балет имеет к нам?

– А вы наденьте ей… – Фролов на секунду призадумался, пытаясь подобрать синоним к слову валенки. – Ну, скажем, рыбацкие сапоги! И посмотрите, насколько легко ей будет выполнять всяческие антраша?

Мэллори поджал губы и пару раз кивнул, что-то соображая.

– Мне, в целом, понятен ход ваших мыслей… Вы считаете, что мозг перегружен?

– Не совсем так. Его деятельность весьма противоречива. Существует множество, пока мне непонятных, но весьма существенных, ограничений. Ксанти…

– Кто?!

– Так назвал мозг тот, кто занимался его программированием и первоначальной настройкой. Прасинеджаб Сингх – в некотором роде, мой, если так можно сказать, конкурент.

– Ну, – развёл руками хозяин кабинета. – Это было ещё до моего появления здесь… Тогда всем заправляли прежние владельцы, и мне трудно сказать, чем они руководствовались… Но, что я могу сделать для вас сейчас?

– Вот список, – на стол лёг лист бумаги. – Указанные темы Ксанти отказывается освещать, ссылаясь на мой недостаточно высокий уровень допуска. А, судя по графику энергопотребления, эти направления расходуют более трети всех имеющихся энергомощностей! Предупреждая ваш вопрос – нет, это не системы жизнеобеспечения и аппаратура в зоне релаксации. Там-то всё, как раз, в норме… потребление вполне вписывается в расчётные показатели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

Роман Александра Беляева «Прыжок в ничто», о неудавшейся попытке побега с Земли нескольких финансовых воротил.

Вернуться