# Lasta im

Asora Mora

Чудная мы команда. Нет… Не команда, не то слово. Соратники? Ещё хуже. Может друзья? И это слово не совсем подходит. Семья? Возможно, это то самое, самое подходящее, хоть и слащавое слово. Мы злимся друг на друга, ругаемся, кричим, да даже клянемся убить при первом же удобном случае. Но… Я знаю, что мы не оставим друг друга и всегда будем рядом. Несмотря ни на что. Мир предал каждого, извратил, помотал, изранил. А мы как вредный сорняк, что пророс между камней. Не сдаемся, сплетаем корни, растем и защищаемся. Вместе мы заслоним свои стебли листвой, будем тянуться к свету, и задушим все, что решит приблизиться. Я обещаю.

> «Lasta im» – дарк-фэнтезийная новеллизация, вдохновлённая Baldur’s Gate 3, но доступная даже тем, кто не знаком с игрой или вселенной Dungeons&Dragons. Это история о выживании, доверии и поиске себя в мире, который легко ломает, но редко даёт шанс на искупление.

> Повествование ведётся от лица главной героини – полудроу с собственной предысторией. Это не просто пересказ событий игры, а глубокое исследование персонажей, их страхов, внутренних конфликтов и сложного пути, который каждому предстоит пройти по-своему.

> Лор D&D и канон игры не упрощаются, а раскрываются через дополнительные сцены, персонажей и диалоги, органично вплетённые в повествование. Все элементы мира – магия, боги, расы и фракции – объясняются естественным образом, сохраняя атмосферу оригинала, но делая историю понятной даже тем, кто не знаком с системой.

## Пролог


Тихая капель пробралась сквозь глубокий транс, дополняясь свистом. Тяжёлые веки поднялись, пропуская тусклый свет в проходе. Рассеянный взгляд наблюдал за высокой парящей фигурой, медленно плывущей к большому резервуару в центре комнаты. Сама комната казалась круглой, её стены блестели и будто пульсировали, а вокруг располагались странные оболочки, похожие на монструозные яйца гигантского существа.

Взгляд с трудом концентрировался на фигуре с щупальцами на лице, продолговатым мокрым черепом и с широким витиеватым воротом мантии. Четырёхпалая кисть существа с длинными когтями протянулась к резервуару, неспешно перебирая тонкими пальцами. Резервуар раскрылся лепестками, оставляя между ними нити слизи. Из него сочился мягкий жёлтый свет, донося хлюпанье неизвестной жидкости. Существо опустило конечность внутрь и через пару долгих секунд, выцепило длинными когтями что-то маленькое, подобное личинке. Едва-едва послышался писк и стрекот. Личинка пищала, и, пульсируя красным светом изнутри, ползла по кисти существа с щупальцами. Дроу[1] сосредотачивалась на звуках и происходящем перед ней, вглядываясь в жуткий силуэт. В ответ на усилия голову пронзила боль и подступила тошнота. Крепко зажмурившись в надежде проснуться от кошмара или хотя бы прекратить зуд в глазах, дроу дёрнулась. Рядом прозвучал скрежет.

Соседний сосуд с полупрозрачными дверцами раскрылся по жесту существа. В чудовищном сосуде лежала зеленокожая пленница с необычной внешностью. Она только начинала приходить в себя, морща крохотный нос и открывая яркие жёлтые глаза, подчёркнутые чернильными пятнами на веках и чёрными толстыми полосами по впалым щекам до длинных ушей с резьбой. Дроу знала, кому могут принадлежать такие черты. Это была гитьянки[2]. В мыслях проплавали обрывки историй, что она читала про гитов. Проскальзывали образы беспощадных воинов и могущественных магов, гордого народа и всадников драконов. Тех, кто смог вырваться из рабства иллитидов. Затуманенный разум заполнялся множеством вопросов: «Гитьянки никогда не сдаются живыми. Как смогли поймать её? Почему мы здесь? И где это здесь?»

Жуткое существо подплыло в воздухе к гитьянки с протянутой кистью, с той самой, по которой ползала пищащая личинка. Когтистая рука потянулась к лицу гитьянки, пока та тщетно пыталась отвернуться или сильно задрать голову. Но все движения надёжно сковывались мокрыми толстыми артериями, такими же, что крепко держали тело дроу. Личинка ползла по лицу пленницы, медленно пробираясь выше, всё ближе и ближе к левому глазу. Прозвучал сдавленный крик, вызывая животный ужас. Оцепенев, дроу не могла оторвать взгляд от закрывающейся соседней сосуда. Ей хотелось исчезнуть, раствориться, притвориться мёртвой, да что угодно, лишь бы избежать такой же участи.

Дверцы её сосуда со скрежетом открылись, и взгляд вернулся к страшному существу. Оно приближалось к ней. У дроу не получалось отвести взгляд или закрыть глаза. Тело отказывалось выполнять её приказы. Голова резко повернулась вперёд, и веки насильно открыли невидимыми пальцами.

Тусклый свет озарил мерзкое существо, заставляя затуманенное сознание принять кошмар: «Иллитид…» Оранжевые глаза кальмароподобного чудовища светились, длинные скользкие щупальца на месте носа и рта покачивались, серая кожа сочилась слизью. Иллитид выглядел точно так же, как описывали в пугающих рассказах, которые дроу читала в детстве. Когтистая конечность приблизилась к её щеке, и паразит запищал громче, расправляя маленькие щупальца навстречу и открывая пасть с десятком мелких острых клыков. Мокрая личинка коснулась лица и, оставляя слизкий след, ползла к правому глазу дроу.

Личинка на мгновение остановилась у глаза и нырнула. Голову пронзила яркая боль. Мерзкое создание копошилось, прорезаясь вглубь, царапая. Зрение помутнело и вскоре вовсе пропало, утягивая разум дроу в темноту. Свет и боль исчезли. Осталась тихая пустота.


## I АКТ | Побег


Разум дроу просыпался, сердце стучало слабо, голова раскалывалась. Кислый смрад и жар пробирался в лёгкие, обжигая гортань с каждым вздохом всё глубже. Получилось поднять чугунные веки. Дверцы живой клетки были уже распахнуты, мокрые артерии больше не держали тело, и где-то вдали раздавались крики и скрежет металла. Сильный удар сотряс комнату под воинственные возгласы и свирепый рёв, заставляя всё вокруг дрожать и качаться. Комната пылала. Резервуар с личинками теперь напоминал адский котёл. Гитьянки болезненно поднималась с пола, покрытого золой и обломками, наблюдая за дроу, что смотрела на неё с мольбой и надеждой. Но зеленокожая воительница шатко поднялась на ноги и исчезла в горящем проёме.

«Брось, Тав. Зачем ей помогать? Это глупо, – дроу постаралась собрать все силы, что ещё остались, осмысливая происходящее. – Нужно выбираться… иначе сгорю». Вывалившись из своих оков, она упала на покорёженный липкий пол. Первые движения отдавали болью, силы её покидали. Опираясь на стенки и избегая огня, Тав двигалась к проходу.

Слабые ноги подвели, и подогнувшись, оставили её прямо под огромной ракушкой, из глубины которой потянулись длинные щупальца, как у медузы, источая приятный голубой свет. Животный ужас вернулся, заставляя Тав замереть и надеяться, что щупальца станут к ней равнодушны, хотя она и готовилась к новому приступу боли. Но боль не пришла.

Наоборот, каждая клетка её кожи покрылась таким же голубым сиянием, сердце успокаивалось, тело наполнялось силой, разум становился чище, спокойнее. Через мгновение Тав почувствовала себя настолько хорошо, насколько она могла представить. Будто очнулась после долгого сна, после сытного ужина, после горячей ванны. Опасливо отползая от ракушки, она следила за длинными щупальцами. Ракушка больше не замечала дроу, свернув щупальца ближе к своей раковине. «Повезло, что не каждая тварь хочет меня прикончить», – с этой мыслью Тав глубоко вздохнула, позволяя себе короткую передышку и успокаивая разум. Поднявшись, она привычно потянулась к своему верному клинку. Но нашла лишь пустые ножны, маленький бутылёк зелья лечения и небольшой набор для взлома замков, отчего паника разгонялась сильнее.

Нахмурившись, дроу оглянулась, осматривая полуразрушенную комнату в поисках чего-то острого. Стены комнаты обваливались кусками, большинство живых клеток уже придавило обломками, а в стороне, рядом с одним из закрытых сосудов, лежал иллитид. Подобрав твёрдый осколок и медленно подходя к телу кальмароподобного существа, она внимательно наблюдала. Сейчас появилась возможность рассмотреть своего похитителя. По бокам удлинённого черепа были видны его мозги, прикрывавшиеся лишь тонкой слизистой кожей, а отброшенные щупальца раскрывали ужасную пасть с несколькими рядами острых зубов. «Ещё омерзительнее, чем я помню», – раздражённо отрезала Тав. Прицелившись, она бросила в голову чудовища найденный осколок.

Иллитид не дёрнулся. «Сдох. Отлично. Может, остался кто-то живой?» – выдохнула дроу, осматривая комнату. Некоторые были охвачены огнём, некоторые раздавлены обломками стен и обрушившимся потолком. Хотя пара живых клеток в форме гигантских яиц и уцелели, но были пусты. В одной из них она нашла меч, завалившийся в глубину сосуда между слизких артерий. Забрав клинок и мысленно поблагодарив неизвестного мечника, она взвесила оружие в руке. Короткий меч, какие использовали простолюдины, от стражников до начинающих искателей приключений. Непривычное оружие подарило немного уверенности и дроу направилась к проёму, откуда появился иллитид.

Дальше по склизкому коридору была дверь из плоти, что раскрылась, как только Тав подошла ближе, позволяя ей пройти в следующую комнату. Комната была значительно просторнее, в ней не было сосудов, но было множество столов и загадочного оборудования, из чего Тав сделала вывод, что зал служил иллитидам лабораторией, как у алхимиков. На некоторых столах лежали вскрытые трупы гоблинов, на других стояли резервуары с мозгами, на иных аквариумы с незнакомыми растениями.

«Хм… садоводство по-иллитидски? Мило», – осматривая странные ёмкости, про себя съязвила Тав в попытке заглушить панику. От изучения аквариумов Тав отвлёк нежный, тихий голос. Вместе с голосом в её голове ощутилось движение. Личинка реагировала на таинственный зов. Тав опасливо огляделась, ища обладателя голоса. Идти на него было бы совершенной глупостью, но это мог быть выживший заражённый. Или же ответы хотя бы на один из множества вопросов. Интерес и надежда перевесили осторожность, и Тав пошла на голос, крепко сжимая рукоять меча.

– Сюда! Мы здесь…

Голос доносился из вялого тела эльфа на железном стуле, хотя его губы не двигались, а конечности болезненно дёргались. Подойдя ближе, Тав всматривалась в окровавленную голову. С эльфа не просто сняли скальп, а срезали верхнюю часть черепа. Она осторожно обошла тело со стороны. Мозг взбудораженно подёргивался, глаза эльфа закатились назад и снова прозвучал тихий голос. Голос прямо в голове Тав.

– Да! Ты спасёшь нас! А мы поможем тебе. Освободи нас из этой темницы!

Мозг задрожал сильнее в ожидании, и конвульсии в теле эльфа стали чаще и резче.

– Скорее! Пока они не вернулись… они вернутся! – голос из мозга звучал встревоженно.

– Кто вернётся? Кто они? – Тав попыталась узнать больше, сжимая рукоять всё сильнее.

– Враги! Их очень много… – голос звучал слабее, с каждым словом умоляя.

– Кто говорит со мной? Мужчина или мозг? – дроу приблизилась чуть ближе, приготовившись к удару.

– Новорождённый… явившийся на свет из этой оболочки… – голос из мозга постепенно растворялся в сознании Тав, пока её желудок среагировал новой волной тошноты.

В мыслях дроу пронеслись заметки из старых пыльных книг. Иллитиды использовали тела разумных существ для размножения или в качестве рабов. Вот что её ждало. Стать рабом или иллитидом. Это не просто мозг в мёртвом теле, уже нет. Это пожиратель интеллекта, верный прислужник свежевателей разума, её похитителей, слуга иллитидов. Тав лихорадочно пыталась взвесить всю ситуацию: «Отпускать его опасно, он и так в моей голове. Нельзя оставлять его в живых».

– Боюсь, тебя уже поздновато спасать, – произнесла дроу, поднимая меч и готовясь проткнуть телепатически говорящую плоть.

– Нет! Постой! Я помогу тебе выбраться с корабля! – в голосе ярко звучали нотки мольбы и надежды.

– И зачем тебе помогать мне? Ты можешь убить меня одной лишь псионической силой, благодаря которой говоришь со мной, – клинок замер над мозгом в руках дроу.

– Мы хотим выжить… мы не хотим умирать. Мы покажем, как выбраться с корабля. Нам нужно в рубку.

Мозг съёжился и дрожал. Тав чувствовала страх и осторожность. Эти чувства не принадлежали ей. Они казались чужими, ощущались физически, выделялись подобно галлюцинации. Они принадлежали пожирателю интеллекта внутри черепа умирающего эльфа.

– Пожалуйста… помоги! Мы погибаем. Извлеки нас из этого тела. Освободи нас из плена.

Тав внимательно осмотрела мозг, пожиратель интеллекта не лгал, он погибал. Острые стенки черепа эльфа давили, распространяя отёк в местах соприкосновения с твёрдой костью. Мозг стал слишком большим для черепной коробки своего носителя. Тав продолжала обдумывать его слова: «Чёрт. Возможно, это ужасно наивно. Но пожиратель интеллекта может знать, как выбраться отсюда. У меня с собой острый меч. Он только родился, он должен быть слаб».

– Ладно. Не двигайся.

Мозг замер. Тав удалось аккуратно вытащить его из черепа эльфа без повреждений ловким движением пальцев, и после, резким рывком, оторвать мозг от тела носителя. Держа нежную плоть в руках, она вновь задумалась о разумности своего решения. Мозг всё ещё не двигался. Пожиратель интеллекта боялся пошевелиться, он знал, о чём она размышляет: «Его так легко сдавить или покалечить… просто на всякий случай, чтобы он не смог мне навредить». Тав смотрела на мозг, пытаясь холодно взвесить всё возможные последствия, решая его судьбу: «Соберись. У тебя меч и отличная скорость. Он слаб и у него есть информация. Пытать ты никого не собираешься, даже иллитидскую тварь».

Тав приняла решение, медленно укладывая мозг на пол, стараясь не повредить. Через пару секунд мозг стал быстро увеличиваться в размерах, из него выскочили длинные щупальца, что вились, как причудливые усы насекомого в поисках чего-то вокруг. Ещё через секунду на её глазах выросли конечности – морщинистые лапы с толстыми чёрными когтями. Теперь мозг походил на гигантское слизкое насекомое с телом из мозговой плоти и с чудовищными лапами.

– Мы свободны! Свободны. Друг! – существо возбуждённо подпрыгнуло и вдруг замолкло, прислушиваясь, пока личинка за глазом Тав снова задёргалась, улавливая нечто знакомое. – Нам пора идти в рубку. Мы там нужны.

– Кому? Что происходит в рубке?

Пожиратель интеллекта напрягался, словно обращаясь за указаниями к незримому советчику.

– Ты нас не слышишь? Нам здесь не выжить. Надо бежать из этого мира. Надо продолжить путь.

– Как мне обращаться к тебе? – неожиданно для себя выпалила Тав.

И сразу после этих слов, ей сильно захотелось ударить себя по лбу: «Какого чёрта я это спрашиваю у мозга-переростка с лапами? Решила завести экзотического питомца?»

– Мы. Мы – это Мы.

Устало выдохнув, Тав позабавилась глупой мыслью: «Всё лучше и лучше. Если превращусь в иллитида, у меня хотя бы будет подобие кошки с неопределённым я, то есть с Мы». И продолжила уже вслух.

– Веди.

Пожиратель интеллекта радостно подпрыгнул и направился к большому проёму в стене корабля, останавливаясь и ожидая Тав после каждого метра. «Скорее, не кот, а очень странная собака», – подумала дроу в попытке развлечь себя во всём этом безумии.

Только сейчас Тав разглядела то, из чего были созданы стены рассыпающегося корабля её похитителей. Словно живые, они пульсировали и сжимались от огня, пытались залечить разорванные раны, пока из их огромных вен сочилась слизь. Тав напряглась, вспоминая краткие заметки об империи иллитидов из книг: «У них ведь есть живые корабли… наутилус? Нет. Наутилоид». Единый живой организм, который подчинялся иллитидам в их странствиях, всплывал в сознании дроу рисунками с пометками авторов: «Так, они достигают самых дальних планов, чтобы подчинять себе разумные миры и досуха высасывать из них жизнь…»

Разум Тав продолжал хаотично задавать сотни вопросов и представлять тысячи вариаций её судьбы. Она даже не понимала, где они, пейзаж совершенно был не знаком и напоминал настоящий ад. Острые верхушки скал возвышались над лавовыми реками. Воздух был настолько горячим, что обжигал лёгкие при каждом вздохе. Пепельное небо застилалось густыми чёрными облаками, сквозь которые мелькали искры белых молний. А мимо проносились настоящие красные драконы со всадниками гитьянки. Гигантские щупальца наутилоида тянулись к ним, пытаясь сбить или схватить. Тав не могла оторвать взгляд от воздушного боя прямо над головой. Пожиратель интеллекта подталкивал, заставляя дроу руками хвататься за панцирь стен корабля и медленно продвигаться дальше. Позади неё раздался рёв дракона, но обернувшись, она увидела не его, а знакомую фигуру.

– Чудовище, тебе конец!

Гитьянки, которую заразили вместе с Тав, с криком спрыгнула с выступа корабля и приземлилась прямо перед дроу. Зеленокожая воительница приняла боевую стойку, направляя на неё длинный меч. Тав отступила на шаг и сразу же почувствовала пульсацию в висках. По коже пробежала дрожь. Перед её взором пронеслись образы: крыло дракона, серебряный меч, её собственное умоляющее лицо глазами воительницы. Гитьянки поморщилась, хватаясь за голову.

– Голова раскалывается! Что это… – слова прервались болезненным мычанием.

Боль медленно отступала, позволяя девушкам отдышаться.

– Цк-ва. Ты не рабыня, хвала Влаакит! – её лицо всё ещё не теряло воинственный настрой, но на нём появилось тень облегчения. – Вместе мы спасёмся.

– Кто ты? – Тав не решалась подойти ближе, стараясь сохранять хотя бы небольшую дистанцию.

– Кто я? Твой единственный шанс на выживание.

– И что ты предлагаешь?

– Сначала мы перебьём бесов. Потом проникнем в рубку и перехватим управление кораблём. А о том, как избавиться от заразы, будем думать уже на материальном плане, – воительница провела рукой за собой, а потом обратила внимание на пожирателя интеллекта. – А что до этой твари, пока она думает, что мы порабощены, она не станет нам мешать. Возможно, в настоящей битве она даже будет полезна.

– Ну пошли, мой единственный шанс на выживание… – дроу выдохнула, стараясь не выпускать из виду гитьянки и покрепче сжимая рукоять меча.

– Хтак-а! – гитьянки издала незнакомый клич и направилась вперёд.

Теперь Тав была уверена, что не сошла с ума и всё реально. Их действительно похитили иллитиды, они заражены, это настоящие драконы, впереди ждут бесы, а это значит, что они находятся в одном из планов ада. И им нужно пробираться через адских созданий к возможности спасения.


***


Проходя вдоль корабля, девушки вышли к очередной комнате через выжженный разлом панциря наутилоида. В центре, над трупами в луже крови, нависали бесы. Жуткие порождения ада с телами тощих детей, с длинными хвостами и широкими рваными крыльями летучих мышей. Головы бесов были усыпаны разными рогами, от больших до крохотных. Их лица были похожи на черепа, обтянутые красной кожей, которая вот-вот порвётся, если они слишком широко откроют клыкастую пасть, раздирая плоть трупов.

Острые уши дёрнулись, и светящиеся красные глаза устремились к выжженному разлому. Бесы оскалились и взлетели, разнося по помещению скрипучие крики, хватаясь за свои мечи и арбалеты. Они были быстры, увёртливы и хитры. Но не быстрее меча гитьянки. Два ближайших беса были стремительно повержены. Последний, третий бес, успел бросить в Тав огненный магический комок, оставив жгучий ожог на плече дроу. Но через мгновение клинок гитьянки разрубил его надвое прямо в воздухе. Пожиратель интеллекта в эту минуту лишь опасливо прижимался к большому осколку.

– Спасибо… – прошептала Тав, щурясь от боли.

– Убийство таких тварей моя священная цель. А теперь пошли, нам нужно найти рубку, – холодно ответив, гитьянки направилась дальше.

Дроу осмотрелась, половина комнаты была вырвана из корабля, оставляя рваные кровоточащие раны. А пол был усеян человеческими трупами.

– Боги, сколько погибших… – выдохнула Тав, стараясь не наступать на кровь и обходить обугленные тела.

– Это рабы гхайков, их не стоит оплакивать.

Пол сильно затрясло, чуть не повалив их обеих на колени.

– Корабль разваливается на части, нам надо спешить, – прошипела гитьянки, жестом подгоняя Тав.

Добравшись до края комнаты, прямо над пропастью, девушки заметили оторванную артериальную сетку, свисающую с верхних этажей наутилоида. Поднявшись по липкой импровизированной лестнице, они прошли дальше, вглубь корабля.

Следующая комната не была похожа на ту, в которой держали Тав и гитьянки. В центре располагались замысловатые механизмы и прозрачные трубки, в которых было заметно движение оранжевой светящейся жидкости. Вокруг трубок на креслах лежали люди в чёрных мантиях. Их лица замерли в неестественной гримасе, глаза были широко открыты, а зрачки почти закатились, как у эльфа, который породил пожирателя интеллекта с именем Мы. По стенам комнаты располагались уже знакомые монструозные сосуды. И всё это освещалось причудливыми живыми лампами, похожими на язычки в глотке огромного чудовища, что свисали с потолка. Гитьянки презренно сощурилась, подходя ближе к механизму иллитидов.

– Механизмы гхайков. Ничего в них не понимаю.

Тав подошла к телам на креслах и попробовала потрясти одно из них. Тела ещё сохраняли живое тепло, но не просыпались. «Странно, они вроде не мертвы, но совсем не реагируют», – отметила про себя Тав и проследила трубки от кресел до механизма в центре комнаты. Сам механизм походил на живую панель управления, будто созданный извращённым изобретателем-гномом, но все надписи на скрижалях были усеяны незнакомыми рунами. У Тав проскользнула мысль: «Видимо, это их язык». Она не решилась дотронуться до неизвестного механизма, который к тому же, казалось, управляется с помощью больших пузырей, врезанных в панель, напоминающей мозг.

Внезапно в комнате разнёсся стук и приглушённый женский крик.

– Выпустите меня!

Девушки обернулись на звук, что доносился из сосуда в нескольких метрах от них. Подойдя ближе, они увидели внутри девушку в серебряной броне. В её глазах Тав уловила ту же мольбу, что и в своих из недавних воспоминаний гитьянки.

– Вы! Вытащите меня из этой хреновины! – пленница кричала, отчаянно стуча кулаками по прозрачной оболочке сосуда.

– У нас нет времени на отстающих, – рука гитьянки остановила её с раздражённым высказыванием, как только Тав приблизилась к сосуду с пленницей.

Дроу проигнорировала зеленокожую спутницу, пытаясь найти хоть что-то знакомое в конструкции сосуда или вспомнить нечто похожее: «Эта штука даже похлеще демонических пут». Гитьянки снова одёрнула её.

– Ты собираешься умереть ради не пойми кого?

– Нужно осмотреться, должен же быть, хоть какой-то способ открыть эту штуку, – размышляла Тав вслух, вновь игнорируя слова гитьянки.

– Попробуй вон то устройство рядом, они что-то делали с ним, когда запечатывали меня здесь, – пленница указала на ближайший живой механизм. – Торопись! Пожалуйста!

Механизм имел такую же необычную форму, как и панель управления в центре комнаты. Тав внимательно осматривала технологию иллитидов на предмет рычага или чего-то похожего на кнопку. Ничего подобного не было. Но взгляд зацепился за пустой паз, размером как раз, как и скрижали с рунами кальмароподобных похитителей, разбросанные в лаборатории иллитидов. Тав продолжала размышлять, изучая механизм: «Кажется, нужна специальная скрижаль».

Тав рванула назад, пытаясь осматривать комнату при каждом быстром шаге. Её взгляд упал на их мозгового спутника, что копошился рядом с одной из живых дверей. Дверь раскрылась и Тав прошла в ещё одну комнату с сосудами и парой трупов в оборванной одежде рабов.

– Скольких же гхайки успели перезаражать? – позади прозвучал настороженный голос гитьянки.

Подойдя к центральному сосуду, Тав увидела внутри женщину с пустым взглядом. Пленница даже не замечала их. Тав осторожно коснулась сосуда, словно прощаясь: «Кажется, тебе уже не помочь». Продвигаясь вглубь комнаты, Тав искала хоть что-то похожее на нужную скрижаль. В этой комнате не было скрижалей, и она поспешила обыскать трупы. С самым дальним телом к ней пришла удача в форме скрижали. Неземная деталь пульсировала необъяснимой энергией, словно побуждая взять её: «Никогда ничего подобного не видела… будто живая, возможно, как раз она и нужна», – подумала дроу и бегом вернулась к сосуду с пленницей.

Пленница всё ещё пыталась выбраться самостоятельно. Изо всех сил девушка била по оболочке сосуда кулаками и старалась выдавить её ногами. Тав осторожно вставила руну в паз механизма, панель ожила и задрожала. Но ничто во внешнем виде этого устройства не намекало на его назначение. Оно могло оказаться чем угодно. Дроу протянула руку, прикасаясь к живым стенкам устройства. Личинка в голове снова зашевелилась. Чувство отвращения быстро сменилось новыми эмоциями, ощущением связи и власти. «Приказываю открыться», – как только мысль прозвучала, Тав чувствовала, как панель подчиняется приказу. Разум на миг словно содрогнулся, и дроу ощутила насыщение.

Сосуд раскрылся со скрипом, позволяя пленнице упасть на пол. Дроу всё ещё ярко помнила то состояние, в котором она очнулась. Медленно наклонившись к девушке в серебряных доспехах, Тав передала ей малый бутылёк целительного зелья.

– Думала, я уже помру в этой треклятой штуке. Спасибо…

Голос пленницы прерывался и Тав погрузилась в её мысли, когда личинка заёрзала в голове. Благодарность пленницы сменилась на настороженность при взгляде на гитьянки.

– Опасные у тебя спутники, – прошептала пленница, шатко поднимаясь на ноги.

– В сражении именно такие и нужны, – ответила Тав, помогая пленнице встать более твёрдо.

– Ты права. Сражаться нам, похоже, предстоит немало, – закончив ответ слабым голосом, она залпом выпила подаренное ей зелье и продолжила уже увереннее. – Позволь мне присоединиться к тебе. Будем вместе искать дорогу с этого корабля, а заодно и прикрывать друг друга.

– Хорошо, идём, – дроу осмотрела девушку и коротко кивнула. – Я Тав.

Пленница всматривалась в лицо Тав. В зелёных глазах промелькнули удивление и интерес, что вызвало неприятные мысли у дроу: «Да, это имя не относится к эльфам и дроу, но ты поняла, кто я». Девушка встала прямо и кивнула.

– Я Шэдоухарт, – после представления на её лицо отразился едва уловимый момент паники, и она добавила. – Минуту, – Шэдоухарт бросилась к своей живой клетке, и, порывшись в слизких артериях сосуда, достала какой-то многогранник, размером с ладонь, с острыми шипами на углах.

– Что это? – Тав заглянула за её плечо, пытаясь уловить больше в таинственном предмете, что заставил запаниковать.

– Ничего особенного, – с холодом ответила Шэдоухарт. – Поверь.

«Это определённо не ничего особенного», – отметила Тав, но решила пока оставить вопросы на потом.

– Довольно пустой болтовни, – прорычала гитьянки. – Нам нужно на мостик, прямо сейчас!

– Она права. Веди, – согласилась Шэдоухарт, несмотря на отсутствие симпатии к гитьянки.

Наутилоид снова задрожал от сильного удара, что раскачивал светильники, подобные язычкам. Это дало необходимый толчок, и троица сорвалась с места к двери в противоположном конце зала. Пробежав пару коридоров, они остановились лишь возле двери, которая выглядела больше предыдущих.

– Рубка уже близко. Как только войдём внутрь, делайте всё, как я скажу, – скомандовала гитьянки, уже подходя к живой двери.

– С какой стати ты здесь командуешь? Я сама себе хозяйка, – сухо отрезала Шэдоухарт.

– Кайньянк… – гитьянки прошипела, словно сплюнув.

«Она явно привыкла быть лидером или как минимум, командиром», – устало проворчала дроу про себя. Однако мрачный взгляд Шэдоухарт показал, что сейчас гитьянки этого не позволят без боя. Тав, разражённая бесполезными препирательствами, которые она находила совершенно неуместными в их ситуации, решительно открыла большую дверь.

Перед глазами троицы предстала ужасающее зрелище. Несколько иллитидов сражались с бестиями ада: камбионами, бесами и адскими кабанами. И последние были не так страшны в сравнении с первыми. Камбионы славились не только опасными полудемонами, они были разумны, даже умны. Многие из них умели принимать человеческий облик, обманывать и даже выкупать души. Но, кроме всего этого, они были отличными и безжалостными бойцами Аверно. Их большие заострённые рога и мощные крылья использовались в бою так же умело, как массивные мечи и адская магия.

«Это будет непросто», – напряжённо думала Тав, наблюдая, как один из камбионов нанёс тяжёлый удар своим мечом по иллитиду. Лезвие вошло в плечо свежевателя разума, почти отрубая конечность вместе с бронёй, но скользкое кальмароподобное существо, юрко облетело полудемона и обвило его голову длинными щупальцами, крепко держа свою жертву за рога целой рукой. Камбион, задыхаясь, закричал от боли. Горящие алым глаза угасали, пока иллитид высасывал мозг камбиона, легко проламываясь через крепкий череп. Тело жертвы упало, наглядно показывая дыру на макушке.

Иллитид повернулся к входу. Когтистая кисть поднялась, но его тут же сбила с ног небольшая стая бесов. Они рвали его тело когтями и зубами, пока он не упал, истекая слизью. Позади разворачивалась подобная битва. Но второй камбион не успел занести свой меч, и иллитид ударил его псионической силой, заставляя упасть на пол и сильно дрожать. Тав пыталась заглушить нахлынувшие эмоции и вспомнить про силу иллитидов: «Они устойчивы к магии, общаются телепатически, питаются мозгами разумных существ и… и обладают способностью поджарить внутренности движением пальца».

Гитьянки и Шэдоухарт сжали своё оружие в руках и готовились к атаке несущегося в их сторону адского кабана. Существо, с жарким пламенем, что извергалось из его огромных ноздрей, набирало всё большую скорость. Большие мускулы проклятого создания, под его бронёй из костей, напряглись для прыжка. Тав приготовилась встретить его прямым попаданием клинка в живот. Но в последнее мгновение, кабана разрезал длинный меч гитьянки, а булава Шэдоухарт отбросила верхнюю часть туши на пару метров назад.

– Не место медлить, соберись! – прокричала зеленокожая воительница за спиной Тав.

Отброшенная половина туши и крик, отвлекли иллитида впереди, и он обратил к ним свои глаза. В их головах прозвучал повелительный голос, сопровождаясь эхом в черепной коробке, будто из глубин.

– Рабыни. Соедините нервы передатчика. Нам нужно уходить. И немедля! – иллитид указал своей когтистой рукой на панель управления в конце комнаты с множеством щупалец.

– Делай, что сказано! – отрезала любые сомнения гитьянки. – С гхайком разберёмся, когда улетим отсюда.

Тав с трудом подавила желание ответить грубостью, вспоминая своё же недовольство препирательствами минуту назад. «Выберемся, и я вволю наговорю тебе всё, что о тебе думаю», – мысленно выплеснув раздражение, она заставила себя бежать вперёд к панели управления. Из-за спины летели стрелы, метко протыкая тела бесов, проносились магические пучки света, сжигая адских созданий. Один из таких попал прямо в обожжённое плечо Тав, боль в котором она так старательно игнорировала. «Надеюсь, Шэдоухарт не испепелит меня раньше ада», – словно в ответ на мысли Тав, ей вслед было брошено короткое извинение. Почти добежав до панели, перед Тав возникло ещё несколько кабанов, а в разбитое окно влетело ещё больше бесов.

«Драться сейчас бессмысленно», – оборвала себя дроу, направляясь вперёд и надеясь, что магии и стрел её спутниц будет достаточно для боя. И пока это действительно было так. Стрелы и лучи сбивали всех на её пути. «Сейчас!» – с мысленной командой, Тав проскользнула по полу под подпрыгнувшим над ней кабаном, и ухватилась за пару щупалец над панелью, соединяя их. Она почти успела.

На нос наутилоида приземлился красный дракон. Рогатая морда проникла сквозь выбитые стёкла обзорного окна. Из пасти вырывался глубокий рёв, а следом жгучее пламя. Дроу успела спрятаться за панель, пока дыхание дракона сжигало всё вокруг. Она чувствовала запах подпалённых волос и горелой плоти корабля. Щупальца дёргались от жара, панель дрожала и будто кричала в сознании дроу. Дракон отвернулся в сторону клича гитьянки, позволяя Тав уловить момент, чтобы дотронуться для соединённых щупалец и отдать мысленный приказ улетать: «Прочь из ада». Наутилоид прислушался к ней и рванул вперёд, сбрасывая дракона с носа. Пейзажи Аверно исчезли в голубом мерцании. Корабль улетал прочь из плана ада.

Наутилоид наклонился в сторону, бросая дроу в стену, даря сильную боль в спине и в голове от удара, чуть не прикончив её острым осколком панциря. Воздух стал тяжелее, и Тав притянула прямо к дыре на носу корабля. В последнее мгновение она успела схватиться за панель, изо всех сил стараясь дотянуться до соединённых щупалец и обозначить конечную точку прибытия. Ноющие мышцы повреждённого плеча отдавались болью, а безрукавка сдирала обожжённую кожу. У неё получилось, когда она уже задыхалась.

Боль и нехватка воздуха вытаскивали из сознания дроу старые воспоминания. Тёмный лес и берег реки, из самого горького дня в её жизни. Звёзды и туманности за разбитыми окнами, сменились привычным видом ночного неба. Корабль снова качнуло, затягивая её в зияющую дыру в панцире.

Тав не удержалась, кувыркаясь и перекатываясь, она пыталась уцепиться хоть за что-нибудь, но её тело скользило по полу в крови и слизи. Дроу чудом удалось упасть на балку рядом с дырой. Паника усилилась, когда она заметила в противоположном углу иллитида, держащегося за кровоточащий живот. Его жёлтые глаза словно впивались в её разум, он пытался подчинить её, пока паразит в голове нервно ёрзал. По иронии жестокой судьбы, осколок, подобный тому, что чуть не проткнул её ранее, оказался её спасением. Тав почувствовала сильный удар в висок и, отшатнувшись, она пропала в бесконечном полёте. Затуманенное острой болью зрение уловило охваченный огнём наутилоид, проскользнула глупая насмешка в мыслях: «Если меня не прикончит падение, то раздавит чёртовым кораблём, похожим на улитку».

Полёт казался долгим и лёгким. Паника и страх сменялись сонливостью и спокойствием. Тав отпустила всё и закрыла глаза, прощаясь с ночным небом: «По крайней мере, второй раз я погибну под нашими звёздами… я так соскучилась по тебе…»

## I АКТ | Лидер


Солнечный свет согревал, вдалеке щебетали птицы, совсем рядом шумел прибой. Длинные уши старались уловить больше звуков, когда к щеке на мгновение прикоснулось что-то тёплое. Тав пошевелила пальцами, и они утонули в горячем крупном песке. «Точно… – мысли проплывали в пробуждающемся сознании, – я ведь вспомнила речку, загадывая путь». Веки казались почти такими же тяжёлыми, как после пробуждения в живой клетке. Но сейчас ощущения были лучше. Намного.

Лёгкие вдыхали свежий воздух, слегка смешанный с гарью, а не кислый смрад с жаром Аверно. Тело ничего не удерживало, лишь горячий песок окутывал отяжелевшие мышцы. Потребовалось некоторое время, чтобы зрение, предназначенное для тёмных глубин, привыкло к колющим полуденным лучам. Прикрыв глаза рукой, Тав медленно присела. От движений тело проснулось и напомнило о тяжёлой ночи. Мышцы и суставы заныли, сердцебиение отдавалось резью в голове и глазах. «Всё-таки не умерла», – глубоко дыша, стараясь унять боль и тошноту, Тав осмотрелась.

Наутилоид упал на песчаном пляже, среди небольших скальных островков. Местность показалась знакомой, похожие берега и редкий камыш, привычное летнее тепло и немного подсушенной травы: «И всё ещё на Побережье Мечей». В воздухе хлопьями витал пепел, а умиротворяющий шум мелких волн совершенно не сходился с большими пятнами крови, окрасившими песок в бурые оттенки. Разбросанные повсюду останки наутилоида с гигантскими щупальцами, которые создавали причудливые арки и мосты, отбрасывая чёткие тени.

«Как я выжила, упав с такой высоты?» – размышляя о последних воспоминаниях, Тав осмотрела и себя. Но нашла только раны и ожоги со стычек на наутилоиде, который догорал в десятке метров. «Не так плохо, как могло бы быть. Не размазало по песку и не разбило о скалы. А если не считать паразита, то всё в относительном порядке. Просто чудо, учитывая всё, что произошло, – мысли подарили ей каплю надежды, которая тут же растворилась в тревоге. – Рано радоваться. Нужно срочно найти того, кто поможет. Личинка в мозгу, это смертный приговор, в лучшем случае. А время течёт быстро», – остановив гнетущие мысли, Тав осторожно поднялась с горячего песка, подхватив меч.

Шагнув под арку из щупальца, она вышла к множеству человеческих тел. От них веяло кровью и солью, скорее всего, они были рыбаками, чьи лодки качались на мели. Однако одно тело сильно выделялось яркими зайчиками света от серебряной брони. Тав ускорила шаг и подошла ближе. «Слава богам, она тоже выжила», – облегчённо выдохнула дроу, осматривая Шэдоухарт и не найдя на ней ни открытых ран, ни лужи крови, как под остальными телами.

Бывшая пленница лежала на спине, лицо было спокойным, а дыхание равномерным, будто она крепко спала. Дроу внимательнее присмотрелась к спасённой девушке. На ней была лёгкая кольчужная броня с пластинами в форме узоров пламени и пришитый к центру нагрудника обсидиановый диск, что словно поглощающий весь попадающий на него свет. Чёрные длинные волосы были заплетены в высокую косу с цепью, которую венчало украшение, похожее на огненные пластины из серебра на броне. «Необычное одеяние…» – отметила Тав, рассматривая Шэдоухарт, надеясь разузнать о ней побольше. Девушка едва заметно поморщилась от упавшего на нос пепла, заставив Тав замереть.

Пепел легко поднялся ветром и подчеркнул золой тонкий шрам, что тянулся от правого уха и по переносице. Уши Шэдоухарт отличались от ушей дроу и других эльфов, они были короче и толще, возможно, в ней текла кровь высших, но лишь наполовину. «Значит, полуэльфийка. И не выглядит как дева в беде, это уж точно, – Тав присела рядом изучая. – Судя по заклинаниям и необычной броне, скорее всего, жрица. А значит, может лечить, что мне сейчас было бы, кстати». Но больше брони и магии, Тав интриговал многогранник, который Шэдоухарт крепко сжимала в руке. И ловкие пальцы привычно потянулись к нему.

– Ты что, хотела… – медленно открыв глаза, прошептала жрица, с трудом выговаривая каждый слог.

– Лишь проверить, жива ли ты, – прервала Тав.

В детстве дроу часто ловили за попыткой кражи, но годы тренировок научили юную воровку избегать наказания невинной ложью и отработанным обманом. Но это был не городской рынок или переполненная таверна, а украшенный кровью пляж рядом в рухнувшим наутилоидом, и Тав тут же мысленно себя отругала: «Чёрт. Я ведь даже не знаю, зачем он мне. Надо завязывать с плохими привычками, хотя бы с теми, кто может поджарить магией».

– Да, жива. За участие спасибо, – ответила жрица, казалось, поверив в лёгкую ложь дроу. – Кстати, как так вообще вышло, что мы живы?

– Это неважно, – Тав отказывалась начинать тревожный разговор в поисках призрачных ответов. – Главное, что мы живы.

– Да уж. Судя по тому, сколько трупов здесь разбросано, нам очень повезло, – Шэдоухарт медленно оглядела берег, поднимаясь и хмуря тонкие брови. – Я помню корабль, помню, как он падал… а после ничего.

– Есть идеи, где мы? Это похоже на Побережье Мечей.

– Нет… я не знаю этих мест. Но всё лучше, чем этот чёртов корабль, – с воспоминанием о залах наутилоида, на её лице отразилось отвращение, и, сделав глубокий вдох, она продолжила твёрже. – Надо действовать по порядку. Сперва мы должны найти припасы, крышу над головой и, главное, лекаря. Спастись мы, может, и спаслись, но эти твари из наших голов никуда не делись.

– Мы? – удивлённо переспросила Тав, не находя в себе помощи для кого-то вроде жрицы с булавой. – Хочешь сказать, ты готова идти со мной и дальше?

– Мы нуждаемся друг в друге, мы обе знаем, что на кону. По-моему, ты более чем уместная компания, – жрица коротко, но искренне улыбнулась. – Никто не заставлял тебя возиться с моей капсулой, и всё же… я этого не забуду. Спасибо, что освободила меня.

Тав также кратко улыбнулась в ответ. Было приятно оказаться полезной. Особенно если эта полезность могла принести выгоду.

– А теперь позволь мне помочь, – Шэдоухарт смущённо протянула руку к раненому плечу Тав. – Это меньшее, что я могу сейчас сделать в благодарность за зелье и моё спасение.

Вокруг ладони жрицы появилось тёплое свечение, что постепенно забирало боль, залечивая сожжённую кожу и восстанавливая повреждённые мышцы.

– И в извинение за мою меткость, – добавила она совсем тихим шёпотом.

Плечо теперь ощущалось намного лучше, и такое лечение было гораздо приятнее приёма горьких зелий. В ответ дроу кивнула с улыбкой.

– А теперь пошли, – позвала Шэдоухарт, поднимая с песка булаву, и направилась к трупам.

Девушки старались осмотреть и обыскать каждый метр в поиске чего-то полезного. Им удача улыбнулась, и они нашли небольшой груз с припасами. Пара простых лечебных зелий, горсть монет, фляги с чистой водой и запасы еды. Видимо, кто-то из рыбаков планировал прекрасный компанейский отдых вдали. Тав протянула Шэдоухарт небольшой поясной мешочек под недоверчивый взгляд жрицы.

– Он зачарован. Мне недавно удалось выменять его на очень дорогое ожерелье у одного ворчливого торговца.

Тав забрала спальный мешок из рук Шэдоухарт и протолкнула его в мешочек. Спальник моментально провалился, словно исчезая за грубой тканью.

– Все вещи, что попадают в него, хранятся в зачарованном сундуке, который я могу призвать.

Последнее Тав произнесла с гордостью и самодовольством. Это была не только одна из самых выгодных её сделок, но также и почти единственное заклинание, которое она заучила.

– Звучит отлично, – Шэдоухарт едва заметно улыбнулась. – Не хотелось бы тащить всё на своей спине.

Дальнейший путь отличался лишь быстрыми слаженными действиями. Они шарили по всем бочкам, трупам и ящикам на берегу. Тав открывала мешочек, Шэдоухарт скрывала в его зачарованных недрах полезные находки.

Обойдя всю видимую часть берега, они остановились перед массивными воротами в заросший диким виноградом храм. Было принято решение проверить руины потом. Но другие варианты пути не казались лучше. Позади оставался окровавленный берег, по правую сторону от храма – песчаная тропинка, поросшая камышом, по левую – тлеющий наутилоид. Либо путь через бурные воды реки к дальним островам. Последний вариант Шэдоухарт отклонила сразу, без раздумий. «Стоит научить её плавать, всё-таки полезный навык», – эта мысль заставила Тав немного ожесточиться от непривычности. Они всего лишь вынужденные спутники из-за мерзких планов иллитидов по размножению.

***

Под звучание мрачных мыслей Тав не заметила, как они зашли в разрушенный зал наутилоида и их окружили не меньше дюжины пожирателей интеллекта. И они явно не были настроены так же дружелюбно, как Мы. Всего секунда, и несколько тварей уже летели на них с уцелевших верхних помостов зала. Тав успела лишь выхватить меч, как одно из мозгоподобных созданий было сражено ярким светом жрицы, а два других были тут же приколочены к ближайшей стене длинными стрелами. До них донеслась пара голосов, почти синхронно.

– Не отвлекайся!

«Не сейчас, не здесь!» – Тав заглушила все мысли в голове, и крепко сжимая меч, дроу сосредоточилась на бое, стараясь управлять клинком также, как любимым кинжалом. Это приносило плоды. Конечности иллитидских тварей рвались от ударов по сухожилиям, тонкие кости хрустели. Но практики и навыков заметно недоставало, дроу часто промахивалась, и ей приходилось надеяться на помощь. Ещё несколько минут и все пожиратели интеллекта были мертвы, а их тушки сильно покалечены.

– Неплохо, – позади Тав прозвучал тихий голос жрицы с ноткой насмешки. – Возможно, выживание не самая туманная перспектива.

Тав постаралась ответить дружелюбно, но взгляд упал на размытые из-за жара фигуры в дальней части зала. И голос привычно превратился в сталь.

– Кто вы? Отвечайте!

– Мы с миром.

Голос прозвучал от высокой мужской фигуры, которая вытянула руки перед собой в мирном жесте. С таким же жестом за первой фигурой последовала и вторая, женская, ниже и тоньше.

– Я Эрдан. А это Израйя. Мы недавно очнулись на берегу, – добавил он с доброжелательной улыбкой.

– Почему вы…

Вопрос Тав прервался псионической связью паразитов, как было с гитьянки и Шэдоухарт. Но с каждым разом ощущения менялись, становились слабее, менее болезненными, более приятными. Пара схватилась за головы, открывая свой разум и воспоминания. Перед глазами Тав и Шэдоухарт пронеслись рваные образы прошедшей ночи: иллитиды, страх, личинка, боль, жар, куски плоти, падение.

– Вы такие же… – прошептал слабый женский голос, – вы тоже заражены.

Личинки в головах успокаивались, позволяя восстановить дыхание и чёткость зрения. Заражённые медленно подошли ближе и Тав привычно начала разглядывать незнакомцев. Это определённо были эльфы, но не те, которых Тав встречала раньше. Их глаза имели общую черту – блестящие вкрапления, напоминающие жидкое золото, удачно подсвеченные небольшими лучиками света в пробитой крыше наутилоида. Мужчина, который назвался Эрданом, обладал бронзовой кожей и золотым отблеском, под стать его глазам и прямым локонам. А кожа его спутницы Израйи была светлее и заметно отливала голубым, даже на солнечном свете, а волосы имели глубокий синий цвет. Эльфы были одеты в простую кожаную броню тёмных цветов с мелкой витиеватой вышивкой единых узоров, а на плечах лежали плотные короткие плащи.

Тав заученно отмечала детали в голове: «Такая замысловатая вышивка на простой коже? А ещё глаза с золотыми точками… в книгах такие черты относят к древним эльфийским родам, что запираются на собственных островах и в дальних планах. Но эта парочка явно не затворники или городские дворяне».

– Мы далеко от родного края и долго путешествовали, – сказала эльфийка, словно уловив размышления дроу и предлагая не останавливаться на этой теме, продолжила. – Как давно вы очнулись? Вы помните что-нибудь? Как мы все выжили?

– Нет, мы очнулись некоторое время назад и пытаемся найти что-то полезное в этих останках, – прозвучал голос Шэдоухарт позади.

– Плохо… – подавленно протянула синеволосая эльфийка, – мы даже не можем вспомнить, как нас похитили.

– Мы тоже ничего не помним и не представляем, что произошло с нами до заражения и корабля, – тихо добавила Тав.

– Полагаю, вы ищите припасы и снаряжение, так что…

– Да! Вы не находили чёрный клинок в форме птицы? – перебила Тав златоглазого эльфа, и за мгновение забыла о своей маске холодной дроу, и об осторожности с незнакомцами.

– Тогда тебя это обрадует, – эльф слегка наклонился, всё ещё улыбаясь, и продолжил почти заговорщицки. – Мы нашли пару сундуков, которые выпали с наутилоида. Некоторые открылись от падения и в них было явно не иллитидское снаряжение, – закончив, он без опаски повернулся спиной и направился в сторону, откуда они так волшебно вовремя появились.

Эльфийка последовала за ним, лишь изредка наблюдая за Тав и Шэдоухарт из-за плеча.

Четвёрка вышла к другому берегу. Вместо лодок и трупов рыбаков, он был усеян разломанными ящиками и сундуками с витиеватой ковкой, вперемешку с кусками панциря. Из деревянных ящиков вывалились чьи-то порванные сумки, незатейливое оружие и броня, похожая на облачение городской стражи. «Значит, они похищали даже с городов… значит ли это, что иллитиды задумали что-то глобальное?» – обдумывала дроу, пока серебряные глаза метались от одной детали к другой.

– Эти мы обыскать не смогли, – эльф подвёл их к паре кованых сундуков.

«Не время, – отдёрнув себя от бесполезных рассуждений о планах кальмароподобных чудовищ, Тав присела перед одним из сундуков со скромным набором для взлома. – Надеюсь ты здесь. Я очень хочу, чтобы ты был здесь». Длинные пальцы быстро нашли нужный угол и отмычку, замок щёлкнул, и крышка слегка поднялась. «Всё-таки плутовство, это моё», – с самодовольной мыслью, Тав принялась спешно опустошать ларь. Как только показалось дно, надежда найти любимый клинок обернулась в почти детскую обиду. В сундуке было многое, от посохов до тяжёлых арбалетов, но не единого кинжала. Раздражённо отбросив зачарованный мешочек назад, Тав приступила к взлому второго сундука.

Наполнение было почти таким же. Руки дроу быстро вытаскивали собранном иллитидами снаряжение. Позади она слышала, как эльфы обсуждают с Шэдоухарт полезность и целостность найденного оружия. Но мысли дроу крутились только вокруг верного клинка: «Ну пожалуйста, окажись тут…» Злость и обида переходили в отчаяние, когда Тав подняла надломленный деревянный щит. Под щепками и наполненным колчаном, она заметила знакомую рукоятку, выкованную в форме головы орла.

– Наконец-то! – не удержалась от радостного возгласа, Тав выцепила кинжал. – Далхар… – голос спустился до шёпота, когда она нежно потёрла лезвие и прижала клинок к груди.

Присутствующие, в неожиданном проявлении нежности, такого нетипичного для дроу, отшагнули обратно к кораблю. Тав же это не смутило, радости сейчас было достаточно, чтобы игнорировать неловкость момента. Но через минуту она вернулась в реальность с неминуемой смертью или рабством. Поднявшись с колен, дроу старательно окрасила лицо невозмутимостью.

– Спасибо, что нашли мой кинжал, – голос ещё выдавал остатки искренней радости и чуть суше прозвучал вопрос к таинственным эльфам. – Мы можем отправиться дальше?

Столь редкие за последние годы, приятные эмоции, сохраняли улыбку на лице, и Тав была согласна пойти за странствующими эльфами, возможно, куда угодно.

– За тобой, – мягко ответил эльф, показывая рукой на зал с трупами пожирателей интеллекта.

***

Пройдя по тлеющим залам, группа заражённых вышла к тропинке, что уходила к небольшому пролеску. Протоптанная тропа сохранила следы копыт и повозок, хоть и зарастала травой уже не первый год. «Дорога и рыбаки… где-то рядом должно быть поселение или деревня», – мысленно отметила Тав с надеждой найти хотя бы деревенского лекаря или узнать, где все они оказались, стараясь не представлять то, как могут встретить дроу.

Грунтовая дорожка, ветвясь между невысокими кустами и острыми булыжниками, вывела четвёрку вдоль останков наутилоида. Пройдя мимо разбитых повозок и ящиков, заросших мхом, они поднимались по небольшому склону. Пока впереди не послышался крик.

– Эй! Мне нужна помощь! – вдали, на выступе рядом с разбитым сосудом, кричала фигура в тёмном камзоле. – Пожалуйста!

Четвёрка ускорила шаг, подбираясь к незнакомцу. Теперь можно было рассмотреть не только тёмный дублет, но и ещё одного эльфа с необычной внешностью. Мраморная кожа и белокурые кудрявые локоны, вместе с тональностью его голоса, явно говорили о благородной крови, со свойственными ей высокомерием и брезгливостью. Однако глаза незнакомца имели очень редкий алый цвет. «Об этом не серебряноглазой дроу размышлять, – прервав мысль, Тав заставила себя прекратить рассматривать незнакомца рядом с догорающим наутилоидом. – И здесь могут быть иллитидские прихвостни».

– Скорее! Я загнал в ловушку одну из этих мозготварей, – эльф в дорогом дублете произнёс последнее слово с особым отвращением и повернувшись спиной, нервно замахал руками, указывая на кусты. – Вон там, в траве! Вы сможете её убить? Остальных же сумели.

Тав внимательно всматривалась в лицо белокурого эльфа, находя в нём знакомые нотки притворства. Он очень хорошо отыгрывал беспомощного дворянина, но что-то в его жестах было странным. Неестественным. Ненормальным. Небезопасным.

«Значит, следил за нами, просто следил и не вмешивался. А теперь отыгрывает этот нелепый театр одного актёра?» – она раздражённо обдумывала поведение незнакомца в дорогом камзоле. Спутники позади насторожились, но пока только потянулись к оружию. Все ждали начала столкновения с пожирателем интеллекта. И Тав приняла решение, не желая идти на поводу у обманщика.

– Сам и убивай. Судя по виду, тебе это вполне по силам.

Дроу отказалась подыгрывать спектаклю, и развернувшись, уверенно зашагала в обратную сторону, а её взгляд упал на Шэдоухарт с предупреждением. Инстинкты дроу закричали об опасности показывать спину незнакомцу.

– А я-то рассчитывал на доброту. Что ж, ладно, – позади прозвучал едва уловимый шёпот.

В следующее мгновение, совершенно беззвучно, к её горлу прижалось остриё кинжала.

Белокурый эльф ловко повалил дроу на землю, крепко зажав за плечи и зафиксировав ноги одной своей. Тав сразу посмотрела на спутников, оценивая своё положение. Эльфы и Шэдоухарт были уже наготове и внимательно следили за движениями её захватчика. Таинственная пара направила стрелы в их сторону. Но больше белокурого эльфа, Тав беспокоил треск солнечной энергии на кончиках пальцев Шэдоухарт. Жрица не раз промахивалась и попала в раненое плечо дроу магическим лучом. Тав пыталась обдумать ситуацию, в которую так глупо попала: «На таком расстоянии, с ловкостью и близостью врага, жрица скорее прошибёт мне голову концентрированным солнечным лучом, чем навредит ему. Надо выкарабкаться из его хватки».

Тав попыталась оттолкнуть захватчика, но измученные пережитым мышцы, даже с зажившим плечом, не обладали нужной силой. Он оставался невозмутим и не сдвинулся ни на миллиметр.

– Тс-с, успокойся, – эльф приблизился к её лицу и сладко прошептав так, что происходящее теперь напоминало сцену из дешёвого романа. – Ты же не хочешь, чтобы я перерезал твою нежную шейку, хм? – он поднял голову к остальным и обратился уже громче. – А вы лучше держитесь-ка подальше. – белокурый эльф перевёл взгляд на Тав и спрашивал притворно нежно, пока клинок кинжала уже прилегал к её коже, но пока не резал. – Мы же не хотим, чтобы кто-нибудь пострадал?

«Чёрт… он уверен в угрозе и намеренно держится как можно ближе. Будь то магия или стрела, он легко прикроется моим телом. Надо выждать момент и увернуться», – панически обдумывала Тав, не сводя глаз с эльфа, пока он продолжал запугивать.

– Я видел тебя на корабле. Ты там спокойно разгуливала, пока я был заперт в клетке.

«Спокойно разгуливала?! Дважды была ранена, заглядывала в каждый встреченный сосуд, да я блять, с жизнью попрощалась!» – злость разгоралась в теле Тав, разгоняя пульс.

– Что вы со мной сделали? Ты, дроу, и эти уроды со щупальцами? – обманщик не унимался и продолжал разжигать из злости гнев. – Вы теперь не гнушаетесь такой связи?

«Ах мы… в Мензоберранзане тебе бы уже вырвали язык за дерзость», – ей не нравилось думать в угоду своего происхождения, но отношение этого эльфа раздражало намного сильнее даже командования пропавшей гитьянки. Тав вскипала и прошипела предупреждение.

– Убери клинок, тогда, может, и отвечу, – её голос звучал холодно, каждое слово подчёркивалось короткой паузой.

– Это ты у меня заговоришь. Я тебе… мгх… – угрожающая бравада обманщика сменилась болезненным стоном.

Личинки за глазом заёрзали, содрогая разумы. Тав сосредоточилась на ощущениях, стараясь залезть белокурому обманщику в голову, прощупать его мысли. И дроу увидела мир алыми глазами: кругом тёмные, людные улицы. Ей не удалось ухватиться за тающие воспоминания, что быстро сменились яркими эмоциями. Боль, свет и страх.

«Сейчас!» – с мысленной командой, Тав ловко вывернулась из хватки, пока эльф справлялся с болью в черепе из-за извивающейся личинки, и быстро поднялась перед ним с далхаром в вытянутой руке. Белокурый обманщик откатился назад, копируя её позу и окончательно стирая образ беспомощного дворянина. Теперь он уверенно держал кинжал перед собой, а стойка говорила о готовности к бою в любую секунду. Спутники медленно приблизились к Тав, формируя небольшой строй рядом. Глаза жрицы проверяли целостность шеи дроу, пока таинственные эльфы встали по обе стороны, будто обозначая защиту.

– Что это было? Что происходит? – голос обманщика утратил силу, теперь звуча обеспокоенно.

– Это мозгоедская личинка… она нас соединила, – ответила Тав, старательно подражая голосу эльфа, когда он врал о мозготварях, чтобы спрятать собственную тревогу.

– Червяк, ну конечно… это многое объясняет. Хоть как-то, – последние слова он произнёс, на удивление, подавлено и смиренно, хоть уверенность вернулась к эльфу в следующих словах. – А я-то собирался украсить окрестности твоими кишками. Приношу свои извинения, – добавил он, и на его губах тут же появилась дерзкая ухмылка.

«Чудесно! Даже извиняется высокомерно», – раздражённо отметила Тав. Этот глупец определённо войдёт в длинный список раздражающих её вещей. Возможно, даже в десятку первых и даже выше беспардонных пьяниц в тавернах. Но дроу постаралась успокоиться, возвращаясь к холодному расчёту.

– Извинения принимаются, – медленно проговорила дроу, после глубокого вдоха и опустила клинок, хотя и не убрала его в ножны.

Спутники последовали её примеру.

«Пора вернуть себе разумность и погасить эмоции. В конце концов, не сильно отличается от моих привычек», – размышляла Тав и продолжила уже вслух.

– На твоём месте я бы, возможно, поступила бы так же.

«Он один и может быть напуган, даже если пытается это скрыть за таким отвратительным поведением. Мне повезло найти себе защиту ещё на корабле», – её размышления прерывались голосом белокурого обманщика.

– О, родственная душа! – торжественно воскликнул эльф, будто он не угрожал лезвием кинжала у её горла, а вёл светскую беседу о сортах вин. – Меня зовут Астарион, – произнёс он с интонацией, будто представляется высокой эльфийской знати, в которую точно был вхож. – Я был во Вратах Балдура, когда эти твари меня зацапали, – он улыбнулся, но улыбка казалась наигранной, чересчур идеальной.

– Что? Ты помнишь, как тебя похитили? – удивление Тав отразилось и на остальных спутниках, никто из них не помнил событий до похищения.

– Я уверен, где я был и что делал, – уверенно произнёс эльф. – Я мировой судья, и мой график довольно плотный.

«Так вот, оно что. Конечно! Вот откуда эти ужасные манеры», – размышляла дроу, с трудом стараясь унять раздражение. Она встречала немного представителей знати, и все они, до единого, не были вежливы с низшими по статусу. «Но это вообще не объясняет его скорость и ловкость. Я даже не слышала его шагов. Действия ближе к сноровке плута, чем к судье», – мысленно отметила несоответствия Тав. Размышления о странностях притворного судьи и воспоминания о знати заняли заметно больше времени, чем следовало, и теперь алые глаза, со взглядами остальных, были обращены к ней в ожидании. «И когда я успела стать вашим переговорщиком?» – проскользнула язвительная мысль, заставляя её выдохнуть и продолжить разговор.

– Понятно. Я Тав, – сухо представилась дроу, – и…

Повернувшись к группе, Тав отступила на шаг и провела рукой в воздухе, с ожиданием их самостоятельного представления. Каждый коротко назвал своё имя, и Тав продолжила.

– Мы очнулись на корабле, прониклись фауной Аверно и чудом выжили после попытки управления огромной горящей улиткой, – она украсила слова беспечностью, будто рассказывала о самом скучном дне в своей жизни, указывая на обломки наутилоида.

– Надо же, какое приключение, – тон эльфа-обманщика идеально подстраивался под тон голоса дроу. – Так удалось ли вам что-то узнать про этих червей?

– К сожалению, да, – поддерживать беспечность становилось в сотни раз сложнее, когда это касалось размышлений о предстоящем мрачном будущем. – Мы, скорее всего, превратимся в иллитидов. Если не хуже.

– Превратят нас в… – эльф осёкся, а его лицо стало совершенно пустым и непроницаемым, а следом прозвучал смех без нотки юмора или радости, – ну конечно! Паразит превратит меня в чудовище со щупальцами. А как иначе?

«Может, он сейчас проживает то отвращение и отчаяние, что и я на корабле? Может, это всё лишь защита?» – подумала Тав, вспоминая собственные тошнотворные эмоции от знакомства с новорождённым Мы из тела измученного эльфа в лаборатории наутилоида.

– Но пока этого не случилось, – протянула белокурый эльф, на удивление быстро возвращая себе контроль над эмоциями. – Если мы отыщем специалиста, кого-то, кто способен контролировать этих тварей в наших головах, мы выиграем себе время.

– Контролировать?! От паразита надо избавиться! – несдержанно возмутилась Тав, окончательно отбрасывая попытку поддерживать беззаботный образ. – Какого чёрта ты несёшь?

– Да-да, со временем, безусловно, – эльф проигнорировал раздражённую реакцию, – знаешь, я думал, со всем разобраться один, но, возможно, влиться в стадо не самая плохая идея, – теперь его поза выглядела расслабленно, руки лежали на боках, и он обратился к остальным. – И всякий, кто способен обрушить на землю корабль мозгоедов, а потом с него уйти своими ногами, не самые плохие попутчики.

«Серьёзно? После всего этого он надеется присоединиться?» – вслух Тав лишь фыркнула и оставила это решение на спутников. Она была слишком взвинчена и раздражена, чтобы мыслить объективно. Им нужна помощь, нужно больше сил. Её глаза вопрошающе прошлись по лицам её спутников.

– Чем нас больше, тем больше шансов на выживание, – ответил золотой эльф, перенимая инициативу. – Тем более мы все погрязли в одной и той же проблеме.

Синеволосая эльфийка кивнула в подтверждение его слов, а Шэдоухарт всё ещё не сводила зелёных глаз с обманщика и подошла ближе.

– В конце концов, мы можем прикончить его в любой момент, – холодно предупредила жрица. – Она мне нужна живой. Поднимешь на неё клинок ещё хотя бы раз и сильно пострадаешь, – подойдя ближе к обманщику, она прошипела угрозу, смотря ему в глаза.

– Какие заманчивые обещания, – приторно-сладко протянул он в ответ. – Но флирт оставим на потом, дорогая.

Шэдоухарт неприкрыто разделила раздражение Тав и громко фыркнув, прошла мимо эльфа, намеренно задев его плечом. А белокурого эльфа это, казалось, даже забавляло. «Раздражать всех вокруг – это что, любимое развлечение? Как он вообще дожил до этого дня?» – ругалась про себя Тав, наблюдая, как растущая группа продвигалась вперёд. Однако источник её раздражения, видимо, намеривался идти позади всех.

«Ну уж нет, засранец», – с этой мыслью она остановилась.

– Больше к тебе спиной я не повернусь, – Тав одарила его отработанным ледяным взглядом, руками копируя жесты дворецких. – Прошу вперёд, о, мировой судья, – произнесла она с тоном, полным того же отвращения, которое она видела на лицах официанток таверн, когда к ним приставали подобные представители городской власти.

– Эй, овечка! – послышался голос синеволосой эльфийки впереди. – Ты отстаёшь от стада.

«Так-то лучше», – подумала Тав, оценив такой ответ на высокомерие и наблюдая, как белокурый эльф лишь скучающе пожал плечами и зашагал вперёд.

***

Дальнейший путь по грунтовой дороге, ко всеобщему разочарованию, привёл их обратно внутрь останков наутилоида. Прокрадываясь в разрушенный зал, среди обломков и огня, под большим куском панциря лежал полуживой иллитид.

– Глядите, свежеватель разума… – шёпотом обратилась Тав ко всем, всматриваясь в кальмароподобное существо, – и, кажется, он сильно ранен.

– Эта тварь опасна даже раненая. Надо быть осторожнее, – также тихо добавила жрица.

«Личинки действуют на нас… но у меня ведь получилось использовать её псионическую силу. Может, этот уже достаточно слаб и не сумеет контролировать нас, – мысли Тав обратились к воспоминанию схватки между камбионами и иллитидом в рубке. – Он обращался к нам и приказывал, но не принуждал. Было ли это только из-за того, что он считал нас рабынями?» Размышления Тав прервались шёпотом златоглазого эльфа.

– Мы не сможем обойти его, не будучи замеченными, – его глаза внимательно осматривали охваченное огнём пространство и возможное поле зрения иллитида. – Но есть идея. Один из нас попробует его отвлечь. Остальные снесут ему голову.

«А он явно не собирается бросаться на передовую. Хотя идея кажется разумной, вряд ли иллитид успеет что-то сделать в своём состоянии и без головы», – Тав напряжённо обдумывала предложенную стратегию.

– Ну и кто же устроит допрос?

Раздражающий эльф и Шэдоухарт, отвели глаза в стороны. А предложивший идею эльф, лишь пожал плечами, сурово взглянув на синеволосую эльфийку, после её попытки открыть рот.

– И почему это должна быть я? – раздражённо прошипела Тав.

– Потому что, видимо, ты теперь наш лидер, дорогая, – сладко прошептал белокурый эльф.

– Ой, как удобно, – прищурившись, Тав ответила той же интонацией.

Она снова оглядела всю группу и пригрозив указательным пальцем, строго добавила.

– Вы все будете мне должны.

«В конце концов, пусть лучше они будут мне должны, чем я им», – выдохну, Тав тихо ступила вперёд. Группа последовала за ней украдкой, пока звук брони Шэдоухарт заглушался шумом отваливающихся кусков корабля. «Интересно. Эти эльфы довольно бесшумны. Неужели тоже плуты?» – с этими мыслями, Тав вышла из тени и встала перед придавленным иллитидом. Жрица осталась у края комнаты, концентрируя магию в ладонях. Синеволосая эльфийка приготовилась к нападению, нависая над обломками, что прижали свежевателя разума, но не касаясь их. Белокурый эльф прицелился коротким луком в голову умирающего чудовища, так же как и золотой эльф, направил свой арбалет с противоположной стороны.

Тав заметила что-то знакомое в умирающем иллитиде, личинка радостно ликовала, словно узнавая своего создателя. «Кажется, это именно тот, кто заразил меня и гитьянки», – проскользнула мысль, пока группа внимательно следила за дроу, ожидая команды. Ей нужны были ответы. Им всем нужны ответы. Она напряглась, заставляя личинку ёрзать за глазом, и открывала свой разум для всех в зале, словно всегда так умела. И для иллитида, и для группы. Это показалось ей более эффективным вариантом, хотя и очень рискованным. Паразиты шевелились в их головах, соединяя разумы и ожидая команды создателя. Все наблюдали за мыслями Тав, и она разрешила им течь бесконтрольно: «Мы можем прикончить его прямо сейчас».

Дискомфорт и покалывание в голове сменялось новыми ощущениями. Она чувствовала, как в ней разливаются эмоции, но не те, что она ожидала. А именно, сострадание и обожание. «Нет… нет, Тав. Тебе полагается быть в ярости… разве не так?» – она старалась вернуть контроль себе, пока разум, казалось, начинал блуждать. Когтистые пальцы иллитида медленно зашевелились, указывая на неё и изображая знакомый жест приказа.

Эмоции нахлынули волной. Тав чувствовала ненависть. И за это она заслуживала наказание. Её нужно выпороть и заставить преклонить колени перед высшим созданием. Он царил в её разуме, заставляя полюбить его. Но в последующие мгновения эмоции изменились, словно тонули в чужом влиянии. Спутники активно вмешивались в общую связь, отталкивая иллитида от Тав. И те чужеродные эмоции, что свежеватель разума старался поселить в сознании дроу, отступали, отпуская её. Мысли чудовища обратились к чему-то другому. Или кому-то другому. Или к другим.

«Чёрт. Идиотка! Надо вернуть его внимание», – Тав напряглась, заставляя личинку почти визжать в черепе, сосредотачиваясь на иллитиде. Её мысли лишь слегка царапали его сознание, но этого оказалось достаточно, чтобы отвлечь его. Она попробовала пробиться глубже, но иллитидский разум был неприступен, и он с пренебрежением отбрасывал попытки. И казалось, это забирало все оставшиеся силы кальмароподобного существа. Его тело становилось слабее, когтистая рука упала на пол, а в глазах, подобных влажным оранжевым жемчужинам, осталась лишь злоба.

– Довольно допросов, – холодно подумала Тав, – отправьте тварь на тот свет.

В ту же секунду яркий луч прожёг удлинённый слизкий череп, стрелы навылет пробили его незащищённые мозги, и голова моментально отсекалась мечом синеволосой эльфийки.

– Чудовище. Смерть для тебя слишком мягкое наказание, – прошипела Тав и опасливо оглянулась, обращая внимание на группу.

Именно такое кровожадное поведение, каким так славятся дроу, обычно отпугивало от неё большую часть, хоть и временного окружения. Но она увидела иную реакцию. Шэдоухарт коротко кивнула соглашаясь. Мужчины подошли ближе и оценивали, даже любовались, своими выстрелами. А синеволосая эльфийка спокойно вытирала меч об мантию, уже мёртвого её обладателя.

– Ты отлично справилась, Тав, – синеволосая эльфийка тепло улыбнулась ей. – Мало у кого получается сохранять контроль, к тому же групповой, когда его пытается забрать такой, – она на пару секунд задумалась, подбирая нужные слова, – одарённый необычной силой, противник, – она была довольна выбранной фразой и они действительно отлично подходили иллитидам.

– Спасибо, Эз… – в этот момент Тав поняла, что начисто забыла их имена, привычно подобрав удобные прозвища.

– Израйя, – мягко повторила эльфийка, – и Эрдан, – дополнив, она наклонила голову в сторону золотого эльфа. – Думаю, после таких насыщенных событий, будет глупо обижаться на забытые имена.

«Боги, берегите её терпение. Оно нам понадобится, – благодарно подумала Тав, глядя ей след. – Но расслабляться нельзя, они не так просты, а за проявлением доброты часто скрываются корыстные мотивы». Дроу напоминала себе об осторожности, прокручивая в голове моменты в своей недолгой, но щедрой на предательства жизни.

***

Группа прошла в одну из больших дыр в панцире, перешагивая горящие останки, спеша выйти из наутилоида. Продвигаясь дальше и пробравшись через невысокий кустарник, они вышли вновь к грунтовой тропе. И дорожка привела их к телам. Но к телам не рыбаков, не иллитидов и не пожирателей интеллекта. К маленьким телам с зелёной кожей.

– Дохлые гоблины, – пробурчала жрица, толкая ногой один из трупов. – Надо проверить, может, что полезное найдётся.

Тав коротко кивнула и, проглотив беспокойство, заняла руки делом. Обыскивая окровавленные миниатюрные тела, они нашли совсем немного, всего один малый бутылёк лечебного зелья и грубое оружие. «Ну да, для этого дня не хватает только боя с гоблинами», – напряжённо обдумывала Тав, смотря на их броню и зазубренные стрелы.

– Думаю, несколько мелких зелёных засранцев для нас небольшая угроза, – практически пропел белокурый эльф рядом. – Хотя мне бы не хотелось с ними возиться, даже если это будет весело.

«А ты подозрительно быстро читаешь эмоции и можешь использовать это против нас», – мысленно ответила ему Тав, посмотрев холодным взглядом в алые глаза. После такого милого знакомства ей потребуется немало времени, чтобы хоть ненамного расслабиться в его компании, как она уже сделала с остальными спутниками: «Они всё-таки постарались, будь то лечение плеча из-за своей же ужасной меткости или возвращением далхара».

Когда Тав и Шэдоухарт закончили обыск и отошли от трупов, Израйя обратила внимание группы. Она указывала на открытый портал в паре десятков метров от них.

– Кажется, он нестабилен, – эльфийка отвела руку немного вперёд, всматриваясь в искрящейся фиолетовыми молниями портал, – и, кажется, в нём кто-то застрял, – последнее она произнесла уже с ноткой задора и быстро направилась к нему, юрко ускользнув от руки своего спутника, под его усталый вздох.

Остальные поспешили за ней.

Магия портала вспыхивала и хаотично вихрилась. Израйя подошла ближе, останавливая группу рукой, жестом прося отойти подальше. Эрдан сурово окликнул её по имени, но она одарила его лишь коротким возмущённым взглядом. «Видимо, подобные ситуации в их жизни случаются часто», – усмехнулась про себя Тав, наблюдая за ними, и шагнула вперёд. Эльфийка коснулась символа, и одна из молний тут же ужалила, заставив быстро отдёрнуть руку. Золотой эльф, казалось, уже готов был сделать выговор в тоне последнего отклика, но из портала показалась человеческая рука.

– Руку? Кто-нибудь? – приглушённый голос доносился прямо из портала.

Синеволосая эльфийка повернулась к своему строгому спутнику с довольным выражением лица, изящным жестом указывая ему на руку в портале, будто представляя благородное украшение, и вскинула бровь. Эрдан ответ лишь закатил глаза, складывая руки на груди, и обратился к голосу из портала.

– Кто ты такой?

– Самый обычный странник, застрявший между мирами. Вытащи меня, и мы сможем познакомиться как подобает, – голос в портале звучал немного застенчиво, даже неловко.

– Я попробую, – тихо предупредила Израйя, – но на всякий случай будь готов.

Сразу после своих слов, она стёрла один из символов за порталом, и магия стала успокаиваться.

– Не знаю, что ты делаешь, но получается превосходно! А теперь дёрни меня за руку посильнее, и порядок.

Израйя и Эрдан схватили странника за предплечье и единым толчком, вытащили его из нестабильного портала. Мужчину будто выплюнуло магией, и он упал перед Тав на четвереньки, пока руки золотого эльфа крепко сдерживали любопытную спутницу. Странник встал, отряхнул ладони и свою фиолетовую мантию, перед тем как обратиться к дроу.

– Уф-ф, приветствую. Я Гейл из Глубоководья. Прошу прощения, обычно у меня это получается лучше.

– Эм… не стоит извинений, – растерянно ответила Тав, переводя взгляд на таинственных эльфов, – во всяком случае, не передо мной.

Гейл обратил глаза к своим спасителям, протягивая им руки для рукопожатия. Хоть и немного удивлённо, но они ответили на его жест и представились.

– С тобой всё в порядке? – Израйя спросила с неподдельной обеспокоенностью. – Такие порталы далеко не простая магия и могут сильно навредить, если что-то пойдёт не так.

– Хм, да. Я некоторым образом потрясён, но со мной всё хорошо, – Гейл отвечал, игнорируя комментарий о магии. – И я рад нашему знакомству, – добавил он, и после взгляда на группу и остановился на Тав. – Точно, я тебя вспомнил! – теперь странник обращался только к ней. – Ты тоже была на наутилоиде.

«Да какого чёрта? Как я могла пропустить двоих?» – Тав пыталась вспомнить все залы и все сосуды, что она проверяла. Единственная комната, к которой она была не так внимательна, это соседняя с залом, где была заперта Шэдоухарт. «Я слишком сосредоточилась на вызволении жрицы и проверила лишь один сосуд», – с этой мыслью Тав почувствовала лёгкий укол вины. «Они тоже нуждались в помощи, тоже были напуганы заражением и также не могли бы выбраться из клеток самостоятельно. Если двое из той комнаты живы, а тех странных яиц было больше, значит, выживших больше? А если они погибли? Что, если моя невнимательность обратилась для кого-то смертью? А должна была ли я им помогать? Не считаю ли я себя слишком важной в чужих судьбах?» – Тав всё глубже погружалась в водоворот своих мыслей, лишь заметив на его фоне ответ чужим голосом.

– Наутилоид сейчас неважен. Как ты ухитрился застрять в собственном портале? – синеволосая эльфийка вновь напомнила о своём комментарии. – Ты ведь волшебник, верно?

– Я не помню в точности, как это произошло, тогда корабль разлетался на куски, а я оказался в моменте свободного падения, – волшебник сдался и продолжил свою историю уже более открыто. – Пока я летел вниз, на верную смерть, то уловил некий проблеск поблизости от того места, где уже прогнозировал свою, довольно неприглядную кончину. Этот проблеск, как мне удалось понять, был магической природы, и я потянулся к нему словесным Плетением, оказавшись там, где оказался. А вы? Вы тоже выжившие с наутилоида? Как вам удалось уцелеть при падении?

– Всё верно, все мы, – ответила ему эльфийка, – и, если честно, мы понятия не имеем, как и почему.

– Что ж, и такое возможно. Тем не менее у меня есть все основания подозревать, что наши жизни по-прежнему висят на волоске, – голос волшебника становился всё мрачнее. – Ведь всем, кто был на корабле, пришлось против воли стать жертвой внедрения инородного тела в глазную область?

Группа медленно кивнула, вспоминая те отвратительные минуты.

– Этот паразит, которого в нас всадили… вы в курсе, что после крайне болезненной трансформации он превратит нас в свежевателей разума? – Гейл поднял глаза на них и, не дожидаясь ответов, продолжил. – Этот процесс именуется цереморфозом, и позвольте заверить, его нужно избежать любой ценой, – после мрачного вдоха, темп речи волшебника ускорился, а руки задвигались быстрыми жестами. – Никто из вас, случайно, не жрец? Не лекарь? Не хирург? Или, может кто-то, умеет ловко управляться с вязальными спицами?

– Ты явно достаточно знаешь о нашей проблеме, чтобы понимать, жрецы здесь бесполезны, – сухо ответила Шэдоухарт.

– Мне доводилось использовать свои прекрасные ловкие пальцы для самых сложных задач, – добавил белокурый эльф, – но даже они не смогут достать этих мозговых паразитов.

– Ну что ж, это не самое распространённое заболевание, – понуро согласился Гейл. – Нам, несомненно, понадобится целитель, и очень скоро. Обычно цереморфоз занимает около семи дней. Как насчёт того, чтобы и впредь помогать друг другу? Мы могли бы поискать лекаря вместе.

«И он тоже? – отвлеклась от своих размышлений Тав, заметив, что взгляды спутников обратились к ней. – Ах, точно, я же теперь лидер компании будущих иллитидов».

– Хорошо. Я Тав. Пойдём с нами, если хочешь, – без энтузиазма произнёс недавно провозглашённый лидер группы.

– Превосходно! – волшебник радостно хлопнул в ладоши. – Общий паразит, это отличная основа для дружбы. Ну, или как-то так, – его взор обратился к спасителям. – Точно! Прежде чем вы разрешите мне следовать с вами, я должен предупредить, что вы берёте в своё путешествие самого дурно воспитанного человека на свете. Благодарю вас за вызволение меня из камня. Это было предусмотрительным проявлением доброты с вашей стороны, ибо у меня есть подозрение, что очень скоро я смогу вернуть вам эту любезность сторицей.

После вдохновляющей речи Гейл спросил имена Астариона и Шэдоухарт, и группа направилась дальше, стараясь выбирать тропы, ведущие вглубь холмов, прочь от берега. Волшебник оказался разговорчивым. Даже очень. Его расспросы о ночи на корабле и их нынешнем местонахождении, быстро сменились рассказами о его доме, о Глубоководье и о его собственных безмерных талантах.

– Мой город, это Город Чудес. Я довольно известный волшебник, учёный с безупречной репутацией, – Гейл рассказывал о себе с гордостью и налётом тщеславия, что заставило Тав ухмыльнуться. – У меня также есть прекрасная кошка, библиотека и некоторая слабость к хорошему вину. Под настроение порой даже пишу стихи.

«Рассказывает так, будто не он застрял в своём же портале», – Тав забавляла такая самоуверенность волшебника после столь нелепой ситуации. За довольно короткое время, Астарион и Шэдоухарт устали от его компании, стараясь спрятаться за Тав. Но, к счастью, его внимание отвлекла Израйя. Судя по их разговору, она много путешествовала и была рада обсудить с ним знакомые места и имена.

***

Через некоторое время группа пришла к развилке и остановилась, чтобы выбрать направление.

Послышались отдалённые голоса. Они пошли на голоса, пригнувшись и стараясь быть незаметными, отделяя Шэдоухарт с Гейлом в конец отряда. Жрица в громких серебряных доспехах и волшебник, совершенно не подходили для разведки с возможным началом боя, особенно впереди бойцов с клинками. Подойдя к заросшей скале в пару метров, что скрывала разговаривающих, Тав умело забралась на каменные выступы, чтобы хоть что-нибудь рассмотреть сквозь густую листву кустов. Она заметила знакомую зеленокожую фигуру, что была заперта в подвешенной деревянной клетке, под которой торчали стальные шипы. «Кто-то сильно постарался удержать её в плену. Но зачем?» – Тав всматривалась в очертания гитьянки, медленно спускаясь с небольшой скалы.

– Там наша воинственная знакомая, – она тихо обратилась к Шэдоухарт, – и она в плену.

– Может, оставим её там? – жрица нахмурилась, протестуя предложению помощи грубой зеленокожей командирши.

– Нет. Мы не можем просто оставить её в клетке. Согласна, гитьянки не самый вежливый народ, но она помогла нам на корабле, – объяснила Тав, оглянувшись на всех, – и она сильный союзник.

Её встретили согласные кивки Гейла, Эрдана и Израйи. Шэдоухарт отвернулась, отказываясь участвовать в освобождении неприятной ей пленницы, а Астарион театрально закатил глаза.

– Ладно. Желающие могут пойти со мной, остальные постойте тут в тишине. Мы все слышали голоса, её кто-то охраняет. Но нужно понять кто. Сначала хочу подслушать, – с этими словами Тав ловко забралась обратно на скалу. Пробравшись вглубь кустов, Тав заметила двух тифлингов справа, они внимательно следили за разозлённой пленницей в клетке.

– Думаешь, эта тварь опасна? – спросила краснокожая девушка с демоническими рогами и длинным тонким хвостом из-за спины.

– Конечно, опасна. Она одна весь отряд Зорру вырезала, – ответил ей стоящий выше по склону мужчина, с такой же красной кожей, но с рогами, изогнутыми в стороны, и с более толстым хвостом.

– Так давай оставим её здесь, – девушка-тифлинг повторила слова Шэдоухарт.

– Чтобы её гоблины нашли? Нет. Её нужно забрать в рощу.

«Хоть они и поймали её, но не убили и, значит, держат её в клетке, пока не пребудет подкрепление? Интересно, как они смогли её поймать? Может, это было ловушкой для гоблинов? – размышляла Тав, – И они упомянули какую-то рощу. Может там есть целитель?»

– Прошу, давай бросим её здесь. Она опасна для рощи, – не переставала уговаривать девушка-тифлинг.

– А если её спасут гоблины? Она станет ещё более опасна.

– Мы будем уже на пути к Вратам Балдура.

– Не глупи. Здесь тебе не Элтуриэль. Когда эта тварь решит напасть, никакие солдаты тебя не защитят.

«Судя по разговору, гоблины здесь немалая проблема. А вот тифлинги выглядят достаточно доброжелательно, если не считать гнева на гитьянки. Может, кто-то из отряда этого Зорру был им близок», – раздумывала Тав, осторожно спускаясь.

– Итак… – начала она, помахав рукой, предлагая заинтересованным подойти ближе.

К её удивлению, и жрица, и белокурый эльф тоже подошли. Тав пересказала подслушанное: чем успела отличиться гитьянки и что рядом есть какая-то роща.

– Роща звучит в стиле друидов, – добавил Эрдан, – а у друидов всегда есть целители.

– Значит, нам нужно выяснить больше. Охранников у нашей гитьянки двое, это тифлинги, и они стоят вот там, – Тав пальцем указала направление. – Ты, Астарион и Израйя обойдёте эту скалу с правой стороны, вы достаточно тихие, а они будут стоять к вам спиной. Это будет подстраховкой на случай боя. Шэдоухарт, я понимаю твой настрой насчёт неё, но хочу попросить тебя встать вот там и подстраховать меня и Гейла, если нас ранят, когда мы открыто пойдём к ним на разговор.

– Осторожная стратегия, – одобрительно прошептал Эрдан.

После паузы и кивков остальных, группа разошлась по сторонам. Тав подождала несколько секунд, провела рукой по волосам и направилась к гитьянки с тифлингами, стараясь издавать как можно больше естественного шума шагов.

– А Зорру был прав. Зелёная, как жаба, только ещё уродливей…

Тифлинг смотрел на гитьянки с презрением, даже с отвращением. Это разжигало в Тав неприятные эмоции, а тифлинги уже теряли доброжелательный образ в её голове.

– Ты сам сказал, что эта дрянь опасна. Пусть гоблины или кто-то другой её прикончит.

Они всё ещё не замечали ни Тав, ни Гейла. Но их заметила гитьянки. Огненный взгляд ящероподобных янтарных глаз вызвал у дроу глухую боль в черепе. Хотя губы гитьянки не шевелились, Тав отчётливо слышала команду в своей голове.

– Избавься от них.

– Адова сера! Это дроу! – испуганно вскрикнула девушка-тифлинг, уставившись на Тав.

«Замечательно, – подумала она, меняясь в лице. – Значит, пора притвориться ужасной дроу».

– Готовься к бою, Нимесса, – сказал краснокожий мужчина.

В его голосе страха было больше, чем решимости и отваги. Обернувшись на свою спутницу, он заметил, что на них направлены лук и арбалет.

– Дамаис… – её голос надломился, а её испуганный взгляд смотрел за него.

К спине тифлинга прикоснулось остриё короткого кинжала Израйи.

– Уходите, если вам дороги жизни, – предупредила Тав ледяным голосом.

Тав могла убивать. Она даже могла наслаждаться этим. Но не перепуганных тифлингов и не из-за предрассудков.

– Пошли, Нимесса, – с трудом выговорил мужчина, шагая вперёд. – Быстро.

Стрелы всё ещё следили за их спинами, пока тифлинги, не оборачиваясь, спешно уходили прочь.

– А теперь выпусти меня. Живо, – прошипела гитьянки.

– О, как же я скучала по тебе, – саркастично протянула Тав. – А волшебное слово?

– Какое волшебное слово? Спусти меня, быстро! – казалось, гитьянки не совсем понимали правила общения не гитов.

Тав устало вздохнула, забираясь на выступ, где стояли тифлинги, и внимательно изучая ловушку: «Если её спустить, она просто наколется о шипы, а жрица лечить её откажется. Но рычага поблизости не видно. А искать верёвку в листве дерева на высокой скале под приказы нашей милой гитьянки совсем не хочется. Нужен способ побыстрее».

– Эй, попробуй раскачать клетку, – крикнул Эрдан. – Когда окажешься подальше от шипов, мы собьём дно, и ты сможешь приземлиться на выступе.

– Цк-ва, – недовольно сплюнула гитьянки, но всё же начала раскачиваться.

Потребовалось несколько минут, прежде чем клетка раскачалась достаточно сильно. Ветвь, на которой она была закреплена, скрипела, грозя развалиться раньше освобождения пленницы. В последнюю секунду дерево затрещало, а стрелы Эрдана и Израйи метко попали в верёвки, что держали дно по бокам. Гитьянки приземлилась на уступ перед Тав, пока за её спиной клетка разбилась об острые шипы.

– Рада, что личинки не превратили ваши мозги в кашу, – высказалась гитьянки, вместо благодарности, – но чем дольше мы ждём, тем это произойдёт быстрее. Мой народ знаком с лекарством от этой болезни. Я должна найти Ясли, и ты пойдёшь со мной, – она указала на Тав.

– Может, хоть спасибо скажешь? – ответила дроу, устав от навыков общения зеленокожей воительницы.

– Ты предлагаешь виверне приклониться червям? Я предлагаю исцеление, это достойная благодарность.

– Берегись, она явно расценивает нашу доброту как проявление слабости. Не позволяй ей манипулировать тобой, – холодно высказалась жрица, подойдя ближе к Тав и выделив слово «нашу».

– Ясли? Что это? – спросил Эрдан.

– Это сразу многое. Инкубатор, учебный лагерь, приют, – ответила воительница, наконец-то обратив своё внимание на тех, кто её освободил. – Устав гитьянки чётко говорит: будучи инфицированным личинкой гхайка, мы обязаны обратиться к густиль для очищения.

Группа снова направила свои взгляды на Тав, и она устало напомнила себе: «И как я могла забыть о моей роли в этой группе?»

– Ладно. Нам всем нужно избавиться от личинок. Всем нам, – подчеркнула она, показывая руками на спутников. – Если ты согласна, то будем рады твоему мечу в команде.

Тав поставила условие, стараясь быть честной. В группе их шансы на выживание будут выше и у них общая цель. Да и компания, что назначила её лидером, была приятнее в общении. Точно не хуже путешествия с грубой гитьянки, даже за обещание исцеления в загадочных Яслях. Она скорее останется ждать своей участи прямо здесь, чем оставит остальных для сопровождения воительницы. Гитьянки какое-то время обдумывала предложение Тав, оглядывая группу, остановившись лишь на Шэдоухарт и сузив ящероподобные глаза.

– Вы не самые слабые бойцы, и теперь у вас есть союзник из Яслей Клиир. Мало кому так везёт, – ответила она, приняв предложение. – Зовите меня Лаэзель.

– Я доверяю твоим решениям, но не ей. По крайней мере, пока не присмотрюсь к ней как следует, – процедила в ответ Шэдоухарт.

«Уже дважды угрожает кому-то. Она не так уж и безобидна, как кажется на первый взгляд», – подумала Тав, ответив кивком.

– У тебя острый язык, эльфийка. Хорошо бы, чтоб и ум оказался таким же, – Лаэзель явно не собиралась терпеть высказывания жрицы в её адрес.

– Я эльфийка наполовину. Хотя куда уж тебе это заметить.

– Цк-ва, – снова сплюнула гитьянки и повернулась к Тав. – Пойдём. Твари с рогами что-то говорили про лагерь. Один из них, Зорру, видел гитьянки. Должно быть, где-то поблизости Ясли. Найдём их пристанище и спросим этого Зорру, где он видел моих сородичей, – сказала Лаэзель и решительно двинулась вниз, будто знает дорогу.

«Какая дружная у нас получается команда», – устало согласилась Тав, уже предвещая бесконечные препирания, которые обещают перерасти в ожесточённый спор.

***

Пока группа направилась за их новой зеленокожей спутницей, Тав оставалась позади всех, надеясь на несколько минут тишины и покоя. Она молча наблюдала за спутниками впереди, почти не вслушиваясь в общие разговоры. Её мысли кружили вокруг странной группы выживших, пытаясь собрать всё в единую картину: «Лаэзель самая понятная. Неприятная, но говорит прямо и чётко выражает намерения. Разит врагов быстро и точно».

Тав перевела взгляд на жрицу: «Шэдоухарт… она будто прониклась моей компанией. А может, просто благодарна за спасение из жуткой клетки. Пожалуй, ей можно доверять. Не жизнь, конечно, но спину она прикроет. И вылечит. Жрецы в команде всегда полезны, – Тав мысленно продолжала размышлять о новых спутниках. – А Гейл? Волшебник, что нелепо застрял в портале. Неизвестно каков в бою. Будет плохо, если нестабильные порталы и болтовня, это всё, что он умеет».

Серебряные глаза перешли к ближайшим спутникам волшебника: «Эрдан. Показался неплохим стратегом, хотя и не будет лезть вперёд. Скорее наблюдает и анализирует, чем рубит головы, как Лаэзель. Израйя? Проницательна, знакома с магией и хорошо обращается как длинным луком, так и с мечом. К тому же на неё можно положиться в переговорах. Всё-таки это загадочная парочка эльфов с древней высшей кровью».

Взгляд обратился к последней и самой раздражающей фигуре. «Астарион… – Тав неосознанно повторила в мыслях его голос, – чёрт возьми! Я даже в голове произношу это имя его противным представительским тоном. Соберись. Не позволяй псевдосудье раздражать тебя. Отнесись к нему как к надоедливому комару. Пищит, может укусить и вызвать зудящее раздражение, но внимания не стоит. Главное, не поворачиваться к нему спиной и держаться поближе к Шэдоухарт».

Размышления Тав прервались, когда группа впереди остановилась.

Они вновь оказались возле места крушения наутилоида. Солнце уже близилось к закату. У них осталось немного времени, чтобы найти место для ночлега, путешествие ночью в их ослабленном состоянии не принесёт пользы. Тав присмотрелась к берегу, тропа вниз вела к остаткам огромных щупалец наутилоида. Вторая вела мимо заросших руин к берегу, уходящему за старые каменные стены. Отдых рядом с пылающим кораблём, был совершенно неприглядным. Путь назад казался не лучше. Каждый час они кого-то встречали. Слишком многолюдно, да и наличие вооружённых гоблинов всё ещё неприятно царапало встревоженное сознание дроу.

– Что ж… – обратилась Тав к группе, – пойдём по берегу. Нам нужно найти место для лагеря на эту ночь. Какое-нибудь безопасное и уединённое, чтобы мы могли более или менее отдохнуть.

Судя по молчаливым кивкам и началу движения в указанную сторону, никто не возражал. Заражённые неспешно продвигались вдоль пляжа, высматривая подходящее место для ночлега, останавливаясь возле каждой клади, что выбросили волны реки. Привычка Тав собирать всё, что встречается на пути, не раз спасала её от голодной смерти. И всё чаще она ловила недовольный взгляд гитьянки на очередную остановку.

– Нас немало, и нам нужны припасы, – объяснила она свои действия. – Кто знает, сколько нам потребуется времени на поиск целителя?

– Или пока мы не обрастём мерзкими щупальцами, – драматично добавил белокурый эльф, который теперь старался держаться к ней ближе, сторонясь остальных, что уже давно шли рядом с водой, наслаждаясь вечерней прохладой после жаркого дня.

– А ты прям не можешь держать комментарии при себе? – устало съязвила Тав.

– Ох, дорогая, мои комментарии исключительно полезны.

«Он не даст нам даже на секунду забыть о нашей участи. А может, это нарастающий страх?» – размышляла Тав. Она оглянулась на спутников, таинственная пара эльфов не отходили друг от друга ни на шаг, внимательно слушая бесконечные рассказы Гейла о Глубоководье. Шэдоухарт же, всегда следила за ней взглядом. Лаэзель хмурила брови. «Возможно, так и должно быть. Это была ужасная ночь и не самый спокойный день. Все мы чертовски напуганы и сильно устали. Не нужно так бурно реагировать на недовольные высказывания в такой нетривиальной ситуации», – дроу выдохнула и кивнула своим мыслям.

# Примечания

1

Название расы «дроу» не склоняется.

2

Название расы «гитьянки» не склоняется.