Александр и Евгения Гедеон
Антимаг. Владыка. Том 2

Глава 19

Глядя на слёзы счастья, бегущие по щекам Вивьен, Лёха и сам улыбался. Приятно осознавать, что всё было не зря. Пусть это лишь ступень на пути к куда большей цели, но здесь и сейчас они подарили кому-то немного счастья.

А вот барон Атикус выглядел ошеломлённым и растерянным. И было отчего: секунду назад он сражался за жизнь, вознося беззвучные молитвы о благополучном побеге совсем юной дочурки, и вот уже она, чуть младше его самого, говорит, что минули годы.

Такое способно выбить из колеи самых крепких и стойких.

Но, несмотря на состояние, Атикус коротко ответил на несколько вопросов. Ничего нового об Аримане он, впрочем, не рассказал. С момента пленения Атикуса ни разу не возвращали к жизни, так что больше десяти лет пронеслись единым мигом. Даже полученная в бою рана кровоточила, словно её нанесли только что.

– Вивьен, проследи, чтобы барону Атикусу оказали необходимую помощь, и отведи в его покои. Вечером я жду вас для более обстоятельной беседы, – мягко улыбнулась Лаура, назвав Вдову привычным всем именем.

– Да, ваше сиятельство, – коротко поклонилась та и бережно вывела отца из комнаты.

– Вы тоже свободны, – бросила репликантам графиня.

Те молча посмотрели на Лёху и, дождавшись его кивка, покинули штаб.

– Негусто, – подвёл краткий итог беседы Даран.

Выглядел он скорее задумчивым, чем раздосадованным. Даже если прока от освобождения барона Атикуса пока не было, душу грела мысль о семейном воссоединении. Капелька счастья в эти непростые времена казалась особенно ценной.

– Уверена, Бенедикт, глава клана Морских Ящериц, знает куда больше, – утешила его Лаура. – Остальные, скорее всего, служат заложниками. Дадим Атикусу время прийти в себя и побеседуем более предметно. Уверена, даже с учётом проведённого в плену времени, он знает немало полезных секретов других кланов. Кто на кого обижен, кто с кем спит, кто чей бастард. Всё это сыграет нам на руку, когда придёт время брать власть.

На лице Дарана красноречиво было написано отношение к подковёрной борьбе, интригам и шантажу, но выражать его вслух он не стал. Сколько бы ему ни претили подобные методы, шанс сократить число вооружённых мятежей был куда важнее.

– Кроме того, с помощью Атикуса Вив куда быстрее изготовит следующий артефакт-иллюзию, – продолжила Лаура, будто оправдываясь за то, что позволила первым освободить отца Вдовы, а не главу клана Морских Ящериц.

Никто с ней и не спорил. Каждый понимал желание Вивьен и, положа руку на сердце, скорее всего поступил бы точно так же.

– Раз уж мы заговорили о родне, – вернулся к делам насущным Стриж, – может сразу заняться имитацией безвременной кончины твоих деда и бабушки? Порадуем Дану союзником, готовым открывать и закрывать Разломы в любое время. Заодно привяжем к нему кого-то из новых пустотников, как только те придут в себя.

– Среди них попался кто-то полезный? – деловито спросил Даран.

Он наконец-то прочувствовал, сколько пользы могут принести технические знания, которыми обладали некоторые пустотники. Одних рассказов о войнах будущего хватило, чтобы граф возжелал получить в своё распоряжение нечто столь же убойное, как автоматическое огнестрельное оружие. Тогда уже будет не столь важно, как много магов на стороне противника, если обученный и вооружённый боец способен с одинаковой эффективностью уничтожать хоть людей, хоть демонов, хоть богоподобных эльфов из Златого Града.

– Пока не ясно, – с сожалением констатировал Стриж. – Первые пару недель пустотники сживаются с новыми телами. Лихорадка, беспамятство – полный набор. Не до разговоров.

– Хотя бы понятно, это кто-то из ваших? – мрачно уточнил Даран.

– Не похоже, – разочаровал его Лёха.

На фоне грядущего пополнения жителей Крабового Острова новыми пустотниками и освобождёнными из каменного плена Морскими Ящерицами остро встал вопрос безопасности. Ещё немного и Стриж со своими людьми будет в меньшинстве, что могло негативно сказаться на поддержании порядка. И появление ещё нескольких репликантов или сослуживцев Мии стало бы настоящим подарком.

Увы, на такую удачу никто особенно не рассчитывал, так что Стриж всерьёз задумался о строительстве жилых бараков где-то на побережье. Просто для возможности расселить подальше друг от друга кровных врагов или старых соперников. Ведь не все пленники камня принадлежали клану Морских Ящериц. Попадётся среди них кто-то злопамятный, вроде Райны, и о спокойной жизни можно будет позабыть.

Да и старикам Лауры, пожалуй, куда комфортней будет в отдельном домике, чем в общаге, в которую постепенно превращалась эльфийская крепость.

Где бы только взять столько плотников…

– Займусь подготовкой несчастного случая прямо сейчас, – поднялась со своего места Лаура. – И пожалуй, попрошу Вивьен с отцом помочь в создании достоверной картины для случайных свидетелей.

– Разумно, – согласился Стриж. – И у меня несколько бытовых просьб с учётом роста числа жильцов на острове…

Уже к вечеру, как и обещала Лаура, пустотникам доставили несколько комплектов постельного белья, матрасов, кое-какую посуду и запас простой незамысловатой одежды. Швеи и так трудились в несколько смен, заготавливая всё необходимое для отправки в земли клана Стальных Грифонов, так что исчезновения части подготовленного к отправке, никто и не заметил. Тем более что кастелян привёл в соответствие всю документацию, не задав графине ни единого вопроса на тему «изъятых» материальных ценностей. Для каких нужд главе клана потребовалась такая малость – не его ума дело. И Аланис прекрасно это осознавал.

С запасом древесины и плотниками выручила Дану, послав в помощь пустотникам несколько специалистов. Те расспросили о потребностях, прикинули подходящие места для будущих домиков и объявили, что на возведение каждого уйдёт не меньше недели.

Работу начали сразу же, не тратя времени зря, так что к привычному уже шуму моря присоединился звук слаженной работы пил и мерный стук топоров. От этого так веяло мирной жизнью, что Лёха невольно застыл у окна в коридоре прислушиваясь.

Мирная жизнь… Думать о ней было странно. Не верилось, что череда боёв и испытаний когда-то закончится, сменившись бытовой рутиной. Настанет время задуматься о будущем, а не только о выживании здесь и сейчас.

Мерный ход мыслей нарушил звук открывающейся двери позади. Машинально обернувшись, Лёха увидел Белочку, почему-то выходившую из комнаты Ареса. Одежда в лёгком беспорядке, на губах играет довольная улыбка. Следом появился и сам репликант, причём выглядел он непривычно расслабленным. Показалось даже, что уголки его губ чуть приподняты.

– Чего вылупился удивлённым бакланом? – весело осклабилась демоница, прежде чем Стриж успел хоть что-то сказать. – Трахались мы, трахались!

От этого заявления Лёха аж поперхнулся воздухом.

– Трахаться – это тоже приемлемое общественными нормами обозначение секса? – тут же любознательно уточнил ничуть не смущённый Арес.

Для него, похоже, вообще не было табуированных тем, кроме разве что имён репликантов.

– Ага, – подтвердила Белочка. – Это слово даже в книжке написать можно, не получив рейтинга восемнадцать плюс.

Лёха прокашлялся и ошалело пробормотал:

– Это не совсем та информация, которую я хотел бы знать.

– Ой, можно подумать, можно подумать… – театрально закатила глаза демоница. – Тоже мне, мальчик-одуванчик ни разу не динь-динь! Я тебе давно говорила, что ты Аресу и в подмётки не годишься!

Она буквально повисла на шее растерянно моргнувшего репликанта и добавила:

– Вот мужчина моей мечты! Никаких сомнений, никаких колебаний, никаких дурацких моральных запретов! Это – любовь!

– «Заниматься любовью» – это ещё один эвфемизм для секса, – тут же блеснул эрудицией Арес. – Верно?

В голове что-то застучало, и Лёха устало потёр висок.

– Белочка, на два слова, – попросил он и зашагал по коридору.

– Ревнуешь? – весело спросила догнавшая его демоница.

– Боже упаси, – честно ответил Стриж. – И не собираюсь лезть в чужие постели. Но, с учётом некоторой… неопытности Ареса в этих вопросах и твоего нездорового чувства юмора, вынужден озвучить несколько правил.

– Да, папочка! – состроила умильную гримасу Белочка.

– Не ёрничай, – хмуро попросил Лёха. – Первое и главное правило – никого не жрать в постели. А то помню я твои нездоровые порывы…

В памяти невольно возникла Миа, обрабатывающая рану от его укуса.

– Были же времена… – ностальгически улыбнулась демоница.

– Второе, – продолжил Стриж, – не подселять в любовников демонов. И не выпивать души!

– Ты мне всё это и так запретил, – горько посетовала Белочка. – Скукотища…

Вид у неё был разочарованный и печальный.

– Повторить не помешает. Третье, сразу на берегу определитесь в вопросах моногамии и полигамии. Меньше всего нам здесь нужны свары или убийства на почве ревности. Я понятно излагаю?

– Фу таким быть, – с чувством фыркнула демоница. – Так скучно формализовать весёлую интрижку – это надо постараться.

– Ты всё поняла? – терпеливо повторил вопрос Лёха.

– Поняла, поняла, – беспечно отмахнулась Белочка.

Стрижу оставалось только надеяться, что так и есть. Нужно было ещё поговорить на эту тему с Аресом, но эту беседу лучше всего поручить Максимилиано. У него это определённо выйдет куда лучше.

И вообще, пора как-то решать проблему демографического перекоса. Интересно, встречаются в Поднебесном эльфийки с низкой социальной ответственностью? И будет ли корректно спросить об этом у Дану?

За размышлениями об особенностях социальных норм разных народов его и застал вызов к порталу.

У зеркала уже ждала Лаура в компании подтянутого мужчины под пятьдесят. Рыжие, чуть разбавленные сединой, волосы подсказывали, что гость – тот самый Эрик, дед графини Кречетов.

Меривший жизнь привычными категориями Стриж ожидал увидеть седого пенсионера и, лишь глядя на жилистого матёрого мужика с внимательными холодными серыми глазами, сообразил, что в этом мире нормально вступать в брак, не достигнув и шестнадцати лет. Кто знает, сколько Эрику было на момент встречи с юной Дайной? Шестнадцать? Восемнадцать? А во сколько отдали замуж мать Лауры? Вряд ли намного старше. Да что далеко ходить: саму графскую дочь пустотник встретил как раз во время путешествия к жениху. В этом мире бабушками и дедушками запросто становятся и в тридцать лет.

– Алекс, это мой дедушка, барон Эрик из рода Золотых Тигров.

Ощупав Стрижа внимательным оценивающим взглядом, тот вежливо склонил голову.

– Благодарю вас за спасение внучки и предоставленное убежище. Даю слово, я не стану обузой.

Голос у барона Эрика был грубый и хрипловатый, что немного диссонировало с вежливыми светскими речами.

– Не сомневаюсь, – ответно поклонился Лёха и поднял удивлённый взгляд на Лауру. – Быстро вы. Я думал, подготовка к инсценированию трагической гибели займёт больше времени.

Графиня буквально лучилась от радости. Наверное, впервые в жизни она смогла отплатить деду за все годы заботы. А может, просто была счастлива, что он с бабушкой, наконец, обретут возможность быть вместе.

– Барон прибыл инкогнито, – улыбаясь, пояснила Лаура, – и отправил Золотому когтю Глории письмо, в котором сообщил, что после непродолжительного отдыха под личиной обычного рубежника собирается отправиться в земли Грифонов с очередным караваном. Но вместо него поедет наш человек с артефактом иллюзий от Вивьен. Как только найдём подходящий труп, можно будет устроить нападение демона.

Каким образом Лаура собралась отыскать мертвеца с очень конкретными приметами Стриж уточнять не стал. Вероятней всего, трупом бедолага станет непосредственно в день инсценировки, а то и в тот же час, чтобы невольные свидетели нашли его ещё тёплым.

Оставалось надеяться, что поиски люди графини ведут по тюрьмам и притонам вроде «Весёлой головешки».

– Если что, Белочка вполне может помочь с этой задачей, – на всякий случай напомнил Стриж. – И гибель отыграет весьма правдоподобно.

Уточнять, что при желании демоница может хоть удар в сердце пережить, предварительно сместив то в сторонку, он не стал. Лаура и так в курсе, а Эрику… Здесь работает старая мудрость «во многих знаниях – многие печали».

– Ты прав, я упустила из внимания её способности, – согласилась графиня. – Это упрощает дело.

– Говоря откровенно, я впечатлён возможностями, которые обрела её сиятельство графиня Лаура, – признался барон, ошарашенно оглядывая просторный зал работы древних эльфов. – Кто бы мог подумать, что юная хрупкая девочка вознесётся так высоко.

К чему именно относились его слова, оставалось только догадываться. Титулу, доступу к крепости Древних, союзу с пустотниками, эльфами, а может, и всему сразу.

– Но что же мы стоим на пороге, – сделал приглашающий жест Стриж. – Я покажу где может разместиться господин барон пока идёт строительство.

Не успели они сделать и шага, как в портал буквально влетела Дану, едва не сбив людей с ног. Не размениваясь на приветствия или извинения, она выпалила:

– Войско императора уже на пути к Поднебесному!

Возбуждённый крик разнёсся по залу, эхом отразившись от стен. Стрижа буквально с головой накрыло ярким и всеобъемлющим чувством, что было сложно описать словами. Причудливый коктейль из страха с нотками паники, нетерпения, и готовности биться насмерть.

Стриж оторопело моргнул, осознавая всё это, а Лаура удивлённо распахнула глаза, не веря ушам. Лишь её дед озадаченно нахмурился, не понимая, о чём идёт речь.

– Поднебесный – один из городов церковников? – спросил он. – Никогда не слышал о нём.

Дану лишь мазнула по нему взглядом и взволнованно потребовала у Стрижа:

– Пошлите за Дараном! Немедля! Собираемся в крепости на атолле. У нас мало времени!

На то, чтобы известить недостающего участника экстренного совещания ушло чуть больше часа – Дарана пришлось сдёрнуть с учений.

За это время Дану успела изложить новости в немногочисленных подробностях. Один из разведчиков в крылатой эгиде, занятый поиском давно скрытых лесом руин эльфийской крепости, обнаружил передвижение имперского войска. Только двигалось оно не в сторону границы с церковниками, а свернуло с тракта по направлению к Поднебесному и теперь находилось в нескольких днях пути от города.

Перепоручив несколько растерянного барона Эрика Мие, Лёха в компании Дану и Лауры изучал карту до прибытия графа Дарана. Быстро введя того в курс дела, они приступили к формированию нового плана действий.

– Какими силами располагает император? – мрачно осведомилась Дану у Дарана.

Тот, так и не сменивший пропылённую и потную одежду, ответил не задумываясь:

– Порядка пятнадцати тысяч солдат. Около тысячи егерей, две-три сотни гвардейцев, остальное – клановые бойцы.

– Так много… – едва слышно выдохнула Лаура, напуганная внушительным числом.

Она казалась необычно бледной и растерянной. Немудрено. До сих пор ей не доводилось даже видеть столь внушительную силу, не то что противостоять ей.

– Почему он вообще пошёл на Поднебесный? – сплетя пальцы, чтобы те не дрожали, спросила графиня. – А как же волнения на границе?

Даран тяжело вздохнул и опёрся локтями о столешницу.

– Сейчас я склонен думать, что никакой угрозы от церковников не было, – мрачно признался он. – Ариман просто использовал их как предлог для сбора и отправки армии. Осталось только понять, знает ли он о Древней, или решил попросту покарать Поднебесников за прекращение поставок сырья для пустотников. Кроме того, он, очевидно, понимает, кто способен управлять крылатыми эгидами и ходить Зеркальными Путями.

Лёха хмуро кивнул. Он и сам не раз маскировал свои действия под проделки поднебесников. Стоит ли удивляться, что попытка свалить всё на них удалась? Только нюанс в том, что теперь поднебесники превратились в союзников и действия пустотников вышли всем боком.

– Прямо сейчас это не важно. Лучше скажите, сколько воинов под вашим командованием на сегодняшний день, граф? – сохраняя внешнее спокойствие, спросила у Дарана эльфийка.

До Стрижа доносились отголоски её тревоги, волнения и страха, но Древняя умело подавляла лишние эмоции.

– Порядка трёх тысяч, – коротко сообщил граф.

– И у меня ещё четыре тысячи эльфов… – кивнула своим мыслям Дану.

Лёха промолчал. Численность пустотников была слишком ничтожной в войсковых масштабах, чтобы вообще напоминать о себе.

– Но у нас есть дракон! – глаза Лауры восторженно сверкнули при мысли о могучем монстре.

– Есть, – без особого энтузиазма согласилась Дану. – Но он ещё слишком молод, да и хорош лишь в битве с демонами, а не с людьми. Он – залог нашего будущего, источник силы для мощнейших артефактов. Я не стану рисковать им ради сомнительной эффективности атак на имперское войско.

Даран кивнул, соглашаясь с оценкой боевых качеств дракона. Для слаженной команды боевых магов он был не самым внушительным противником.

– Мы можем эвакуировать город и связать императорскую армию долгой осадой, – предложил Стриж. – Благодаря порталу мы успеем эвакуировать всех, пусть и с минимумом пожитков. Входы в пещеры завалим или запечатаем другим способом. И пусть Ариман с войском месяцами пытаются нас оттуда выкурить.

Даран наморщил лоб, обдумывая все плюсы и минусы предложенного плана.

– Нет, – после продолжительного молчания покачала головой Дану. – Мы лишимся высаженной у города рощи, которую растили всё это время. Молодые деревца только-только начали приносить первые плоды. А что получим взамен? Что нам дадут выигранные месяцы?

– Время для сбора и оснащения войск, – начал перечислять Лёха, – новых пустотников, подращённого дракона…

– И возможность рассказать всему населению империи очередную сказку о воспрявшем зле, городе Про́клятых и остроухих врагах, убивающих их братьев и отцов, – невесело продолжила перечислять Дану. – Сейчас у нас ещё сохраняется шанс воплотить задуманное, пусть раньше срока и при иных обстоятельствах.

Она поднялась с места и принялась расхаживать по комнате.

– Что, в сущности, изменилось? Мы не в столице, а в лесу. Клановых бойцов в дюжину раз больше, но разве это помешает нашему изначальному намерению продемонстрировать всем истинную сущность Аримана и склонить бойцов на нашу сторону? Главное, правильно всё продумать…

Она подняла взгляд на Дарана.

– Насколько ваши воины верны лично вам, граф?

Тот помедлил с ответом.

– Если бы речь шла о защите границ от демонов, я не усомнился бы в них ни на мгновение, – произнёс Даран. – Пошли я их на усмирение бунтовщиков после разоблачения Аримана и передачи власти Лауры – был бы достаточно спокоен за подавляющее большинство. Но сейчас мы говорим о том, чтобы вступить против законного императора, явившегося выжечь гнездо Про́клятых…

Он прямо посмотрел в глаза Дану:

– Это будет серьёзное испытание для их верности. И я не дам голову на отсечение, что они пройдут его.

Эльфийка криво усмехнулась и кивнула, по достоинству оценив искренность графа.

– А если на их глазах Ариман превратится в демона? – перехватил инициативу Лёха.

– Это серьёзно пошатнёт верность войск, – уверенно произнёс Даран. – Но до сих пор мы не нашли ничего, способного вызвать подобную трансформацию у твоей клыкастой подружки. Она даже к дракону сумела привыкнуть и больше не обрастает чешуёй при виде него. А император успешно скрывает свою сущность уже не одну сотню лет.

– Я знаю, как решить эту проблему, – отмахнулся от лишних сейчас деталей Стриж. – Скажи лучше, что будет, если два представителя клана Золотых Тигров публично сознаются в родстве с демоном-императором и способности не только закрывать, но и открывать Разломы? И докажут это делом прямо перед войском?

– Это… серьёзно перевернёт их взгляд на мир, – хрипло ответил Даран.

– Но я не принадлежу клану Золотых Тигров! – напомнила Стрижу Лаура. – Моё признание ничего не докажет.

– Твоё признание и не требуется, – широко ухмыльнулся Лёха. – Скажите лучше, Золотой Коготь Глория всё ещё находится во владениях Грифонов?

– Да, но с чего ей помогать нам? – хмуро поинтересовался Даран.

– Ей и не потребуется. С её ролью прекрасно справится Белочка, пока уважаемая Глория гостит у нас в кандалах из хладного железа.

Лица всех присутствующих озарило понимание.

– Слова Глории, хорошо знакомой воинам Грифонов, будут иметь вес, – согласился Даран. – Но разве твоя демоница научилась открывать Разломы?

– Нет, – вынужден был разочаровать его Лёха. – Зато у нас гостит самый настоящий представитель клана Золотых Тигров. Думаю, барон Эрик не откажет нам в помощи?

– Учитывая, что наше, а значит, и его будущее на кону? – саркастически усмехнулась Лаура. – Уверена, не откажет.

Первый шок миновал, и юная графиня вернула самообладание. В её голосе больше не звучало предательской дрожи, а страх в глазах уступил место решимости.

– Твоей демонице нельзя приближаться к Ариману, – напомнила немаловажную деталь эльфийка.

– Этого и не потребуется, – успокоил её Стриж. – Роль Белочки – открыть всем глаза в нужный момент, а затем тихо слиться подальше от поля боя.

– А ведь может сработать… – словно не до конца веря в столь дерзкое предположение произнесла графиня.

– Для моего войска – этого должно быть достаточно, – согласился Даран. – Но вот насчёт императорского – не уверен. А они превосходят нас числом более, чем в два раза.

Все вновь помрачнели.

– В нашем распоряжении немало могущественных артефактов старых времён, – спокойно напомнила Дану. – Хотелось бы избежать кровопролития, но если до него дойдёт – мы обрушим на императорское войско всю мощь эльфийской магии.

При этих словах на лице Дарана заходили желваки, но он промолчал. Его чувства несложно было понять: он отдал годы жизни службе в императорской гвардии и не желал своим братьям по оружию подобной участи. Однако граф ясно осознавал, что злая судьба не оставила особого выбора.

– В таком случае нужно определиться, где именно мы собираемся встречать Аримана, – хрипло произнёс он. – Я должен понимать, как расположить войска, чтобы не попасть под удар ваших артефактов. И как можно скорее готовить их переброску через портал предельно близко к Поднебесному. Времени очень мало.

Лёха, не дожидаясь просьбы, увеличил на голопроекторе над штабным столом интересующий участок местности вокруг столовой горы.

– Нужно встретить их раньше, чем войска подойдут к Поднебесному и разорят рощи, – Дану пальцем обозначила черту, за которую враг не должен пройти.

– И требуется эвакуировать гражданских через Зеркальные Пути, – добавил Стриж. – Даже если Ариман исхитрится проскочить и нанести урон городу, мы будем рисковать только деревьями и артефактами, а не женщинами и детьми…

Лаура решительно встала со своего места.

– С вашего позволения я займусь подготовкой захвата власти в столице, – объявила она. – В боевом планировании я ничего не смыслю, так что пойду к Вивьен. Нам нужно не только освободить разом всех пленников камня, но и понять кто из них чем может быть полезен в данных обстоятельствах.

– Я выделю вам в помощь репликантов, – отвлёкся от карты Лёха.

Лаура была права – больше не было смысла мудрить и скрывать исчезновение статуй из дворца. Узнает об этом Ариман или нет – уже не важно. Все карты вскроются очень скоро, а император, даже получив тревожные вести из своего замка, не оставит армию перед битвой. Зато кто-то из освобождённых пленников может обладать бесценной сейчас информацией. Или поможет склонить на свою сторону какой-нибудь из кланов. Ведь даже в случае победы над Ариманом, впереди их ждёт кровавый делёж власти в империи.

– И захватите побольше кандалов из хладного железа, – добавил Стриж. – Кто знает, не окажется ли среди освобождённых пары-тройки заклятых врагов.

Глава 20

Лёха не раз и не два использовал чужие облики, но никак не мог привыкнуть наблюдать за этим со стороны. Вот как сейчас.

Довольно осклабившись, принц Брэнд сбросил с плеча собственный труп.

Странное зрелище, что и говорить.

– Я надеюсь, ты не тащила его так через весь замок? – на всякий случай поинтересовался Стриж у демоницы с лицом принца.

Та с отчётливым сожалением в голосе сообщила:

– Увы, но нет. Сперва пробралась к нему в спальню в образе фаворитки, а когда прикончила – использовала старую добрую схему с трупом в сундуке. А там уже приказала страже донести до двери, ведущей в коридор со статуями. Оттуда до лифта в подземную крепость идти всего ничего.

Избавившись от назойливого соседа по телу, демоница не переставала раскрывать свой потенциал. Благодаря артефактам Панацеи, она сидела на усиленном питании и теперь могла без труда преобразовать всё тело, сменив и рост, и пол носителя.

– Сделала всё, что требовалось? – неосознанно покусывая губы, уточнила Лаура.

Наверное, всё происходящее основательно нервировало её. В мире Лауры и приказ об убийстве императорского сына был шагом в пропасть, а уж видеть, как покойник несёт тело самого себя… Жители этой эпохи не были закалены Голливудом и вряд ли могли представить себе что-то подобное. Разве что в кошмарах.

– Да, – гордо подбоченилась Белочка. – Прошлась по всему вашему списку, ваше сиятельство.

Она шутовски поклонилась, сняв несуществующую шляпу и мазнув ею по полу.

С берега потянуло свежим бризом, и Райна невольно бросила взгляд в окно, за которым плескались волны. На атолле стояла отличная погода.

– Со стражниками проблем не было? – уточнил Даран, хмуро рассматривая тело принца.

– Никаких, – отозвалась демоница, безо всякого пиетета присаживаясь на командный стол. – Велела не беспокоить ни под каким предлогом, пока работаю с клановым артефактом. И никому не сообщать, где я, особенно сменщикам. Якобы собираюсь устроить тем неожиданную проверку.

Лёха одобрительно кивнул, осознав, как много симбионт успел почерпнуть за то время, что находился у него в голове. И как быстро развивался, покинув её.

– Меня кое-что напрягает, – произнёс он, задумчиво разглядывая головы демонов на стене. – Почему Ариман не делает то же, что и мы?

– В каком смысле? – удивлённо посмотрела на него Райна.

– Он – старый демон, – озвучил сомнения Стриж. – Живёт давно, явно обильно питается и давно совершенствуется. Правители империи сменяют друг друга, наследуя престол, так что он либо способен менять лица, либо переселяется в другие тела. Почему Ариман до сих пор не подобрался в облике Дарана, Райны или Ригана к той же Лауре, успехи которой в артефакторике в высшей степени подозрительны? Или не проник в Поднебесный, заняв тело одного из бойцов?

Лаура от такого предположения зябко поёжилась.

– Может, он не способен менять облик? – подумав, предположила Райна.

– Белочка – одной породы с ним, – покачал головой Лёха. – Раз может она, значит, способен и он.

– Эй! – тут же возмутилась демоница голосом принца. – Я, вообще-то, умница и красавица! Уникальна и гениальна! Сверкающий бриллиант среди серой гальки обыденности! А он – зажравшийся старпёр. И вообще, что за «порода»? Я личность, а не племенная сука!

– Тут я бы поспорила… – едва слышно пробормотала Райна, но чувствительные эльфийские уши позволили разобрать её слова.

Демоница состроила обиженную гримасу, что в облике принца Брэнда выглядело по меньшей мере странно.

– Бесконечно ценю твои таланты, – успокоил её Лёха, – но странно предполагать, что ты – уникум, а враг, принадлежащий к твоему виду, просто клинический идиот.

– Думаю, дело не в глупости, – подала голос молчавшая до того Древняя, – а в ограниченности нашего мировоззрения. Для моих собратьев из Златого Града юные народы представляются слабыми, неразумными и никчёмными, годными лишь на мясо для демонов. Они с высоты своего возраста и могущества просто не видят того, что увидела я, сражаясь с вами бок о бок. И при этом для меня оказалось немыслимым многое из того, что рассказывают пустотники. Сам образ их мыслей зачастую чужд и непонятен.

Даран, Райна и Лаура не сговариваясь одновременно кивнули, вспоминая, сколь сложно иногда бывало понять пришельцев из другого мира.

Лёха склонен был согласиться с версией Древней. Он и сам долго не мог уложить в голове всю эту магию и средневековые нравы, хотя читал много книг и обладал определённой гибкостью ума. Но чужой мир то и дело удивлял своими вывертами. Да и собратьев из будущего он слушал иногда с открытым ртом, удивляясь тому, что они там навыдумывали в свои времена технологического прогресса.

– Вы хотите сказать, Ариман просто никогда не задумывался о том, что можно менять свой облик? – скептически приподнял бровь Даран.

– Я думаю, что у него не было на это особой нужды, – покачала головой Дану. – За пределами передачи власти самому себе. Он, если мы верно понимаем, сплав разумов демона и человека эпохи правления Златого Града. Хищника и привилегированного раба, которому подарили сомнительную честь проливать кровь ради похвалы и мелких подачек. И, судя по тому, что человек оказался в качестве подопытного, он не желал мириться со своим положением. Как по-вашему, к чему стремился бы такой пленник? Чего бы хотел больше всего?

– Свободы и мести! – уверенно произнесла Райна.

– А демон? – взгляд эльфийки переместился на Белочку.

– Пищи и силы, – без колебаний ответила та.

Дану удовлетворённо кивнула.

– И он получил всё это. Фактически уничтожил эльфов, низвергнув жалкие остатки древнего народа до статуса рабов, и получил высшую силу – власть над целой империей. Огромное охотничье угодье, принадлежащее только ему.

Даран задумчиво потёр подбородок, видимо, пытаясь представить себя на месте Аримана.

– Плохая жизнь, – презрительно бросила Белочка. – Все противники слабее. Даже если он сперва сражался с другими демонами из Разломов, то как только стал Альфой – перестал развиваться. Нет достойных противников, нет роста, нет эволюции.

– Тут, скорее всего, сработала человеческая природа, – уверенно произнёс Лёха, в голове которого пазл сложился. – Почивать на лаврах и успокаиваться, едва став царём горы, вполне в духе людей. Зачем куда-то двигаться, если и так всё хорошо? Найдутся наглецы, вроде Морских Ящериц, так их можно уничтожить силами подконтрольных людей. Стало скучно? Мотайся по древним руинам, собирай артефакты побеждённых хозяев. Лень? Сиди на жопе ровно и пожирай души эльфов, которых тебе приводят Пауки. С такой жизнью, зачем размениваться на суету со шпионажем, сменой лиц и прочей мелочью? Ты можешь взять всё грубой силой. Если те же Кречеты вдруг начнут рыпаться – обруби им поставки пустотников. Не вняли предупреждению? Объяви предателями и прикажи уничтожить.

Дану смотрела на Лёху с нескрываемым одобрением.

– Это похоже на поведение глав Великих Домов в Златом Граде через несколько сотен лет жизни. И это – предостережение для нас с вами.

– Не все здесь способны прожить сотни лет, – хмуро напомнила Райна. – Век людей короток.

Древняя тепло улыбнулась ей.

– Потому именно вы должны править нашим союзом.

Дану поднялась со стула и обвела присутствующих своими странными золотыми глазами.

– Следующие дни определят будущее этого мира. Мы обязаны сделать всё, что в наших силах, а затем ещё чуточку больше.

Все присутствующие согласно склонили головы, и даже Белочка в кои-то веки воздержалась от особо ценных комментариев, словно проникнувшись важностью момента.

– Встретимся у межмирового портала, – попрощалась Дану и стремительно покинула штабную комнату.

Лёха проводил её взглядом, оценивая исходящее он неё чувство упрямой решимости. Как бы ни сложились дальнейшие события, Древняя готова идти до конца.

– Мои люди уже готовы к марш-броску, – пальцы Дарана выбили замысловатую дробь на поверхности стола. – Не хватает только Глории.

Он поднялся со своего места и подошёл к окну, рассеянно глядя на бескрайнюю водную гладь.

– Скоро будет, – пообещала Белочка и требовательно протянула Лёхе раскрытую ладонь.

Тот достал из сумки несколько припасённых артефактов Панацеи и демоница быстро насытилась, поглотив закачанную в них энергию.

– А живого мага на десерт не найдётся? – заныла она, жалобно глядя на Стрижа глазами голодного щеночка.

– Думаю, в ближайшие дни у тебя будет много возможностей отведать вкусненького, – не поддался тот на провокацию. – А теперь за работу!

Недовольно скривившись, Белочка приступила к трансформации.

Со стороны зрелище выглядело отвратительно. Кости под кожей лица пришли в движение перестраиваясь. Откуда-то из тела донеслись странные звуки, и демоница начала уменьшаться в росте. Лёха запоздало сообразил, что демон без затей ломает собственные кости, снова сращивая их уже короче.

Лаура через несколько секунд отвернулась, не желая наблюдать столь отталкивающее зрелище. А вот Даран и Райна, наоборот, с жадным интересом смотрели, как принц Брэнд уменьшается в плечах и росте, истончается, медленно превращаясь в Золотого Когтя Глорию.

Вскоре демоница открыла рот и, одну за другой, выплюнула на пол кусочки костей и позвонков. Очевидно, образовавшиеся в процессе трансформации излишки.

– Фу, мля! – не выдержал Стриж, содрогнувшись от омерзения. – А без этого никак нельзя было?

Лаура, обернувшаяся на его слова, увидела, как демоница с глумливой ухмылкой выплёвывает ещё кусочек собственного позвоночника и закрыла рот ладонью, сдерживая рвотный позыв.

– Можно и без этого, – весело оскалилась Белочка, продолжавшая менять своё тело, – но мне хотелось увидеть ваши перекошенные рожи.

Лёха лишь обречённо вздохнул и задумался, что повлияло на формирование столь скверного характера бывшего симбионта – демоническая природа, или длительное пребывание в его голове?

– Переодевайся. – Райна швырнула Белочке мундир в клановых цветах Золотых Тигров.

Его владелица уже пребывала в одиночной камере, спешно оборудованной в заваленном, а потому пустующем подземелье разрушенной когда-то пирамиды. Оставлять Глорию на Крабовом Острове не рискнули – хладное железо не блокировало способность открывать Разломы.

Кто гарантирует, что пленница не вздумает героически свести счёты с жизнью, подарив врагам на прощанье несколько порталов из мира демонов? Потому предварительно усыплённую Глорию бережно перенесли во вре́менное жилище, оставили запас еды, воды и прочего необходимого на месяц.

Можно было, конечно, открыть ей глаза на происходящее, рассказать о демоне-императоре, попытаться заручиться поддержкой, но желающих идти на такой риск не было. Как не было и времени на проверку лояльности потенциальной союзницы.

Ни к чему это всё, когда её роль вполне успешно может сыграть и Белочка.

Та, весело подмигнув Дарану, принялась раздеваться прямо посреди комнаты. Глаза графа на миг удивлённо распахнулись, а затем он отвернулся и вперил в стоя́щего неподалёку Лёху недовольный взгляд.

Тот лишь развёл руками, мол, все мы знали, с кем имеем дело. Терпи.

– Не здесь же! – в голосе Райны смешались раздражение и возмущение.

– Так мы, вроде, спешим, – наивно захлопала пушистыми ресницами Белочка, одновременно завершая трансформацию.

Теперь на каменном полу вместо Брэнда стояла босая, нагая и нахальная Глория из рода Золотых Тигров. Она кокетливо покрутилась, демонстрируя новое тело всем желающим.

– Значит, начинай прямо сейчас вживаться в образ, – сквозь зубы посоветовала ей Райна, не оценившая представления. – Золотой Коготь Глория не стала бы обнажаться при посторонних.

– А мне кажется, рядом с молодым графом она бы с радостью выпрыгнула из одёжки, – не согласилась демоница, послав Дарану воздушный поцелуй.

Граф жеста не увидел, зато прекрасно слышал слова и его взгляд не обещал Лёхе ничего хорошего.

– Не хочу переходить границу, но в этом случае Белочка права, – вступился Стриж за подопечную. – Глория разве что прямым текстом не говорила о мечте стать графиней Стальных Грифонов. Она же от Дарана не отлипала.

– Исключительно с целью шпионажа, – недовольно процедил граф, бросив быстрый взгляд на Райну.

– Угу, – согласилась Белочка и, весело прищурившись, прижалась обнажённой грудью к спине Дарана. – Она явно мечтает разведать, что там у тебя в штанах…

Короткий, без замаха, удар графа ушёл в пустоту. Хохочущая демоница с нечеловеческой грацией отскочила и спряталась за Лёхой, показывая язык у того из-за спины.

– Я прибью эту… это… – побагровел Даран, кладя руку на эфес шпаги.

Смотрел он при этом исключительно на пустотника. Тот же примирительно выставил перед собой ладони и миролюбиво попросил:

– Давайте все успокоимся и выдохнем.

– Уйми свою наглую тварь! – негодующе прорычал граф, бросив короткий гневный взгляд на демоницу.

Умей он убивать взглядом, Белочку уже разнесло бы на молекулы.

– Я поговорю с ней о нормах поведения, – пообещал Лёха. – Райна, поможешь мне с инструктажем?

Та недовольно скривилась, но всё же кивнула.

– А вы, ваше сиятельство, тоже поработайте над сдержанностью. Если молодая девушка рядом с вами вдруг позволит себе лишнее – это вызовет пересуды, но не более того. А вот если вы за это выбьете ей зубы ударом артефактной руки – списать это на пыл молодости точно не получится.

– А, может, я люблю пожёстче? – глумливо предположила Белочка, за что тут же получила мысленное «Заткнись!» от Стрижа.

– Я осознаю, что на кону, – хрипло ответил Даран. – Вопрос в том, осознаёт ли это твоя языкастая подружка.

Глава 21

Глядя, как по древней дороге приближается марширующее войско, Лёха нервничал. От грядущего разговора зависело столь многое, что провал грозил поставить под сомнение саму попытку обороны Поднебесного.

И дело было не только в численности войск Стальных Грифонов. Если не удастся убедить даже достаточно лояльных бойцов, уважающих Дарана и, в большинстве, обязанных ему новой жизнью, план обречён.

Одно дело, пытаться склонить императорское войско на сторону, где есть немало хорошо знакомых людей, а другое – убеждать поверить Про́клятым, о подлой натуре которых каждый знает с детства. Быть первым – всегда сложнее, чем идти по уже хоженой тропке.

Стриж, Миа, Арес и Харон ожидали в хорошо замаскированной позиции на дереве у скального выступа, служившего основанием для межмирового портала. Облачённые в эгиды, они пристально следили за развитием событий, готовые в любой момент прийти на помощь и эвакуировать Дарана, Райну, Эрика и Белочку.

Благодаря острому слуху и возможностям визоров, они прекрасно видели и слышали происходящее у скалы. А там войско уже выстраивалось на каменной площадке, готовясь услышать приказ командира.

Люди выглядели растерянными. Ещё бы, внезапный марш в полной боевой выкладке, да ещё и с обозом, настораживал. Внятной цели тоже оглашено не было, а целью оказался тупик, в котором, как все знали, ничего не было. Теперь же взгляды бойцов с тревогой изучали золотое плетение на очищенной от растительности поверхности камня.

Особенно внимательно смотрели маги, силясь опознать магический узор и понять, для чего тот предназначен.

Даран терпеливо дожидался, когда последние шеренги занимают свои места. Его конь приплясывал, будто разделяя скрытое волнение хозяина. По левую руку от графа, как всегда, расположилась Райна. Удивительно спокойная и сосредоточенная. Такие выражения лиц Лёха видел у людей, уже решивших для себя, что смерть неминуема, и готовых принять её с честью.

Не верит, что сумасшедшая затея увенчается успехом? Возможно. А он, Стриж, сам верит в это? Вглядевшись в себя, с удивлением осознал, что верит. Шанс у них был, и теперь нужно сделать всё возможное, чтобы не просрать его.

По правую руку от Дарана высокомерно улыбалась Белочка в облике рыжей Глории. Она потратила немало времени на изучение оригинала и теперь неплохо справлялась с ролью. Компанию ей составил Эрик, дед Лауры. Оба облачены в клановые цвета, подчёркивая принадлежность к правящему роду.

– Все вы знаете, что я верой и правдой служил императору, – обратился Даран к своим людям.

Его голос, усиленный магией, разнёсся далеко, коснувшись уха каждого воина. Шепотки тут же затихли, все внимательно слушали слова командира.

– Некоторые из вас служили вместе со мной, – продолжал граф, выискивая взглядом знакомые лица. – Мы плечом к плечу стояли на защите страны неодолимой стеной, оберегая родных и наши земли от полчищ голодных демонов!

Строй одобрительно загудел, множество клинков взлетели в приветственном салюте. Люди гордились своим графом и тем, что он был одним из них. Выходцем из низов, прошедшим через те же испытания, делившим с ними тяготы службы. Братом по оружию, теперь занявшим достойное место.

Воины чествовали Дарана, но тот оставался серьёзен и мрачен.

– Рядом с нами всегда сражались Золотые Когти – опора империи и всего мира, – продолжал он. – И каждый с детства знал, что без императорской крови мы обречены стать добычей для бесчисленных демонических орд. Что благословением Древних клан Золотых Тигров поставлен на защиту мира!

Эти слова встретил дружный восторженный рёв множества глоток. Появление Тигров на поле боя всегда дарило надежду. Умелые воины и маги, они не только закрывали Разломы, но и сражались с демонами наравне с простыми рубежниками. Кровь правителей проливалась рядом с кровью простого народа.

Даран обвёл ликующее войско тяжёлым мрачным взглядом.

– Всем нам лгали! – его усиленный магией голос перекрыл поднявшийся шум и заставил слушателей озадаченно замолкнуть.

– Лгали в чём, ваше сиятельство? – осмелился спросить один из офицеров.

Приглядевшись, Лёха узнал старого знакомого – капитана Кивилиса.

– Об этом лучше всего поведают сами представители императорской семьи.

По приглашающему жесту Дарана вперёд выехали Эрик и Белочка.

– Все вы успели хорошо узнать Золотого Когтя Глорию, – без особой нужды представил демоницу граф. – С её бесценной помощью мы с вами выгрызали эту землю из клыков демонов.

По рядам снова прошли одобрительные возгласы, но уже куда более тихие и неуверенные. Сбитые с толку люди никак не могли понять, куда клонит командир.

– Многие из вас, особенно успевшие послужить рубежниками, встречались и с Золотым Когтем Эриком, – представил второго спутника Даран. – Он многие годы служил плечом к плечу с вами, охраняя границы империи.

Десятки клинков взметнулись к небу в приветствии. Многие узнали старого знакомого, делившего с ними тяготы жизни рубежников. И, судя по посветлевшим лицам, деда Лауры в народе уважали и любили.

Белочка тронула пятками коня и неспешно поехала вдоль строя красуясь. Лёха напрягся, опасаясь какой-нибудь выходки, но демоница не подвела. Все взгляды невольно прикипели к рыжеволосой красавице.

Собрав на себе внимание слушателей, Белочка громогласно объявила:

– Ложь состоит в том, что мы спасаем людей от демонов из Разломов!

Её голос, усиленный артефактом Древних, тайфуном разнёсся по шеренгам воинов.

– Мы сами и создаём большую часть этих Разломов, чтобы держать кланы в вечном повиновении!

В наступившей тишине стало слышно, как полощутся знамёна на ветру и фыркают лошади. Люди выглядели так, словно ждали – сейчас Глория рассмеётся и скажет, что это шутка.

Но она не смеялась. А выехавший вперёд Эрик взмахнул рукой, и вокруг разошлась волна ледяного воздуха из мерцающего сияния Разлома. Кто-то упал на колени, не в силах вынести чудовищный звук, что ржавым гвоздём вонзился в мозг, большинство обнажили клинки. В воздух полетело сразу несколько десятков защитных плетений, призванных подавить чуждое воздействие.

– К оружию! – раздались крики вымуштрованных офицеров. – Разлом!

Но, прежде чем смутный силуэт по ту сторону перешагнул грань, Эрик вновь взмахнул рукой и портал в мир демонов закрылся. О нём напоминали лишь вымерзшая на сотню метров трава, едва заметное мерцание в воздухе, да иней на одежде и доспехах, стоявших ближе всех бойцов.

– Мы умеем создавать Разломы, – не дав времени прийти в себя, повторил признание поддельной Глории Эрик. – И создаём их по приказу императора ради укрепления власти клана.

Сказать, что люди выглядели потрясёнными, значит приуменьшить воздействие этой демонстрации. Только что их мир буквально перевернулся. Защитники и хранители не только оказались источником несчастий, но и по какой-то неведомой причине сами сознались в этом.

По рядам воинов побежал ропот, быстро перерастающий в гневный гул. Люди, годами рисковавшие жизнями в битвах с демонами, пытались уложить в головах признание в столь чудовищной лжи. В их душах закипали обида, злоба и ненависть.

Опасное варево, готовое в любой момент плеснуть через край. И если Даран не сумеет обуздать этот кипящий котёл, люди просто разорвут обоих Тигров на части.

Но граф и сам это понимал. Не дожидаясь, пока обуревающие людей негодование выльется в действие, он выехал вперёд и встал на стременах.

– Узнав об этом не так давно, я был в ярости! – проревел Даран, и в его голосе клокотал обжигающий гнев. – Я потерял руку и глаз, выполняя свой долг! Я превратился в калеку не по вине злого рока, а из-за желания императора сохранить власть!

– Смерть! – заорал кто-то, и вскоре этот крик подхватили десятки глоток.

– Смерть Тиграм!

– Убить их всех до единого!

Ярость, густо замешенная на обиде и чувстве великой несправедливости, клокотала в голосах. Несколько боевых заклинаний ударили в Белочку и Эрика, но Райна предусмотрительно прикрыла их защитой.

Лёха начал подниматься, готовый сбросить с себя маскировочную сеть и лететь на выручку своим, но тут Даран выехал вперёд, заслоняя собой обоих Тигров.

– Отставить! – рявкнул он, гневно сверкнув сапфировым глазом. – Это не всё, о чём нам лгали, братья! Сперва выслушайте, а потом судите!

Разгневанные и шокированные люди не могли сдержать эмоций, и строй некоторое время продолжал гудеть сотнями голосов. Но желание узнать, что ещё расскажет им Даран, победило, и шум постепенно стих.

Воины гадали, какая ещё ложь способна сравниться с той, которую разоблачили только что?

Лёха чуть расслабился и снова растянулся в своей лёжке. Кажется, катастрофы пока удалось избежать.

– Я, как и многие из вас, получил второй шанс благодаря артефакту Древних! – воскликнул Даран, обнажая искусственную руку. Та сверкнула на солнце как причудливая драгоценность. – Моя сестра, графиня Лазурных Кречетов, отыскала утерянные знания и помогла многим искалеченным ветеранам!

Его слова поддержали нестройным одобрительным гулом. Сейчас уже не было важно, что эта помощь не бескорыстна. Каждый был рад заплатить за второй шанс любую цену.

– Это стало возможным не благодаря найденным записям мастеров-артефакторов! – Даран продолжал удерживать внимание войска. – Бесценные знания подарила нам самая настоящая Древняя! Живая и здоровая!

Теперь толпа шумела недоверчиво и удивлённо.

– Невозможно! – выкрикнул кто-то.

– Ересь! – поддержал ещё один голос.

– Древние покинули нас!

– Боги покинули наш мир!

Выждав немного, чтобы все желающие выразили сомнения, Даран театрально указал в небо и оглушительно воскликнул:

– Древние с нами!

Повинуясь этому сигналу, Дану, ожидавшая по ту сторону скального выступа, подняла в воздух золотую колесницу и неспешно полетела к Дарану.

При виде сверкающей небесной повозки люди ошеломлённо загомонили. И без того поражённые, выбитые из колеи разоблачением императорского клана, они изумлённо смотрели на невиданное средство передвижения и прекрасную женщину в нём.

– Как в легендах… – раздавалось над строем.

– Золотая ладья, плывущая по небу!

– Древние вернулись!

Кто первым рухнул на колени Лёха не заметил, но вскоре уже немало особо впечатлительных людей восторженно взирали на Дану, почтительно преклонив колена.

Немало, но далеко не все. Даже не половина.

Кивилис и остальные офицеры остались в сёдлах, не думая спешиваться и выражать почтение внезапно явившейся «древней богине». Они задумчиво переводили взгляд с Дарана на Тигров, а затем и на фигуру в колеснице.

К оружию, впрочем, тянуться не спешили. Райна тронула пятками коня и ненавязчиво подъехала так, чтобы оказаться между хмурыми офицерами и Дараном.

Дану, меж тем, неспешно опустила колесницу почти к самой земле, оставив ту парить в метре над дорогой. Достаточно близко, чтобы её можно было рассмотреть, и при этом чуть возвышаясь даже над всадниками.

Вставшие на колени бойцы поднимались, стремясь как можно лучше рассмотреть ожившую богиню из полузабытых легенд. Да и остальным было интересно. Все, без исключения, взгляды прикипели к Дану.

А посмотреть было на что.

От эгиды пришлось отказаться – в памяти людей слишком свежи были воспоминания о недавних налётах крылатых противников. Незачем сразу вызывать враждебные мысли. Тем более что в распоряжении Дану хватало прекрасных и могущественных артефактов старых времён.

Облачённая в лёгкую, почти невесомую броню из эльфийского сплава, она действительно напоминала богиню. Волосы, заплетённые в затейливую косу, венчал артефактный венец, золотые глаза горели магическим пламенем, пальцы покоились на эфесе в виде расправившего крылья дракона.

– Я пробудилась после многовекового сна, – сильный и спокойный голос Дану разнёсся далеко вокруг так, что слышали даже в задних рядах войска. – И увидела, что мир пришёл в упадок. Древние крепости разорены, демоны терзают измученную землю.

В благоговейной тишине отчётливо раздался громкий голос Кивилиса.

– Это Про́клятая, а не Древняя! Посмотрите на её уши!

Он безо всякого почтения указывал пальцем на эльфийку. Не любивший кланяться, не чтивший пустых чинов офицер с вызовом смотрел на остроухую, вздумавшую объявить себя богиней.

По рядам людей пробежали растерянные шепотки, а Арес негромко спросил:

– Может, зря мы тогда не убили Кивилиса?

Лёха покачал головой:

– Не он, так кто-то другой всё равно усомнится. Если Даран не сумеет убедить собственных офицеров, то переманить на нашу сторону людей императора точно не выйдет. Всё решится здесь и сейчас.

Репликант кивнул и снова внимательно уставился на происходящее.

– Подойди ко мне, человек, – почти ласково попросила Дану, явно рассуждающая сходным образом. – Как тебя зовут?

Поколебавшись мгновение, Кивилис гордо вздёрнул голову и тронул поводья коня, остановившись напротив летающей колесницы. Весь его облик выражал непокорность.

– Капитан Кивилис из рода Лесных Котов, – с гордостью объявил он недрогнувшим голосом.

Солдаты зачарованно следили за происходящим, шёпотом передавая сказанное офицером в задние ряды, до которых его слова не долетали.

– Кто рассказал тебе о Древних и Проклятых, Кивилис из рода Лесных Котов? – всё так же спокойно спросила Дану, глядя на человека взглядом мудрого взрослого, объясняющего ребёнку, как устроен мир.

– Это обще… – начал было Кивилис, но умолк, с удивлением осознав, что и его голос теперь без труда достигает каждого слушателя.

Он прочистил горло и продолжил, без пиетета глядя на эльфийку.

– Это общеизвестно! Каждый знает, что из-за Проклятых Древние покинули наш мир! И выдавать себя за Древнюю – верх самомнения и наглости!

Неуважительные слова на грани оскорбления Дану восприняла спокойно. Она тоже не питала иллюзий на тему безоговорочного принятия людьми. Если не все её сородичи признали возвращение Древней, то чего ждать от людей, которым веками внушали иную историю?

А вот в рядах простых воинов послышался недовольный ропот. Они своими глазами видели сказочную деву на летающей колеснице, и непочтительные слова офицера пришлись им не по душе.

– Ещё каждому известно, что Тигры призваны защищать империю, закрывая Разломы, – вежливо напомнила Дану Кивилису. – А не поддерживать собственную власть, открывая их и впуская в мир демонов.

Улыбка эльфийки была обманчиво мягкой:

– Выходит, не всё общеизвестное – правда?

Возразить на это было нечего, но Кивилис и не думал отступать.

– Я видел Проклятых, – упрямо продолжил он. – Это дикари, лишённые всякого достоинства. Лишённые магии за совершённое когда-то великое зло. Они кто угодно, но точно не Древние.

В ответ на это Дану зажгла над ладонью цветок из чистого света и выразительно изогнула бровь.

Эмоции простых солдат были разными. Одни поражённо охали, а другие встревоженно перешёптывались. Мысль, что Проклятые тоже способны использовать магию, вызывала тревогу у тех, кто сталкивался с ними в бою.

Кивилис хмуро разглядывал сгусток света в руке эльфийки и пытался найти подходящий довод в этом странном споре. Соглашаться с тем, что стоявшая перед ним остроухая – древняя богиня, он не собирался. Но и подобрать веский аргумент в поддержку своих сомнений с наскока он не сумел.

Неожиданно ему на помощь пришла сама Дану.

– Расскажи, что ты знаешь о Древних, Кивилис из рода Лесных Котов, – попросила она.

– Древние научили нас магии и одарили самых достойных клановыми артефактами, – без колебаний выпалил явно с детства заученную истину упрямец.

– Научили магии – это изрядное преувеличение, – хмыкнула Дану, – но про клановые артефакты вам не врали.

Она широким жестом указала на Дарана, и тот коротко кивнул. Скрывать правду сейчас не было никакого смысла.

– Это так. Я не потерянный потомок рода Стальных Грифонов. Лишённый хозяев клановый артефакт мне даровала Древняя.

По рядам воинов побежали шепотки, быстро переросшие в многоголосый гул. Признание Дарана произвело, пожалуй, не меньший эффект, чем явление эльфийки в летающей колеснице.

– Самозванец! – обличающе выкрикнул кто-то.

– Бастард! – не выдержал другой.

Слово зло хлестнуло Дарана, и тот едва заметно дёрнулся, сжав кулаки.

– Выходит, он никакой не граф!

– Выскочка!

– Простолюдин!

К удовлетворению Лёхи, крикунов быстро заткнули сослуживцы. Графа в войске уважали, и даже потрясшие всех слова не сочли достаточным поводом для оскорблений в его адрес.

Но в глазах людей читалось сомнение, а гул голосов не стихал.

Стриж искренне надеялся, что Дану знает, что делает и сумеет отыскать правильные аргументы, но, к его изумлению, в защиту Дарана выступил Кивилис.

– Прежде чем открывать рты для оскорблений, подумайте как следует, – он обвёл взглядом растерянные лица солдат. – Если эта остроухая лжёт, то вы нанесли тяжкое оскорбление его сиятельству графу Дарану. И я лично найду каждого и высеку до полусмерти.

Угроза возымела действие, и недовольные голоса притихли.

– А если она говорит правду?! – с вызовом выкрикнул один из офицеров.

– Если она говорит правду, – медленно проговорил Кивилис, оглядывая сослуживцев, – то его сиятельство достоин титула графа больше, чем любой другой лидер клана.

Все, включая самого Дарана, удивлённо уставились на капитана.

– Вы забыли, как появились первые главы знатных родов? – спросил тот, с вызовом. И сам тут же ответил. – Древние одаривали их за верную службу клановыми артефактами, которые те потом передавали своим потомкам. Свой статус они зарабатывали умением, храбростью, потом и кровью!

Слушавшие его люди согласно кивали. Истории героев, давших начало знати, до сих пор хранили в каждом клане.

– А чего достигли живущие ныне графья? – продолжал Кивилис. – Родились в правильной семье и выстояли в родственных сварах и междоусобицах! А граф Даран проявил себя, как герои легенд, и получил в дар артефакт, что позволит его потомкам создать собственный клан! Восстановил крепость и теперь с боем выгрызает у демонов земли для своих людей. Не жалеет серебра, чтобы мы с вами получили возможность снова встать в строй и заработать себе лучшую жизнь. Так в ком больше достоинства: в тех, что получили титулы по праву рождения, или в том, кто добыл его своими делами?!

Лёха восхищённо покачал головой. Злобные крикуны, сами того не ведая, только что превратили открытого противника Дану в её же яростного соратника. Тема родовитости и веса в обществе просто в силу происхождения больно ударила по самолюбию честолюбивого Кивилиса. И эльфийка, что готова была одаривать за дела, а не происхождение, вызывала у гордого капитана симпатию и уважение. И плевать, богиня она или самозванка, если способна на подобное.

– Похоже, мы всё же не зря его пощадили, – одобрительно буркнул Арес.

Дану тоже с удовлетворением наблюдала за тем, как меняются лица бойцов после речи капитана.

– Ты убедился в правдивости моих слов, Кивилис из рода Лесных Котов? – спросила она, глядя нечеловеческими золотыми глазами.

– Я начал сомневаться в правдивости тех, кто рассказывал мне о Проклятых, – не стал спешить с выводами капитан. – Но Древние были богами, летавшими на драконах и творившими чудеса. Я же вижу лишь Проклятую, что владеет магией и редчайшим артефактом Древних. Проклятую, что утверждает, будто даровала нашему графу клановый артефакт. Я бы рассмеялся тебе в лицо, если бы ни слова его сиятельства.

– Богами… – печально повторила Дану и посмотрела в небо. – Быть может, это убедит вас?

Повинуясь её мысленному приказу, из-за скалы взлетел дракон. Расправивший могучие крылья зверь сверкал в лучах солнца, словно был им рождён.

Над войском разнеслись поражённые голоса.

– Дракон!

– Это правда!

– Древние вернулись!

– Боги с нами!

– Богиня! Богиня!

Человек за человеком опускались на колени, вознося молитвы вернувшейся Древней. Кивилис какое-то время зачарованно наблюдал за небесной пляской легендарного существа, а затем перевёл потрясённый взгляд на Дану.

– Так это правда? Вы – действительно Древняя из легенд? Богиня?

Эльфийка не стала развеивать его заблуждение. Не сейчас. Не здесь. Вместо этого она произнесла:

– Я вернулась в мир, чтобы восстановить утраченное и избавить вас от врага, что губит мир.

Ответом её был восторженный рёв сотен глоток. Стриж выхватывал из общего хаоса отдельные выкрики.

– Древняя дарует нам мир! – радостно орал кто-то.

– Убьём всех демонов! – воинственно кричал другой.

– Смерть церковникам! – настаивал третий.

– Остановим Тигров! – рявкнул четвёртый.

– Казнить всех Проклятых во славу Древней! – предложил пятый, так и не понявший, что происходит, но всегда готовый пролить чью-нибудь кровь.

– Тихо!

Усиленный магией голос Дарана заставил всех умолкнуть.

– Нет никаких Проклятых! – жёстко, будто вколачивая слова в головы своих людей, заявил граф. – Эльфы не закрывали путь в мир Древних! Они – смертные потомки тех самых Древних. Лишённые родины, лишённые части своей силы. Они не враги нам!

– Они устраивали налёты на приграничные селения, – напомнил один из офицеров, чьего имени Лёха не знал.

– Они грабили торговые караваны, – тут же добавил Кивилис. – В том числе и наш.

– У них не оставалось выбора, – спокойно сообщил Даран. – Их объявили изгоями вне закона. На них охотились. Как бы вы сами поступили на их месте?

– Их не просто так объявили вне закона, – упрямо возразил Кивилис. – Очень, очень давно.

– Не просто так, – неожиданно согласилась Дану. – Моих дальних потомков объявили проклятьем этих земель по очень простой причине. Они могли рассказать правду о том, кто на самом деле обрёк империю людей на медленное угасание. Кто позаботился, чтобы наследие Древних превратилось в бесполезные диковинки, которые никто не может использовать. Чтобы вы не могли быстро исцелить раны, вернуть утраченную руку или ногу, вернуть к жизни оставленный клановый артефакт.

Дракон, кружа над хозяйкой, медленно спускался и теперь с хищной грацией опустился за её спиной. Легендарное существо приковало к себе испуганные, восхищённые и задумчивые взгляды.

– О ком вы говорите, Древняя? – прямо спросил Кивилис, не любивший загадок и пустых речей.

Дану лишь загадочно улыбнулась в ответ, приземлила колесницу и легко спрыгнула на дорогу. Дракон привычно опустил шею и позволил хозяйке ловко вскарабкаться к себе на спину, к особой упряжи.

Люди зачарованно следили за тем, как всадница занимает своё место на спине зверя.

– Я говорю о древнем демоне, что вселился в тело человека и взял власть в смутные времена. О демоне, потомки которого способны открывать и закрывать Разломы, что лишь укрепляют его власть над остальными. О демоне, которого вы зовёте императором!

Скажи подобное кто-то другой – его бы разорвали на части. Скажи это даже легендарная драконья всадница, не способная подкрепить слова доказательствами, ей бы не поверили. Но несколькими минутами ранее люди своими глазами видели Тигра, что открыл Разлом по собственному желанию.

И это изменило всё.

– Мы сами узнали об этом недавно, – в наступившей тишине скорбно произнесла Белочка в облике Глории. – До сих пор мы не предполагали, что в нас течёт кровь демона.

При этих словах Лёха едва не засмеялся – уж слишком странно было слышать такое из уст демоницы.

– Не могу поручиться за всех, – поддержал её Эрик, – но рядовых членов клана Золотых Тигров убеждают, что дело в свойствах кланового артефакта. Мы никогда не думали, что имеем что-то общее с демонами. Большинство из нас посвятили жизни сражению с ними. И готовы служить народу и дальше.

И он, и Белочка спешились и торжественно преклонили колени перед Древней, демонстрируя готовность рядовых членов правящего клана служить возрождённой богине.

Ложь, или оптимистичное допущение? Как ни назови, сейчас такие слова необходимы. Нельзя допустить тупой резни Золотых Тигров, большинство из которых действительно были лишь жертвами обстоятельств.

Люди Дарана потрясённо молчали. Не было больше ни шепотков, ни выкриков, ни споров. Воины, многие из которых отдали годы служению императору, не могли поверить в столь чудовищные слова. Император – демон? Но и отмести всё виденное собственными глазами были не в силах.

– Вы говорите о древнем демоне, – вновь подал голос Кивилис, невольно ставший глашатаем общих сомнений. – Но императоры сменяли друг друга, передавая власть сыновьям. Это противоречит вашим словам.

Неудобный вопрос, точного ответа на который пока никто не знал. Но Древняя не подала вида.

– Демон либо менял свой облик, убивая настоящего преемника, либо перемещался в его тело, оставляя прежнюю мёртвую оболочку, – как можно безразличней, словно речь шла о некоей обыденности, произнесла Дану. – Точнее я смогу сказать, только когда поймаю и изучу эту тварь.

– Но… – начал было Кивилис и умолк, силясь подобрать подходящие слова. – Это звучит чудовищно. Невероятно. Немыслимо. Вы уверены в этом? Одно дело – способность открывать Разломы, но совсем другое – убеждать, что нами веками правит демон в человеческом обличье!

– У нас есть свидетели, – хрипло ответил Даран. – Несколько очень уважаемых свидетелей, освобождённых из плена демона-императора. Но, главное, вы сможете увидеть всё собственными глазами.

Теперь все взгляды скрестились на графе.

– Император собрал войско не для сдерживания церковников на границе, – Даран обвёл своих людей тяжёлым взглядом. – Он ведёт их, чтобы выжечь последний эльфийский город. Он хочет убить Древнюю и всех, кто узнал правду о его сущности. Мы с вами обязаны встать на его пути и открыть глаза нашим братьям по оружию.

– Но это… – в наступившей тишине одинокий голос прозвучал особенно громко, – мятеж…

– Мятеж против демона в короне, – холодно ответил Даран, – это освобождение.

Дракон оглушительно рыкнул и расправил крылья красуясь. Дану вскинула к небу кулак и крикнула:

– Те, что достойно проявят себя в войне против демона-узурпатора, смогут получить в дар собственные клановые артефакты и стать основателями новых благородных родов!

Это обещание вызвало искренний восторженный рёв толпы. Сколь ни велики были сомнения, обещанная награда перевешивала любые риски. Младшие сыны и дочери, бастарды и безродные рубежники – всех их ограничивала родословная. Но теперь, с возвращением Древней, каждый мог возвыситься, как герои легенд. Как Даран, вознёсшийся до вершины, возглавив собственный клан.

Сам граф спешился и, ко всеобщему восторгу, занял место в золотой колеснице, оставленной Древней. Лёха знал, что человек не в силах управлять этим артефактом, а потому там осталась Ниэль в невидимом Покрове. Но людям Дарана казалось, что их граф воспарил над землёй, подчинив себе небесную колесницу.

Удовлетворённая произведённым эффектом, Дану театральным жестом активировала портал в скале. Золотое плетение в камне засияло, образовав внутри себя зыбкое марево перехода.

Восторженные крики стали громче. На глазах у потрясённых людей произошло очередное чудо уровня древних сказаний. Они ликовали.

– За мной! – приказал Даран и первым направил колесницу к порталу.

Его люди, колонна за колонной, зашагали следом.

Пустотники же отметили несколько фигур, тихо укрывшихся среди обступивших дорогу деревьев. Шпионы кланов, или просто сомневающиеся – неважно. Стриж не собирался давать им шанс предупредить кого-либо о случившемся. Донесение императору уже вряд ли что-то изменит, а вот кто-то из конкурирующих кланов мог успеть подготовить нечто неприятное и спутать все карты.

– Работаем, – скомандовал Лёха, и пустотники тихо снялись с облюбованного места, устремляясь в погоню.

Глава 22

– Её сиятельству не место на поле боя! – Даран буквально навис над столом с голографической картой местности. – Она – не боец и станет лёгкой мишенью!

Восстановленный командный пункт Поднебесного вместил всех лидеров мятежа, а вот сам город опустел. Гражданских эвакуировали через зеркало-портал, а бойцы Грифонов и эльфов уже стояли на пути императорского войска, что неумолимой лавиной двигалось к столовой горе.

– Дар! – возмущённо воскликнула Лаура, сидевшая по левую руку от брата.

Несмотря на то что он теперь принадлежал к другому клану, Даран продолжал опекать младшую сестрёнку.

Дану спокойно, словно родитель нетерпеливому отпрыску, напомнила:

– Мы желаем посадить Лауру на место императора. Для этого она должна стать символом нового мира. Борьбы за этот мир. Стягом, способным собрать вокруг себя как можно больше последователей. Она должна быть одной из тех, кто возглавляет войско. Остаться в памяти людей той, что билась рука об руку с Древней и её драконом. Или…

Она задумчиво оглядела Дарана, словно впервые увидела его по-настоящему.

– Впрочем, твоя кандидатура тоже подходит. Клеймо бастарда потускнело после возвышения до статуса главы собственного клана, так что это не слишком большой недостаток…

Она говорила отстранённо и, кажется, даже не заметила, как Даран скрипнул зубами, услышав ненавистное слово.

– У Лауры тоже есть изъяны – она молода, и она – женщина, – продолжала рассуждать Древняя, теперь уже вызвав мрачный взгляд юной графини. – Так что у вас обоих примерно равные шансы взять и удержать власть в империи малой кровью.

Она печально вздохнула:

– Жаль, что вы – близкие родственники. Ваш брачный союз мог бы сыграть нам на руку.

Не обращая внимания на обжигающие графские взгляды, Дану продолжила, ободряюще улыбнувшись:

– Но в этом есть и плюсы. Вы оба не состоите в браке, так что кланы будут соревноваться, доказывать свою лояльность и полезность, желая заключить с любым из вас матримониальный союз.

Лаура кивнула, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся. Она, очевидно, уже давно просчитывала способы выжать максимум из будущего брака по расчёту. А вот Даран бросил короткий взгляд на Райну и нахмурился. Сама воительница стояла у двери с непроницаемым выражением лица.

– Я вижу наиболее подходящей для роли будущего Владыки мира именно её сиятельство Лауру, а графа Дарана – военачальником при ней, – расслабленно откинувшись на спинку стула, Дану перевела взгляд с одного потенциального правителя на другого. – Но мы всё ещё можем переиграть эту часть задумки, если вы считаете, что так будет лучше для нашего общего дела.

Лёха нахмурился, не понимая, зачем Древняя вдруг задумала менять планы по передаче власти накануне решающей битвы. Чего она добивается? Объединённое войско Дарана и эльфов уже ожидало Аримана, а передовые разведгруппы императора явно успели доложить тому о грядущей встрече с противником. Не больше, чем через сутки начнётся битва, а Дану решила ни с того, ни с сего вбросить идею о том, что Лауру можно и заменить.

Какого хрена?!

Сосредоточившись на тонкой ментальной нити, что соединяла их с того самого момента, как дракон испил его крови, Лёха прислушался к ощущениям. Несмотря на внешнюю расслабленность, Дану была предельно напряжена и обеспокоена. Будто ожидала чего-то плохого.

Чего?

– За Дараном пойдут многие, – медленно, словно через силу, признала Лаура. – Если для нашего общего дела он больше подходит на роль императора – так тому и быть. Я поддержу притязания брата.

Тот, кажется, был приятно удивлён, и на миг в его глазах разгорелся честолюбивый блеск. Ещё бы, не каждый день презираемому бастарду предлагают дерзнуть и занять место императора. Но мгновение миновало, и глаза Дарана снова приобрели обычную холодную решимость и жёсткость.

– Я безмерно благодарен за оказанную мне честь, но военачальник из меня получится куда лучше, чем император. Боюсь, что я привык решать проблемы слишком жёстко и не особенно хорош в переговорах и придворных интригах. Да и… – его взгляд вновь скользнул по Райне. – … брак по расчёту – это не моё.

Лаура благодарно улыбнулась брату. Может, она и готова была уступить ему трон ради общего дела, но её собственного желания добиться столь амбициозной цели это не умерило.

Лёха, всё ещё сосредоточенный на состоянии Дану, почувствовал её облегчение. Будто дракон с плеч свалился.

Только теперь он осознал, что это была проверка. Древняя не знала Дарана и Лауру так же хорошо, как Стриж, и разумно опасалась, что в критический момент граф может счесть, будто заслуживает трона куда больше сестрицы. И, возможно, его желание убрать Лауру подальше от поля боя объясняется не заботой, а намерением самому стать символом победы над демоном-императором, чтобы позже забрать трон.

А если убрать соперницу с глаз долой не получится, в бою всегда может случиться всякое, и графиня трагически погибнет по невыясненной причине. Тогда убитый горем брат со скорбью в сердце вынужден будет занять её место на троне. И никто ведь не прикопается.

Теперь же, прямо спровоцировав противостояние между родичами, Дану убедилась, что угрозы с этой стороны можно не ожидать.

– Что же, – с деланным равнодушием развела она руками, – раз мы определились с кандидатурой во владыки этого мира, вопрос о её присутствии на поле боя не стоит. Тем более что Ариман в любой момент может начать открывать Разломы и нам понадобятся оба наших козыря для их устранения в первые минуты боя. Золотой Коготь Эрик будет сопровождать графа Дарана и поможет на этапе переговоров.

Древняя склонилась над столом и мягко переставила две золотые фигурки – летающие колесницы – в авангард игрушечной армии. Ещё одну, предназначенную для эльфийского генерала Вэона, она поместила на правый фланг, перед золотыми фигурками эльфа и саблезуба.

Артефактным колесницам предстояло стать мобильными ставками командования в предстоящем бою, а заодно послужить доказательством величия мятежных лидеров. До сих пор умение летать воспринималось людьми как прерогатива древних богов, так что Лаура и Даран на волшебных колесницах должны были произвести неизгладимое впечатление.

Управлять артефактами, впрочем, предстояло эльфам. Создатели летающих средств передвижения не планировали доверять их представителям других рас, и даже Грааль не позволял изменить эту данность.

– Если нам удастся обличить Аримана и убедить людей перейти на нашу сторону, – продолжила говорить Дану, – Лаура в меру сил, не рискуя, с воздуха поддержит войска, пока те будут истреблять демонов из открывшихся Разломов. В это время я должна буду расправиться с Ариманом.

В том, что в критической ситуации император воспользуется призывом демонов, никто не сомневался. В этом случае Даран, Лаура и Стриж должны были сломать следящие артефакты, подавая сигнал команде, дежурившей у межмировых порталов в подземной крепости. Максимилиано, обученный Дану, изменит настройки, и Навигатор напрочь блокирует связь с миром демонов и возможность открывать Разломы.

Но сделать это нужно только после того, как все увидят столь неоспоримое свидетельство истинной природы Аримана.

– Древняя, – почтительно склонился генерал Вэон, – я продолжаю настаивать на том, чтобы вы не вступали в битву без крайней нужды. Вы – будущее нашего народа, а дракон – залог процветания. Мы сами уничтожим демона. Как бы он ни был силён – у нас есть целое войско.

Собранного и хмурого эльфа, возглавившего армию Поднебесного, Лёха видел всего несколько раз, но успел проникнуться к тому искренним уважением. Дану разглядела в нём талант и фанатичную жажду дать новое будущее народу эльфов и подняла от командира исследовательской алы до военачальника.

К счастью, Вэон, прекрасный тактик, отлично осознавал собственную неопытность в крупных общевойсковых операциях. Он безропотно принял роль правой руки Дарана и проводника его воли для поднебесников. Графу достаточно было поставить задачу и Вэон тут же находил оптимальные решения и подходящих исполнителей.

В глазах же рядовых эльфов ими командовал собственный генерал, выполнявший приказы Древней наравне с человеческим командующим.

Оставалось только восхититься кадровой политикой Дану, сумевшей потешить самолюбие и гордость своих подданных, и при этом избежать двоевластия в управлении войском.

– Какое-то время вы будете заняты уничтожением демонов из Разломов, – напомнила Вэону Древняя. – Кроме того, я больше всех вас вместе взятых участвовала в битвах с демонами и, как видите, осталась жива. Обещаю, что не стану слишком рисковать и, если не справлюсь сама, призову на помощь вас.

Вэон посмотрел на Дарана, безмолвно прося помощи, но тот промолчал. Об истинной силе и возможностях императора никто не знал, так что дракон и его наездница были основными козырями мятежников.

– Повинуюсь вашей воле, Древняя, – тяжело вздохнув, склонил голову Вэон.

Дану одобрительно кивнула и вернулась к фигуркам на карте.

– Если переговоры провалятся и мы вынуждены будем сражаться с имперскими войсками, Лаура отправится в тыл. Там, в отдалении от самой гущи битвы, она принесёт пользу и будет в достаточной безопасности. А в критической ситуации графиня переместится в Поднебесный с помощью временного путевика.

Одна из миниатюрных колесниц передвинулась в авангард армии.

Кажется, эти аргументы убедили Дарана. Он хмуро кивнул и вновь окинул взглядом будущее поле боя. Лаура же украдкой выдохнула. Похоже, графиня до последнего опасалась, что брат настоит на том, чтобы она переждала бой в безопасном месте.

– В этом случае командование битвой целиком и полностью ложится на вас, – обратилась Дану к Вэону и Дарану. – Вы гораздо лучше меня знаете, как управлять нашим войском и как будет действовать противник. А я постараюсь всё же достать Аримана.

Это был худший из возможных исходов. Если обличить демона не получится, их всех ждёт кровавая баня, а сам император, едва почуяв ветер поражения, попросту улизнёт.

И пусть в подземной крепости его ждёт сюрприз, общего плачевного положения это не изменит. Даже в случае победы обескровленные, понёсшие огромные потери войска мятежников позже столкнутся с гражданской войной в империи.

Необходимо любой ценой добиться того, чтобы как можно больше людей стали свидетелями демонической природы Аримана и сумели рассказать об этом другим.

– Если с началом боевых действий её сиятельство графиня Лаура переместится в безопасное место временным путевиком, мои мысли будут полностью заняты битвой, – Даран зашёл с другой стороны, не теряя надежды удержать сестру подальше от опасности.

Положа руку на сердце, Лёха был с ним согласен. Будь его воля, он бы и Мию оставил присматривать за Крабовым островом, но пустотник искренне сомневался, что подруга когда-нибудь простит ему такой приказ. Одно дело оставить на базе новичков и ту же идиллийку, ни разу в жизни не державшую в руках ничего опасней кухонного ножа или секатора, а совсем другое – опытного бойца просто потому, что ему, Лёхе, так хочется.

Да и большого смысла в том не было. Если завтра они не справятся – будущего не будет ни у кого из них.

– Я справлюсь! – вскочила Лаура, всем своим видом выражая решимость. – Я не беспомощный ребёнок!

Даран, в отличие от неё знавший, что такое реальная битва, криво усмехнулся. Дану понимающе вздохнула и пообещала:

– Я позабочусь о том, чтобы Лауру защищали лучшие артефакты, но люди должны видеть отвагу будущей владычицы и её готовность биться за их будущее.

От понимания её правоты Даран сделался ещё мрачнее.

– Кроме того, – не сдавалась Дану, – мы поручим Алексу и Мие защиту её сиятельства. Пустотники в эгидах одинаково умело расправятся и с демонами, и с людьми, а она сможет черпать их силу для закрытия Разломов.

Даран нехотя кивнул. Как бы он ни беспокоился о сестре, правота Древней была очевидна. Они все ввязались в изначально опасную авантюру и теперь поздно сдавать назад. Лаура нужна не только в качестве символа, и для закрытия Разломов на поле боя.

– Я согласен при условии, что её сиятельство уйдёт путевиком, едва станет слишком жарко.

Лаура просияла и тут же предложила:

– Мы можем использовать для всех нас артефакты высшей защиты. – Теперь, когда вопрос питания демонической сущности решён, это вполне безопасно и серьёзно повышает шансы на выживание.

Лёха вспомнил золотую пентаграмму, с которой всё когда-то началось. Артефакт, вмещавший в себя демонического симбионта, способного лечить и защитить тело носителя. Как бы всё сложилось, успей Лаура его завершить? Вероятней всего, Стриж бы умер. Не было бы Белочки, с которой удалось договориться и совместно отыскать альтернативный способ питания. Не появилась бы возможность менять лица, не раз спасавшая ему жизнь.

– Слишком рискованно, – воспротивился идее Лёха. – Только не против Аримана. Пусть даже демоническая сущность подавлена и лишена разума, она всё же становится частью тела. А значит, есть вероятность, что император сумеет взять под контроль тех, в ком сидит демонический симбионт. Я через это проходил и повторять не хочу.

От одного воспоминания о чувстве беспомощности в отказавшемся повиноваться теле по спине пробежали мурашки.

– Согласен, – поддержал его Даран. – Кроме того, будет странно обличать демоническую природу Аримана и тут же покрыться чешуёй, защищаясь от атаки. Внешне мы будем практически неотличимы в глазах простых людей.

– Риск неоправданно велик. Придётся положиться на защитные артефакты и собственное мастерство, – решительно произнесла Дану и взяла стоявшую на столе резную шкатулку. – Кстати об артефактах…

Открыв крышку, она вытащила на всеобщее обозрение знакомый уже «клык» – артефакт клана Багровых Василисков, способный превратить в камень или обратить этот процесс вспять. Но теперь он покоился в причудливой золотистой оправе с торца украшенной крупным рубином.

– За последние дни мы сумели добыть ещё два «клыка», так что этот я собираюсь привязать к Алексу для защиты Лауры. Артефакт способен обратить в камень и демона, так что есть шанс решить проблему Аримана быстро и малой кровью.

В том, что оба «клыка» добыты кровью немалой, можно было не сомневаться. Теперь, когда заговорщикам уже не было нужды особенно таиться, на покинувших свои земли Василисков нападали открыто и нагло, используя невиданные в землях людей артефакты.

– Но я не маг, – растерянно развёл руками Лёха. – Не сумею заставить его работать.

– Об этом я позаботилась, – чуть снисходительно улыбнулась Дану. – Внешняя оплётка позволит перекачивать магическую энергию, запасённую в рубине, тебе останется лишь переместить это кольцо и замкнуть контур.

Она продемонстрировала широкое кольцо, перемещающееся в пазах вдоль артефакта. Едва оно встало на место, плетение оплётки мягко засветилось. Стоило сместить кольцо и «клык» угас.

– Энергии у тебя примерно на дюжину применений, – предупредила Дану, жестом подозвав Ниэль. – Используй с умом.

В руках ученица Древней уже держала Грааль Героев. Приняв «клык», она подошла к Стрижу и взглядом указала на чашу.

Тот колебался.

– Не лучше ли отдать артефакт тем, чья задача – превратить Аримана в камень?

– Нет особого смысла, – покачала головой Дану. – Два мага в эгидах будут искать возможность атаковать императора «клыком». Если подобраться к нему так близко вообще возможно, они должны справиться. А ты сумеешь в критический момент отразить нападение на Лауру. В конце концов, если всё пойдёт не по плану, графиня отправится в Поднебесный, а ты получишь возможность и самостоятельно испытать «клык» на Аримане.

Этот аргумент окончательно убедил Стрижа, и он пролил немного крови в чашу Грааля.

– А как насчёт того оружия, что заключает в кусок прозрачного камня на века? – с надеждой спросил он у Дану.

Та к его разочарованию отрицательно покачала головой.

Жаль… Увидеть Аримана, пойманного словно мошка в кусок янтаря, Лёха бы очень хотел. Таким арт-объектом он, пожалуй, украсил бы холл крепости на Крабовом острове.

Но жизнь, увы, редко преподносит столь щедрые дары.

– Кто занимается защитой Дарана? – уточнил Стриж, желая как можно точнее понимать обстановку.

– Я, – впервые за разговор подала голос охранявшая вход Райна.

Лёха ожидал продолжения, но так его и не дождался. И, судя по лицу графа, тот тоже считал, что они оба прекрасно справятся с собственной защитой.

– Я настаиваю на том, чтобы вашей охраной занимались пустотники, связанные с Райной, – безапелляционно заявил Стриж. – Вы – основная мишень и для людей, и для демонов. Три репликанта в эгидах будут летать неподалёку, а Архелая в эльфийской броне я бы посадил прямо к вам в колесницу. Он хорош в обращении и с мечом, и с копьём, неуязвим для людской магии и расширит магические возможности Райны, как и репликанты.

Будь такая возможность, Лёха укомплектовал бы колесницу всеми связанными с магичкой примитивами, но вместимость была ограничена. А ведь там будет ещё эльф-пилот. Нет, конечно, можно набить их как шпроты в банку, но толку? Пространства для взмаха тем же мечом попросту не останется.

– Прекрасное решение, – согласилась Дану, поднимаясь из-за стола. – А теперь рекомендую всем хорошенько отдохнуть. Завтра нам всем понадобятся силы.

Стриж отыскал Мию в саду на верхних уровнях Поднебесного. Теперь, когда молодые деревья амброзии широко раскинулись у подножья горы, это место утратило сакральный статус и было открыто для посещения. Исчезла охрана, да и сами многоуровневые террасы пустовали. Население города эвакуировалось, войско разбило лагерь в нескольких часах пути от горы, а немногочисленные оставшиеся обитатели занимались последними приготовлениями к решающему дню.

Было странно свободно прогуливаться по тому самому месту, где несколько месяцев назад их с Мией пленили при помощи «птицеловов», а позже едва не сожгли заживо при попытке побега.

Теперь это место выглядело спокойным и умиротворяющим.

Миа сидела на краю верхней террасы и смотрела на простирающийся зелёный океан, омывающий горную гряду на горизонте. Подойдя, Лёха молча сел рядом, наслаждаясь минутами покоя.

– Так странно… – через несколько минут тихо проговорила Миа. – Может, уже завтра мы умрём. Снова.

Стриж хотел успокоить её, утешить, соврать, что всё будет хорошо, но посмотрел в глаза подруги и промолчал. Он знал этот взгляд. Доводилось видеть ещё в той, прежней жизни. Взгляд человека, что смотрит куда-то за пределы этого мира. Такой бывает у людей, что стоят на пороге смерти и спокойно смотрят ей в глаза. Чистый, незамутнённый взгляд, что скальпелем отсекает настоящее от наносного.

Обняв подругу, Лёха зарылся лицом в её волосы и улыбнулся. Чем бы всё ни закончилось, сейчас он был по-настоящему счастлив.

– У меня есть для тебя подарок, – прошептал он тихо. – Но чтобы в полной мере им насладиться, нужно обязательно выжить.

Миа чуть отстранилась и с улыбкой сказала:

– В прошлый раз ты подарил мне чудесное оружие, так что отказываться не буду.

– В некотором смысле это тоже чудесное оружие, – подмигнул ей Лёха и поднялся. – Погоди немного, нужно за ним сходить.

Вернулся он уже не один. На руках у пустотника свернулся пушистый клубочек размером со взрослую собаку. Раздобыть котёнка саблезуба удалось через Ниэль. Сакральное животное не отдали бы чужаку, но Стриж был лидером пустотников и одним из ближайших соратников Древней, так что котёнка подарили без особых возражений.

При виде восторженного лица Мии Лёха и сам широко улыбнулся:

– Знаю, что раньше у тебя была птица, но вроде как ты и с кошками умеешь обращаться. Только чур лоток чистишь сама!

– Матерь Божья, какой он хорошенький! – совсем по-девичьи всплеснула руками Миа и бережно перехватила здоровенного котёнка.

Тот принялся с интересом обнюхивать её.

– Мне пора начинать ревновать? – шутливо возмутился Стриж.

– О да! – смеясь, подтвердила эльфийка. – Ещё как!

Её взгляд переменился. Она больше не смотрела в смерть со спокойной решимостью обречённого. Теперь взгляд Мии был обращён в будущее и исполнен надежды.

– Если ты будешь разрешать ему спать в нашей кровати, я сейчас же отнесу его обратно друидам, – сдерживая смех, предупредил её Стриж.

– Если ты вздумаешь завтра погибнуть – твоё место в кровати достанется этому красавцу! – шутливо пригрозила ему Миа. – Так что не думай умирать!

– Теперь я просто обязан выжить, – пообещал Лёха, снова усаживаясь на край террасы.

Миа устроилась рядом, почёсывая за ушком довольного кошака.

– Как его назовёшь? – прижав девушку к себе, спросил Стриж.

Та ненадолго задумалась, а потом уверенно произнесла:

– Эсперо. Надежда.

– Хорошее имя.

– Странно, – вдруг озадаченно нахмурилась Миа. – Я сейчас осознала, что не знаю, как Дану назвала своего дракона. Вообще, ни разу не слышала, чтобы она называла его по имени.

Ответ на этот вопрос Лёха знал.

– Это потому что его пока нет. Дракон получает имя после пятой линьки. Хрен его знает почему так, но традицию чтут.

– А в каком возрасте они обычно линяют? – с интересом натуралиста спросила Миа.

– Насколько я понял, четыре линьки проходят по мере роста и, а пятая – когда большая часть шкуры наполняется сожранными демонами. Чешуя начинает отпадать на радость артефакторам. К этому моменту дракон успевает побывать во многих битвах, проявляет свой нрав и получает имя.

– Хотелось бы посмотреть, – мечтательно улыбнулась Миа, прижавшись щекой к плечу Лёхи.

Котёнок саблезуба на её руках умиротворённо мурчал, нежась под ласковыми пальцами.

Уровнем ниже показались двое. Люди, судя по мундирам. Стриж было напрягся, но, приглядевшись, узнал Дарана и Райну и успокоился. Видно, они тоже использовали это время, чтобы перевести дух и собраться с мыслями перед грядущей битвой.

Вставать и приветствовать, нарушая идиллию, не хотелось, да и пришлось бы кричать – парочка была далековато и не обладала ни острым эльфийским слухом, ни зрением.

Да и вряд ли им сейчас нужны были приветствия пустотников.

Лишь когда Даран остановился и встал на колено перед Райной, Лёха осознал, что снова стал невольным свидетелем сцены, не предназначенной для чужих глаз. Странное дежавю.

Миа бросила на него весёлый взгляд и прижала палец к губам, призывая не выдавать себя. Да Стриж и не собирался прерывать столь личный момент.

Интересно, на что Даран рассчитывает? Характер Райны с прошлого раза ничуть не смягчился. Но упорству и самообладанию графа можно было только позавидовать. Мало кто рискнул бы во второй раз, получив решительный отказ в первый.

– Что вы надумали, граф? – холодно спросила воительница, подтвердив опасения Стрижа. – Я всё сказала в прошлый раз. Не собираюсь губить блестящее будущее вашего сиятельства.